- -
- 100%
- +
– Я знаю, – тяжело вздыхаю я, – я попрошу Рию, и она поможет мне подобрать что-то подходящее для офиса, но стильное. Окей?
– Хорошо.
Он улыбается и обнимает меня.
И как мне повезло с этим парнем?
Я возвращаюсь в свою комнату и окидываю взглядом этот “корпоративный” экземпляр женского гардероба. Меня аж передергивает от мысли, что мне придется ходить в таком.
От мысли, что придется загнать себя в рамки офиса. Я всегда подбивала Рию бросить ее унылую работу в мебельной компании, а теперь сама иду тем же путем. Но я ведь и правда не могу всю жизнь работать на “временной” работе и заваривать людям кофе?
Вечером мы с Марком собираемся на концерт Рии. Подруга слишком долго готовилась к этому моменту, поэтому я должна ее поддержать.
Я надела ярко-красный укороченный лонгслив, который обнажал мои плечи и живот, и джинсы, которые делали из моей задницы произведение искусства. Собрала волосы в пучок, открыв шею. И макияж! Макияж с яркими смоки, который делал из меня не просто девчонку, а девушку мечты. Признаюсь, я не каждый день одевалась так провокационно. Но после этой истории с платьем, мне вдруг остро хочется снова почувствовать себя яркой и красивой. И собой. А еще мне остро хочется почувствовать на себе восхищенный взгляд своего парня.
Или хоть чей-нибудь восхищенный взгляд.
Когда я выхожу из спальни, готовая к выходу, Марк осматривает меня, прокашливается и неуверенно произносит:
– Ты хорошо выглядишь.
– Ты тоже, – улыбаюсь я, пока мы спускаемся к такси.
Он снова смотрит на меня, и по его взгляду я вдруг понимаю, что он, на самом деле, не имел это в виду. Черт.
Марк открывает передо мной дверь, и мы молча садимся в машину. И спустя несколько минут он тихо спрашивает:
– Правда, Рокс, тебе не кажется, что это чересчур? – он заглядывает в мое декольте. А я просто мечтаю увидеть там голодный взгляд. Но он, скорее, оценивающий.
– Что?
– Твой наряд.
– А что такое? Я же иду на концерт к подруге, а не в офис, – я легко пожимаю плечами.
– Только ощущение такое, что ты идешь не на концерт, а просто пытаешься кого-то соблазнить.
Он отводит взгляд, и в его голосе звучит не ревность, а... неловкость?
– Может, я хочу соблазнить тебя? – игриво говорю я, придвигаясь ближе и касаясь рукой его бедра.
Он шумно выдыхает и отворачивается в окно, ничего не ответив.
А меня начинает разъедать едкое ощущение, что моя самооценка вот-вот пробьет дно. Я вжимаю свои длинные ногти в подушечки пальцев, стремясь унять это чувство.
– Рия, привет! – машу я ей, когда мы заходим в бар, где должен состояться концерт. – Ты просто потрясающе выглядишь, малышка.
– И нервничаю просто потрясающе тоже, – смеется подруга.
– Тебе не стоит. Я уверена, всё будет просто отлично, и ты будешь блистать. Я так рада за тебя, – я обнимаю ее.
Знаю, как для нее это важно.
Марк отошел к бару, чтобы дать мне момент наедине с подругой, и он уже болтает с Тимом, мужем Элис. Я встречалась с ними один раз. Марк же видит их впервые, и вот он уже завел дружелюбный разговор.
Я немного поправляю локоны Рии, поднятые сегодня в красивый объемный хвост, как дверь бара открывается, и в нее вваливается компания: Мэтт Брайен, их ударник Кевин и чертов басист. Тэд.
Он медленно окидывает взглядом пространство и смотрит в упор в нас с Рией.
Воспоминания о том, как я весело отрывалась с ним в баре, пока мой парень был дома, резко окатывают меня холодной водой. Мне срочно нужно к Марку.
В этот момент Брайен отрывается от компании парней и резким шагом идет к Рие. И то, как он смотрит на мою подругу, заставляет меня ревностно нахмуриться. Да что со мной такое?
Я подхожу к Марку и обнимаю его за шею, тянусь к его щеке с легким поцелуем.
Демонстративно. Слишком демонстративно. Черт, почему я это делаю?
– Как дела? – спрашиваю своего парня.
– Все отлично, Рокс, – на автомате отвечает Марк и продолжает свою непринужденную беседу с Тимом, как будто меня здесь нет, – я занимаюсь аналитикой. Вся эта творческая среда это не для меня.
Тим немного смеется:
– Понимаю. Я тоже далек от этого. Но моя жена руководит этим ансамблем, а лучший друг – барабанщик в группе, так что приходится быть в теме.
Он кивает на Кевина. Тот сидит вместе с Тэдом за столиком у сцены. И Тэд, сидя вполоборота и прокручивая кожаный браслет на запястье, окидывает пространство взглядом, задерживается на мне.
На нас. Он оценивает Марка.
На лице появляется еле заметная ухмылка. Мы пересекаемся взглядами, и он подмигивает мне.
Придурок! Я сщуриваюсь, пытаясь передать ему всю оценку его дебильности, и резко разворачиваюсь к Марку.
Он здесь со мной. Вот, что важно. Я пытаюсь вслушаться в его разговор, чтобы поддержать, но слова разлетаются как строчки книги, которую пытаешься прочитать уже за полночь.
– На фондовом рынке сейчас очень перспективная ситуация, я думаю, смогу воспользоваться ею.
Фондовый рынок? Что? Как они к этому пришли? Тут я даже не могу сделать вид, что в теме.
Но я, как дура, стою рядом и заглядываю в рот своему парню, все пытаясь обнять его.
Раздражение растет во мне, как снежная лавина.
Элис говорит в микрофон, что они готовы начинать.
– Я пойду сяду. Возьмёшь мне выпить? – спрашиваю Марка. Он коротко кивает, а я направляюсь к столику у сцены.
Рия стоит чуть поодаль, в тени. Её обнимает Мэтт и что-то шепчет ей в макушку. Это выглядит так… интимно.
– Так, значит, парень не воображаемый? – раздается надо мной резкий голос.
Я оборачиваюсь. Тэд стоит рядом, облокотившись бедром на стол, скрестив ноги и прокручивая стакан с каким-то пойлом. Искорки в его ледяных глазах будто играют со мной.
– В этом сомневался только ты, – отвечаю я с холодной заготовленной улыбкой.
Он усмехается, а потом резко поворачивается ко мне:
– А он знает, где ты провела ночь, пока мы с тобой отрывались в клубе?
Я замираю. Я уже и думать об этом забыла. Но то, как он сейчас упоминает об этом, возвращает мне память. Да ладно, он же не собирается…
Я не успеваю ничего сказать, как прямо передо мной появляется Марк и тянет мне какой-то розовый коктейль с зонтиком.
– Держи, дорогая.
Потом он тянет руку Тэду.
– Мы не представлены. Я Марк Сэлтон.
– Тэд Райдер.
Басист весело и уверенно жмет руку моего парня, поглядывая на меня.
– А это Кевин, – он указывает на подошедшего к нам ударника, – мы играем в The Words. А вон там наш солист. Мэтт. Подбадривает свою девчонку.
– Ну, я скажу честно, мне не особо нравится ваша музыка, – заявляет Марк и садится напротив меня. Что за…? Я думала, он сядет со мной.
– Это нормально, – смеётся Тэд и падает на стул, сбоку от меня, – мы тоже не всегда в восторге.
Я слегка оборачиваюсь на него. Звучит как бред. Все публичные выступления The Words настолько очевидно говорят о том, что Тэд – самый явный их фанат.
Они перебрасываются ещё репликами как старые знакомые, и будь я с кем угодно другим, я бы делала точно так же. Но сейчас ситуация только раздражает меня. Хотя я и не могу понять почему.
Хотя ладно, могу.
Потому что это мой парень, и парень, который активно подкатывал ко мне все два раза, что мы виделись до этого. Парень, который раздевал меня глазами в том клубе, и от взглядов которого я плавилась как в сырок в микроволновой печи. И вот он сидит тут и ведет совершенно непринужденную беседу с Марком!
Бред какой-то.
Со сцены раздаются первые ноты, и я шикаю на них, чтобы они замолчали. Хотя бы ради этого, а не для того, чтобы успокоить мой бешеный разум.
Рядом с ними усаживается Брайен. Господи, как этот бедный столик только вместил нас всех.
Рия поет. Моя малышка просто прекрасна. Выглядит как богиня. Поет как богиня. Как же я счастлива за нее.
И то, как смотрит на нее Брайен весь концерт, заставляет моё холодное сердце стучать быстрее.
Глава 6: Рокс
The Pierces - Love you more
– Рокс, что тебе взять? – спрашивает Марк, когда мы уже перебрались в Лампочку, чтобы продолжить тусовку. Вся наша компания расселась за большим круглым столиком. Рию захапал Брайен и чуть ли не прилепил к себе, смотрит на нее жадным взглядом и постоянно касается. Все остальные для него будто белый шум.
– Хм, текилу? – улыбаюсь я, обнимая своего парня. Он слегка смеётся и мягко целует меня в лоб. Только я хочу, чтобы он целовал мои губы.
– Текила на тебя особенно действует, нам это не нужно.
Я сглатываю. С текилой я становлюсь веселой, свободной. И она немного распаляет меня. В определенных количествах.
Снова натягиваю сладкую улыбку.
– А что плохого в особенном действии? - я решаюсь поддразнить его, тянусь к его шее и быстро прохожусь языком по коже, ожидая реакции. В конце концов, он же не каменный!
– Два джин-тоника! – кричит Марк бармену и не реагирует на меня.
Не реагирует.
Мы возвращаемся к столику, и Марк, мягко придержав меня за руку, помогает сесть. Он снова погружается в разговор с Кевином и Тэдом. Последнему, вообще, будто доставляет особенное извращенное удовольствие занимать все внимание моего парня.
Он задает ему вопросы о работе. Он спрашивает, чем именно он занимается на должности аналитика. И чуть ли не с открытым ртом слушает все трели Марка. Пару раз басист бросает на меня странный взгляд, который я не знаю, как расшифровать. Это бесит. Потому что обычно я знаю, как расшифровать взгляды парней.
Я начинаю потихоньку вскипать.
Поэтому я в очередной раз хочу привлечь внимание Марка и кладу руку ему на бедро, пытаясь прильнуть всем телом.
– Рокс, не надо!
– Что не надо? – максимально мягким голосом говорю я, – Просто хотела сказать, что рада, что ты сегодня со мной.
Он поворачивается ко мне:
– Ты можешь просто сказать. Необязательно делать это так.
Он прав. Я сегодня творю херню.
Слишком показательно. Слишком. Слишком!
Но я, черт возьми, хочу хотя бы немного внимания! И мне так надоело, что он его не дает.
Я громко выдыхаю, убираю руку с его бедра и выпиваю весь свой джин-тоник залпом. В этот момент ловлю на себе взгляд Тэда. Задумчивый. Но в нем тоже нет никакого желания, которое я там видела раньше. Это заставляет мою самооценку пробить уровень дна.
Малышка Рия, отлипнув от Брайена, отвлекает меня:
– Рокс, что стряслось?
Заметила, конечно. Я быстро уверяю ее, что все отлично и не о чем беспокоиться. Это ее день. И она должна наслаждаться.
Встаю из-за стола и топаю к бару. К черту всё! Я хотела текилу. Прошу у бармена шот текилы и выпиваю.
Так становится легче делать вид, что всё отлично.
Возвращаюсь к столу. Элис громко расхваливает Рию и Аманду и то, как они спели. Я присоединяюсь к общему восторгу и вскоре замечаю румянец на щеках подруги, когда ее парень что-то шепчет ей на ухо.
Аманда вдруг спрашивает меня:
– А ты, Рокс, ты тоже как-то связана с музыкой?
– Нет-нет, никакой музыки, – смеюсь я, – я просто работаю в кофейне. Пока. Через пару месяцев устроюсь в отдел маркетинга. Но это скучно.
– Я работаю тестировщиком приложений, вот это скучно. Поэтому в свободное время я пою.
– Ну, у тебя круто выходит! – улыбаюсь я ей.
– Как там Дейзи, Тедди-бой? – раздается голос Кевина, который отвлекает меня от Аманды. И почему-то очень веселит меня.
– Еще раз назовешь меня Тэдди-боем, получишь в пятак, – отвечает Тэд.
Ха! А вот это уже веселит меня сильнее. Ему не нравится. Я выуживаю свой самый сладкий голос, когда громко спрашиваю:
– А что не так с Тэдди-боем?
Он медленно поворачивается ко мне и сверкает своими голубыми глазищами. И я торжествую, когда снова чувствую его взгляд каждой клеточкой своего тела. Остро. Я слегка наклоняю голову и смотрю прямо на него из-под прикрытых ресниц. Я знаю, как на него влияю. Так что делаю это специально. Возможно, где-то в аду для меня припасен котел.
– Кажется, ему не нравится это прозвище, – тихонько смеется Аманда, наклоняясь ко мне, – но, похоже, ему нравишься ты.
Она так мягко улыбается, что из ее рта эта фраза не звучит как что-то неправильное. Как что-то, чего я должна стыдиться.
Аманда тоже блондинка, как и я. У нее тоже острые черты лица. Но при этом она почему-то выглядит так светло и добро, будто ангел спустился с небес на землю. Вообще она такая милая, черт возьми. Даже милее Рии. Хотя мне кажется, никто не может быть милее малышки Коулман.
Я поворачиваюсь к Рие и не могу понять, что с ней не то. Притупленный взгляд в стол. Вздымающаяся грудь. Стоп. Да ладно!
Мы встречаемся глазами, но по тому, как она резко отводит свой взгляд и возвращает его на своего парня, я прихожу к выводу, что мне не показалось.
Я усмехаюсь, мысленно радуясь за подругу. Не поймите меня неправильно, но ей давно пора было немного раскрепоститься.
– А вы с Марком давно вместе? – возвращает мое внимание к себе Аманда. Я окидываю взглядом своего парня. Он опять поглощен Тэдом.
– Почти пять месяцев, – говорю я, – а что?
Она улыбается. Снова. Так мягко, что невозможно, и вдруг изрекает:
– Странно, я думала, вы давно вместе.
– Почему?
Аманда смеется и пытается отмахнуться.
– Я не знаю, на самом деле, забей. Это просто ощущение. Иногда я просто говорю, что думаю.
– Ну тогда давай я тоже скажу, что думаю, – смеюсь я, подрываюсь с кресла и тяну за собой Аманду, – Думаю: ты должна со мной выпить текилу.
– Ой нет, я никогда не пила ничего крепче коктейлей!
– Самое время попробовать!
– Да ну, ты что? – смеется она.
– Поверь мне, текила просто веселая и озорная, и тебе не будет утром плохо, как от какого-нибудь виски. Две текилы! – кричу я бармену.
– Это безумие, – смеется Аманда.
– Ну и что?
Она милая и приятная. С ней я могу повеселиться. И с ней я не ощущаю себя лишней на этом празднике жизни.
Мы выпиваем по шоту. Аманда морщится, но просит еще.
На третьей рюмке мы уже хохочем, как ненормальные, и танцуем под ручку.
Когда мы возвращаемся к столику, я ловлю на себе два взгляда. Марк смотрит смиренно. Как будто уже решил, что я пропащая душа. Тэд – изучающе, оценивающе и с восхищением, что ли. Алкоголь в крови давно приободрил меня. Но этот взгляд тоже действует воодушевляюще.
Мы вовсю смеемся с Амандой, обсуждая какие-то нелепые шутки из интернета, когда ко мне придвигается Марк и спрашивает:
– Милая, у тебя все хорошо?
Я растекаюсь в улыбке. Эта забота в его голосе всегда заставляет меня умиляться.
– Да. Я отлично провожу время. А ты?
– Я тоже, – спокойно отвечает он мне. И тогда я снова это делаю. Тянусь к нему с поцелуем. И, хвала господу, он отвечает.
Да! Просто соприкосновение губ, но он не отталкивает меня и не отстраняется, а как будто даже наслаждается. Во всяком случае, я точно наслаждаюсь.
Первая отстраняюсь и говорю:
– Ну я точно знаю, как можно провести время еще лучше.
Я встаю и тяну Марка за рукав.
– Пойдем со мной.
– Куда?
– Поможешь мне.
Он осматривает меня и встает. Я тяну его к туалетным комнатам. Сегодня здесь помимо нас только одна маленькая компания, так что в зоне раковин пусто. Я завожу его за стенку и накидываюсь с поцелуем. Жадно запускаю пальцы в его волосы, проникаю языком в рот, прижимаюсь всем телом.
– Вот такая помощь мне нужна.
Марк обнимает меня за талию. Ну наконец-то! Текила уже кричит во мне. Нерастраченное возбуждение бежит по всем клеточкам тела. Я постанываю, оглаживаю грудные мышцы, спускаясь руками все ниже.
Тогда он отстраняется.
– Рокс!
– А? – я целую его шею.
– Хватит, милая… достаточно.
– Что? – заплетающимся языком выдаю я.
Он берет меня за плечи и отталкивает от себя. Мягко. Но это действует отрезвляюще.
– Да что с тобой такое? – холодно говорю я.
– Что со мной такое? – он начинает спокойно, но постепенно его голос повышается. – Это ты накидываешься на меня ни с того ни с сего. Мы в баре. Рокс, что ты планировала делать дальше? Трахнуться прямо здесь?
– Нам до трахнуться ещё как до луны, – огрызаюсь я. – Мы просто целовались.
– Да что на тебя нашло?! Мы на людях, Рокс. Это общественное место. Я не собираюсь компрометировать ни тебя, ни себя.
Компрометировать? Боже, мы что в девятнадцатом веке?
– Да пожалуйста, – выплевываю я и отхожу к раковине, пытаясь остыть.
Чтоб его! Черт! Я его просто поцеловала. Твою мать.
– Давай ты остынешь, и мы поговорим об этом дома, – говорит Марк и возвращается в зал.
Я остаюсь одна.
Да что с ним, мать вашу? И что со мной? Почему меня так трясет от того, что он опять отверг меня? Ну подумаешь, не захотел целоваться со мной в баре. Ничего. Это понятно. Он не любит публичность. Он говорил, что не понимает, как люди могут заниматься сексом в сомнительных местах. Туалет бара – точно сомнительное место. Хотя не то чтобы я планировала заняться сексом, нет. Я просто хотела немного… отвлечься.
Черт! Меня просто трясет от злости. Почему он так упорно меня игнорирует?
Стою и оглядываю себя в зеркале, когда в отражении вижу фигуру… Тэда. Он медленно шагает за дверь. И так же медленно осматривает меня. Я резко разворачиваюсь к нему.
– Что? – резко выпаливаю. Пусть злорадствует.
– Ничего, – просто отвечает он, чем ещё больше бесит меня.
Он долго смотрит на меня, прежде чем улыбнуться и со смешком бросить мне:
– Парень у тебя, может, и нормальный чувак. Но тебе надо его срочно бросать. Он – непроходимый тупица.
– Вот, значит, как? – я делаю несколько резких шагов к нему, уперев руки в бока.
Почему-то мне хочется накинуться на него с кулаками и поколотить. Что он вообще знает?
– Да, он тебе абсолютно не подходит.
– А ты, значит, знаешь, кто мне подходит?
Он отталкивается от дверного проема и потирает предплечье с татуировкой в виде солнца. Я ничего не могу с собой поделать, когда начинаю рассматривать, как двигаются мышцы его рук.
– Думаю, могу предположить.
Я молча смотрю на него, ожидая, что он скажет дальше. Сейчас он не напускает на себя вид типичного ловеласа, который он так любит. Он говорит просто и даже немного глухо.
– Тебе нужен кто-то, кто будет тобой восхищаться. Кто будет тебя зажигать, а не подавлять, – он замолкает ненадолго, прежде чем добавить то, что должно было добить меня, – Кто будет тебя хотеть. Постоянно.
Я хмурюсь и едко отвечаю:
– И ты, значит, думаешь, что это можешь быть ты?
Его взгляд снова пробегает по мне с электрической жаждой. Взгляд, который вызывает в моей голове миллион порочных фантазий. Но он говорит:
– Нет, на самом деле, это не я.
При этом глаза его говорят, что он был бы не прочь скомпрометировать меня и все такое. Я бы хотела увидеть такой взгляд у Марка.
– Нет? – мои брови летят вверх, я делаю ещё шаг к нему, – хочешь сказать, что ты не хочешь меня?
– Конечно, хочу. Господи, женщина, ты горячая, как секс во плоти.
Мои глаза раскрываются. И тело реагирует. Потому что не может не реагировать, черт возьми.
– Я бы с удовольствием кинул тебя в свою постель и довел до пары-тройки охренительных оргазмов, но это все, что я могу. Так что, нет. Я не тот, кто тебе нужен.
Он сглатывает, а я отступаю.
– Хорошо, что ты сам это понимаешь, – тихо отвечаю я. И проскальзываю мимо него. Хотя все клеточки моего тела стремятся к его телу. Безрассудное тело. У нас есть парень! Да мы повздорили. Но он у нас есть.
Глава 7: Тэд
Placebo – Where is my mind
У нее серьезно есть парень. Не воображаемый. Настоящий. Сука. Невероятно.
Еще более невероятно, что весь вечер я только и думал, что о ней и ее дурацком парне.
Ладно, я понимал, что он есть. Но увидеть его воочию и убедиться, что он настоящий – это было чересчур. Как будто шарахнули об бас-бочку. Не то чтобы я на что-то рассчитывал.
Просто обидно, что она растрачивает себя на такого придурка. Придурка, который не ценит, какой подарок ему достался. Женщина, которая выглядит как чертово божество. Женщина, которую он целенаправленно игнорировал.
Я знаю, что весь вечер вел себя как мудак. Я не должен был болтать с ее парнем, отвлекая его от нее. Но я хотел убедиться. Убедиться, что он действительно такой слепой идиот, каким кажется.
И когда он весь вечер игнорировал ее... Я злился. Я точно не должен был говорить ей “брось его”, но, черт возьми, мне было больно смотреть на все ее потуги привлечь своего парня. Она заслуживает лучшего.
В этих мрачных мыслях о Рокс и ее идиотском парне я провел все время в Лондоне. Когда мы вылетели, я написал Дейзи. Просто чтобы отвлечься от навязчивых мыслей.
Я написал ей романтичное сообщение, позвонил, выкрутил все свое обаяние на максимум. Не потому, что действительно хотел ее. Потому что хотел забыться. Забыть блондинку с огромными карими глазами, которая принадлежит другому. Дейзи – привычка. Больная, токсичная, но понятная и знакомая.
Когда мы приземлились в Лондоне, меня ждало унылое сообщение:
Дейзи : позвони мне вечером.
Ладно, это было лучше, чем ничего. Я был готов позвонить ей после интервью в МузЛайф. В какой-то степени я все еще любил Дейзи. В той же – ненавидел. Потому что она выкидывала такие вещи, которые я не мог понять.
Но после злосчастного интервью у Армано Коя все полетело к чертям.
– Что будем делать? – спрашиваю я Мэтта, когда он возвращается к нам, уложив малышку Коулман спать. Она была истощена.
Не понимаю, каким прогнившим козлом надо было быть, чтобы устроить это все. И я бы лично отметелил Роберта, если б мы не были в офисе гребаного Коя. Мы и так устроили сцену. Какой-то чертов цирк: наш личный менеджер, с которым мы работали три года, творил херню у нас за спиной, а теперь подставил девчонку Мэтта под прицел журналюг. Их личные фото слили в сеть, и теперь фанатки пишут ей угрозы.
– Я не знаю, – устало говорит Мэтт. Он вытянул весь оставшийся день. Заставил Коя подписать бумагу о неразглашении о том, что произошло у него в офисе. Заставил нас доснимать интервью. Теперь он выглядит как выжатый лимон.
Я пинаю ногой отельный пуфик.
– Прикиньте сколько дерьма он наделал, пока мы не видели. Наверняка история с МузЛайф – вершина айсберга.
Как оказалось, пока мы несколько лет мечтали пробиться на шоу популярного блогера Армано Коя, наш менеджер саботировал этот процесс.
– Я один не понимаю, почему? – говорит Кев.
– Что со статьей? Получится удалить? – спрашиваю я.
– Я не знаю, – отвечает Мэтт.
– Как Рия? – тихо интересуется Кевин.
– Сам как думаешь?
Мэтт скалится, швыряя бутылку воды, которую держал в руках, в противоположный угол.
– Она в шоке, она никогда не сталкивалась с таким вниманием. – уже тише говорит он.
Это не внимание, это – хейт. Я видел часть этих комментариев. Оказывается, наши фанатки могут быть очень злыми.
– И я сам не знаю, что еще делал Роберт. Я был так же слеп, как и вы, – Мэтт склоняет голову и трет виски.
Штора в номере слегка приоткрыта, и мы сидим уже в сумеречном свете: три идиота, которые так легко обманулись. Мы верили всему дерьму, что Роберт нам скармливал.