- -
- 100%
- +
– А Вы знаете, Стефани, ведь я хотела заглянуть к Вам на днях, чтобы как раз поговорить о делах. – Сказала она, как только подвернулся момент перевести стрелки на заветную тему разговора.
– Поговорить о делах?
– Да! Видите ли, все мои склады забиты сейчас продукцией, которая давно уже должна была продаваться в Ваших магазинах, но приказчики после смерти мистера Пинчера, отказываются ее принимать, мативируя Вашим приказом. Вот я и подумала, что надо бы к Вам заглянуть и все выяснить, ибо я уверена в том, что Вы никак не могли отдать им такой абсурдный приказ и они наверняка, что-то перепутали. – И Скарлетт, для убедительности, возмущенно покачала головой.
– Ну как человек, заинтересованный в хорошей торговле своих предприятий, мог отдать такой приказ? – Подумала я. А эти клерки, они бывают до того порой бестолковы, что переворачивают все с ног на голову.
Скарлетт прилегла на диван и опустила голову вниз.
– Фу, как жарко! Они, что, повысили температуру? – Сказала она, стараясь не смотреть на миссис Пинчер, у которой после ее слов смешно вытянулось лицо и приняло удивленное виноватое выражение.
Господи – сказала себе Скарлетт, если я еще раз взгляну на нее, то наверняка не выдержу и рассмеюсь. А может, она и сама не понимает, что наделала? Ведь если читать по ее лицу, то смысл всего происхлдящего начинает до нее доходить только сейчас. Ну что ж, посмотрим, как эта дамочка сама мне все и объяснит. А я, что ж, я сделала все возможное, чтобы оправдать ее глупейший поступок перед ней же самой!
– Конечно, я не отдавала им такого приказа! – сказала дородная дама после некоторой паузы, прямиком угодив в сети, расставленные Скарлетт. – Я просто сказала, чтобы они пока ничего не предпринимали без моего ведома, а они и в самом деле все не так поняли.
– Я так и подумала! Вы знаете, Стефани, эти служащие – сущее наказание. За ними нужен догляд как за детьми. Мой Вам совет, дорогая, теперь, когда Вы будете заниматься делами вместо Вашего покойного супруга, не спускайте с них глаз и тщательно проверяйте выполнение всех Ваших приказов.
– Пожалуй! – миссис Пинчер растерянно развела руками.
– Так я смогу завтра послать свою продукцию в Ваши магазины?
– Конечно, я сегодня же дам указание всем своим приказчикам.
– Стефани, а не следует ли нам перейти в ту комнату – Скарлетт показала в направлении двери, за которой недавно скрылись дамы – мне кажется, что я уже перегрелась.
– Да, я тоже думаю, что нам пора отсюда уходить.
Они перебрались в маленькую уютную комнатку, в которой стояли три деревянные кушетки, покрытые простынями и круглый столик на толстой грифоновой лапе, заставленный всевозможными баночками с кремами и мазями.
Наоми, сидящая в плетеном кресле, тут же поднялась им навстречу и окликнула другую девушку-массажистку, которая находилась в соседнем купальном отделении. Вторая девушка оказалась белой и звали ее Марта. Она вышла из-за ширмы и направилась к Скарлетт.
– Нет, Наоми – сказала ей Стефани Пинчер – я хочу, чтобы ты сегодня занялась миссис Батлер, а меня пусть возьмет Марта.
– Вы знаете, Скарлетт, Наоми очень искусная массажистка, и на этот раз я уступаю ее Вам. – И толстушка, наклонившись к ней шепнула, что она немного приплачивает мулатке и та, по истине, творит чудеса.
Поди решила реабилитироваться за свой промах – подумала Скарлетт, и благодарно улыбнулась миссис Пинчер, укладываясь на кушетку.
Наоми старательно натерла Скарлетт какой-то приятной мазью, по запаху напоминающей жасмин, а потом принялась силой своих дюжих рук разминать ей все тело, да так сильно, что Скарлетт и не надеялась выйти отсюда без синяков. Стефани Пинчер, которую разминала Марта, лежала на соседней кушетке и покрякивала от удовольствия, постоянно указывая массажистке, где у нее болит и куда следует надавить посильней.
После массажа девушки отвели своих клиенток за ширму и заставили окунуться в большом круглом чане с водой, а сами в это время приготовили свежие щетки и мыло. Выйдя из импровизированного бассейна, дамы снова очутились в руках банщиц, которые вымыли им голову, а потом намылив мылом густые волосатые щетки, принялись тщательно намывать ими тело. После всех этих процедур они облили своих клиенток теплой водой из гутаперчевой кишки и отправили поплавать в большой бассеин с холодной водой, который находился в соседней комнате. Скарлетт, хватившая лишку в парилке, с удовольствием окунулась в холодную воду и поплескалась в ней минут пять, а Стефани Пинчер в отличии от нее не успела опуститься в бассеин, как тут же снова вылезла наружу.
Боюсь застудиться – сказала она в свое оправдание и стала старательно обтирать себя полотенцем, которое подала ей Наоми.
После бассейна, укутавшись в теплые простыни, дамы перешли в общий зал, где стояли плетеные кресла-качалки и большой кожаный диван с массивными валиками, на котором в это время как раз сидели две незнакомки, встретившиеся Скарлетт в парилке.
– Миссис Пинчер – обратилась шатенка к спутнице Скарлетт – как сегодня Ваша нога?
Спасибо, Флер, намного лучше. – Стефани Пинчер подошла к дамам, увлекая за собою и Скарлетт.
– Познакомьтесь, это моя знакомая, миссис Скарлетт Батлер, а это сестры Флер – Анна и Грейс. Дамы любезно поклонились Скарлетт.
– Очень приятно – сказала она, и поочередно протянула им руку.
После этого Стефани Пинчер уселась на диван рядом со своими знакомыми дамами, а Скарлетт на плетеный стул, и пока толстушка рассказывала сестрам Флер о своей больной ноге, Скарлетт взялась за журнал, который только что отложила в сторону плоскогрудая Анна. Вскоре к ним подошла Иоланта, которая первой встретила Скарлетт в бане и предложила чего-нибудь выпить. Дамы заказали себе по чашке чая с пирожными, чтобы обсыхать в свое удовольствие. Однако Скарлетт, памятуя о своих многочисленных делах, долго задерживаться здесь не собиралась и наспех выпив свой чай, попросила Иоланту ее причесать. В течение следующего получаса Скарлетт успела одеться и собрать свои вещи. Затем торопливо подошла к дамам, которые до сих пор сидели, закутавшись в простыни, и распрощавшись с ними, деликатно напомнила миссис Пинчер о ее обещании поговорить со своими клерками, после чего отправилась на фабрику.
Она распахнула дверь небольшой конторки и поприветствовала Фердинанда, одиноко сидящего за письменным столом.
– Добрый день, миссис Батлер – ответил ей юноша, оторвавшись от своих бумаг. – По Вашему довольному виду можно судить, что дело сделано, не так ли?
– Конечно! На следующей неделе мы перезаключаем договор с миссис Пинчер в конторе дяди Генри, а завтра с самого утра Вы с Гербертом отправляете всю накопившуюся продукцию к ней в магазины.
– Прекрасно! Я сейчас же проверю сколько свободных подвод у нас остается на завтра и велю их загрузить. Да и Герберт обрадуется, что склад, наконец, освободится.
Скарлетт довольно улыбнулась, глядя на Фердинанда. Она уже не в первый раз восхищалась его деловой хваткой. Он не восторгался тем, что цель была достигнута и не пел ей деферамбы за удачное решение вопроса, а сразу перешел к делу, не откладывая его в долгий ящик. Его девиз был прост. – Устранил камень с дороги и шагай дальше! – Ах, как хорошо, что он согласился на нее поработать и так много успел сделать за это время! – и Скарлетт с обожанием взглянула на гувернера.
– Да, Фердинанд, вы абсолютно правы, подводы стоит подготовить уже сегодня, но этим можно заняться и после обеда. А сейчас, думаю, нам стоит отправиться домой и чего-нибудь перекусить. Вы знаете, я израсходовала все свои калории в этой бане.
Фердинанд взглянул на свою хозяйку, глаза которой искрились радостным зеленым светом, а щеки после бани пылали нежным естественным румянцем и невольно залюбовался ею.
– Миссис Батлер, по моему мнению, Вам следует посещать баню как можно чаще.
– Неужели Вы думаете, что мне с миссис Пинчер придется всякий раз что-то решать именно там?
– Да при чем здесь миссис Пинчер?! Я хотел сделать Вам комплимент! Вы прекрасно выглядите после бани, Вы вроде, даже стали моложе!
– В самом деле? – Скарлетт засмеялась. – Что ж, раз Вы заметили во мне такую разительную перемену, то стоит подумать об этом всерьез. Так мы едем обедать или нет?
– Едем, но только не сразу. Мне потребуется еще несколько минут, чтобы переговорить с Гербертом насчет красителей. Пусть он напишет заявку, а мы по пути завезем ее на почту.
– Хорошо, а я за это время просмотрю книгу заказов. Где она?
– Герберт теперь хранит ее в цехе.
– В цехе?
– Ну да. Он не желает бегать сюда всякий раз, когда к нему приезжают заказчики.
– Ну, что ж, пойду в цех.
Скарлетт просмотрела книгу заказов, которая пестрила немалым количеством заявок, и оставшись более чем довольной, отложила ее в сторону. Фердинанд все еще был занят, и она решила пока заняться изучением остальных документов, хранящихся здесь же, в бюро. Усевшись поудобнее на высокий табурет, она достала массивную папку, в которой хранились счета, платежки и прочие расходные бумаги, и раскрыв ее, стала внимательно просматривать. За этим занятием и застал ее Ретт, который вошел в цех и остановился возле двери, никем не замеченный.
Глава 63
Как только он прибыл в Атланту, остановил первый попавшийся экипаж и отправился в город. Проезжая мимо цветочной лавки, он велел кучеру остановиться и выбравшись из кареты, направился к приоткрытой двери. Знакомый приказчик по имени Луис, увидев его, расцвел улыбкой и учтиво поклонился, приглашая подойти к прилавку.
– Здравствуйте, мистер Батлер!
– А, Луис, здравствуй! Как дела, старина, как торговля?
– Спасибо, мистер Батлер, все идет превосходно! А Вы давненько к нам не заглядывали, наверное, опять путешествовали?
– Гостил у родных в Чарльстоне.
Ретт нетерпеливо разглядывал цветы, благоухающие своим ароматом со всех сторон, думая, чем бы ему порадовать Скарлетт.
– Мистер Батлер, Вам, как всегда, хризантемы? – Спросил Луис, заметив, что его клиент на этот раз замешкался.
– Так вот же они! – он показал рукой на три большие напольные вазы с цветами, стоящие слева от прилавка.
– Здесь белые, махровые, а там, у стены, желтые.
Спасибо, Луис, но мне не нужны хризантемы. Я выбираю цветы для жены. У нее сегодня праздник, и мне хотелось бы подарить ей что-то особенное!
– Праздник? В таком случае женщинам обычно преподносят розы – подсказал приказчик с видом умудренного знатока.
– У нее день рождения, или какая другая дата?
– День рождения? Что ж, можно и так сказать. – Ретт загадочно улыбнулся.
– Говоришь розы? Ну так показывай, где у тебя самые лучшие.
Луис моментально оживился и выскочил из-за прилавка.
Давайте пройдем с Вами в соседнюю комнату, мистер Батлер, там как раз хранятся самые свежие розы. Эй, Питер – окликнул он высокого худощавого паренька, который стоял возле дальней витрины – постой-ка вместо меня.
Розы, заполнившие почти все пространство небольшой соседней комнаты, были и впрямь великолепны. И Ретт, которого сейчас невообразимо распирало желание бросить к ногам Скарлетт все цветы мира, заказал три больших букета белых, красных и чайных роз, которые велел красиво упаковать в огромные картонные футляры и доставить к месту назначения поочередно, с перерывом в один час. Эта идея пришла ему в голову только что и очень понравилась. Он представил, как будет радоваться Скарлетт такому необычному сюрпризу и через каждый час открывать новый футляр с цветами.
Луис, немного опешив от такого необычного богатого заказа, пообещал, что все будет исполнено в лучшем виде и спросил в котором часу следует отправить первый букет.
Через пару часов – распорядился Ретт, прикинув, что за это время он как раз успеет разыскать Скарлетт если ее не окажется дома.
Он достал бумажник и расплатился с приказчиком.
– Мистер Батлер, цветы преподнести от Вашего имени, или Вы сами оставите записку?
– Записку? – Да, пожалуй.
– Одну секунду. – Луис поспешил в другую комнату.
– Что же ей написать? – подумал Ретт и снова взглянул на цветы, словно хотел спросить у них совета.
Белые розы, стоящие как раз возле него, упрямо склонили свои нежные головки к небольшому открытому оконцу, так, словно им нестерпимо хотелось вырваться на волю из этой душной комнатушки. Чайные, стоящие немного поодаль, и еще едва успевшие раскрыться, напротив, гордо вскинули благоухающие головки, выстроившись во весь свой высокий рост, словно солдаты на плацу. Розовые, которых было большинство, стояли в керамической вазе вперемешку с красными и бордовыми, зависливо поглядывая на своих соседок, которые перекачевывали к привередливым покупателям гораздо чаще.
Как они хороши – подумал Ретт, невольно залюбовавшись цветами и вдохнул их нежный аромат. Он ничего не станет писать Скарлетт, пусть эти великолепные цветы сами расскажут ей обо всем вместо него!
– Мистер Батлер, вот, возьмите – Луис, появившийся в комнате, протянул Ретту перо и несколько визитных открыток.
– Нет, Луис, спасибо. Я передумал писать. И вообще не надо объявлять моей жене адресата, я решил устроить ей сюрприз. Только вот еще что, старина. – Ретт достал из кармана футлярчик с кольцом, которое он купил Скарлетт в Чарльстоне.
Букет с белыми розами пошли последним и вложи туда вот это.
… Скарлетт дома не оказалось и Фердинанда тоже, дети еще не вернулись из школы, и Ретту пришлось довольствоваться только обществом слуг.
– Мистер Ретт! – Порк низко склонил свою седую голову, встречая хозяина – добро пожаловать!
– Здравствуй, Порк! – а миссис Скарлетт, конечно же, дома нет?!
– Нет, мистер Ретт.
– И куда она поехала ты тоже не знаешь?
– Нет, мистер Ретт, но, когда она рано утром отправляла Фердинанда, я слышал, что они договорились встретиться на фабрике во второй половине дня, так может она и там.
– А она не сообщила, когда приедет домой?
– Нет, но распорядилась, чтобы обед начали готовить не позднее половины третьего.
Ретт взглянул на часы. Было без четверти два.
– Что ж – подумал он, разглядывая в зеркале свое небритое лицо – за это время я как раз успею привести себя в порядок после дороги.
Порк, в чемодане лежит мой бежевый льняной костюм и голубая сорочка, вели Эмили достать все это и погладить, пока я буду принимать душ. – Распорядился он.
В половине третьего Скарлетт не появилась, и он, просидев в кресле с газетами еще около часа, решил пройтись до ближайшей лавки за сигарами, чтобы хоть как-то обуздать свое нетерпение.
Как только он вышел за калитку, до него донесся шум приближающегося экипажа, заставивший его, томимого ожиданием, мгновенно оглянулся, в надежде увидеть знакомую карету. Однако и на этот раз ему пришлось разочароваться. Карета была наемной и оказалась порожней. Он подал знак кучеру остановиться.
– Довезешь меня до лавки Монсов – сказал Ретт пожилому чернокожему извозчику.
– Слушаюсь, сэр.
А что, если Скарлетт и вовсе не приедет на обед и перекусив где-нибудь в городе, проторчит на своей фабрике до вечера? – подумал он, усаживаясь на скрипучее сидение наемной кареты. – Конечно, такое вполне может случиться, ведь она носится с этой своей фабрикой, словно заботливая мамаша с обожаемым чадом и любые непредвиденные обстоятельства могут заставить ее задержаться. – Нет, до вечера он ждать не сможет, да он просто сойдет с ума от этого проклятого ожидания!
– Эй, старина – окликнул он извозчика.
– Да, сэр?
– Сверни-ка направо и выезжай на декейтерскую дорогу из города.
– Вы надумали куда-то съездить, сэр?
– Надумал, надумал!
– И куда же?
– Выезжай на декейтерскую дорогу, а там я тебе расскажу куда направиться дальше.
– А сколько времени ехать туда, куда Вы хотите?
– Да что ты расспрашиваешь меня, словно шпиона, не все ли тебе равно?
– В том-то и дело, что нет, сэр. У меня через час с небольшим заказ на карету, и если Вы надумали отправиться далеко, то я буду вынужден Вам отказать.
– Не переживай, ты успеешь оттуда вернуться как раз вовремя.
Они подъехали к фабрике и Ретт, наконец, обрадовался, увидев через решетчатую ограду массивных ворот карету Скарлетт. Он расплатился с извозчиком и велел ему ехать назад, а сам направился к центральной двери кирпичного здания. Из-за шума работающих станков никто из находящихся в цехе людей не услышал звука открывшейся двери и его приход остался незамеченным. Он вошел и остановился у стены справа, разыскивая глазами ту, за которой гонялся по пятам вот уже несколько дней подряд.
Скарлетт сидела возле бюро совсем недалеко от него и увлеченно просматривала какие-то бумаги. Увидев ее, он хотел, было, сразу же себя обнаружить, но потом в нерешительности остановился.
Ах, как она была хороша! Его любимая, его Скарлетт, в белой легкой шляпке, увенчанной какими-то диковинными цветами, в бледно- голубом, приталенном платье с белым воротничком, гармонично сочетающимся со шляпкой. Ее непослушные, черные волосы почему-то не были уложены в высокую прическу, как обычно, а наоборот, заманчиво выбивались из-под этой маленькой шляпки и на фоне ее узких белых полей и слегка раскрасневшихся щек Скарлетт, создавали такой притягательный контраст, что у Ретта перехватило дыхание! Он стоял и смотрел на нее, не в силах оторваться, и сердце его, окрыленное любовью, пыталось вырваться из груди!
Ах, как она была сейчас мила и женственна, и глядя на нее, никак нельзя было предположить, что она так увлеченно перелистывает страницы тяжелого гроссбуха, а не какого-нибудь женского романа. – Подумав об этом, Ретт невольно усмехнулся. Да, внешность Скарлетт была обманчивой, но он хорошо знал, что за ней кроется! – Непокорность судьбе, против которой она всегда боролась, изо всех сил работая своими маленькими локтями, да недюженая сила духа стояли за ее хорошеньким личиком! И это обстоятельство всегда помогало ей держаться на плаву и выходить победителем из тяжелых жизненных ситуаций!
Вот и теперь, он бросил ее, но она не пала духом! Ей было тяжело, но она ни разу не показала ему своих слез! Она не раскисла и не повисла у него на шее, а имея неукротимую силу духа и несгибаемую гордость, сумела выстоять в борьбе с неразделенной любовью и даже с лихвой утереть ей нос бурной деятельностью и здоровым цветущим видом!
И такая вот женщина – одна из тысячи, попалась ему на пути! Судьба ниспослала ее не какому-то другому мужчине, а именно ему, а он смалодушничал и посмел усомниться в своих чувствах к ней!
Скарлетт перевернула последнюю страничку расчетной книги и подняв голову тут же увидела Ретта, встретившись с ним глазами.
– Ретт! – она невольно приоткрыла рот от удивления, и сердце ее заликовало от радости.
А он едва удержался, чтобы тут же, на глазах у всех, не броситься к ней и не заключить ее в свои объятия!
– Не сейчас! – сказал он себе – только не сейчас! – И, надев на лицо маску непринужденного любопытства, направился к Скарлетт.
– Добрый день, миссис Батлер!
Скарлетт встала со стула и подавляя волнение подошла к нему.
– Ретт, откуда Вы взялись?
– Я только что прибыл в Атланту, заехал домой переодеться, а потом решил прокатиться по городу, чтобы поднабраться новостей. Свободный экипаж, который я поймал по дороге, спешил в эту сторону под заказ, вот я и подумал, а почему бы мне ради любопытства не заглянуть на Вашу фабрику.
– Правда? – Скарлетт искренне обрадовалась тому, что Ретта заинтересовала ее фабрика и чувство гордости за свое новое детище тут же расперло ей душу.
– О, Ретт, это очень мило, что Вы захотели взглянуть на мою фабрику и я с удовольствием повожу Вас по цехам. Пойдемте! – она предложила ему следовать за ней, а потом с упоением стала рассказывать о предназначени каждого станка.
Он слушал Скарлетт не прерывая и обсолютно не вникал в смысл ее слов. Он просто любовался ею, от всего сердца желая вставить в тираду увлеченной речи своей возлюбленной три заветных слова – я тебя люблю.
Они прошли во второй цех и увидели там Фердинанда, беседующего с Гербертом. Скарлетт тут же сконфузилась. Она невольно потянула Ретта за руку, призывая остановиться.
– Ретт, подождите, я должна Вам что-то сказать.
– Что же? Указать некую важную особенность этой прялки?
– Дело в том… словом, мне теперь с некоторых пор помогает Фердинанд.
– Да что Вы говорите?! – Ретту стоило огромного труда изобразить на лице удивление и не улыбнуться.
– Видите ли, однажды, когда заболела Элла, и я была вынуждена просидеть у ее постели несколько дней подряд, он предложил мне свою помощь и я приняла ее, а потом это стало продолжаться как – то само собой. Он занимается с Уэйдом, а в свободное время помогает мне.
– Только в свободное время?
– Ну, в общем, да! – она отвела глаза.
– Вот видите, Скарлетт, я был прав, Вы не только нашли с Фердинандом общий язык, но и сумели извлечь для себя определенную пользу.
– Конечно! – Скарлетт улыбнулась. – Должна же я получать компенсацию за свое нежелание сидеть с ним за одним столом!
– Вот как! И что же, он выбирает лимит Вашего терпения?
– С лихвой!
– Я так и подумал!
Фердинанд подошел к ним и поздоровался с Реттом, тоже немного сконфузившись.
– Добрый день, мистер Батлер! С приездом Вас!
– Добрый день, Фердинанд!
– Миссис Батлер, я уже обо всем договорился с Гербертом и теперь мы можем ехать. – Сказал юноша.
– Подождите, Фердинанд, мы с мистером Батлером хотели еще пройтись по цехам. – Возразила Скарлетт.
– А куда Вы намерены ехать? – поинтересовался Ретт.
– Миссис Батлер желала отправиться домой пообедать.
– Прекрасно! Я бы тоже не отказался от обеда, тем более что мне пришлось сегодня завтракать очень скудно, и причем в девять часов утра.
– О, Ретт, так Вы голодны? Может… нам тогда отставить сегодняшнюю экскурсию?
– Думаю, это будет очень мудро, моя дорогая!
Они уселись в карету и отправились прямо домой, не заезжая на почту, решив сделать это на обратном пути.
– Фердинанд, Вам все равно придется ехать сегодня на фабрику – сказала Скарлетт – и Вы сможете на обратном пути заглянуть на почту. Да и я, впридачу, передам Вам еще пару писем.
… Что это? – спросила Скарлетт у Джимми, как только они вошли в парадную, и она увидела большой цветочный футляр, лежащий на подзеркальном столике трюмо, и занимающий почти всю его площадь.
– Не могу знать, миссис Скарлетт, его только что принесли для Вас.
– Для меня? От кого?
– Мальчишка – посыльный, не сказал от кого.
Скарлетт смутившись взглянула на Джимми, а потом на Ретта и Фердинанда.
И дворецкий, и гувернер, видя растерянный, удивленный взгляд своей хозяйки, и вроде бы, не заинтересованный взгляд хозяина, который тут же отвел его в сторону, немедленно удалились, предоставив супругам возможность самим разбираться в этой конфузной ситуации.
Скарлетт подошла к футляру с цветами и открыла его, в надежде найти объяснение всему происходящему внутри. Она невольно ахнула, увидев великолепные красные розы, красиво уложенные на белой бархатной материи, стебли которых были затейливо переплетены пурпурной лентой из гафрированной бумаги, а Ретт довольно улыбнулся за ее спиной. Эта игра начинала его забавлять, и он решил продолжать ее, не обнаруживая себя.
– О! Какие прекрасные розы! – воскликнул он, удивленно приподняв одну бровь. – Я рад, дорогая, что Вас кто-то так сильно ценит!
– Но я понятия не имею кто их прислал! – воскликнула она, смутившись еще больше от того, что букет был и впрямь потрясающим, и от того, что Ретт оказался невольным свидетелем этого загадочного обстоятельства.
Кто бы мог это сделать? – лихорадочно соображала она. – Эдвард Гирд? – Но это невозможно! Не мог же он отправиться следом за ней в Атланту только для того, чтобы прислать эти цветы! Да и потом, она сбежала от него, намекнув, тем самым, что никаких надежд на взаимность ему вынашивать не стоит! Но если это не он, кто тогда? Уж не Кевин ли Грейни?
А что, вполне возможно, если предположить, что судьба забросила его в Атланту по каким-то делам.
– Такие розы мог прислать только влюбленный мужчина! И этот поступок, несомненно, делает ему честь! – тихо произнес за ее спиной Ретт. – Не так ли?
Не так ли? – эта фраза заставила Скарлетт обратить на себя внимание. Она прозвучала гораздо тише, чем все остальные и как-то особенно, загадочно, с неким, едва уловимым намеком на знание дела.
Она медленно повернулась к Ретту, отрываясь от своих рассуждений, и в глубине ее рассудка мелькнула счастливая мысль – а не имеет ли это отношение к нему? Она внимательно взглянула Ретту в глаза, однако тут же разачаровалась, ибо в его непроницаемом взгляде не усмоторела никаких чувств. – Нет, он здесь совсем не при чем! С какой стати Ретт станет присылать ей цветы, да еще таким загадочным романтическим способом?! Да и перед слугами он никогда не станет устраивать подобный спектакль. Господи! Когда она, наконец, перестанет ловить надежду в каждом его слове!