Свободное падение, или Cон, приснившийся в ночь с четверга на пятницу

на пятом этаже.

– Коля!!!

Коля остановился и нерешительно огляделся вокруг.

– Коля, держи… Ты забыл, – И девушка бросила с высоты

его трусы. Во дворе дома было много людей. Мужики играли в

домино, женщины на скамейке болтали о чьей-то судьбе, детвора

играла в песочнице. Все они услышали крик Кати и разом увидели, как она бросила Колины трусы. Во дворе раздался дружный смех.

Коля опешил… Бежать… ловить трусы… Он растерянно замер.

Трусы тем временем парили в воздухе, медленно опускались, вызывая неописуемый восторг свидетелей. Кое-как дождавшись, когда они опустятся, Коля схватил трусы и пулей понёсся прочь.

Двор сотрясался от смеха. Смеялись все, даже малыши на

площадке. Коля нёсся по улице, сгорая от позора.

Катя с мамой смеялись на балконе пятого этажа. Неожиданно

Надежда Ивановна строго посмотрела на дочь:

– Я вообще-то не поняла, а почему Коля был без брюк? Что

это значит, Катя?

– Ну, мамочка, просто Коля порвал брюки, и я ему их

зашивала. А тут ты пришла. – Катя подошла к маме, обняла её за

талию и поцеловала в щёку.

– Я не сомневаюсь в тебе, доченька, ты не позволишь себе

недостойного поведения. – Надежда Ивановна погладила дочь по

голове.

– Ой, мамочка, я влюбилась. Мне так хорошо с Колей, что, кажется, без него я умру. А когда он обнимает меня, голова так

кружится.

38

– Я вижу, доченька. Хорошая любовь первая… Самая

красивая… васильковая, – сказала мама ласково, смотря куда-то

вдаль.

– А что такое васильковая любовь? – спросила Катя.

– Ну, это в старину первую любовь называли васильковой. За

её красоту, силу, чистоту. А ещё за то, что васильки дарили

девушкам влюбленные парни.

Они стояли так ещё некоторое время, обнявшись и улыбаясь.

Каждая по-своему. Катя – счастливо, думая о будущем с Колей.

Надежда Ивановна грустно, вспоминая свою первую васильковую

любовь.

4

– Тише, тише, успокойтесь! – Катя пыталась утихомирить

одноклассников.

– Комсомольское собрание считаю открытым. – Катя

постучала указкой по столу. – Повестка дня. Первый вопрос –

Великая Октябрьская революция – величайшее событие двадцатого

века. Докладчик – я. Второй вопрос – успеваемость в первой

четверти. Докладчик – Тимофеева Зина. Третий вопрос –

подготовка дискотеки, посвящённой Великой Октябрьской

революции.

– Переходим к третьему вопросу, – заорал Сашка Котов.

– Котов, ты нарвёшься на дисциплинарное взыскание за срыв

комсомольского собрания, – строго сказала Катя и добавила: –

Итак, первый вопрос. – Она достала заранее приготовленные

листочки и принялась читать:

– Седьмого ноября одна тысяча девятьсот семнадцатого года

произошло событие, перевернувшее весь мир. К власти впервые

пришёл пролетариат. Власть взяли в свои руки рабочие и крестьяне…

В классе наступила тишина. Кто-то принялся готовить

домашнее задание на завтра, кто-то достал интересную книгу.

Кирилл, Ваня и Коля принялись играть в морской бой.

39

– Катька точно будет руководящим партийным работником,–

сказал Ваня, и тут же добавил: – Б-2.

– Потопил, – почесал голову Кирилл. – Да, доклады она

делает хорошо, хотя бабе надо дома сидеть, детей воспитывать.

Вон моя мамка всю жизнь не работает. Меня человеком сделала, папку вкусно кормит.

– У тебя папка есть, а у меня и Катьки только мамка. Она и

детей воспитывает, и деньги зарабатывает. В-4, – задумчиво сказал

Коля.

– Потопил. – Кирилл почесал затылок.

Скоро Катя закончила читать доклад. Затем, подняв голову, строго спросила:

– У кого есть вопросы? Кто хочет высказаться?

Неожиданно руку поднял Кирилл.

– Слово предоставляется Крамелю Кириллу.

Кирилл важно вышел к трибуне и не громко, но с

выражением начал:

– Нельзя не понимать, что Великая Октябрьская революция

буквально перевернула весь мир. К власти пришёл пролетариат.

Учение великого Ленина показало, что только оно единственно

правильное. Посмотрите, мы можем сравнить. Прошло шестьдесят

лет после революции, а какие достижения. Неграмотность

победили, экономику страны подняли из руин, Великую

Отечественную войну выиграли, в космос первые полетели. Да что

тут говорить первые во всём. А эти капиталисты вечно будут у нас

в хвосте плестись. Каковы наши задачи, комсомольцев двадцатого

века? Первое – в совершенстве овладевать учением Маркса –

Энгельса – Ленина. Второе – гордо нести почётное звание

комсомольца, свято выполнять требования устава. Четвёртое –

быть

надёжным

помощником

Коммунистической

партии

Советского Союза. Вот, к примеру, я предлагаю на осенних

каникулах два дня посвятить сбору металлолома. Я знаю много

свалок, где металла валом. Насчёт машины договорюсь, отец

поможет. У меня всё.

Кирилл посмотрел на Катю и довольный, пошёл к своей парте.

– Молодец, Кирилл. Вот, товарищи комсомольцы, берите

пример с него. Кто за то, чтобы выйти на сбор металлолома?

Комсомольцы нехотя стали поднимать руки вверх.

40

– Ну, насчёт каникул ты перегнул, – сквозь зубы прошептал

Коля Кириллу.

– Принято единогласно, – сказала довольная Катя. – Так, теперь переходим ко второму вопросу. Докладчик Тимофеева Зина.

Зинка неторопливо подошла к трибуне, развернула вчетверо

сложенный тетрадный листок и, растягивая слова, начала говорить.

– В общем, двоек у нас пять. Это Комиссаров по математике…

– Да я уже исправил! Ещё вчера, что за поклёп! – возмутился

Комиссаров.

Зинка посмотрела на него удивленно и продолжила:

– Ну, тогда у Мишиной по физкультуре…

– А у меня освобождение было, я справку принесла, и мне

исправили, – не вставая, важно бросила Мишина.

– Тимофеева, ты как подготовилась? Ты когда оценки

выписывала? – строго спросила её Катя.

– Я выписывала! Только сегодня журнал не посмотрела! И

если не нравится, сами выписывайте. – Она надула губы и с

обиженным видом пошла к своему месту.

– Так, переходим к третьему вопросу. – Катя выдохнула. –

Дискотека.

Все сразу оживились.

– Я предлагаю пойла взять побольше, лучше портвейна, –

крикнул с места Комиссаров.

– Комиссаров, ты же комсомолец, – одернула его Катя.

– А давайте костюмы маскарадные пошьём, будет весело, – с

места вальяжно вставила Зинка.

– Зина, ну какие костюмы! Это же не Новый год! Ребята, давайте конструктивно! – расстроенно крикнула Катя.

– Так, пора брать власть в свои руки, а то Катька зашивается,

– сказал Ваня и поднял руку, – можно мне?

– Да, конечно. Слово предоставляется Иванову Ване.

Ваня неторопливо подошёл к трибуне и, выждав паузу, сказал:

– Конечно, желания провести дискотеку ни у кого нет.

Поэтому я предлагаю от неё отказаться.

– Как отказаться? Ты что!? Почему? – заголосили ученики.

– Ну а что вы тогда всякую хрень несете про костюмы и

пойло. Давайте серьезно.

– А ты сам что предлагаешь? – крикнула Зинка.

41

– Я предлагаю следующее… Праздник Седьмое ноября, –

главный праздник страны. Поэтому нас не поймут, если мы не

подготовим несколько номеров художественной самодеятельности

по теме праздника. Я, например, могу рассказать стих.

– Правильно, мы с девчонками разучим несколько

революционных песен,– вставила Катя.

– А я могу деда своего привести. Он у меня революцию

помнит может много интересного рассказать, – вставила Маша

Кольцова.

– Много не надо, а минут на двадцать – самый раз.

Тимофеева, ты завалила вопрос об успеваемости. Теперь будешь

исправляться.

Составишь

программу

художественной

самодеятельности.

Зинка было начала возмущаться, но её перебила Катя:

– Я помогу, вместе сделаем…

– И предлагаю пригласить на дискотеку десятый класс из

второй школы. По моим агентурным данным, они сколотили

вокально-инструментальный ансамбль и играют неплохие вещи, –

добавил Ваня заговорщицки.

– Ура, классно, у нас ещё никогда не играл ансамбль на

дискотеке, – захлопали в ладоши девчонки.

– Отлично, я свяжусь с комсоргом из второй школы. Думаю, она меня поддержит, – сказала Катя. – Собрание закончено, все

свободны.

Ученики, хлопая крышками парт, с шумом стали выходить из

класса. Последними вышли Катя, Ваня, Коля и Кирилл. Они

вчетвером неторопливо направились привычной дорогой домой.

– Спасибо, Ваня. Ты всегда выручаешь меня. – Катя взяла

Ваню под руку и доверительно прижалась к нему. – Комсоргом

надо было тебя выбрать.

– Я ещё накомандуюсь. Батя мне плешь проел: когда будешь

руководящей работе учиться, уже пора и т.д., и т.п.

– Придёт время – научишься. Я думаю, тебе батя уже теплое

местечко готовит, – язвительно сказал Кирилл. Он ревниво

посмотрел, как Катя прижалась к Ване.

– Да уж. С принципами моего бати далеко не уедешь. Для

него надо через всё пройти. Жизнь понять. Для начала он мне уже

42

задачу определил: – поеду на комсомольскую стройку после

института, – ответил Ваня.

Ребята незаметно подошли к дому, где жили Ваня и Кирилл.

– Послушайте, у меня есть предложение, – вдруг

заговорщицки начал Кирилл.

Поехали, на батиной тачке погоняем. Я только за ключами

сбегаю.

– Да ты что, у тебя же прав нет, – возмутилась Катя.

– Круто, Киря, поехали, я ещё ни разу на новой «Волге» не

катался. – Коля дёрнул Кирилла за руку.

– Сына начальника милиции города никакой гаишник не

решится остановить, – по-деловому сказал Ваня.

– Я быстро, – бросил на ходу Кирилл и умчался за ключами.

Через десять минут ребята подошли к гаражу, где стояла

машина.

Кирилл важно сел за руль. Было видно, что ему очень

хочется произвести впечатление на Катю. Скоро ребята выехали на

центральную улицу. Кирилл уверенно вел машину. Через десять

минут машина выехала за город.

– Кирилл, а куда мы едем? – заволновалась Катя.

– По трассе прокатимся, проверим, какую скорость машина

развивает, – ответил важно Кирилл.

– Не дрейфь. «Волга» очень надёжная машина. Дави на газ, Киря. – Коля высунулся в открытое окно и заливисто засвистел.

– Слушай, Киря, а откуда у вас деньги на новую «Волгу»? –

Поинтересовался Ваня.

– Батя крутится, – по-деловому ответил Кирилл, лихо

управляя машиной. – Пять тысяч ему директор рынка, Исмаилов, занял. Я как-то разговор слышал.

– Да, долго отдавать будете, – покачал головой Коля.

– Да, может, и не будем. Батя держит его в ежовых

рукавицах. Он как-то говорил мамке, что у него такой компромат

на Исмаилова, что тот ему по гроб жизни должен.

– Ворюга он, этот Исмаилов. Мой батя говорил, что

доберётся до него, – сказал Ваня.

– Хрен доберётся. У него покровитель – второй секретарь

обкома. Батя говорил, что Исмаилов тому «Волгу» подогнал совсем

43

бесплатно, – Кирилл говорил уверенно. Было видно, что он хорошо

разбирается в придворных интригах.

– Во-во! Батя и говорит, что коммунисты продаваться стали.

Взятки берут, морально разлагаются, – Ваня покачал головой.

– Твой батя просто ортодокс какой-то. Сейчас все берут. А

будет под нужных людей копать, сам с должности слетит, – зло

сказал Кирилл.

– Мальчишки, я устала, смените тему,– закапризничала Катя.

Она сидела сзади вместе с Ваней. Коля на переднем сиденье

периодически высовывался в окно и свистел. Неожиданно он

повернулся к Кириллу и сказал:

– Слушай, Киря, поехали на озеро, тут рядом.

Кирилл притормозил и свернул на просёлочную дорогу. Через

пару минут они выехали на берег озера. Машина остановилась. Коля

случайно взялся за ручку бардачка, и тот неожиданно открылся.

– Глянь, Киря, тут коньяк, – негромко сказал Коля.

Кирилл достал бутылку коньяка и, довольный, сказал:

– Ну и отлично. Батин запас. Тут и стакан есть.

Ребята вышли из машины. Коля нашёл на берегу чью-то

брошенную шапку и пнул её ногой в сторону Вани. Ваня подхватил

её, и ребята принялись играть в футбол. Катя визжала от радости, пацаны толкались, падали. Скоро они устали и попадали на землю.

– Мальчики, как мне хорошо с вами,– сказала Катя, улыбаясь

и смотря в небо.

– Так, взялись все за руки и повторяйте за мной, –

скомандовал Ваня.

Ребята лежали головой друг к другу. Они взялись за руки.

– Клянусь – быть преданным нашей дружбе, – начал Ваня.

– Клянусь! – повторили ребята,

– Клянусь – первым прийти на помощь, если случится беда.

– Клянусь!

– Клянусь – быть честным, никогда не врать друзьям.

– Клянусь!

– Один за всех, и все за одного.

– Один за всех, и все за одного, – повторили ребята.

Кирилл подскочил и радостно сказал:

– Вот это надо отметить. – Он быстро побежал к машине и

скоро вернулся, держа в руках бутылку с коньком и стакан.

44

– Ой, мальчики, только я не буду, – негромко сказала Катя.

– А тебе никто не наливает. Не хватало, чтобы ты коньяк пила.

Это напиток мужчин, – сказал Коля и добавил: – А закуска есть?

– Ой, мальчики, у меня несколько конфет в портфеле. – Катя

быстро принесла конфеты.

Кирилл налил коньяк и протянул стакан Ване. Тот выдохнул

и, сказав – «клянусь», – выпил. Кирилл и Коля повторили за ним.

Скоро бутылка стала пустой. Ребята, захмелев, принялись опять

гонять старую шапку по полю.

Устав, подошли к озеру и стали умываться холодной осенней

водой.

– Классно отдохнули. – Коля, раздетый по пояс, плескался

водой.

– Да, пожалуй, пора домой. А то родоки скоро придут с

работы, и Кириллу влетит. – Ваня натянул майку.

– Да мне батя разрешает машину брать, и вообще… мне

плевать на них. Я уже взрослый. – Самодовольно ответил Кирилл.

– Ладно, поехали, поздно уже. – Коля тоже оделся, и все

направились к машине.

Кирилл резко рванул машину с места и быстро понёсся по

просёлочной дороге. Ребята дурачились, выглядывали в окна, свистели. Машина выехала на трассу и понеслась с бешеной

скоростью.

– Киря, а с какой скоростью может «Волга» ехать? – спросил Коля.

– На спидометре сто шестьдесят.

– Ребята, вовремя мы уехали. Смотрите, дождик пошёл –

Катя закрыла стекло машины. Кирилл нёсся на большой скорости, стараясь удивить друзей своим мастерством. Поворот показался

внезапно.

– Киря, поворот! – крикнул Ваня, сидевший впереди.

– Нормально, проскочим – с азартом ответил Кирилл.

Машина вошла в поворот на большой скорости. Неожиданно

задние колёса пошли в занос, и машину стало разворачиваться на

дороге.

– Тормози! – заорал Ваня.

– Ребят, мне страшно – крикнула Катя, обхватив руками

голову. Коля обнял её и сильно прижал к себе. Кирилл резко

ударил по тормозам. Но от этого машину повело ещё сильнее.

45

Вылетев на обочину, она перевернулась на крышу и, пролетев

несколько метров, остановилась.

Коля по-прежнему крепко обнимал Катю. Наступила тишина.

Он пришёл в себя оттого, что Катя стала вырываться из его

объятий.

– Ну, пусти же, задушишь. – Сказала она негромко.

Коля разжал руки. Снаружи кто-то стал дёргать дверь

машины, которая не хотела открываться. Наконец дверь подалась, и в проёме показалось бородатое лицо.

– Живы? Ну-ка, давайте выбираться. Только потихоньку, не

торопитесь.

Коля стал помогать Кате. Скоро они вдвоем выбрались

наружу. А бородач стал помогать Ване и Кириллу. Бородач

командовал уверенно.

Скоро ребята лежали на траве, рядом с машиной.

– Так, сыночки, лежите, не шевелитесь. Я сейчас.

Он выбежал на дорогу, остановил попутную машину и что-то

сказал водителю. Ребята все ещё лежали на траве.

– Ты как? – спросил Коля у Кати.

– Ничего,– негромко ответила Катя, – только плечо болит.

Кирилл вон лицо разбил.

– До свадьбы заживёт, – отозвался Кирилл.– Ванька, ты как?

– Шея болит. Вроде не ушибся. Хорошо, привязан ремнями был.

Примерно через полчаса появился первый гаишник. Он

подбежал к ребятам и тревожно спросил:

– Раненые есть?

– Кажись, все целы. Только ушибы, – отозвался за ребят

бородач.

– Ничего себе, так эта машина начальника милиции! –

воскликнул неожиданно гаишник, и побежал к своей машине.

Скоро он что-то тревожно говорил в микрофон рации.

Следом за гаишником прибыла скорая. Врачи по очереди

проводили ребят в автомобиль скорой помощи. Ване

перебинтовали поврежденную руку, Кириллу – голову.

Неожиданно в проёме двери автомобиля скорой помощи показался

отец Кирилла.

– Все живы? Кирилл, что с головой? – спросил тот встревожено.

46

– Ничего страшного, Виктор Адамович, – ответил врач, –

только ссадины.

– Ну, слава богу, – ответил Виктор Адамович и отошёл от

машины.

К нему сразу подошёл гаишник и, отдав честь, сказал:

– Большая скорость, не справился с управлением. Да к тому

же компания пьяна.

– Все?– удивился начальник милиции.

– Кроме девчонки.

– Ладно, капитан. Машину доставите в гараж. Только сразу в

бокс поставьте, от посторонних глаз подальше. Естественно, никаких протоколов не составляй. Ни к чему. Да! Своих

предупреди, чтобы язык за зубами держали. С медиками я сам

решу.

Он подошёл к машине скорой помощи.

– Ну что, докатались… Комсомольцы, – сказал он, с укором

взглянув на ребят. – Я могу этого забрать? – он указал на Кирилла, обратившись к врачу.

– Да, конечно. Первая помощь ему уже оказана. Теперь

только покой – отозвался врач. – А завтра пусть врачу покажется.

Кирилл сел в машину отца, и они умчались на большой

скорости.

5

Кирилл не появлялся в школе неделю. Его друзья кроме

домашних, об аварии ни кому не рассказывали. Естественно, получили по полной программе, да и сами испугались. В общем, эту неделю они ходили как шёлковые. Ваня заходил к Кириллу

каждый день, приносил домашнее задание. Катя с Колей не

решались. Боялись встречи с родителями Кирилла. Всё это время

ребята активно готовились к празднованию дня Великой

Октябрьской революции. И наконец, долгожданный праздник

настал. Ровно в девять утра седьмого ноября началось построение

колонн на праздничную демонстрацию. Вокруг развевались

красные флаги, играла революционная музыка. Кто-то улыбался, кто-то смеялся. Вокруг царила атмосфера радости и веселья.

Организаторы раздавали портреты вождей и плакаты с лозунгами.

То тут, то там уже успевшие остограммиться люди плясали под

47

гармошку. Совсем рядом хором пели какую-то революционную

песню, перекрикивая и уличные динамики, и крики организаторов.

Это был общий праздник, праздник страны, праздник каждого её

гражданина. И он объединял всех, сплачивал, воспитывал молодых, доставлял удовольствие старикам, воевавшим за эту страну. Это –

как ребята с одного двора, с одной улицы. Один за всех и все за

одного. И это были люди одной великой и могущественной страны.

Один за всех, и все за одного. Все были в едином строю, плечом к

плечу. Один за всех и все за одного. И на амбразуру, за всех! За

Родину! И за станком в три смены, на благо общей страны! И в

поле, пока всё до единого колоска в закрома! И рекорды, и

достижения. И труд каждого и в первом спутнике, и в первом

космонавте, и в рекордах, и в покорениях вершин. Всё это

называется одним великим русским словом – патриотизм. И ничто

не сплачивало людей так, как день рождения государства. Общей

русской страны.

Десятый класс был почти в сборе. Уже выстроились в

колонну. Плакаты и флаги подняты высоко над головами. Все в

нетерпении ждут начала демонстрации. Катя первая увидела

показавшегося в толпе Кирилла.

– Ребята, Кирилл!– радостно вскрикнула она.

– Киря! Привет автогонщикам! – заорал Ваня.

Ребята принялись тискать товарища. Катя от радости

чмокнула его в щеку, отчего Кирилл смутился.

– Только вот не надо оваций, не надо. Я знаю: страна любит

своих героев, но… будьте скромнее. И, как учил великий Ленин –

скромность украшает человека,– сказал он с пафосом, подняв вверх

указательный палец.

– Крамель! Ты где болтался неделю? – Тимофеева Зинка

неторопливо подошла к ребятам.

– Ой, – вскрикнула она, увидев шрам на лбу у Кирилла, – а

это откуда? – Зинка сделала жалостливое лицо.

– Пока вы, товарищ Зина, учите букварь, ваш скромный слуга

неделю выслеживал опасных рецидивистов. А при задержании

получил пулевое ранение, – сказал он важно и затем добавил

совсем тихо, как бы между прочим, – ну, в общем, скоро ты

узнаешь об этом в центральной прессе.

48

Наивная Зинка поверила и стала спрашивать, в какой газете

появится статья о герое.

– Ладно, герой, держи. – Коля всучил Кириллу плакат с

портретом, – сейчас тронемся.

И действительно. В динамиках прозвучало: «Праздничная

колонна! Шагом марш!»

И всё разом пришло в движение. Колонны пошли друг за

другом, все старались держать ровные шеренги. А при

прохождении перед трибунами громко кричали лозунги и неровное

«Ура!».

«А сейчас торжественным маршем проходят ученики и

учителя первой школы! Поприветствуем их, товарищи!» – громко

прозвучало из динамиков.

«Ура-а-а-а!» – Закричали все вокруг и захлопали в ладоши.

– Ваня, смотри, вон твой папа! – Катя стараясь перекричать

толпу и громкую музыку.

– А где ж ему быть! А вон и мой батя стоит, узнаёшь? –

Кирилл посмотрел на Катю. Он очень соскучился по ней. Катя

была в тонком плаще, который плотно облегал её красивую

фигуру. Высокая грудь – раскрасневшиеся щеки, красивые губы, все это приводило Кирилла в трепет. Он постоянно бросал

украдкой взгляд на девушку, стараясь в разговоре дотронуться до

её руки.

Как ему хотелось, чтобы Катя ответила ему взаимностью. Но

это всё из-за этой дурацкой договоренности. Конечно же, она

выберет его. Ваню интересует только наука. Коля ему не конкурент.

И как она посмотрела на него сегодня! И поцеловала! Кирилл

радостно кричал вместе со всеми громкое «ура-а-а», постоянно

улыбался и потом вместе со всеми запел: «Наш паровоз вперед

летит….»

Когда колонна повернула за угол, строй распался.

– Так, десятый класс! Сейчас можете погулять в парке, в

шесть вечера праздничный концерт и дискотека. Прошу всех не

опаздывать,– строго сказала классный руководитель Наталья

Ивановна и ушла вместе с другими учителями.

– Теперь слушать мою команду, – по-военному скомандовал

Ваня, – предлагаю отметить наш праздник. В магазине есть

классный портешок.

49

– Вань, что такое портешок, это тортик? – наивно спросила

Верка Тимофеева.

– Портешок, товарищ Вера, – важно сказал Коля, взяв её под

руку, – это такой веселительный народный напиток под названием

портвейн.

Десятиклассники одобрительно зашушукались.

– Тогда по рублю, – крикнул Кирилл и снял с головы кепку.

Все стали бросать рубли. Пересчитав деньги, Кирилл

довольно сказал, – Солидно, кто со мной в магазин?

– Пойдём втроём – я, ты и Коля. Девчонкам там делать

нечего, – по-деловому сказал Ваня и забрал деньги у Кирилла.

Ребята пошли в сторону магазина.

Они весело болтали, размахивая руками, то и дело, перебивая

друг друга.

Перед самым магазином дорогу им неожиданно перегородил

долговязый цыган:

– Привет, братишки, с праздником. На минуту за угол

отойдем, разговор есть, – сказал он доброжелательно.

– Какой ещё разговор? – Ваня подозрительно посмотрел на

цыгана.

– Да помощь ваша нужна, братишка, две минуты. – Цыган

жалобно посмотрел на Ваню.

– Вань! Пойдем, поможем! Человек же просит, – добродушно

отозвался Коля.

Ребята направились вслед за долговязым. Как только они

зашли за угол магазина, их окружили сразу четверо цыган.

– Не понял, в чём дело? – вопросительно посмотрел на

долговязого Ваня.

– Не волнуйся, братишка, помочь нам надо, деньгами, –