Глава Императорского дома. Книга вторая. Трилогия вторая «Императорский дом» Фантастическая сага «Воины света».

Пролог

Чтобы завоевать доверие, нужна вечность, для разочарования достаточно одного мига.

Неизвестный

подглавка

Дневник Снижны–Айны

А рядом с лужей красного цвета лежит летающий кинжал моего брата.

подглавка

Реальность

Ударной волной Удо швырнуло на пол. Он упал на тьетоконе1, который вонзился в его тело всеми управляющими камнями, проламывая грудную клетку.

подглавка

Дневник Ульвбьёрна Удо

С одной стороны мародёры, с другой повстанцы. Моё решение верное. Жаль, что на совете этого никто не понял.

Примечание автора:

Земля (с большой буквы) будет использоваться везде по тексту вместо слова планета.2

Глава 1

подглавка

Дневник Снижны–Айны

День надесятый месяца

Теперь нет смысла писать дату, потому что время и годы на планетах народов Айны и Императорского дома разные. Мне так сложно к этому привыкать. Совсем недавно я праздновала свой двенадцатый день рождения, а сейчас узнаю, что скоро мне должно исполниться десять лет по стандартному галактическому времени. Всё так странно.

Моя жизнь существенно изменилась, когда пророчество завершило свой ход. Благодаря нашим общим с братом усилиям мой народ Айны был спасён, а я узнала, что по рождению являюсь принцессой Снижной, дочерью погибшего главы народа Императорского дома Йорана и его жены Рогнеды. Мне нелегко всё это принять, ведь я не до конца вспомнила своё прошлое. Я долгие годы считала себя представителем другого народа. И порой мне бывает сложно привыкать к новой обстановке. Но теперь рядом со мной всегда находится мой брат Удо Ульвбьёрн, который после смерти нашего отца стал новым главой огромной Империи. Правда я не знаю, что означает это слово. Однако понимаю, что на Удо теперь лежит ответственность за жизни всех людей с большого количества звёздных систем.

И я смело шагнула в неизвестный мир, от которого была оторвана в раннем детстве. К своей семье. Я чувствую братскую любовь Удо. От этого мне становится легче на душе, и отступают все тревоги. Я не пишу в своём дневнике его полное имя, как и не называю правильно в повседневной жизни. Хотя дядя Сигурт всё ещё дуется на нас с братом, что он разрешил мне так себя называть. Все люди в нашем доме называют его полным именем Ульвбьёрн, добавляя при этом ваше величество, глава или верховный главнокомандующий народа Императорского дома. А я не понимаю, зачем ему нужно столько длинных имён? Для меня он навсегда остаётся моим любимым братом Удо. Но мне приходится привыкать ко многому. Ведь и меня теперь называют Снижна, прибавляя при этом ваше высочество или принцесса. И я не до конца разобралась, чем величество отличается от высочества. Ведь мы с Удо – родные брат и сестра, а титулы у нас разные. Это странное новое слово – титул, о котором постоянно твердит дядя Сигурт. И теперь из обыкновенной девочки Айны я стала титулованной особой – её высочеством, принцессой Императорского дома Снижной.

Я потеряла своего лучшего друга Андриуса. Моё сердце всё ещё страдает от его отсутствия рядом. Порой мне кажется, что эта боль никогда меня не отпустит. Я всё ещё ухожу в тишину с надеждой хотя бы ещё разок увидеть его. Но он ко мне больше не приходит. Видимо, на дороге Богов у него нет на это времени. Но он обещал за мной присматривать, поэтому я часто обращаюсь со своими просьбами именно к нему. Наверное, это неправильно делать – просить помощь у умершего человека да ещё из другого народа, а не у своих Богов. Ведь даже Боги народа Айны и народа Императорского дома разные, как и сами люди. Но я обращаюсь чаще всего именно к своему другу, ушедшему из мира живых. И умом я понимаю, что с Андриусом я никогда не смогла бы идти по дороге жизни вместе, как муж и жена, ведь наши народы не могут иметь общих детей, а значит, этот союз не был бы освещён Богами. Но я часто думаю об этом. В жизни всё так не просто. «Время всё лечит», – любит повторять дядя Сигурт. Но Удо говорит, что время не лечит раны утраты, а просто помогает притупить боль потери. А мне лишь остаётся ждать, когда моё сердце перестанет так сильно болеть от потери моего друга Андриуса.

Бабушка Ритва, великая шаманка народа Айны, осталась на далёкой планете, которая вращается вокруг солнца с золотым светом. А я улетела в свой новый-старый дом, где звезда светит таким чудесным белым светом цвета моих волос. И хоть я теперь часто общаюсь с бабушкой по системе связи, мне всё же очень хочется просто прижаться к ней. Мне так не хватает наших общих минут в тиши возле сотворённого ею огня. Удо часто замечает тоску в моих глазах и делает всё, чтобы мне было хорошо в моём новом-старом доме. Я стараюсь его не огорчать, но порой мне трудно скрыть свои эмоции, хотя пытаюсь это делать.

Мне кажется, что лекарь – это не время, а наши близкие люди. Для меня таким человеком стал мой брат. Рядом с ним моё сердце поёт. Если мне становится очень тяжело на душе, а Удо нет рядом, то я вспоминаю солнце в его глазах для меня. Оно не погаснет там никогда. Даже если он улетает куда-то по делам нашего народа, свет его солнца всегда живёт в моём сердце. С дядей Сигуртом мне ещё придётся заново знакомиться и привыкать к нему, ведь он – родной брат моей матери Рогнеды, и является членом нашей семьи. Он очень странный, но искренне любит нас с Удо.

Скоро я стану первой великой шаманкой народа Императорского дома, несмотря на свой юный возраст. Мой брат объявит это всему нашему народу. И я буду сильной, ведь на меня ляжет огромная ответственность. Мне предстоит обучить свой народ способностям шаманов Айны.

Первый месяц моей жизни на планете Сканда3.

подглавка

Реальность

Удо проснулся в своей кровати, потянулся и полежал с закрытыми глазами ещё некоторое время, не пытаясь встать. Ему хотелось немного поваляться в постели и побыть наедине с самим собой и своими мыслями.

Ульвбьёрн слишком рано стал главой народа Императорского дома и большую часть времени проводил в боях против драгондов или в разрешении споров между различными звёздными системами и народами, чтобы не доводить их до военных конфликтов. Разумеется, у него было очень много помощников. Космический флот Императорского дома был разбит на чёткие группы со своими командующими, контролирующие огромные сектора космоса. Но Удо обязан был знать все возникающие спорные ситуации. Дядя Сигурт постоянно говорил ему, что он слишком много взял обязанностей на себя, как глава Императорского дома, поклявшись докопаться до причины гибели корабля отца. И Удо в чём-то был с ним согласен. Ведь это дело стало для него очень личным. Но благодаря данному расследованию он нашёл свою родную сестру Снижну, которую считал погибшей вместе со своими родителями. И теперь он представит её живую и здоровую перед своим народом. Сегодня люди с разных планет всех звёздных систем Империи будут приветствовать возвращение домой принцессы и праздновать её десятилетие.

Его сердце радостно сжалось, вспомнив, как он с ней встретился. Но времени валяться в постели больше не оставалось. Нужно было вставать. Удо громко вздохнул и сел на кровати, открывая глаза. На полу, свернувшись клубком на ковре, спала Снижна в одежде шаманки народа Айны. Это были лёгкие штаны и кофта с короткими рукавами, которые не сковывали её движений. Она всегда надевала их на ночь, потому что днём носила на своей одежде другие вышивки, которые указывали на её положение великой шаманки народа Императорского дома. При виде сестры Удо ласково улыбнулся. Порой по утрам он находил Снижну у себя в комнате, как сегодня.

Удо усмехнулся своим мыслям. Он ненавидел шёлковые пижамы, к которым всё время пытался его приучить дядя. И сейчас он с благодарностью вспоминал Сигурта, что тот всё же сумел убедить его не спать обнажённым. После вступления в должность главы Императорского дома и длительных нравоучений дядюшки, Удо стал надевать на ночь короткие шорты. Ведь теперь его могли поднять с постели в любое время суток по делам Империи. А глава Императорского дома должен выглядеть подобающе в любой ситуации, как любил говаривать дядя.

– Сестрёнка, что-то случилось? Ты опять спишь в моей комнате на полу. Сколько раз я тебе говорил, чтобы ты ложилась рядом со мной на постель? – Удо наклонился и погладил Снижну по голове. – Видимо, придётся поставить для тебя в моей комнате вторую кровать, чтобы ты смогла нормально отдыхать.

– Удо, доброе утро, – вместо ответа улыбнулась Снижна брату, открывая глаза.

– Иди ко мне, сестрёнка, – сказал Ульвбьёрн, протягивая к ней руки.

Снижна зевнула, вставая с ковра и усаживаясь на колени к брату. Удо прижал её к своей груди.

– Что-то случилось? – переспросил он и поцеловал сестру в макушку. – Может, тебя всё же мучают сны, Снижна?

– Я не знаю, Удо. Ведь если они мне и снятся, то я их совсем не помню. Я проснулась в звенящей тишине огромной комнаты, словно меня кто-то толкнул в бок, и не смогла уснуть, даже сотворив огонь. А под твоё спокойное дыхание я быстро уснула, – ответила Снижна, обнимая брата.

– Я чувствую, что всё же придётся поставить ещё одну кровать у меня в комнате, на случай, если ты не сможешь уснуть у себя, – пошутил Удо. – Ведь принцессе не положено спать на полу, даже если она лежит при этом на великолепном ковре ручной работы из шерсти. Что бы сказал дядя Сигурт, глядя на это безобразие?

– Девочка моя родная, так не положено делать принцессе великого дома, – в один голос сказали брат и сестра, посмотрев друг на друга, а затем весело засмеялись.

– Удо, я ведь не нарушила правила нашего дома? – испуганно спросила Снижна, перестав смеяться.

– Успокойся, сестрёнка. Это наш с тобой дом. Тут мы можем вести себя как обычные люди. Мы же семья. Это за пределами нашего дома ты – принцесса. А тут ты просто моя сестра. Если тебе порой легче спать под моё сопение, то давай подумаем вместе, куда поставить ещё одну кровать, – Удо осмотрел свою комнату.

Его спальня больше напоминала кабинет военного человека, чем место для сна. Рядом с кроватью на специальном постаменте лежали его боевые мечи, выкованные лучшими мастерами. Теперь возле них появилось и другое оружие: летающий кинжал, которым ему ещё предстояло научиться управлять, и два прекрасных меча народа Айны. Эти клинки Удо вручила великая шаманка Ритва в день их отлёта со Снижной домой. Это был великий дар, который он принял с почтением. Теперь ещё одна планета и народ находился под охраной Императорского дома. Но этот случай был уникальным, потому что все люди этой Земли стали членами его семьи. Ведь Удо со своей сестрой впервые в их истории были приняты в каждый род народа Айны.

Возле огромного окна располагался небольшой стол, рядом с которым стояло удобное кресло. Он был завален нужными Удо книгами с тетрадями и оснащён компьютерной системой с панелью быстрой связи со всеми подразделениям флота и глав секторов. Там же лежал его дневник, который он начал вести после смерти родителей, чтобы хоть как-то справиться со своей болью. Позднее тот превратился в смесь его личных откровений и исследований. Тяжёлые плотные шторы бирюзового цвета закрывали огромное окно, сквозь которые едва пробивались лучи утреннего солнца. Богато украшенные росписью стены в сине-белоснежных тонах маскировали двери, ведущие в ванную комнату и гардеробный шкаф. Вот и вся обстановка. Удо понял, что его спальня постепенно превратилась в небольшой рабочий кабинет холостого мужчины. И хотя во дворце хватало его личных помещений как для дел, так и для отдыха, он предпочитал уединяться в своей спальне.

Поначалу Удо укрывался тут от всех и вся, чтобы унять свою боль в душе. Однако со временем эта спальня превратилась в его раковину, в которую он порой прятался от внешнего мира и людей. Его личная территория, где никто не тревожил его без веских на то причин. Но к Снижне это не относилось. Брат разрешил ей беспокоить его в любое время дня и ночи, чем бы он ни был занят.

Удо оборвал поток своих мыслей, обратив внимание, что и сестра пытается осмотреть его комнату.

– Знаешь, Удо. Не нужно сюда ставить ещё одну кровать, – спустя некоторое время заговорила Снижна. – Это твоя комната.

– Но принцессе не пристало спать на полу, сестрёнка, – попытался ещё раз пошутить Удо.

– Да, брат, ты прав. И я буду стараться спать в своей комнате. Мне нужно становиться взрослой. Ведь я – великая шаманка народа Императорского дома, – уверенно сказала Снижна.

– Ты ещё и принцесса великого дома, не забывай об этом. Но прежде всего, ты – моя сестра. И я люблю тебя всем сердцем, маленькая девочка Айна. Давай пойдём на компромисс, – предложил Удо, нежно улыбаясь, и заметил, как Снижна внимательно посмотрела на него, явно не понимая, что такое компромисс. – Мы поставим в моей спальне твоё любимое кресло. Оно удачно встанет вот тут в углу, прямо рядом с моей кроватью. Я знаю, что ты очень часто спишь именно там, а не в собственной постели, – объяснил он и заметил радость в глазах сестры.

– Я буду очень рада этому, Удо. Если ты конечно не против?

– Я не против, сестрёнка.

– А рядом поместится подставка для огня народа Айны, – весело произнесла Снижна.

– Я согласен только на очень маленький огонёк. Не забывай и про меня, сестрёнка. Я люблю спать в полной темноте, – уточнил Удо.

– Хорошо, брат. Обещаю тебе, что сотворённый мною огонь будет едва заметным. А подставка низкой. А я буду стараться привыкать к новой обстановке и спать у себя в комнате в своей постели, – Снижна ещё раз прижалась к брату и соскочила с колен. – Мне нужно готовиться к церемонии и надевать странные одежды. Я пойду, Удо, к себе, а то меня начнёт искать миссис Льюва.

– Мне также предстоит надеть эти странные одежды, Снижна. Это часть наших традиций и нам нужно их соблюдать, – улыбнулся Удо. – Встретимся в столовой за завтраком, сестрёнка. А оденемся к церемонии после него.

– Хорошо, брат, – утвердительно кивнула Снижна и шагнула сквозь темноту в свою комнату.

– И исчезла она на глазах изумлённых людей, – усмехнулся Удо, – Нужно попросить её не делать это сегодня на церемонии, – подумал он, подходя к окну и открывая шторы.

Дворец главы Императорского дома находился выше уровня моря, занимая всю вершину некогда огромной горы, расположенной на берегу океана. Он состоял из множества строений, переходов, небольших садов и стартовых площадок для малых кораблей. Высотные здания располагались по кругу, образуя своеобразный конус. Они словно соревновались в своём изяществе друг с другом. Стекло, сталь, белоснежные камни и различные растения создавали воистину великолепный и единый в своей идее ансамбль. В его создании были задействованы лучшие архитекторы и строители Империи, которые с каждым новым поколением доводили великолепие дворца до совершенства.

Для главы Императорского дома было выделено целых два многоэтажных строения. В одном из них находилось личное пространство Удо и всех членов его семьи. В народе это здание называли дворцом. Во втором располагались залы для обучения в стрельбе из всех видов оружия, различных тренировочных площадок и помещений для изучения наук. Изначально оно задумывалось для личного пользования главы и его родственников, но со времён прапрадеда Ульвбьёрна, в честь которого Удо и получил своё имя, превратилось в своеобразный штаб императорского флота. И теперь в нём занимались все военные, несущие службу при дворе. Остальные строения предназначались для людей и их семей, которые обслуживали комплекс зданий, служащие космодрома, солдаты личной охраны главы Императорского дома со своими родными, в том числе и воины боевых кораблей, патрулирующих звёздную систему. Большинство зданий предназначалось послам, главам секторов и планет, прилетающим на Сканду, а также для официальных церемоний, приёмов и балов. Со временем дворцовый комплекс разросся. В тихой гавани у подножия горы расположился маленький и уютный городок, утопающий в зелени, для местных жителей и торговых караванов. Так что места в этом комплексе хватало для всех.

Удо вспомнил неподдельное удивление Снижны, когда впервые показывал ей дворец. Она не могла понять, зачем их семье столько места. После небольшого домика бабушки Ритвы эти залы казались ей не только пустынными, но и совершенно ненужными. Дядя Сигурт попытался объяснить племяннице, что однажды она и её брат найдут свои вторые половинки, соединившись в семейном союзе, и по этим комнатам начнут бегать их дети, заполняя пустоту дома. И он не упускал малейшую возможность напомнить племяннику, что на нём лежит ответственность в продолжении рода великого Торгнира.

Предки Ульвбьёрна возглавляли народ Императорского дома в течение нескольких миллионов лет. Отец Удо, Йоран, был единственным ребёнком у своих родителей и стал главой в свои четыреста лет. Вскоре после этого умерла бабушка Ульвбьёрна, а вслед за ней и дед. Говорят, что его сердце не выдержало разлуки с любимой женой. Йоран правил мудро более трёхсот лет, пока не погиб сам. Когда дядя Сигурт напоминал Удо про его долг перед домом в продолжение рода, то он чаще всего отшучивался, что до пятисот лет у него ещё есть время, намекая на своего отца. Ведь Йоран встретил свою Рогнеду очень поздно. И от их союза родилось лишь двое детей.

Порой Удо хмурился, вспоминая, сколько же правил и требований должен соблюдать правитель. Его радовало только то, что есть единственная вещь, которая не подчинялась никаким протоколам двора – семейный союз главы Императорского дома. Никто не имел права навязать ему невесту. Это был личный выбор главы – выбор его сердца. Это правило ввёл сам великий Торгнир. А Удо пока не встретил ту самую, которая заставила бы петь его сердце от любви. Но дядя при любой возможности говорил ему про необходимость жениться и родить наследника. Ведь род Ульвбьёрна продолжал мужскую линию первенцев старшего сына самого Торгнира – первого верховного главнокомандующего в истории его народа, который сплотил людей вокруг себя, когда их космическая армада улетела осваивать другой рукав этой галактики.

Благодаря мудрости, накопленной тысячелетиями, и правилам, которые выработали его предки, их Земли процветали, а народ множился, живя без нужды. Однако Йоран погиб, так и не дождавшись двухсотый день рождения Ульвбьёрна, когда тот должен был возглавить народ Императорского дома, заменив на этом посту своего отца. И так вышло, что Удо впервые за всю историю существования Империи стал самым молодым главой, едва встретив своё шестидесятипятилетие, и правил уже в течение пяти стандартных галактических года.

Утро в своём доме Удо начинал одинаково. Он подходил к окну, открывал шторы и смотрел на город, который утопал в зелени морской гавани. Сейчас он также стоял, глядя на великолепный вид, пытаясь остановить поток своих мыслей, роящихся в его голове. Удо вздохнул. Сейчас было неподходящее время вспоминать историю его народа и запутанный путь, который их привёл в другой рукав галактики. Ему ещё предстояло всё это рассказать Снижне, но не сегодня. Постояв немного у окна, Удо отправился принимать душ и одеваться.

Когда он вошёл в двери столовой, вся семья уже была в сборе. Миссис Льюва при его виде тут же встала со стула и присела в реверансе.

– Ваше величество Ульвбьёрн, – произнесла она.

Это была стройная, красивая женщина возраста чуть более пятисот лет. Она долгие годы жила в императорском доме, помогая Рогнеде заниматься воспитанием и обучением детей. Манеры миссис Льювы и то, как она держалась, всегда восхищали Удо. Ни одна волосинка не выбивалась из её аккуратно уложенных светло-коричневых волос. Изумрудного цвета глаза, обрамлённые длинными чёрными ресницами, всегда излучали спокойствие и заботу. У неё были тонкие черты лица, маленький носик и белоснежная кожа, словно ни один луч солнца никогда не касался её. Она была среднего роста, чуть выше ста семидесяти сантиметров. Сегодня её наряд был строго выдержан в цветах Императорского дома рода Торгнира: багрово-пурпурный, означающий кровь, пролитую их предками на полях сражений; небесно-голубой, как самое чистое небо в летний день на планете Сканда; серо-стальной, как глаза великого Торгнира и его потомков.

– Миссис Льюва, вы сегодня прекрасно выглядите, – учтиво поклонился Удо.

– Мальчик мой, ты ещё не одет для церемонии, как и принцесса Снижна. Вы доведёте меня сегодня до обморока, – ворчливо произнёс Сигурт, подходя к племяннику и обнимая его.

Он уже минул свои шестьсот лет. Роста он был почти метр восемьдесят пять. Его густые серо-русые волосы были заплетены в короткую косу. Цвет глаз был такой же, как у его сестры Рогнеды и племянницы Снижны – небесно-голубым. Чёрные брови и ресницы делали его взгляд пронзительно-гневным, когда он злился, и ласково-нежным, когда был счастлив. Высокий лоб, прямой нос и правильные черты лица придавали его внешности особую привлекательность для дам. Церемониальная одежда сияла своим великолепием на подтянутой фигуре Сигурта: строгий атласный фрак бордово-пурпурного цвета; широкая небесно-голубого цвета перевязь, к которой крепился меч; брюки серо-стального цвета завершали его образ.

Сигурт, как курица-наседка, опекал своего племянника, заменив ему и отца, и мать. Его жена умерла в возрасте пятисот лет, так и не осчастливив наследниками. После её смерти он переехал жить во дворец к своей сестре Рогнеде, целиком посвятив себя семье главы Императорского дома, помогая миссис Льюве в воспитании племянников. Сигурт занимался обучением юного принца этикету и нянчился с малюткой Снижной после её рождения. Смерть любимой сестры, её мужа и их маленькой принцессы чуть не сломила Сигурта, если бы не поддержка Удо. Общая трагедия ещё больше сблизила его с племянником. И теперь дядя просто сиял после возвращения Снижны домой целой и невредимой. Он окружил своей любовью и заботой принцессу, ведь она так напоминала ему родную сестру Рогнеду. Последний месяц Сигурт ходил радостным, постоянно напевая себе под нос весёлые мелодии, думая, что этого никто не слышит. Удо был рад от того, что в его дом наконец-то вернулось счастье.

– Не волнуйся, дядя, мы со Снижной успеем переодеться к церемонии. Но кушать в этих нелепых одеждах совершенно неудобно. И у себя в доме я имею право не соблюдать все условности, как и наша маленькая принцесса. Да, Снижна? – обнимая дядю, Удо подмигнул сестре.

– Да, брат. Я попыталась надеть платье, но запуталась во всех этих юбках, – рассмеялась она в ответ.

– Я помогу вам, принцесса Снижна, собраться к церемонии, – ласково сказала миссис Льюва.

– Не беспокойся, дядя, у нас ещё уйма времени. А теперь давайте завтракать, – сказал Удо, усаживаясь во главе стола.

По левую руку от него села Снижна, а по правую – Сигурт. Льюва опустилась на стул рядом с принцессой.

– Мой милый мальчик, не стоит называть эти одежды нелепыми. Это часть традиций твоего рода. И я имею честь носить цвета прямых потомков рода великого Торгнира. И тебе следовало бы больше этим гордиться, – пожурил Сигурт племянника.

Удо лишь смущённо улыбнулся в ответ, приступив к еде. Кушали они в полной тишине, уйдя каждый в свои мысли. Обычно за столом шёл оживлённый разговор, но сегодня предстоял важный день. Дядя Сигурт готовился к нему целый месяц, организовывая всё для церемонии и последующего за ним бала. Удо был уверен, что туда уже приглашены лучшие представительницы женского пола с разных звёздных систем народа Императорского дома. И дядя не упустит возможность представить ему нескольких дам, считая их подходящими партиями для главы Императорского дома. Снижна волновалась из-за того, что ей предстояло познакомиться с большим количеством людей. Она вспоминала, как на Земле Айны её принимали во все рода. Теперь похожая церемония предстояла ей в родном мире. И она долго учила с миссис Льювой, как нужно правильно себя вести во время церемонии и бала. Она вспоминала уроки танцев и этикета. Сигурт перебирал в голове всё ли сделано так, как положено. Не упустил ли он что-нибудь. Он очень жалел, что рядом не было его друга Йорана, который очень хорошо знал все протоколы Императорского дома. Периодически он смотрел на Снижну. Глядя на племянницу, его сердце наполнялось счастьем, а на лице появлялась улыбка. Снижна видела солнце в глазах дяди и улыбалась ему в ответ. Миссис Льюва, как всегда, кушала чинно, показывая пример принцессе, а порой и самому Удо.

Около стола суетился Фроди. Его предки служили этому дому тысячи лет, и сейчас он занимал пост управляющего дворца. Это был немолодой мужчина, разменявший свою седьмую сотню лет, приближаясь к восьмой. В его светло-коричневых волосах уже появилась первая седая прядка. Постоянные тренировки сделали его тело сильным. Он был невысокого роста около метра семидесяти. У Фроди было круглое лицо, которое всегда озаряла искренняя улыбка. Добродушность его внешности придавали ямочки, когда тот улыбался, и яркий румянец, алеющий на белоснежной коже щёк. Он всегда старался лично приготовить для Ульвбьёрна что-нибудь из его любимых блюд. Одет он был в костюм соответствующий его рангу во дворце. Удо всегда выказывал своё расположение к этому человеку, которого также считал членом своей семьи. Фроди ужасно гордился своим положением, но когда Ульвбьёрн был дома, то за столом прислуживал всегда сам, не позволяя это делать никому другому. Снижна сразу полюбила этого добряка. Взгляд его глаз медового цвета чем-то напоминал ей Андриуса, поэтому она очень быстро с ним сошлась. Фроди часто баловал её различными вкусностями и души не чаял в их маленькой принцессе. Он никогда не угождал главе Императорского дома, но всегда с почтением относился ко всем членам этой маленькой семьи. И сегодня он пытался скрасить тишину за столом, предлагая различные блюда. За что получал благодарственные взгляды от всех присутствующих.