Начальные люди Томской губернии. Исторические портреты 1804-1917

В Александро-Невской семинарии программа обучения предусматривала не только изучение традиционных дисциплин – теологии, метафизики, риторики, но и светских дисциплин – высшую математику, историю, опытную физику, «новую» философию (включая творчество «богоборцев» Вольтера и Дидро), французский язык. Сперанский выпущен из семинарии в 1792 году, значит, и Демьян Илличевский тогда же окончил.

Потом он учился в Киевской духовной академии, читал риторику в Полтавской семинарии, однако, дальнейшую карьеру избрал светскую. Кроме прокурорской работы в Киеве, известно, что он служил по Министерству финансов России и имел высокий чин.

Когда в октябре 1811 года открыл свои двери Императорский Царскосельский лицей, предназначенный для детей дворян, то среди его учеников оказался тринадцатилетний сын Демьяна Васильевича Алексей. Попал он туда по рекомендации Сперанского. Отец рассказывал Михаилу Михайловичу, когда пришел с просьбой:

– У меня взрастает сын Олося, преострый и с преизрядным воображением, пишущий гладко, борзо и с правильностью чудесные стихи, но для университета молод, а к семинарии негоден, ибо наклонности имеет статские, не духовные.

И томским губернатором Демьян Илличевский стал благодаря расположению и протекции Сперанского, занимавшего видные посты в государстве, в том числе Государственного секретаря – должность самого влиятельного сановника. Видно, Марченко давно задумал уехать из Томска, да вопрос с перемещением затягивался. Сперанский подготовил указ о назначении Илличевского губернатором, и он был подписан, хотя к тому времени Михаил Михайлович оказался в опале, смещен со всех должностей, арестован и был сослан в Нижний Новгород, потом в Пермь.

Демьян Илличевский запятнал себя неблагодарностью, даже подлостью по отношению к своему благодетелю. Узнав о том, что Илличевский по пути в Томск будет проезжать через Пермь, Сперанский вышел к нему навстречу, но вновь испеченный губернатор, испугавшись свидания с опальным, быстро проехал мимо, сделав вид, что не знает однокашника по семинарии и столичного покровителя.

В бытность Илличевского томское начальство занималось устройством и заселением дороги по берегу Енисея до Туруханска и оттуда до Таза, в 1813 году – новой отправкой рекрут в армейские части, в соответствии с распоряжением из столицы – заведением запасных магазинов для мещан, жительствующих в селениях губернии. Решался вопрос улучшения обеспечения жителей Томска питьевой водой, было построено каменное здание магистрата, открыта первая в губернии типография, ставился вопрос об открытии ярмарки. При нем была создана единственная в Сибири масонская ложа, пытавшаяся низвергнуть губернатора. Подписывая бумаги, Илличевский к своей должности непременно добавлял: «орденов Св. Анны II класса и Св. Владимира IV степени кавалер». Иные чиновники, имея ордена, просто добавляли к своей должности слово «кавалер».

Генерал-губернатора Сибири И.Б Пестеля Илличевский полностью устраивал, более того, он был надежным его союзником. Сказалось духовное образование губернатора, где прививались строжайшая дисциплина, дух угождения старшему и сильному, порабощения младшего и слабого, страх перед власть предержащими и безусловное подчинение их воле. При Илличевском в губернии расцвели воровство, поголовное мздоимство и сплошные злоупотребления.

Жизнь полна зигзагов и неожиданных поворотов. В 1819 году опала миновала, и М.М. Сперанский вступил в должность генерал-губернатора Сибири. Почти сразу же он отправился по губерниям с ревизией, 6 июля 1819 года прибыл в Томск, то, что он увидел, поразило его. Томский историк В.Д. Гахов в одной из публикаций привел убийственные слова Сперанского:

«Томская губерния по богатству и климату могла быть одной из лучших губерний в России, но худое управление сделало из нее сущий вертеп разбойников. Если бы в Тобольске я отдал бы всех чиновников под суд, то здесь оставалось уже всех повесить. Злоупотребления вопиющие и по глупости губернатора, по жадности жены его, по строптивому корыстолюбию брата его, губернаторского почтмейстера, весьма худо прикрытым… Внутри, исключая казенной палаты, все исполнено пакостей и мерзости».

Сперанский отстранил Илличевского от обязанностей губернатора на время работы комиссии, поручил управлять губернией И.И. Соколовскому, занимавшего должность председателя губернского правления. Он поступил так, как Тарас Бульба по отношению к сыну-предателю Андрею:

«Я тебя породил, я тебя и убью».

Алчность и нажива не имеют границ, притупляют страх. Забыли чиновники урок Петра I, когда в марте 1721 года за казнокрадство, лихоимство, взятки и вымогательства был повешен первый губернатор Сибири Матвей Гагарин, а все имущество конфисковано. Его труп, истлевший и изъеденный птицами, провисел более семи месяцев, его перемещали в разные части города для устрашения коррупционеров, в назидание чиновникам.

В Томске под следствие попало более 60 человек, казалось бы, губернатору грозит острог, а то и виселица. Но после двух с половиной лет работы комиссия вынесла удивительно мягкий приговор: «снять с должности и подвергнуть ответу к рассмотрению в Сенате». Высочайшим повелением от 26 января 1822 года Илличевский был удален от должности губернатора за бездеятельность и неблаговидные поступки.

В Сенате, благодаря великодушному заступничеству Сперанского, от обвинений Илличевский был очищен и на службу более не поступал. Жил уединенно в поместье под Петербургом, наверное, радуясь, что так легко отделался от тяжких обвинений.

Однажды Демьян Васильевич в беседе со Сперанским произнес любопытную фразу: «Разум есть соображение частей, но целое постичь может лишь добродетель». Почти 200 лет миновало, как прозвучали эти слова, но они до сих пор кочуют в собраниях мудрых мыслей и легендарных фраз.

У Илличевского выросло два сына: Алексей (Олося, как звал его отец) и Платон.

Алексей Илличевский в 1817 году окончил Царскосельский лицей в чине коллежского секретаря, служил по почтовому ведомству вначале при отце в Томске, потом при сибирском генерал-губернаторе М.М. Сперанском. В лицее он проявил себя одним из самых способных учеников. Там не выставлялись оценки за знания, там профессора давали свои отзывы об успехах. У Илличевского записаны, например, такие отзывы: в русском и латинском языках – «счастливые способности, прилежание чрезвычайное и успехи отличные», в логике и нравственности – «острое понятие, отменно успевает, но слишком тороплив», в географии и истории – «редких дарований, особенно прилежен, судит здраво и основательно, успехи прекрасны».

Алексей проявил себя одним из самых деятельных литераторов и способных рисовальщиков. Удавались ему карикатуры, особенно доставалось Мясоедову и Кюхельбекеру. О совершенстве и своеобразии его рисунков свидетельствует «Схватка казака с французским кирасиром». Печатал свои стихи в «Вестнике Европы» и «Российском музеуме», занимался переводами.

Он стал известен не столько литературной деятельностью, выразившейся в издании небольшого томика стихотворений «Опыты в антологическом роде» и повести «История булавки», сколько дружбой с Александром Пушкиным, его лицейским товарищем. Одно время Илличевский считался его соперником в поэзии и некоторыми ставился даже выше Пушкина. Известно, что первое юношеское произведение Пушкина «Песня» было исправлено и докончено Илличевским. Пушкин называл его «остряком любезным» и предлагал вылить сотню эпиграмм «на недруга и друга». Пушкин написал стихотворение «В альбом Илличевскому», которое начинается так: «Мой друг! Не славный я поэт, хоть христианин православный». Илличевский же предсказывал другое – «лучи славы Пушкина будут отсвечиваться и в его товарищах». И не ошибся.

В 1822 году Алексей Илличевский покинул Сибирь, жил в Петербурге, служил по Министерству финансов.

Алексей Илличевский умер от паралича в Петербурге, восемь месяцев спустя после трагической гибели Пушкина, не прожив и 40 лет.

Платон Илличевский в 1824 году окончил курс в благородном пансионе при Петербургском университете. Служил в Канцелярии Его Императорского Величества, принимал участие в составлении Свода законов, был вице-директором департамента и товарищем министра юстиции. 1 января 1859 года был произведен в тайные советники.

Умер, состоя на службе, 1 мая 1858 года, прожив всего 50 лет.