На строительстве крепостей
- -
- 100%
- +
Вечером, рассказывая о происшествии, Валентина смеялась. Но там, у торгового центра, ей было не до смеха. Кто стоит за этой попыткой сильно навредить… А кому навредить? Владелице финансовой компании или жене владельца крупного пакета акций «Химзавода»? В кого метили? Никаких зацепок. Мысли метались по черепной коробке, путались и заходили на новый виток с теми же самыми вопросами, создавая ощущение тупиковой ситуации. Можно было бы того капитана прощупать. Но, он, вероятней всего, лишь инструмент в чьих-то руках. Через него на заказчика не выйти.
– Иваныч! – Я не слышал стука в дверь, поэтому вздрогнул от неожиданности. – Не помешаю? – Всё ещё ногами в коридоре, но корпусом в кабинете застрял Степанов.
– Не выпускай тепло! – Наигранным недовольным тоном. – Конечно, помешаешь, но куда ж от тебя деться…
Сергей с важным видом человека знающего важную новость вошел и сел на кресло, ближайшее к моему столу. Отклонившись на спинку, надел на лицо мину ожидания, когда же я начну его выспрашивать. Но, не справившись с распирающей новостью, подался вперёд и, понизив голос, выдал:
– Ещё один московский филиал закрывается. – Дал мне секунд пять на осмысление. – Угадай какой?
– Я угадаю это название с четырёх букв …
– Да! – С непонятной мне радостью. – Райтнера оставляют без места!
И тут же убрал радость с лица. С серьёзностью, на мой взгляд, переборщил.
– Мне их сотрудница по секрету сказала, – замялся, стоит ли со мной делиться непроверенной информацией, – он с юристами совещался. Собирается на нас в суд подавать. Мол, мы с выкупом его доли надули …
Нет. Райтнер не мог стоять за наездом на Валю. Привлечь наркополицию, чтобы ограничить её передвижения, вывести из состояния равновесия, смешать с грязью имидж… Не его уровень. Хотя, возможно, он просто ещё оно звено в цепочке, одна шестерёнка в механизме. Кто рулит?
– … оценку независимую заказал.
– Полагаю, источник надёжный. Кто?
– Мы работали вместе. – Словно это может служить доказательством надежности. – Сейчас перед ней вырисовывается перспектива остаться на улице. Вот, ищет, куда бы пристроиться. Обратилась ко мне. Чтобы не с пустыми руками …
– А у нас для неё что-то найдётся? – С неким удивлением. – Она кто?
– Иваныч! – Сергей посмотрел на меня с упрёком. – Я не с этим вопросом к тебе пришёл. Помогать ей или нет – не твоя забота. Просто хочу предупредить: готовься. Любой суд – не самое приятное место, и время потеряешь и нервы.
– Я услышал. – Стандартная фраза, которая мне самому не нравится, но регулярно употребляю. – Спасибо.
После ухода Степанова попытался вернуться к рассмотрению отчета. Безрезультатно. Нужно пройтись. Оделся, вышел. На автопилоте добрёл до парка. Увы, зимой это не лучшее место для прогулок. Не преодолев и половины намеченного маршрута, повернул назад. Уже на выходе столкнулся с Агеевым.
– Мы как в старом фильме про шпионов. – Попытался пошутить после приветственного рукопожатия. – Встречаемся в оговорённом месте в любое время года. Пора бы условные знаки придумать…
Владелец «Редута» в видавшей виды дубленке и большой меховой шапке походил на увеличенного в размерах мальчишку с картинки середины прошлого века. Не хватало лишь длинного шарфа вокруг шеи и варежек не по размеру на верёвке.
– Ты чего по вчерашнему делать надумал? – Не утруждая себя поиском предисловия, начал Агеев.
– Да, пока ничего интересного …
– Ну, не хочешь, не говори. – Жестом предложил пройтись по центральной аллее. – Но это не только твои проблемы. – Остановился, чтобы посмотреть мне в глаза. – Тут много кого в оборот затянуло.
– А ты, Виталий Андреич, меня выследил, чтобы скоординировать усилия «хороших парней»?
– Зря смеёшься. – С ноткой обиды. – Твоя Валентина не успела закончить разговор с Викторией Викторовной, как та сразу позвонила Сергиенко. Ты же в курсе, он всегда поможет …
– Да, я помню, кому мы обязаны «эвакуацией» …
– Вот! – С интонацией, доказавшего очевидное. – И вчера он сразу подключился. Пока ментовские согласовывали да получали разрешения, конторские по просьбе Сергиенко изъяли все видео материалы со входа в торговый центр и со стоянки. Взяли на анализ образцы порошка …
– Андреич! – Теперь остановился я. – Какого порошка? Там же стоянка, куча людей и машин …
– Ты не понял! – С улыбкой превосходства. – Тот капитан не успел вернуться из кабинета своего начальника, где ему прилетело за провал операции, а куртка его с разорванным карманом и следами порошка наркотического средства загадочным образом исчезла. – Пауза, для наслаждения триумфом. – И «образцы», найденные на стоянке удивительным образом совпали со следами порошка на куртке. Лабораторное заключение уже имеется. Смекаешь?
Я кивнул.
– Контора с ментовскими не то чтобы в контрах, но удобный случай прижать друг другу хвост никто упускать не будет. – Прозвучало, как прописная истина. – Поэтому, когда всё будет готово, нужно будет, чтобы твоя Валентина запустила процесс внутреннего расследования по ментовскому беспределу. – Понизив тон. – Поговори с ней.
– Тут наши интересы совпадают. Только … – Завесил сомнение. – Только смысла особого не вижу. Ну, прищемим мы того капитана. Он – винтик. До заказчика всё одно не доберёмся.
– Винтики надо подкручивать! – Ещё одна очевидность. – В другой раз, другой капитан десять раз подумает, прежде, чем идти на подобное.
Попрощавшись с Агеевым, бодрым шагом отправился обратно. Настроение, явно, похорошело. Ещё больше оно улучшилось, когда, вернувшись в банк, в приёмной обнаружил Игорька. Поскольку Валентина после вчерашнего осталась дома, а сыну вечером в художку, Василий привёз его после школы ко мне. Приняв парнишку с рук на руки, Василия на сегодня отпустил. Игорь засел в углу моего кабинета со своим планшетом, потеряв интерес к окружению, но мне было приятно просто его нахождение рядом. Накопившиеся бумажки переработал за час с небольшим. Я был в ударе. Вызвал к себе (в последнее время стал позволять себе некоторую заносчивость по отношению к другим сотрудника банка, даже входящим в его руководство) начальника юруправления. Поставил ему задачу: поднять все не закрытые до сей поры кредитные сделки, где поручителем являлся Райтнер – а таковые к моему удивлению ещё были, ждавшие своего срока быть списанными на убытки – и обратить взыскания, как на заёмщика, так и на поручителя. Меня не смущала незначительность сумм. Важен был сам факт разбирательства. Поймал себя на мысли, что одно только присутствие сына сильно прибавило уверенности в своих силах. Может быть, начать брать его с собой на переговоры? Только как его в этом заинтересовать?
– Тот дядя, что только что ушёл, – не отрываясь от своего чтения, – тебя боится.
Прозвучало как-то по-детски. Но я был не готов к этому.
– Это он не меня боится, а нашу маму. – Словно оправдываясь. – Она может уволить его просто так. А если он где-то напортачит, то точно уволит. Я же могу ей об этом рассказать. А могу и не рассказать. – Потихоньку стал включаться в пока неосознанную игру. – Вот он и боится, что я расскажу нашей маме, которую он боится.
Еле сдержал смех, заканчивая фразу. Но Игорь оставался серьёзен.
– Я бы тоже на его месте боялся. – На этот раз он отодвинул планшет в сторону. – Мама очень хорошая, но, если ей кто-то не нравится … – Не нашёлся, как продолжить. – Она сильная и смелая. Поэтому пусть боится. – Вернулся к чтению.
Сказанное сыном переваривал долго.
Потом вновь погрузился в рутинное ознакомление с текущими показателями банка, порой делая заметки в ежедневник. Ощущение несущегося на полной скорости грузовика. Несущегося с горы. Дух захватывает, но о тормозах подумать страшно. А вдруг их просто нет? А если не впишемся в поворот? Или дорога внезапно закончится? Кто же не знает о знаменитом правиле Парето «восемьдесят на двадцать». Двадцать процентов усилий дают восемьдесят процентов результата. Только у нас получилось ещё круче: девяносто на десять. Надо выравнивать. Надо нагружать наш «грузовик» балластом, снижающим скорость, но улучшающем устойчивость. Надо …
Стук в дверь. Встреч на сегодня не планировал. Под конец рабочего дня редко кто заходит – своих хлопот невпроворот. Заглянул Степанов.
– Иваныч! – Извиняющимся тоном. – Можно?
– Чего-то ты ко мне зачастил…
Зашёл. Приветственно махнул рукой в сторону Игорька и медленно подошёл ко мне.
– Я это, – не решаясь сесть, – забыл в первый раз…
– Серёга! – Чуть ли крикнул на него, называя по имени, что в нашем общении случалось редко. – Банку такой зампред не нужен! Чего ломаешься, как… – Осёкся.
Сергей успокоился. Сел. И уже ровным голосом:
– Забыл утром. Я в Питер собрался в командировку. Надо на месте с Остапенко план действий подправить. Заодно с конкретными исполнителями познакомиться. Словом, дня на три надо ехать.
– Надо, езжай!
– Мне как командировку оформлять? От банка или «Химзавода»?
– От банка! Завод здесь причём? – Включил режим начальника. – Мимоходом в нашем отделении шороху наведи, а то они не проснулись после праздников. – Решил разбавить начальственный тон полушуткой.
– Мне бы завтра вылететь. И это …
– К чему такая спешка? – Прервал опять замявшегося Степанова.
– На выходные хочу в Питере задержаться. За свой счет. – Произнёс ровным голосом, словно долго репетировал эту фразу.
– Зачем за свой? – Не понимая, к чему он клонит.
– У нас в этом году двадцать пять лет выпуска. Решили собраться, кто сможет.
– Вау! – Искренне удивился и почему-то обрадовался этому сообщению. – Конечно, оставайся. Сейчас я тебе заяву на командировку состряпаю.
Открыл на рабочем компьютере шаблон заявления.
– Так. – Начал редактирование. – С завтрашнего дня, включая выходные и понедельник. Вдруг кто-то из выпускников захочет тебя к себе на работу пригласить, чем-нибудь удивить. Ты соглашайся.
Степанов попробовал жестом отказаться, но я тоже жестом отмёл его возражения.
– И ещё! – Распечатал и взял ручку. – Я тут от своего имени припишу просьбу выделить тебе двойной размер командировочных. Ты на словах объясни шефу: для выполнения моего особого поручения. Он, надеюсь, в детали вдаваться не станет. – Передавая листок Сергею. – Дуй к начальству!
Со слегка растерянным видом Степанов взял заявление. Расписался. Подошёл к двери. Остановился в нерешительности.
– Какое «особое поручение»?
– Петрович! – Опять повысил голос. – Ты зампред банка! Соответствуй!
Укороченным жестом махнул Игорю на прощание. Вышел и аккуратно притворил за собой дверь.
– Этот тоже меня боится? – Оставаясь в приподнятом настроении, обратился к сыну.
– Нет. Этот не боится. – Не отрываясь от планшета. – Но, почему-то волнуется…
11
К моему удивлению, история с Райтнером не получила продолжение. На следующий день материалы, подготовленные для судебных разбирательств, легли на подпись Предправления. Оставаясь с Райтнером в неплохих личных отношениях, пригласил последнего для возможного внесудебного урегулирования. Полагаю, бывший руководитель представлял суть и, что важнее, фактуру наших требований – начальник юруправления был многим ему обязан – поэтому с охотой принял приглашение. Во второй половине дня в присутствие нотариуса, заверившего документы, было подписано мировое соглашение с переуступкой прав требований, оставшихся после продажи своего пакета акций Райтнером Аркадием Моисеевичем финансовой компании «Ирги», принадлежащей Крюковой Валентине Андреевне.
Если кто-то планировал нанести удар с этого фланга, очевидно, его план провалился. Но ощущение связанности двух последних наездов на Валентину от этого не ослабло. Более того, ждал следующего акта этой неприятной пьесы.
Ждать себя он долго не заставил. Это только на первый взгляд кажется, что в пятницу ничего важного произойти не может. Ещё как может! Если хочешь кого-то погрузить в неведение, гадая с какой стороны прилетит следующая оплеуха, не давая насладиться заслуженными выходными, пятница – идеальный выбор!
Валентина по-прежнему соблюдала подобие домашнего ареста, оставаясь дома. Отчасти это можно было объяснить закрытым из-за мороза детским садом, поэтому Катюшка требовала её присутствия. Отчасти, причина крылась в нежелании ещё раз пережить нечто подобное произошедшему на автостоянке возле торгового центра. Поэтому кураторство нашего маленького волшебника легло на мои плечи.
Сегодня после школы опять завез его к себе на работу, обещая закончить пораньше, чтобы успеть до часа-пик с ним заскочить в продуктовый перед возвращением домой. Благо, у меня появился неофициальный помощник – Игорь из моего аналитического отдела. Зайдя для отчета о проделанной работе, предложил в шутку моему сыну партию в шахматы. И вот уже почти час два Игоря «трут доску», давая мне спокойно подводить предварительные итоги месяца.
Стук в дверь. Не дожидаясь приглашения, в кабинете появляется Багиров, продолжая что-то рассказывать кому-то, находящемуся в коридоре. Жестом приглашая того войти, поворачивается ко мне:
– Владимир Иванович! – С дежурной улыбкой на лице, свидетельствующей об официальности разговора. – Тобой пресса интересуется. Удели, пожалуйста, время нашим столичным гостям.
Следом за шефом в кабинет по-хозяйски зашёл известный на всю страну блогер-борец с коррупцией, за ним девушка-журналист одного из раскрученных частных каналов, какой-то парень и видео-оператор с камерой на плече. Блогер, обогнув стол, без приглашения развалился в кресле, ближайшем к моему столу, небрежно бросив сумку на рядом стоящее кресло. Девушка приблизилась к моему столу с другой стороны, негромко что-то сказала, видимо, представилась, и села, аккуратно разложив перед собой большой деловой блокнот, ручку и диктофон. Парень сел чуть поодаль. После этого Предправления с выражением исполненного долга, ни с кем персонально не прощаясь, произнеся нейтральное «всего доброго», удалился. Растерявшийся от всего произошедшего Игорь-большой, что-то пробубнил, быстренько признал своё поражение в партии и тоже покинул кабинет. Мой Игорёк погрузился в свой планшет, не проявляя ни малейшего интереса к происходящему.
– Итак, Владимир Иванович! – Блогер взял на себя роль ведущего. – У нас к Вам ряд вопросов. Первый …
– У «нас»? – Перебил я его. – Ну, ладно, Вас я где-то видел. – Повернулся к девушке. – Вы вроде бы представились, правда, я не расслышал. – А вы? – Уставился на парня.
Мне необходимо было выиграть время, чтобы освоиться. К интервью под камеру оказался не готов. В том, что вопросы будут неприятные, ни секунды не сомневался.
– Это мой помощник. – Попытался перехватить блогер. – Он …
– Он тут лишний. – Не дал ему договорить. – В другом месте будет помогать. На выход.
Парень растерянно переводил взгляд с меня на своего непосредственного начальника и обратно, ожидая окончательного решения.
– На выход! – Повысил голос
– Да, Валер, подожди нас в приёмной…
После того как дверь за парнем закрылась, мой гость опять попытался взял бразды правления в свои руки. Отмашка оператору – снимай – поворот ко мне. Чуть подался корпусом вперёд:
– Нас интересует, как маленькому провинциальному банку удалось стать единственным кредитором крупного химического предприятия. – Повернулся на камеру. Улыбка во все зубы. – При том, что «Химзаводу» крупный федеральный банк предлагал условия получше.
– Повезло. – Нехотя отмахнулся от назойливой мухи.
– «Повезло»! – Закусил удила блогер. Резко привстал и от этого сбил дыхание.
– Ну, повезло же другим кредитным организациям в своё время получить надёжно обслуживаемые долги иностранных государств перед Российской Федерацией по бросовым ценам. Или другим, ещё более везучим, поучаствовать в залоговых аукционах, в результате которых им на баланс упали лакомые куски некогда общенародной собственности… – Усмехнулся, мол, рассказываю вам, неучам, азы арифметики. – В сравнение с ними – перекредитовать на тех же условиях – и везением-то не назовешь. Так, лёгкий фарт.
– И то, что Вы – первый зампред, по совместительству муж хозяйки банка – ещё и независимый директор «Химзавода», тоже простое везение. – Опять поворот на камеру. – И никакого конфликта интересов?
– Ну, какой уж тут конфликт? – Развел руки в сторону в недоумении. – Я же не олигарх, ставший первым вице-премьером, лишь для того, чтобы проконтролировать неспособность правительства страны расплатиться в упомянутых залоговых аукционах. Я не министр, выделяющий субсидии для покупки техники через собственную лизинговую …
– Но почему «Химзавод» …
– Вопросы по «Химзаводу», – непроизвольно повышая голос, потому что перебивать меня в моём кабинете я ему не позволю, – будете задавать пресс-службе предприятия. У меня нет полномочий выступать от их лица.
Повисла пауза.
– Володь, – примирительно, – кофейком не угостишь. Сам понимаешь, перелёт, джетлаг, чувствую себя …
– Нет.
– Кристи, – сделав вид, что не слышал моего отказа, – сделай мне чашечку. – Лёгкий жест в сторону кофе-машины. – Покрепче.
Девушка с готовностью исполнить просьбу поднялась.
– Кристина! – Повышая голос. – В моём кабинете распоряжаться позволено двум людям. Первый – я. – Пауза в пару секунд. – Второй – не Вы! Кто не согласен – на выход!
Девушка села со слегка перекошенным от злобы лицом. Не желая прощать мне нанесённую ей обиду, решила выдать припасённый для более подходящего случая вопрос:
– Вы как-то прокомментируете скандал с обнаружением наркотиков у вашей жены?
– Скажу только то, что редакционное задание Вы получили раньше, чем другие участники этого «скандала» провалили своё. – Теперь я был на высоте положения. – Как только тот капитан, в кармане которого служебная собака обнаружила наркотические вещества, выйдет с больничного, мы предъявим ему обвинения. Желаете получить материалы по делу – обращайтесь в юротдел финкомпании. Поверьте, материал будет первоклассный.
Моё самодовольство, очевидно, раздражало гостей.
– Так, Володь, – слегка хлопнул ладонью по столу, привлекая к себе внимание блогер, – вернёмся к финансам «Химзавода» …
– Так, Лёх, – с укоризной, – для тех, кто в танке, повторяю большими буквами: с вопросами по «Химзаводу» – к самому «Химзаводу».
– Предпочитаю, чтобы ко мне обращались: Алексей! – С преувеличенным чувством собственного достоинства.
– И мне слух режет, когда кто попало по-панибратски ко мне «Володь». – Включил режим школьно учителя. – Предпочитаю: Владимир Иванович!
Блогер поплыл. Взял сумку. Достал баночку энергетика. Открыл и почти залпом выпил не менее половины.
– Что Вы скажете по поводу перевода к Вам на обслуживание счетов областного правительства? – Голосом, полностью лишённым эмоциональной окраски. – Или Вы опять станете отрицать наличие конфликта интересов, хотя являетесь сотрудником областной администрации.
– Назовёте более достойную кредитную организацию в нашей области? Более надёжную, представленную во всех районных центрах…
– Не боитесь проверок Счетной палаты?
– Думаете Алиханов так легко может перекроить утвержденное расписание …
– При чём здесь Баходыр Алишерович? – Вспыхнул блогер.
– Скольких членов Совета Федераций Вы сможете назвать по имени-отчеству?
– ?
– Я до недавнего времени даже не знал, от какого субъекта Федерации для него зарезервировано место в Парламенте …
Мой гость одним глотком допил содержимое стоявшей перед ним на столе алюминиевой банки.
Почти беззвучно ко мне подошёл Игорёк и шепнул на ухо:
– Пап, у этого дяди в сумке маленький пакетик с таким же порошком, какой маме подкидывали. – И ещё тише. – Хочешь, я его выкину?
– Похоже, сушняк давит. – Обращаясь к блогеру. – Хорошие получились проводы на очередное задание? Командировочные нормальные? Премиальные щедрые посулили?
От негодования мой визави открыл рот, но ни слова произнести не мог.
– Небось, пару дорожек занюхнул, а сейчас ещё больше энергетиком разгоняешься. – Моя самодовольная ухмылка распаляла больше слов. – Не боишься, что сердечко не справится?
Наклонился и прошептал на ухо сыну:
– Содержимое пакетика забрось ему в лёгкие.
– А у Вас, уважаемая Кристина, какая роль в этом балагане?
Алексей кашлянул. Его передёрнуло всем телом. Тут же обмяк и откинулся на спинку кресла. Потом с размаху головой об стол, завалился на бок и упал на пол. От неожиданности девушка вскрикнула. Оператор положил камеру на стол и подбежал к блогеру.
– Кассету из камеры положи мне в ящик стола. – Шепнул на ухо сыну.
Набрал номер курируемой нами больницы. Скорая была возле банка минут через пять.
На пестром поле политического поля страны, похоже, вырос новый сорняк, который может сильно подпортить урожайность кураторам этого самого поля.
12
Дома нас ждало настоящее девичье царство. В гости приехали «сестричка» с Полинкой, прихватившие с собой Викину подружку с дочерью на год младше Игорька. Пока мамашки перемывали косточки мужьям, девчонки помоложе с разной степенью успешности пытались дрессировать хвостатых обитателей нашего дома. Лучше всех, что не удивительно, это получалось у «хозяйки». На пришлых лесная братва старалась не обращать внимания. Если бы не покладистый Рекс, взявший на себя роль вожака стаи, то игры неосмотрительных двуногих могли бы закончиться слезами.
Наше появление было воспринять с радостью. Конечно, по большей части ждали повелителя животного мира, но и я пришёлся ко двору, потому что не с пустыми руками. Появление Игорька автоматически увеличило поголовье детских игр кратно. То, что демонстрировали питомцы нашего сына, выходило далеко за рамки дрессуры. Они буквально начали вести себя по-человечьи, с поправкой на анатомические различия. Пришло на ум, если вдруг кто-то после потягивания лапы добавил бы «добрый день», это тоже восприняли бы естественно.
Насмотревшись на игрища детворы, к ним присоединились Валя и Наталья – Викина подружка. Только Тарасова снисходительно отказалась. В глаза не бросалось, но очертания наметившегося животика уже трудно было скрыть. Воспользовавшись переключением общего внимания на центр зала, я перебазировался на кухню и предался чревоугодию. Слава богу, эта неделя подошла к концу. Устал.
Минут через десять запиликал видеофон у входа. На экране какой-то мужик тыкал в камеру удостоверением. Не спрашивая, кто такой, накинул полушубок, прыгнул в валенки и вышел. Рекс прошмыгнул вслед за мной, но остался сидеть на крыльце.
– Полковник Семизоров, – представился мой посетитель в приоткрытую калитку, – могу с Вами переговорить? Дело государственной важности!
Я чуть не прыснул со смеху от последней фразы, но сдержался. Вид полковника не располагал к шуткам, поэтому выдавил дежурное: «Чем обязан?»
– Мы бы не могли пройти в дом?
– Извините, нет. – На слегка удивлённо выражение лица сразу пояснил. – Там детей полна коробочка. Побеседовать не дадут. Лучше здесь. Или пройдёмся?
Полковник жестом пригласил последовать за ним. Охранник, стоявший в паре метров, сделал маленький шаг, чтобы зайти мне за спину, как только я выйду на улицу. Я свистнул Рексу. Три прыжка, и у меня тоже персональная охрана.
– Собака служебная. Засиделась. – Зачем-то пустился в объяснения. – Заодно выгуляю. Вы бы видели её на охоте. Вы же любите охоту? У Агеева на заимке доводилось …
– Не будем терять время на болтовню! – Пресёк меня Семизоров.
Так. Время для него ценный ресурс. Конечно, не со мной он хотел бы проводить пятничный вечер. Не здесь. Но не только поэтому так меня одёрнул. Что заставило такой высокий чин тащиться за город, чтобы прогуливаться с незнакомцем и его псом? А я здесь! У меня времени навалом. Держись полкан!
– Давно хотел с Вами познакомиться. – Решил сгладить резкость предыдущей фразы.
– Не могу ответить взаимностью. – Усмехнулся ему в ответ. – Прошу прощения, а Вы полковник чего?
Остановились. Непонимание на лице моего собеседника говорило лучше всяких слов.
– Полковник ФСБ! – Со стальной ноткой в голосе. – Первый заместитель главы областного управления.
Ну, как! Разве можно не знать таких персон?
– А! – Протянул я, словно вспомнил что-то очень важное. – Ну, да, ну, да. На фото вы выглядите … – замялся, – иначе выглядите. Сразу и не сообразил, что Вы – это Вы.
В душе я просто хохотал до животных коликов, наблюдая, как в моём спутнике борются два желания: резко прервать мой словесный флуд и выслушать приятные слова в свой адрес.
– Вернёмся к цели моего визита.
Пауза для придания большей важности. Черта с два! Бросил теннисный мячик, лежавший в кармане полушубка, чтобы Рекс сбегал за ним. Вот что для меня сейчас важно.
– Инцидент, случившийся сегодня у Вас в банке, – проигнорировал моё несерьёзное отношение к его предыдущей фразе, – может иметь далеко идущие последствия.