Как приручить Дракона

Беглецы

Сентфор – это маленький унылый городок, вынужденное пристанище, в котором придётся томиться не меньше года. В прошлом остался Балтимор и все друзья, потому что проблемы папы перестали быть только его. Мы всей семьей являемся соучастниками и беглецами.

Меня зовут Сара О’Нил, мне семнадцать лет, и это моя история.

Родители мало посвящали меня в свои тёмные дела, но я давно в состоянии понять, что, как раньше, уже ничего не будет. Меня одновременно радует и удручает, что моя жизнь перестала их интересовать ещё в Балтиморе, поэтому я лишена всех прелестей подростковых конфликтов с предками. Им нет дела: я занята сама собой, и все счастливы.

Хотя, счастьем наши будни тоже не наполнены. Каждый день – борьба и ожидание звонка ФБР в дверь нового дома. Стоит ли говорить о том, что моя нервная система давно свалила в закат, и у меня просто нет сил, чтобы устроить бунт. Я, блин, самый покорный тинейджер в этом захолустье.

И судьба, чтобы добить меня основательно, даёт мне снова первый день в новой школе. В выпускном классе. Без надежды на отношения, на нормальную дружбу и вот это все, что так нужно обычному человеку.

Это как фильм «День сурка», только я хочу бросить тостер в ванную прямо сейчас. Нет, я не депрессивная, просто я очень устала. А в старшей школе не жалуют уставших и аморфных. Как в мире животных: добивают слабых и больных.

В Балтиморе я выступала в команде чирлидинга, поэтому внешность – точно не моя слабая сторона, но вот унылая физиономия может сильно усложнить жизнь. И ещё я интроверт. Да, все дерьмо я переживаю глубоко в себе, отчего друзья из прошлого дали мне прозвище spaceshattle (космический шаттл). Задумавшись, я могу зависнуть и просто потерять связь с реальностью.

И с этим набором чудес я должна сегодня вступить на порог новой школы. С кем-то опять дружить, учиться и пытаться не убиться головой о стену от происходящего в моей жизни.

***

Автобус подъехал ровно в 8:00. Внутри уже было достаточно народу. В воздухе летал аромат тинейджерского пота, колы и мятной жвачки. Когда я зашла в автобус, то сразу зацепилась взглядом за одиноко сидящую блондинку с печальным взглядом.

О, привет, подруга! Мы уже, однозначно, подходим друг другу своими кислыми минами.

– Привет, свободно? – я кивнула в сторону пустого сиденья.

– А, да, конечно. Присаживайся, – девушка не выразила никаких эмоций.

– Я – Сара, новенькая. А тебя как зовут?

– Кэнди. Меня зовут Кэнди Нильсон.

– Очень приятно познакомиться. – Нет, на самом-то деле, просто место было свободно, а ты та ещё депрессивная зануда.

До школы мы ехали молча: это просто рай для интроверта. Я разглядывала серые и безрадостные пейзажи провинциального городка, который претил мне всем своим нутром.

Первым уроком была история. Учитель – мужчина средних лет, в засаленном пиджаке, в котором его и похоронят, по всей видимости. Такая неухоженность для меня была всегда признаком одиночества и полного поглощения своим предметом. Даже не знаю, что из этого было хуже.

Мы сидели с Кэнди вместе за одной партой. Никак не возьму в голову, чего я так в неё вцепилась, но эта недалекая девчонка, несомненно, мне импонировала. Нет, только не подумайте, что я такое высокомерное дерьмо, просто нужно понимать: меня вытащили из моей благополучной среды обитания и засунули в глушь. И это раздражало до белеющих костяшек пальцев. Внутри кипела злость, обида и приближающееся ощущения неизбежности того, что я застряла здесь навсегда.

И, возможно, так бы все и произошло, если бы не один вечер, закончившийся абсолютно паршиво. Вечер, когда я встретила Чёрных драконов и Майкла, мать его, Тёрнера. Но обо всем по порядку. И это мой первый день в старшей школе чертового города Сентфора.

В перерыве на ланч к нам с Кэнди подошла пара ребят: ее друзей. Оба выглядели неплохо: один – скуластый, тощий и слишком дерзкий для своей комплекции – Дерек; второй – сладкая девчачья мечта из влажных снов, блондин с голубыми глазами и пухлыми губами – Люк.

– Привет, Кэнди! – оба дружелюбно поприветствовали ее

– Привет, ребят. Знакомьтесь, это новенькая – Сара О’Нил. Она из Балтимора

– Спасибо, Кэнди, дальше я сама, – перебив ее, спокойно продолжила я. – Теперь было бы неплохо узнать, как вас зовут.

– Это Дерек Никсон, а я – Люк Моринг.

– Так официально? Прикольно, – сказала я с нескрываемым сарказмом. – Вы смешные. Ладно, рада была поболтать, пока.

Я встала и уже направлялась к выходу из столовой, как Люк окрикнул меня.

– У нас сегодня вечеринка, хочешь присоединиться? – он улыбнулся во все свои тридцать два ослепительных зуба. – Заодно, посмотришь на местных, мы не кусаемся, в отличие от тебя.

Я, конечно, была той еще занозой в заднице, но жест дружелюбия был засчитан. Тем более, что я вообще теряла? Не знаю никого, кроме этой чудаковатой троицы, да и меня еще никто не знает.

– Явки, пароли?

– Пойдем вместе, я зайду за тобой вечером, ладно? – о, снова рыба-прилипала Кэнди.

– Пойдем? Поедем, я за рулем, – хмыкнула я.

Все трое переглянулись: в их глазах читалось легкое удивление. Кэнди что-то шепнула Люку и нежно взяла его руку.

– Ну, не на велике же ездить, ей Богу, – я закатила глаза и, развернувшись на каблуках, вышла в коридор.

***

– Как первый день в школе, детка? – мама спросила участливо.

– Ожидала худшего, но, вроде бы, неплохо – позвали на вечеринку к однокласснику.

– Даже так? Ну, надеюсь, это хороший знак, Сара. Постарайся быть дружелюбной, но не сильно распространяйся о причинах нашего переезда. – Она слегка замялась, ведь город маленький, и слухи разносятся быстро, а нам бы этого не хотелось.

– У меня что, на лице написано «умственно отсталая», мам? – Я рыкнула с нескрываемым раздражением; ваш заунывный секрет про финансовые махинации папаши умрет в этом скучном городе вместе с моей личной жизнью.

– Поедешь на машине?

– Ага, напиваться в мои планы точно не входит. Это визит вежливости. Я же не должна быть охренительно милой, правда? Прямо, как ты?

– Тогда в 10 будь дома.

– Есть, мэм, – крикнула я, поднимаясь вверх по лестнице и не подозревая, что ждёт меня впереди, после знакомства с моими одноклассниками.

Первая вечеринка, первое впечатление, которое произведу на парней, нормальных, а не на этих двух – Люка и Дерека. Я распустила каштановые волосы, слегка подкрутив их на концах. Открыв шкаф, я занялась выбором наряда. Взгляд упал на черные джинсовые скинни, белую футболку с надписью «I’m a dragon» и бомбер цвета оливы. Грубые черные ботинки и цепочка с кулоном на шее дополнили образ.

Я была готова оторваться сегодня. Нет, правда, я действительно настроилась провести вечер классно. Может, это было реально тем, что мне действительно нужно, чтобы отвлечься от навалившихся проблем.

Но кто бы мог подумать, что один вечер в этом городе так круто повернёт мою жизнь.

Первое впечатление

Мы с Кэнди подъехали к впечатляющим высоким кованным воротам. Я нажала кнопку интеркома, – О’Нил и Нильсон прибыли на базу. Ворота с тихим скрипом раздвинулись, и мы въехали внутрь двора.

Дом Морингов стоял на возвышенности, окутанный густым лесом, скрывающим его от любопытных глаз. А посмотреть тут было на что: белый дом с колоннами, выполненный в колониальном стиле – такие дома сплошь и рядом строили на Юге.

Огромная территория перед домом вмещала десятки парковочных мест. Я действительно была впечатлена увиденным. На пороге перед домом нас встречал Люк и какая-то рыжая девица. Я видела ее в коридоре школы, но особо лица не запомнила.

– Я уж думал, ты не приедешь, – иронично сказал Люк.

– Почему? Я, может, и кажусь слегка стервозной, но никогда не пропущу веселье.

– Привет, мы ещё не знакомы, я – Сара, новенькая, – я протянула руку рыжей.

– Адель Моринг, сестра Люка. Милый прикид, Сара, думаю, мы найдём общий язык, – она смерила меня взглядом.

А, вот кто тут «папочка», ну отлично.

– Пойдёмте отрываться, – Адель приглашающим жестом указала на дом и мило улыбнулась.

Кэнди задержалась на входе вместе с Люком. Наверное, между ними что-то есть, либо Кэнди хотелось бы этого, судя по тому, как она смотрит на блондинчика: как сенбернар на хозяина.

Мы прошли через внушительных размеров холл, было ощущение, что я попала в музей искусств: скульптуры, гипсовые бюсты, по стенам вереницей развешаны картины. В самом центре лестницы в пролёте висел масштабный семейный портрет Морингов: четверо богатеев, расфуфыренных в пух и прах.

Царская семья, мать их.

Я шла за Адель дальше, пока не услышала эпицентр тусовки – шум и музыка раздавались с заднего двора. Возле бассейна толпилась куча подростков: смеялись, толкали кого-то в воду, кто-то играл волейбол, пили из разноцветных бумажных стаканчиков.

– Выпьешь что-нибудь? – спросила Адель.

– Боюсь, что сегодня я не пью. Изучаю обстановку.

– Ха! Мы что, лабораторные мыши для тебя?

– Не пойми меня неправильно, но я говорю правду в глаза – сегодня мой первый день в новом городе, меня зовут на вечеринку незнакомые ребята. Не сложно сложить два плюс два, чтобы понять – меня тоже хотят изучить. Пусть исследование принесёт обеим сторонам удовольствие, – я посмотрела рыжей прямо в глаза.

– А ты крепкий орешек, да? Я уважаю таких, как ты: не лебезишь, не стараешься понравиться, прямолинейная, как кол, – Адель похлопала меня по плечу и улыбнулась. – Наслаждайся вечером, я точно не кусаюсь.

Я подошла к импровизированному бару и налила себе содовой. Отхлебнув немного, я продолжила мониторить собравшихся. Неспешно прогуливаясь по периметру бассейна, я услышала, как кто-то окрикнул меня. Дерек. Он стоял с каким-то субтильным пареньком в очках с диоптриями, из которых можно было бортовой номер самолёта разглядеть. Дерек помахал мне и жестом попросил подойти.

Ну, давай, дружище, удиви меня.

– Привет, Сара! Все-таки решила приехать? – немного взволновано сказал парень.

– Как видишь, не хотела стать изгоем, – я саркастически улыбнулась

– Знакомься, это наш друг – Бобби Тёрнер, – очкарик слегка напрягся и протянул потную ладонь.

– А, мы же в одном классе, я видела тебя. Привет, приятно познакомиться, – я всеми силами старалась не отдёрнуть руку и проявить свой максимум учтивости. – Земля-Бобби, приём! – он «завис» на секунду, и я уже хотела помахать рукой перед его носом.

– А, да, Сара, привет. Прости, я иногда задумываюсь настолько сильно, что ухожу от реальности, – он смутился ещё больше.

– Аха, значит, – я прыснула, – у нас с тобой много общего. Я тоже иногда вываливаюсь из реальности, – я изобразила безумное лицо и сдвинула глаза в кучу.

Парни рассмеялись, и первая неловкость прошла. Я постепенно сбрасывала маску стервозной суки, потому что они действительно старались сделать первый день незнакомой девчонки комфортным и веселым. Это подкупало в них всех – доброта и открытость. Было бы полной лажей с моей стороны игнорировать человечность и хорошее отношение.

***

Я развезла троицу по домам, чем вызвала очередную порцию уважения и благодарностей. Боже, ребят, вы слишком добры ко мне.

Дома я была ровно к назначенному времени, поднимаясь в свою комнату под ругань предков. Они снова выясняли отношения, забыв о моем существовании. Кричали что-то про залог дома и продажу машины. Моей машины, подаренной на шестнадцатилетние. Ком подступил к горлу, и я направилась вверх по лестнице, в свою комнату. Последнее, что я слышала – звук бьющейся посуды и тихий удар.

***

Спустя две недели я, Люк, Дерек, Кэнди и Бобби неплохо сблизились. Они в шутку стали называть меня Стервелла, я не смела им перечить – доля правды в этом была. Я пыталась выключить свою защитную реакцию в их окружении, они это чувствовали, и никто не задавал лишних вопросов. Наверное, так и должны вести себя друзья. Правда, Бобби отчаянно пытался мне угодить и слегка перегибал: можно было к гадалке не ходить, чтобы понять – на меня запал типичный ботаник. Мне нечем было ответить ему, но он не сдавался. Это было мило.

***

По химии раздавали задания для совместных проектов. Когда в пару поставили меня и Тёрнера, Бобби чуть со стула не прыгнул от радости. Мы переглянулись с Дереком и, зажав рот кулаками, засмеялись. Кэнди посмотрела на Бобби сочувствующим взглядом, казалось, она сейчас заплачет.

Мне предстояла неделя плотных научных исследований в компании милого «ботаника», который сох по мне. Что может быть ужаснее вообще? Радует, что Бобби физически не развит, и в случае его романтической атаки я легко навешаю ему тумаков.

– Сара, сможешь зайти ко мне после уроков сегодня? – Бобби заламывал руки и теребил лямку рюкзака.

– Как скажешь, будем чередовать: завтра у меня. – Если мои чертовы предки не разобьют все нахрен в доме.

Оказалось, дом, где жила семья Бобби, находился в квартале от моего. Милый небольшой дом, с белым забором и синей крышей. Перед домом клумбы с цветами и ровно подстриженный газон – мечта американских домохозяек.

Единственная вещь, выбивающаяся из этого идеального антуража, был припаркованный у дома байк. Чёрный с изображением драконьей головы. Когда мы подходили к калитке, из входной двери показался высокий парень, лет двадцати.

Рыжие волосы небрежно растрёпаны, скулы, о которые можно было бумагу резать, широкие плечи. Незнакомец был одет в джинсы, чёрную футболку с принтом AC/DC, кожаную косуху, в руках он нёс мотоциклетный шлем.

Я ощутила легкое головокружение. Ему с таким телом место в доме Морингов – скульптура греческого Бога, не меньше.

– Я уехал, ма! – этот низкий, чуть хриплый голос стрелял прямо в сердце.

– О, Бобби, привет, малыш, – красавчик потрепал Бобби по голове, а тот пытался отмахнуться обеими руками.

– Перестань, Майкл!

– О, да ты с девчонкой! – он с улыбкой посмотрел на меня. Эти зелёные глаза смотрели прямо в душу, не меньше. Надо быть слепой и глухой, чтобы не превратиться в лужу рядом с этим парнем. – Боб, скажи подружке, что пялиться не прилично. И вытирать ее слюни с порога будешь ты.

Что? Гадство! Я реально стою, открыв рот. Я хочу провалиться сквозь землю, пожалуйста!

Я густо покраснела и потупила взгляд. Он прошёл мимо меня, источая аромат табака и моря – с тех пор именно так стала пахнуть для меня мужественность и сексуальность. Красавчик оседлал свой байк, с хитрой улыбкой повернулся в сторону нас с Бобби и с места рванул вниз по улице.

Это был первый раз, когда я увидела Майкла, мать его, Тёрнера.

Принцесса и Дракон

– Эй, Сара, пойдем, чего застыла, – Бобби с раздражением взял меня за руку и потянул к входной двери. – Вечно он все портит, – пробубнил парень с детской обидой в голосе.

– Кто все портит? – я, слегка ошалевшая, на полусогнутых следовала за ботаником.

– Этот кретин, Майкл. Мой старший брат по совместительству.

Да ладно?! Кузен, но никак не родной брат Бобби. Природа не может так хреново распределять очки харизмы и сексуальности.

– Не знала, что у тебя есть брат

– Я бы тоже с радостью его не знал.

Мы прошли в дом: мама Бобби что-то готовила на кухне. Он быстро нас представил, объяснив причину моего визита. Приветственно помахав нам, она продолжила заниматься своими делами. Скинув куртки, мы отправились наверх в комнату Бобби, чтобы начать заниматься химией. Реально делать уроки, тут же без вариантов вообще!

Спальня Тёрнера-младшего была полным отражением его внутреннего мира стопроцентного гика: фигурки героев Стартрека и Звездных войн, полки с цветастыми корешками фэнтези-книг, игровая приставка и миллионы дисков с играми. Если бы я увидела на прикроватной тумбочке одноразовые салфетки, я бы уже сбежала. Нет, он определенно был хорошим парнем, но такие всегда плетутся во френдзоне. Прости, Бобби.

Потратив на задание пару часов, было решено спуститься вниз и перекусить чего-нибудь. Мы сидели на кухне рядом друг с другом, забравшись на стулья с ногами. Это было так по-домашнему уютно, что я невольно почувствовала подступившие слезы. Как бы я не отрицала это, но мне нужна была забота и тепло родительского дома. Внутри меня была зияющая дыра и оглушающая пустота; я отчаянно нуждалась в чьей-нибудь любви.

Бобби так увлеченно пересказывал мне сюжет какого-то эпизода Стартрека, что мои слегка выступившие слезы высохли, оставшись незамеченными.

– Сара, ты в порядке? – он выглядел весьма обеспокоенным.

Черт, неужели заметил? Я резко провела ладонями по лицу: нет, все под контролем.

– Все отлично, почему спрашиваешь? – изобразив уверенность, выпалила я.

– Ты как-то резко загрустила, это по выражению глаз видно, – он стушевался, но подвинулся чуть ближе ко мне, едва коснувшись края моего подбородка.

Это что, реально подкат от Бобби? О, нет, нет, нет, нет! Стыдоба-то какая. Ты так жалко выглядела, что даже Бобс, поверив в себя, решил подкатить к тебе, Сара.

– Вот это поворот, Боб. Ты хочешь ей засадить? – громкий смех наполнил кухню; сомнений не было: это Тёрнер-старший собственной персоной. – Дети, бесплатный совет от дяди Майкла: предохраняйтесь.

Мы с Бобби, как два испуганных животных в прямом смысле этого слова, отпрыгнули друг от друга, чуть не попадав со стульев от неожиданности. Майкл подошел к холодильнику и открыл дверцу, внимательно заглянув внутрь.

Его профиль озарил теплый свет, отчего он выглядел еще шикарнее: ровный нос, чуть со слегка вздернутым кончиком, искусно выведенная природой линия скул и подбородка, переходящего в сильную и мощную шею, пухлые губы, растянувшиеся в полуулыбке.

От него пахло бензином и парфюмом вперемешку с табаком. Этот запах пробуждал лавину во мне. Хотелось закрыть глаза и зарыться в его широкую грудь, вдыхая этот запах. Внутри меня от одной этой фантазии сжался комок нервного напряжения, и сердце застучало с бешенной скоростью.

– Мне пора, Бобби. Завтра в школе увидимся, – я метеором вскочила со стула и понеслась в сторону прихожей.

Я изо всех сил старалась пробежать мимо причины моей тревоги как можно быстрее, стараясь не смотреть на него. В этот момент Майкл закрыл дверцу холодильника с бутылкой сока в руках. Я неслась во весь опор и не заметила, как его торс возник перед моим носом, и мы столкнулись. Спасибо законам физики и мясистой заднице, потому что мое тело отрикошетило и свалилось на пятую точку прямо перед секси-Тёрнером. К слову, с его охреневшего лица и футболки яркими оранжевыми каплями стекал сок.

– Ты куда гнала, кобыла краснокнижная? – он посмотрел с издевкой и изогнул одну бровь.

Это меня он кобылой сейчас назвал? Ууу, козлина.

– Майкл, заткнись и перестань вести себя как дегенерат последний, – Бобби вступился за меня, пока я хватала ртом воздух и пыталась встать. Зад нестерпимо жгло от ушиба.

– Сара, ты в порядке? Сильно ушиблась?

Да, сейчас охренеть как ушиблось мое самолюбие и женское очарование. А еще меня твой брат кобылой обозвал.

– Нет, Бобби, все в норме. Выживу.

– Хм, Сара, – Майкл задумчиво почесал затылок, – с какого-то древнего языка, типа «владычица» переводится. Владычица мясистой задницы, по всей видимости, которую заносит на поворотах, – он снова ухмыльнулся этой бесящей улыбкой.

Как у тебя это получается, Майкл Тёрнер, быть настолько привлекательным внешне и отталкивающим внутренне? Воистину, дьявольский дар.

– Какой начитанный орангутанг у тебя братец, Бобби, – саркастически хмыкнула я, самостоятельно поднимаясь с пола. – Для справки, в некоторых источниках переводится как «Царица», – я метнула гневный взгляд в нахала.

– Не дотягиваешь до царицы, малыш. Максимум – «принцесса», – он весело подмигнул мне и тихо добавил, – но зад у тебя императорский. – Он развернулся и вышел, попутно снимая с себя мокрую футболку, обнажающую раскачанные плечи и спину. С огромной татуировкой.

Сууука!!! Я вырасту и убью тебя, Тёрнер! Самым изощренным способом!

Я сжала кулаки так сильно, что оставила следы от ногтей на ладонях.

***

Остальные дни мы с Бобби доделывали совместный проект у меня дома, хотя соблазн снова встретиться с Майклом был слишком велик. Я все чаще ловила себя на мысли, что мои размышления постоянно прерывал образ этого откровенно нахального красавца. Острый на язык, дерзкий: воплощение маскулинности и первобытной мужественности в одном человеке – убийственный коктейль для женского сердца.

Уверена, девчонки за ним табунами бегают. Табунами краснокнижных кобыл, как я. А он даже не смотрит в мою сторону, потому что считает меня малолеткой.

Эти мысли скоро сведут с ума. Мне просто необходимо кому-то выговориться. Я девочка, в конце концов!

Я набрала номер Кэнди.

– Привет, не отвлекаю?

– Нет, я уроки делала, сама понимаешь, не слишком увлекательное занятие, – она глупо хихикнула. – Как ваш проект с Бобби?

– Относительно неплохо, если бы не его старший брат, – я теребила телефонный провод и нервно кусала губы. – Ты знала, что у Бобби есть брат?

Господи, конечно, она знает, идиотка! Они сто лет тут живут и учатся вместе.

– Сара, ты запала на Майкла?

– Чего?! Нет, конечно, ты вообще, с чего это взяла? – мой голос стал неестественно высоким.

– Сара, – она протянула мое имя с укором и улыбкой. – По нему половина Сентфора сохнет. Это же так банально – плохой парень на байке из банды «Драконов».

– Стоять, какой банды? Он что, уголовник? – я бесцеремонно перебила Кэнди.

– Из «Черных драконов». Шайка грозных байкеров. Ну, насколько мне известно, он не сидел в тюрьме, но навряд ли он со своими татуированными друзьями пиццу развозит. Во всяком случае, папа Дерека – частый гость в доме Тёрнеров. Он же из полиции.

– Ясно, думаю, основное я узнала. Спасибо, конфетка, – я засмеялась.

– Сара, ты хорошая, и мы подружились, насколько я могу судить, поэтому предупрежу тебя. Майкл старше, ему 22, он водится с сомнительными личностями, имеет приводы в полицию и мало подходит для каких-то продолжительных отношений. Не связывайся с ним и выброси из головы. Лучше обрати внимание, как на тебя смотрят Бобби и Дерек.

– Бог мой, Кэнди, я просто спросить хотела, а ты уже мою личную жизнь продумала до мелочей, – мне показалось, что даже через телефонную трубку был слышен звук моих закатившихся глаз.

– Окей, ты спросила, а я ответила.

Мы проболтали еще около часа, обсуждая девчачьи штучки, вроде школьных сплетен и мальчиков. Ночью я не могла уснуть из-за мыслей о Тёрнере. Не слишком уж он и старше, в конце концов.

Сара, напрягай извилины и включай природное обаяние. Он должен стать твоим.

С этими мыслями я начала засыпать, вспоминая дьявольски красивого рыжего нахала с зелеными глазами.

Братья Тёрнер

Наш проект по химии был удостоен высшего балла от миссис Пакстон, но удовлетворения я не получила. Ведь, положа руку на сердце, я бы с удовольствием «похимичила» с Тёрнером-старшим. Возможно, даже до выпадения в осадок. А при его появлении на горизонте мое тело и вовсе переходило в жидкое состояние.

Слишком много химии и секси-Тёрнера, Сара.

Это исчадие ада никак не выходило из моей головы сутками: его злобно-насмешливый взгляд, нахмуренные брови над глазами цвета бархатного мха, мокрая футболка, прилипшая к его груди и очерчивающая каждый миллиметр этого нереального тела, янтарные капли сока на пухлых губах, а затем сравнение не с самым грациозным животным и мой императорский зад.

Кстати, что это вообще было? Недо-комплимент? Слишком, слишком много мыслей о нем, пора завязывать.

Тем более, что было о чем еще волноваться. Проблемы дома только продолжали копиться. Родители каждый день грызлись, словно кошка с собакой, припоминая друг другу все не пережитые обиды, с особым маниакальным садизмом бросая их друг в друга.

Я задалась вопросом: как можно столько лет жить с человеком, на которого ты потом потоком льешь дерьмо? К своим 17 годам я уверенно могла сказать – я выйду замуж только под дулом пистолета.

Хоть бы этот ствол направил на меня Майкл Тёрнер. Фааак, Сара, ну завязывай.

Из родительской спальни слышалась ругань и крики. Среди гомона можно было разобрать только лишь одну фразу, которую крикнул отец: «Я возвращаюсь в Балтимор!» Сидя на кровати в своей комнате, я обняла колени руками и бросила голову на них. Непрошенные слезы сами полились из глаз.

Чертов предатель, ненавижу тебя! Это из-за тебя мы здесь, из-за тебя я останусь с матерью, которой вообще плевать на кого-то, кроме себя! Ненавижу, ненавижу, ненавижу!

Последние слова вылетели из горла, словно рычание раненного зверя. Плечи сотрясались от неконтролируемой истерики. Хотелось уснуть и проснуться, когда закончится этот паршивейший год в моей жизни.