- -
- 100%
- +
– Я постараюсь.
Вот это подарок, подумал про себя Генрих. Грета нагнулась за бар и достала несколько свертков с порошком. – Ничего запрещенного, немного специй для пикантности и только. – Грета протянула зеленоватый напиток в бокале. – Не томите, сделайте глоток.
Генрих еще раз взглянул в зеленые глаза бармена, потом на напиток и сделал глоток. Легкий газированный привкус сладковатого ментола, лайма, джина и чего-то, что он не мог определить, освежающей волной прокатились в его желудок. Ему сразу стало легче дышать.
– Что ж Грета, не скрою, ничего подобного я не пил раньше, мне по душе твое изобретение. Обещай, что сотворишь его для меня еще по меньшей мере два-три раза, солнце сядет не скоро.
– Вам стоит только попросить, Герр Генрих.
Генрих не мог понять, она действительно так открыто флиртует и намеренно дерзко смотрит в его глаза, или же это часть характера, который прекрасно отражен в ее внешности. Какой редкий экземпляр для острова. Кровь Генриха потекла быстрее, забытое приятное чувство желания пролилось по телу. Рука на его плече и знакомый запах вернули мужчину к реальности.
– Генрих, милый, скоро твой отец будет говорить тост.
– Тильда, я тебя не заметил. Тильда, это Грета, она сделала мне потрясающий коктейль, ты должна попробовать.
– Может чуть позже.
Невысокая и худая женщина, которая выглядела старше своего мужа, смерила взглядом Грету. Грете показалось, что у Тильды кожа и волосы были одного мертвенно бледного цвета. Платье, открывающее ее костлявые колени, висело на ней как на вешалке, а каблуки делали ее ноги еще более кривыми. Чем такая женщина могла очаровать одного из самых завидных мужчин Дании?
За домом под шатром стояли столы со стульями, несколько официантов быстро расставляли еду. Гости толпились рядом со столами с бокалами в руке и смотрели в сторону дома. На широком длинном крыльце стоял высокий упитанный мужчина, с небольшой проседью на русых волосах. Несмотря на жару, он был одет в элегантный летний костюм и светлую шляпу. Рядом с ним стоял темноволосый мужчина, на голову ниже его. Тот, что, постарше положив свою руку на его плечо, довольно эмоционально о чем-то рассказывал, глядя на море. Он жестикулировал, обводя рукой с бокалом гладь воды вдоль горизонта. Этим человеком был Гарольд Ларгюсон.
– Ооо, а вот и виновник всего, ради чего, собственно, мы с вами тут собрались! – По ступенькам крыльца поднимался Генрих. – Дорогие гости, благодарю вас, что решили провести этот день с нами! Ровно тридцать один год назад на свет появился мой сын!!! Именно в тот день изменил всю мою жизнь. В тот день у меня появилось 2 ребенка, Генрих и Ларгюсон-Атлантик! По мере того, как мой сын совершал свои первые достижения, учился сидеть, ходить, говорить, моя фирма росла вместе с ним. Все началось с одного маленького катера, а с рождением моего второго сына через пару лет, – Гарольд притянул к себе невысокого брюнета, – появилась грузовая баржа. И теперь, спустя тридцать один год, я стою перед вами, счастливейший человек, с тремя детьми!
Речь Гарольда продолжалась не меньше пятнадцати минут. Гости переминались с ноги на ногу, но веселый нрав владельца Ларгюсон-Атлантик передавался и им. Закончив свою речь парой шуток о том, что компанию пора бы тоже женить, как он это сделал со своими сыновьями, и желательно выгодно на фирме с преданным, он позволил гостям сесть и приступить к еде.
Младший сын Гарольда Ларс заметно отличался от своего старшего брата. Он был ниже, волосы темнее и выглядел гораздо серьезней. После окончания речи Ларс поспешил спустится с крыльца, он не любил быть в центре внимания. Наравне с отцом и страшим братом, он входил в состав директоров, но его занимали больше экономические вопросы, чем управленческие. И в отличии от Генриха и его жены Тильды, супруга Ларса Лилия очень ему подходила. Она была чуть ниже его и имела длинные кудрявые волосы, держалась достаточно скромно и редко покидала своего мужа, их можно было назвать неразлучной парочкой.
В восемь вечера солнце стало садиться и с моря несло приятной прохладой. На заднем дворе зажгли свет, оставшиеся гости танцевали под хиты Аббы. Генрих весь вечер занимали совсем другие мысли. Конечно, он наслаждался всеобщим вниманием, подарки в этом году были особенно дорогими – отец подарил ему давно желанный мотоцикл, но его мысли вот уже несколько часов не покидала Грета.
– Пойду выпью чего-нибудь, устал от людей, – произнес отрешенно Генрих.
– Пожалуй, составлю тебе компанию.
– Не надо Тильда, ты хозяйка дома, не оставляй гостей. Я скоро вернусь.
Но когда Генрих подошел к бару, там стоял мужчина, который вежливо поинтересовался, не нужно ли чего.
– Тут была девушка, Грета. Где она?
– Ее смена была до восьми.
–Где я могу найти ее?
– Она работает в одном из баров в Марстале.
Генрих вернулся к жене и спустя пол часа, сославшись на усталость, он направился в дом.
Была теплая летняя ночь. В открытое окно доносились звуки гремевшей посуды, прислуга убирала остатки еды после банкета. Генрих ворочался из стороны в сторону, голова раскалывалась, и он никак не мог уснуть. Он поднялся, накинул халат и вышел в коридор.
– Не спиться? – приветливая улыбка брата всегда раздражала Генриха, этакий хороший парень с оленьими глазами, который всем нравится.
– Голова болит, пойду подышу.
Спустившись по лестнице, Генрих вышел на террасу и направился к морю. Глубоко дыша, он не спеша двигался к берегу, и как бы не старался он прогнать свои мысли, все было бесполезно. Подобно акуле, учуявшей каплю крови в бездонном море, им двигал инстинкт. Генрих Ларгюсон всегда получает то, что хочет.
У воды стояла девушка. Легкое шифоновое платье колыхалась на ветру, обнажая хрупкие плечи. Она покрепче укуталась в плед и сделала шаг к воде. Ее легкий шепот, высокая, хрупкая фигура и черная вода впереди создавали совершенный антураж для художника. Подняв горсть песка и мелких камней, она произнесла над ними последнее слово «…навсегда» и бросила в воду. Уже скоро, он обязательно придет.
– Грета?!
– Генрих.
Девушка не оглянулась.
– Что ты тут делаешь?
– Я должна тебе два коктейля, а я держу свои обещания.
Генрих стоял неподвижно, оглядывая с ног до головы загадочную фигуру.
– Разве ты не должна быть на работе?
Грета повернулась.
–Я здесь. Что и кому я должна, я решу сама. Так как на счет коктейля?
Только сейчас Генрих заметил корзинку, стоящую на камнях. Грета достала два бокала и бутылку с заранее приготовленным коктейлем.
– С удовольствием, – акула загнала свою добычу в пасть. Он взял бутылку из рук Греты и провел пальцем по ее тонкой руке. – Ты как глоток свежего воздуха в моей душной жизни.
– До дна!
– Так кто же ты, загадочная незнакомка?
– Любопытство порой злейший враг. Но боюсь, что разочарую тебя, я самая простая девушка каких много.
– Сомневаюсь.
– Я приехала на каникулы, навестить бабушку.
– Студентка, значит?
– Вы проницательны, – она подмигнула.
– Где твои родители?
– Я совершеннолетняя, герр Генрих.
– На кого ты учишься?
– На медсестру.
– А наша разница в возрасте тебя не смущает?
– Смотря о каких взаимоотношениях, идет речь.
– О личных, разумеется.
– На сколько личных, Генрих?
В ее глазах читался вызов, и Генриху захотелось овладеть ей прямо на том самом месте, но учитывая, что его жена находилась в ста метрах от него, он собрал в кулак всю волю, которая была.
– На столько, на сколько это возможно, Грета.
Оба чувствовали себя свободно и легко. Словно все уже было определено задолго до их сегодняшней встречи. Грета выдержала прямой нескромный взгляд Генрих.
– Что ж, мне пора на работу. Подбросишь?
– Да, жди меня на повороте у кемпинга. Черный седан.
– Я думала, мы опробуем твой подарок?
– Не боишься?
– Я люблю скорость, и, если за рулем будешь ты, бояться мне нечего.
Когда Генрих вошел в дом, внутри все кипело. Это его лучший день рождения, вне всяких сомнений.
Гарольд сидел в гостиной с журналом в руках. Из столовой вышла Тильда.
– Все убрано, думаю, банкет удался. Правда, Генрих всегда пытался улизнуть от меня.
Она подошла к мужу и попыталась поцеловать его. В ответ он сухо чмокнул ее в щеку.
– Хочу опробовать свой подарок, проветрю голову заодно.
– Генрих, да ты с ума сошел? Мало того, что на улице уже глубокая ночь, ты выпил сегодня! Гарольд, скажите же ему.
– Он взрослый человек. И насколько мне известно, если он что-то решил, он это сделает, – спокойно произнес отец Генриха, не отрываясь от газеты.
– Да что вы за отец, а если он разобьется?
– Со мной все будет в порядке, дорогая. Я не на долго.
– И все же, осторожней сын.
Генрих завел новенький мотоцикл и отпустил сцепление. Проехав несколько десятков метров, он притормозил и завернул на перекрестке с указателем «Кемпинг». Грета уже ждала его на оговоренном месте.
– А ты не боишься темноты, – Грета едва заметно улыбнулась и села, обхватив Генриха за талию. И так, куда мы едем?
– Бар Скипперкроен в Марстале.
– Не близко. Держись крепче.
Генрих прибавил газ и мотоцикл тронулся. Грета придвинулась, ей не было страшно, она лишь хотела, чтобы этот момент не кончался. Он и она, скорость, дорога и свобода ото всех. Ей претила скованность брака, равнодушного и притворного. С момента их встречи, она вспоминала лицо Тильды и не могла понять, как они могут быть вместе, серый и красный, лед и огонь. Спустя двадцать минут черный Харлей выехал на Моллевейен, Генрих сбросил скорость. Еще через пять, свернув на Стрэндстрейт, мотоцикл затормозил.
– Доставлено.
– Потрясно! Где ты научился так управляться с мотоциклами?
– В студенчестве.
Юношеский задор переполнял его, он будто вернулся на пятнадцать лет назад. Когда в его жизни не было груза ответственности за компанию, долга перед женой, когда не надо было следить за каждым своим шагом, поскольку за их семьей неустанно следили репортеры. Женившись три года назад, он совершенно потерял себя. Серая женщина составила выгодную партию, ведь слияние датской судоходной флотилии и норвежского морского холдинга давали железные гарантии многолетнему процветанию бизнеса. Отец Тильды и Гарольд Ларгюсон прибывали в совершенном восторге от знакомства их детей. Тильда влюбилась с первого взгляда, а Генриха… он признавал несомненную выгоду предприятия. Но ему хотелось свободы и страсти, а Грета могла дать это ему.
– Во сколько ты заканчиваешь?
– В три.
– Что делаешь завтра?
– Работаю.
– Я хочу снова тебя увидеть.
Глава 3
Гость
Гостиную заливал яркий белый свет. Совсем близко над горизонтом стояло солнце. Оно еще не успело подняться, а день уже обещал быть ясным. Потянувшись на диване, Лидия не сразу смогла открыть глаза. Несмотря на то, что спала она на узком не раскладывающемся диване, да еще и в одежде, она чувствовала себя отдохнувшей. Полежав пару минут глядя в потолок, она потянулась к телефону. Писем от нотариуса не было, с работы тоже. Не удивительно, еще нет и семи. Выйдя на террасу на задней части дома, она не могла поверить, что еще вчера была сильная гроза. Укутавшись в плед, Лидия направилась к морю. Ровная гладкая поверхность безобидно манила к себе. Чайки еще спали, и вокруг стояла первозданная тишина. Осторожно спустившись по каменному берегу, она направилась вдоль пляжа, обходя крупные камни. Голова была ясная, но в сердце Лидии украдкой прокрадывалась тоска. Сперва она думала, что тоска была чем-то кажущимся. Но потом она поняла, что намеренно пытаясь отвлечься на свою настоящую жизнь, она лишь гнала мысли о том, что случилась много лет назад. Неприятное чувство взяло верх и по неволе женщина вспомнила рано ушедшего дедушку, которого она видела лишь на портретах в доме, покончившего с собой отца, погибшего брата и племянника, а теперь и дядю. Она не пережила эту боль как ее мать, но она знала о ней. Как бы все могло повернуться, проживи они свои жизни до конца? Хотя никто не знает, где находится этот конец, но проживи они просто чуть дольше.
Солнце поднималось все выше и его лучи как свет маяка падали на белые грубые камни. Лидии стало жарко в одеяле, и сняв его, она зашагали назад к дому. Позавтракав яичницей, она решила поработать за компьютером, телефон, пусть даже и самый совершенный, не самая удобная для этого вещь. Кажется, пришло время осмотреть кабинет Генриха. Она подошла к двери и повернула ручку. Тяжелая дубовая дверь со скрипом открылась. Стол посреди маленькой, обшитой красным деревом комнаты, был пуст. За столом было окно по бокам которого располагались книжные шкафы. Лидия подергала ящики стола, те были заперты. К чему столько секретности? Кладовка, чердак, все заперто, ящики стола и те на замке! Лидия принесла с кухни пару ножей разного размера. Провозившись с полчаса и оцарапав поверхность, ей удалось открыть оба ящика. В первом она обнаружила небольшой ключик серебряного цвета, во втором находился один единственный лист бумаги, вырванный из какой-то книги. Содержание его было следующим:
«…должно запереть его в недоступном месте:
В дверях все заперты замки, на связке те ключи,
Порог не переступит дух, как днем, так и в ночи.
Проклятие закроет ключ, в момент как скрипнет дверь,
Одну из них навек запри и выброси ключи.
Но помни, стоит лишь одну из множества открыть,
Дорогу ты укажешь тем, кто под землей лежит,
Придут и заберут они твой многолетний долг,
Коль дольше нескольких минут порог будет пустой».
Лидия смяла листок и машинально, вместе с ключом сунула, в карман. Что за детские сказки!
Компьютера в кабинете не оказалось, похоже, все современное, что есть в этом доме, находилось на кухне. Наверное, Генрих любил готовить. Хорошо, что у нее был с собой ноутбук. Взяв связку из четырех ключей, Лидия направилась к главному выходу, отперев оба замка – нижний и верхний, она вышла на улицу. С крыльца главного входа открывался вид на дубовый лес, находившийся по другую сторону дороги. Вековые деревья с пышной зеленью выглядели величественно. Чуть в сторону уходили луга, густо засеянные пшеницей, начинался сбор урожая, кое где в полях можно было разглядеть мотки сена. Вид дополняло ясное синее небо. Под яркими лучами солнца природа играла красками ранней осени и воплощала приятные условия для жизни на острове. Через дорогу от главных ворот, рядом с деревьями, стояла пожилая женщина. Ее лицо было напряжено, пара глубоких морщин прорезали лоб, а одежда напоминала лохмотья. Лидия мельком встретилась с ней взглядом, спустя несколько секунд она скрылась за деревьями. Должно быть, она живет на территории кемпинга, возможно сторож, других соседей поблизости нет. Лидия спустилась по ступеням, прошла по мосту над прудом, за которым была дорожка к гаражу и маленькая калитка, открывающаяся изнутри. Она открыла дверь, включила свет и зашла в гараж. На полу стояли коробки. Лидия заглянула в каждую по очереди, но ничего интересного там не обнаружила. Взяв макбук из автомобиля, Лидия вернулась в дом. Весь день вторника она проработала сидя в кабинете Генриха. К четырем часам дня, решив размяться и подкрепиться какао, она направилась в кухню, там было прохладно и темно. Лидия подняла ролло шторы и всмотрелась в горизонт, она никак не могла насладиться видом уходящего в даль моря. На берегу, на самом краю обрыва стоял мужчина. Он быстро повернул голову в сторону дома и тут же отвернулся. Хорошо бы познакомиться с соседями, не очень комфортно жить в полном одиночестве в трехэтажном коттедже, да еще и в конце острова, где за сотни метров нет не единой живой души. Лидия вышла из дома и направилась в сторону моря, но подойдя к обрыву, она никого не увидела поблизости. Только стук дверей в лодочном сарае и шум моря разбавляли ее одиночество. Ветер усиливался. Хоть бы не было грозы или шторма. Лидию не пугало пребывание в пустом старом доме, в сказки о призраках она не верила, предпочитая опасаться живых, а не мертвых. А вот о штормах в Эре она знает не понаслышке. Но для них еще рано, они случаются ближе к зиме, и все же стоит проверить прогноз погоды. Бросив взгляд на море, ей вдруг захотелось приготовить любимое блюдо ее отца – запечённый лосось с баклажанами. Мать рассказывала Лидии, что ее отец любил рыбалку, каждый раз возвращаясь с уловом, он просил запечь ему рыбу с овощами. В кладовке был винный погреб. Интересно, нет ли там бутылочки белого сухого вина?
Лидия Вернулась в прихожую и взяла из блюдца оставшиеся четыре ключа. Дверь в кладовку находилась в кухне. С третьего раза подобрав верный ключ, небольшой с зеленой лакированной головкой, она открыла дверь. В воздух был спертый, пыль покрывала пол сантиметровым слоем. Щелкнув выключателем, она неспешно пошла по ступенькам вниз. Слева у стены была стиральная машинка и сушка. Ощущение, что сюда не заходили несколько лет, где же Генрих стирал свое белье? Прямо стоял котел. Завернув направо за лестницу, она увидела большую деревянную дверь с металлической решеткой. Она напоминала ей сказочную дверь, ведущую в другое царство. Но было еще кое-что, она открывала ей воспоминания прошлого, которые Лидия тщетно пыталась забыть. Потянув за чугунное кольцо, она заглянула вовнутрь маленькой комнаты с множеством полок и стеклянным шкафом. Если вино когда-то и было тут, то его давно выпили. Выключив свет, Лидия прикрыла дверь подвала, оставив ключ в замочной скважине. Ключ номер пять использован, она мысленно поставила галочку. Что ж, прокачусь до магазина за рыбой и бутылочкой вина. Вообще Лидия пила крайне редко, только на рождество или день рождения. Но сейчас, в дали от дома и банковских хлопот, ей захотелось расслабиться. Она вновь вернулась к гаражу утренней дорогой, нажала на подъемник и дверь, скрипнув, стала ползти вверх. Она вставила ключ в зажигание и повернула, автомобиль, не издав и звука, стоял неподвижно будто ничего не произошло. Процедура повторилась, но во второй и в третий раз машина упрямо молчала. Прибывая в полном недоумении, Лидия достала мобильник и набрала номер компании по аренде автомобилей
– Автомобили Эре, слушаем.
– Добрый день. Меня зовут Лидия Сандерс. Вчера я арендовала у вас автомобиль Мазда, серебристого цвета.
– Здравствуйте, я вас помню. Что-то не так?
– Дело в том, что машина не заводиться. Она простояла всю ночь в гараже, а сейчас не заводится.
– Если я правильно помню, вы должны вернуть ее завтра?
– Должна была, но думаю я задержусь на острове до пятницы, или воскресенья.
– Все автомобили проходят проверку, вы уверены, что все делаете правильно?
– Я вожу пятнадцать лет. Я в состоянии отличить звук заведенного двигателя от полной тишины, при повороте ключа зажигания, – на другом конце провода ей не ответили. – Простите, да, я уверена, что все делаю правильно. Дело в автомобиле.
– Возможно, дело в аккумуляторе. В багажнике есть провод, вы без труда сможете зарядить его самостоятельно. Если не поможет, советую вызвать автомеханика, я могу подсказать вам контакты.
– Будьте так любезны.
Записав телефон, Лидия попрощалась и сразу же набрала записанный на углу журнала «Экономический вестник» номер. Отсчитав десять гудком, она всегда считала до десяти – привычка, приобретенная в раннем детстве, и не дождавшись ответа, она сунула трубку в карман, замкнула гараж и вернулась в дом. Яичница с какао и печеньем, чем не прекрасный ужин? В этот момент витражная дверь, ведущая в сад, сотряслась от грубого стука. Лидия вздрогнула. Она неспешно подошла к двери и посмотрела сквозь красное стекло, находившееся на уровне глаз. На террасе стоял мужчина.
– Здравствуйте, я могу вам помочь?
– Да. Вы не замкнули дверь.
– Я почти уверена, что закрыла ее, – Лидия помнила, как запирала калитку, ведущую к морю.
– Если бы вы ее замкнули, я бы не смог войти.
– Что ж, благодарю за помощь, – мужчина оставался на месте. – Вы живете неподалеку?
– Да. Совсем рядом с вами. Я знаком с Генрихом, мы виделись на днях. – В недоумении Лидия подняла бровь и приоткрыла дверь, оставив цепочку.
– Простите, но это вряд ли возможно. Он умер месяц назад.
На Лидию смотрел молодой мужчина, не старше нее. Лицо незнакомца никак не отреагировало на эту новость. Лидия обратила внимание, что он явно не беспокоился за свой внешний вид, да и к чему это на маленьком острове?
– Я одалживаю у него лодку, красную. Она стоит в том сарае.
– Вы бы хотели взять ее сейчас?
– Вечером, я приду за ней вечером.
Лидии показалось, что ему сложно говорить, его голос был немного хриплый словно простуженный. Каким-то образом мужчина заинтересовал ее, она сняла цепочку с двери и продолжила разговор.
– Вы не очень хорошо себя чувствуете?
– У меня болит горло, – он поднес руку к шее и потер ее.
– А вы давно знакомы с Генрихом?
– Давно.
– Вот как… И живете здесь столько же?
– Да, мы с ним не были друзьями, но мы ладили. Я одалживаю у него лодку, – повторил он.
– Могу я угостить вас какао? А вы в ответ расскажите мне немного об острове и о Генрихе, мы мало общались с ним.
Мужчина кивнул и вошел в дом. Лидия проводила его в столовую и предложила сесть.
– Я сварю какао и принесу, – она пошла в кухню и поставила турку на плиту. Там стало еще холоднее, чем днем. Обернувшись чтобы взять кружки, она увидела своего гостя, стоявшего в дверях. Он слегка наклонил голову в бок и огляделся.
– Я сяду тут, – он указал на высокий табурет рядом с каменной столешницей.
– Как хотите. Вы пришли сюда пешком?
– Да.
– А где именно ваш дом? Я не помню соседей поблизости Ларгюсон-Холла.
– Я живу тут рядом, – кивнув в сторону моря, он обнял ладонями кружку с какао.
– Вы знакомы еще с кем-то из семьи Ларгюсонов? Простите, я не расслышала вашего имени.
– Вы племянница Генриха. Вы похожи на Лилию.
– Лилию? Мою мать так зовут, – гость кивнул.
– Откуда вы ее знаете?
– Мы познакомились в школе.
– Она вас учила? – гость кивнул. – Она уже давно не преподает. То, что произошло с Генрихом ужасно. Мне сообщили лишь спустя месяц после его смерти. Я не была тут почти четверть века, можете представить? Но я так хорошо помню местность. И знаете, я все думаю, Генрих должно быть знал каждый камушек на берегу, это так нелепо идти и споткнуться. Может ему было тяжело ходить?
Гость молча смотрел на Лидию, которая, глядя в окно, рассуждала о случившемся.
– Его комната наверху в дальнем крыле. Не думаю, что у него были проблемы со здоровьем, как считаете?
– Он был очень сильным человеком, упрямым и стойким.
– Тоже самое мне говорила моя мать. Мы были с ним практически чужими, сама не знаю почему меня так заинтересовал этот случай. Думаю, следствие все правильно выявило.
– Вы так думаете?
– Когда он упал, то ударился головой и потерял сознание. Были сильные волны, и он захлебнулся. Нелепая смерть на мой взгляд, как считаете?
Лидия перевела взгляд от окна к мужчине. Тот сидел, глядя прямо перед собой, как и прежде крепко сжимая чашку с какао в ладонях.
– Не как все.
– А какова ваша версия?
– За все приходится платит. Он сделал все, чтобы отдать свой долг как можно позже.
– Вы считаете его убили, о какой сумме речь? Вы говорили с полицией?
Серые облака заволокли небо и за окном резко стало темнеть.
– Мне лучше уйти, – мужчина медленно встал и побрел к выходу.
– Простите, но могу я вас задержать буквально на пару минут?
– Мне пора.
– Подскажите, вы случайно не разбираетесь в автомобилях? Я взяла на прокат машину, а сегодня обнаружила, что она не заводится. Ума не приложу, что мне делать. Никак не могу дозвониться механику.
– Я не могу.
– Она в гараже, пожалуйста.
Гость направился к парадному входу, его голова по-прежнему была наклонена в бок. Он остановился у двери. Лидия аккуратно обошла его и открыла замки. Неспешно пройдя по мостику, гость на секунду задержался и посмотрел на ровную поверхность пруда.
– Мне всегда нравился пруд.
– Да, он украшает дом, несомненно.
Открыв дверь в гараж, Лидия нажала на выключатель.
– Правда у меня нет никаких инструментов, но возможно удастся разобраться и без них, – гость неподвижно стоял, глядя вверх.
– Разберитесь вот с этим, – он поднял палец и ткнул им в потолок.
Лидия в недоумении подняла глаза, но ничего там не обнаружила. Правда в углу потолка было что-то напоминающее люк.
– Темнеет. Я больше не могу оставаться, – не дождавшись ответа, гость вышел и быстро зашагал вдоль пруда к калитке, ведущей к морю. – Замкните все двери!
Лидия постояла еще пару минут глядя в потолок. В углу стояла швабра, она взяла ее и стукнула концом рукоятки по люку, тот был плотно закрыт. Лидия вышла из гаража, она окинула взглядом улицу и пошла вдоль узкой асфальтированной дороги в сторону кемпинга, переваривая сказанные гостем слова. Она глубоко вдыхала свежий прохладный воздух с запахом зелени, где-то в стороне щебетали птицы и шелестела листва. Внезапно позади она услышала звук движущегося автомобиля. Лидия отошла к обочине и замедлила шаг.