- -
- 100%
- +
На лице девушки проскальзывает улыбка, и мне ещё сильнее хочется узнать подробности. Может, спросить прямо в лоб? Но до того, как успеваю это сделать, наконец освобождается Людмила, и делает решительный шаг вперёд.
– Я – Мила Дорофеева, – она протягивает ладонь сперва нашей первой знакомой незнакомке, а после её младшей соседке. – Действительно вчера приехали из города, чтобы немного отдохнуть от пыли и суеты, а заодно пересидеть карантин средней дочки. Которая, – быстрый взгляд в сторону минивэна, что уже успели выкатить из гаража, – в итоге бросила нас до вечера. Это Мира, Александр и Александра, – короткий кивок на коляску, – а ещё с нами Семён Васильевич, наш помощник.
– А держится так, словно как минимум директора коттеджного посёлка, – хмыкают нам в ответ, но на пожатие отвечают. – Зинаида Петровна. Я тут работаю экономкой у этой бестолковой парочки.
Они с девушкой обмениваются взглядами, и та с трудом сдерживает смешок.
– Скорее уж это мы трудимся в поте лица, обеспечивая хорошие условия для жизни нашей драгоценной Зинаиды Петровны. Я, кстати, Таня Максимова. А это, – кивок на мальчика, – мой сын, и тоже Александр.
Теперь уже хихикаем все вместе, потому что такие совпадения не могут пройти даром. А после этого нас приглашают в гости.
– Собирались погулять? – интересуется Таня, устраиваясь на одной из широких утеплённых скамеек на веранде. Она застеклена, и потому даже лёгкий поднявшийся ветерок нам не страшен. К тому же оборудована игровой зоной, позволяя вытащить двойняшек из коляски.
– Но не слишком преуспели в этом, – Мила пожимает плечами. – Мы были здесь ещё весной и, соответственно, с другой коляской. А эта сдвоенная не проходит по ширине тропинки, поэтому Семён Васильевич и отправился за двумя одиночными.
– Ну да, на подобное посёлок не рассчитан, – хозяйка улыбается, а после с благодарностью принимает чашку с чаем, который нам как раз принесла её помощница по хозяйству.
Некоторое время мы просто наслаждаемся напитком, а Мила – отдыхом своей спины. Подозреваю, она даже танцы свои забросила, и вряд ли пойдёт, пока малышня не начнёт уверенно топать своими ножками.
– Надо же, – Зинаида Петровна не сдерживает любопытного взгляда. – Я в первый раз вижу, чтобы сёстры были настолько похожи! Вот разница в возрасте чуть-чуть, но видна, а так – чистые близняшки.
Мы с Людмилой переглядываемся и молча киваем. Это не первый и далеко не последний наверняка раз, когда нас принимают за сестёр, и без необходимости не видим смысла что-то там доказывать. Подруги, сёстры, близнецы… Какая, по сути, разница-то? Главное, что мы ладим.
– А я в семье одна росла, – чуть ностальгически тянет Татьяна, кладя руку на живот. – У мужа был брат-погодка, и они довольно хорошо общаются. Поэтому так хотел, чтобы и у Сашеньки поскорее появился братик.
Мы все синхронно оборачиваемся в сторону детей, где двойняшки с интересом осматривают маленького хозяина дома, а тот с не меньшей увлечённостью отслеживает каждый жест малышни. Даже не сомневаюсь, что минут через десять, а то и пять, они обязательно устроят потасовку за какую-нибудь игрушку, но пока мы все наслаждаемся тишиной и покоем.
– Я тоже жду второго, – признаюсь, слегка смущаясь. – Правда с дочкой у них разница будет огромной – целых семнадцать лет.
Зинаида Петровна присвистывает, а Таня даже слегка приоткрывает рот. Ну да, вот такая вот я уже немолодая мамаша.
– Ровно как и у моего старшего сына с близнецами, – невозмутимо пожимает плечами Мила, которая всегда приходит мне на выручку. Даже когда в неловкую ситуацию я поставила себя сама. – И точно знаю, что последние недели беременности – самое лучшее время, чтобы отдохнуть на свежем воздухе.
Некоторое время мы все вместе обсуждаем местный климат, прогнозы на зиму и состояние дорог. Чуть позже переходим к работе, и выясняется, что Таня трудится дизайнером интерьера в строительной компании, а её супруг, сейчас как раз уехавший по делам, числится там же, но в рекламном отделе.
– Ещё одна мамаша, которую не выгонишь в декрет, – Мила переводит взгляд с Татьяны на меня, которая и вправду топала в «Зимнюю веранду» до последнего. Если точнее, пока меня не перестал умещать на себе барный стульчик на рабочем месте. – С другой стороны, просто сидеть дома – скука смертная. Да и деньги в наше время лишними не бывают.
Мы все вместе вздыхаем, а Зинаида Петровна и вовсе отмечает, что во времена её молодости про декрет вообще особо не думали. А после как-то подозрительно синхронно оборачиваемся в сторону высоченного особняка.
– Кстати, – начинаю я, решив перевести тему. – А правда, что у хозяина вон того замка прозвище «Синяя борода»?
Ну а что? Мне же можно, я ведь любопытная беременная тётка. Хотя меня и так не осудили бы, потому что глазки Зинаиды Петровны, вокруг которых лучиками собрались морщинки, вспыхивают особым светом, а ладошки потираются в предвкушении.
— Вот и новые свежие ушки пришли по мою душу! – заявляет женщина и бросает быстрый взгляд в сторону этого сборища Саш. Те, к нашему всеобщему удивлению, сидят очень спокойно, и даже сообща копаются среди мягких конструкторов. – Как насчёт новой порции чая и сплетен? Потому что про Дереева тут не знают разве что приезжие.
Мы с Милой обмениваемся взглядами и мысленно повторяем жест экономки с потиранием ладоней. Собственно, мы ведь и пришли сюда именно за сплетнями.
Глава 6
– Насколько знаю, начинал этот Дереев как обычный барыга, – сообщает нам Зинаида Петровна, одобрительно поглядывая как хрустим печеньем её выпечки. Что самое приятное – безлактозным печеньем, ибо Сашеньке Максимову тоже молоко нельзя. – Купи-продай, просто с каждым разом росли ставки, пока не добрался до недвижимости. В деревне, к которой и относится коттеджный посёлок, несколько домиков так и принадлежат ему, а здесь, само собой, умудрился отгрохать замок.
– Внутри там тоже, кстати, всё на высоте, – добавляет Татьяна, видимо включая в себе профессионального дизайнера интерьера. – Я бы, конечно, кое-что поменяла, но главное в жилых домах – чтобы хозяину нравилось.
– Или хозяйке, да те у него слишком уж часто меняются.
Экономка хмыкает, скорее раздосадованная, что её перебили, чем самим фактом смены жён. И почти сразу продолжает свой рассказ.
– Короче, на недвижимости этот Толик неплохо так поднялся, а после занялся различными технологиями. А кто у нас лучше всего в этом понимает?
– Азиаты, – Мила пожимает плечами. Всё верно, ведь и Дорофеев частенько мотается в том направлении.
– Они, ну и сибиряки, – кивает старушка ей в ответ. – Но раз вы в теме, значит и про то, из-за чего должен быть женат, тоже в курсе.
Мы с подругой переглядываемся, а после она идёт ва-банк.
– На самом деле, про всё это нам уже рассказал Семён Васильевич, – тянет она, а то мы тут до вечера просидим. Ну или до момента, пока близнецы не проголодаются, не позволив дойти в итоге до самого главного. – Я думала, вы нам поведаете что-нибудь поинтереснее…
– К примеру, чего ради у Дереева вообще могут изводить жён, – подхватываю я, с внутренним ликованием отмечая, как Зинаида Петровна поджала губы. Кажется, сравнение с дворецким сделало своё дело. – Или вы тоже не в курсе?
– Я бы попросила! – фыркают мне в ответ. – И без того понятно, чего изводят – бабки!
– Бабки – в смысле, деньги?
– Ты к нам в посёлок напрямик из палаты лордов приехала? – настолько натурального удивления я от старушки не ожидала. – Разумеется, они. Всё в этой жизни так или иначе вертится вокруг зелёненьких купюр, подкреплённых золотыми слитками, и потому иного повода просто не найти.
Хм… Резонно, разумеется. И, если на то пошло, логично. Но всё равно совершенно непонятно.
– Ну хорошо, допустим дело в деньгах, – соглашаюсь я. – А кто в таком случае проворачивает все эти… совпадения? Если они таковыми и вправду не являются.
– Совпадения – это только цепочка невыясненных закономерностей, – Людмила мотает головой. – Я тоже ставлю на преступление на фоне наживы. А вот в том, кто преступник, придётся как следует разобраться…
– Ну коли разберёшься, будем звать тебя мисс Смарпл, – тут же улыбается нам экономка, сопровождая это дело ехидным прищуром. Мол, если даже она не в курсе, куда уж нам, городским залётным птичкам, добраться до такого своим умом. – Вот только нынешнюю девку его жалко, аж до слёз.
– Семён Васильевич рассказывал, что она совсем молоденькая.
– И немного не от мира сего, – добавляет Мила, поддерживая мою стратегию на противостояние этих пенсионеров. – Или преувеличил на этот раз?
– Вы мужикам больше верьте! – теперь Зинаида Петровна уже поджимает в недовольстве губы. – Нормальная она, хотя и диковата слегка.
– Зинаида Петровна имела ввиду, что Катенька немного наивна для своего возраста и статуса, – в беседу снова вклинивается Таня, и ясно, что в отличие от экономки, она с шестой женой Дереева всё-таки общалась. – Но и этому существует объяснение: девочка почти всю жизнь прожила загородом, в… ну давайте назовём это имением родителей. Дистанционное обучение в школе, потом таким же способом получила специальность искусствоведа. Но на деле она просто сидела в четырёх стенах под присмотром старенькой няни, и видимо характер и кругозор той существенно отличался от нашей драгоценной экономки.
Женщины переглядываются, но невооружённым взглядом ясно, как они дорожат друг другом. Почти родня, а может быть и ближе.
– Одно не ясно, чего её в город не вывозили? – не понимает Мила, и я с ней солидарна. – От чего-то берегли, или же…
Она не договаривает, и вариантов на самом деле тьма. Но Зинаида Петровна попросту отмахивается от нас, как от чего-то несущественного.
– Нормальная она, Танюшка дело говорит. Просто родителям куда как интереснее было самим вращаться в высоких кругах, чем возиться с ребёнком. Потому и отправили её «на свежий воздух, чтоб здоровее была». Ага, видала я этих родителей!
А может мысленно и плюнула им в след, с этой старушки сталось бы.
– В общем, Катенька – вполне милая девушка, – продолжает Татьяна. – Но видно, что с Анатолием они живут скорее как соседи. Или как дядя с племянницей, ведь он её на четырнадцать лет старше. Дереев старается обеспечивать молодую жену всем, что ей нужно, хотя Катюшка в принципе неприхотлива. Та же в обмен на заботу согласна изображать его жену, а это, как я понимаю, единственная потребность соседа. И, кстати, честь ему делает уже то, что нанял дополнительную охрану для выездов в свет, чтобы с ней всё было в порядке.
Мысленно я хмыкаю – ясно, что ничего не ясно. С другой стороны, мы тут приехали без году неделя, да и в город вернёмся довольно скоро. Какой вообще смысл лезть во все эти тайны? С другой стороны, жёны Дереева – далеко не единственное, что меня заинтересовало.
– Танюш, – спрашиваю, смотря почти заискивающе. – А ты бы смогла мне поподробнее рассказать про устройство того замка? Очень уж интересно...
Людмила закатывает глаза, потому что решительно не поддерживает это моё новое хобби. Мол, кому вообще в наше время интересны огромные махины, в которых нет места современным технологиям! И мои мечты о туре по старинным замкам тоже не поддержала, хотя я знаю, что подруга нет-нет, но просматривает соответствующие каталоги и путёвки. Возможно, когда дети подрастут, её мнение всё-таки изменится…
– Устройство? – удивляется хозяйка. – В принципе, могу. Конечно лучше было бы познакомить тебя с Катей и напроситься в гости, но у меня есть несколько фотографий.
Словно по волшебству, откуда-то из недр скамейки появляется рабочий планшет Татьяны Максимовой, и мы, два колобка, склоняем над ним головы под ехидные комментарии Зинаиды Петровны о беременных причудах. И что как золотые рыбки, быстро забываем про все предыдущие тайны и загадки.
Глава 7
А потом Миле написали по работе, и мы активно засобирались домой. Благо, идти было всего-то пятьдесят метров, а двойняшки с удовольствием устроились в коляске, поджидая близость обеда. С Татьяной же мы договорились встретиться завтра днём и погулять по посёлку этим же составом, чтобы таки погрузиться в атмосферу деревенской осени.
– Как тебе соседи? – интересуюсь, придерживая перед подругой калитку. – Не против, если действительно завтра пойдём гулять?
– Была бы против – одёрнула тебя в самом начале, – хмыкает Людмила, в мыслях наверняка проклиная тяжеленную коляску для двойни. – Но если нам не покажут лотошниц или хотя бы приличную пекарню, я буду очень зла. Обедать будем?
– Я, если честно, пока не голодная, – признаюсь. – Но на тебя и малышню приготовлю.
– И станешь моей самой любимой девочкой на сегодня! – заявляет подруга, но тут же вскидывает ладони. – Нет, Александра, разумеется, после тебя.
И как она вообще различает оттенки настроения этой девахи, я решительно не понимаю!
«Приготовлю» – громко сказано. По факту, с меня потребовалось только вытащить уже готовую еду, согреть и сервировать. Однако для Людмилы, всё внимание которой занимали двойняшки, даже это оказалось неплохим подспорьем. В итоге мы уселись за стол, и даже я не утерпела и подхватила бутерброд, пока второй рукой кормила маленького Сашеньку.
– Что скажешь по поводу истории с Дереевым? – интересуюсь, стараясь отвлечь подругу от мыслей о пюре из брокколи. – Особенно про его новую жену.
– Мутный мужик, – без обиняков заявляет Мила. – Мутный и странный. Посмотреть бы на него ещё вживую.
– А чего странного-то? – удивляюсь я, и тут же получаю скептический взгляд.
– Мир, ну давай начистоту. Если ему тридцать шесть, а рядом расхаживает молоденькая свеженькая девица, какой нормальный мужчина будет вести себя с ней, словно дядюшка? Получается, что-то не чисто либо с ним, либо с ней, либо у них обоих.
В словах практичной Дорофеевой резона как всегда с избытком, и некоторое время я действительно раздумываю над вопросом. Правда ровно до тех пор, пока не заканчивается обед, а Мила, хлопнув в ладоши, не выгоняет нас с детьми в их спальню.
– Так, у вас сейчас тихий час, – авторитетно заявляет она, и я опомниться не успеваю, как меня укладывают на кровать, с обоих сторон пододвигая по ребёнку. – Закрыть глаза и спать ровно один час и сорок минут.
Не успеваю возмутиться, что дети со мной уснуть не смогут, да и я, в отличие от измученной подруги, не устала, как Мила выключает верхний свет, зашторивает шторы, а потом включает проектор со звёздным небом и какой-то тихой успокаивающей мелодией. И не успеваю опомниться, как и вправду прикрываю глаза.
Надо же, оказывается я действительно не выспалась ночью… И прямо сейчас, когда под боком копошатся два тёплых и вкусно пахнущих комочка, беременный организм с удовольствием соглашается восполнить дефицит сна.
Проспали мы и вправду ровно час и сорок минут, а после нас разбудили успевшая провести два совещания Людмила Дорофеева и ароматы шарлотки, которую поставил запекаться Семён Васильевич. Они к тому моменту успели вернуться вместе с Викторией, колясками, планшетом девочки и даже огромной подушкой лично для меня. Кстати, вовремя, потому что на улице зарядил дождь, и весь остаток дня у нас прошёл в болтовне, поедании вкусных блюд из тыквы и яблок, ну и настольных играх, которые малыши абсолютно точно не смогли бы испортить или съесть.
Спать решено было отправиться пораньше, и я не имела ничего против такого расклада. Тем более, что Костя уже давно вернулся с работы и был готов к сеансу видеосвязи.
Усаживаюсь на кровати поудобнее и вытираю ещё влажные волосы. Малышу не нравится, когда использую фен, так что приходится сушиться по старинке.
– В общем, я всерьёз заинтересовалась планировкой этого замка, – признаюсь Косте, подкладывая подушку под спину. – Правда вряд ли получится побывать внутри.
– Чему я несказанно рад, – муж сердито сдвигает брови. – Ещё не хватало, чтобы ты разгуливала по домам посторонних мужчин. Тем более, мужчин с такой репутацией…
Не сдерживаю смешка, потому что в своей ревности Костя очень милый.
– От взглядов посторонних мужчин у меня имеется оберег, – улыбаюсь, рассматривая супруга. – Огромный такой, круглый. Мешает мне спать ночами. И лучше расскажи, как проходит твой ремонт.
– Ремонт… – а вот теперь Константин чешет в затылке, и я демонстративно приподнимаю бровь. – В принципе, нормально. Обои в нашей комнате мы уже поклеили, а ещё установили дополнительный источник света. Теперь осталось только дособирать мебель, и можно заезжать.
– Сам поклеил? – интересуюсь, изо всех сил стараясь скрыть разочарование. Я ведь просто обожаю менять пространство вокруг себя, и с удовольствием бы поучаствовала в процессе. Другое дело, что на моём сроке такое уже чревато последствиями, и именно это стало одной из основных причин, почему меня вообще отпустили к Миле. – Или всё-таки Нюша помогала?
– И она, и Стас приходил.
Муж как-то подозрительно отводит взгляд, а я вздыхаю. Стас Волков – мой бывший шеф. А ныне – просто друг семьи, закадычный товарищ моего мужа, а заодно любимый дядя-псих для Нюши.
Сказать, что Стасик своеобразный – вообще ничего не сказать. К нему нужно привыкнуть, и я так и не уверена до конца, что у меня получилось это сделать. Особенно в последнее время. Начнём с того, что когда этот зануда узнал о моём положении, показательно закатил глаза и без обиняков спросил, какого чёрта нам вообще приспичило размножаться. Чуть позже, правда, извинился, но тот синяк от подноса у него с плеча сходил ещё долго. Второй же вишенкой на торте под названием «Станислав» стало то, что он посчитал своим долгом узнать о беременных всё «от» и «до». И даже предложил мне поучаствовать в парочке экспериментов, но тут раньше меня вмешался Константин. А он у меня такой, что никакой поднос из-под печенья даже не нужен. Но истерия по поводу моего благополучного родоразрешения лишь набирает обороты, и именно поэтому я начинаю побаиваться, когда они собираются вместе с Костей. Уж лучше бы как раньше играли в какие-нибудь морские войнушки по сети.
– И что, Стасик набросал вам план поклейки с максимальным КПД? – интересуюсь, потому что с этого товарища бы сталось.
– Нет, до такого он не дошёл, – улыбается муж. – Зато научил Нюшу варить клей из муки, воды и соли. Кстати, насчёт этого…
– Вы что, наелись этого клея? – опять вздыхаю, потому что с этих обалдуев станется. Хотя… – Погоди-ка, – а вот теперь до меня доходит, из-за чего волновался супруг. – Только не говори, что под это дело вы использовали не муку общего назначения, а тот самый пакетик экстра-белой, который предназначен для особых тортов?
Потому что её я искала по интернет-магазинам месяца полтора, отслеживая поставки. Но результат того стоил, и торт на день рождения дочки получился шикарный.
Судя по виноватому лицу по ту сторону экрана, больше экстра-белой муки у меня нет. Но я ведь уже говорила, что с середины беременности поймала какой-то дзен? Вот и сейчас уже через секунду умудрилась успокоиться. Подумаешь, мука!
– Ну и ладно, – пожимаю плечами. – Сладкое для меня теперь всё равно вредно. А если нельзя мне, то и вам не полагается.
– Как скажешь, дорогая, – послушно кивает Константин. – Селфи перед сном отправишь?
Ох, кто-то у нас мастер менять тему. Но что поделать, перед отъездом я и вправду пообещала отправлять мужу свои снимки каждый день. А уж какого они плана будут, об этом можно только догадываться.
– Посмотрим на твоё поведение, – для порядка немного ворчу. – Но если хочешь их получить, пора сворачивать беседу.
На самом деле, проболтали мы ещё минут двадцать, притом о каких-то пустяках. Видно было, что оба просто тянем время, потому что скучаем друг по другу. Но в чём Мила права, так это в том, что нам необходима передышка. И как бы ни хотелось продолжать, но в половину десятого я отключаю связь, ибо беременный организм диктует иные правила. И плевать он собирался на дневной сон.
С огромной подушкой засыпать стало не в пример легче. Я поворочалась буквально минут пять, а после начала проваливаться в глубокий и здоровый сон. И снились мне замок, украшенный флагами и обнесённый огромный рвом с водой и крокодилами. А на самом верху башни сидел какой-то старец с длиннющей бородой, перевязанной синими лентами, и через мегафон кричал всем вокруг что знает, из какой муки лучше всего варить клейстер.
Глава 8
А про селфи для мужа я, кстати, забыла. Поэтому пришлось с утра пораньше вытаскивать косметичку, комплект белья и делать несколько постановочных снимков, таким образом извиняясь за наполовину бессонную ночь супруга. И он, конечно, бы и рад на меня поворчать, но теперь уже точно не будет.
На прогулку мы отправились часов в одиннадцать, чтобы малышня успела как следует подкрепиться, а Вика – выучить часть уроков, от которых школа её вообще-то не освобождала. Прикинув, что до обеда и дневного сна у нас будет достаточно времени, мы все собрались, оделись потеплее, и наконец-то двинулись в путь.
С одиночными колясками прогулка получалась веселее. Мила катила перед собой удобный и лёгкий агрегат синего цвета, время от времени отвлекаясь на рабочий чат, а Вика с гордым видом везла свою младшую сестрёнку. «Гордым» – потому что именно она подобрала её сегодняшний образ, и Александра выглядела, словно маленькая фея с пухлыми щеками. Правда стоит пообщаться с этой дамочкой поближе, как сходство с фольклорной феей становится практически стопроцентным – маленькая, но я тяжёлым характером. Чуть что не по её, и если не проклянёт, то хотя бы проводит грозным взглядом.
Мне, разумеется, коляску не доверили, поэтому могла с чистой совестью топать рядом с Таней Максимовой, которая везла в коляске уже своего Александра, и выслушивать её комментарии по поводу домов в округе. Кстати, в некоторых из них она в своё время вела авторский надзор.
Путь наш лежал к торговой площади, где по словам Максимовой имелось несколько пекарен и даже уютное кафе, в котором можно разжиться любым из видов пирожных, включая безлактозные, безглютеновые, без сахара, и очень может быть вообще без всего. Подозреваю, они могли бы просто класть на тарелку огурцы, и имели бы с этого отличный доход – главное подобрать соответствующий слоган. К тому же, я, будучи хостес, собиралась оценить заведение и с профессиональной точки зрения.
– Кстати, я вчера списалась с Катенькой, – сообщила соседка, когда мы поравнялись с замком Дереева. – Она вроде как планировала заглянуть с утра в библиотеку, а после присоединиться к нам в кафе, так что сможете познакомиться.
– А ей будет комфортно с нами? – с сомнением поинтересовалась Мила. – Всё-таки как ни крути, но у нас тут сборище тёток с детьми, рождёнными или ещё нет. А девочке сколько?
– Двадцать два, – напомнила Татьяна. – Но она, кажется, как раз и тяготеет к женщинам постарше. Да и откуда здесь взяться её ровесницам?
Об этом я, каюсь, не подумала, а зря. Дорогой коттеджный посёлок подразумевал, что проживать тут будут либо люди в возрасте, либо молодые семьи с маленькими детьми, ведь именно для этих категорий полезен свежий воздух круглый год. Остальные же появляются наездами, как те же Дорофеевы, а чем сманить сюда двадцатилетних парней и девушек я и вовсе не представляю. Такие даже если приедут, все мысли их окажутся либо про ночные клубы, либо о богатых поклонниках, а значит вновь налицо несовпадение интересов.
Кстати, пока Семён Васильевич готовил для нас завтрак, я поискала информацию об этом Синей бороде – очень уж запала в память вчерашняя фраза о том, что причиной всех этих бед с жёнами может стать элементарная жажда денег. Тем более, раз информацию о нём можно найти даже в открытых источниках, то грех этим не воспользоваться.
Средства у Дереева действительно имеются, притом немаленькие. Ради такого куша можно и отправить мужчину за решётку, если доказать, что в неприятностях с жёнами виновен он, а после добиться конфискации имущества. Вот только с наследниками у него беда. Самым логичным вариантом были бы его родители, но сильно сомневаюсь, что пенсионерам, которым сын купил квартиру на юге недалеко от моря, а бонусом к ней дачу, решат проворачивать какие-то тёмные делишки. Следующий логичный вариант – непосредственно жена, которая бы убирала предшественниц. Только какой смысл кого-то изводить, если можно просто взять и предложить свои услуги? Несостыковочка…
До кафе мы добрались через каких-то полчаса прогулочным шагом, и оно то ли действительно было уютным, то ли мы так сильно проголодались и подмёрзли этим ноябрьским утром.
Подозреваю, наша компанию сделала им выручку на два дня вперёд, да к тому же основательно распотрошила припасы съестного, но вряд ли хозяева были в недовольны. У них оказалась собственная пекарня, и нас накормили отличными пирогами с мясом, капустой, картофелем и грибами, и даже яблочными в виде ёжика. Поэтому к пирожным интерес остался только у Виктории. Ну и у Сашеньки Максимова, но исключительно к посыпке.