Неизвестное отчаяние

Глава 3

Разговоры выводят меня из сна. Кто-то что-то бурно обсуждает в моей комнате, не давая спокойно выспаться и эти разговоры точно проводятся не в спокойном тоне. Голова немного болит, словно вчера я опустошила целый бар, если, конечно, от такого вообще голова может так сильно болеть.

— То, что вчера произошло было недопустимым. Я доверил её вам, а что получаю приезжая домой?

— Этого больше не повториться.

Неужели я уснула? О нет, ну только не это.

— Я знаю, что этого больше не повториться… — слышатся ужасно злые нотки в голосе, а после кто-то подходит ко мне и кладет что-то мне на лоб. — Я уезжаю и не забудьте сделать то, что я вам сказал ранее. Ник, присмотрит за вами.

— Думаю это не нужно. Мы сами со всем справимся. Аделина в хороших руках и в этот раз мы с ней взгляда не спустим.

Послышался тяжелый вздох, а затеи отдаляющие шаги. Кто-то рядом со мной присел, и прохладная рука коснулась горячего лба.

Да что вам всем нужно от моего лба?

— Она теплая, уже все нормально.

— Конечно со мной все нормально, — приоткрыв глаза потягиваюсь на диване и смотрю на стоящих рядом со мной мужчин. Гаррет делает пару шагов в сторону в то время, как двое сыновей остаются на месте. — Что происходит? И… почему я на диване? — скинуть с себя одеяло, я принимаю сидячее положение, от чего меня ведет немного в сторону.

— Как ты себя чувствуешь? — Оскар встает рядом с братом, протягивая мне руку.

— Нормально, — чувствую жар и бессилие во всем теле. — Что я тут делаю? — облокотившись на диван, я игнорирую протянутую мне руку.

До сих пор не верю, что вчера уснула. Оскар выпрямляется рядом со мной и его взгляд настороженно переводит прыгает с меня на своего брата. Третий Коннор стоит чуть дальше и его взгляд меня даже немного пугает.

— Ты помнишь где уснула?

— У себя в комнате.

Поднимаюсь с дивана и меня начинает вести в сторону, но поймав баланс, я спокойно выдыхаю.

— Я вчера пила? Я еще ни разу не пила. Нет, я все же вчера не пила, — смешок над ухом заставляет меня поднять голову.

— Мы знаем. Вчера вечером ты немного перенервничала и решила спуститься вниз, я был здесь. Мы немного поболтали, а после ты уснула, и я решил тебя не трогать, — это произнес Коннор, который во время знакомства в основном не обращал на меня внимание. Он был шире в плечах, что позволяло отличить его со спины от других братьев.

Как же его зовут…

— Уилл.

Черт, неужели я сказала это в слух.

— Я спустилась спустя несколько часов после разговора с Гарретом?

Кивнув на мой вопрос, я мысленно откладываю это себе в уголок головного мозга.

— Понятно, — поворачиваюсь к парню, имя которого только узнала.

Тот самый Уилл.

— Ладно, — пройдя на кухню и налив воды, я снова обернулась к ним. — Эм… Кажется я должна была куда-то сегодня съездить.

— Да.

Кивнув, я направилась на верх все еще не веря в то, что я стала лунатиком. Когда я еще могла спать спокойно, мне никто не говорил, что я была лунатиком, а сейчас просто физически не могу быть лунатиком.

Я лежу с открытыми глазами целыми ночами и ножом под рукой, ожидая, когда они придут ко мне. Люди, что убили мою семью и пытались убить меня. А когда сил уже просто не остается, я засыпаю, но не больше чем на несколько часов и то я пробуждаюсь от кошмаров. И проблема в том, что каждый раз исход кошмара складывается по-разному. Либо они стреляют мне в сердце, либо в голову, либо убийство семьи принципе происходит на моих глазах, но на самом деле все погибли в разное время, а по мне удар был совершен совершенно в другие места.

Закрыв дверь ванной и встав на против зеркала, я приподняла футболку и проведя чуть выше, я увидела его. Шрам, что напоминает мне о дне, когда моя жизнь была испорчена. Перевернута и уничтожена. Шрам или же не до конца заживленное месиво в области желудка, что спускалось вдоль живота устрашало мою кожу на столько, что смотреть на себя в зеркало было настоящей пыткой.

Скрыв кожу футболкой и отвернувшись от зеркала, я сняла с себя одежду и включив холодную воду встала под душ. Холодная вода помогает мне освежиться и немного придти в себя. Головная боль уже ушла, но сразу после нее пришла новая проблема под названием мой сводный брат.

— Ты там не утонула? — конечно же, куда же я без вас.

Ничего не ответив, выключаю воду и быстро приведя себя в порядок открываю дверь, за которой как понимаю стоял Гаррет.

— Как видишь не утонула. Я освободила ванную, — пройдя мимо него, я направилась в спальню. Я чувствую, как он испепеляет меня своим взглядом, что явно говорит: ты скоро доиграешься, девочка.

Проверив телефон и заметив несколько пропущенных сообщения, я достала ноутбук и сразу введя пороли зашла на почту.

«Никаких изменений пока не наблюдается, но возле вашего дома было замечено движение и пока ведется расследование. Джейкобу сообщили об этом, но я решила тебе об этом рассказать лично. Также дело насчет катастрофы собираются закрыть, но возможно это лишь слухи и дело вовсе не будет закрыто.

Значит дело собираются закрыть в то время, как убийцы моей семьи разгуливают на свободе. Джейкобу сообщили или продолжают сообщать новости о моем деле. Тогда почему он не рассказал мне. Или может быть Джейкоб Коннор и есть человек, что спланировал это нападение, но где выгода? Мы не такие влиятельные, как он, а значит от нашей потери он ничего не получает. Мы можем быть лишь легкими пешками в его игре, но, что, если это не он? Они были друзьями, а значит он действительно, был другом нашей семьи.

Значит это не он. Но тогда кто?

«Спасибо.

Это все, что я могу написать ей на данный момент. Отец Ады шериф, поэтому узнать какую-либо информацию ей не заставит труда, но что делать с информацией, от которой практически нет никакого смысла. Послышался стук в дверь, а после в дверях появился Уилл.

— Ты что-то хотел? — прикрыв крышку ноутбука, я отодвинула его в сторону.

— Мы собираемся в город, а оставлять тебя одну здесь никто не собирается, поэтому собирайся. Выезжаем через полчаса.

— Почему я не могу остаться здесь одна? Я ничего красть не собираюсь, а сбегать пока не планировала, поэтому я остаюсь. По комнатам ходить тоже не собираюсь, вещами вашими тоже пользоваться как-то не хочется.

Тяжело вздохнув, он проходит в глубь комнаты.

— Ади, никто не обвиняет тебя в этом. Пока что, но ты должна поехать с нами. К тому же тебе необходимо заехать в офис отца, а после сходим в магазин и купим тебе школьную форму.

Школьная форма. Даже как-то плохо стало.

Я ведь в ближайшие дни должна буду пойти в новую школу, в которой учатся сыновья Джейкоба. Частная элитная школа для богатеньких детишек, что готовы друг другу глотки перегрызть за власть и полового партнёра, что будет их оберегать до тех пор, пока не найдется новая юбка. В таких школах статистика на первом месте, поэтому учителя ради этого закрывают глаза, не обращая внимание на булинги и насилие. Про оргии в коридорах я вообще промолчу.

Когда-то я училась в частной школе, но года четыре назад я перевелась в государственную, ведь в частной был сплошной беспредел. Или может мне просто не повезло с этой школой.

— Я Аделина. Хорошо, только для начала выйди из комнаты, чтобы я могла переодеться.

— Тридцать минут и не секундой больше, — указав на меня пальцем, он посмотрел так, словно я одна из тех девиц, что собираются по несколько часов.

— Даже секундой раньше, — хитро улыбнувшись, я захлопываю ноутбук окончательно. — А теперь выходи.

Как только дверь закрылась, я спокойной подошла к шкафу, выложила оттуда заранее одну из поглаженных белых футболок прихватив с собой нижнее белье, иду в ванную комнату. Немного промыв в слепую рану и от медикаментов, надеваю чистое бельё с длинной футболкой, выхожу из ванной, залетая к себе. Натянув джинсы синего цвета и освежив лицо спреем, я подкрасила брови, взяла сумочку с телефоном и вышла из комнаты. Выйдя на крыльцо террасы на заднем дворе я взглянула на время.

— Ровно восемнадцать минуты.

Направив свои взгляды в мою сторону, двое Конноров удивленно приподняли свои брови, а вечно недовольный Гаррет, что сидел до этого в ноутбуке просто хмыкнул, натянув на себя очки.

— Ты так поедешь?

— Да, — посмотрев на себе через стеклянные двери, я гордо поднимаю голову.

Я чувствую, как их взгляды прожигают во мне дыру, от чего слова моментально срываются с языка.

— Мне не обязательно стоять на против зеркала часами, чтобы куда-то съездить или что-то сделать. Ведь естественность тоже является красотой, а футболка с велосипедами является такой же одеждой, как платья, юбки, рубашки и пиджаки с галстуками. Поэтому я готова и давайте не будет тратить время зря.

Из Гаррета вырывается оглушительный смех, который передается Уиллу, а затем как понимаю полу оголённому Ираю. В его смехе присутствует легкая хрипота, что подчеркивает его мужество и пофигизмом с… господи, о чем я думаю.

— Господи, эта девчонка меня все больше и больше удивляет. — Уилл продолжает смеяться в то время, как его брат поднимается со своего места. На секунду наш барьер разламывается, но это было всего лишь на одну секунду.

Грация братьев Конноров меня поражает, а их харизма и сексуальность начинает привлекать меня. Это ужасно. Они не должны меня привлекать, заинтересовывать и что хуже, в будущем я не должна к ним привязываться. Это может не хорошо кончиться.

Уилл подавляя улыбку поднимается с кресла, захватывая с собой ключи. И только сейчас я замечаю разницу между двумя братьями. Уилл имеет более крупное телосложение, что я заметила ещё вчера и возможно бунтарский характер, а Гаррет наоборот более спокойный, но в нем есть темнота и он ее даже не скрывает. Но это лишь взгляд со стороны, так то я уже знаю, что у мистера Гаррета Коннора характер не сладкий и если будет нужно, то он нанесет удар и девчонке тоже. И все же он такой же высокий и выносливый, как его брат. Как я это поняла? Я просто это поняла и не знаю, как именно.

— Пошли, шалунья. — задев меня плачем, Уилл снова ухмыльнулся, словно его все это веселит.

— Как ты меня назвал?

Оставив Ирая одного на террасе, мы направились к подземному гаражу. Конечно, они так быстро ходят, что я их догоняю только у основной лестницы, где они сворачивают в противоположную сторону и за еще одной стеной, я думала находится кладовка, оказывается находится лестница, что ведет в гараж под основанием дома.

Спустившись, я замечаю три двери, но открываем мы ту, что находится прямо перед нами. Мы попадаем в большой зал, где стоит четыре совершенно разные машины. Я, конечно, тоже росла в богатой семье, но таких машин у нас не было, да и водить скорей всего просто было бы некому.

Один большой внедорожник черного цвета, с затонированными окнами находился слева от нас в самом конце гаража. Чуть ближе к нам находилась BMW последней модели черного цвета, затем Ламборгини и конечно же Бугатти. Но садимся мы в Мустанг, что имеет всего две двери. Открыв пассажирскую дверь, Гаррет сдвигает сиденье указывая мне рукой.

— Прошу вас, милая леди, — знаю, что он пытается вывести меня на эмоции, поэтому молча залезаю на заднее сиденье и сажусь прямо по центру, чтобы не забывали, что я здесь.

— Сначала к отцу.

Машина под нами загудела, давая понять, кто тут самый крутой и со свистом мы направились к выезду. Поднявшись по круглому подъёму, мы выехали во двор, а затем за ворота, что уже были открыты. Возле них стоит Ник, что мило нам помахав, отправились сторону дома сразу, как только мы выехали за его пределы.

Дорога до города много времени не занимает и все же я соскальзываю со своего трона и направляю свой взгляд на пейзаж и здания города, что практически ничем не отличаются от Хьюстона. Разница лишь в площади города и в самих людях. Припарковавших возле большого небоскреба, парни со своей грацией первыми вылезли из машины, но вот для меня сиденье так и не подвинули.

— Ничего не забыли?

— Нет, — звонко хлопнув водительской дверью, Гаррет оставляет пассажирскую открытой, отходя в сторону. — Тебя долго ждать? Белоснежка или золушка из изумрудного города, которая не может выбраться из обычной машины. Да, принцесса?

— Какой же ты хам, Гаррет Коннор.

Кое как вылезаю из машины ловя насмехающийся взгляд Гаррета и усталый Уилла.

— Тебя долго ждать, Аделина? — задавая этот вопрос, Уилл направился в сторону офисного здания.

— Меня нет, а вот его да, — толкаю смешинку Коннора в машину, но тот ударяясь спиной начинает громко кричать на улицу.

— Идиотка, ты что творишь?

— А ты? — подхожу к машине, но сильные руки перехватывают меня, разворачивая к себе. Разъярённые глаза Уилла впиваются в мои.

— Почему от тебя столько проблем, Ади.

— Аделина.

— Не важно, но ты начинаешь меня бесить, а если меня кто-то бесит или выводит из себя, то я начинаю махаться, а начиная махаться — приближаясь к моему лицо, он шепчет мне прямо в лицо. — Я начинаю драться.

Легкий озноб проходится по спине и сделав шаг назад врезаюсь в Гаррета, чей пресс вполне себе может заменить стену у здания.

— А если Уилл начинает драться, — его губы касаются моего уха, а голос снижается на пол тона. — то я следом начинаю кусаться, — выкрикнув последнее слово, я подскакиваю на месте в то время, как эти придурки заливаются смехом посреди улицы.

— А теперь пошли, — хватая за руку, Гаррет тянет меня в сторону больших дверей, а второй братец плетется сзади, проверяя свой телефон.

— Когда ни будь ты поплатишься за это, сестренка, — дернув руку, чтобы взглянуть на время на часах, я заглушаю в себе гнев.

— Как и ты, братик, — выдернув руку из руки Коннора, мы заходим в здание.

Нас приветствуют и пропускают к вестибюлю, и чтобы не отвлекать парней от разговора с менеджером, что подошла к ним с какими-то бумагами, я решаюсь пройтись по холлу. При входе офис выглядит очень красиво. Как только проходишь охранную систему в глаза бросается зона отдыха, в которой спокойно могут расположиться клиенты ожидая своей очереди. Большая стойка с правой стороны, а за ней лифты рабочие лифты. Перейдя на другую сторону, я надумываю купить горячий шоколад в отдельной зоне, но в последний момент меня, как назло, останавливают охранники.

— Извините, но вам здесь запрещено находиться, — охрана останавливает меня, пока эти двое продолжают идти и даже не замечают, что меня остановили.

Ну, не могли бы они бросить на меня взгляд не несколько минут назад, а сейчас, проверяя, где и что я делаю. Сама виновата, раз решила пройтись по этажу без них.

— Я с Коннорами, — не веря словам, меня ведут в сторону. — Меня правда у себя в кабинете ожидает Джейкоб Коннор.

— Ваше имя?

— Аделина, — подняв бровь, я вздохнула. — Джеймс Аделина Мичер Коннор.

Скорей всего уже Коннор, ведь пока меня искали, Джейкоб возможно успел сделать все документы, добавляя к моим двум именем еще и вторую фамилию.

— Это шутка?

— Не поняла.

— Скажите ваше настоящее полное имя.

— Но я вам его назвала и возможно мой отчим еще не сделал документы с моей второй фамилией. Мой отчим Джейкоб Коннор, а те парни, с которыми я пришла, с недавних пор являются моими сводными братьями, — тяжело вздохнув, убираю с лица волосы. — Но я по глазам вижу, что вы не верите моим словам.

Облокачиваюсь на стойку смотря на парк, что находится через дорогу.

— Я долго ждал момента, чтобы поймать такую, как ты. Шпионы, репортеры, каждый из вас жаждет проникнуть в это здание и узнать секреты этого места, — записав что-то в блокнот, мужчина лет тридцати бросает на меня взгляд. — За это меня ждет повышение.

— У моего отца обычно это значило увольнение, — один поднимает на меня взгляд, словно я сказала что-то странное. — И чтобы вы не подумали, обычно так все и происходило.

— Форс, — конечно эти двое только сейчас поняли, что я застряла тут. — Пропусти её и не заставляй повторять дважды.

— Эта девушка представилась не своим именем. Это репортер, мистер Коннор, как вы не понимаете.

— Да? — ну нет, Гаррет не устраивай сейчас спектакль. — Как же ты это понял?

— Да по ней было видно. Оделась в обычную примитивную одежду, даже в слишком примитивную, словно только из постели вылезла, — угадал. — Ходила, осматривала здесь все, даже к лифтам подходила, но, к счастью, она не пошла туда, ото пришлось бы всю охрану собирать.

Смешок вырвался из меня и Уилла. Конечно, даже мне самой уже становилось весело и, наверное, я разложилась бы на полу от смеха, только вот через несколько секунд мне стало совсем не до веселья. Вся эта история мне не казалась веселой на данный момент, ведь настроение упало ниже некуда.

— А ещё что ни будь она говорила?

— Конечно. Она назвалась вашей сестрой.

Смех вырвался из Гаррета, пока я молча стреляла в него молниями. Неужели это его действительно забавляет.

— Нашей сестрой? — тот кивнул и на лице братьев появилась странная улыбка. Особенно у Гаррета, что и ведет данный разговор. — Она не соврала, Форс.

— Но…

— Пропусти её и больше не останавливай.

Широко улыбаясь охранником и медленно мимо них проходя, я замечаю закатывающего глаза Гаррета, что хватает меня за предплечье и тянет за собой.

— Шевелись, мы и так уже опаздываем.

Зайдя в лифт и поднявшись на восьмой этаж, нас приветствует секретарь, пропуская в кабинет.

Панорамные окна заменяет целую стену с левой стороны, большой стол за которым сидит Джейкоб находится прямо перед нами. Справа находятся шкафчики с документами и несколькими фотографии с неизвестными мне людьми и лишь одна привлекает мое внимание. Джейкоб с моим отцом стоят в обнимку, а за их спинами наш старый домик, что находится в Лос-Анжелесе.

Мой папа.

Подхожу к полкам и дрожащими руками достаю фотографию, которая обжигает мою руку с такой силой, что кажется теперь так останется шрам, но это не так. Шрам находится внутри меня, что снова пульсирует во мне с невероятной силой.

Эта улыбка. У меня такая же улыбка, по этой причине многие говорят, что я похожа на него. Но также люди говорят, что я похожа на маму, а глаза с улыбкой достались от отца, хотя схожесть ни с одним из родителей я никогда не замечала. Слезы наворачиваются на моих глазах, а нос уже настолько забивается, что слышны лишь мои шмыганья.

— Папа… — провожу руками по лицу отца, которое больше никогда не увижу.

Именно он заметил во мне талант к фигурному катанию. Именно он водил меня на первые занятия, приходил на выступления и даже, когда я покончила с большим спортом, он все еще был на моей стороне.

Это последнее фото, на котором запечатлен мой отец, ведь в нашем доме на всех фотографиях лица моих родителей были вырезаны.

Поворачиваюсь и замечаю Джейкоба с грустной улыбкой.

— Это фото мы сделали спустя три года после бизнес поездки. Нас сфотографировала твоя мама вместе с тобой в утробе.

Из меня вырывается что-то на подобии глухого смешка. Мои родители на этой фотографии еще такие молодые. Мужчина появляется рядом со мной.

— Боль пройдет, это лишь вопрос времени.

Время не лечит, а лишь калечит жизни еще сильнее, пока не наступает конец. Человек либо возвращается в свое прежнее состояния счастливой жизни, либо он меняется окончательно, забывая о своей светлой стороне, которую так отчаянно пытается вернуть, но уже не в силах это сделать.

Поставив фотографии на свое законное место, направляюсь к столу.

— Можешь оставить её себе.

— Её место здесь, — отойдя в сторону, я заметила Конноров младших, что уже сидели у отцовского стола. — Зачем мы приехали?

— Для разговора. Сегодня я получил документы, нужна твоя подпись, чтобы школьный персонал был уверен, что ты ознакомлена с их правилами, — положив на стол папку, я достаю оттуда пару листков ознокамливаясь с ними, а после ставлю свою подпись.

Договор гласил о нераспространении информации, что обговаривается только в стенах элитной школы, также о нераспространении учебного материала и информации, что сообщает только директор и все такое. Также были правила, нарушения которых стояли от двух недель отстранения от уроков.

Нанесение телесного вреда.

Кража или порча имущества.

Булинги по отношению к младшим выпускниками. (Карается месяцем отстранения и вызовом родителей в школу.) И многое другое, что я уже встречала в других школах.

Также есть список достижений, которые дают бонусы и приведения на какое-то время. И если получаешь эти привилегии, то этот человек может нарушать все уставы школы, потому что ничего ему за это не будет. Вот вам и запрет на булинги.

— Не понимаю зачем нужны правила, которые нарушаются из-за привилегий при хорошей учебе.