Гулы. Книга третья: Схватка

– Да, сравнение верное.

Гольди потер переносицу.

– Значит, гулы знают не всё будущее, а лишь его часть? – Он сделал короткую паузу. – Что ж, это лучше, но всё равно неприятно…

Еще пару долгих секунд он раздумывал.

– Синьор Аз Гохар, вы утверждаете, что молодые гулы способны видеть на секунды, а старые – на минуты вперед. Следует ли из этого, что появившиеся в Террено твари не могут заглянуть далеко в будущее?

– Все гулы в Террено, за исключением Вассаха, разумеется, молоды, – кивнул Аз Гохар.

– Значит, их можно убить без проблем?

– Без сомнения!

– А Вассаха?

– Вассах, конечно же, старый гул и способен разглядеть будущие события намного вперед, но и его можно убить – ведь он только гул, пусть и опытный. И он умрет – в Пророчестве об этом сказано ясно!

– В Пророчестве… – повторил комиссар и внезапно нахмурился: – Между прочим, почему вы так верите в это Пророчество? Ведь оно было сделано невероятно давно – как мог знать ваш предок, что произойдет в этом городе через три тысячи лет?

– Я уже объяснял это, – спокойно ответил старик, – ему явился посланник Ормазды и передал текст Пророчества. А Ормазда – Бог Света – он знает всё, что когда-либо случалось, случается или случится под солнцем!

Гольди недоверчиво протянул:

– И все-таки кое-что мне не нравится… Вассах пошел на то, чтобы уничтожить жителей Террено. Но если он знает будущее, то, наверняка, видел, что ему удастся осуществить задуманный план. Не значит ли это, что вы ошибаетесь, и гулы свое дело сделают и уйдут из Террено?

– Нет, Вассах Гул умрет, а вместе с ним умрут и его слуги. Возможно, он видел, что ему удастся убить «воинов» города и его жителей, но вряд ли он знает, что произойдет в этом городе дальше. Может быть, уже сейчас он приближается к своей смерти, она представляется ему темным пятном, это пугает его, но он пойдет до конца, ибо ждал этого дня сотни лет.

Выслушав старика, Гольди кивнул и неожиданно увидел вопрос, который до сих пор у него не возникал, но который он, следуя логике, должен был задать в самом начале.

– Кстати, а откуда Вассах знает о вас? Вы уже с ним встречались?

– Ни разу!

– Так откуда же он знает ваше имя и то, что вы находитесь в городе?

Перед тем как ответить на этот вопрос, Аз Гохар сделал паузу: оторвав взгляд от Гольди, повернулся к долине и секунду глядел на клубящийся над местом недавнего взрыва дымок.

– Существует предание, что, зная о воинах Ормазды, защищающих людей, Ариман передает это знание своим детям – каждый гул, рождаясь в земле, получает знание о людях нашего рода вместе с остальными способностями. Это нечто вроде памяти, хранимой землей: еще находясь в ней, каждый гул узнаёт о существовании людей, которых он должен бояться и которые в любой момент могут прийти и убить его, и сохраняет это знание в течение всей своей жизни… Впрочем, – повторил Аз Гохар, – это всего лишь предание, перешедшее к нам от Язатасов и передающееся в нашем роду. Его никто не проверял, поэтому я не могу утверждать, что всё обстоит именно так.

– Но ведь Вассах знает о вас?

– Разумеется.

– Значит, ваше объяснение верно.

– Возможно. Но не исключено, что здесь существует другая причина: вполне вероятно, что Вассах знает обо мне и из будущего.

Брови на лице комиссара встревоженно изогнулись.

– Вы имеете в виду, что Вассах может видеть вас в будущем?

– Да, не исключено, что скоро мы встретимся, и он знает об этом!

Гольди кивнул, дав понять, что он понял услышанное:

– И все-таки возвращаясь к тому, о чем я вас уже спрашивал… Теперь, когда вы объяснили, что гулы способны заглянуть в будущее, становится еще непонятнее, почему Вассах не убил меня возле монастыря – ведь если он может видеть будущее намного вперед, то должен был знать, что мы с вами встретимся, а после этого я вызову подкрепление из Милана. Так почему же он меня не убил?

Аз Гохар перевел взгляд на Гольди и какое-то время смотрел на него, но как будто не видел, а потом в глубине его глаз неожиданно вспыхнул огонь.

– Комиссар, кажется, только что вы натолкнули меня на один интересный вывод!

– Чего? – бросил Гольди. – Какой?!

– О том, почему Вассах не убил вас возле монастыря… – Кончики губ Аз Гохара чуть дрогнули. – Для нас это очень важный вывод, комиссар! Вы даже не представляете себе, насколько!..

* * *

Оставив позади улицу с горящим грузовиком, Франческо пробежал полтора квартала и оказался в пятистах метрах от Виа Мареа, на небольшой улочке с трехэтажными домами. Нырнув в подворотню первого же из них, пересек двор, ворвался в подъезд и помчался наверх, перепрыгивая через пару ступеней и чувствуя оглушительные удары в груди.

Через короткое время он оказался на лестничном пролете третьего этажа, остановился у окна, тяжело дыша и понимая, что неспособен больше сделать движения, бросил взгляд вниз, но никого не увидел: крошечный двор дома был пуст – за исключением мертвого старика, лежащего возле резных колонн арки. Тогда он сорвал с плеча сумки и опустился на пол, чувствуя, как дрожат мышцы ног…

Никогда прежде он не бегал так быстро – наверное, даже двадцать лет назад, когда мчался по залитым ночным светом улицам Нового Орлеана, оставляя на полу туалета убитого человека. Он чувствовал, что пропитавшаяся потом рубашка прилипла к спине, плечи превратились в саднящие раны, а дыхания у него оставалось не больше чем на пару шагов.

Франческо провел рукой по лицу, вытирая испарину: правда, всё это было не напрасно – ведь ему удалось уйти от адских существ…

…Когда через языки пламени он увидел лица двух тварей, выскочивших из грузовиков, то решил, что сейчас они бросятся за ним и это будет концом – он знал, что если бы это случилось, он бы не справился с двумя гулами сразу. Но когда он промчался короткий проулок и нырнул в первую подворотню, то позади себя никого не увидел и понял, что гулы решили не преследовать его на узких улочках города. И все-таки он пробежал еще триста метров так быстро, как только он мог, – это гарантировало ему безопасность…

…Подняв руку, Франческо постучал ладонью по правому уху – оно всё еще звенело после серии взрывов, – обожженная щека и горло саднили, однако всё это было пустяком по сравнению с тем, что могло произойти с ним, окажись гул в кабине проворней его.

Вытащив пистолет, Франческо достал из кармана патроны, отщелкнул обойму и принялся заряжать ее, лихорадочно размышляя о происшедшем на Виа Мареа.

Итак, он получил подтверждение тому, что слова старика не были пустой болтовней – своими глазами он видел дьявольское существо и едва не заплатил за неосторожность собственной жизнью. И это заставило его задаться вопросом: если даже разорванное пополам оно способно убить, то что может сделать в обычном состоянии?.. Неожиданно он вспомнил заброшенный монастырь, и теперь сцена с длинноволосым «цербером» не показалась ему необычной – три пули в голову для гула, похоже, ничто. А если учесть всё остальное, о чем говорили старик и его молодой спутник – о способности гулов читать мысли и подавлять волю людей, – то становится ясно, что бороться с ними в одиночку бессмысленно.

Загнав последний патрон, Франческо вставил обойму в пистолет и сунул оружие за пояс. Последняя мысль неприятно подействовала на него, но он понимал, что его вывод верен: пытаться одному противостоять этим тварям – значит, заранее обречь себя на неудачу. Ведь для того, чтобы справиться с одним гулом, ему потребовались два гранатометных заряда, которыми легко можно было уничтожить и роту солдат. Так что же он сделает, если окажется один против нескольких тварей? И вообще, сколько их сейчас в городе?

Франческо потер переносицу, стараясь припомнить: не говорил ли об этом старик, когда он находился в машине, и неожиданно вспомнил такой эпизод: перед тем как связаться с Миланом, комиссар спрашивал старика, сколько людей, устроивших бойню, находится в городе, и тот заявил, что не менее двадцати. Он медленно провел ладонью по саднящему горлу – последнее означало, что в Террено не менее двадцати этих адских существ!

Франческо тяжело поднял сумку и вытащил из нее бутылку воды. Открутив колпачок, сделал пару глотков, вылил воду в ладонь и смочил ей горящую щеку. Двадцать гулов на одного – это много, подумал он. К тому же, скоро их станет во много раз больше – ведь уничтожили они жителей города для того, чтобы увеличить свое число в тысячи раз.

Внезапно перед его мысленным взором возникла картина, виденная им в искореженном кузове: не менее сотни тел, уложенных аккуратными штабелями, – Франческо не сомневался, что гулы везли их туда, где хотели превратить в себе подобных. Он не знал, что это было за место – возможно, им были городские кладбища или пустыри возле Кальва-Монтанъя, а может быть, склон горы? – но чувствовал, что не ошибается… Так как же он может отомстить тем, кто впервые в жизни заставил его вложить ствол пистолета себе в рот, а перед этим – испытать самое страшное потрясение в жизни?..

Сидя на полу лестничного пролета, Франческо Борзо пытался найти ответ на последний вопрос, но как ни старался, сделать этого ему пока не удавалось…

* * *

Поправив повязку, Аз Гохар протянул:

– Комиссар, кажется, я понял, почему Вассах не убил вас возле монастыря. Он не сделал этого по той же причине, по какой мы с ним не встретимся в ближайшее время: по-видимому, мое последнее предположение оказалось неверным – Вассах не видит меня в будущем, знание обо мне он получил из земли!

– Что вы имеете в виду? – повторил Гольди, по-прежнему не понимая, к чему клонит старик.

Аз Гохар чуть помедлил, но, вместо того, чтобы ответить прямо, спросил:

– Скажите, комиссар: сколько времени прошло между тем, как вы уехали от монастыря и в последний раз разговаривали с Вассахом по рации?

– Минут тридцать пять или сорок.

– А в первый раз вы говорили с ним минут за двадцать до этого?

– Да.

Аз Гохар довольно кивнул:

– Это важно, комиссар. Понимаете, из всего этого следует вывод, что либо, отправляя вас в город, Вассах знал, что вы свяжетесь с Миланом, но не придал этому большого значения, либо просто не видел этого! В любом случае наш разговор за две минуты до гибели города заранее был ему неизвестен, а значит, из этого следует, что сейчас он способен видеть будущее самое большее на полчаса вперед, а возможно, и меньше!

Немного подумав, комиссар понимающе бросил:

– Похоже, вы правы… Но почему вы говорите, что для нас это важно?

– А вы еще это не поняли, комиссар? То, что Вассах не способен заглянуть далеко в будущее, означает, что он не знает: удастся ли ему довести задуманное в Террено до конца или нет, а это уравнивает наши шансы… Кроме того, то обстоятельство, что он способен видеть лишь на минуты вперед, доказывает, что, скорее всего, он близок к собственной смерти. Вспомните, что я говорил вам: чем ближе гул к своей смерти, тем сильнее уменьшается доступный ему отрезок будущего; а это значит, что велика вероятность, что в ближайшие сутки Вассах Гул умрет и описанное в Пророчестве сбудется!

Когда Аз Гохар замолчал, Гольди какое-то время раздумывал – информация о гулах была довольно запутанной, но общую картину он себе уже уяснил. Оставалось, впрочем, самое главное – узнать, каким образом Аз Гохар намеревается бороться с теми, кто уничтожил население города.

– Синьор Аз Гохар, полагаю, вы рассказали всё, что знали о гулах. Однако теперь вы должны прояснить, каким образом собираетесь их уничтожить?

Старик, за мгновение до того повернувшийся к городу, произнес:

– Пока я не могу ответить на этот вопрос, комиссар: первый шаг остается за гулами – они должны начать действовать. Только после того, как они начнут осуществлять следующий пункт плана Вассаха, мы сможем решить, что делать дальше.

– Но, по-моему, они и так уже сделали многое? Город мертв!

– Да, но теперь они должны сделать следующий шаг.

– И вы знаете какой?

– Конечно, и я это говорил… Теперь гулы начнут собирать трупы по городу и свозить их туда, где из них смогут родиться новые гулы. Пока же они этого не сделают, идти в Террено бессмысленно – нам нужно ждать и наблюдать за долиной!

– Но вы уверены, что это произойдет?

– Разумеется!

Аз Гохар замолчал.

Какое-то время комиссар неподвижно стоял между ним и Джей Адамс, а потом развернулся и двинулся под навес, где сидел демонолог – тот спрашивал что-то у Паолы, и она отвечала ему, но говорили они очень тихо, так что от парапета их не было слышно…

Когда комиссар остановился у столика, Андрей оторвался от Паолы. Сунув руки в карманы, Гольди спросил:

– Синьор Белов, вы слышали наш разговор?

Демонолог кивнул.

– И вы знали о гулах? Я имею в виду: знали раньше?

– В самых общих чертах.

– Вы приехали в Террено вместе?

– Нет, мы случайно встретились этим утром в монастыре.

– Но вы были знакомы?

– Да.

– И о гулах вы тоже узнали от него?

– Частично…

Брови Гольди вопросительно изогнулись.

– …Знание о гулах разбросано по всему миру, комиссар: в легендах и преданиях разных народов – нужно только внимательно их изучить, чтобы выяснить правду, а именно этим я занимаюсь, ведь по профессии я демонолог.

Гольди недоверчиво протянул:

– Ну, хорошо… А насколько всё это соответствует действительности?

– Вы спрашиваете: насколько это соответствует действительности? Правда ли то, что рассказал Аз Гохар?.. – Увидев, как Гольди кивнул, демонолог продолжил: – Разве не видели вы достаточных подтверждений своими глазами?

Гольди нахмурился, а демонолог взял банку и сделал глоток. Глядя на него сверху вниз, комиссар машинально отметил морщины, обозначившиеся вокруг его глаз, – благодаря многолетнему опыту ему были знакомы эти морщины – так выглядят лица людей, озабоченных какой-то идеей, витающей в их мозгу, но не способных найти ей решение. Похоже, что что-то мучает этого человека, решил комиссар и спросил:

Примечания