На крючке у Саламандры

Глава 3. День

В час дня, после сытного обеда, который приготовила Каролина, мы все втроём пошли в ближайший парк. Он был совсем недалеко, пришлось только чуть-чуть прогуляться. Хотя у Саламандры было целых три машины и права, но ездить она особо не любила. Скорее просто любовалась двумя внедорожниками и одним корветом, нежели ценила их как средство передвижения.

Оделась Салли на моё удивление скромно. Лёгкий топик, который приоткрывал живот на уровне пупка и оголял бледные плечи. Полупрозрачная, но очень длинная многослойная юбка, достигающая почти самой земли. И босоножки, довольно необычные с жемчужинами, почти полностью открывающие её маленькие ступни.

Впрочем, нет, даже так Саламандра выглядела очень желанной и страстной. Перед выходом Каролина накрасила ей ногти на руках и ногах в перламутровый красный цвет. Прежде на ней не было никакого лака, как я успел заметить, и покраска ногтей ещё больше приукрасила невероятно утончённый вид столь прекрасной особы.

Сама девочка оделась тоже прилично – салатовое платьице в пол, как у приёмной мамы, клатч и почти такие же босоножки. Не сказать, что на улицах Града было жарко, просто тепло и безветренно.

Меня тоже приодели. Я шёл вместе с ними в светлой гавайской рубашке с пальмами, шортах по колено и в сандалиях, которые непременно начали мне натирать уже спустя несколько минут. Не хотел жаловаться, но было неприятно. Это единственное, что доставляло мне дискомфорт в этом выходе.

У самой цветочной арки, ведущей в парк, Каролина отделилась от нас и побежала к магазинчикам. Мы с Салли прошагали до самого фонтана, что оформлял центр живописной площади, и уселись на скамейке. Почти сразу же девушка сняла босоножки, благо практически ничем они не держались, оперлась на моё плечо и положила ноги на сиденье, вдоль всей скамейки.

– Так к нам никто не сядет, – объяснилась Саламандра.

– А если Каролина вернётся? – резонно спросил у неё.

– Тогда я подожму ноги. Всегда так делаю.

Говорить нам было особо не о чём. На самом деле непривычно видеть Салли одетой. Прежде она была либо в своём восхитительном чёрном корсете, например, вчера, или в халате, как сегодня утром. В остальное же время – совсем без одежды.

Вдруг я вспомнил, что, вообще-то, Саламандра умеет читать мысли людей. Хотелось узнать об этом поподробнее. Вчера она лишь вскользь упомянула это, когда объясняла, чем я её привлёк. Сейчас обсудить нам было нечего, кроме как, эту её магическую способность.

– А как ты читаешь мысли людей? – начал я, спросив довольно тривиально, как мне показалось.

– Ну… Как будто слышу их внутренний голос.

– Голос?

– Да! Я, когда только начала их слышать, странно, да? – Салли вдруг засмеялась, но я ещё не успел понять причину этого смеха. – Ха-ха, я думала все их слышат. Не думала, что до остальных доходит только обычный голос, который доносится изо рта, а не из головы. Тогда я впервые поняла, что люди не всегда говорят то, о чём на самом деле думают, и…

Саламандра резко замолчала и поджала ноги. Я подумал, что Каролина вернулась, но нет, это девушка вдруг решила сесть как обычно и повернулась в мою сторону.

– И услышала, как взрослые люди хотят меня. Я была ещё маленькой. Для меня это было так жутко. Представляешь? Я ходила по улицам и слышала, что-то вроде: какие у неё ножки, какая тонкая шея. Они не только открытые части тела обсуждали. В общем, такой себе дар на самом деле.

Вдруг она положила руку на моё плечо и обняла меня. Теперь девушка уже не говорила открыто, а приглушённо, почти что шептала мне на ухо.

– Я не сразу научилась терпеть этот шум. Столько голосов и… Поэтому почти всегда избегаю скопления людей. Стараюсь окружить себя теми, чьи мысли не могу прочесть, – совсем грустно закончила Салли.

– То есть это далеко не дар… – догадался я, хотя и так всё было очевидно.

– Да! Я так и не научилась как-то заглушать эти голоса, что доносятся у людей из головы. Просто стараюсь не подходить к ним близко, а особенно не смотреть в глаза.

Девушка утихла. Вновь поджала к себе ноги и обняла уже их, отпустив моё плечо. Я же в ответ, наоборот, прислонился к приунывшей Салли и поцеловал её в щёку. Не знаю зачем, просто потому что захотелось.

К этому моменту как раз вернулась Каролина. Ей не составило труда найти нас. В руках у неё было три рожка мороженого, бутылка газированной воды и небольшой целлофановый пакетик с чем-то шуршащим. Девочка дала нам по мороженке. Вернула приёмной матери банковскую карту и принялась лизать своё лакомство. Обычно такое редко встретишь, но они обе не кусали мороженое, а именно слизывали его, как кошки. Мне это показалось забавным, поэтому я даже не стал ничего спрашивать.

– А какие это мысли? Как это выглядит? Всё ещё не совсем понимаю, – спустя несколько минут вернулся к прежней теме разговора.

– Салли не любит эту тему, – ответила за неё Каролина. Даже удивительно, что девочка вдруг что-то говорит её ухажёру. Но, возможно, она поняла, что мы и в самом деле друзья, поэтому можно быть более дерзкой.

– Ничего страшного, – оправдалась Саламандра. – Мало кто про это знает, можно и рассказать… Мысли, они бывают как бы двух типов. Например, когда ты мысленно что-то говоришь, как бы размышляешь – такие слышно отчётливее всего. Именно они больше всего на меня давят. А есть такие… М-м-м, как бы самопроизвольные мысли, образами, звуками, ощущениями, эмоциями. Вот такие почти и неслышно. Но они говорят куда больше. Удивительно, да? Эти мысли спонтанные, почти не контролируются.

Хотелось Саламандре рассказать что-то ещё, но мороженое потекло по стаканчику и чуть не капнуло на её белоснежную юбку. Девушка быстро пресекла эту оказию и облизала рожок, причём довольно страстно и пошло. Почти так же она облизывала меня вчера, мой рожок, если так можно выразиться.

Каролина с отвращением посмотрела на Салли и на меня. Видно, ей всё же не нравилось то, чем занимается её хозяйка, но возразить не осмелилась. Я предположил, что разговор на эту тему у них уже был, они всё решили и не возвращались, чтобы обсудить ещё раз.

– А как вы вместе, дружите? – поинтересовался, но потом подумал, что довольно глупо такое спрашивать. Но не молчать же, с другой стороны.

– Мне нравится, – ответила девочка. Искоса посмотрела на Салли. Та без доли смущения вполне обыденно облизывала мороженое. – Я живу в богатом доме, учусь в частной школе и ем самую полезную пищу, – протараторила Каролина, словно заучивала этот ответ.

– И мне она нравится. Я не слышу её мыслей. Она послушная, мне никаких неудобств не доставляет. Умеет готовить и мыть посуду. Как дочь она просто идеальна, – заключила Салли и обняла девочку. Последняя ответила взаимностью и проглотила целиком оставшейся кусок мороженого.

Такая трогательная сцена растрогает любого. Девушка, которая не может иметь детей, по-настоящему любит девочку, над которой взяла опеку. Они обнимались не понарошку, это сразу видно. Каролина закрыла глаза и улыбалась, лица Салли я не видел, но, когда она посмотрела на струи брызжущего фонтана, мне показалось, она едва заметно плакала.

После перерыва мы ещё немного прогулялись. Я позвал Саламандру в парк, чтобы узнать её получше. Понять, кто она на самом деле. На первый взгляд это девушка, которая своими навыками, не только чтением мыслей, но и опытом в плане плотских утех, добивается чего хочет. Не зря же она живёт в самом роскошном особняке во всей округе. Но вот на второй взгляд, это девушка с нелёгкой судьбой, вот только понять бы какой. Она довольно уклончива от ответов. Пока рядом с нами Каролина, спрашивать о чём-то интимном было неловко. Наверное, для этого Салли и позвала её, чтобы не рассказать о себе лишнего.

Мы шли втроём, как семья, держась за руки. Только вот по центру шла Саламандра, справа от неё Каролина, а слева я. Довольно незавидное положение, как ни крути. Пока девочка несколько боялась меня, да и я не спешил с ней сдружаться. Да, как и с самой Салли. Просто было приятно в её компании, вот и всё. Хотя оправдываться перед собой глупо. Ещё в полдник я решил, что начинаю влюбляться в неё. И, кажется, у нас это взаимно.

И всё же постоянно ходить с нами девочке было неинтересно. Она быстро заинтересовалась аттракционами, что были с фонтаном по соседству. Взяла у Салли карточку и побежала к кассам за билетами. Тут Каролина явно не в первый раз, поэтому и девушка с лёгкостью отпустила дитя без задней мысли.

Мы вновь остались одни. Сели на ближайшую никем не занятую скамейку. Саламандра проделала тот же трюк, что и раньше. Облокотилась на меня и заняла своими длинными нежными ногами и объёмной юбкой почти всё свободное место. Только кончики пальцем и накрашенные красные ногти виднелись из-под юбки. Казалось, мы жених и невеста, будь я во фраке или хотя бы в костюме тройке. Только сейчас я подметил, как её наряд похож на свадебное платье. И почему я сейчас об этом подумал?

Я посмотрел на неё. Голова Салли лежала на моём плече, скрещённые руки на животе, как будто она снова спала. Перекинул левую руку и обнял, случайно положив ладонь на грудь.

Всё же у неё было интересное платье. Оно было полупрозрачным, а учитывая, что из нижнего белья Саламандра при мне надела только тонкие шёлковые трусики, должно быть хорошо видно её кожу и некоторые отличительно выступающие части её женственного тела. Но в действительности множество пусть и почти прозрачных слоёв закрывали от взора посторонних глаз ягодицы и грудь. Только в свете солнца можно было разглядеть формы её тела, которые не просвечивались в отличие от платья, и казалось, что она совсем нагая. Со стороны я сам не видел этого великолепия, но очень даже хорошо представлял.

– А как ты открыла в себе эту способность?

– Опять ты о ней? – возмутилась Саламандра, что было для неё, на самом деле, несвойственно.

– Мне интересно! – попробовал убедить её, но слишком сильно не настаивал, понимал её чувства.

– Ничего примечательного. Вдруг стала слышать больше голосов, чем прежде. Это были худшие годы моей жизни. Если бы был выбор, я бы предпочла не иметь такой способности, – устало и в то же время рассержено отвечала Салли. Но злилась она не на меня, или на ветер, который норовил задуть её юбку, а на судьбу-злодейку, что одарила девушку таким проклятьем.

Я прекратил расспрос. Не было смысла продолжать. Может, в будущем получится разузнать об этом подробнее, но точно не сегодня. Вообще, учитывая, что мы почти незнакомы, она и так довольно откровенна. Рассказала мне о своей сверхспособности. Хотя, и могла промолчать.

– А сколько человек знают об этом?

– Ты, Каролина, несколько близких друзей, – сухо ответила Салли. Она смотрела от меня в сторону, поэтому о её эмоциях мог только догадываться.

– А охранники, горничная?

– Тоже не знают. У одного я могу слышать мысли, у другого нет. У горничной тоже не могу, – Саламандра ответила на мой вопрос и сразу на следующий, который я только подумывал задать.

Мимо нас прошёл мужчина в сером строгом костюме с шебутным и очень активным ребёнком. Мальчишка на несколько секунд остановил взгляд в нашу сторону, но потом как ни в чём не бывало пошёл за отцом.

– Интересно, о чём они думают? – спросила девушка, когда эти двое скрылись за поворотом в парк развлечений.

Кивнул. Она этого не видела, только почувствовала движение шеи своими волосами, поэтому поспешила ответить.

– Мужчина весь в раздумьях. Его терзают мысли, что жизнь катится под откос. На работе завал, а жена ушла с подругами и оставила его одного с ребёнком. Сегодня у него должен быть рабочий день, но ему пришлось отпроситься с работы, чтобы побыть с сыном. Сам мальчик витает в облаках, почти ни о чём не думает. Однако очень удивился, увидев, что я лежу босиком на скамейке. Он посчитал меня очень красивой и ухоженной. Я напомнила его воспитательницу из детского сада, такую же молодую и светловолосую, – довольно монотонно, но на удивление расслаблено, будто читая текст по бумаге, проговорила Салли.

Теперь две девушки прошли мимо. У одной была большая ярко-красная сумка, а у другой – небольшой чёрный рюкзачок на спине. Они мило общались и постоянно смеялись. Даже не обратили на нас внимание. Шли себе, наслаждаясь прогулкой в тихом парке.

– А они? – продолжила Салли. – Та, что с сумкой, думает о своём бойфренде. Ей кажется, что подруга нравится ему больше, чем она сама. Она продолжает шутить на эту тему, но всё меньше в этом сомневается. Не хочет разрушать многолетнюю дружбу, но ревность давит очень сильно. А вот её подруга, напротив, не замечает этого. Даже не думает о том молодом человеке. Все её мысли занимает недавно прочитанный любовный роман. Именно его они и обсуждают, и девушка полностью отдана этому разговору.

Моему восхищению не было предела. Конечно, Саламандра никак не могла подтвердить свои слова, если только подойти к девочкам и спросить, что они сейчас обсуждали. Но выглядеть это будет очень странно. Поэтому остался сидеть на месте, продолжая слушать от Салли истории о людях, которые проходят мимо нас.

На самом деле это было так интересно. Узнать, что люди думают, о чём грустят. Познать самые сокровенные человеческие мысли. И в то же время знать такое отнюдь не правильно. Но и просить Салли замолчать тоже очень невежливо. Она сама никак не могла не слышать их мысли, для неё они как крики людей на трибуне стадиона – ничем не заглушимы. Остаётся только смириться и наслаждаться таким вот чудом.

Ближе к вечеру мы все вновь встретились. Поели в небольшом кафе прямо под открытым небом. Потом полежали на траве прямо посреди огромной лужайки у искусственного озера. Мы такие были не одни – тут отдыхало множество семей и влюблённых пар, компаний друзей. Кто загорал в купальниках, а кто просто нежился в лучах летнего солнца. Саламандра вновь заснула. Возможно, только во сне она не слышала все эти голоса, только так могла забыться.

На водной глади плавали кряквы, утки и селезни. Их редкое кряканье не будило спящую красавицу, да и мы были довольно далеко от водоёма. Каролина впервые за день была со мной рядом. Лежала между мной и Салли. Положила голову на её мягкую грудь, но не спала, а лишь наблюдала за утками и детишками, что бросали им краюхи хлеба или злаковые зёрна.

Так было хорошо и прекрасно. Совсем не хотелось уходить. Наоборот, задержаться бы тут до самого заката. Всё больше мне нравилось проводить с ними время. Не только с Саламандрой, хотя в её компании было очень не скучно как в постели, так и на прогулке, но и с её девочкой. Не знаю, как её называть. Она ей дочь или просто домработница. Прежде я называл её просто кухаркой, но со служанкой не ходят в парк, как с родной дочерью, и не спят на траве в обнимку. Всё же отношения у них, пусть и не как у мамы с дочкой, но очень тёплые, и, наверное, даже родительские.

Уже под конец дня Саламандра проснулась. Потянулась, и мы все вместе пошли обратно. После скамейки девушка босоножки так и не надевала, носила в руках. Каролина тоже разулась, когда лежала на траве. Вдвоём они подбили меня снять натирающие ноги сандалии. Всё же такая обувь, а не любимые кроссовки, мне непривычна. Я решился и заодно поделился мозолящей проблемой, чем ещё больше их раззадорил. Они убедили пойти обратно босиком, благо дороги здесь везде чистые, порезаться нечем. А люди на такие вещи если и обращают внимание, то вряд ли что скажут. Но так или иначе, Салли слышала их мысли и потом могла ими поделиться, когда вернёмся.

А пока мы втроём шли домой. На удивление, держась за руки – все вместе. Я, Саламандра и Каролина между нами. Приятно было ступать по нагретому солнцем асфальту, ловить удивлённые взгляды прохожих и слушать их мысли от Салли, беззаботно наслаждаясь вечерней прогулкой.

Глава 4. Вечер

Первое, что мы сделали, вернувшись в особняк – сели на бортик фонтана и дружно окунули в него ноги. Сам не знаю, зачем мы это сделали, но в порыве дурачества нас было не остановить. Улицы пригорода всё же были несколько пыльные, а вот дорожки в поместье убирались с мылом. Поэтому, по словам самой же Салли, тут можно ходить без обуви, а потом вполне спокойно по дому. Ей нравилось, что благодаря деньгам, тут удалось создать такой уют. Каролина тоже гордилась этим, хоть и молчала. Просто радовалась и лишний раз ничего не говорила.

Часы в просторной прихожей показывали пятнадцать минут восьмого. Подумать только, мы провели в парке почти пять часов! Как быстро пролетело время.

На самом деле хотелось немного есть. В кафешке мы разве что просто перекусили, полноценным обедом это было назвать нельзя. Саламандра соблюдала диету. Неудивительно, что она такая стройная и фигуристая. Её девочка съела куда больше Салли, но даже со своим аппетитом оставалась довольно худенькой. Скорее всего, это повышенный детский метаболизм. Всё же она ребёнок.

Когда я сказал, что было бы неплохо поужинать, то подумал, поздно, Саламандра закажет доставку. Но девушка поступила хитро. Всё это время я был тут за её счёт. Ел, пил, спал, занимался с хозяйкой любовью. Прежние гости одаривали её подарками и украшениями в ответ за любезное раздвигание ногами. Меня она в отличие от них считала другом и предложила всем вместе приготовить ужин. Начиная от чистки овощей и разделки мяса и заканчивая готовкой и мытьём посуды. Так, она хотела разгрузить уставшую Каролину, ну и заодно показать, что сама тоже очень даже неплохая хозяйка.

Пока мы с девочкой выбирали, что приготовить, Салли незаметно улизнула и сменила одежду. И на самом деле не зря. Я мог бы помочь ей раздеться, она бы вновь предстала передо мной обнажённой. Заманила в свои сети. У нас опять была бы любовь и все вытекающие последствия. Мы бы точно до ужина не добрались. Вчера так и было. Даже раздеться до конца не успел, а тут мне и снимать почти нечего. Девушка поступила очень мудро, хотя и довольно несвойственно.

Вернулась, когда мы уже дочистили картошку и приступили к луку. У Каролины на такой случай были плавательные очки, я же чистил без всякой защиты с покрасневшими глазами под детские смешки. К ним ещё и присоединились более взрослые женские. Вдвоём набросились на меня, но ненадолго. Понимали моё смущение и быстро прекратили.