Когда нам будет 40 лет

Кстати, о детях. Что вы решили делать с этим мальчишкой?…

Он возник со своей матерью из неоткуда, огорошив всю семью своим появлением. Статная женщина, чуть младше Анны, громогласно заявила в приемной дворца, что ее девятнадцатилетний ребенок – сын Виктора. Она, конечно, не желала раздувать скандал и просто хотела, чтобы августейшая семья начислила ей… пенсию. Пожизненную. Жанна в тот момент подавилась чаем, даже забыв свою любимую фразу «тест ДНК – я оплачу сама»; Анна же улыбнулась и предложила гостье привести ее сына. Просто познакомится. Просто бывшая княгиня была уверена, что он не сын почившего князя и просто ей было скучно. Просто.

И вот этот день смотрин настал. Анна с сыном и невесткой, стояли в тени колон балкона, что завершал лестницу из холла наверх. Сама встреча должна была произойти на нулевом этаже в малой гостиной, как раз под ними. Хикари осторожно кивнула, первой увидев юношу, ведомого дворецким. Он пришел один, без матери и в сердце Анны закралось сомнение: а вдруг бедный мальчик и вправду верит, что он сын – князя.

– Нет, ну он симпатичный, – тихо произнесла женщина, продолжая, рассматривая гостя. Высокий, худощавый с темными волосами и орлиным носом, он вызывал в ней какие-то странные смешанные чувства.

– И даже немного похож, – Киард облокотившись чуть подался вперед. – Слушай, а давай мы его женим на Грейс, если он окажется моим братом?

– А давай ты сам сообщишь об этом Жанне? – шикнула на него Хикари, что во все глаза разглядывала гостя. Она не была так уверена в кристальной верности своего почившего свекра, но и не боялась этого юношу, как конкурента. Во – первых, он был младше. Во – вторых, Виктор был консортом. И все же этот юноша не оставил ее равнодушной – в нем была загадка, либо он просто напоминал ей Киарда в его девятнадцать, еще не такого неровного и злого.

– Что ты думаешь с ним делать? – не поворачивая головы, спросил новый князь.

– Жанна с ним немного поговорит. Узнает, кто зачинщик. И если это его мать, а мальчик лишь пешка, то мы отпустим его просто и проучим мать, – ответила Анна, положив ему руку на плечо. – Скорее всего, так и будет и мне жаль его.

– А мне жаль, что, такие как он, оскверняют память отца, – чуть резко проговорил Киард.

– Я бы на твоем месте относилась к этому спокойнее и с юмором, – покачала головой женщина. – Кто знает? Вдруг Андре все эти годы готовила план мести.

Хикари хмуро посмотрела на свекровь – она терпеть не могла эти ее шуточки.

– Прости, милая, – склонив голову, произнесла Анна. – Но даже твоя мать со мной согласна. За врагами нужен глаз да глаз.

31.10.2036

С Днем рождения!

К.

06.11.2036

С Днем Рождения!

A.P.

25.12.2036

С Рождеством! Счастья и здоровья!

Императорский дом

31.12.2036

С Новым годом! Успеха и отсутствия хлопот!

Полиньяк

– И все же? – Сакура со стуком поставила чашку на блюдце и посмотрела на Сашу, сидевшего перед ней. Они договорились просто встретиться и поговорить, не омрачая эти милые деньки проблемами. Вот только выбрали неудачное место – Гоа слишком тропическое, слишком влажное, слишком шумное, посему большую часть времени они сидели в одном из номеров и разговаривали друг с другом, пока Александр неосторожно нарушил одно из главных правил – не говорить о семьях. Но в эти первые месяцы нового года слишком его волновали.

– И все же Киард считает иначе, – передернул плечами мужчина и потянулся за новой сигаретой. Анна в последние годы сделала так много для экономической интеграции Грепиль с соседями, а Киард пытается создать новый Железный занавес.

– И что Анна? – Сакура взяла протянутую сигарету и с наслаждением затянулась – дома такой роскоши она не могла себе позволить.

– Она, молча, наблюдает за ним, – хмуро ответил Саша. – Дает советы лишь по внутренней политике. Хикари он тоже не слушает. «Моя мать никогда не обсуждала с отцом политику.»

Передразнил племянника мужчина и провел пальцами по губам и о чем-то размышляя.

– Очень надеюсь, что он не втянет всех нас войну, но с экономикой ему придется разобраться.

– Все так плохо? – спросила женщина, на которую с некоторым удивлением посмотрел собеседник. – Ты что? Я совершенно не знаю, что происходит в стране. Тем более сейчас.

– Они против твоих отношений?

– Нет, – неуверенно пожала плечами Сакура. – Им все равно. Просто.

Она замолчала на пару секунд, словно собираясь с мыслями, со всем тем, что накопилось у нее на душе, особенно после развода.

– Просто я поняла, что роман с женщиной, – она снова взяла чашку, отложив сигарету. – Я словно переросла это. Как она не была бы хороша.

Сакуре хотелось любви, яркой, незабываемой. И пусть что ей уже чуть больше, чем полвека – возраст это лишь дата в документах. Хотелось куда-нибудь сбежать, подобно в старом американском фильме, поселиться на острове, завести роман. Отрешиться от всего: прошлого и даже от семьи. Она хотела жить для себя. В гармонии с собой. Не быть такой одинокой, как сейчас, даже рядом с Александром.

– Ну, а моя дочь собралась замуж, – усмехнувшись, сообщил Саша. – Луи Моро, друг Киарда и довольно умный молодой человек.

– И твоя жена довольна выбором? – Сакура вновь взяла сигарету. Спустя столько лет она все еще терпеть не могла обсуждать мнение Жанны. Если Куроки и Сора спокойно разговаривали об Анне, а в последнее время женщины вообще часто созванивались, то в Сакуре закипала никому ненужная злоба, лишь только речь заходила о Жанне. Чертова стерва.

– Куда она денется? Грейс счастлива и умудрилась сделать отличный выбор из нашего круга. Лично мне не на что жаловаться. – Саша потушил сигарету. – А что насчет твоих?

– Моя дочь спит с моим адвокатом, – закатила глаза Сакура. – Не то чтобы я была против, но от этого паренька у меня холод по коже. Но адвокат он потрясающий. Таких людей, как О Сон Ха, нужно держать при себе.

– Я смотрю у тебя мурашки от него, – немного злорадно произнес мужчина. – Не знал бы я тебя, подумал, что у тебя есть к нему чувства.

– Что было бы неплохо, заметь, – парировала Сакура.

– Неадекватные же мы люди, – Саша подошел к ней и стал на колени перед ней. – Могла бы ты подумать, что через столько лет мы будем обсуждать наших детей за чашкой кофе?

– Я не могла подумать, – усмехнулась та. – Мы бы давно занимались немного не тем.

– Не был бы я женат, – покачал головой Саша. Да, наверное, именно так. Если бы обручальное кольцо не сдавливало его морально, он бы давно наплевал на чувства Жанны и просто поцеловал Сакуру. Сначала целомудренно, затем все развязнее и развратнее. Так как на той московской крыше, безбашенно и без границ. Но. Главное «но» сейчас словно светилось на его бледной левой руке. Мужчина поцеловал Сакуру в щеку и, встав, похлопал ее по плечу.

– Я думаю, нам стоит все же поесть, – улыбаясь, он подошел к двери и, обернувшись, замер. Интересно, что сейчас чувствует его сестра? Мучает ли ее то, что она свободна, а Куроки нет? Чувствует ли она ту же привязанность, что и раньше. Или Виктор сумел вытеснить из ее сердца все прошлые увлечения? Ведь Виктор мог, Саша в этом не сомневался. Этот мужчина из безразличия, перешел в интерес, дружбу, а потом и любовь, которую постоянно подкреплял своим доверием и тем, что давал своей жене свободу. Виктор прекрасно понимал, что невозможно запретить все встречи и переписки Анны с Куроки, иначе будет хуже. Сейчас ему, как и много лет назад, его сестре, жизнь казалась, довольно не смешным подобием сериала. Дешевого и довольно глупого, как и их поступки. Вот только деваться уже было некуда – каждый из них в своем время сделал выбор, который привел их в настоящее.

– Полностью согласна, – Сакура легко встала с кресла и, пройдя мимо Саши, легко ущипнула его за чуть отвисшую щеку. Да, уж, они не такие, как прежде.

16.09.2037

… Недавно мы разговаривали с Сорой о проблемах Киарда и Хикари… Знаешь, в такие минуты мне становится очень стыдно. За сына, за то, как он себя ведет, за то, что это я его воспитала таким, что он не слушает никого и до чего доводит свою собственную жену. Благо к ней снова вернулся Луи Моро, что в скором времени займет место своего отца. И ведь он был голосом разума в их паре.

И все же… Я получается и вправду отвратительная мать. Ведь Киард, основываясь на моем образе, пытается жить по моему подобию. Мне от этого так больно. Получается я испортила и его жизнь, и жизнь вашей дочери.

31.10.2037

С Днем рождения!

К.

06.11.2037

С Днем Рождения!

A.P.

– Каждую вторую субботу месяца мы с тобой гуляем по этому чертовому парку, – начала бубнить Анна, что поддевала сапогом только что выпавший снег, и вела под руку свою мать. – Мне это, если честно, чертовски надоело.

– А мне нет, – оптимистично ответила старая женщина и лишь покрепче ухватилась за руку дочери, что в последнее время прибывала в довольно агрессивном состоянии, нежели как обычно в упадническом. Анна уже давно перестала носить траур и появлялась на развлекательных мероприятиях, разрешая себе улыбаться и немного веселья. Да, она стала оживать, пусть скомкано и путано, но все же возвращаться к прежней жизни, вот только та полностью не могла сделать ее счастливой, как прежде. Все познается в сравнении.

– Я тут прочитала, – начала бывшая княгиня. – Что у меня роман.

– Ммм, – удивленно промычала Мария. Ее дочь до сих пор забавляли эти сплетни иностранной прессы. – И как тебе ухажер?

– Он блондин, – скривилась ее дочка. – И тем более моего возраста. Вот если бы помладше…

– Было время, ты сохла по Киану Ривзу, – напомнила ей мать, с ноткой ностальгии в возрасте.

– Да я все еще сохну по нему, – с улыбкой произнесла Анна. – Всего четырнадцать лет разницы. Эх, я упустила свой шанс.

Они обе засмеялись, хоть в воздухе так и осталась нотка недосказанности.

– Я скучаю по нему, – неожиданно и тихо произнесла Анна. – Возможно, это привычка и она вскоре пройдет, но иногда я чуть ли не врываюсь в нашу спальню сгорая от желания сообщить ему какую-нибудь забавную мысль или банальную вещь. И уже на пороге, осознаю, что поделиться и не с кем. Ты чувствовала тоже самое, когда умер Альберт?

Она все еще говорила «наша спальня», все никак не могла разъединить их жизни. Отпустить его.

– Нет, – покачала головой ее мать и, заставляя ее идти дальше. – Похожее я чувствовала, когда нас бросил ваш отец. Ты не думай, я любила Альберта и продолжаю с нежностью вспоминать о нем, каждый день, поверь. Просто мы слишком мало провели время вместе. В отличие от тебя с Виктором. Вы оба знакомы более тридцати лет, постоянно вместе. Я столько лет с родной сестрой в одном городе не прожила. А еще… Еще ты любила Виктора, сильнее чем я Альберта. Ты всегда это прекрасно знала.

– Что ты мне предлагаешь? – просто спросила Анна, наконец-то посмотрев в ее сторону.

– Ничего, – пожала плечами женщина. – Ты можешь, как я найти себе любовное увлечение на пару месяцев, тебе от этого хуже не будет. Может показаться, что жизнь окончена, но это не так. У тебя есть сын, внук, ты должна помогать Хикари справляться с должностью княгини и матери. Может просто быть ее другом. А еще… Еще ты можешь снова начать писать, у тебя же это неплохо получалось.

– Я просто должна занять чем-то время, – словно приговор произнесла Анна, понимая, что ее мать права.

Она спокойно могла выйти замуж еще раз, законы этого ей не запрещали, но разум, вместе с этим проклятым сердцем, шептали ей, что «больше мест нет». Они уже устали: любить, прощать, обожать, терять. Все так банально и просто с этим человеческим сердцем, что оказывается, может принять лишь ограниченное количество людей.

25.12.2037

С Рождеством! Пусть снежной будет эта зима!

Императорский дом

31.12.2037

С Новым годом! Здоровья и удачи вам!

Полиньяк

Время это наш друг и враг. Время это причина и следствие. Лекарство и яд. Оно дарит нам воспоминания и опыт. И их Анна ценила больше всего. Киард, сидящий за своим массивным письменным столом, доставшимся ему от отца, потер устало переносицу, и отложил прочитанный документ в сторону. Его только что назвали «спасителем страны», ведь он и вправду умудрился остаться на плаву, пока всю остальную Европу, в очередной раз лихорадило от кризиса.

– Я думаю, – начала Анна, что сидела на диванчике у окна и читала книгу. Точнее просто просматривала, поглощенная чем-то совершенно другим. – Тебе стоит немного переждать с жилищной реформой. Отдохнуть.

– Мам, – Киард посмотрел на нее с легким укором. – Ты помнишь наш уговоров?

– Да, – пожала плечами женщина и захлопнула книгу. – Можешь менять все что хочешь, кроме закона о смертной казни и сдержанной политики в отношении мусульман.

– Ну, вот, – улыбнулся новый князь. – Я еще не трону нашу военную реформу и может быть – таки оставлю католицизм. Я шучу.

– Очень надеюсь, – хмуро произнесла Анна и, подойдя ближе, села рядом с сыном. – Что у вас с Хикари снова?

– Ничего, – отвел взгляд он, но через пару секунд сдался, понимая, что раз уж она завела разговор, то не отстает от него. – Хикари постоянно твердит мне, что я нервный, строит из себя английскую королеву, словно каждую минуту за ней наблюдают.

– В некотором роде она права, – вздохнула женщина и взяла его за руку. – Хикари воспитана в иных традициях, нежели ты. Она хочет походить на свою мать, которая, как ты знаешь, всегда была идеальна, в отличие от меня.

Засмеявшись, Анна похлопала себя по бокам: при домашних она позволяла себе не носить утягивающее белье, что стало ее второй кожей и вызывало кучу шуточек со стороны Виктора. Киард же на это совершенно не обращал внимание. Просто она же его мама.

– Но ты-то у меня самая лучшая, – по – роскрански произнес Киард и обнял ее. Это было невероятно трогательно и приятно, ведь с каждым новым днем и годом, эта маленькая нить, связывающая ее с прошлым и Белкраной становилась все тоньше. Для Киарда и Грейс французский, государственный язык Грепиль, был родным и привычным, хоть и по долгу службы они знали английский и роскранский, а Киард и упонский. Когда-то Грейс начинала учить немецкий, но забросила, как и уроки по фортепиано.

Ее внук Гай еще дальше будет от предков своей прабабки, впитывая в себя совершенно иные ценности и традиции. А еще, конечно же, мощная сила для их княжества – религия, несущая в себе неизгладимый след.

Все изменилось, запуталось и срослось. Создан был новый мир, сменились поколения.

– Мам, – Киард, как в детстве, уткнулся носом ей в плечо и прошептал еде слышно. – Я скучаю по папе.

Нынешний князь Грепиль чуть судорожно вздохнул, чтобы не дать себе пролить хотя бы одну слезинку – он же мужчина.

Но отца все же не хватало. Вспоминая свое детство, он сразу представлял его с собой рядом, а еще где-то вдалеке мать, которую толком он не видел. У Киард были друзья, рядом постоянно отце с бабушкой и Хезер, а еще Жанна и дядя. Отсутствие матери он стал замечать лишь, когда вырос, но это его совершенно не обижало: Киард просто понимал причину и теперь, уже когда у него самого появился сын, он старался все исправить – как можно больше проводить времени со своим чудесным темноволосым Гай, что так заливисто и заразительно смеялся.

– Я тоже, – тихо произнесла Анна, закусив губу. Четыре прошедших года смешались в один длинный безрадостный день, с которым она уже смирилась и научилась жить. Все в мире оказалось просто. И все же, иногда она запиралась в своей спальне, доставала коробку с альбомами, в которых хранились газетные вырезки о ней, о Викторе, Куроки с Сорой – в них были воспоминания. Часами женщина просматривала записи об одних из самых счастливых моментах ее жизни. Все эти фото и статьи складывались в ее одну большую историю жизни.

Вот все они за столом: и Альберт, и Патрик Пруст с женой, и Виктор со спутницей да – как – ее – там. Боже, какой же это год? Двухтысячи второй? А вот двухтысячи третий – они с Сашей и Виктором сфотографированы папарацци в каком-то богом забытом районе Нью – Йорка.

Вот и официальное фото на Рождество двухтысячи третьего. Как стучит ее сердце, даже спустя все годы. Она же тогда сделала почти безумный поступок, что превратился в сказку. Анна всегда улыбалась и немного краснела, вспоминая с удовольствием те рождественские каникулы. Робкие поцелуи и объятья, некий бессмысленный и нелепый страх перед тем, что же скажет Альберт с мамой. Ее сердце неустанно билось в бешеном ритме и казалось, увеличилось в размере. Все было, так же как и с Куроки, разве что реальнее. Она была счастлива и любима. Любима. Как же ей этого не хватало.

12.05.2037

… Ты представляешь Жанна сидела и плакала. Наша стервочка Жанна сидела на свадьбе своей дочери и как достопочтенная матрона рыдала, спрятав лицо в платок. Правда рядом еще плакали от умиления Мария и мать Луи. Твоя покорная слуга и Хикари сидели в стороне и наблюдали за испуганным лицом отца Луи, что не знал, как всех разом утешить.

Этот год – просто год свадеб, с ума сойти. Морио женился! Его невеста, к слову очень симпатичная девушка, как он ее только отхватил, и я была рада, что Сакура сумела себя перебороть и сфотографироваться с Рока Вада для официальной прессы. Мое почтение ей. Или она была под наркотиками и ничего не помнит?

Куроки… Ты только осознай! Тебе шестьдесят, а мне в этом году пятьдесят восемь. Ты в это веришь? Я – нет. Отказываюсь. До сих пор чувствую себя двадцатилетней дурочкой, что только что встретила принцев Уильяма и Гарри. Но вот уже мой сын организовывает торжества и банкеты.

Кто бы мог подумать? ….

A.P.

– Она не писала, что снова проходила обследование? – спросила Сора, увидев в руках мужа открытое письмо с гербом Грепиль. Иногда ей казалось, что только эти два идиота пользуется услугами почты. – Хикари сказала, что ее в последнее время мучает бессонница.

– Это просто значит, что она снова начала писать книгу и ничего не выходит, – отмахнулся Куроки.

– Ты думаешь? – уже серьезно спросила женщина, подойдя к нему. – Она сдала в последнее время, признай. То резко поправилась, то похудела. А теперь у нее точная копия прически принцессы Дианы.

– Она просто ищет новый путь, чтобы жить, – вздохнув, Куроки посмотрел на жену снизу вверх. Он как-то упустил тот момент, когда она перестала ревность и стала беспокоиться о бывшей княгини Грепиль, как о родном человеке.

Сора скривила рот и отошла, прихватив остальную почту. Она не разделяла уверенности мужа в благополучии Анны, какое-то женское чутье или интуиция нашептывало ей, что возможно грядут перемены. А еще эта очередная дуратская, детская напряженность в отношении Киарда с Хикари. Благо Касуми радовала ее своей покорностью и блестящей выдержкой, оказалось девушка не так плоха, как Сора думала раньше. Та чудесно занималась с Анеко, по – настоящему любила дочь, хоть и Такэо все еще жаждал сына. Видно рождение дочери подорвало в нем веру в свою мужественность и теперь он старался доказать себе и остальному миру обратное. Жаль пока ничего не получалось. Но его мать не беспокоилась, при всем своем сложном характере, ее сын умел быть гибким и дипломатичным, когда это было в его интересах, поэтому-то она и не лезла в их отношения. У нее была Сакура с дочерью, и разведенная бывшая Такэо Айко, что подозрительно стала появляться на приемах и деловых встречах. Императрице явно была не нужна новая головная боль, посему она потихоньку следила за всеми. И это приносило плоды.

31.10.2038

С Днем рождения!

К.

06.11.2038

С Днем Рождения!

A.P.

25.12.2038

С Рождеством!

Императорский дом

31.12.2038

С Новым годом!

Полиньяк

Она была выжата, устала и просто хотела забиться в какой-нибудь спокойный угол и ждать. Ждать когда солнечный лучик проберется сквозь приоткрытую штору и оставит кусочек пола. Ярким, теплым желтым светом, отраженным на короткошерстном ковре темно – синего цвета. Ей хотелось, чтобы у нее выросли крылья, защитившие ее, убаюкали ее в своем коконе и дали покой.

– Ты снова прячешься? – дверь в эту неосвещенную комнату открыл Саша, что уже успел переодеться после тожественного приема посла США. Чуть пошатываясь, скорее от усталости, нежели от выпитого. А еще, где-то втихаря от жены, он успел выкурить сигарету и посему было немного боязно появляться на глаза благоверной.

– Я снова отдыхаю, – язвительно ответила старшая сестра, сидевшая на полу в своем кабинете в полной темноте. Рядом с ней лежал поднос с соком и бутербродом, любовно принесенном Кейти, которую оказывается шесть лет назад наняла Хезер.

– Заметил, – усмехнулся Александр и уселся рядом с ней. Она беспокоила его в последнее время, но наученный в детстве своим опытом брат предпочитал не лезть к ней. Так намного лучше – все свои переживания она с успехом перенесет на страницы книги.

– Сакура познакомилась с мужчиной, – будто невзначай произнес Саша и взял бутерброд. – Неплохой скажу я тебе. Довольно симпатичный. И мне кажется, она в него влюблена.

– Ты же должен этому радоваться, – вздохнула Анна и положила ему голову на плечо. – Она не будет одинока. И не будет страдать ожидая тебя.

– Знаю, – закусил губу Саша. – Я рад за нее, но что-то в глубине души. Ну, ты знаешь. Это гадкое чувство. Ревность или зависть. Я сам не могу толком разобрать. Когда кто-то подходил к Жанне, я чувствовал злость, а тут.

– Мне этого не знать, – усмехнулась сестра. – Знал бы ты, какие идиотские мысли посещали мою голову за последние сорок лет. Роман о несбывшихся мечтах можно написать. Впрочем, его я и пишу.

– Правда? – встрепенулся мужчина, в голосе его прозвучала настоящая радость. – Это же здорово! Мама очень нервничала, что ты даже перестала делать заметки.

– А к чему они? В ровном счете они будут лишь призраками между строк. Бывает, хочется написать об искренней чистой любви, а получается об эгоистах. И кто такое будет читать? Знаешь, когда я начинала отсылать в редакции свои первые произведения, я чувствовала себя персонажем книги Элизабет Тейлор. Энджел кажется ее звали. Такая я же бесталантливая. Впрочем, сейчас я ее понимаю. Тебе чаще всего стыдно за то, что ты преподнес миру.

– В политике ты чувствовал себя иначе? – чуть задорно спросил Саша, вспоминая как она с испуганными глазами смотрела на Альберта произносящего конституцию наизусть. Какое это было интересно время: казалось перед ними был весь мир. Открытия, знакомства и восторг, но это было в начале, потом уже пришла ответственность, трудность и тревога.

– Когда я занималась политикой, то точно знала, что за моей спиной всегда стоят люди, готовые дать мне совет и помощь. И даже те на кого я могу свалить всю ответственность, – засмеявшись, женщина, чуть закашлялась.

– Теперь ты стоишь позади, – с грустной улыбкой произнес Саша, отчетливо почувствовал, как сквозь пальцы утекает время. Еще немного и он станет дедом, у Жанны полностью поседеет голова. – Но как я полагаю, это было решение Киарда не вступать в войну?

– Да, – неуверенно пожала плечами Анна и потянулась за стаканом сока. – У него другие взгляды, нежели у меня. Хоть это решение полностью поддерживаю. Сербия нам ничего не сделала, и влезать в ее внутренние конфликты – неразумно. Пусть с армией разбираются.

– Моя сестра, – Саша обнял ее. – Одна из самых мудрых правителей. Я горжусь тобой. И прости, что так редко говорил это.

– И я тебя тоже люблю, – прошептала женщина и потерлась лбом о его плечо. – Помнишь, как в детстве мы смотрели «Том и Джерри» по кассете?

– Конечно! – улыбнулся ее брат. – А «Ну, погоди!» и еще спорили что лучше.

– Нет, ругались мы из – за того, что более жестокое, – возмутилась Анна и подняла голову.

–точно, – щелкнул пальцами Саша. – И решили, что злее всех заяц.

Они дружно рассмеялись, вспомнив все свои глупые детские разногласия, которые сейчас окрасились в добрые пастельные тона счастливого детства.

06.10.2039

С Днем Рождения!!!

A.P.

P.S. Я так же как и вы с Сорой обеспокоена отъездом Хикари и ее решением развестись. Я не оправдываю Киарда, что с этой почти войной он стал еще невыносимее. У меня болит сердце от того, что я вижу, как их семья разрушается. Я скучаю по Хикари и понимаю, как больно ей быть вдали от Гая. Им просто нужно дать время – остынуть. Все будет хорошо.