- -
- 100%
- +
– Подожди, Элла, сейчас пойдем.
– Уэйд, да прекрати ты его крутить! – раздраженно сказала Скарлетт сыну, увлеченно крутящему колесо своего велосипеда.
– Ты слышишь, о чем я тебя спрашиваю? Дядя Ретт приехал в этот вторник?
– Да!
– А когда же он уехал?
Уэйд, наконец, оторвался от велосипеда и внимательно посмотрел на Скарлетт.
– Он уехал в этот же день, мама. И он меня обманул.
– Обманул?
– Да. Он сказал, что приехал на очень, очень долго, а сам собрался и после обеда уехал, даже не дождавшись Фердинанда.
Какая жалость – подумала Скарлетт и окончательно расстроилась. Сколько же она его не видела? Да с тех самых пор, как вернулась из Нью-Йорка! Пять месяцев! С тех пор прошло целых пять месяцев, и она очень соскучилась по нему за это время! Ах, хоть бы увидеть его одним глазком!
– Мама, пошли – Элла снова дернула ее за рукав, напомнив о себе.
– Пошли, дорогая – сказала Скарлетт и понуро поплелась вслед за девочкой.
Немного отдохнув с дороги и пообедав, Скарлетт отправилась на фабрику, чтобы узнать, как обстоят дела, ибо сидеть дома и дожидаться Фердинанда у нее не хватило терпения.
Подъезжая знакомой дорогой к своему красному кирпичному предприятию, Скарлетт, поглядывая на него еще издалека, ощутила радостное возбуждение и поняла, как она соскучилась по фабричным делам. На ее счастье Фердинанд оказался в это время на месте, и она, пройдя в первый цех, застала его стоящим возле небольшого бюро вместе с Гербертом. Мужчины рассматривали какую-то бумагу и стараясь перекричать шум работающих станков о чем-то переговаривались. Заметив Скарлетт оба джентльмена, радостно заулыбались.
– Добрый день, миссис Батлер – воскликнул Фердинанд – как хорошо, что Вы приехали, хоть я, признаться, и не ожидал Вас к этому времени.
– Добрый день! – Ну, как Вы тут справлялись без меня?
– Вполне успешно. – доложил Герберт, довольно улыбнувшись. – Оборудование работало без перебоев, в поставке хлопка недостатка тоже не было, работники, слава богу, все здоровы! – И Герберт в знак того, что ему больше нечего сказать, развел руками.
– Ну, что ж, я очень рада! А Вы, Фердинанд, что скажите?
Мои сообщения менее утешительны, миссис Батлер, хотя, в целом, все в порядке.
Скарлетт обеспокоенно взглянула на гувернера.
– А ну ка, Фердинанд, выкладывайте, что случилось?
– Произошла небольшая задержка с реализацией продукции – миссис Батлер, а причиной тому явилась внезапная смерть одного из самых крупных наших заказчиков – мистера Пинчера.
– Что? Мистер Пинчер умер?
– Да.
– Когда?
– Я точно не помню, но сразу, после Вашего отъезда, не то навторой, не то на третий день.
– Что с ним случилось, ведь он был совсем еще не стар?
– Похоже, сердечный удар.
– Какая жалость! Ну и что же теперь? – Тут же переключилась Скарлетт с обсуждения смерти мистера Пинчера на свои проблемы, которые волновали ее куда больше.
– Дело в том, что жена мистера Пинчер после смерти мужа сразу же решила вступить в свои права и распорядилась, чтобы ни один из управляющих магазинами не предпринимал никаких действий без ее ведома. Она запретила им подписывать какие-либо бумаги и ничего не принимать в магазины без ее указаний. А так как контракт на поставку нашей продукции завизирован бывшим хозяином, то клерки, следуя распоряжению своей новой патронши, продукцию нашу в магазины не принимают.
– Но разве они не могут объяснить ей всю нелепость такой ситуации и не заставить немедленно переписать контракт?
– В том-то и дело, миссис Батлер, что дама эта весьма странная особа. Она еще не удосужилась как следует взяться за дела, и, кроме этого, глупого распоряжения, данного клеркам, ни во что не вникала.
– Она, что, совсем ненормальная?! – Скарлетт прямо-таки вскипела от возмущения. – Господи ты, боже мой! Как она не может понять, что своими собственными руками останавливает весь процесс товарооборота в своих магазинах! Ну, а что же Вы, Фердинанд, почему не нанесли ей визита и не попытались объяснить сути дела? Ведь должна же она понимать, что наш обоюдный контракт обязывает обе стороны выполнять все условия заключенной сделки и если ей безразличны ее дела, то мне мои нет!
– Ха! Не нанес визита! Да я пытаюсь это сделать уже несколько дней подряд!
– Ну и что же?
– А то, что она никого не принимает до сих пор, прикрываясь своим горем! Я даже пытался перехватить ее где-нибудь на улице, как бы случайно, но пока мне это не удалось. Не могу же я день и ночь ее караулить, когда у меня и других дел по горло! Мне, правда, удалось узнать через одного черномазого паренька у слуг миссис Пинчер, что их хозяйка теперь каждую субботу посещает баню, по рекомендации своего врача. Баня, якобы, снимает с нее душевный стрес от перенесенного горя и укрепляет здоровье.
– В баню? – Скарлетт изумленно взглянула на Фердинанда.
– Да! И не смотрите на меня как на ненормального, миссис Батлер, это не я рекомендовал ей посещать баню.
Не обращая внимания на замечание Фердинанда, Скарлетт продолжала смотреть на него не отрываясь, что-то обдумывая про себя.
– Сегодня у нас пятница – сказала она – значит, миссис Пинчер отправится в баню завтра. А в котором часу она туда собирается, Вам не удалось узнать?
– Конечно удалось! Мальчишка сказал, что она приезжает туда ровно к полудню.
– Ну, что ж, хорошо, завтра в это время и я там окажусь! – Решитльно сказала Скарлетт и стукнула кулачком по столу в знак утверждения.
– Какая прекрасная мысль, миссис Батлер – обрадовался Фердинанд – я очень рад, что хлопоты по части этой ненормальной дамы Вы теперь возьмете на себя.
– А я надеюсь, что Вы больше не поведаете мне ни о чем плохом, Фердинанд, правда?
– Совершенная правда, миссис Батлер! – Фердинанд начал подробно рассказывать Скарлетт о
делах, касающихся фабрики, обоих ее магазинов и салуна.
– Ах, да, миссис Батлер, из Тары от Питера пришло письмо, и я решил его вскрыть по Вашей рекомендации.
– И что же, там все в порядке?
– Все в полном порядке, только имеется одна новость.
– Новость? – Скарлетт насторожилась.
– Надеюсь приятная?
– Приятная для Питера, об этом я могу сказать определенно, что же касается Вас… Фердинанд загадочно развел руками.
– Ах, как Вы любите говорить загадками, Фердинанд, хоть и знаете, что я этого терпеть не могу! – занервничала Скарлетт. – Выкладывайте в чем дело?
– Питер пишет, что сделал предложение Хетти Тарлтон и в воскресенье на следующей неделе они объявят о своей помолвке.
– Что? Сделал предложение Хетти? Боже мой! – сокрушенно воскликнула Скарлетт.
– Ну почему, почему, как только у меня что-то наладится, всегда возникают новые проблемы!
– Таков закон жизни, миссис Батлер – вмешался в разговор Герберт, который слыл очень набожным человеком – Бог, по большому счету, никому не дает передышки.
– А в чем, собственно, проблема? – удивился Фердинанд – пусть себе женится.
– Пусть себе женится! – возмущенно передразнила его Скарлетт. – Неужели Вы дкумаете, что Хетти, имея собственное имение в Графстве, выйдет замуж за Питера и будет жить с ним в Таре в качестве жены управляющего!
– А почему бы нет! Я думаю, что в этой ситуации все будет зависеть от Питера.
– Черта с два! – выкрикнула Скарлетт, все больше распаляясь. – Ничего от него не будет зависеть! Тарлтоны заграбастают его со всеми потрохами в свои «Прекрасные Холмы»!
– Так пусть живет в «Прекрасных Холмах», а по утрам отправляется в Тару, зарабатывать себе на жизнь. – Не унимался Фердинанд.
– Да как же Вы не понимаете, Фердинанд, что Тарлтонам самим нужен такой человек как Питер! – Ну что, спрашивается, может сделать по хозяйству их однорукий зять или престарелый мистер Тарлтон?
– Даже если это и так, миссис Батлер, не стоит расстраиваться – посоветовал ей Герберт. – Ведь в воскресенье состоится не свадьба, а только помолвка, и Питеру еще придется прожить в Таре не меньше полугода. А за это время Вы успеете что-то придумать. У Вас есть главное – резерв времени!
– Ох, Герберт, мне уже до чертиков надоело что-то придумывать и решать, решать и придумывать!
После фабрики Скарлетт отправилась в свои магазины, где задержалась почти до наступления сумерек, а возвращаясь домой, повстречалась с миссис Мериуэззер. Старая дама как раз отъезжала от дома Скарлетт, немало ее, тем самым, удивив. Поравнявшись с каретой Скарлетт, она велела своему кучеру остановиться.
– Добрый вечер, Скарлетт! – поприветствовала ее грузная матрона, высунувшись из кареты.
– Добрый вечер, миссис Мериуэззер!
– Я приезжала к тебе с поручением.
– С поручением?
– Да, от Фила Полтнера. Он попросил меня переговорить с тобой об одном деле.
– Так пойдемте в дом, миссис Мериуэззер – предложила ей Скарлетт.
– Нет уж, Скарлетт, мне стоит немалого труда выбраться из кареты и снова в нее забраться. Будь так любезна, удели мне несколько минут прямо здесь.
Скарлетт вышла из своей кареты и приказала Полу отправляться домой и передать Фердинанду, чтобы он распорядился насчет ужина, а сама забралась в карету к Миссис Мериуэззер.
– Ты знаешь, Скарлетт, какие дела связывают меня с Филом Полтнером? – без обиняков сапосила старая дама.
– Да, Ваш новый магазин, миссис Мериуэззер.
– Дело в том, что я еще никак не могу за него расплатиться.
Лишь только старая дама заговорила о деньгах, Скарлетт насторожилась, подумав – уж не собирается ли она попросить у меня в долг! И тут же стала размышлять о том, как в этом случае ей отвертеться от просьбы миссис Мериуэззер. Отговориться тем, что она сама должна Ретту за фабрику, Скарлетт не могла, а вот сослаться на его отсутствие было бы вполне логично. По городу, конечно же, прошел слушок о том, что фабрику ей купил Ретт. Ведь дядя Генри был в курсе всего и знал, как долго она дожидалась возвращения Ретта, чтобы купить эту фабрику. И старый юрист наверняка поведал об этом в салуне «за рюмочкой» своим друзьям, и прежде всего дедушке Мериуэззеру. Значит она, Скарлетт, вполне может сослаться на отсутствие Ретта и как на источник отсутствия денежных средств.
– И вот по этой самой причине я не могу отказать Филу Полтнеру в его просьбе – продлжала свое повествование миссис Мериуэззер.
– А что это за просьба?
– Он хочет срочно продать дом и просит нас с тобой найти покупателя, ссылаясь на то, что ему во всей Атланте больше не к кому обратиться.
Скарлетт с облегчением вздохнула.
– Ну, что ж, надо ему помочь.
– Вот за этим я к тебе и приехала. Видишь ли, Скарлетт, дело в том, что я уже попыталась это сделать, но никого не нашла. Ты же знаешь, что в нашем кругу на покупку такого дома ни у кого не найдется денег. Одним словом, мне это не по силам, и я решила обратиться к тебе по просьбе Фила. Он написал, чтобы я в случае особых затруднений попросила об этом тебя.
– Ну, что, ж, я попробую. Может такой покупатель и найдется среди моих фабричных клиентов. Думаю, что у них должно хватить средств на такой дом.
– Попробуй, Скарлетт, попробуй. Может у тебя и впрямь что-то получится, ведь эта просьба не дает мне никакого покоя.
Конечно, не дает! Ведь ты должна ему кучу денег – подумала Скарлетт.
– Хорошо, миссис Мериуэззер, я займусь этим завтра же.
– Спасибо, Скарлетт.
После этого дамы распрощались и Скарлетт направыилась в дом.
– Ах, да, Скарлетт – крикнула ей вдогонку миссис Мериуэззер – я забыла тебе сказать, что Фил передал мне письмо для тебя через своего посыльного.
– И где же оно?
Я только что отдала его твоей служанке, как, бишь, ее? – Эмили!
– Спасибо, миссис Мериуэззер!
… Скарлетт вскрыла увесистый конверт, в котором находилось два письма – совсем небольшой листок, исписанный с двух сторон – от Фила Полтнера и отдельно запечатанные в белый конверт три листа – от Джулии. Скарлетт быстро пробежала глазами письмо Фила, в котором он сообщал, что у него все в порядке, и что теперь он не собирается возвращаться в Атланту, а посему просит Скарлетт в случае необходимости помочь миссис Мериуэззер найти покупателя на его дом. Далее Фил желал Скарлетт удачи в ее фабричном бизнесе и передавал привет от своих родителей, а также от Кевина Грейни и от Лесли Кроуфорда.
Письмо Джулии было намного содержательнее и искренне обрадовало Скарлетт. Ведь она за время пребывания в Нью-Йорке очень привязалась к молодой девушке. Джулия писала, что неделю назад снова приехала в Нью-Йорк совсем ненадолго только для того, чтобы поздравить свою бабушку с днем рождени. И в тот момент, когда Фил писал письмо Скарлетт, Джулия как раз находилась у Полтнеров, потому и решила передать ей свою весточку.
Джулия писала, что у нее все нормально, хоть близкие и переживают из-за того, что она так и не сумела обзавестись избранником на прошлом бальном сезоне. Сообщила она и о том, что Николас с Клаудией поженились, и что родители купили им прекрасный дом в Филадельфии.
– Через месяц мама с папой отправляют меня в путешествие по Европе вместе с моим кузеном Эдгаром, о котором я вам рассказывала, из чего, надеюсь, мы сможем вынести много интересного. А Вы знаете, миссис Скарлетт – писала далее Джулия – мистер Кутерьме прислал мне очень интересное письмо! В нем он рассказал о своем театре и о новом репертуаре, который они готовят, чтобы этой осенью совершить гастроли по Франции. Он приглашал меня в гости, и я думаю его повидать, как только мы с Эдгаром окажемся в Париже.
Я также встретила сегодня у Полтнеров мистера Грейни, который просил Фила передать Вам привет и от ного. И Вы знаете, миссис Скарлетт, мне кажется, что он в Вас влюблен! Я поняла это еще на банкете. А сегодня мои догадки полностью подтвердились, стоило только заглянуть в его глаза, когда он вспоминал о Вас. Кстати, недавно у него родилась дочка, теперь уже вторая, и на этот раз он был у Полтнеров вместе со своей женой.
Далее Джулия писала о каких-то модных романах, которые она успела перечитать за это время, и о новой филадельфийской выставке картин, передав Скарлетт весь восторг от увиденного в красочных, патетических выражениях. В конце письма девушка передавала Скарлетт огромный привет от своих стариков и писала, что теперь везде возит с собой статуэтку, подаренную Скарлетт, которую хранит как талисман.
Скарлетт отложила письмо Джулии на журнальный столик и взглянула на каминную полку. Статуэтка болонки, которую подарила ей Джулия, стояла на прежнем месте, и Скарлетт улыбнулась, глядя на ее забавную мордашку.
Ах, Джу – подумала она в порыве нежной привязанности – дай Бог тебе счастья и спасибо за то, что ты доставила мне несколько приятных минут своим письмом.
На следующий день Скарлетт условилась встретьться с Фердинандом на фабрике после полудня, чтобы сообщить ему о результатах своей встречи с миссис Пинчер. А сама, собрав все необходимые банные принадлежности, отправилась в город, решив заехать по пути на лесопилку к Эшли Уилксу. Эмили доложила ей по приезде, что Эшли заезжал, пока она находилась в Новом Орлеане, да и вообще Скарлетт давно его не видела.
Частные бани Стюарта Смитта, которые собиралась посетить миссис Пинчер, находились на Персиковой улице, а оттуда было рукой подать до лесопилки Эшли, и Скарлетт, не откладывая свидание с ним в долгий ящик, решила заглянуть туда перед баней.
Подъехав к лесопилке, Скарлетт осведомилась у невысокого коренастого негра, который
руководил загрузкой подводы, где сейчас находится Эшли и тот сказал ей, что он в конторе. Она прошлась знакомой тропинкой к невысокой дощатой конторке, и приоткрыв дверь, окликнула Эшли.
– О, Скарлетт! – Эшли вышел ей навстречу и протянул руку. – Какая неожиданность, увидеть Вас здесь сразу после приезда. Ведь я навещал Вас лишь три дня назад.
– Да, я приехала только вчера, и Эмили доложила мне о Вашем визите.
Эшли поцеловал ей руку.
– Проходите, Скарлетт, садитесь. – Он придвинул ей плетеный стул, а сам сел на старый табурет.
– Вы прекрасно выглядите, Скарлетт, и по Вашему довольному лицу можно определить, что поездка в Новый Орлеан оказалась очень приятной.
– Больше, чем следовало бы ожидать! – сказала Скарлетт, кокетливо улыбнувшись.
– Надо пологать, что Марди-Грас очаровал Вас.
– Безусловно!
– Когда Фердинанд сказал мне о том, что Вы уехали на карнавал, я, признаться, очень удивился.
– Почему?
– Ну, во – первых, потому что в последнее время Вы были слишком заняты своими делами и
всегда сетовали на нехватку времени, а во-вторых, одной отправиться на подобное мероприятие! На мой взгляд это было бы совсем…
– Но я не была одна – перебила его Скарлетт, и тут же пожалела об этом, решив, что Эшли совсем ни к чему рассказывать про Эдвардв Гирда.
– Правда?
– Да, меня пригласили на Марди-Грас.
– Ах, вот как! А я и не знал, что у Вас есть знакомые в Новом Орлеане.
– Они появились у меня совсем недавно. Это одно милое семейство – молодая девушка, ее муж и отец – я познакомилась с ними в поезде, когда в последний раз возвращалась из Чарльстона – сказала Скарлетт, вроде бы и не солгав.
– Да Скарлетт, Вам можно позавидовать, все газеты писали, что в этом сезоне Марди-Грас был одним из лучших, даже если его сравнивать с довоенными карнавалами, которые всегда бывали великолепны. Расскажите, как все происходило.
– Скарлетт начала рассказывать Эшли о Марди-Грас и так увлеклась, что забыла про время. Но, взглянув на часы, тут же заторопилась.
– Ах, Эшли – извинилась она – о карнавале можно рассказывать бесконечно, но мне придется прервать свой рассказ, потому что я очень спешу.
– Опять дела?
– А как Вы думали! За время моего отсутствия у меня их накопилась целая уйма.
– Ну, что, ж не смею Вас больше задерживать, хоть, надо признаться, что искренне сожалею о нашем столь коротком общении.
Скарлетт подала ему руку и повернулась, чтобы уйти.
– Ах, да, Эшли, я же заехала к Вам вовсе не для того, чтобы рассказать о Марди-Грас, а спросить, зачем Вы ко мне приезжали? Надеюсь, у Вас все в порядке?
– У меня все в порядке, Скарлетт, а заезжал я к Вам просто чтобы увидеться. – Затаенная надежда на нечто интимное мелькнула в его глазах после этих слов. – Так показалось Скарлетт. – А может, и не надежда вовсе, с чего ей взяться без всякого повода? – Тут же отмела она возникшую догадку. – А что ж тогда?
Привычка разобраться в происходящем мелькнула в голове на короткий миг, но она махнула на это рукой, не имея ни времени, ни желания на это.
… Она специально подъехала к бане в половине двенадцатого, чтобы опередить миссис Пинчер и оказаться там раньше нее, как бы случайно.
Скарлетт подошла к двухстворчатой двери незатейливого заведения Смитта и позвонила в колокольчик. Дверь ей открыла опрятная седая негритянка в белом накрахмаленном переднике и поинтересовалась чего она хочет.
– Я желаю помыться и получить от этого как можно больше удовольствия. – Сказала Скарлетт.
Негритянка улыбнулась ей и пригласила войти внутрь.
Скарлетт вошла в небольшое предбанное помещение, обставленное простенькой плетеной мебелью и аккуратно убранное. Негритянка попросила ее присесть на стул, после чего подала ей большую книгу, в которую нужно было записать свое имя и фамилию. После этого Скарлетт подошла к бюро, за которым стоял клерк и заплатила ему полтора доллара за сеанс. Затем к ней снова подошла негритянка и попросила снять верхнюю накидку и шляпу, после чего подала в руки Скарлетт чек на ценные вещи. После всех этих процедур, Иоланта – так представилась ей негритянка, привела Скарлетт в маленькую комнату на двери которой было написано «Женское отделение». В этой комнатке, именуемой раздевалкой, вдоль стен стояло множество шкафчиков с номерами, а напротив каждого из них располагались небольшие скамеечки. Иоланта показала Скарлетт в который из этих шкафчиков ей следует повесить одежду и удалилась, сказав клиентке, что в следующей комнате ее будет ожидать парильщица.
Скарлетт начала неспеша раздеваться, специально растягивая время, чтобы дождаться миссис Пинчер. Потом она подошла к большому зеркалу в позолоченной оправе и тщательно расчесав волосы, скрутила их в тугой пучок и закалола шпильками. Постояв еще немного в раздевалке, Скарлетт подошла к массивной бревенчатой двери и потянула ее на себя за круглую ручку-кольцо. Дверь открылась, и ее тут же обдало жаром, которым была наполнена парильная комната. Переступив через порог, она взглянула на большой термометр, который как раз располагался на противоположной стене и сразу обращал на себя внимание вошедшего. Температура была чуть больше сорока градусов по Реомюру, но Скарлетт показалось, что тут до того жарко, что едва можно дышать. В этот момент к ней подошла высокая молодая мулатка и подала маленькую вязаную шапочку, которую Скарлетт послушно натянула на голову. Затем парильщица пригласила ее пройти к одному из плетеных кресел-диванов, который тут же застелила свежей накрахмаленной простыней.
Скарлетт легла на живот и свесила голову с дивана, чтобы было легче дышать, решив продержаться в этой жаре до появления миссис Пинчер. Диван, на котором она расположилась, стоял совсем недалеко от входа и оттуда ей как раз была видна дверь.
Да, если эта ненормальная дама, как изволил охарактеризовать ее Фердинанд, задержится на этот раз по какой-либо причине, мне не миновать теплового удара. – Рассуждала она, глотая горячий воздух.
В парилке находились еще две женщины, которые расположились на соседних диванах и поразив Скарлетт, преспокойно болтали о чем-то, совершенно не обремененные такой жарой. Одна из них, миловидная брюнетка, лет тридцати пяти сидела, опустив ноги в тазик с водой, а вторая, шатенка неопределенного возраста, худощавая, с плоской, некрасивой фигурой, полулежала на диване оперевшись на локоть.
Сразу видно, что они тут завсегдатаи – подумала Скарлетт – ведут себя так, словно сидят не в парилке, а у себя в столовой за чашкой кофе.
Дамы, время от времени, тоже с любопытством поглядывали на незнакомку, которую они видели здесь впервые, и одна из них, встретившись взглядом со Скарлетт, улыбнулась ей и слегка кивнула.
Интересно, кто они такие? – думала Скарлетт. – Наверняка, янки, и причем из недавно прибывших.
Она не стала отвечать на поклон плоскогрудой дамы, сделав вид, что не заметила ее знака расположения и вовсе не потому, что была невежлива. Ей просто не хотелось сближаться с этими двумя дамами, чтобы иметь возможность поговорить наедине с миссис Пинчер. Однако та задерживалась, и Скарлетт продолжала потеть, лежа на своем плетеном диване.
Черт бы побрал этого Фердинанда с его вычислениями – нервничала она – а вдруг миссис Пинчер совсем передумает ехать в баню?
Однако через минуту терпение Скарлетт было вознаграждено. Массивная деревянная дверь, за которой она тщательно следила, наконец, открылась и толстушка с круглыми розовыми щеками, по имени Стефани Пинчер очутилась в парилке. Скарлетт виделась с женой мистера Пинчера только однажды, когда та заезжала вместе со своим мужем на ее фабрику и самолично выбирала ткани для своих нужд.
– Я нарочно приехала к Вам на фабрику сама – заявила она тогда Скарлетт – потому, что муж не в состоянии удовлетворить мой вкус и все ткани, которые я просила его привезти, приходилось отправлять назад в магазин.
Скарлетт тогда водила супругу своего главного клиента по цехам, показывая ей ткани, две из которых особенно приглянулись капризной толстушке, и она купила их тут же, на фабрике.
– Миссис Пинчер! – Скарлетт моментально поднялась с дивана – какая неожиданная встреча!
– Здравствуйте, миссис Батлер – и у Стефани Пинчер на лице застыла удивленная маска. – Я, признаться, никак не ожидала увидеть Вас здесь.
– Да я и сама не ожидала увидеть себя в таком месте до недавнего времени. Дело в том, что я только что вернулась из Нового Орлеана от своих друзей, а они за это время приучили меня ходить в баню. И Вы знаете, мне это так прищлось по сердцу, что я решила продлить это удовольствие здесь, в Атланте.
– А мне рекомендовал баню мой врач, сразу же после смерти мужа.
– Стефани, разрешите я буду Вас так называть – сказала Скарлетт и положила руку на плечо миссис Пинчер. – Примите мои соболезнования, я узнала об этом только вчера.
В это время к ним подошла мулатка – парильщица с белоснежной простыней в руках и молча остановилась рядом, не встревая в разговор.
– Наоми, постели мне рядом с миссис Батлер – распорядилась Стефани Пинчер и указала мулатке на диван, стоящий рядом с диваном Скарлетт.
– Пойдемте, Скарлетт, присядем – и она утерла рукой выступившие слезы.
По пути Стефани Пинчер поздоровалась с дамами, с которыми она, по всей видимости, была знакома, а потом усевшись на диван начала рассказывать Скарлетт о смерти своего мужа во всех подробностях. И Скарлетт, которая уже вся покраснела от жары, была вынуждена ее терпеливо слушать. Вскоре их соседки поднялись со своих мест и вышли в другую комнату. Скарлетт, глядя на удаляющихся дам, искренне позавидовала им, а потом начала успокаивать свою собеседницу, советуя ей быть мужественной и как можно скорее переключиться на дела, чтобы отвлечься от горя.