- -
- 100%
- +
Аннотация
– Максим Владимирович, кажется, вы стоите слишком близко ко мне.
Босс делает ещё один шаг вперёд. Я – назад. Мои лопатки упираются в стену. Всё. Больше отступать некуда. Судя по самоуверенному оскалу, этого босс и добивался.
– Вам кажется, Вероника Дмитриевна, – выдыхает в самые губы.
– Вы мой босс, а в вашей компании прописан запрет на отношения. – озвучиваю, как по мне, железобетонный аргумент в попытке остановить этот прущий, не зная преград, танк.
Босс лишь усмехается. Говорю же, танк! Непробиваемый!
– Отменим.
Возразить что-либо ещё не успеваю. Мне просто затыкают рот поцелуем. Мысли путаются. Тело предаёт. Только нахожу в себе силы, чтобы оттолкнуть босса. Поставить его на место. Как он отстраняется. И следующими словами окончательно дезориентируют меня:
– Собирайся. Вы с мальчиками переезжаете ко мне.
***
После измены мужа моя жизнь круто поменялась. Новая квартира. Работа. Мужчина?!
Нет.
Последнее лишнее. От предыдущего не отошла.
Что значит моё мнение не учитывается?!
Эй! Босс, куда вы меня несёте? Верните на место! Я не согласна!
Глава 1
– Катись отсюда! – кричу на весь двор, выкидывая вещи мужа с балкона.
– Дура истеричная! – отвечает, бегая под окнами в попытке поймать свои брендовые шмотки.
В другой раз я бы посмеялась над ситуацией: напоминает старую добрую игру, где волк бегает и ловит яйца. Но сейчас мне не до смеха. Пять минут назад я узнала, что муж мне изменяет!
План был простой: выкинуть все его шмотки из окна, сменить замки и подать на развод. Блудливая скотина, будто почувствовал, что запахло жареным, решил вернуться домой пораньше. Как раз, когда первая партия его любимых костюмов полетела с балкона.
– Ника, не позорься! – задирает голову, смотрит мне в лицо.
– Да пошёл ты! – отвечаю со всей злостью в голосе и пуляю ему в лоб ботинок из тонкой телячьей кожи ручной работы.
Меткостью я всегда могла похвастаться, поэтому сейчас весь двор элитного жилищного комплекса слышит отборный мат моего муженька. Надеюсь, очень скоро он перейдёт в статус бывшего.
Не теряя времени, дальше вышвыриваю вещи Игната. На этот раз в ход идут дорогие эксклюзивные ремни. Они красивыми змеями летят прямиком на асфальт. Как жаль, что дворник выполняет свою работу на отлично и во дворе нет привычной слякоти от растаявшего снега. Было бы вдвойне приятно прощаться с вещами мужа.
– Вероника, если не угомонишься сейчас, вызову полицию и тебя выставят за дверь!
Кидаю новый ботинок, но в этот раз Игнат успевает увернуться.
– Квартира моя, – продолжает муж, – куплена на мои деньги до брака. Ни ты, ни мальчики не имеют в ней доли. Так что, милая, это тебе надо собирать чемоданы. И не факт, что суд решит оставить детей с тобой. У тебя же ни работы, ни жилья. Ты вообще ничего не умеешь, кроме как борщи варить.
Его едкая ухмылка толкает меня на отчаянные действия.
Разворачиваюсь, ухожу на кухню, чтобы через минуту вернуться с кастрюлей того самого борща, который он ещё вчера уплетал за обе щёки. Присматриваюсь, куда лучше пустить снаряд. Я бы предпочла мужу на голову, но, боюсь, опять успеет увернуться.
О! Вон справа, прямо около выхода из подъезда, валяются его белоснежные рубашки от любимого итальянского дома моды. Самое оно!
Беру кастрюлю и всё содержимое выливаю на выбранную цель.
Это была бы идеальная картина: свёкла и картошка на дорогой ткани. Но, увы, на пути возникло препятствие в виде высокого брюнета в светло-бежевом кашемировом пальто.
От ужаса произошедшего всё дальнейшее для меня происходит будто в замедленной съёмке.
Застыв на месте, мужчина снимает со своего уха капусту, стряхивает с широкого плеча картошку. Разворачивается, поднимает голову, и наши взгляды встречаются.
– Здрасьте, – растягиваю губы в виноватой улыбке.
– Довольна, полоумная?! – подаёт голос муж. – Позоришься сама и меня к тому же! Но так даже лучше. После такого концерта ни один суд не доверит тебе воспитание детей.
Муж наклоняется, чтобы поднять пиджак около своих ног, совершенно позабыв, что в моей руке осталась кастрюля. Её я и запускаю прямо ему в голову. Без каких-либо сожалений.
– Зря вы так, – спокойный голос моей случайной жертвы разряжает жалкий скулёж муженька, – он на вас и заявление может теперь накатать.
Хочется послать его в грубой форме. Нечего Игнату подкидывать идеи! Но я не успеваю и рта раскрыть, как на весь двор слышится новый вопль муженька:
– Тварь! Я тебя по миру пущу! Будешь на улице жить, объедки с помойки подбирать и милостыню у церкви просить! Забудь о мальчишках! Ты их больше никогда не увидишь!
Показываю этому уроду средний палец и ухожу. Блокирую замок на входной двери, чтобы снаружи её было не открыть.
Первым делом иду в кабинет за документами, потом собираю вещи мальчишек и свои. Беру всего по минимуму. Получается небольшая спортивная сумка. На первое время этого нам с мальчиками точно хватит, а дальше что-нибудь придумаю.
Как я и думала, Игнат уже вовсю ломится в дверь, сыплет угрозами.
Козёл!
Да и сама хороша! Как могла не заметить, что у него есть другая? Или другие? Просто эта девица оказалась смелой и смогла заявить о себе.
Замираю около зеркала, смотрю на себя и не понимаю, почему Игнат изменял мне. Я в хорошей форме, несмотря на рождение двух мальчишек. Денис и Даня – погодки. После второй беременности думала, не восстановлюсь, но нет: правильное питание и ежедневные тренировки сделали своё дело. Моя фигура пришла в норму. Да и в целом я слежу за собой.
Собственное отражение тому подтверждение: из зеркала на меня смотрит молодая красивая девушка.
Тогда чего ему не хватало?
Внимания?
Тоже мимо.
С появлением сыновей я не растворилась в материнстве. Да, Даня и Денис – важнейшая часть моей жизни, но о муже я никогда не забывала.
Злюсь на себя.
Зачем пытаюсь в этом разобраться? Навесить на себя ответственность за поступки другого? Обойдётся. Пусть он и отвечает за свои действия.
Игнат заплатит мне за всё.
Терпеть и тем более прощать я не собираюсь.
Снова смотрю в своё отражение. Хочу убедиться, что во взгляде есть только злость и решительность. Других эмоций этот говнюк от меня не дождётся. Удовлетворённо киваю собственному отражению и распахиваю входную дверь, чтобы тут же встретиться взглядом с козлом.
Его глаза полыхают гневом и обещанием скорой расправы.
Мне становиться страшно, ведь за семь лет брака, я никогда не видела Игната таким.
Глава 2
– Ну что, тварь, довыпендривалась? – недобро скалится муж и делает шаг в квартиру. – Сейчас я тебя научу мужа уважать.
– Бывшего мужа, – злобно цежу сквозь зубы.
Игнат наступает на меня. Загоняет в угол. С каждым уверенным шагом на его лице расползается всё более мерзкая улыбка. В итоге я оказываюсь зажата в углу. Игнат нависает надо мной. Улыбается. Предвкушает победу? Слабак, способный воевать лишь с женщинами.
Мне казалось, что я любила мужа, но сейчас я испытываю к нему лишь презрение. Ничего светлого и доброго не чувствую. Как, оказывается, всё может резко поменяться в нашей жизни. Один проступок – и маски сброшены.
– Что, Ника, смелость вся пропала? Правильно. Ты у меня сейчас в ногах валяться будешь, вымаливая прощение.
– И не стрёмно, мужик, тебе женщину обижать? Тем более жену, – вдруг раздаётся незнакомый голос со стороны двери.
Мы с Игнатом одновременно поворачиваем головы и смотрим на мужчину в кашемировом пальто со следами борща на плечах.
Игнат отпускает меня. Разворачивается, но к незваному гостю подходить не спешит.
– Тебе чего? Свалил, пока я ментов не вызвал за проникновение на чужую территорию. А с женой я сам разберусь!
Мужчина игнорирует угрозу, сканирует меня своим взглядом.
– Вы в порядке?
В ответ лишь могу кивнуть. Честно говоря, липкий страх, что Игнат ударит меня, до сих пор ощущается на коже.
– Если вы готовы уйти – идёмте.
Мужчина приглашающим жестом указывает на дверь, и я принимаю приглашение. Спешу к выходу. Но муж ловит меня за руку.
– Никуда она не пойдёт!
Не успеваю понять, как незнакомец оказывается рядом. Заламывает Игнату руку, выкручивает и отпихивает от меня.
Смотрю на всё это ошарашенно. Глазюками хлоп-хлоп. Мужчина же как ни в чём не бывало руки отряхивает и доброжелательно улыбается мне:
– Ну что, идём?
Я буквально пулей вылетаю в подъезд. Незнакомец следует за мной.
– Спасибо, – говорю уже на улице. Взгляд цепляется за остатки вчерашнего борща на асфальте. Потом за мужские плечи, где также красуется мой фирменный суп, – и за пальто извините.
Поднимаю взгляд. Рассматриваю лицо мужчины. Открыто и нагло. Но почему-то кажется важным запомнить, как выглядит мой спаситель. Мужественно выглядит. С квадратным подбородком, орлиным носом, но при этом чувственными губами и красивыми синими глазами.
Незнакомец также рассматривает меня. Изучает. Отвечать не спешит, лишь губы плавно расплываются в снисходительной улыбке.
– Вас подвезти?
– Нет, спасибо! Мне тут рядом!
– Ну что ж, тогда до свидания.
Мужчина уходит к припаркованному рядом бентли. Через лобовое стекло замечаю светлый салон, и в голове проносится совершенно идиотская для этого момента мысль: "Это же ужасно непрактично! Мальчишки бы за один день всё перепачкали".
Тряхнув головой, прогоняю ненужные размышления. Нужно забрать детей, а потом сосредоточиться на дальнейших действиях.
До садика дохожу пешком. Здесь недалеко: пройти через пару дворов и парк. В последнем мы любим с мальчишками гулять после садика. Иногда я позволяю нам маленькую слабость и покупаю сладкую вату одну на троих.
Теперь придётся изменить эту приятную привычку.
Я даже не представляю, где мы будем жить и будут ли они ходить в свой садик.
Дети как раз гуляли на улице. Денис первым замечает меня и бежит навстречу.
– Мама! Мы пойдём в парк?
Обнимаю сына в ответ. Целую.
– Не сегодня, – улыбаюсь. Обнимаю и целую Даню, который подбежал к нам. – Поедем к бабушке с дедушкой?
– Да! – в голос отвечают сыновья.
Из-за вечерних пробок дорога занимает практически два часа. Мы приезжаем в спальный район из пятиэтажных хрущёвок. Пока я рассматриваю такой родной район, водитель паркуется около нужного дома.
– Оплата не проходит. С вас тысяча девятьсот.
– Как не проходит?
Суматошно лезу в сумку за телефоном. Как назло, в руки попадается всё что угодно, но не чёртов гаджет. Когда я, наконец, нахожу его, захожу в приложение банка и натыкаюсь на яркую надпись: “Счёт заблокирован”.
– Козёл! – шиплю сквозь зубы. – Не вы. Извините. Муж счёт заблокировал.
Мужчина понимающе усмехается, оборачивается и сальным взглядом пробегает по мне.
– Ты можешь расплатиться и по-другому, – подмигивает. – С тебя и натурой возьму.
– Эй! Тут вообще-то дети!
Правда, на языке крутятся совсем другие слова, но сыновья и инстинкт самосохранения останавливают меня. И не зря. Щелчок блокировки дверей не на шутку пугает.
– Разблокируйте двери, – стараюсь не выдавать испуга.
– Сначала заплати за проезд, и меня не волнует, каким образом ты это сделаешь.
Мужчина улыбается, демонстрирует свои гнилые зубы, а меня от отвращения передёргивает.
Два козла за один день – это слишком.
– Мам, мы скоро пойдём к дедушке?
Дети рвутся на волю, и я их прекрасно понимаю. Самой туда хочется.
– Сейчас позвоню дедушке, чтобы он спустился, встретил нас.
Главное, чтобы папа оказался дома. Иначе я не представляю, что делать. Хотя бы здесь мне везёт. Папа оказывается дома. Через несколько минут он спускается, расплачивается с таксистом и забирает нас.
Дети радостно прыгают вокруг дедушки, а я, словно маленькая девочка, крепче обнимаю папу. В благодарность. И в поисках какой-то защиты.
– Я от Игната ушла, – тихо признаюсь, – он изменял мне.
Папа ласково проводит по спине. От такого простого жеста становится немного легче.
– Пойдём. Расскажешь всё. У нас, правда, гости: бывшего однополчанина сегодня встретил. Пригласил к нам. Вот сидим, вспоминаем службу.
Мама встречает нас в коридоре. Обнимает внуков, командует мальчишкам, чтобы те мыли руки и шли на кухню. А потом с укоризной смотрит на сумку в папиной руке.
– Ника, что ты наделала?
– Ушла, – говорю уверенно. – Он мне изменяет.
– Правильно сделала, – папа ободряюще сжимает моё плечо.
– Дима! Что ты такое говоришь?! – переводит взгляд на меня. – А о мальчиках ты подумала? Ну, оступился Игнат. Бывает. Это не повод перечёркивать прошлое.
– Оступиться – это когда нога случайно мимо ступени проехала. А в койку прыгают
– Дима!
– Папа!
Одновременно с мамой ругаем его и оглядываемся на дверь в ванную, проверяя, что мальчишки ещё моют руки.
– Дима, иди к Володе, – мама подталкивает отца в сторону кухни, а меня она берёт под руку и ведёт в комнату. – Мне звонил Игнат. Никушка, доченька, он готов тебя простить, если ты извинишься за своё поведение.
– Чего?! За что я должна извиняться?
– Ты выкинула в окно его вещи. Ника, что за детский поступок?
Признаюсь, эмоции взяли верх. Но извиняться я не собираюсь. О чём и говорю маме.
– Ника, что ты собираешься делать с двумя детьми? На что, а главное, где жить будешь?
– Я работу найду, мам. Да и Игнат алименты платить будет. А пожить я думала у вас какое-то время.
Мама поджимает губы, отводит взгляд в сторону, но тут же возвращает обратно ко мне.
– Это неудачная идея, Никушка. Сегодня можете остаться, остынешь. Но завтра тебе лучше вернуться к мужу.
Испытываю острое разочарование от слов матери. Почему просто нельзя поддержать своего ребёнка?
– Ника, не злись. Доченька, ну, сама подумай, как мы в нашей маленькой двушке на сорок квадратов будем жить впятером?
– Мам, это же временно!
– Ничего не бывает более постоянным, чем временное. Нет, Ник. Ты девочка самостоятельная. Сама эту кашу заварила, сама и расхлёбывай. Завтра отведёшь сыновей в садик, а сама к Игнату вымаливать прощение. Где ты ещё такого найдёшь мужа? Красивый, с деньгами. Тебе ни в чём никогда не отказывал. Ну, погуливает на стороне, ничего страшного. Ради такого мужчины можно и закрыть глаза на измены.
Глава 3
– Мам, что ты такое говоришь? А если бы папа тебе изменял?
– Ника, я же о тебе забочусь! Не хочу, чтобы ты жила, как мы, – мама обводит рукой скромно обставленную комнату. – Зачем тебе ютиться в крошечной квартире, жить от зарплаты до зарплаты, считая всё, вплоть до последнего рубля! А в отпуск – на дачу к бабушке на Волге вместо Мальдив. Доченька, тебе повезло вытянуть счастливый билет: познакомиться и выйти замуж за Игната!
– Ты не ответила, мам. Папе ты бы простила измену? – смотрю ей в глаза, чтобы понять, если она решит юлить.
– Если бы мы жили так же, как ты живёшь с мальчиками, то да. Ради детей можно и забыть о гордости, Ника.
Разочарованно качаю головой.
Мы с мамой явно говорим на разных языках.
– Нет, мам. Я так не смогу. Себя перестану уважать.
– Никушка, не дури. Подумай о мальчиках. Какого будущего ты их лишаешь?
– Я сама их всем обеспечу, – уверенно заявляю.
Мама взмахивает руками.
– О чём ты, Ника? Ты же никогда нигде не работала, не считая твою подработку официанткой в студенческие годы.
Потому что на последнем курсе я забеременела Даней. Потом сразу Дениской.
Мальчики пошли в сад, и я хотела выйти на работу, но Игнат уговорил меня не торопиться. Предложил заниматься сыновьями и домом. Говорил, что я всегда успею построить карьеру. Только зачем она мне, если он всем может обеспечить меня, по его словам.
Я, конечно же, дома целыми днями не сидела. Следила за собой. Не только за внешностью, но ещё посещала различные курсы. Училась. Развивалась. Расширяла свой кругозор, чтобы Игнату не было стыдно за жену-домохозяйку.
Дура наивная!
Теперь ни мужа.
Ни карьеры.
Зато китайский знаю.
– Что-нибудь придумаю, – бросаю и выхожу из комнаты.
Оставаться у родителей даже на одну ночь желание пропадает.
Но нужно сначала найти, куда ехать. Есть несколько подруг. Может, кто-то из них согласится приютить меня с мальчишками?
Нужно в нашей группе клич кинуть.
С телефоном в руках, строча сообщение, захожу на кухню. Смотрю на своих мальчишек. Они с двух сторон облепили деда и рассказывают ему, как вчера сходили на футбол. Кроме них за столом сидит тучный мужчина и тоже внимательно слушает Даню с Дениской. Даже вопросы задаёт, ещё больше распыляя моих мальчишек.
– А это моя принцесса – Вероника. Никуш, это Владимир Иннокентьевич – мой армейский друг.
Выдавливаю из себя вежливую улыбку, хотя совсем не до неё. Понять бы, что делать дальше. Мама явно не даст у них остановиться. Не выгонит, но и спокойного житья мне не будет.
Сажусь напротив гостя, киваю.
– Приятно познакомиться.
– Никуша, перед твоим приездом Володя нам с мамой как раз рассказывал, что его сын ищет помощницу на работу.
Мужчина кивает в подтверждение.
– Да. Максу не везёт с ними. Девушки постоянно пытаются залезть в его койку, а мужчины долго не задерживаются: амбиции не позволяют.
– Я вот что подумал, Ник. Почему бы тебе не сходить на собеседование? – интересуется папа. Мама на его слова лишь морщится, как будто ей предложили лимон целиком съесть. – Тебе работа нужна, а ты у нас девочка организованная, с обязанностями помощника справишься. До первой зарплаты поживёшь у нас, а там, если не захочешь больше с нами жить, снимешь квартиру и переедете.
– Компания Макса предоставляет жильё иногородним, – вмешивается Владимир Иннокентьевич, – думаю, и здесь поможет.
Работа с жильём – звучит как идеальный вариант для меня.
– Было бы здорово! – на этот раз улыбаюсь вполне искренне. В мире сразу появляются краски, помимо чёрного и белого.
Как бонус в этот момент прилетает сообщение от Кати:
“Можешь пожить у меня. Я как раз улетаю в командировку на три месяца. Заодно присмотрите за квартирой”.
Кажется, не всё так плохо в этом мире!
Да, муж изменил. Наша семья разрушена, но жизнь продолжается и у меня всё обязательно получится!
На ближайшие месяцы у меня есть жильё и, возможно, работа. Прорвусь!
Пусть Игнат и мама думают что хотят, но я не собираюсь сдаваться.
Эх, жаль, что с детьми не разводят через госуслуги, а то так и развод оформила бы сегодня. Но я всё равно не собираюсь затягивать с этим вопросом. Завтра же подам документы в суд.
– Мы поедем. Владимир Иннокентьевич, вы позвоните, как поговорите с сыном?
– Куда?! – голос папы звучит не то возмущённо, не то строго.
Я по привычке, словно до сих пор школьница, втягиваю голову в плечи.
Даня с Денисом тоже притихают и удивлённо на дедушку глядят.
– У Кати поживём, – оправдываюсь и взглядом по кухне блуждаю в поисках поддержки.
– Сегодня останетесь у нас, – безапелляционно заявляет папа. – Мать завтра не работает, посидит с мальчиками, пока ты свои дела будешь решать.
– Мы не пойдём в садик? – Денис даже не пытается скрыть надежду в голосе.
Как бы мне ни хотелось уехать прямо сейчас, но понимаю, что папа прав. Везти детей в садик на другой конец города глупо. Да и сейчас мотаться по городу на ночь глядя – не лучший вариант. Поэтому не остаётся ничего другого, кроме как согласиться.
– Завтра вы побудете с бабушкой.
– Ура-а-а!
Когда гость уходит, я помогаю маме убраться на кухне. Потом укладываю мальчишек спать. И всё это время не выпускаю телефон из рук. Жду обещанного звонка от Владимира Иннокентьевича, так, будто от этого зависит моя жизнь.
Хотя почему как будто?
От этого на самом деле зависит моя жизнь. Мне нельзя медлить с поиском работы ни на день! Потому что если Игнат решит претворить свою угрозу в жизнь, то суд встанет на его сторону. У него есть работа и дом, в то время как у меня ничего нет!
Чувствую, будет сложно.
Правда, в этот момент я ещё не представляю весь масштаб катастрофы, который для меня устроит Игнат. Иначе я бы сделала всё иначе. И от родителей уехала в тот же вечер, как планировала изначально.
Глава 4
Утром суматошно, под неодобрительный взгляд мамы и радостную болтовню мальчишек, собираюсь на собеседование.
– Ника, а другой блузки у тебя нет? Ты на работу идёшь или мужика клеить?
– Мам!
– Что “мам”? Она явно тебе мала! Сейчас свою дам.
За последние семь лет, которые я жила с Игнатом, успела забыть, какой иногда бывает моя мама.
– Мам, не надо, – пытаюсь говорить миролюбиво, – блузка по размеру, просто у неё такой фасон. Другой у меня нет, так как я особо не брала своих вещей.
Удивительно, что вообще закинула в сумку блузку и юбку. Видимо, на подсознательном уровне понимала, что нужно что-то помимо любимых джинсов и свитеров.
– Ты замужняя женщина, а одеваешься как… – договорить не даю, так как у нашего разговора вырастают две лишние пары ушек.
– Мам, – киваю в сторону входа в комнату.
Та машет на меня рукой и уходит на кухню.
– Мам, ты такая красивая у нас! – подлетают ко мне сыновья.
– Да-да, самая красивая! А ты куда?
– Возьмёшь нас с собой?
Сгребаю мальчишек в объятия. Они сопротивляются, уворачиваются, но в итоге сдаются и дают поцеловать себя в щёчки.
– Вы побудете с бабушкой, а мне надо съездить по делам. А когда приеду, мы с вами обязательно погуляем. Согласны?
Денис хитро щурится.
– И сладкую вату поедим?
– Обязательно!
Треплю мальчишек по волосам, прощаюсь с мамой и еду на своё первое, по сути, собеседование.
Мандраж ужасный! Всю дорогу про себя мысленно проговариваю свою презентацию:
“Здравствуйте, я Вероника Дмитриевна. По образованию искусствовед. Проходила курсы…”
И тут пытаюсь вспомнить всё, чему училась в последние три с половиной года. Китайский, английский, пыталась учить испанский, но “не пошёл”. Этикет, ораторское искусство, а ещё кулинарные курсы.
Ага.
Последнее особенно важно.
Вот же…
С каким-то отчаянием прячу лицо в ладонях.
Надеюсь, мне повезёт и я смогу доказать, что справлюсь с работой, несмотря на отсутствие опыта.
Что обычно ещё говорят:
– Трудолюбивая, быстро обучаемая,стрессоустойчивая.
С последним даже не солгу.
Когда ты мать двух активных мальчишек, тем более погодок, то “стрессоустойчивый” – не то определение. Слишком мягкое, не раскрывает весь спектр выносливости моих нервных клеток. Когда один учится ползать, а другой в этот момент пытается забраться на шкаф… Кажется, это был самый сложный в моей жизни период.
За воспоминаниями доезжаю до нужной станции метро. Поднимаюсь из подземки и сразу впиваюсь взглядом в роскошный бизнес-центр.
Ух ты!
Офис у Игната тоже в красивом бизнес-центре, но до такого уровня явно не дотягивает. Муж и так вечно жаловался на высокую аренду. Страшно представить, сколько здесь могут стоить помещения. Бывший точно бы удавился.
Мама напрасно считает, что с Игнатом мы жили в шоколаде. Брендовые шмотки он покупал мне лишь из-за своего статуса. Не может жена Каримова одеваться в масс-маркете. Даня и Денис ходят на футбол только потому, что в этой же футбольной школе занимается сын партнёра Игната. Даже поездки на Мальдивы – всего лишь очередной способ показать свою статусность.
Игнат считал всё до копейки. Он решал, в какой спортклуб мне ходить и какие именно тренировки следует посещать. Так же и с процедурами в салоне красоты. А все мои курсы, смешно признаться, я каждый презентовала как бизнес-проект. Рассказывала, какие выгоды получит Игнат, если я отучусь.
Сейчас понимаю, давно нужно было от него уходить. А я наивно закрывала на всё глаза. Как моя мама считала, что думать нужно о детях. Искать компромисс ради семьи. Только замалчивание проблемы – это не компромисс. Это всего лишь комфорт для одного и пресмыкание для второго. Сейчас я это прекрасно осознаю.
Разведусь, и больше никаких мужчин в моей жизни не будет.
Попробовала – не понравилось. Повторять не собираюсь.
Подпитываясь от злости, уверенность во мне растёт как на дрожжах.
В бизнес-центр захожу с гордо поднятой головой. Работа будет моей!
На ресепшене меня встречают две девушки с типичной внешностью, навязанной интернетом. Я бы их даже не различила, если бы не цвета волос. Как в стишке: “Один – белый, другой – серый, два весёлых гуся”. Только здесь “одна – белая, другая – чёрная, две гламурных утки”.