Тень воспоминаний. Артефакт времени. Книга 2

Глава 6

Дом Лэтала представлял собой двухэтажную постройку с небольшим чердаком и покатой крышей. Сооружен был он из белого камня, что могло говорить о том, что жители его имели неплохой достаток — такие жилища могли себе позволить далеко не все. Насколько Хидэ знал, родители Катаса не были людьми аристократичного происхождения, но много работали. Дед его вообще был довольно известным в кругах обучающихся. Он подтягивал многих по курсу «ядов и зелий», а еще учил фехтованию и рукопашному бою. Все-таки магию не всегда было возможно (и можно) использовать.

Последнее было очень популярно среди юношей аристократичного происхождения. Отец Хидэ, который хоть и не был дворянского рода, но не имел пробелов по службе, тоже предлагал сыну заниматься у Ватаса Лэтала, так и звали старика. Все-таки Омбрелиус-младший не мог использовать атакующую магию. Но Хидэ отказался, предпочитая такие вопросы решать сам — были у него свои лазейки, как в бою смочь атаковать.

— Неплохой дом, — пробубнила вслух Рейма, осматривая жилище, — Был здесь раньше?

— Не-а, — отмахнулся Хидэ, — Но, видимо, пришло время, — он резко повернулся и схватил девушку за правую руку.

— Что такое? — удивилась ведьма.

— Рейма, я хотел тебя попросить… при случае использовать свои силы, — некромант опустил глаза, — Те силы. Я знаю, что для тебя это довольно болезненно, но…

— Ладно, — спокойно ответила Файр, Хидэ даже не ожидал, — Идем?! — спросила она, слегка улыбнувшись.

— Идем, — кивнул Хидэ. Теперь настала его очередь удивляться.

Род Файров имел отличительную черту в своей магии. Этой способностью обладала сама Рейма, ее отец, Реймонд, бабушка Романида и дальше, уходя в прошлое, и другие ее предки.

Заключалась эта способность в том, что при прикосновении к другому существу или человеку, при должной концентрации, можно было увидеть его самую сокровенную тайну на тот момент времени. Использование такой магии, обычно несвойственной стихийным магам и ведьмам, давалось очень трудно, поэтому Файры не использовали ее очень часто. И более того, скрывали тот факт, что обладают подобной силой.

Об этом знали немногие: власти демонского острова и самого Вайтемора, а также самые близкие и приближенные семье. В том числе и Хидэ. Однажды Рейма, когда им было, кажется, лет по двенадцать, увидела секрет своей одноклассницы и не смогла сдержаться и рассказала все лучшему другу. Омбрелиус, конечно, тогда ее сильно отругал — иногда он был чересчур правильным, — но был рад узнать ее секрет и обещал его сохранить.

Хидэ никогда не просил подругу о таком, зная, что после она была практически без сил, даже идти ей было довольно тяжело. И знал, что Рейма не любит использовать эту магию. Но она согласилась так быстро, что это вызывало недоумение, а еще страх и почему-то беспокойство.

Он молча последовал за ведьмой, когда она была уже практически у входа, и собиралась постучать в покрытый лаком деревянный дверной молоток. Хидэ нагнал ее и встал рядом. Внутреннее волнение, которое он обычно не показывал снаружи, захлестывало его…

«И куда я ввязался?», — спросил некромант сам себя, когда как за дверью после стука послышались приближающиеся размеренные шаги. Не тяжелые и не легкие, некромантские.

С жутким скрипом, давящим на барабанные перепонки и разум, дверь отворилась. На пороге стояла женщина, на вид сильно моложе своих лет. Но это было неудивительно, многие существа, в том числе и люди, обладающие магией, старели гораздо медленнее. Чего уж говорить о некромантах. Даже отец Хидэ не выглядел на свой возраст, и если бы не нервная работа, закалившая его, они с сыном могли бы сойти и за братьев.

Женщина эта и почивший Катас на вид были практически одно лицо. Разве что у дамы черты были несколько мягче. Длинные светлые волосы водопадом струились вдоль корсета и юбки платья серого цвета — с рюшами и рукавами-фонариками. Казалось, локонам не было конца, насколько длинными они были. За юным лицом скрывался чересчур мудрый взгляд повидавшей многое женщины, белая пудра скрывала некромантские потемневшие круги под глазами. Создавалось впечатление, словно дверь открыла кукла, или же манекен в изящном платье.

Вообще, женщин-некромантов в Вайтеморе было немного. Им попросту было негде учиться, Академий для них тут не было. Хидэ не вдавался в подробности, почему Академия их вида была именно мужской, а отец ему никогда об этом сам не рассказывал. Но сейчас Омбрелиусу-младшему даже стало несколько любопытно, почему так все сложилось.

— Здравствуйте… — несколько растерянно произнесла женщина с порога, хотя взгляд ее был тверд.

— Здравствуйте, — взяла на себя право говорить Рейма, Хидэ покосился на нее, надеясь, что она ничего не испортит, — Мы друзья Катаса и мы хотели бы выразить свои соболезнования…

— Благодарю вас, — ответила хозяйка дома, — Благодарю… Бедный мой Катас, — прошептала она и закрыла дверь.

Рейма и Хидэ даже сделать ничего не успели, лишь переглянулись, оба находясь в недоумении.

— Сильно, видимо, скорбят, — сказала Файр.

— Да, — ответил Хидэ, хотя испытывал на этот счет почему-то сомнения. Да и Рейма так же.

— Что делать будем?

— Отличный вопрос.

— Скажи, Хидэ, а некроманты всегда такие… негостеприимные? — потерла ладони друг о друга ведьма. Она уже успела немного замерзнуть.

— Вероятно, да, — пожал плечами парень. Он и сам не любил гостей, но не мог говорить так за всех. К тому же он не был чистокровным некромантом, — Пойдем, пока ты не окоченела, — взяв подругу под руку, Омбрелиус потащил ее в лавку к Обину, местному пекарю и кондитеру. Мужчина, хозяин заведения, был хорошим другом его матери в былые годы.

— Рейма, Хидэ, дорогие, приходите! — весело протянул грузный мужчина, это и был Обин, — Как ваше состязание? Кто победил в этом году?

— Привет, — тихо сказал некромант.

— Дядя Обин, здравствуй! — не сдержалась Рейма, подбегая к прилавку с пирожными, — Победила… дружба! — спохватилась и добавила девушка.

— Необычно. Что будете? Выбирайте! — отозвался хозяин лавки.

— Хидэ-э, давай возьмем вот это! — дернула ведьма за рукав друга, указывая на пирог с черешней и сливами.

Омбрелиус не смог сдержать улыбку, когда Файр видела много вкусностей и вот так его дергала за рукав, то возникало ощущение словно они снова очутились в детстве на дне рождения. Рейма объедалась пирожными и пыталась накормить ими Хидэ. Он всегда думал, что из нее вырастет пышка, но генетика взяла верх. Очень хорошо так взяла — сложно было не любоваться.

— Ладно-ладно. Обин, тот пирог, — некромант взглядом указал на подругу, которая уже едва ли слюни не пускала, смотря на десерт, — И два чая. Спасибо.

Парень щедро отблагодарил оплатой заботливого хозяина и еле оттащил Рейму к ближайшему столику. Это было нововведение в лавке у Обина — он поставил три небольших деревянных столика и скамейки к ним, чтобы покупатели могли трапезничать прямо у него в заведении. Сейчас, в морозную погоду, это было особенно актуально. И клиентов у него было довольно пр личное количество человек. Просто Рейма и Хидэ сумели как-то попасть в тот момент, когда никого больше не было, кроме них.

В лавке было тепло, ведь работала печь, да и небольшой камин в углу — тоже. Рейма довольно улыбнулась, чувствуя, как тепло распространяется по всему телу, и она согревается. Вскоре Обин подал пирог и чай, что еще сильнее способствовало процессу. Девушка даже сняла пальто, согревшись окончательно.

— Что же делать? — спросил вслух Хидэ, но не у кого-либо. Это был риторический вопрос.

— У меня, кажется, есть идея, — внезапно сказала Рейма. Так, еще и так громко, что даже Обин, стоя за прилавком, встрепенулся.

— Это пугает, — Хидэ усмехнулся, — Все твои затеи пугают.

— Не переживай, Хидэ, — улыбнулась демонесса, — Все будет хорошо. Обин?

Глава 7

— И почему ты думаешь, что твоя идея сработает? — хмыкнул Хидэ.

— Потому что она — моя, — подмигнула Рейма.

— Действительно. Аргумент, — протянул некромант в ответ.

Они вернулись к дому Лэтала, и он снова постучал в дверь. Следом послышались шаги, и отворила ее эта же самая женщина, что и около двух часов назад.

— Это снова вы, — устало вздохнула она, — Что вам нужно?

— Мы принесли пирог, — начала Рейма, — Прошу, примите его, — она держала невероятно ароматный пирог с тыквой и мандаринами в руках. Обин заботливо укутал его в бумагу и полотенца, — И не гоните нас, пожалуйста! Мы с самыми добрыми намерениями.

Омбрелиус в очередной раз убедился в том, что его подруге в пору было посещать театральную мастерскую — такая актриса пропадала.

Хозяйка просто смотрела на них несколько секунд, а потом еще раз вздохнула и пропустила их в дом:

— Проходите. Только недолго. И старайтесь вести себя тихо. Вся семья очень горюет.

— Конечно, — ответила Рейма, — Как мы можем к вам обращаться? — поспешила она скорее добавить.

— Сэтэна Лэтал, — ответила женщина.

Она отвела их на кухню, где без особого энтузиазма разрезала пирог на порционные кусочки и предложила чаю.

Делала это госпожа Лэтал молча и почти не слышно. Других каких-либо звуков ни Рейма, ни Хидэ тоже не уловили. Было очень тихо.

Небольшая передняя дома и кухня были очень красивыми. Отделка в сдержанных светлых тонах и темная мебель, серые ковры. Ничего такого примечательного. На окнах в кухне темно-бордовые шторы. Даде посуда была самой обычной: фарфоровой или алюминиевой, без узоров или резьбы.

Друзья переглянулись, не зная, что делать дальше. Как-то оба не ожидали совсем такой тишины — думали, их хоть спросят, как они познакомились с Катасом, но Сэтэна молчала. Просто молча пила чай.

А начать разговор в таком положении было очень сложно. Можно было в любой момент оказаться за дверью без возможности вернуться — стоило лишь задать не тот вопрос. Нужно было действовать осторожно.

Рейма уже хотела было задать вопрос, практически напрямую — про конфликты в семье, и заодно попытаться заполучить прикосновение Сэтэны, как откуда-то сверху раздался звон, похожий на лязг множества мелких колокольчиков.

— Прошу прощения, — пролепетала хозяйка, вскакивая из-за стола и практически выбегая из кухни.

— Фу-ух, — промычала Файр, закатывая глаза, — Ну и атмосфера у них тут. Ты что-нибудь почувствовал, Хидэ?

— В доме четыре некроманта, одна из них мать Лэтала, больше женщин нет, — ответил он, уже давно проследив энергетические следы всех обитателей дома.

— Ясно. Только что это нам дает? — встала ведьма и стала ходить из стороны в сторону. Ярое желание даже оторвало ее от поедания наивкуснейшего пирога, нежного и сливочного, — Слушай, а ты можешь отследить, куда Сэтэна пошла? — вдруг добавила она.

— Могу, — пожал слегка плечами некромант, — На второй этаж. Вторая комната слева. Там еще один некромант. Судя по следу, довольно старый уже.

— Пойдем туда, — Рейма с уверенностью шагнула к выходу из кухни, но Хидэ успел поймать ее за рукав, — Эй?

— И как ты объяснишь наше там появление? «Простите, мы отследили ваш магический след»? Смеешься?

Ведьма сузила губки и прищурилась, скорчив недовольную гримасу. Но понимая — Хидэ был прав.

— И что ты предлагаешь? Так и сидеть здесь на кухне, с чаем?

— Нет. Нам действительно нужно пройти по дому, хоть немного. Но нужно все обдумать… — он резко замолчал, смотря куда-то за спину подруге.

— Что такое? — тихо спросила Рейма.

— Тс, — цыкнул Омбрелиус, — Хозяйка возвращается.

Молодежь сразу же вернулась на свои места за столом, имитируя чаепитие с пирогом. Файр даже успела запихнуть в рот приличных размеров кусок десерта. И Хидэ бы обязательно засмеялся, но уже давно привык к закидонам подруги детства.

— Хорошо, что вы еще здесь, — сказала Сэтэна, появившись в дверях кухни.

Она многозначительно посмотрела на них, особенно на Рейму, и лишь по одним ее глазам можно было попытаться распознать хоть какие-то эмоции. В данный момент в них было что-то похожее на недоумение.

— Мой отец, дед Лэтала, почувствовал вас и хочет с вами поговорить. Вы не сильно торопитесь.

— Нет, — коротко ответил Омбрелиус, а Рейма продолжала дожевывать, поэтому просто отрицательно кивнула.

— Прошу тогда за мной, — позвала их хозяйка дома.

Они вновь оказались в главном коридоре, но буквально на следующем повороте уже были на лестнице — потертой деревянной винтовой с резными перилами. И стали подниматься вверх, на второй этаж. А лестница уходила ввысь и дальше.

Второй этаж сразу вел в огромный зал, точнее, это была такая комната. Сразу бросалось в глаза, что хозяин здесь был старой закалки. Потрепанные ковры на полу и много портретов на пожелтевших от времени стенах, несколько стеллажей с кучей книг и пергаментов, старая мебель с выцветшей обивкой. А еще несколько шпаг в ножнах на стенах и полках. В кресле-качалке у окна сидел матерый мужчина — он тоже был некромантом, но выдавала это разве что природная бледность и небольшие темные круги под глазами. Седые редкие волосы до плеч и легкая бородка обрамляли лицо.

Хозяин комнаты был одет в вязаную кофту, а ноги его были накрыты клетчатым пледом. Увидев гостей, он очень живо и красноречиво на них посмотрел и что-то промычал.

— Здравствуйте, — взяла слово Рейма.

Хидэ кивнул в знак приветствия.

— Это Эйд Лэтал, дед Катаса, — представила старика Сэтэна, а затем посмотрела на него самого, — Отец, это друзья Катаса. Ты хотел их видеть?

Мужчина еле заметно кивнул.

— Оставить вас одних? — было видно, что дочь очень уважала своего отца, в его присутствии она заметно изменилась в лице.

Снова кивок. Сэтэна послушно вернулась к лестнице и стала спускаться.

— Вы хотели с нами поговорить? — осторожно спросила Рейма, разглядывая книги на полке.

Эйд опять кивнул.

— Но о чем?… — девушка осеклась, чуть не спросив вслух: «А как мы будем говорить и понимать друг друга?». И Хидэ, кажется, понял это. Он подошел к ней, встал рядом, якобы тоже разглядывая книги, и незаметно пихнул ее под локоть. Их стрельба взглядами друг в друга была красноречивее всех громких слов и жестов.

— Зна… Уб… — попытался сказать что-то старик, протягивая руку молодым людям.

И Рейма решилась. Омбрелиус сразу смекнул, что нужно как-то отвлечь Эйда, потому что быстрого прикосновения ведьме явно не хватит.

Она же быстро подбежала и схватила Лэтала за морщинистую белую ладонь, а вот Хидэ пришлось быстро соображать, что сказать. Но его острый ум, к счастью, кажется, понял слова старика.

— Вы знаете, кто убил Лэтала? — Хидэ сел поближе к старику Эйду.

Тот положительно кивнул.

— И кто же? — выпалил некромант, прекрасно понимая, что вряд ли старик сумеет сказать ему что-то внятное.

И действительно, тот что-то промычал, взгляд его стал настолько пристальным и яростным, он буквально впился глазами в лицо гостя. Хидэ даже стало не по себе, хотя его выдержку сложно было пошатнуть.

Омбрелиус бегло посмотрел на подругу, которая все чаще блуждала по веренице воспоминаний Эйда. Ну или как оно там было — смотрела на самое яркое или потаенное из них.

— Вы… как-нибудь можете намекнуть нам, что произошло? — спросил Хидэ, вновь привлекая внимание Лэтала-старшего.

Юноша подошел к журнальному столу, где лежала стопка книг и несколько выцветших газет. Взял последние в руки и начал перебирать их, пока хозяин дома снова промычал. Но на этот раз более отчетливо.

— Са… По…

Хидэ слышал эти звуки, но не придал этому значения, заметив на одной из газет грифельные портреты самого Эйда и темноволосого молодого человека, напоминавшего ему…

«Вот же черт! Быть того не может!» — подумал некромант, прочитав заголовок статьи под рисунками. Он хотел прочесть и саму статью, но ситуация начала выходить из-под контроля. Старик таку сильно разнервничался и пытался что-то сказать, что начал ерзать в кресле, насколько это было возможно, и чуть не упал. Но зато потеряла равновесие Рейма. И в этот самый момент, как вишенка на торте, в комнату вернулась Сэтэна.

Завидев, в каком состоянии отец, она незамедлительно попросила гостей удалиться. Вероятно, путь им в этот дом теперь точно был закрыт. Так подумал Хидэ, пряча в шумихе найденную газету под куртку, хватая Рейму под руки и помогая ей идти.

Глава 8

— Рейма! Рейма! Ты меня слышишь? — Хидэ обхватил ее лицо своими бледными руками.

Они уже вышли на улицу, точнее, некромант скорее вывел подругу, прежде помогая надеть верхнюю одежду. Прислонил девушку к ближайшему дереву и стал приводить в чувства.

— Да, — прерывисто дыша, ответила ведьма, — Дай мне пару минут.

Глаза ее были слегка затуманены, дыхание глубокое и жадное, щеки и лоб горели, словно в лихорадке. Хидэ никогда до этого не видел, чтобы чтение воспоминаний настолько сильно влияло на демонессу. Обычно ей хватало нескольких минут, чтобы прийти в себя от легкого головокружения… И все же раньше она никогда не использовала свои способности так долго, да и видел некромант эти силы в действии уж несколько лет назад.

Омбрелиус встал рядом, продолжая держать ведьму под руку и смотря на нее сбоку сверху вниз. Рейма по-прежнему дышала глубоко, но куда ровнее, да и взор ее, кажется, прояснился.

— Как ты? — вновь спросил парень.

— Лучше, — ответила она, — Спасибо, что вывел. Я видела… Но не то, что ожидала. Сейчас я все расскажу.

— Успеешь, — тихо сказал Хидэ, — Пойдем куда-нибудь, тебе нужно отдохнуть.

— Хорошо.

Вернуться в лавку Обина было хоть и странной, но самой лучшей идеей. В ведьминской Академии, где училась Файр, она смогла бы хорошо отдохнуть, но вот парня-некроманта в общежитие точно бы не пропустили. В его же Академию попасть было куда легче, но вряд ли кто-то не заметит студента, ведущего под руки ведьму в предобморочном состоянии. Да и неспокойно сейчас было там после случившегося. Не стоило.

Обин не задавал лишних вопросов, Хидэ и объяснять ничего не стал — маги есть маги. Хозяин лавки сразу принес воды и чай с мятой. И некоторое время спустя Рейме стало легче.

— В общем, у старикашки, — начала демонесса, — Месиво какое-то в голове. Я первый раз была в таком состоянии.

— В каком? — тихо спросил парень.

— Я словно падала в пустоту. Обычно, когда я касалась кого-то, потаенные и яркие воспоминания находили меня почти сразу. Но Эйд словно прятал их от меня.

— Может ли быть такое, что он все понял?

— Не знаю…

— Ладно, это не столь важно, — сказал парень, Рейма кивнула, — Продолжай.

— Я видела Катаса, который расспрашивал деда, еще здорового, о чем-то, но о чем именно, я не разобрала… А затем в комнате появился еще один юноша. Человек. Черноволосый с голубыми глазами. Катас смерил гостя надменным взглядом, прежде чем покинуть комнату, — сосредоточенно продолжила девушка, — Парень и Эйд заговорили, но говорили они недолго, а затем начали фехтовать, причем старик делал это очень ловко, знаешь ли.

— Так, — протянул некромант, задумавшись, — Что-нибудь еще?

— Воспоминание оборвалось, когда в комнате появилась Сэтэна. Причем, как в реальности, так и моем видении. И в воспоминании она привела кого-то еще.

— Странное воспоминание…

— Да… — вздохнула Файр, опустив голову, — Быть может, если он почувствовал мою магию, то сам подсунул это нелепое воспоминание, — предположила она, — Не знаю, возможно ли это, правда.

— Но тогда это странно. Ведь он мне сам пытался сказать, что знает, кто убил Катаса, — ответил парень, — Ладно, подумаем над этим еще. Не расстраивайся только, — он положил подруге ладонь на плечо, она немного улыбнулась, — Я тут внезапно тоже кое-что отыскал… Вряд ли это поможет нашему делу, конечно, — некромант скривился, — Но изучить не помешает.

Хидэ достал из кармана газету и развернул ее на столе. Рейма положила голову, которая еще немного болела, на плечо другу, смотря на распечатанный экземпляр. Только парень развернул газету и собрался читать, как ведьма резко воскликнула.

— Ч-чего орешь? — возмутился он.

— У вас все в порядке? — Обин тоже переполошился, работая у прилавка.

— Да, простите, — неловко улыбнулась Рейма, — Будущие экзамены обсуждаем, — затем она повернулась назад к Хидэ и продолжила уже тише, указывая на один из карандашных портретов в газете, — Это он.

— Кто? — переспросил парень, не веря своим глазам.

— Парень из воспоминания Эйда, — коротко пояснила ведьма.

— Киприан де Брие? — в этот раз чуть не вскрикнул от удивления сам Хидэ, — Ты не путаешь?

— Нет, — Файр замотала головой, — Это точно он. Погоди, — резко остановилась она, — Ты что, его знаешь?

— Знаю, — потер затылок некромант.

— Так это же отлично! Значит, мы сможем все у него узнать! — счастливо хихикнула огнедемон, но заметив взгляд друга, сбавила пыл, — Сможем же?

— Рейма, ведь об этом все знают. Ты, кажется, в ее комнате живешь… Это тот парень, который отправился в изгнание в родной мир вместе со своей девушкой.

Рейма захлопала длинными ресницами, зависнув в одном положении на несколько секунд — переваривая информацию. А потом запрокинула голову и еле сдержала стон разочарования… Еще одна ниточка оборвалась.

Все ведь действительно знали. Киприан Орион де Брие, потомственный маг стихий и будущий граф, был изгнан в родной мир, на Землю, за то, что утратил магию. И, как оказалось, утратил силы он обманным путем. Его подруга, Лиора Синова это доказала, разоблачив злодея и вернув Киприану воспоминания и силы. Но за это она должна была понести наказание, и тогда де Брие предложил изгнание их обоих на Землю без магии и воспоминаний в этом качестве.

Рейма иногда очень завидовала этой Лиоре, когда вспоминала про них. Это же какой должна быть любовь, чтобы пожертвовать ради своей второй половинки всем? Интересно, найдет ли Файр такого же себе парня? Который ради нее будет готов на все, даже отдать все, что у него есть?

— Черт, — наконец, пробормотала она, скрестив руки на столе и положив на них голову.