Щупальца спрута
- -
- 100%
- +
Голос ее охрип от волнения. Она посмотрела в глаза Решетову.
– Прошу вас, не считайтесь со мной. В случае, если она была с отцом за границей и… завербована… Я не имею права решать этот вопрос. Но если она – враг, то что значит перед этим моя личная материнская боль?..
Вдруг лицо Веры Андреевны перекосилось от душевной боли. Вся подавшись вперед, она дрожащей рукой схватила руку Решетова.
– Может быть, вы знаете о ней что-нибудь? Скажите. Я чувствую, что знаете…
Нервное напряжение достигло предела, и, уже не стесняясь Решетова, Вера Андреевна разрыдалась.
Взволнованный полковник молчал. Сколько горя перенесла эта женщина! А теперь он должен обрушить на нее еще новую муку. Но вместе с тем он чувствовал, что не может не сказать ей всей правды. Ему было ясно, что перед ним человек, который от неизвестности будет страдать еще больше.
– Скажите, пожалуйста, а брошь, что вы нашли… Где эта брошь? – осторожно заговорил Решетов, когда Вера Андреевна несколько справилась с волнением.
– Я захватила ее с собой. А потом… потом решила показать вам.
Панюшкина открыла сумочку, достала бумажный сверток, развернула и положила на стол брошь.
– Вы правильно сделали, Вера Андреевна.
Решетов долго и внимательно разглядывал украшение.
– Да… так и есть… – вслух рассуждал он. – Интересно… – и снова стал тщательно осматривать брошь. – Да, Вера Андреевна, – обратился полковник к Панюшкиной, – это микрофотоаппарат. Им пользуются исключительно в шпионских целях…
Вера Андреевна пошатнулась, лицо ее покрылось меловой бледностью. Полковник бросился, чтобы поддержать ее. Но, к его удивлению, Панюшкина отстранила его руку.
– Что я должна сейчас делать? – твердо спросила она. И видя, что Решетов молчит, продолжала: – Я ведь просила вас не считаться со мной. У меня хватит сил выполнить свой долг до конца. Говорите, что мне делать?
– Товарищ Панюшкина, теперь самое главное – ни в коем случае не менять своего отношения к дочери. Все должно оставаться по-прежнему… И, пожалуйста, положите незаметно брошь в сумочку Севериновой…
– Я сделаю все, что от меня потребуется. Благодарю вас за то, что уделили мне столько вашего дорогого времени…
– Это вам большое спасибо, Вера Андреевна, за чистоту вашей души. Желаю вам мужества. – Решетов почтительно пожал руку Панюшкиной.
Вера Андреевна повернулась и нетвердой походкой вышла из кабинета.
Глава XVII
После новогодней ночи Майю не покидало чувство вины перед Матвеевыми, особенно перед Верой Андреевной. Как она могла, даже в мыслях, таить такое страшное обвинение по отношению к члену их семьи?
Майя решила временно воздержаться от посещения Матвеевых. Она очень страдала от этого. И когда позвонила Вера Андреевна, Майя так обрадовалась, что в первую минуту не находила слов.
Вера Андреевна сказала, что сразу же после работы будет ждать Майю у себя. Ее голос – обычно спокойный, ласковый – звучал теперь как-то неуверенно. Майя хотела было отказаться, но Вера Андреевна еще раз повторила свою просьбу и повесила трубку.
Свежевыпавший обильный снег одел улицы в праздничный наряд. Но Майя не замечала ничего. Ее беспокоила и смущала предстоящая встреча. Как она посмотрит в добрые, любящие глаза Веры Андреевны?
На углу переулка Грибоедова она столкнулась с молодым человеком в коричневом пальто и такого же цвета шляпе. Он чуть не сбил ее с ног и машинально обхватил за плечи. От неожиданности Майя страшно смутилась и покраснела, а молодой человек в неменьшем смущении развел руками и снял шляпу:
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.