Бывший муж под елку

Глава 10. Неудачные попытки

Первые годы брака мы не думали о детях. Жили в свое удовольствие, неплохо зарабатывали, путешествовали. Много куда ходили после работы и по выходным: кино, выставки, театры, концерты. Ездили в гости к друзьям и приглашали их к нам.

Да, ругались из-за мамы. Да, Роберт не советовался со мной, когда делал ремонт в новой квартире, потому что полагал, что у меня нет своего мнения. Да, меня это обижало. Да, мне не нравилось общение Роберта с Кариной. Да, мы ругались из-за Карины.

Но все вышеперечисленное не дотягивало до той самой точки невозврата, когда пакуешь вещи и уходишь от мужа. Потому что хорошее в нашем браке тоже было. Много хорошего. А самое главное — была любовь. Поэтому после ссор из моей мамы или Карины мы очень бурно мирились. А еще я точно знала — Роберт не изменяет мне с Кариной.

В какой-то момент нашего брака я захотела ребенка. Не было какого-то конкретного повода, почему у меня возникло такое желание. Просто однажды утром проснулась и захотела малыша. Сначала я вынашивала эту идею в себе, а потом озвучила Роберту.

Он отреагировал — никак.

— Ну если ты хочешь, то давай, — таким был его ответ.

Меня удивила реакция Роберта. Я думала, он разделит со мной мой энтузиазм. А он был абсолютно безразличен.

— Ты не хочешь ребенка? — уточнила я.

Роб пожал плечами.

— Мне без разницы.

Я насторожилась. Мы женаты, мы любим друг друга, почему Роберт так безразличен к детям? При том, что у него несколько племянников, которых он очень любит? Неужели он не хочет такого своего, как его любимые племянники?

Мы перестали предохраняться. К слову, мы и раньше не сильно беспокоились о контрацепции. В «безопасные дни» Роберт всегда кончал в меня. Меня не беспокоило, что я не беременею, потому что, во-первых, это же безопасные дни! А во-вторых, мало у кого из моих знакомых получилось забеременеть сразу. Обычно на это уходило несколько месяцев упорных попыток.

Но теперь мы стали чаще заниматься сексом во время моей овуляции, и каждый раз Роб кончал в меня. Первое время беременность не наступала. Я была спокойна, ведь не у всех получается прям сразу. Каким-то парам требуется время, и довольно многим. Это только в кино герои проводят вместе одну ночь, и сразу залетают.

Беспокойство пришло ко мне через полгода. Я стала слишком переживать, почему у нас не получается. А Роберт был абсолютно спокоен, ему было все равно. Ну не получается и не получается. Подумаешь. Потом получится. Его безразличие убивало меня. У нас появился новый повод для ссор помимо моей мамы и Карины.

Я боялась себе признаваться, но в глубине души понимала: Роберт не хочет детей.

Я и без того нервничала, а мама накручивала меня еще больше: «Тебе пора ребенка, тебе пора ребенка».

— Зачем ты вышла замуж, если не рожаешь? — спрашивала она.

Я не рассказывала матери о неудачных попытках. Не хотела, чтобы кто-то знал. Ну и верила, что все же у нас получится. А однажды не выдержала и выдала маме:

— Мы пытаемся, я не могу забеременеть.

Мама и бровью не повела.

— А к врачам ходили?

— Я ходила. Со мной все нормально, анализы хорошие.

— А Роберт?

— Нет, ему некогда. Да и зачем ему? Обычно проблемы на стороне женщины.

— Пускай тоже проверится. Кто его знает, что он мог подцепить от этой Карины.

Замечание мамы возмутило меня до глубины души.

— Роберт не изменяет мне с ней!

— Ну он же когда-то раньше с ней был. И не только с ней. В общем, пускай идет к врачам. Если он не может иметь детей, то зачем он тебе такой нужен.

— Мама! Как ты можешь так говорить? Роберт мой муж.

— Объелся груш. Ты тратишь на него лучшие годы своей молодости. А в сорок лет очнешься и вспомнишь мои слова.

Мне хотелось очень сильно поругаться с мамой. Она относилась к Роберту как к вещи. Меня это задевало, потому что Роберт был моим мужем. И не просто мужем. Он был человеком, которого я любила.

Когда эмоции утихли и обида на маму прошла, я решила: она права. Конечно, не во всем, а только в том, что Робу следует сходить к врачам. Возможно, нам следует сдать какие-нибудь анализы на совместимость. Бывает же несовместимость партнеров. Я решила поговорить с Робертом об этом.

Но неожиданно встретила сопротивление.

Глава 11. Развод

После долгих ссор, обид, упреков Роберт признался: в детстве он переболел свинкой. В его случае бесплодие не стопроцентное, есть шанс на зачатие ребенка, но нужно долго лечиться и все равно не факт, что получится. Я была поражена. В первую очередь тем, что Роб не рассказал мне об этом до брака.

— А это повлияло бы на твое желание выйти за меня замуж? — спросил в лоб и внимательно впился взглядом в мое лицо.

Я растерялась. По большей части от того, что у меня не было ответа на его вопрос. Просто я считала, что это важная информация, которую люди должны обсуждать друг с другом до брака. Если бы у меня были подобные проблемы, я бы рассказала о них Роберту.

Наверное.

— Нет, но все равно нам следовало поговорить об этом. Ты же понимал, что рано или поздно встанет вопрос о ребенке.

— Я не бесплоден. Просто есть проблемы с фертильностью.

— Давай лечиться.

Вздохнув, Роб отвернулся. Я видела, как напряжены его плечи. Я понимала: ему тяжело. За безразличием он скрывает глубокие переживания. Я хотела броситься к нему, обнять, поддержать, сказать, что мы справимся. Но я стояла на месте. Я не знала, хочет ли Роберт от меня поддержки, или ему нужно побыть одному.

В итоге я не подошла к нему. Не обняла. Не сказала, что люблю его, несмотря ни на что.

— Ну давай лечиться, — согласился обреченно.

Роберт начал ходить по врачам, но делал это без особого энтузиазма. Ему назначили лечение, и мне приходилось следить за тем, чтобы он принимал нужные препараты. Иногда он мог забыть.

Вообще, во всем, что касалось лекарств, Роберт был очень халатен. Например, когда он болел гриппом или орви, он так же невнимательно относился к приему препаратов. Мне приходилось буквально подносить ему таблетку со стаканом воды, иначе он не пил. То ли забывал, то ли не хотел.

Но одно дело рядовое орви, а другое дело — лечение бесплодия. Мне казалось, Роб должен быть более ответственен. А он относился к этому как к еще одному орви с неприятной болью в горле. Если я поднесу таблетку — выпьет. Если не поднесу — не выпьет.

Мама постоянно допытывалась, что у нас и как. Первое время я скрывала от нее правду, но потом сдалась. Я рассказала ей про проблему Роберта. Она была ожидаемо категорична:

— Зачем он тебе такой нужен? Он обманул тебя перед свадьбой, не сказал правду! Ты тратишь на него свою молодость. Потом в сорок лет очнешься и вспомнишь мои слова.

— Мама, перестань! — сопротивлялась я. — Роберт мой муж! В браке разные проблемы бывают, это не повод разводиться.

— Как раз-таки бесплодие — это повод для развода.

— Роберт не бесплоден на сто процентов.

Она махнула рукой.

— Если бы был не бесплоден, вы бы уже родили ребенка.

— Все, мама, перестань! Я не могу больше это слушать!

— В сорок лет ты вспомнишь мои слова.

Я была как меж двух огней: с одной стороны муж, которого люблю, но который почему-то халатно относится к своему репродуктивному здоровью, а с другой мама, которая вроде правильные вещи говорит, но как-то слишком категорично. Сюда добавлялись старые проблемы: Карина и неприязнь Роба к моей маме.

Решение о разводе было не сиюминутным. Я вынашивала его какое-то время. Но я не могу сказать, что это было на сто процентов мое личное решение. Сейчас, спустя три года, понимаю: мамино давление тоже сыграло важную роль. Плюс мне хотелось видеть от Роберта такое же желание иметь ребенка, какое было у меня. А я не видела у него этого желания. Было ощущение, что он живет по принципу: не могу иметь детей, ну и по фиг, не очень-то они мне и нужны.

Ссор стало слишком много. Мама, Карина, бездетность… мы утонули в скандалах, обидах и раздражении. Мы отдалились. Мы стали чужими. Сейчас я думаю: могли ли мы тогда что-нибудь предпринять? Я думаю, могли. Как минимум, пойти к семейному психологу. Но мы ничего не сделали.

Последней каплей стало, когда Роберт услышал, как мама давит на меня и говорит, что я должна развестись и «найти себе другого, нормального и здорового мужа». Это цитата. Роберт вошел на кухню ровно после этих маминых слов. И он просто выставил маму за дверь, прочеканив:

— Вон отсюда.

Я стала защищать маму. Чтобы сильно не нагнетать, родительница быстро ретировалась. А мы с Робом продолжили ругаться. И тогда я сказала ему:

— Я от тебя ухожу.

Он выждал пару секунд. А потом ответил:

— Как хочешь.

Я не сразу стала собирать вещи. Я выждала ночь. Я не спала, ворочалась в пустой кровати. Роб не пришел спать ко мне. Я гадала, тревожится ли он так же сильно, как я. Не выдержав, я встала с постели и пошла в зал. Думала, застану Роба сидящим на диване. Может быть, со стаканом виски в руке.

А он спал. Беззаботно так, как младенец. Я стояла над ним и смотрела, как он сопит, будто вообще никаких проблем в жизни нет. В то время, как я мучилась, плакала в подушку, он беззаботно спал, будто у него в жизни все зашибись.

Утром я достала чемоданы и стала собирать вещи. Роберт не реагировал. А мне хотелось, чтобы он меня остановил. Чтобы сказал: «Злат, я люблю тебя. Прости. Мы обязательно со всем справимся. Останься. Я не хочу, чтобы ты уходила».

Он не сказал.

Я собрала два чемодана и под его холодный, как айсберг, взгляд покинула квартиру. Мне некуда было ехать, кроме как к маме. Она ожидаемо встретила меня похвалой.

— Молодец, давно пора было развестись. Зачем ты вообще столько лет его терпела. Еще и не сказал, что бездетен.

Я не стала спорить с мамой, что вообще-то Роб не бездетен на сто процентов. У него есть шанс однажды зачать ребенка, и не маленький. Просто нужно пройти лечение. Возможно, не одно.

А еще должна быть подходящая партнерша. Не просто здоровая и фертильная, а именно подходящая для Роберта. Может, в нашем случае все дело даже не столько в том, что Роб в детстве переболел свинкой, а в том, что мы просто друг другу не подходим, и с другой женщиной он бы смог зачать ребенка.

Но мы этого не узнали.

И уже не узнаем.

Глава 12. Без мамы

Я захожу в свою квартиру, включаю свет в прихожей, бросаю ключи на консоль у зеркала. Снимаю верхнюю одежду и сую ноги в мягкие уютные тапочки. Вдыхаю полной грудью хвойно-цитрусовый запах своей собственной любимой квартиры. Хвоя — от большой живой елки. А цитрусы — от ароматических палочек.

Я купила квартиру полтора года назад. Сорок метров, евродвушка без балкона. Мне одной хватает этих квадратов. Первые полтора года после развода я жила с мамой. Но с каждым днем жить с ней становилось невыносимее. То ли за четыре года брака с Робом я отвыкла жить с родительницей, то ли она и вправду стала слишком дотошной.

Сразу, как только я получила свидетельство о расторжении брака, мама стала пытаться свести меня с неженатыми сыновьями своих подруг. А мне после развода так хреново было, что я мужчин вообще видеть не могла, не то что ходить на свидания. Роберт сидел в голове и в сердце, как заноза. Я много плакала и не хотела выходить на улицу. Я даже уволилась с работы.

Где-то через полгода страданий и депрессии я стала приходить в себя. Для начала устроилась обозревателем в новую газету — в ту, в которой я работаю сейчас. Зарплата оказалась очень хорошей, коллектив дружным. Это тоже благоприятно повлияло на мое состояние. Но Роберт продолжал жить в мыслях, я очень часто пересматривала совместные фотографии, сделанные в самые счастливые дни брака.

В какой-то момент я поняла, что дальше так продолжаться не может: мне нужно вытравить из себя мысли о бывшем муже, как тараканов из квартиры. Сыновья маминых подруг, которых она упорно продолжала сватать, мне не нравились. Поэтому я зарегистрировалась на сайте знакомств. И начались допросы от мамы, как будто мне шестнадцать лет:

«А куда ты ходила?».

«А почему ты так поздно вернулась?».

«А кто это тебя до подъезда провожал? Я видела с балкона».

Я принципиально не хотела рассказывать маме о своих свиданиях, поскольку знала: она не одобрит кандидатов. Она продолжала пихать мне сыновей своих подруг, от которых меня воротило. К слову, с мужчинами с сайта знакомств у меня тоже не клеилось. Дальше трех свиданий ни с кем не зашло.

Мама устраивала мне допросы и по другим поводам. Видимо, все же продолжала считать меня несовершеннолетней:

«Зачем ты купила такую дорогую сумку?»

«Уже двенадцать ночи, почему ты не спишь? Иди ложись»

«В мусорном ведре лежит пустая бутылка из-под вина. Ты что, пила!?»

В общем, я стала мониторить рынок недвижимости. Мне попалась неплохая евродвушка с ремонтом от застройщика в доме, который уже был сдан. Не сомневаясь ни секунды, я пустила все свои накопления, сделанные в том числе во время брака с Робом, на первоначальный взнос по ипотеке. Мама, конечно, была в шоке, что я съезжаю от нее. Даже плакала. Мое сердце, конечно, сжалось от боли, когда я увидела маму в слезах, но я смогла не поддаться на ее мольбы и все же переехала в собственную квартиру.

Один мужчина после развода у меня все же был. Полгода назад я познакомилась на сайте знакомств с Николаем. Тридцать три года, айтишник, своя квартира и очень хорошая машина. Симпатичный и подкачанный. Без бывших жен, детей и алиментов.

«Вот он!», радостно подумала я на третьем свидании, получив от Николая красивый букет роз.

Через месяц отношений Николай предложил мне поехать вместе отдохнуть. Я согласилась. Мы выбрали хороший отель в Турции, Николай оплатил тур целиком. «Вот он!», снова радостно подумала я. Коля мне так сильно нравился, что в его присутствии я почти перестала вспоминать Роберта.

Буквально за четыре дня до отпуска, когда Коля был у меня дома, внезапно пришла мама и открыла дверь в мою квартиру своим ключом.

Да, у мамы есть ключи от моей квартиры. Мало ли что.

Не помню, по какому поводу она приехала. Возможно, вообще без повода. Но, в общем, она застала у меня Колю. Я сразу внутренне напряглась, ожидая от родительницы заявления, что он меня недостоин. Но неожиданно она оказалась с ним очень мила. Мы сидели за столом, пили чай, Коля рассказывал маме про свою работу. Она улыбалась ему и любезничала. Я не могла поверить собственным глазам. Он реально понравился маме? Меня не покидал ощущение, что есть какой-то подвох.

И я не ошиблась.

Как только за Николаем захлопнулась дверь, мама выдала:

— Он алкаш.

— Чего??? — изумилась я.

— А ты не видишь, какая у него красная морда?

— Мама! — вспылила я. — Ничего не красная! Просто мы вчера немного вина выпили.

— И часто вы с ним вино выпиваете? — прищурилась.

После того, как родительница обнаружила пустую бутылку в своем мусорном ведре, она и меня стала подозревать в алкоголизме. Но я-то, конечно, пью крайне редко. Только по праздникам или по какому-то случаю. А та бутылка, которую тогда обнаружила мама, была подарком. Журналистам часто дарят подарки.

— Мам, хватит, пожалуйста, — устало попросила я.

— Ты не ответила на мой вопрос: ты часто с этим Николаем вино выпиваешь?

Я отвернулась к посудомойке и стала полностью игнорировать родительницу. Но правда была такова, что часто. И я задумалась об этом только после слов мамы. Коля каждый раз приезжал ко мне с бутылкой алкоголя. А если я ездила к нему, то у него тоже всегда находилась бутылка. В итоге за месяц отношений с Николаем я выпила алкоголя больше, чем за весь предыдущий год. Самое интересное: я не придавала этому значения. Ну, подумаешь, вино. У нас же романтика, свидания.

В Турции я стала следить за тем, сколько алкоголя пьет Коля, и с ужасом поняла: он пьет очень много. К вечеру он уже еле на ногах стоял. И так было каждый день. Самым горьким было осознавать, что мама права: Коля — алкоголик.

Когда мы вернулись в Москву, я с ним рассталась.

Плюхаюсь на диван в кухне-гостиной и вытягиваю ноги на журнальный столик. Задумчиво гляжу на красиво сверкающую елку и нервно тереблю кольцо с бриллиантом на безымянном пальце.

Я купила себе квартиру, чтобы сбежать от назойливого внимания мамы. Но не могу сказать, что моя жизнь как-то изменилась к лучшему. С мужчинами до сих пор не клеится, так что иной раз думаю: а может, не так уж и плохи были сыновья маминых подруг? Там один был разведенный с психотравмой после бывшей жены, второй в тридцать пять лет проживающий со своей мамой, а третий вроде бы ничего, но как-то не в моем вкусе.

Я наплела Роберту, что у меня есть жених и скоро свадьба. А на самом деле никакого жениха и близко нет.

И что теперь делать?

Глава 13. Платье

На работе нет других тем для разговора кроме предстоящего сокращения зарплаты. Коллеги перешептываются, что уже обновили резюме на сайте по поиску вакансий. Кто-то более смелый предлагает пожаловаться в трудовую инспекцию. Ну тут вряд ли что-то получится. У нас срочные контракты, а зарплата состоит из оклада и премиальной части. Во-первых, сокращение зарплат будет со следующего контракта. Во-вторых, даже если бы хотели урезать сейчас, это было бы законно. Просто уменьшили бы премиальную часть.

Я не участвую в подготовке заговоров против нового генерального директора. Но вместе со всеми смеюсь, когда бывшему мужу придумывают кличку: Гринч — похититель зарплат. Особенно смешно, вспоминая, как мы с Робом смотрели этот фильм перед одним из Новых годов. Я сварила глинтвейн, испекла имбирное печенье, и мы легли в обнимку на диван создавать себе новогоднее настроение.

Злобный запал коллег немного выдыхается, когда на рабочую почту приходит письмо от отдела кадров с приглашением на новогодний корпоратив. Для празднования компания арендует один из лучших ночных клубов Москвы. Я помню его еще со времен своего студенчества. Один раз нас с подругами не пустил туда фейс-контроль. Посчитали, что мы недостаточно шикарно одеты.

К обеду настроение коллег заметно улучшается. Начинают обсуждать наряды на корпоратив. В приглашении было указано «дресс-код cocktail». Добрая половина девушек редакции засела на сайтах маркетплейсов в поисках подходящих платьев. Я тоже думаю о наряде для корпоратива. Там ведь будет Роберт. Он сделает для всех важное объявление: газета и три телеканала, входящие в холдинг, будут каким-то образом объединены. Я эту инсайдерскую информацию коллегам не рассказываю.

До тридцатого декабря остается не так много времени. Я записываюсь в салон красоты возле работы на прическу и макияж. А в салон возле дома на двадцать девятое декабря — на маникюр, педикюр и эпиляцию всех стратегических зон. Не то чтобы я на что-то рассчитываю на корпоративе. Вернее, совсем ни на что не рассчитываю, но мне будет спокойнее, если я пойду туда во всеоружии.

Остается выбрать наряд. Все, что есть в моем гардеробе на данный момент, я отметаю. Поэтому сдаю редактору статью, как можно раньше, и с разрешения руководителя ухожу с работы за час до окончания трудового дня. Еду в свой любимый торговый центр, в котором есть все необходимые мне магазины. Побродив по нему больше двух часов, я нахожу то, что мне нужно.

Черное платье миди из французской сетки с блестящим напылением. Под сеткой грудь скрывает черный топ, а ниже талии черная утягивающая юбка. Живот между топом и юбкой просвечивается через сетку. Также просвечивается выше топа грудная клетка с ключицами. Рукава прозрачные.

Я выбираю платье не для Роберта, но совершенно точно знаю: оно понравится бывшему мужу. Если дополнить образ лодочками на шпильках и клатчем, я буду самой красивой на корпоративе. Ну или одной из.

Фотографирую себя в зеркале в новом платье и отправляю маме.

«Вау, какая красота!», приходит от нее незамедлительно.

Довольно улыбаюсь. Я знала, что маме понравится. Она ценит красивую дорогую одежду.

«Покупаю»

«И куда ты в нем такая красивая?)»

«На новогодний корпоратив)»

Нехотя снимаю с себя платье — я бы в нем ушла домой! — и переодеваюсь в свои джинсы и свитер. Направляюсь к кассе с платьем, когда слышу входящий звонок. Мама.

— Алло. — Встаю в длинную очередь.

— А зачем ты так наряжаешься на корпоратив? — недовольно.

На самом деле мама хотела сказать: «Зачем ты так наряжаешься туда, где будет твой бывшей муженек?».

— Потому что это новогодний корпоратив, мам, — говорю со смешком. — Туда принято наряжаться. Или я должна пойти в джинсах и кроссовках?

— Нет, конечно. Но и так выряжаться какой смысл? Особенно учитывая, что новое руководство собирается урезать тебе зарплату. Не лучше ли поэкономить деньги?

«Особенно учитывая, что твой бывший муж, сукин сын такой, собирается отомстить тебе и сократить зарплату».

— У меня есть сбережения.

— Когда ты останешься без работы, они улетят очень быстро.

«Когда твой Роберт из мести уволит тебя, не заплатив ни копейки, твои сбережения улетят очень быстро».

Подходит моя очередь. Я кладу перед продавцом платье, зажимаю телефон ухом и лезу в сумку за кошельком.

— Мам, хватит. Меня никто не увольняет. А если повезет, я первой уйду.

— Вот именно, «если повезет», — не унимается, — а вдруг ты не найдешь новую работу?

«А вдруг твой бывший мудак из мести перекроет тебе кислород: обзвонит все газеты и попросит никуда тебя не брать?».

— Найду.

— Ты слишком самоуверенна, Злата. Платье, безусловно, красивое, но новогодний корпоратив не стоит того, чтобы так туда наряжаться.

«Твой бездетный бывший муженек Роберт не стоит того, чтобы так для него наряжаться».

— Ладно, мам, пока, я уже на кассе. Напишу, когда буду дома. Завтра созвонимся!

Я сбрасываю звонок быстрее, чем мама успевает сказать мне «пока».

Ну что ж, родительница сделала большой шаг вперед. Прогресс! Она больше не поливает Роберта грязью прямо, а делает это максимально завуалировано. Но я умею переводить то, что она сказала вслух, на то, что она на самом деле хотела бы произнести, но постеснялась.

Глава 14. Он мог

Тридцатое декабря — последний рабочий день в редакции. Мы сдаем новогодний номер газеты, который преимущественно был сверстан заранее. Также до обеда отправляем на вычитку редакторам так называемые консервы — статьи, которые будут публиковать на сайте в течение январских праздников. Там в основном материалы на тему «Что ждет россиян в новом году» — законодательные изменения, громкие инициативы депутатов и правительства, прогнозы экономистов по курсу рубля и инфляции, ну и все в таком духе.

В 15:00 мы с подружками открываем бутылку шампанского, подаренную мне каким-то банком, разливаем по одноразовым стаканчикам, чокаемся и выпиваем.

— Мы тост не сказали, девочки! — спохватилась Ира.

— Чтобы в новом году наши зарплаты не уменьшились, а увеличились! — предлагает тост Аня Персикова, корреспондент по потребительскому рынку.

— Аминь, — говорит Наташа Задорнова, корреспондент по банкам. Иногда мы с Наташей пишем статьи вместе. Я обозреватель, она корреспондент. Мы сидим на одной банковской поляне.

Снова чокаемся и выпиваем.

— Красивый у тебя маникюр, — замечает Ира мои ногти, когда я чищу мандарин. Какой-то банк прислал нам в редакцию целую корзину с цитрусами.