Когда нам будет 40 лет

И вот этого мой мудреный двадцатисемилетний сын не ожидал. МОЕМУ СЫНУ ДВАДЦАТЬ СЕМЬ! К слову, на прошлой неделе стало известно о помолвке Айко. Признаюсь, мы с Сорой привыкли к этой девочке и переживали, как на ней отразиться разрыв с нашим неугомонным сыном. Так или иначе, Сора пообещала, да и начала подыскивать ему « золотую невесту». Я попросил пострашнее, но моя жена ответила, что мне придется видеть ее каждый день. Резонно. Шутка насчет жениться Такэо на Грейс тоже не прошла цензуру. Кстати, как поживает эта сорвиголова? Она ведь, как Морио с Джин, в этом году поступает в университет, да? Как быстро выросли дети. И еще чуть – чуть и появятся внуки. Ты в это веришь?

К.

Теперь она точно терпеть не могла август: они стояли всей семьей на крыльце дворца и провожали Киарда, что улетал в Упонию за «своим главным призом».

– Ты помнишь, как тебе рассказывал папа? Отведешь ее в сторону или если вы останетесь наедине, – руки Анны дрожали и посему она решила их прятать, обнимая саму себя и совершенно не обращая внимания на снисходительные улыбки домочадцев, что стояли позади, уже в предвкушении празднования помолвки. Они все так наивно и нелепо были уверены в счастливом завершении поездки Киарда и его возвращении уже с Хикари.

– Мама, – Киард обнял женщину и показал язык Грейс. – Я умею делать предложение.

–то есть? – возмутилась Анна, откинув голову назад, дабы посмотреть в лицо сыну.

– Я просто оговорился, – мирно произнес тот и поцеловал ее в лоб, так же как и она целовала его в детстве перед сном. – Мам, все будет хорошо. Я не опозорюсь. Ты за меня счастлива? Я поступаю правильно?

Анна покрепче обняла сына и дотянулась до его уха.

– Я рада за тебя. Правда. И ты поступаешь правильно, если женишься на той, к кому испытываешь сильные чувства.

– Ты будешь любить ее, помогать ей? – прошептал юноша ей на ухо, дабы остальные не слышали его страхов.

– Конечно, глупый. Я полюблю ее. Смирилась же я с Жанной, – женщина наконец-то разомкнула объятья.

Киард рассмеялся и снова поцеловать мать в лоб. Она благословила его, а значит, никакие трудности не смогут заставить его сойти с этого пути. Он жениться на чудесной девушке, что не бросит его. Киард в это верил, ведь его мать сказала « все будет хорошо», а она уж знала лучше.

– Я же очень милая? – не выдержала Жанна, подавшись вперед в кресле. Они уже некоторое время всей семьей сидели в библиотеке в ожидании Киарда и Хикари. Как кто-то мудро заметил: все важные вопросы решаются именно в библиотеке. Сейчас же их больше томило ожидание, с легким привкусом паники. Эта девочка согласилась выйти замуж за заморского князя и даже немного покраснела, опустив свою темноволосую голову. Нашла в себе силы перебороть страх перед будущем и прилетела на родину своего жениха. Щебеча на приятном французском с легким упонским акцентом, что со временем совсем исчезнет, оставив из индивидуальности лишь цвет кожи, приласканный восходящим солнцем.

– Да, ты была очень любезна с ней, – усмехнулся Саша, что сидел с сестрой на диване напротив жены. Виктор, по своему обыкновению, сидел на подоконнике и читал прессу, что так неоднозначно приняла выбор своего будущего князя. Одни пели дифирамбы уму и красоте юной упонки, другие четко подчеркивала трудности, с которыми предстоит столкнуться всей княжеской семье. И, конечно же, расовые вопросы.

– Жаль, что она уедет через неделю, не увидит мое первое сентября, – Грейс, сидевшая рядом с бабушкой, открыто зевнула.

– Ей самой предстоит последний год обучения, так что мы не смеем ее задерживать, – с нажимом произнесла Жанна, как всегда ухмыляясь. Иногда она даже себе казалось жестокой и черствой, чересчур эгоистичной. Но скорее всего она просто была единственная, кто не притворялся. Грейс отвела глаза в сторону: в этом году она совершенно не радовала мать своими изречениями и поступками. Они были даже не бунтарскими, а скорее провокационными. Хикари же была тихой гладью, что за пару дней своего визита в прошлом году, умудрилась очаровать даже старушку Хезер, не говоря уже о телеведущих первого новостного канала страны.

Грейс молча, уткнулась в книгу, которую естественно не читала. Ее глаза предательски начали наполняться слезами: она постоянно не понимала чего именно хочет от нее собственная мать, более похожая на неврастеника, нежели на успешную женщину, которой она представлялась окружению. Тетя и бабушка относились к ней намного лучше: особенно тетя, что часто брала ее в свои поездки, хоть это и нервировало мать. Как отец умудрился жениться на ней?

Дверь без стука открылась и в библиотеку широким шагом вошел Киард, ведущий, а скорее тащащий, за руку немного смущенную и запыхавшуюся Хикари. Девушка была одета в скромный серый костюм с юбкой, а волосы были убраны в замысловатый пучок. Анна машинально поправила свои распущенные волосы, недавно подстриженные по плечи.

– А вот и мы, – юноша подвел свою невесту к бабушке, сидящую уже с распростертыми объятиями. Мария обняла упонскую принцессу и легко поцеловала ее в щеку, введя в легкий ступор от проявления такой неожиданной нежности.

– Все прошло хорошо? – поинтересовалась у сына Анна, чуть склонив голову на бок, дабы лучше видеть мужа и стоявшую рядом с ним свою будущую невестку.

– Да, – чуть хлопнул в ладоши Киард и, оглянув присутствующих продолжил. – Пойду, напомню Кейти о чае.

Пружинистым шагом, он словно ветер, вылетел из комнаты, не думая, оставив свою невесту наедине с родственниками.

– Хикари, ты вполне можешь дышать, – улыбаясь, произнес Виктор, его сердце словно увеличилось в размере от радости. Все хорошо. С ними все будет хорошо.

– Большое спасибо за этот чудесный подарок, – чуть покраснев, Хикари дотронулась левой рукой до платинового крестика на своей шее и легко поклонилась.

– Не стоит, – произнес за жену Виктор, стараясь не рассматривать подарок. Они не знал, что жена решила подарить ей крестик на крещение, думая что этим займется Киард или придворный священник. Но возможно, если бы подарок был от Киарда, то он был бы куда вычурнее и совсем не подходил этой утонченной девушке. А так, обычный католический крест, хоть и из платины, с тонкой цепочкой средней длинны. Виктор не знал, что там есть еще еле заметная гравировка в некотором роде обыгрывающая имя девушки « И свет я обретаю с ним». Анна же в свое время от Альберта получила серебряный крестик его матери.

– Мы рады, что ты совершила такой мужественный поступок, – Мария чуть подвинулась, предоставив место Хикари. Девушка покорно села рядом с ней. – Надеюсь, ты впустишь нашу веру в свое сердце.

– А если не впустишь, то просто сделай вид, – с таким же благоговеньем произнесла Жанна, видя, как трепетно Мария держит за руки Грейс и Хикари. Этих совершенно непохожих девушек.

– Жанна, – Анна со вздохом закатила глаза. Она конечно и не думала оскорбляться этими словами, ведь понимала, что и Жанна, и ее брат с мужем, да и она сама по большей части живут этим принципом. Виктор называл это «идти на компромисс». А вот Мария, после всех своих потерь, именно в вере нашла утешение.

– Ну, вот, – словно подытожил Саша. – А мы так хотели произвести впечатление чопорного религиозного сословия.

Мужчина улыбнулся и подмигнул немного притихшей Хикари. Она во всех своих мечтаньях представляла все немного иначе. И да, именно к чопорности она и готовилась, а еще к тому, что они будут говорить на своем родном языке. Позже она узнает, что на разговор на роскранском языке наложен негласный запрет, после того, как родился Киард. Хотя запреты и существуют, чтобы их нарушать.

– Тридцать лет поддерживанию образа благочестивого семейства коту под хвост, – Виктор изящно спрыгнул с подоконника, забирая с собой газеты с нелицеприятными отзывами об упонской принцессе. – Я пойду, разыщу Кейти с Киардом. Готов поспорить, они не могут решить насчет торта к чаю.

– Хикари, не хочешь сменить одежду после дороги? – спросила Анна. – Грейс тебя бы проводила.

– Я бы с удовольствием, – кивнула девушка и резко встала с места. Ей хотелось поскорее выйти из комнаты, дабы утихомирить свое бешено бьющееся сердце и конечно сообщить матери, как все прошло.

Грейс с Хикари вышли из комнаты, оставив старших один на один со своим мнением.

– Она милая девочка, – добродушно произнесла Мария. – Сора очень хорошо ее воспитала.

– Но в тихом омуте черти водятся, – заметил Саша, покосившись на жену.

– Я тоже считаю, что Сора ее идеально выстругала, – по – роскрански хмыкнула Жанна. – А еще в ней совершенно нет шарма Куроки.

– Все досталось Такэо, – с улыбкой произнесла Анна. – А он еще тот подарок. Немного похож на Сакуру в юности.

– Главное, чтобы не в старости, – усмехнулся Саша и хлопнул сестру по колену. – Кто бы мог подумать, что наши дети породнят наши семьи. Словно в романе.

– Если уж мы живем в романе, то в эпилоге, ты должен бросить меня и быть с Сакурой, – желчно заметила Жанна, не скрывая все еще живущую в ее сердце тревогу и ревность.

– Как бы ты временами меня не бесила, но я признаю, что ты отличный юрист, – протянул ее муж. – И боюсь, развод с тобой будет уж слишком дорогостоящим.

Он никогда ее не бросит, как бы часто они не делали друг другу больно, что-то неуловимое, незримое, но в то же время невероятно сильное связывало их. Или ему просто нравится страдать?

31.10.2031

С Днем Рождения!

К.

06.11.2031

С Днем Рождения!

A.P.

17.12.2031

…Благо Хикари сейчас в Упонии и мы не настолько упадем в ее глазах. Так к чему это я? Вчера наша юная бунтарка забрала документы из университета, заявив, что не собирается идти этим путем и в марте поступит на военную службу. Ты бы слышал как кричала Жанна! Мне казалось, что в Австралии был слышен ее роскранский мат вперемешку с проклятьями на французском. Грейс полагала, что мы с Виктором ее как всегда поддержим, но, увы, как бы я не хотела, муж сказал, что это не наше дело. Итого бунтарка была сослана в загородный дом (в котором во всю ремонт), Луи Моро (помнишь лучшего друга Киарда, что постоянно ошивается во дворце и подрабатывает секретарем у Виктора) на это время тоже решил перебраться подальше от Грепиль. Мне кажется, Киард предчувствовал что-то, иначе с чего он так резко решил навестить свою невесту, отправившись эконом – классом в Упонию?

Кстати, о невестах: что там с Такэо? Я смотрела фото кандидаток Соры и разговаривала на эту тему с Хикари (жду, когда же она перестанет меня смущаться) и что-то мне подсказывает, что все кроме Такэо, считают эту затею глупой и провальной. Что думаешь ты?

A.P.

25.12.2031

С Рождеством!

Императорский дом

31.12.2031

С Новым годом!

Полиньяк

Сора оглянула комнату своим привычным придирчивым взглядом. Все уже было решено, но сразу пасть в глазах невестки не хотелось. Женщина посмотрела на мягко улыбающуюся дочь, что сидела рядом со своим женихом на одном из диванчиков. Киард праздновал у них Новый год, все больше и больше влюбляя в себя население Упонии, в том числе и Сору, что с каждым новым днем все чаще видела в нем галантного Виктора.

Такэо стоял рядом с матерью, нервно перекатываясь с пятки на носок. Эта его ужасная привычка раздражала женщину, ибо так делал его отец, когда не желал говорить правду. Сора посмотрела на сына и, прищурившись, поправила воротничок его рубашки. Ее ребенок стал старше и она надеялась, что мудрее. Такэо откидывал челку с глаз и улыбнулся ей. Вчера перед сном, они долго обсуждали сегодняшний день. Женщина думала, что сын будет бояться, но тот был уперто, уверен в выборе отца. Впрочем, Соре эта девушка тоже понравилась: из хорошей семьи, с образованием и очаровательной улыбкой. Жаль красотой, как Сора и Хикари, девушка не блистала. Она была… обычной. Хотя Киард, которому Хикари показала ее фото, сказал, что у нее добрые глаза, нарисованные, словно масляной краской.

Сора вновь посмотрела на свою дочь с женихом. Чудо из чудес. Но женщина чувствовала спокойное счастье Хикари, что была тоже уверена в своем выборе и осознала, что все ее страхи насчет будущей холодности новой семьи глупы. В княжестве ее пытались окружить коконом, на каждом шаге придерживая ее за руку, прощая ошибки. Даже Киард, что по слухам был сорвиголовой, оказался довольно скромным и ответственным, конечно пока рядом не было его приятеля – Луи Моро. А еще этот почти диснеевский принц решил « подождать до свадьбы», чем озадачил Сору, развеселил Куроки и умилил невесту. Может быть, еще и поэтому Хикари казалось, что она точно живет в сказке, и надеялась, что та не будет с печальным концом.

– Киард, – по – английски обратилась императрица, дабы заполнить тишину ожидания. – Ваш отец вернулся с поездки?

– Сегодня должен, – юноша чуть поклонился. – Он снова подхватил лихорадку и это очень беспокоит маму. Она постоянно хватается за сердце и причитает.

– Все будет хорошо, – чуть обеспокоенно произнесла Сора и, услышав шаги за дубовой дверью отвернулась от парочки, что обменялись взглядами. Через несколько секунд дверь отворилась слугой и в комнату торжественным шагом вошел Куроки за которым чуть отстав семенила девушка лет двадцати четырех.

– Его императорское Величество, – представил с опозданием старый слуга. – И Касуми Миура.

Поклонившись, он закрыл за собой дверь, оставив девушку один на один с этими явно заинтересованными лицами. Хикари стало жаль ее, ведь она понимала какой страх и ожидание испытывает сейчас Касуми, но увы она не имела права подойти к ней, успокоить и обнять, прежде чем отец представит ее Такэо, что застыл с гордо поднятой головой.

Куроки подошел к жене и сыну, сделал подзывающий мах рукой девушке и улыбнулся ей.

– Такэо, сын мой, это Касуми Миура, – представил император ту, что уже и не нуждалась в представлении. – Касуми, мой сын принц Такэо и твой будущий муж.

– Очень приятно, – механически Такэо подал ей руку, а она немного смутившись, просто пожала ее, вместо того, чтобы подать ладонь для поцелуя.

Сора, поджав губы, исподлобья взглянула на мужа, что еле заметно покачал головой.

– Что насчет чая? – чуть взмахнув руками, Хикари повторила отличный маневр своего жениха.

– Думаю, это неплохая идея, – произнесла чуть натянуто Сора, что все же оценила этот ход. Она, кивнув Касуми и мужу, тихо вышла из комнаты. Киард глазами подсказал Такэо усадить его будущую жену на диванчик перед ними. Куроки же молча, как и полагает императору, отправился вслед за женой, почувствовав себя немного не в той тарелке от легкой напряженности в комнате.

– У вас красивое имя, – Киард подался вперед, его отец всегда начинал так разговор с людьми, с которыми нужно было «наводить мосты». А ему была симпатичная эта девушка с такими же длинными как у Хикари черными волосами, правда без челки. Маленьким чуть вздернутым носиком и немного полноватыми губами.

– Большое спасибо, – опасаясь сделать ошибку, говоря на английском, девушка склонила голову, пряча взгляд.

– Оно обозначает «туман», – пояснил Такэо заполняя паузу.

– Везет же вам, – улыбаясь, заметил юный князь Грепиль. – Мое имя ничего не значит.

– Зато оно очень интересное, – Касуми подняла голову и робко улыбнулась, стараясь начать себя вести как следует. Она ведь всегда знала, что даже в этом современном мире, ей предстоит выйти замуж по расчету, ибо не только высокое положение отца, но и древность рода, давала о себе знать. Брак ее родителей не был счастливыми, с постоянной холодностью и склоками, но вот чудо: птичка на хвосте принесла, что сын императора ищет себе невесту и эти двое взрослых людей решили сыграть в новую игру. Правда, уже с жизнью своей дочери. Из одной клетки, она попадала в другую. Хоть и более роскошную, но замкнутую. Ее пугали все, в том числе и будущий муж, что в ее безумно – странных предположениях оказывался бездушным тираном и любителем рукоприкладства.

Такэо же больше волновала ее начитанность и умение держаться на публике. Красотой, по его меркам, природа ее уже обделила. Почему нельзя было найти такую как его сестра?

– Вы уже знаете о вашей поездке в декабре в Грепиль? – Хикари конечно отчасти хвасталась, но ничего не могла с собой поделать. Касуми перевела немного испуганный взгляд с Киарда, которым залюбовалась, на Такэо.

– Моя сестра намекает, что мы, – как же ему странно легко далось «мы». – Обязанный будем посетить ее свадьбу.

– Обещаем, что это будет очень занудно и официально, – пошутил Киард, взяв свою невесту за руку. Касуми улыбнулась ему в ответ: Киард показался ей бесконечно добрым и открытым. Он явно любил свою невесту. А во что ввязалась она? Что сулит ей будущее и этот молодой человек, что сидит бок обок с ней?

16.03.2032

… И вот наша бунтарка ушла в армию ровно на год. Жанна очень хотела обрить ее на лысо, но, увы, данные правила не распространяются здесь. Виктор наконец-то отошел от болезни, правда по пути умудрился заразить маму и еще парочку слуг.

Что прикажешь мне с ним делать? Командовать я им точно не могу.

Киард пытается придумать Хикари какой-нибудь грандиозный подарок на окончание университета и еще подарить хоть что-нибудь невесте Такэо. Она ему очень понравилась и он надеется, что они с Хикари подружатся. Касуми и правду так мила, как говорит мой сын? Просто по фото, уж прости, не особо видно, что твой сын очарован ей. Впрочем, как ты и сам говорил – Такэо сам поставил те грабли, на которые наступил.

А тем временем у нас ходят слухи…

A.P.

Анна положила свои черные перчатки на столик у входной двери загородного дома. Первого мая она вернулась из Франции, куда ездила к «своему маленькому принцу». Прошло двадцать пять лет, а она все еще помнит те переполняющие чувства восторга, что нахлынули на нее на том концерте в «Олимпии». Двадцать пять лет, а кажется всего год: на встрече все те же лица, белые розы и грустные улыбки и трепетное восхищение, что она тоже пришла вместе с ними скорбеть. А княгиня виделась с ним лично всего раз, благодаря своему положению, смогла встретиться за сценой, представиться ему, пожать руку и чуть ли не сказать, что влюблена. Она до сих пор чувствовала его свет. Любит. И никогда не пишет конца историям, как «завещал» он.

Иногда ей казалось, что эти чувства неправильные, хоть они и были чисто платонические, без всякого сексуального подтекста и желаний. Но все же они были. К малознакомому, далекому человеку, чья душа все еще жила в песнях.

Княгиня вошла в свой рабочий кабинет и подошла прямиком к книжной полке: там, во втором ряду, между толстыми книгами лежал конверт средних размеров, а в нем так и не отправленные письма, написанные в самые темные и тяжелые моменты ее жизни. Она никогда не перечитывала их, лишь смотрела на даты и даже от них у нее сдавливало душу камнем, взявшимся неизвестно откуда.

Анна села за стол, не такой массивный и старый, как во дворце, но столь же значимый – его ей подарила Кэмерон, первый редактор, за год до своей смерти.

Женщина достала лист бумаги с просто шариковой ручкой, занесла руку, уже готовая начать писать. Правда о чем?

О том, что ее снова беспокоит состояние здоровья ее мужа? О том, что она понимает его возраст, но сейчас не девятнадцатый век, и есть медицина. Но все происходящее действительно ее пугало: она не готова потерять еще одного близкого человека. Виктор был необходим ей как воздух. Он был ее константой. Она не сможет без него жить. От этого болело и без того хилое сердце. Как же она ненавидела быть слабой и беспомощной, прямо как в двухтысячи девятом году. В те дни она почти каждый день писала письма своему «ангелу» и отчаянно сжигала их в камине, словно это могло забрать ее боль и страх.

Все неумолимо движется по кругу.

Ей бы бояться будущего своего сына, но она была уверена, что Хикари, окончив университет, переберется в Грепиль; первое время поживет в съемной квартире, сдаст экзамены на гражданство, как она сама решила, и в декабре выйдет из главного собора Грепиль княжной.

И все это будет великолепно, сказочно и счастливо. Вокруг будут цветы, улыбки, фотовспышки. Умиление и вздохи от невероятной красоты брачующейся пары. Они с Виктором, Куроки с Сорой будут сидеть в первом ряду и стараться не плакать от счастья. А уж вечером устроят потрясающий бал – прием, на котором Саша с Жанной покажут, как нужно танцевать, а Такэо смирившись и смилостивившись, будет весь вечер развлекать лишь свою невесту.

Все у них будет хорошо. Нужно просто верить в это всем сердцем.

Анна посмотрела на настенные часы, подаренные родителями Виктора, которые никогда не жаловали их своим визитом. Было уже восемь вечера, значит лучше ей остаться в этом доме воспоминаний, что не только хранил их, но и щедро раздавал.

25.12.2032

С Рождеством!

Императорский дом

31.12.2032

С Новым годом!

Полиньяк

Минутная стрелка часов, подаренных еще родителям Куроки, бесчестно заставляла этот длинный день близиться к концу. Вчера Такэо сочетался священными узами брака с Касуми, оставив своим родителям гору поздравлений со всего мира, в том числе были и отчаянные проклятья в адрес принца от бывших пассий.

Сора отложила очередное письмо и посмотрела на мужа, что сидел перед ней. Куроки, как и она, усталям взглядом проводил по строчкам поздравлений от «самых близких», затем из специальной стопки бумаг брал бланк благодарственного письма и от руки писал пару стандартных фраз, ставил печать – все то же делала его жена. Глупое, по мнению императора, занятие, достойное секретаря, занимавшее безумно много времени, но такова была традиция.

– Думаешь, он будет счастлив? – тихо спросила Сора. Сегодня она явственно сознала, что в этом дворце они остались совершенно одни. Так пусто и непривычно, словно в прошлом, когда погибли родители Куроки. Стены будто раздвинулись, делая помещения еще больше и безлюднее.

– За год он сумел сблизиться с Касуми, – со вздохом ответил мужчина, отводя покраснелый усталый взгляд в сторону от света. – Мы разговаривали недавно. Он поблагодарил меня за то, что мы разрешили ему отдохнуть на том курорте в Корее. Они стали больше общаться, будучи наедине, а еще он признался, что ему нравится, когда Касуми улыбается.

Куроки усмехнулся и потер переносицу: его сын, так же как и он в свое время, наконец-то начал открывать удивительные стороны своей второй половинки.

– Надеюсь, все продолжиться в том же ключе, – улыбнувшись, произнесла Сора, что еще с трудом впускала в свое сердце эту довольно скромную девушку. Она казалась ей забитой, слабой и нелюдимой. В первом-то она была немного права, а вот в остальном нет. И возможно, Сора просто боялась, что ее сын не будет счастлив, что она сама не будет счастлива от брака ее первенца.

– Как думаешь, нам еще рано рассчитывать на внуков? – мужчина усмехнулся, поймав немного удивленный взгляд жены. Она все еще не могла, верила, что ее дети могут иметь своих детей, и что ей уже не двадцать пять. Как пролетело время и ей пятьдесят пять? Сакуре в следующем году исполнится полвека, а Виктору так совсем шестьдесят четыре. Немыслимо. Невероятно. Ведь только вчера она издалека рассматривала статного Виктора, что вел свою молодую жену под руку.

Прошлое. Оно формирует фундамент для будущего, что по кирпичикам строит нашу жизнь. Один кирпич – счастье, другой – разочарование. И так постоянно чередуясь, они сооружают историю взаимоотношений, связей и выбора.

– Выбор – лишь иллюзия, – произнесла однажды Анна, вычитав это в очередной книге. И сейчас Саша с уверенностью мог с ней согласиться. Его сердце предчувствовало глобальные перемены, хотя ничего этого не предвещало: Грейс вернулась из армии, совершенно выструганной, на радость матери, и уже через две недели собиралась взяться за учебу – переменив свою направленность на математику. Жанна была в радостном предвкушении от очередной поездки с ООН, Сакура со всей семьей отправилась где-то месяц погостить у родителей своего мужа.

Саша затушил сигарету и еще немного постоял, для того чтобы не вносить запах этого сигаретного курева в палату. Он нервничал и это становилось привычно – постоянным. Как Анна живет со всем этим?

– Я сдам тебя сестре, – сказал Виктор наконец-то вернувшемуся Саше.

– А я скажу, что ты выполняешь не все предписания врачей, – он кивнул на работающий ингалятор в руках князя – консорта. Виктор хмыкнул и поднес аппарат ко рту. В очередной раз болезнь сумела одолеть его. Прав был Альберт, укорявший в своей время его за разгульный образ жизни. Хотя его почивший друг настаивал, что у него откажут почки с печенью, а не сердце с легкими.