- -
- 100%
- +
– Да, – заговорил другой, – ты прав и не прав, Натан Исаевич. Прав в том, что, наверное, устранять не надо, и последняя демонстрация лишняя. Но если мы оставим все без изменения, то наш прогноз развития тоже ясен. Если они решат основное уравнение Вселенной или основной закон раньше времени, то уйдет ли мир в хаос, уже по другой причине?
Константин Петрович Шарогородский – видный социолог, изучающий в рамках российского института социологии закономерности развития общества, (а это был он), – продолжил:
– Нужно соблюсти баланс между раскачиванием мира и скатыванием его к катастрофе и разрушению, с необходимым прохождением стадий развития общества. И возможно их открытие сократит количество стадий, и человеческое общество не созреет для принятия новой концепции жизни. В той модели, которую мы прокрутили, такая вероятность есть.
– Может, все-таки устранить и дело с концом? – в разговор вступил третий собеседник.
По выправке было видно, что человек военный. Это был Глеб Георгиевич Рашенбаум, бывший заместитель командующего Черноморского флота. Сейчас он полностью сосредоточился на решении вопросов Организации.
– Глеб Георгиевич, это самый простой вариант, который вы всегда предлагаете, – Натан Исаевич высказал свое недовольство.
– Как говорят, простые варианты и бывают самыми правильными. Отсекай лишнее.
– Давайте пока подождем. Ещё неизвестно, что они там выкопают и какие законы сформулируют. Может, мы вообще зря забили тревогу, – Константин Петрович поднялся.
– На этом совещание предлагаю закончить. Наблюдение не снимать. Возможности не демонстрировать.
Через некоторое время тройка рассосалась с яхты, сойдя по трапу.
***
Когда Леонид с Настей поднялись в его квартиру, позвонил Андрей.
– Добрый вечер, Леонид. Представляешь, я ещё работаю, и я ещё не закончил. Так много событий. Сначала я хотел отбрасывать все, кроме крупных. Но потом стал оставлять и «средние» события. Сейчас их накопилось очень много. Пожалуй, мне надо ещё время.
– Да, а потом надо будет ещё работать с твоей выборкой, чтобы оставить основное.
– Наверное, ты прав. Беру ещё день. Не предполагал, что это так поглотит.
– Работай, Андрей. Леонид хотел рассказать ему про сегодняшнее происшествие, но раздумал. При встрече они обо всем поговорят.
– До встречи.
– Давай выпьем кофе и что-нибудь съедим, – Леонид пошел на кухню и включил кофеварку.
– А где у тебя что-нибудь съесть?
Леонид открыл холодильник и вытащил большой пирог с рыбой.
– Его нужно только разогреть, очень вкусно.
Ещё через несколько минут на кухне вкусно запахло пирогом, и они, вытащив пирог из печи, стали жадно его поедать, запивая горячим кофе.
– А мы, оказывается, сильно проголодались. Да, Леонид?
– Подтверждаю, – Леонид уминал очередной кусок пирога.
– Хотя, может быть, это нервное. Не каждый же день тебя пытаются убить водяным копьем. Понимаешь, Настя, сегодня с нами произошло из ряда вон выходящее событие, при этом мы как-то мало удивляемся. Мне кажется, современный человек вообще не может удивляться. Реальная и виртуальная действительность так переплелись в нашей жизни, что мы перестали удивляться.
– Удивляться – это одно, но чего они хотят от тебя добиться, – это другое.
– Ты разве ещё не поняла, Натан Исаевич хочет, чтобы я прекратил исследование в выбранном нами с Андреем направлении. По-видимому, это как-то может затрагивать их интересы.
– Как ты думаешь, кто они? Инопланетяне, семеро тайных, атланты или кто ещё?
– В любом случае они владеют передовой технологией, которой не владеют люди. Значит это не совсем люди.
– Или совсем не люди, – добавила Настя.
С Настей было легко. Она относилась к «комфортным» людям. «Комфортными» Леонид считал тех, с кем была психологическая совместимость. А с Настей у него она явно была.
– Может, останешься сегодня у меня?
Настя с удивлением посмотрела на Леонида.
– С каких пор?
– А с сегодняшних, как-то хочется, чтобы ты была рядом.
– Но ты ведь начнешь приставать.
– Начну, разве тебе не будет приятно? Мы же друзья.
– Вот именно, а ты хочешь секса. Это не помешает нашей дружбе? – Настя с улыбкой посмотрела на Леонида.
– Я думаю, что это только укрепит нашу дружбу! – Пафосно сказал Леонид.
Они оба засмеялись. Настя позвонила отцу и предупредила, что она останется у Леонида.
Утром Леонид встал с ясной головой. Из кухни пахло кофе и скворчало яичницей. Захотелось кофе. Вспомнил, что Настя осталась у него и сейчас хозяйничала на кухне. Он с удовольствием вспомнил её спортивную фигуру, которая увлекала его до полуночи. Уставшие и довольные собой, они поздно уснули. А сейчас утром энергия переполняла его и требовала выхода.
– Эй, соня, иди пить кофе, – Настя заглянула в комнату.
Она была только в одной его рубахе. Леонид скачком бросился к ней с кровати, но она успела улизнуть на кухню.
– Жалко, но тогда давай будем завтракать.
Он уселся за стол, и Настя подала две больших тарелки с яичницей и беконом, потом две большие кружки кофе. Минуту они ели молча, затем Настя поинтересовалась его планами.
– Если Андрей закончит сегодня выборку, то мне надо будет с его выборкой встретиться с программистами. Поставить им задачу. А у тебя?
– Утром иду на работу. Освобожусь после обеда, часам к трем.
– Как освободишься, позвони, что-нибудь придумаем.
– Хорошо, позвоню.
Андрей позвонил через час после того, как ушла Настя. Как всегда, радостный и возбужденный.
– Леонид, доброе утро! В общем, я закончил. На самом деле просто остановился. Событий так много, что закончить невозможно. Я сейчас тебе в электронном виде сброшу выборку, знакомься. А сам сейчас приеду. Надо обсудить, как работать с этим массивом информации.
– Давай, приезжай, – подтвердил Леонид, и Андрей отключился.
– Получен пакет информации, – доложил «домовой», – отправитель Андрей Вязов.
– Хорошо, выведи все на большой экран.
Тут же на стене вспыхнул дисплей телевизора, и стала последовательно выводиться информация о социальных потрясениях общества, начиная с Адама и Евы.
Информации было много. Особенно было много войн. По сути, история развития человечества – и была историей войн. Постоянно кто-то на кого-то нападал, убивал, завоевывал. Исчезали города, народы. Появлялись новые. Менялся облик планеты.
Нужны были идея, стратегия, критерии, по которым должна будет сортироваться указанная информация. Нужно установить закономерность.
«Идея должна быть простая, – рассуждал Леонид. – Есть событие социальное, в определённом временном интервале, скажем от года до трех или от месяца – разбивку можно по интервалам уменьшить. Определять, какие природные катаклизмы случались после этих социальных потрясений. Причем, брать все природные катаклизмы, строить временной график и отмечать амплитуду события. Так же сделать по всей выборке. А потом постараться определить общее, что может объединять эти события. В случае, если есть корреляция, то это поможет понять, работает предположение Андрея или нет».
Вызов на домофоне сигнализировал, что подъехал Андрей. Леонид скомандовал «домовому», чтобы впустил, подумав при этом, что надо поставить у «домового» на Андрея приоритет.
Андрей, появившись в комнате, сразу заполнил её своими эмоциями.
– Привет, Леонид! Представляешь, в каком количестве человеческих пороков мне пришлось порыться. Я стал терять веру в добродетели человечества. Поэтому срочно хочу напиться твоего колумбийского кофе. Может, он позволит восстановить моё душевное равновесие.
– Привет, Андрей! Пойдем на кухню. Буду восстанавливать твоё душевное равновесие.
Леонид засыпал свежих зерен в кофемашину. Кофемашина была дорогая и многофункциональная, может и поэтому кофе получался вкусным. Все научные наработки по извлечению из кофейных зерен божественного напитка были воплощены в этой машине. Мощный мотор заработал, перемалывая зерна, и через секунды, струя горячего напитка стала выливаться в чашку, наполняя всю кухню кофейным ароматом. В том, что кофе надо пить с сахаром, Андрей был согласен с Леонидом. Кофе с сахаром – как раз был тем сбалансированным напитком, от которого компаньоны получали удовольствие. Ну и кофе должен быть горячим. В этом у них тоже было согласие.
– Ну вот, полегчало, – Андрей, сделав пару крупных глотков, блаженно откинулся в кресле.
– Знаешь, у меня четкое ощущение, что мы занимаемся тем, чем надо. Какой-то не контролируемый поток энергии переполняет меня, не давая остановиться.
– Мне знакомо это ощущение, – подтвердил Леонид, отхлебывая из своей кружки.
– Ладно, давай к делу. Надеюсь, ты уже подумал, как работать с таким массивом информации.
– Идеи есть, но надо ещё обсудить с программистами.
– Можешь озвучить хотя бы тезисно, потому что я совсем не представляю, с какого конца браться за это.
– Идея такова: есть событие, например, война; следом смотрим, что происходит с планетой с шагом от недели, месяца или года. Смотрим землетрясения, извержения вулканов, наводнения, цунами, пандемии и прочие катаклизмы. Необходимо ввести понятие амплитуды события, которая, возможно, должна быть привязана к количеству погибших людей, и, соответственно, амплитуды планетарных катаклизмов.
– Кстати, получается реакция природы с коэффициентом два, то есть сначала люди проявляют сознательную агрессию – война, а затем природа, реагируя на это событие, выдает «артишок», то есть ещё раз наказывает человека.
– Ну, в общем-то, ты прав. Можно составить и такую цепочку – социальное негативное событие – землетрясение в океане – цунами – гибель людей на берегу от цунами. Либо рассматривать это как одно, взаимосвязанное событие, – Андрей задумался.
– Ещё надо учесть события космического масштаба, а именно: кометы, метеориты, вспышки на солнце с момента наблюдения, взрывы сверхновых звезд и другие события в ближайшей наблюдаемой Вселенной.
– А ещё надо учесть, – продолжил уже Леонид, – возможные изменения параметров элементарных частиц и связанных с ними констант.
– Вообще, если допустить, что с каждым социальным взрывом физические константы могут меняться, то однажды человечество может разрушить свой мир. Хотя, я думаю, что для изменения в микромире нужны большие энергии, чем для катаклизмов в макромире.
– Знаешь, Леонид, я, конечно, понимаю глобальность задач и вопросов, на которые мы хотим получить ответы. Но, он отхлебнул ещё горячий кофе, хотелось бы опять же понять, что мы получим в результате анализа этой информации.
Леонид задумался.
– Вопрос не простой. Но я постараюсь ответить, в первом приближении. Во-первых, нам нужно обнаружить корреляцию между социальными событиями и природными катаклизмами – это основная гипотеза, она должна быть или не должна быть подтверждена. Во-вторых, в случае подтверждения, определить амплитудные и временные характеристики событий. В-третьих, выяснить возможные координаты событий и их градиенты. Выяснить закономерности. В-четвертых, все события нужно разместить на гравитационную карту земли и посмотреть на ней. У меня есть смутные догадки, что это может дать.
– Ты упомянул гравитационную карту земли. Я об этом не слышал. Можешь мне дать справку?
– В 2015 году гравитационные волны были открыты путем их прямого детектирования, а в начале 2016 года, в феврале, все узнали об этом открытии. А в 2017 году за экспериментальное обнаружение гравитационных волн была присуждена Нобелевская премия.
На основе этого открытия была создана гравитационная карта земли, где каждому квадратному метру поверхности соответствует свой гравитационный потенциал. Поэтому, если у вас есть устройство, измеряющее гравитационный потенциал земли, вы можете определить свое местонахождение на планете, не прибегая к традиционным методам определения координат.
– Вот это да! Порой очень интересная информация проходит мимо. Это общая проблема нашего общества, – Андрей задумался.
– Послушай, Андрей, ещё кое, о чем хотел тебе рассказать, – и Леонид поведал Андрею о тех событиях, которые касались Натана Исаевича.
Особенно Андрей с удивлением смотрел на Леонида, когда тот рассказывал о водяном копье.
– Ты меня не разыгрываешь? – Наконец, после некоторого молчания спросил Андрей.
– По последнему событию у меня есть свидетель – Настя. И это не глюк.
– «В голове открылся люк – это глюк», – вспомнилась Андрею некая стихотворная форма.
– Слушай, Леонид, и что же думаешь об этом? У тебя было больше времени обо всем этом подумать. Кто это, что им надо?
– С Настей мы пришли к выводам, что это не совсем люди. Они хотят напугать, не убить. Иначе это уже бы давно состоялось. Просят, чтобы я изменил вектор исследования.
– Это, конечно, кошмар, что происходит, но одновременно и индикатор того, что мы на правильном пути. Как говорил классик: «Правильной дорогой идете, товарищи». Или примерно так.
Андрей на удивление спокойно перенес эту информацию, и Леонид, лишний раз убедился, что современные люди не способны долго удивляться. Тем не менее, Леонид описал Андрею внешний вид Натана Исаевича и попросил соблюдать некоторую осторожность, ежели он (Натан Исаевич) покажется на горизонте.
Андрей, допив кофе, стал собираться.
– Поеду в информаторий. Надо ещё посмотреть на природные катаклизмы, которые как бы стоят особняком. Проверить кое-какие идеи, проявившиеся в разговоре с тобой.
– Хорошо, Андрей, а я съезжу к своим шахматистам-программистам.
Пожелав друг другу удачи, они расстались. Андрей уехал в информаторий, а Леонид стал собираться на свою основную работу.
Позвонил Слава Михеев.
– Леонид, привет. По твоему запросу. Как-то все странно. По нему информации очень мало, либо она закрытая. Я ничего раскопать не смог. Только то, что есть в социальных сетях, примерно пятилетней давности. У вас эта информация есть. Конференции, публикации, выступления. Первый раз сталкиваюсь с таким. Помочь пока не могу. Но покопаем ещё. Если что накопаем, я с тобой свяжусь.
– Спасибо, Слава!
– Ну пока не за что. Поработаем ещё, до связи.
Пошел отбой. Леонид задумался. Натан Исаевич действительно был странной фигурой.
Глава 3
Автомобиль уверенно пробирался в тесном потоке машин. Леонид пытался ещё раз мысленно сформулировать для программистов задачу. Можно было бы, конечно, напрямую задать вопрос и поставить задачу «Умнику», но программисты знают и могут ставить задачи четче, яснее, правильнее. Поэтому Леонид и хотел с ними встретиться.
На территории института было тихо и спокойно. Деревья отсекали территорию от оживленной автотрассы и поглощали звуки, создавая атмосферу комфорта.
В лаборатории тоже все было тихо и спокойно. Геннадий Селезнев с чашкой кофе сидел у шахматной доски, а Игорь Шведов прохаживался рядом и что-то вполголоса ему говорил. Подойдя ближе, он услышал окончание разговора.
– Статья в последнем издании научного журнала, там есть эта ссылка. Надо изменить краевые условия в последней задаче. Тогда мы получим результат, который будет иметь физический смысл.
– Привет, ребята!
– О, Леонид, приветствуем. Как дела? Как ваши исследования? – Геннадий отвлекся от созерцания доски.
– Продвигаются?
– Вы обещали помочь. Поэтому пришел.
– От слов не отказываемся. Вы же знаете, Леонид, давайте исходники и будем работать.
– Вот информация, – Леонид сбросил во внутреннюю базу лаборатории, наработки Андрея.
– Это узловые точки социальных потрясений от Адама и Евы. Во-первых, необходимо обнаружить корреляцию между социальными событиями и природными катаклизмами, ежели таковая существует. Во-вторых, определить амплитудные и временные характеристики событий. В-третьих, выяснить возможные координаты событий и их направленность. В-четвертых, разместить события на гравитационной карте земли. И в-пятых, – это уже ваше предложение – оценить возможность выработки количественных оценок зла и возможности предсказания будущих катаклизмов.
– Вот это задача, – Игорь Шведов автоматически почесал затылок.
– У нас есть время, – Евгений Михайлович ещё не поставил новых задач, а старые мы все решили. Но, а если что, Леонид Абрамович нас прикроет. Он ведь тоже наш начальник.
– Вот и отлично. Когда сможете приступить?
– Уже приступили, Леонид Абрамович, – Игорь Шведов уже что-то настукивал на своем компьютере.
– Задачи не простые, связанные с огромным массивом информации. Нужно сформировать для «Умника» алгоритмы отбора и обработки информации. Задать параметры вывода и организации, графику. Направление и разбивку.
– Как вы думаете, сколько времени необходимо на постановку задачи?
– Не знаем, Леонид Абрамович. Может – день, может – два, а то и неделю. Будем вас информировать. Задачи поставлены, мы продумаем для «Умника» логистические пути организации информации.
– Ладно, ребята, работайте. Будем на связи.
Предварительно созвонившись, Леонид из института поехал к Насте. Она, как всегда, вышла с фитнеса за мгновение до остановки его авто. Леонид даже решил спросить, как у неё это получается. Присаживаясь в машину, она чмокнула Леонида в щеку.
– Отец просил меня после работы заехать домой.
– Хорошо, я тебя отвезу. Что за вопрос?
– Не знаю, но просил.
Леонид назвал адрес Насти. Автомобиль принял задачу и начал строить путь до дома отца Насти.
Не прошло и получаса, как авто подъехало к небольшому двухэтажному особняку, который находился в зелёном районе Москвы. Особняк достался отцу Насти от его отца, а тому – от его. Так что это было родовое гнездо Ковалевских.
Из машины вышли оба. Настя пригласила Леонида в дом.
– А это удобно?
– Удобно, удобно, – тем более, я много о тебе рассказывала, и он хочет с тобой познакомиться.
– Ну тогда хорошо. Пойдем.
Александр Ефимович сидел за большим рабочим столом и что-то быстро писал. Он был ещё старой закалки и пользовался ручкой и бумагой. Хотя на сегодняшний день, это было экзотикой. Дочери он говорил, что изложение идей на бумаге – это один из элементов совокупного творческого процесса. Он поднял глаза.
– О, Настенька, рад тебя видеть. А это с тобой, видимо, Леонид? – Он встал из-за стола и протянул руку.
– Здравствуйте, Александр Ефимович, я тоже рад вас видеть, – Леонид пожал протянутую ему руку.
– Настя много рассказывала о вас, о вашей работе в области фундаментальных взаимодействий. О том, что вы защитили диссертацию.
– Все это правда.
– Но, кроме того, я знаю, что вы интересуетесь другими вопросами.
– Если вы имеете ввиду интерес к вопросам памяти, то подтверждаю.
– Настя в общих чертах рассказала о вашей модели памяти.
– Интересно, интересно, что она вам рассказала. А давайте присядем, – он указал на круглый стол с тремя стульями.
– Настенька, а ты нам коньячка по рюмочке, – надо же за знакомство выпить.
Настя ушла на кухню.
– Связать высокотемпературную сверхпроводимость с механизмом памяти, считаю прогрессивной идеей. Более того, считаю, что она достаточно «безумна», чтобы быть верной.
– Да, так сказал один из классиков физики, – Александр Ефимович задумался.
– Вам, правда, интересна эта тема?
– Несомненно.
– Знаете, мне интересно ваше мнение как физика, изучающего фундаментальные взаимодействия. Моя гипотеза базируется на утверждении, что информация в мозге хранится в магнитных «торах», которые находятся в «сверхпроводящем» состоянии. Все остальное – это следствие из этой гипотезы. Я их назвал кантово-информационными структурами. Или квантами памяти.
– Я так понимаю, что в вашей гипотезе большую роль играют информационные взаимодействия.
– Вы правильно уловили суть, Леонид Абрамович. Информационные взаимодействия играют в биологических процессах существенную роль. Причем биологические эффекты, обусловленные этими взаимодействиями, зависят уже не от величины энергии, вносимой в ту или иную систему, а от вносимой в неё информации.
– Скажите, Леонид, вам, правда, интересно?
– Знаете, Александр Ефимович, если вы хотите, чтобы я высказал свое мнение по интересующему нас вопросу, хотелось бы услышать вводную лекцию от вас. Ведь вряд ли ваша идея возникла из ниоткуда.
Подошла Настя, – принесла в графине Хеннеси, пару пузатых бокалов, нарезанный лимон, нарезку из мяса, виноград, фрукты.
– Спасибо, Настенька, твой друг, – он посмотрел на Леонида, – хочет, чтобы я рассказал ему историю идей, которые послужили базой для нашей гипотезы.
– Пожалуйста, если ему это интересно, я вас оставлю. У меня есть дела.
– Да, Настенька. Вот флэшка – принес посыльный, собственно, для этого я просил тебя заехать.
– Ладно, посмотрю, что там, – Настя, взяв флэшку, ушла в недра дома.
Александр Ефимович разлил из графина коньяк по бокалам, с удовольствием отпил глоток и закусил нарезкой из мяса. Леонид использовал лимон.
– Прекрасно, не правда ли?
– Подтверждаю.
– Нуте-с, слушайте, молодой человек, сами напросились.
– Ещё в 1938 году Рашевски, базируясь на морфологических данных, создал модель памяти, состоящую из замкнутых цепей, в которых импульсы долгое время циркулировали без подкрепления. Новые афферентные импульсы усиливали поток циркулирующих импульсов. Эти цепи, по предположению Рашевски, играли роль в организации кратковременной памяти.
В 1949 году Хобб постулировал, что в основе перехода информации в долговременную память лежат реверберационные свойства центральной нервной системы. Это означало, что нервные импульсы некоторое время циркулируют (реверберируют) в детерминированных замкнутых нейронных цепях.
В 1960- х годах было получено экспериментальное доказательство существования самостимулируемых цепей в сером веществе головного мозга.
В 1983 году Адамс в качестве модели кратковременной памяти предложил использовать гипотезу о реверберационной активности в самовозбуждающихся цепях.
В 1986 году Бородкин и Шабанов допустили возможность осуществления механизма кратковременной памяти, посредством циркуляции нервных импульсов в замкнутых нервных кругах.
Вся информация вызывает, другими словами, появление в мозге циркулирующих токов – упорядоченного движения электронов.
Согласно теории информации, энергия сигнала, несущего информацию, не должна тратиться на образование циркулирующего тока – «ячейки» кратковременной памяти. Эта «ячейка» должна существовать в мозгу человека уже до поступления сигнала, несущего информацию.
– Вы ещё слушаете Леонид?
– Да, да, мне очень интересно, поверьте.
– Тогда продолжу.
– Мы предположили, что до поступления информационного сигнала в мозг человека, там существует множество циркулирующих токов – «ячеек» кратковременной памяти. Они находятся в низших, из всех возможных, энергетических состояний.
Учет квантовых свойств зарядоносителей приводит к тому, что всякое классическое периодическое движение квантуется. Упорядоченное движение электронов происходит в соответствующем магнитном поле мозга и геомагнитном поле земли, наличие которых может делать устойчивыми циклотронные орбиты зарядоносителей. Наименьшая энергия «кванта циклотронного движения» будет равна произведению постоянной Планка на циклотронную частоту.
– Да, это я помню. По теории Ландау, этот «циклотронный атом» будет иметь характер линейного гармонического осциллятора с дискретным спектром энергий.
– Верно. Я предположил, что в низшем энергетическом состоянии «ячейка» кратковременной памяти не несёт информации. Информационный сигнал, поступающий в мозг, должен играть роль некоторого возмущения, вызывающего возможность квантового перехода.
Поэтому модель «кратковременной» памяти, может выглядеть следующим образом. В нормальном состоянии, «циркуляционный атом» – ячейка кратковременной памяти – находится на низшем энергетическом уровне. В этом состоянии ячейка не заполнена информацией. После того, как электромагнитная модулированная волна, несущая информацию, поступает в мозг и поглощается «циркуляционным атомом», последний переходит в высшее энергетическое состояние. Этот процесс соответствует появлению кратковременной памяти.
Круговой ток некоторое время циркулирует без подкрепления. Причем информация, которую он несет, может исчезнуть вследствие спонтанного излучения на уровне кратковременной памяти. По причине недостаточности энергии, испускаемой круговым током электромагнитной волны, для перевода информации в долговременную память. Для перевода информации в долговременную память применим механизм индуцированного излучения.
– Да, да, – включился Леонид.
– Индуцированное излучение может проходить тремя путями: при многократном воздействии на атом одного и того же электромагнитного кванта; при воздействии одиночного кванта на некоторое число одинаковых и одинаково возбужденных атомов; за счет воздействия на атом не одного кванта, а нескольких.