Златокрылая Камелия

Глава 11.

За стол сажусь бесшумно. Если хотят получить извинения, придется из меня их выбить. Люсьен аккуратно открыл крышку блюда и отдал ближайшему слуге. Лицо обдало теплым ароматом бульона. Мужчины недовольно переглядываются, но продолжают игнорировать мое присутствие.

Уверенно поднимаю ложку и пробую блюдо. Напряжение в комнате возрастает. Даже Люсьен за спиной напрягается, будто готовится встать на мою защиту. Будто они могут попытаться напасть. Кому-кому, а ему этого делать точно не стоит.

Поднимаю руку до уровня уха и призывно качаю пальцами. Лицо слуги тут же оказывается рядом. Успокаивающе касаюсь его щеки.

– Очень вкусно, передайте мои комплименты работникам кухни, – произношу тихо и мельком улыбаюсь. Все в порядке. Это мое сражение. Я пришла сюда, зная, что придется биться. Зная, что наши силы неравны. Ради него.

Люсьен кивает и снова выпрямляется. От этого простого жеста мужчины злятся. Ну и пусть. Если они не церемонятся со мной, почему я должна?

– На войне опоздание может стоить жизни, – холодно замечает князь. Начал сразу с угроз?

– Но мы не на войне, это всего лишь обед, – с усмешкой отвечаю, продолжая трапезу.

– Камелия, – шипит отец.

– Что? Это правда.

– Ты забыла о манерах! – напоминает он, продолжая злиться. Закрываю глаза, а передо мной лишь Люсьен, который просит не улыбаться.

– Ах да. Мы все еще не на войне, Ваша светлость, – повторяю без особого энтузиазма. Желания продолжать общение тает.

Внезапный порыв ветра из приоткрытого окна заставляет золотой волос из моей ладони вырваться. Сердце замирает. Если они заметят, скандала точно не избежать, а его последствия… Мгновение и пальцы слуги перехватывают волос, пряча от посторонних глаз.

– Она всегда такая? – обращается князь к отцу. Не заметили? Люсьен знает о том, что я встречалась со Златокрылым, так что вопросов задавать не станет. Спасибо. Ты спас меня, как и всегда.

– Прошу прощения, Ваша светлость, обычно она ведет себя спокойно, – тут же бросается извиняться отец. Думает, что это пристыдит меня.

– Ничего страшного, у нас есть опыт в исправлении непослушных девиц, – переводит взгляд на меня. Снова пытается напугать?

– Я буду рада, если вы сошлете меня в самый дальний угол своего княжества, Ваша светлость. Только позвольте взять с собой лишь одного слугу. Большего просить не смею, – отвечаю спокойно и сдержано. Лучше узнать сразу, чем гадать. Помиловать или казнить.

– Слуги положены лишь благовоспитанным дамам при дворе. Безродной девке с норовом самое место в хлеву, – легла тень на лицо князя.

– Вы снова ошиблись, Ваша светлость. Здесь не хлев. Я попрошу слуг проводить вас туда, чтобы вы могли поискать себе подходящую невесту, – улыбаюсь, поднимая бокал. Любой, кто попытается разлучить нас с Люсьеном, не заслуживает ни капли снисхождения.

– Камелия! – снова шипит отец, который должен выступать гарантом успешных переговоров.

– Его светлость отказал мне даже в такой мелочи, а я готова помочь во всех его начинания. Милости моей нет предела, – мягко отвечаю, подавляя обиду в глубине души.

Ничего страшного, я ни за что не уеду отсюда с этим человеком. Беспокоиться не о чем.

Глава 12.

– Сегодня вы были великолепны, впрочем, как и всегда, – с улыбкой произносит Люсьен, убирая волосы с моего лица.

После утомительного обеда мы снова вышли подышать свежим воздухом. Я вновь сижу в беседке и смотрю на кленовую рощу. Как же хочется, чтобы они все разочаровались во мне и уехали. Знаю, что этого точно не случится. Так что остается надеяться, что хоть кто-нибудь согласится взять вместе со мной Люсьена.

– Спасибо, но так думаешь лишь ты, – улыбаюсь сдержано. Здесь нас любой может увидеть.

– Я молюсь о том, чтобы вашим мужем стал хороший человек, который сможет оценить вас по достоинству, – негромко отвечает слуга и отводит взгляд. Тяжело ли ему осознавать наше скорое расставание? Беспокоится ли он? В этой ситуации от его действий ничего не зависит.

– Не беспокойся, я не дам себя в обиду, – произношу с улыбкой, душа неуверенность глубоко внутри. Нужно постараться ради него. Когда, если не прямо сейчас?

– Я беспокоюсь, что вам не дадут шанса защититься, не дадут выбора, – почти шепчет Люсьен, касаясь моего плеча. Все, что он может – бояться. Значит, у меня права на страх нет.

– Я запрещаю тебе беспокоиться. Не желаю видеть рядом слугу с кислой миной, – произношу твердо. Даже если это причинит ему боль, я должна быть сильной ради нас. Ради оставшегося нам времени.

– Прошу прощения, госпожа. Это не повторится, – вздрагивает и вновь смягчается Люсьен.

В этот момент я замечаю блеск между деревьев. Снова он. Нужно разобраться с ним до того, как попадет на обед к отцу. Решительно вскакиваю.

– В чем дело? – тут же снова напрягается слуга.

– Я желаю побеседовать с князем наедине. Пожалуйста, подожди здесь. Если заметишь что-то подозрительное, дозволяю вмешаться, – коротко приказываю и спешу в рощу, мельком оглядываясь.

– К-как прикажете, – только и успевает ответить Люсьен. Как ни странно, обиды или ревности на его лице не видно.

Почему он позволяет видеться с ним? Почему не препятствует? Почему для него это выглядит так естественно? Это ведь малознакомый взрослый мужчина. Люсьен всегда остро на них реагировал, что же изменилось теперь?

Ладно, разберусь с этим позже. Вхожу в рощу быстрым шагом и быстро нахожу князя по отблескам на солнце.

– Князь, – окликаю его, отрывая от созерцания деревьев.

– А, это ты Камелия, – оборачивается он. – Никакого почтения к статусу, как и всегда. Но, раз уж мы с тобой так сблизились, можешь называть меня просто Феликс.

Делаю еще шаг вперед и отвешиваю мерзавцу звонкую пощечину. Пусть знает, как на девичью честь покушаться. Краем глаза вижу силуэт Люсьена. Он удовлетворенно похлопывает в ладоши. Похоже, тоже жаждал мести, но из-за положения не мог ее свершить.

Глава 13.

– Похоже, ты все же обижена, – негромко заметил князь.

– Не знаю, что ты со мной сделал, но это было верхом подлости!

– Не стоит винить меня в своей недальновидности, – с невинным видом отозвался нахал.

– Чего?

– Во-первых, девушке не стоит брать в рот то, что предлагает малознакомый мужчина. Во-вторых, если бы ты хоть немного разбиралась в кулинарии, то знала бы, что в бисквиты на основе марципана добавляется алкогольсодержащие напитки…

Звук очередной пощечины рассек спокойствие рощи.

– Так вы воспользовались моим доверием, чтобы споить? Вы еще отвратительнее, чем я думала!

– Раз я такой отвратительный, почему ты до сих пор здесь? – перехватил он мою руку. – Все проходит не так гладко, как ты ожидала? Внешний мир оказался куда менее дружелюбным.

– Отпустите! Я ухожу! – дергаю руку, но ощущаю лишь боль в плече.

– Убегать бессмысленно, – отпускает запястье князь.

– Лучше быть подальше от вас как можно дольше, – фыркаю в ответ и решительно разворачиваюсь.

– Твой храбрый рыцарь не сможет защитить тебя, – негромко сообщает он мне в спину.

– А кто сможет? Вы? – оборачиваюсь с яростью. Как он смеет оскорблять способности Люсьена? Да, его статус многого не позволяет, но дело ведь совсем не в этом!

– Допустим, я.

– Жаль, что я не верю ни вашим словам, ни вашим намерениям.

– У тебя еще есть время подумать о том, кому следует доверять. Буквально пара дней.

– Сама знаю, – злюсь все сильнее и ухожу быстрыми шагами. Зачем вообще пошла к нему?

Люсьен ждет на том же месте. Его пальцы сжимают спинку стула, на котором я только что сидела. Осталось два дня. Как перестать думать об этом?

– Все в порядке? – слегка напряженным голосом уточняет слуга.

Люсьен ведь ни в чем не виноват. Всю жизнь он делал то, что велели, никогда не нарушал правил. Так почему же теперь с ним обращаются, как с вещью? Почему он сам не в праве решать? Почему его жизнь не может принадлежать ему? Неужели лишь из-за того, что он родился не в той семье?

– Все в порядке, – заставляю себя улыбнуться. – Сегодня мне хочется поужинать в одиночестве, попроси накрыть стол в моем крыле.

– К-как прикажете… – растерянно отвечает слуга, наблюдая за моей уверенной походкой.

Может, я всего лишь слабая женщина, и моим миром правят мужчины, которым повезло родиться в правильных семьях, но защитить одного человека мне должно быть по силам.

Глава 14.

Переодевшись в более строгое темное платье, вхожу в небольшую залу, погруженную в вечерний сумрак. В пустой комнате Люсьен как раз осторожно зажигает свечи на маленьком столе. Невольно улыбаюсь и прикрываю за собой дверь.

– Простите, госпожа, я уже ухожу, – засуетился слуга, заметив мое присутствие.

– Не нужно, останься, – мягко останавливаю его я. – Ты единственный в этом доме не раздражаешь меня.

– Тогда, если позволите, я позабочусь о вас, – улыбается Люсьен, отодвигая стул.

– Конечно, – улыбаюсь в ответ и приближаюсь к столу. Касаюсь его плеча и легко сжимаю, будто благословляю в путь. Хочется как-то поддержать, подбодрить, но слов нет.

Сажусь на стул и наблюдаю. Слуга опускает на мои колени салфетку, неспешно раскладывает приборы, приносит блюда, расставляет, открывает крышку. Протягиваю руку к столу, но он тут же перехватывает ее.

– Госпожа, вы так напряжены в последнее время, ваши пальцы дрожат, – негромко замечает Люсьен над моим ухом.

– Что ты предлагаешь?

– Позвольте мне… самому покормить вас, – буквально шепчет он. Опускаю взгляд. Хоть это и шепот, я прекрасно слышу боль. Мысли о приближающемся расставании так терзают его, а я не ощущаю в себе достаточно сил, чтобы помочь ему.

– Тебе тоже нравится обращаться со мной, как с куклой? – без упрека спрашиваю, глядя на него.

– Вовсе нет, не подумайте, просто в эти дни, мне очень хотелось бы… быть ближе к вам и подарить как можно больше… заботы, понимаете?

Люсьен смотрит на меня чуть ли не со слезами на глазах. Старательно подбирает слова, чтобы не выйти за рамки правил, хотя знает, что я не стану злиться. Вот же. Раньше воспринимала все, как данность. Слепо надеялась, что мы сможем быть рядом вечно. Как же быстро летит время.

– Я буду очень рада, если смогу скрасить для тебя эти дни, – улыбаюсь через силу.

– Вы слишком добры ко мне, госпожа, – кивает слуга и выходит из-за моей спины.

Он подворачивает рукава, берет вилку и нож и тонко нарезает сочный кусок мяса. Его движения всегда такие ловкие и осторожные, за ними приятно наблюдать.

– Вот, откройте рот, пожалуйста, – вежливо приказывает Люсьен, заставляя меня улыбнуться. Почему-то я уверена, что он был бы ласковым господином.

Придерживаю волосы, медленно открываю рот и беру кусок с вилки. Хоть времени осталось мало, торопиться сейчас ни к чему.

– Я так рад, что вы, наконец, распустили волосы, – замечает он, пока я пережевываю.

– Ты ведь и так видишь меня с распущенными волосами перед сном.

– Да, но… мне кажется, ваши волосы всегда слишком туго затягивают. Кажется, что это вредит вам, что вам больно, что вас лишают свободы… Простите, мне не стоило говорить так, – осекся он. Волнуется о моей свободе? Интерпретирует заколки в мою жизнь?

– Не заставляй меня ждать, мы не можем сидеть здесь вечно, – улыбаюсь, пытаясь отвлечь его. Если все же расстанемся, для печали у тебя будет достаточно времени.

Глава 15.

На следующий день мы снова наблюдали за отбором. Сегодня день скачек. Мужчины соревновались в умении дрессировать лошадь, заставлять ее гарцевать, перепрыгивать препятствия и быстро бегать. Какое отвратительное развлечение.

Высокородные юноши на благородных длинноногих скакунах то носились по арене туда-сюда, то скакали по кругу, то гарцевали по центру. Пыль поднималась жуткая, к тому же не все лошади пахли фиалками.

Я с досадой смотрела на двух военных князей, которые на скакунах явно не экономили ни денег, ни времени. Остальные с их гибкими длинноногими конями и рядом не стояли. Да и выдрессированы они были до тошноты хорошо.

Пожалуйста, пусть сегодня победит Златокрылый. Еще одного обеда с Пламеннооким я не выдержу.

– Вы снова хмуритесь, госпожа, что-то не так? – с заботой наклоняется к моему уху Люсьен. Да, из-за топота еще и грохот стоит.

– Хочется поскорее уйти, – откровенно жалуюсь на жизнь, но это чистая правда.

Терпеть эти ребячества и дальше нет сил, а вот отец, похоже, наслаждается зрелищем. Чертовы мужчины. С каждым днем они становятся все более отвратительными. Почему я должна плясать под их дудку?

– Понимаю, эти игры вас утомляют, но потерпеть осталось совсем немного, – ласковый голос Люсьена развеял дурной настрой. Его теплые пальцы массажируют напряженные плечи. Закрываю глаза, и гнев постепенно проходит. Не хочу просыпаться от этого сна.

– Не уходи, – требовательно притягиваю его ладонь и опускаю на нее щеку.

Сегодня я так плохо спала, не могла перестать думать о новом доме. Наверное, любая другая девушка радовалась бы на моем месте. Стать княжной, жить в настоящем дворце. Почему же меня эта перспектива так отталкивает?

Они просто не общались с этими отвратительными мужланами. Почему лучшее всегда достается тем, кто этого совсем не заслуживает?

Поджимаю губы, чтобы они не дрожали. Смогу ли… выдержать это без Люсьена?

– Госпожа, пожалуйста, не засыпайте, скоро объявят результаты, – голос слуги заставляет приоткрыть глаза.

Даже не глядя на арену, ощущаю на себе множество неодобрительных взглядов. Вести себя так на публике непозволительно, да еще и со слугой. Так у меня еще меньше шансов забрать его с собой. Заставляю себя поднять голову и взглянуть на арену.

Златокрылый и Пламенноокий, кажется, ничего не заметили. Они снова красуются друг перед другом. Отец наблюдает за ними, а вот Сребровласый… Его холодный взгляд, полный презрения, заставляет отшатнуться. Надеюсь, мне никогда не придется пересекаться с этим человеком. Ага, конечно. Размечталась.

Наконец, судья объявляет результаты. На этот раз первое место по очкам достается Златокрылому князю. Тихо выдыхаю под его тяжелым взглядом. Может он старый и постоянно надо мной насмехается, но хотя бы не такой жуткий, как остальные.

Глава 16.

С удивлением рассматриваю в зеркале белоснежное платье, расшитое золотом. Такое в пору надевать на свадьбу, а не на обед. Златокрылый кажется старым скрягой, но, может, он не такой уж скупой? Или просто хочет произвести впечатление?

Люсьен тихо подходит со спины и едва ощутимо касается пальцами моей талии. Вздрагиваю. Напряженные мысли улетучиваются.

– Госпожа, знаю, что не имею права просить о чем-либо, но, если позволите, я все же хотел бы озвучить одну эгоистичную просьбу, – шепчет, наклонившись к моему уху.

– Говори, – дозволяю, ощущая, как внутри разгорается пламя.

– Его светлость Златокрылый кажется более дружелюбным, чем остальные. Вы могли бы быть с ним поласковей? – спокойно предлагает слуга. Пламя быстро сдувает ветром. Вот он о чем. Надеется, что старик позволит ему поехать со мной?

– Просишь быть ласковой с другим мужчиной, не ожидала от тебя подобного.

– Как бы ни было больно делить… ваше внимание с другим. Если… не сделаю этого, могу потерять всякое право на него, – через силу отвечает слуга. Хоть и пытается подбирать правильные слова, они все равно звучат неподобающе статусу.

– Думаешь, мое поведение способно что-то изменить?

– Я верю, что вы можете сами распоряжаться своей жизнью, – почти вплотную приблизился ко мне Люсьен. – Также, как и моей, – снова понизил он голос до шепота, легко касаясь моей руки.

Верит в меня? Откуда у меня такие силы? Мне придется подчиниться решению отца. Даже если буду не согласна с ним. Если бы это было не так, претенденты бы крутились вокруг меня, а не его кабинета. Но сказать об этом Люсьену язык не поворачивается.

– Хорошо, пойдем, – мягко соглашаюсь, вселяя в него призрачную надежду.

– Большое спасибо, госпожа, – улыбается слуга, отступая. Мы направляемся на встречу со Златокрылым князем.

Настороженно замираю, когда дверь за спиной закрывается. В небольшой залитой светом комнате ни отца, ни слуг. Только я, он, маленький стол и два стула.

– Что происходит? – напряженно обращаюсь то ли к нему, то ли к Люсьену, что остался за закрытой дверью. Суетиться и пытаться вырваться не позволяет гордость.

– Я попросил встречу наедине, садись, пожалуйста, – вежливо просит князь. Окидываю взглядом большие окна, из которых нас прекрасно видно. Нападения ждать не стоит.

Возможно, Люсьен прав. Из трех князей этот кажется наиболее сговорчивым. Сегодня мой шанс. Я должна постараться.

– Ваша светлость, – делаю изящный реверанс, но не решаюсь приблизиться. – Надеюсь, мой внешний вид оправдывает ваши ожидания?

Демонстрирую выбранное платье, но на деле тяну время, чтобы набраться храбрости. Однако, вместо слов Златокрылый лишь небрежно отпихивает стул носком сапога. Его светлость подвигает для меня стул, будто слуга. Какая невероятная честь.

Глава 17.

Из-за размера столика мы сидим очень близко. В голову лезут неприятные воспоминания, лицо медленно заливает краска. От князя пахнет жареной рыбой так аппетитно, что у меня начинает бурчать живот.

Со стыда я готова спрятаться под стол. Хотя там все место уже заняли его длинные ноги. Так что остается только биться в наверняка закрытую дверь.

Князь невозмутимо разливает по бокалам неизвестную мне жидкость из высокого прозрачного чайника. Я все еще не отошла от предательского бисквита из марципана, так что не готова брать еду из его рук, а тем более напитки. Но ради Люсьена нужно постараться. На этот раз ничего плохого не должно случиться.

– Что это? – осторожно уточняю, принимая бокал.

– Охлажденный зеленый чай с персиком, – спокойно отвечает Златокрылый, отпивая немного. С грустью перевожу взгляд на приятно пахнущую жидкость. А как же обед?

– Вы сами приготовили этот… напиток?

– Да, как и остальные блюда, – указал он взглядом на неприметную полку, на которой стояло несколько тарелок, накрытых крышками. Так обед все же будет?

– Вам не стоило так стараться ради меня.

– В приготовлении еды нет ничего постыдного. Это даже… может быть весело. Когда вернемся ко мне, будем готовить вместе, – беззаботно сообщает он, будто все уже решено.

– Вы хотите, чтобы я работала на кухне? – ошарашенно ставлю бокал обратно на стол, так и не попробовав.

– Разве тебе не хочется в ответ приготовить что-нибудь для меня? Я бы с удовольствием попробовал.

– Я никогда не готовила раньше, даже на кухню не заглядывала…

– Ничего страшного, в приготовлении блюд нет особых сложностей. Главное, не ошибиться со временем обработки. Я с радостью научу тебя.

От этого беззаботного разговора я совсем растерялась. Буквально ощущалась тряска кареты, в которой мы ехали в его княжество. В наше княжество. После окончания отбора. Внутренняя враждебность медленно таяла, но все же не сдавала позиций.

Князь поднялся, принес одну из тарелок и поставил передо мной. Потрясающий запах рыбы ударил в лицо. Румяные красные ломтики щедро разбросаны по сочным зеленым листьям салата с лимонным соусом. Слюни мгновенно заполнили рот.

– И я ведь уже просил называть меня просто Феликс, – повторил он, приближая к моим губам кусочек с соусом.

Я закрыла глаза и открыла рот, снова позволяя ему это. Нежная рыба таяла на языке, а соус лишь усилял ее прекрасный вкус. От удовольствия даже слезы на глаза наворачивались. Нужно поскорее взять себя в руки.

– Подержи, у тебя соус на щеке, – передал он мне вилку. Сердце бешено заколотилось, предчувствуя опасность. Чего? Что он собирается делать?

Глава 18.

Феликс протянул ко мне руку, аккуратно убрал соус и неспешно облизал пальцы. Я так и сидела пораженная с вилкой в руке.

– Я бы слизнул соус с твоих губ без посредников, но этот взгляд, кажется, во мне сейчас дыру прожжет, – указал князь глазами на окно.

Поворачиваю голову и сразу нахожу Люсьена, который наблюдает за нами из сада. Напряжение спадает. Невольно улыбаюсь. На страже. Как и всегда.

– Думаешь, он любит тебя? – внезапно спокойно интересуется Златокрылый. Вздрагиваю и возвращаю на него взгляд. С чего бы он об этом заговорил? Я чем-то выдала себя?

– Подобные чувства для человека его положения непозволительны…

– А что, если он любит не тебя, а деньги твоего отца?

– Что?

Хлопаю глазами, пытаясь проснуться от дурного сна. Люсьен всегда был со мной. У меня нет причин сомневаться в его намерениях.

– Это тебе нужны деньги моего отца, – нападаю, потому что защититься нечем.

– Не спорю, – парой спокойных слов уходит от удара Феликс. Что? Не отрицает? – У меня огромное родовое имение и множество слуг. Их всех нужно кормить. Конечно, мне нужны деньги.

– Люсьен не такой… – оправдываюсь, будто уже зажата в угол.

– Проверить его чувства просто, – понимающе кивает князь. – Предложи ему сбежать.

– Что?

– Если ему действительно нужна ты, а не деньги, он с радостью согласится, – спокойно предлагает Златокрылый.

Сбежать? От отбора женихов? От отца? Без работы, дома и средств? Да кто вообще согласится на подобное? Даже я… отказаться от роскоши и богатства ради… Дыхание перехватывает.

– А ты сам бы согласился сбежать со мной? – кидаю ему в лицо в попытке защититься. Незаметно для себя резко перехожу на «ты». Вот же. Снова начинаю злиться. Да что со мной не так? Почему постоянно теряю самообладание?

– Да, – легко кивает князь и отправляет в мой раскрытый рот еще один кусочек рыбы.

– Тебе легко говорить, ты князь! А я без денег отца просто пустое место…

– Я ведь сказал, что смогу защитить тебя.

Теплая ладонь накрывает мою руку, заставляя снова ощутить жар. Ненавижу это чувство. Оно сбивает мысли.

– Как я могу верить тебе? Сбежать и верить, что ты не бросишь меня одну на улице без средств к существованию?

– На самом деле я выбрал это платье, чтобы тебе не стыдно было входить в нем в церковь, когда мы сбежим и поженимся.

В тот момент его легкая улыбка и серьезный взгляд заставили слезы потечь по моим щекам. Надеюсь, виной этому все же было вкусное блюдо.

Глава 19.

Закрываю лицо руками, чтобы скрыть неловкость.

– Пользуешься наивностью и доверчивостью невинной девушки, у тебя совсем нет совести, – негромко, но все же отвечаю.

Князь усмехается и поднимается, чтобы убрать тарелку и принести следующее блюдо. Неужели в своем родовом поместье он тоже сам себя обслуживает? Неужели настолько беден? Пользуясь моментом, все же пробую напиток. Нежные нотки чая переплетаются с сочным персиком, рождая приятный охлаждающий и совсем не приторный вкус.

– Вот, это ореховое мороженое, – подает он мне десерт. Уже кажется, что все его блюда вкусные. Похоже, он уже долго заботится о себе сам.

Беру маленькую ложку и наслаждаюсь приятной прохладой с едва сладковатым ореховым вкусом.

– Не спеши. У тебя есть еще один день, чтобы обдумать мое предложение.

– Ты всерьез намерен сбежать? Почему?