Пэчворк, или Заметки Городской Лисицы

Мой единственный брат, у меня проблемы,

Я неплохо ем и смотрюсь не бледно,

Просто где-то внутри у меня болело,

А теперь чудовищно не болит.

Я хожу по тропинкам большого сада,

Я пою под нос, я смеюсь надсадно.

Мой единственный друг, у меня засада,

И меня не спасти без твоих молитв.

Этот город подходит мне, как перчатка,

Я умею ступать по его брусчаткам,

Я шагаю четко, я молодчага,

Я его шестереночный точный ритм.

Я знаток всех старушек, всех побирушек,

Но любую последовательность рушит

Этот пасмурный день у меня снаружи,

Этот странный закон у меня внутри.

(с) Аля Кудряшова

Пусты осенние леса,

Бесплодны небеса,

Ты не собака, ты не псарь,

Ты – битая лиса.

(с) О. Ладыженский

Пролог

Любая человеческая жизнь – это, по сути, просто череда свершившихся или не свершившихся событий.

Мы часто видим их как разрозненные детали не нами задуманной картины нашего пребывания в мире и не всегда понимаем, что каждый ее фрагмент и кусочек всегда несет в себе некий смысл.

Вот я перечитываю свои записи, вспоминая самые яркие моменты последних трех лет, перебираю свои воспоминания как ворох разноцветных лоскутков в коробочке маленькой голубоглазой девчонки. Такие разные, что местами мне очень смешно, местами грустно, местами больно, а местами радостно, потому что в итоге все так, как и должно было случиться. Я сшиваю их в пестрое лоскутное одеяло этой незатейливой книги: события, чувства, слова, взгляды, красоту, окружающую меня повсеместно, любовь к городу, в котором я живу, мое отражение в глазах других людей и отражение мира в моих глазах…

Такие разные и, казалось бы, плохо сочетаемые между собой фрагменты моей повседневной реальности, но сверху кто-то большой и мудрый уже сшил их в большое пестрое полотно моей жизни, как она есть.

И, конечно же, все совпадения с реально существующими местами и лицами не только не случайны, но и закономерны и неизбежны.

Глава 1. Темно-зеленый ситец

***

Когда я по молодости слушала Земфирино «Вороны-москвички меня разбудили», я думала: как это интересно, как это романтично и красиво. Угу. Уже которые сутки подряд на рассвете меня будят вороны-ростовчанки. Прямо на деревьях под окнами садится семейка штук пять-шесть, и пытаются истошно перекричать друг друга, полетают, и опять возвращаются, и это ни разу не красиво и не романтично. Это хор Сатаны какой-то…

Чуткий сон – это тяжкое бремя, так что меня всю жизнь преследует эта занимательная орнитология. Естественно, в деревне меня будили петухи, в городе меня постоянно будят воробушки, синички, соечки, но на фоне этого щебета хотя бы можно еще подремать. В юности помню, когда наша многоэтажка еще была последней на окраине городка, одно лето ночами не давал спать сыч. До того омерзительно орал, гаденыш.

Еще одно особое место в моем сердце занимают ослик и павлины, именно в такой комплектации и последовательности. Однажды в парке Дружба, на который выходили мои окна, владельцы аттракционов устроили птичник с павлинами и фазанами, а потом привезли еще и ослика, которому отгородили уголок под крышей этого самого птичника. В ста метрах от моего дома, только дорогу перейти.

Днем все было чинно и благородно, я водила тогда еще мелкого отрока глазеть на павлинов, ослик флегматично и смиренно катал по парку детвору. А вот ночью этот ишак оглашал окрестности громогласным ржанием, которое запускало цепную реакцию – павлины пугались непонятного рева во тьме и тоже начинали заполошно орать всем курятником. О дивный Восток, о сказочный край, кто бы знал, сколько раз во время этого безумного концерта мне хотелось выйти на балкон и, звонко стукнув в пустое ведро, заорать на манер восточных стражников: «Три часа ночи! В Багдаде все спокойно. Спите, добрые люди!». И только забота о душевном здравии соседей и собственном телесном мешала воплотить эту идею в жизнь.

Теперь вот эта воронья напасть. Причем исключительно по утрам. То ли у них тут гнездо неподалеку, то ли столовая, то ли филармония, но бесят жутко.

Робкие мечты прикупить к старости дробовик становятся все навязчивее.

***

В принципе, мне уже очень давно открылась истина, что заставляя меня перманентно выживать в поисках хлеба насущного, Вселенная просто бережет меня от азартных игр, кокаина и красивых продажных мальчиков… Но как-то возникает вопрос: а доколе? Может, можно мне уже немножко того, испортиться, а?

Неть, отвечает Вселенная.

***

В очередной раз расхламляла берлогу, нашла флейту.

Много думала о силе коллективной молитвы. В том смысле, что, если я начну извлекать из нее звуки, как скоро соседи вместе со мной вознесут мольбу небесам, чтоб на меня свалился какой-нибудь масштабный перевод и я, наконец, заткнулась, и будут услышаны?

Первая неделя лета – потрачено.

***

Никогда бы не подумала, что буду благословлять день, когда меня угораздило взять в работу детскую группу аж из восьми семилетних девиц.

Как же они качественно выносят мозг! Сама себе потом уже мозг выносить не станешь при всем желании – просто нечего больше выносить. Никаких тебе страданий по несбывшемуся, никаких моральных терзаний.

Девицы орут и ссорятся по поводу того, кто будет сидеть со мной рядом, они все хотят отвечать первыми, они все хотят к доске одновременно. Каждая хочет вытянуть две карточки вместо одной, назвать два слова вместо одного. Они хотят рассматривать мои цацки, трогают мои волосы, несут мне всякие записочки с рисунками и выдают лавину вопросов в секунду. Добротно работают, в общем, Боже, благослови детей. В голове потом – пустота, как на северных марсианских равнинах.

Одна беда – как же я ненавижу долбаные детские песенки на английском, писанные как минимум по заказу Пентагона, этот особо извращенный вид психологического оружия. Мне они въедаются в память намертво и сутками раскачивают и без того хрупкую преподавательскую психику изнутри. Я эту срань пою. Это невозможно потом не петь. А оно бесит.

Помнится, несколько лет назад отрок обещал, что если я еще раз спою “Five fat sausages”, он попросит политического убежища за Уральскими горами. Поэтому у меня уже третий день стоит на непрерывном повторе «Stargazer», теперь я постоянно пою: «In the heat and the rain with whips and chains to see him fly so many die. We build a tower of stone with our flesh and bone…»

Более мощной штуки, способной перебить эти дурацкие мотивчики, я просто не знаю.

***

Когда дарят шоколад из тех, которые отрок, сын мой возлюбленный, не ест, это просто двойное попадание точно в цель.

Потому что я все еще не могу сражаться с ребенком за сладости, у меня в прошивке сразу активируется программа "Мать", первичная функция которой – накормить дитятю. Нет, ну свою скромную пайку я, конечно, всегда оттяпаю, отрок легко делится. Но какой же это кайф – твоя персональная коробка конфет или шоколадка.

Предложу пару раз – я такое не ем, ответит отрок.

Оч-ч-чень жаль, лицемерно посетую я и с чистой совестью пойду трескать сладенькое.

Блаженство.

***

На Ворошиловском мосту, раскаленном от жаркого послеобеденного солнца, ветер совершенно степной.

Налетает с левого берега, как кочевник, утомленный, запыленный дорогой, дрожащий струной из конского волоса от переизбытка воли.

И замедляется постепенно, заходя на первые городские улицы.

Будто спешился.

А мой город так ждал его.

Еще бы дождя…

***

В послеполуденный зной впереться всей физиономией в городскую клумбу с розами, чтоб сполна насладиться ароматом, и сослепу не заметить мирно спавшего за кустами бомжа. Вернее, заметить, но уже после того, как успела вдохнуть. А все уже, а поздно… Сладкий цветочный аромат нежнейших белых роз черт знает какого сорта с нотками немытых телес и легким шлейфом свежего перегара да во всю мощь моих скромных легких – шарман, однако.

Зюскинд со своим «Парфюмером» просто отдыхает.

Понюхала цветочков…

***

Почти со всеми моими бюро переводов у меня переписка персонифицированная – менеджеры подписываются, я их уже даже по стилю письма отличаю, по всем вопросам обращаюсь по имени. Только у одной конторы очень своеобразный стиль – имен нет, подпись – это название бюро, в отношении себя говорят «мы».

Недавно возник вопрос по неразборчивости текста, пока пыталась добыть оригинал получше, выяснила, что у этого коллективного разума еще и несколько офисов. По мылу определить, из какого филиала поступает заказ, невозможно. Поэтому просто отвечаю туда, откуда пришло.

И когда читаю все эти «нас устраивает срок», «мы понимаем», «получение перевода подтверждаем», в конце обязательно рычу: «Мы – Веном».

***

Вчера зачиталась допоздна в ночи, сегодня утром была разбужена газонокосильщиками. Проснулась уже в состоянии «Халк крушить». Сожрала аж два глазированных сырка в попытке спасти день, думала уж все, хана. Потом прислали комментарий из бюро, клиент оказался врач, хвалить изволили.

Попустило.

Доброе слово и кошке приятно, а уж двумя глазированными сырками, за неимением воздушных шариков, кого хочешь можно утешить.

***

Честное слово, если бы я когда-то знала, за какие деньги я буду покупать фрукты летом, живя на юге нашей необъятной, я бы меньше выделывалась, когда пацаны приносили трофеи из соседских садов, а побольше ела и не трындела о моральных аспектах.

***

Как почувствовать себя диснеевской принцессой в городе? Ну, знаете, такой, к которой на полянку птички и зверюшки сбегаются, стоит только сесть на пенек.

Просто пошуршать упаковкой чипсов или другой пивной закуси.

Только вчера присели на лавочку в парке – из темноты примчался кошачий деть месяцев трех от роду. Дрянь человеческую есть не стал, в руки не пошел, метался вокруг и орал так, что есть и пить невозможно было. Пришлось идти добывать кошачий корм. Схарчил его, утробно урча, и опять упрятался во тьму.

Потом притопал еж. Затаился неподалеку. Думали, чем этого угостить без вреда для ежиного здоровья, без глутамата натрия среди припасов был только курт. Пока думали, откуда-то пришел пес, залаял и прогнал ежа. Дали курт собакену, тот его, естественно, есть не стал, зато устроился неподалеку и периодически лаял, отгоняя прочих поздно гуляющих млекопитающих, а местами, судя по степени опьянения и производимому шуму, явных парнокопытных.

Хроники летних пятниц, однако.

***

Переработала малость – это когда мозг пытается оперировать стереотипами, вместо того, чтобы нормально обрабатывать увиденное.

Первая табличка на вольере со львами гласит "Львица Олесия".

– Львица, – показываю отроку.

– Лев, – говорит Тимофей.

– Львица.

– Лев.

– Это львица!

– Лев!!

– Ты читать, что ли, разучился?! Написано же – "львица".

– Мааам, – многозначительно кивает отрок и показывает куда-то в район хвоста.

"Львица" лежит к нам филейной частью. Мало того, что я, естественно, в курсе, что грива только у львов. Но не обратить внимания, пардон, на тестикулы размером с два кулака, это даже для меня перебор.

На второй табличке надпись "Лев Цезарь".

Львица дрыхнет неподалеку.

***

Благослови господь футбол. Если б не оно, я б наверно уже несколько раз потухла лицом в клавиатуру, а так я просто разрешила отроку сегодня смотреть без наушников, и он с комментаторами меня периодически будят и бодрят.

Отрок, кстати, пылает прежней любовью к сборной Сенегала, еще с прошлого ЧМ. Эта иррациональная любовь оказалась проверена временем.

Никогда не забуду, как в разгар ЧМ в России нас пригласили на какой-то детский день рождения, и там была девушка, которая всем наносила аквагрим. Девочкам – бабочек и цветочки, мальчикам – футбольные мячики и флаг России. Пока перед ней не сел отрок и не сказал:

– Флаг Сенегала хочу.

Девушка выдала ошибку 404 и попыталась надавить на патриотизм и пролоббировать флаг России. Не тут-то было. Если отрок знает, чего хочет – ховайся. Впрочем, если не знает, тоже.

– А кто же твой любимый футболист? – с тоской спросила девушка, возможно, слабо надеясь на Дзюбу, а там и на переход к флагу России.

– Калиду Кулибали.

В общем, спасали девушку половиной Шашлычной поляны – нашли бумажку, ручку, отрок по памяти изобразил флаг Сенегала и рассказал, где какой цвет должен быть. Девушка изобразила нечто похожее, так и бегали потом: у всех на лицах флаги России, у моего – Сенегал.

***

Если бы у вас, как у того предприимчивого младенца, была возможность доплатить аисту сто баксов и стать гражданином Швейцарии, где бы она была, ваша условная Швейцария? Море? Горы? Тундра?

Я вот черт его знает. Вообще-то, я и так живу в месте, которое сама выбрала. У нас, понимаешь ли, любовь. Не всегда здоровая, местами с элементами садо-мазо, но таки взаимная и горячая. Ну, в самом деле, ну вот сдауншифтиться мне куда-нибудь на Сказочноебали, на что я там ныть и жаловаться буду? Море сильно теплое? Кокосы мелкие к ногам падают? Тут вон один общественный транспорт чего стоит. А публика в ростовских театрах, а погода, а цены…

Сразу заинтересованно просыпается внутренняя бабка с дробовиком.

***

Вообще, глазированные сырки – это прям зачетная тема, когда надо быстро поднять сахар, самооценку или серотонин.

Дешево и сердито, сладко и липко, но один сырок – не так весомо, как трескать пушистую белую булку с корицей или шоколад, а главное, они маленькие и холодненькие. Насколько я еще припоминаю из своего агонизирующего немецкого, есть у них такая штука как Drachenfutter, буквально «драконий корм» – когда провинившийся муж тащит какую-нибудь вкусность или приятность, чтоб задобрить разгневанную жену. Поскольку я никогда ни на кого не перекладывала кормление своих внутренних драконов, я кручусь сама, как могу, а когда не могу, в ход идет сырок – мой Drachenfutter этого лета.

Здесь вообще могла бы быть неплохая реклама, и я бы даже взяла гонорар натурпродуктом, но главное же – не злоупотреблять.

А то к осени кхалиси глазированных сырков не влезет в джинсы, а кому оно надо?

***

Проснулась немножко Понтием Пилатом – размазанная мигренью. Хочется сидеть в белом плаще и тискать собаченьку, а не вот это вот все. И немножко убивать, потому что до вечера тишина и темнота не светят.

Натерла виски пихтовым маслом. Теперь я не просто умираю от головной боли, а как будто умираю от головной боли в сосновом лесу, что и следовало ожидать.

***

Сегодняшним переводом навеяло много интересных воспоминаний.

В принципе, ничего необычного – закрытая черепно-мозговая и сотряс, «со слов пациента ударился о ветку дерева». Я к тому, что по молодости я в таких случаях думала, ну да, ну да, расскажите мне, явно приложил кто-то, так не бывает. Но, прожив большую часть жизни в теле человека с грацией вареной картошки, теперь однозначно могу сказать – чего только, блин, не бывает под этими небесами.

Я вот однажды умудрилась поскользнуться на шершавом деревянном полу, это притом, что отрок тогда активно ползал, и в квартире ковров было настелено больше, чем в Самарканде. Везде ковры от плинтуса до плинтуса, кроме двадцати сантиметров открытого пола в одном месте. Вот этих двадцати сантиметров мне и хватило, причем поскользнулась я на пятке и по всем законам физики должна была грохнуться затылком. Но разбила я себе нос. Хвала небесам, очки тогда еще не носила. Как – не спрашивайте, сама не знаю, но это был такой кульбит с переподвывертом, сестробратья Вачовски со своей «Матрицей» поудавились бы от зависти. Мне потом с этим лицом еще и работать пришлось, я тогда тоже как на духу повсеместно каялась, что упала. Но по глазам людей было видно, что интенсивность моей личной жизни в их глазах несколько преувеличена.

Или вот бывают производственные травмы на кухне, масло там брызгает в лицо кипящее, ожоги рук об огонь или посуду и прочее.

И только Ира-хозяюшка умудрилась жарить картошку и обжечь о раскаленную сковороду задницу. В свое оправдание могу сказать, что там адская смесь факторов совпала – картошка жарилась, белье в стиралке вертелось, я в душ заскочила на две минуты буквально, а мелкий отрок как-то обошел блокировку и открыл стиралку. Ну и картина маслом по сыру – отрока облило водой из стиралки, отрок орет, вода заливает кухню, картошечка шкварчит, я в пене ношусь с тряпками и полотенцами, ну и приложилась впопыхах мягкими тканями джоппы к сковороде основательно. БСМП веселить, конечно, не поехала, просто стоя работала какое-то время.

Но все равно, первое место в моем личном рейтинге таких эпичных провалов до сих пор занимает незнакомая тетенька с творожком.

У моей любимой студентки-офтальмолога случай был, как раз на нашем занятии из больницы звонили – тетка решила подкрепиться «Даниссимо», открыла стаканчик с творогом и решила понюхать на предмет свежести. Порезала глаз фольгой.

Тут даже я со своим подпаленым филе меркну.

***

Котовладельцы и не только, знают, что нельзя просто так пройти мимо котейки и не сделать "буп" в бархатный кошачий носик.

Представляете себе масштаб соблазна, когда из домика выглядывает пушистая хомячья жопка сердечком? А низзя.

У нас с Хомски, он же Хомякадзе, он же Хома Сапиенс, взаимоуважение и взаимопонимание двух старых интровертов. Если хомяк в доме – нельзя, ни при каких обстоятельствах нельзя, его оттуда извлекать. Можно легонько постучать по крыше – высунется недовольная сонная мордочка и схапает еду. Если вы без еды, то, какого черта вы вообще сюда стучите, написано будет на мордочке. И правильно.

Отрок тоже приучен.

Когда мы хомяка привезли, я два дня потратила не только на всякие полезные видео о пищевых и прочих их привычках, но и готичные истории о нелепых хомячьих смертях, а уж их-то…

У нас есть свой топ-3, но самая любимая – это когда девочка хотела поцеловать хомячка в носик, но неожиданно чихнула, и хомяк сдох от резкого испуга. Простите, тут мы обычно представляем все в красках, ржем и плачем.

Так что Хомски мы бережем как существо хрупкое и ранимое, и уважаем как самое себя. Он это знает, доверяет и даже коммуницирует. За последние несколько месяцев хитрая жопа научился клянчить еду. Натурально как кот или собака, которые приходят и смотрят укоризненно, как ты ешь. Только этот становится столбиком и начинает приплясывать, когда первый вошедший утром в кухню идет к холодильнику.

А как драматично он выхватывает из рук протянутую еду – зовите Станиславского, мы все верим, что хомяк не кормлен минимум неделю. Хотя в миске всегда есть еда, есть еще несколько заначек, однозначно, что-то да припрятано в доме, а то и в защечном мешке.

А вот, поди ж ты, лишенец – обязательно нужно выпросить вкусного из холодильника.

***

Переводила протокол операции по фото, пришлось все названия мышц из файла в файл перебивать вручную. Естественно, проговаривая вслух, чтоб не ошибиться. Потом так же и проверять.

После третьего круга вычитки всех этих Musculus tibialis anterior dexter, Musculus gastrocnemius dexter , Musculus abductor halluces dexter , Musculus vastus lateralis dexter , Musculus vastus medialis dexter, Musculus extensor hallucis longus dexter и иже с ними, стало возникать ощущение, что я уже полчаса как вызываю Сатану.

На всякий случай, сохраняя файл, проговорила: Exorcizamus te, omnis immundus spiritus, omnis satanica potestas, omnis incursio infernalis…

Что запомнила, ну а что, зря я, что ли, девять сезонов «Сверхъестественного» отсмотрела.

А, ну и in nomine Patris, et Filii, et Spiritus Sancti, ага.

***

Когда-нибудь я все-таки куплю себе мольберт и масло, и буду рисовать море.

И небо.

И свет.

Так чтоб лился с облаков, и холст светился, и я светилась от радости.

И люди потом смотрели и светились от тихого счастья.

***

Иногда, после посещений детской районной поликлиники я люблю пересматривать старый добрый "Doom". Вот это кровь-кишочки-разметало меня несколько умиротворяет. Сегодня после трех часов, проведенных там, мелькнула мысль вообще установить игру и играть каждый раз по возвращению.

В обязательном порядке.

***

Прелестное дитя, все занятие называвшее меня "cheater" вместо "teacher", просто сделало мое утро.

Но ты не прав, милый мальчик, а жаль.

***

Придется нашему Хомякадзе покупать новый домик.

Потому что пушистый засранец всегда жил по принципу "замыслил я побег – прилег и не побёг", а тут за пару месяцев сожрал пластиковое крепление, которым дом крепился к контейнеру, и теперь жрет дом. Сбежать он не сбежит, но я не знаю, умеют ли хомяки выплевывать всякое несъедобное, что они грызут. Не очень хочу себе представлять этот круговорот пластика внутри хомяка.

Придется менять избушку полипропиленовую на дровяную.

***

– Сына, на завтрак сосиску будешь или макароны с сыром?

Открывая один глаз:

– А если я съем макароны, мне надо будет мыть кастрюлю?

– Сама помою.

– Макароны!! Ура, макароны с сыром!

"Уууу, гадский папа!" (с) Попандопуло

И расскажите мне про доминанту воспитания в формировании личности…

***

Проводим с отроком выходные совершенно по-пролетарски – катаемся по городу на трамваях.

Вчера у нас был трамвай моего детства №1, меня на нем мама перевозила с одного вокзала на другой, мимо Театральной площади. На углу Ворошиловского и Станиславского тогда еще был совершенно советский хлебный магазин, с деревянными полками, устланными бумагой, с хлебом и бубликами, которые нужно было брать с полок привязанными металлическими щипцами. Запах там стоял – ни одна нынешняя пекарня города не сравнится. Хотя, возможно, это потому, что в детстве все было лучше, и сгущенка гуще, и треска треще.

Сегодня катал отрок на своем открытии – трамвае №10 с Сельмаша на Западный. Полтора часа его ждали на Сельмаше, потому что один трамвай поломался, а второй его буксировал, а третий полтора часа нас потом вез через полгорода. Причем вез местами такими дебрями, что я почти взмолилась человеческим голосом, чтоб он, не приведи господи, не сломался где-нибудь на Собино, откуда выбраться можно только пешком по трамвайным рельсам. Но в целом – это восторг, потому что, наконец, сбылась мечта идиота – отрок полюбил гулять по городу. С зимы, имея две карты, транспортную и бумажную карту Ростова, он выучил все автобусные маршруты, и улицы Ростова он теперь знает лучше таксиста с десятилетним стажем.

Как человека с крайней степенью топографического дебилизма, меня просто поражает такое нечеловеческое чутье окружающего пространства. Я просто говорю ему, куда нам надо, а дальше иду и любуюсь городом с умильным, на грани неадекватности, лицом Настеньки из «Морозко»: Здравствуй, деревце зеленое! Здравствуй, птичка-невеличка! Здравствуй, добрый молодец!

Отрок выведет.

Осталось заложить в его базу данных информацию о всех доходных домах Ростова, и можно сделать неплохой гешефт – вполне сможет водить пешеходные экскурсии по любимому городу.

***

Угадайте с трех попыток, кто в последней вечерней детской группе громче всех и задорней всех подпевает "It's time to go home, it's time to say good-bye!"?

Угу.

И даже приплясываю.

Так самозабвенно я даже "Батарейку" нетрезвой по молодости не голосила.

***

Очень люблю свой город, но некоторые моменты иногда выбешивают.

Как с мужиком, короче.

Сейчас переключусь на минуточку в режим бабы Иры и поворчу. Какого пуркуа происходит с общественным транспортом, а, товарищи? У нас автобусы случаем на не солнечных батареях теперь ездят? Вроде нет. Тогда какого члена профсоюза после десяти вечера нормально по городу перемещаться нельзя? Или у нас поэтому теперь электросамокаты на каждом углу валяются? Да, у нас по большей части не стоят, а валяются, культурный код такой. Я понимаю, что у нас много таксистов, и они хотят кушать, но я, знаете ли, тоже бывает, хочу.

Для меня всегда признаком нормального мегаполиса была возможность без проблем перемещаться по вечернему городу. Потому что, когда я выхожу после темноты в каком-нибудь Зажопинске, и мне говорят, да ты что, милая, у нас тут на весь ПГТ два автобуса и один водитель, и тот спит уж бухой, теперь пешком только – это я понимаю. Там того Зажопинска, мне за час весь город насквозь пройти. Но когда я не могу после десяти вечера уехать домой на автобусе в городе-миллионнике – не понимаю. Вообще не понимаю.

Это притом, что все знают, как я люблю ходить пешком. Мне ж, как бешеной собаке, пять верст вообще не крюк. Но это реально дичь, когда я выхожу из театра в 22.10 и за то время, что я бодро пилю от площади Кырлы Мырлы до Ворошиловского, минут сорок пять, кстати, пилю, мимо меня не проезжает ни одного автобуса. Ни одного, можно было бы сказать, Карл, но нет, там другое слово.