Мать-одиночка для Темного Князя

Глава 1

В напрасных поисках за ней

Я исследил земные тропы

От Гималайских ступеней

До древних пристаней Европы.

Она забытый сон веков,

В ней несвершенные надежды.

Я шорох знал ее шагов

И шелест чувствовал одежды.

Тревожа древний сон могил,

Я поднимал киркою плиты…

Ее искал, ее любил В чертах

Микенской Афродиты.

Пред нею падал я во прах,

Целуя пламенные ризы

Царевны Солнца – Таиах

И покрывало Монны Лизы.

Максимилиан Волошин. «Она»

– Ну что, погадаем? – хитро подмигнула Вика.

– А стоит? – Лена устало зевнула, мечтая о горячей ванне, стакане холодного апельсинового сока, а затем – о мягкой постельке и теплом пледе. – Что я нового о себе узнаю? Очередной богатенький жених на горизонте появится?

– Нельзя быть такой пессимисткой, – назидательно сообщила Вика и поморщилась, раскладывая на столе колоду карт. – Что ж у них телик так орет-то?

Привычная к громким звукам, доносившимся из детской, Лена равнодушно пожала плечами:

– Они только сегодня утром от бабушки с дедом вернулись. А там, сама знаешь, им позволяют почти все. Сегодня перебесятся, завтра успокоятся. Должны, по крайней мере. И что там у тебя за расклад?

На старом кухонном столе из дерева, накрытом потертой цветастой клеенкой, потрескавшейся от времени по углам, веером раскинулись обычные игральные карты, какие в любом ларьке купить можно. Вика утверждала, что прекрасно умеет по ним читать, мол, кровь бабки-ведьмы сказывается. Для Лены все это было китайской грамотой.

– «Дорога дальняя, казенный дом1», – дурачась, пропела Вика. – Да не трусь ты. Поездка, причем с детьми, мужик какой-то, вроде немолодой, но и нестарый. Ну и деньги, деньги вокруг.

– Угу, полно денег, и я среди них, – насмешливо согласилась Лена. – Цены тебе, дорогая гадалка, нет. Мужик-то какой? Темный? Светлый? Или, не дай бог, рыжий?

– Брюнет. Про цвет глаз не спрашивай.

– Ну, хоть на том спасибо. Буду у всех встречных брюнетов размер состояния узнавать.

– Фома ты неверующая, Ленка, – надулась Вика. – Мое прошлое гадание сбылось, вообще-то.

– Это когда я вместо Ниццы попала на болото?

– Я тебе Ниццу и не обещала. Сказала – водоем.

– Ага, болото – идеальный водоем. То-то я в нем несколько часов плавала, вылезти никак не могла.

Из детской послышались негодующие крики. Лена нехотя встала со стула и решительно направилась разбираться с двойняшками. «Не смей их наказывать! Они еще маленькие!», – раз за разом твердила мама Лены, потакая во всем мелким наглым бандитам. Шесть лет – не особо и маленькие, мозги в голове уже есть, считала Лена, упорно оставляя провинившихся детей без сладкого или аттракционов.

Бой подушками был в самом разгаре. Остались забытыми Том и Джерри, снова и снова гонявшиеся друг за другом на экране телевизора, вся энергия выплескивалась в несчастные постельные принадлежности. На полу валялись десятки крупных и мелких перьев.

– Лишу конфет на два дня, – безжалостно сообщила Лена, приглушая надоевший мультфильм.

Подушки разом зависли в воздухе, а затем хлопнулись вниз, на перья.

– Ну, мама, – заканючили хором неугомонные брат с сестрой.

– Подметите, уберите за собой. Через час я проверю, – Лена вышла из комнаты, заглянула в кухню – Вика сбежала, оставив на столе карты.

Пиковый король смотрел на Лену задумчиво и строго, как будто говорил: «А стоит ли вообще верить этим гаданиям?»

– Не стоит, – согласно вздохнула она, собирая карты в колоду. – Богатый жених, угу. Аж три раза.

В свои двадцать семь в сказки Лена не верила: жизнь научила ко всему относиться скептически. Сказанное подругой забылось уже через полчаса, когда Лена, налив стакан такого желанного апельсинового сока и закрывшись в кухне, стала решать, где же взять деньги на подготовку к школе. Собрать обоих детей в первый класс – квест еще тот. Что называется: «Как потратить поменьше, а купить побольше». Через два месяца двойняшкам исполнялось семь лет. Через три – первое сентября. Надо и день рождения, пусть не особо дорогой, устроить, и для школы деньги найти.

– Жених, ау, – позвала в пространство замотанная Лена. – Где ты там потерялся? Деньги не забудь.

Пространство предсказуемо молчало. Зато в детской снова раздались крики.

– Неделя без сладкого, – пообещала сама себе Лена и направилась в детскую.

– Мама, мама, портал! Прямо как в «Гарри Поттере»! Ну, мама! Посмотри!

Дети подскочили к Лене, не успела она зайти в комнату. Лена открыла было рот, чтобы их отчитать, но краем глаза заметила цветную радугу в углу детской.

– Что за… – изумленно пробормотала она, поворачиваясь в нужную сторону. Не радуга, нет, скорее, арка. Разноцветная. Сверкающая.

– Портал, мама! – Мишка бросился в непонятную арку первым и исчезая там. Дашка – за ним.

– Стоять! – закричала перепуганная Лена, опрометью кидаясь следом.

–…и чтоб я больше… – высокий брюнет с породистым лицом, одетый в средневековые коричневые штаны с синим камзолом, сидевший на чем-то, отдаленно похожем на трон, прервался на полуслове, с изумлением глядя на Лену и весело скакавших рядом детей.

– Вы кто? И как сюда попали?

– Обалдеть, – шокированно пробормотала Лена. – Жених. Настоящий.

День не задался с самого утра. Ночью снилась какая-то серая муть с грязными лужами, лабиринтами и громко каркавшими воронами, и встал Арчибальд фон Ромей, Темный князь и Повелитель земель Ромейских в преотвратном настроении. Завтракая, хмуро смотрел в окно: серое небо, тяжелые свинцовые тучи, мелко накрапывающий противный затяжной дождь. Вот кто, скажите на милость, тренируется по такой погоде?! Нет же, нужно перед троллями продемонстрировать удаль молодецкую, дать им понять, в очередной раз, кто на землях хозяин. Идиоты твердолобые, с первого раза до них не доходит, а он, Арчибальд, обязан мокнуть под холодным дождем!

Отставив в сторону тарелку с не доеденными блинчиками и ягодный морс в граненом стакане, Арчибальд неспешно направился в спальню, нехотя снял хлопковую рубашку, пристально осмотрел себя в зеркало: вон, после предыдущей битвы шрамы не все еще исчезли, до сих пор на плечах полоски видны. Теперь заново дерись, снова раны получай, тело истязай. Ты ж мужчина. Терпи.

Арчибальд выругался сквозь зубы, помянув всю свою многочисленную родню до седьмого колена. Мышцы качай, страну держи в железном кулаке. И ни минуты отдыха.

Поиграв теми самыми мышцами, вдоволь полюбовавшись рельефом, он надел другую, более теплую, рубаху, изготовленную из шерсти, домашние штаны тоже сменил на уличные, шерстяные, засунул ноги в сапоги, посмотрел на себя в зеркало: кареглазый брюнет с тонкими губами и правильным носом (знал бы кто, сколько магии уходит каждый раз этот нос, сломанный в боях, восстанавливать!).

– Аркадий! – позвал устало.

Вампир, высокий мускулистый шатен, зеленоглазый охальник, как звали его среди слуг, преданный друг и напарник в тренировках, появился мгновенно, одетый в такой же наряд, готовый к бою.

– Наслать на них армию, и дело с концом, – проворчал Арчибальд, направляясь вон из спальни.

– Имидж, – назидательно сообщил друг.

– Нахватался слов заморских, – поморщился Арчибальд.

Спор тот был давний, ни к чему спорщики ни разу так и не пришли, каждый оставался при своем. Арчибальду не хотелось без надобности свои ребра в драках ломать, Аркадий считал, что только так можно поддерживать авторитет среди воинственных рас.

Тролли уже ждали на на широкой каменной площадке за дворцом. Громадные зеленокожие туши, готовые драться всю жизнь, они, полуголые, с ухмылкой наблюдали за подходившими друзьями. Арчибальд, не скрываясь, поежился от холодного, пронизывающего ветра, пробиравшегося под одежду. Погодка, чтоб ее.

– И кому тут жить надоело? – угрюмо поинтересовался он, подходя к десятку недовольных низкой, как они считали, зарплатой троллей. – Выходи по одному. Бить буду.

Драка закончилась быстро. Арчибальд, как и следовало Темному князю, не стеснялся прибегать в бою к магии. И скоро все бунтовщики были красивыми звездами раскиданы по двору. Арчибальд аккуратно потрогал пальцем заплывший левый глаз. Что ж, в этот раз, можно считать, легко отделались: немногочисленные синяки и ссадины у него и сломанная правая рука у Аркадия. Всего лишь.

– Что там дальше? – повернулся он к другу.

– Аудиенция у гоблинов и вампиров, – сообщил тот, баюкая пострадавшую конечность. Заклинание, убиравшее боль, уже было наложено, осталось добраться до замкового лекаря и «починить» руку.

– Аудиенция, – поморщился Арчибальд, шагая по мощенному камнем двору. – Так и скажи: снова скандалить придут.

Глава 2

Под шум молитв и дальний звон

Склонялся в сладостном бессилье

Пред ликом восковых Мадонн

На знойных улицах Севильи.

И я читал ее судьбу

В улыбке внутренней зачатья,

В улыбке девушек в гробу,

В улыбке женщин в миг объятья.

Порой в чертах случайных лиц

Ее улыбки пламя тлело,

И кто-то звал со дна темниц.

Из бездны призрачного тела.

Но неизменная не та

Она скользит за тканью зыбкой,

И тихо светятся уста

Неотвратимою улыбкой.

Максимилиан Волошин. «Она»

Гоблины, мелкие, наглые, драчливые создания ростом чуть повыше кошки, мозгами – тоже, жили на окраинах Темного княжества уже не первую сотню лет и от скуки частенько разоряли селения людей и гномов по обе стороны границы. Раздраженный Арчибальд частенько против них «вводил санкции», как выражался Аркадий, в реальности обычно угрожая им присягой не самому княжеству, а лично ему, Темному князю, и лишением солода, подвозимого гоблинам на длинных телегах три-четыре раза в год. Обожавшие пиво, они варили этот напиток чуть ли не каждый день и притворялись напуганными, услышав очередную угрозу Арчибальда. Воевать с ними по-настоящему он не желал: не по чину ему, князю, разбираться с этой мелочью.

А вот вампиры… Вампиры доставляли Арчибальду настоящую головную боль. Часть их, отколовших от своих соплеменников, ратовала за «здоровый образ жизни», питалась исключительно растительной пищей и наотрез отказывалась пить кровь. «Это даже не прошлый, а позапрошлый век, – любил повторять их предводитель, Пантелеймон, – давно пора заклеймить словом и делом эту постыдную традицию! Над нами смеются за границей!» Арчибальд обычно не спорил, кивал, а потом опубликовывал очередной приказ, грозивший карами всем попытавшимся ослушаться. Не хотите пить кровь людей или других разумных существ – пейте животную. Но из среды вампиров должны выходить могучие, сильные воины, а не задохлики, питающиеся овощами.

Длительную аудиенцию, грозившую превратиться в традиционный скандал, самым бессовестным образом прервали: в тронном зале Арчибальда замерцал вдруг межмировой портал, и на каменный пол вывалились двое детей и взлохмаченная, одетая в затертый домашний халат, молодая блондинка.

– Вы кто? – нахмурился ничего не понимавший Арчибальд. – И как сюда попали?

– Обалдеть, – последовал непонятный ответ. – Жених. Настоящий.

Чей жених, можно было не спрашивать. Женщина смотрела на Арчибальда, чуть ли не плотоядно облизываясь, словно изголодавшаяся кошка, наконец-то заметившая мышь. Стать ее женихом никакого желания он не испытывал, а потому повторил проигнорированный вопрос, добавив в голос властности:

– Кто вы? И как сюда попали?!

– Кто вы? – спросил тип на троне. Лена, тряхнув головой, приведя мысли в нужное состояние, хотела уже рассказать про портал, как Мишка тряхнул руками.

– Мама, магия! Я колдую, мама! – с детских пальцев сорвались яркие искры.

– А я? – тут же обиделась Дашка. – Я тоже хочу! – из ее ладоней вырвались струи воды, попав, конечно же, по иронии судьбы непонятных серых существ, сгрудившихся у трона.

Существа пронзительно завопили, развернулись и, словно табун коней, понеслись к выходу. «Жених» поморщился, щелкнул пальцами:

– Гоблины не любят купаться.

Струи воды исчезли, как и искры.

– Так кто вы? – в третий раз спросил «жених».

– Я – Лена, дети – Миша, Даша. Вас мне нагадали, как жениха, – выдала Лена, стараясь не упустить из вида двойняшек, скакавших по залу горными козликами.

– Какое счастье, – по тону «жениха» было ясно, что счастьем он их появление не считал. – Открывайте портал и возвращайтесь. Невеста мне не нужна.

– Что открывать? – Мишка подбежал к окну, высунулся наружу, Дашка сосредоточенно водила ладонями по рисунку на стене. – Миша! Отойди сейчас же! Кому сказано! Простите, что открывать?

Щелчок пальцами – и дети стоят возле Лены, тщетно пытаясь сделать хоть шаг.

– Они приклеены к полу, – сообщил устало «жених», – открывайте портал и уходите.

– Я не умею, – пожала плечами Лена. Ситуация напоминала ей сцену из дурдома, когда двое психов решают, кто из них врач, а кто – пациент. Только у местного психа еще и магия была. Магия, да. Здесь… Точно, психушка.

– То есть попасть сюда вы каким-то образом сумели, а вернуться обратно не можете, так?

Да что ж он такой дотошный-то?!

– В комнате появилась сверкающая арка, дети нырнули в нее, я – за ними, – Лена посмотрела честными глазами на так называемого «жениха», уже жалея, что согласилась на Викино гадание. Может, без него и этого дурдома не произошло бы.

Взлохмаченная блондинка говорила правду – Арчибальд не чувствовал лжи. Вот только ситуация при этом запутывалась все больше: ни одно пророчество в их семье не было связано с его женитьбой, он сам связывать себя семейными узами не желал, портал же… Судя по описанию незнакомки, портал был явно наведен кем-то, причем кем-то очень умелым и сильным. У таких существ не было доступа в замок Арчибальда. Сам он слишком устал, восстанавливая организм после драки с троллями, и сейчас был не в состоянии открыть межмировой портал, чтобы вернуть незнакомку домой, в ее родной мир. Выход оставался только один: поселить всю троицу в одной из гостевых комнат, позволить им переночевать и завтра, рано утром, отправить назад.

– Аркадий, – позвал он друга.

Тот материализовался перед троном, открыл было рот, чтобы что-то сказать, увидел нежданных гостей и нахмурился:

– Это кто?

– Посели их в любой гостевой и возвращайся, – вместо ответа приказал Арчибальд.

– Что? – возмутилась блондинка. – В смысле «посели»? Нам домой надо! Мне с утра на работу!

– Открывайте портал сами или ждите утра, – равнодушно пожал плечами Арчибальд, мечтая как можно скорей избавиться от надоед.

Блондинка что-то прошипела под нос – Арчибаль решил не портить себе настроение и не прислушиваться – и с воинственным видом повернулась к Аркадию:

– Ведите!

И снова Арчибальду:

– Детей моих отклейте!

Арчибальд привычно щелкнул пальцами.

Недовольная Лена шла вслед за непонятным мужиком в кожаных штанах и рубашке, мысленно материлась и крепко держала за руки уже не пытавшихся вырываться, притихших детей.

Полутемные каменные коридоры, чадившие факелы на стенах, отсутствие окон – обстановка как в дешевых фильмах ужасов. «Открывайте портал»! Да если бы она умела открывать эти дурацкие порталы, ноги ее здесь не было бы! Лена терпеть не могла навязываться, а здесь и сейчас она отлично видела, что хозяин замка ей не рад. «Жених»! Да пропади он пропадом, такой жених! Лена лучше совсем без мужика останется, чем с таким вот занудой всю жизнь проживет. В том, что новый знакомый является занудой, Лена не сомневалась, – достаточно было внимательно понаблюдать за его мимикой, жестами, общением! Еще, небось, умничать любит!

– Мам, – тихонько позвала Даша, – а мы где?

– В замке Темного князя, – ответил вместо Лены их провожатый, молчавший всю дорогу.

– Это ненадолго, дети, – сообщила им Лена, – уже завтра утром мы вернемся домой.

Расстроенный вздох ее не удивил. Как же так, такое приключение пропадает.

– Здесь можно будет вымыться и поесть? – уточнила она у провожатого.

– Я пришлю служанок, – последовал неопределенный ответ.

Отлично. Тут, оказывается, и служанки имеются. Не фильм ужасов, нет, глухое средневековье.

Глава 3

В эту ночь я буду лампадой

В нежных твоих руках…

Не разбей, не дыши, не падай

На каменных ступенях.

Неси меня осторожней

Сквозь мрак твоего дворца,-

Станут биться тревожней,

Глуше наши сердца…

В пещере твоих ладоней —

Маленький огонек —

Я буду пылать иконней…

Не ты ли меня зажег?

Максимилиан Волошин. «В эту ночь я буду лампадой»

Мир Горнот заселяли многочисленные разумные существа. Боги – на небе, демоны – под землей. Остальные… остальные жили, где придется. По своей воле встречаться ни с богами, ни с демонами никто из мыслящих созданий этого мира никогда не стал бы. И уж тем более не отправился бы в гости к самим демонам и их прислужникам дварфам.

Арчибальд считал себя не просто мыслящим, но здравомыслящим существом, под землю за всю свою длинную жизнь спускался лишь дважды, с всевозможными предосторожностями, обвешанный с ног до головы амулетами. Сегодня он попал туда третий раз, и уже не по собственной воле.

Когда под троном внезапно начал качаться пол, Арчибальд списал это на усталость и собственное головокружение – замок был не просто защищен, он был укутан различными защитными заклинаниями, пробить которые не представляло возможным ни одному сильному магу. Но потом каменные плиты разъехались в разные стороны, неведомая сила вытащила Арчибальда из кресла и зашвырнула в образовавшийся проем. Не успел князь прийти в себя от изумления, как плиты встали на место, оставив своего хозяина в темном тоннеле, ведущем к царству демонов.

Свет зажегся по щелчку пальцев. Наладить освещение – дело нетрудное. Гораздо труднее оказалось понять и принять сложившуюся ситуацию. Он, Темный князь, гроза нечисти и нежити, повелитель трети земель этого мира, заброшен непонятно чьей волей в тоннель без возможности выбраться. Невероятно. Невозможно. И тем не менее…

Арчибальд внимательно осмотрел плиты: спаяны намертво. Пара-тройка магических импульсов впиталась в них, не причинив ни малейшего вреда. Значит, этим способом вернуться в Замок не получится. Второй, более опасный, способ – дойти до демонов, попутно отбив атаки дварфов, и постараться по-хорошему договориться с Владыкой демонов. Вспомнив, чем окончилась их предыдущая встреча, Арчибальд поморщился: они оба, напившись, демонстрируя друг другу собственную крутость, разнесли тогда половину империи демонов. Что случится в этот раз… Арчибальд упрямо отогнал дурные мысли прочь и зашагал по тоннелю. Он дойдет, вернется в замок и потом со всем разберется. Князь он или кто?

Первую атаку дварфов, маленьких злобных карликов, практически полностью поросших шерстью, питавшихся сырым мясом, все равно, чьим, Арчибальд отбил играючи: подумаешь, десяток валунов. Магический резерв еще не истощился, можно использовать силу без ограничений.

Вторая атака – водные струи – тоже была отбита играючи.

А вот третья… Когда впереди показались полностью оголенные демоницы, Арчибальд сглотнул. Женщины у него не было давно. Очень давно. И сейчас, глядя на соблазнительные формы приближавшихся дев, Арчибальд почувствовал знакомое возбуждение. «Наваждение, – упрямо твердил он сам себе, – это просто наваждение». Но рука не поднималась бросить в красавиц очередное заклинание.

Дверь за провожатым закрылась со стуком. Лена оглянулась: кровать на полкомнаты, с балдахином и периной, небольшой столик посередине спальни, рядом – три кресла. Еще один, явно туалетный, столик в углу, возле занавешенного широкого окна. Над столиком – полочки и зеркало. В углах спальни, в больших вазах, цветы, в основном сухие. Высокая этажерка с разнообразными статуэтками и непонятными коробочками возле небольшой дверцы в стене напротив кровати. В общем, совершенно обычное, ничем не выделяющееся помещение. Не знаешь, что ты в замке Темного князя, решишь, что в гостинице.

Теперь осталось дождаться обещанных служанок и наконец-то поужинать.

Служанками оказались две девчонки моложе Лены, невысокие, плотные, кареглазые шатенки. Вряд ли кому-то из них исполнилось хотя бы двадцать лет.

– Чего изволит госпожа? – с низким оклоном спросила одна из девушек.

«Рабовладельческий строй», – проворчала про себя Лена: нашли госпожу.

– Принесите поужинать нам троим, – она указала глазами на выглядывавших в окно детей. – И где тут можно помыться?

– Все будет сделано госпожа, – очередной низкий поклон, и девчонки выскочили за дверь.

– Божечки, куда я попала, – пробормотала Лена. – Миша, Даша! Что вы там увидели?!

– Мам, там коняшка! С крыльями! – с восторгом сообщил сын.

Лена открыла было рот, чтобы прочитать очередную лекцию, вспомнила, где они оказались, подошла, выглянула поверх детских головок: пегас. Самый настоящий. Такой, как их рисовали в книжках с мифами: высокий белоснежный конь с широкими крыльями.

– Мам, а можно покататься?

– А ты умеешь? – Лена провела руками по лицу, попытавшись «стереть» усталость. – Нет? Ну вот тогда просто оба любуйтесь.

Пегас. Это ж надо. Сначала гоблины. Потом – пегас. Интересно, кем окажутся их провожатый и сам «жених»? Ну, Вика, ну, подружка, спасибо огромное! И ведь кому рассказать – сразу бригаду вызовут и в дом с мягкими стенами отвезут.

Дверь тихо скрипнула, впуская служанок.

– Ваш ужин, госпожа, – на столике посередине комнаты появились тарелки с едой и вилки с ложками. Отдельно, в стороне, поставили графин с чем-то желтым.

– Это сок, госпожа, – пояснили служанки.

Сок так сок. Волнения последнего часа заставили Лену изрядно проголодаться, а потому каша, сыр, колбаски и сок были сметены ею и детьми минут за десять. Лена даже вкуса съеденного не почувствовала.

Купались все трое в разных железных чанах, в одном помещении, так называемой купальне, опять же с помощью служанок. Лена тщетно пыталась спорить, прикрывала себя любимую, полностью голую, ладонями, но девчонки смотрели на нее жалостливыми глазами, умоляя позволить им вымыть «госпожу».

– Это наша работа, – твердили они.

И Лена, замученная всем произошедшим, плюнула на стыд, только изредка морщилась, когда девичьи руки мыли ей голову. Дети, плескавшиеся в соседних чанах, чужих рук не боялись.

– Нет, ну куда я попала, – страдальчески вздохнула Лена, вернувшись в спальню в длинном теплом халате, – какая дикость: чаны, пегасы… Даша! Прекрати его задирать! Миша, оставь сестру в покое!

– Как, говоришь? Порталом пришла? – Владыка демонов Асмортус, высокий рогатый смуглый красавец, любитель женщин и гроза всех дварфов, одетый в черный кожаный костюм, сидевший на нем, как собственная кожа, противно ухмыльнулся, взмахнув узким хвостом с кисточкой на конце и сделав очередной глоток из широкой железной кружки. – Не умеешь ты, Арчи, своих женщин строить.

Арчибальд, не скрываясь, поморщился: покровительственный тон Асмортуса его откровенно бесил, особенно после третьей кружки крепкого гномьего самогона «Слеза гномки» – как говорится, каковы гномки, таковы у них и слезы. Обращение же вообще выводило из себя. «Арчи». Его так мать называла, причем постоянно. «Что мне теперь, время тратить, выговаривая “Арчибальд” каждый раз», – ворчала она в ответ на выражаемое им недовольство.

– Зато ты умеешь, сам без баб уже вечность сидишь, – буркнул он, ощущая немедленную необходимость показать, кто в доме хозяин. Всем им показать. И матери, и Владыке, и этой, что порталом пришла.

– Да мне стоит пальцами щелкнуть, как любая моей будет, в том числе и эта… твоя… портальная…

– Что это моя…

– А к кому она пришла? Не ко мне же… Хочешь спор? За трое суток уломаю ее.

– А давай, – азартно вскочил Арчибальд, пошатнулся и снова упал в объятия широкого удобного кресла. – Что на что?

– На желание, на что ж еще, – хитро ухмыльнулся Асмортус, пытаясь подняться с тем же результатом. Махнув рукой, он разлил по кружкам очередную порцию самогона. – Выпьем?

С хорошим собеседником, пусть и занудливым, что ж не выпить?

Лена плавала в мягких пушистых облаках, принимавших форму ее тела, нежилась в них, наслаждаясь тишиной и покоем. Давно ей не было так хорошо.

– Миленькая, – облака раздвинулись, между ними показалось женское лицо. Красивая рыжая женщина с синими глазами и пухлым ртом улыбнулась покровительственно Лене. – Возьми колечко. Пригодится. И удачи тебе, детка. Постарайтесь не убить друг друга.