Созависимость: аспекты, причины, диагностика, работа в психологическом консультировании и психотерапии
- -
- 100%
- +
Формирование мужской идентичности неразрывно связано с фигурой отца, через которую мальчик учится понимать себя в отношениях и выстраивать взаимодействие с противоположным полом. Формирование мужской идентичности Афанасия происходило также в сложных условиях отсутствия отца, который погиб на фронте, что создало особую динамику развития его личности. Единственным источником информации об отцовском образе стала тетка, заменившая мать.
Героический образ погибшего отца, транслируемый через призму материнского восприятия (тетя), создал сложную психологическую ситуацию: выбирая лояльность отцу, Афанасий одновременно испытывал страх потери материнской фигуры. Это противоречие привело к формированию сценария "неудачника" в отношениях, где подавленная агрессия к материнской фигуре трансформировалась в пассивно-агрессивное поведение по отношению к женщинам в его жизни.
Прозвище "Конёк-Горбунок", данное тёткой, несёт глубокий символический смысл, воплощая архетип Трикстера – своенравного существа, бросающего вызов общественным нормам и действующего по собственным правилам. В произведении он выступает катализатором перемен, нарушающим привычный порядок и привносящим хаос своими непредсказуемыми поступками и спонтанными решениями. Его противоречивая натура заставляет других персонажей и социальные системы адаптироваться к новым обстоятельствам, что с точки зрения теории Гарри Гантрипа также может указывать на «блокировку процесса взросления».
Известный британский психоаналитик Гарри Гантрип внес значительный вклад в понимание роли материнской заботы в развитии личности. Он утверждал, что все последующее психологическое развитие человека, включая возможные патологии, можно рассматривать как попытки преодолеть неудачи в ранних отношениях между матерью и ребенком.
Г.Гантрип детально описал механизм блокировки взросления как защитную реакцию психики на травмирующий опыт в раннем детстве. Согласно его теории, когда ребенок сталкивается с эмоционально небезопасной средой, его психика может принять решение остановить развитие истинного "Эго" для защиты от невыносимых переживаний. В результате формируется "фальшивое Я", которое адаптируется к внешнему миру, в то время как подлинное "Эго" остается заблокированным на ранней стадии развития.
Причиной такой блокировки Г.Гантрип считал естественную слабость детского "Эго", неспособного самостоятельно справляться с эмоциональными трудностями. В отсутствие надежной поддержки со стороны родителей или опекунов, психика выбирает стратегию отказа от дальнейшего развития, воспринимая его как потенциальную угрозу целостности личности. Это приводит к состоянию "базисной слабости", когда взрослый человек продолжает избегать эмоционального взросления, оставаясь уязвимым в межличностных отношениях и при столкновении с жизненными трудностями.
В случае Афанасия, отсутствие отца и матери, специфика воспитания теткой могли создать условия для такой блокировки взросления, где эмоциональная безопасность достигалась через отказ от полноценного развития личности.
Этот механизм защиты, хотя и помогает справиться с травматическим опытом в детстве, во взрослом возрасте проявляется как неспособность формировать здоровые отношения и справляться с жизненными вызовами. Неразрешенная амбивалентность по отношению к материнской фигуре и отсутствие реального отцовского образца для идентификации создают паттерн отношений, где пассивная агрессия становится основным способом выражения подавленных эмоций.
В фильме подчеркивается одиночество героя, вызванное отсутствием глубоких связей с близкими людьми. Согласно теории привязанности Д.Боулби, нестабильные отношения в детстве или травматический опыт часто приводят к эмоциональной отстраненности во взрослой жизни.
Также необходимо подчеркнуть значимость социально-культурного контекста, в котором развиваются события фильма. Исходя из исследований Л.С. Выготского и А.Н. Леонтьева, можно утверждать, что личность формируется под воздействием культурного и социального окружения. Советское общество 70-х годов, с характерными для него негласными нормами терпимости к алкоголизму, избеганием обсуждения личных психологических проблем и акцентом на коллективных ценностях, создает для героя замкнутый круг. Афоня формирует свою идентичность в рамках ограниченных возможностей, что лишь усиливает его внутреннюю отчужденность и затрудняет личностный рост.
Созависимость в фильме отражает более широкое явление советского общества, где забота о другом становится социальным долгом, а не личным выбором. Катя воплощает типичный образ советской женщины-спасительницы, стремящейся "перевоспитать" мужчину – роль, поощряемую общественными установками того времени. Афоня же представляет целое послевоенное поколение со своими травмами и способами их компенсации.
Важно также обратить внимание на роль социальной поддержки в процессе преодоления травмы. Несмотря на сопротивление главного героя, его окружение пытается помочь ему изменить свою жизнь. Это подчеркивает значимость социальных связей в психическом восстановлении, что является ключевым аспектом в борьбе с внутренними демонами.
В заключение можно отметить, что фильм "Афоня" представляет собой не просто комедию с элементами драмы, но глубокое исследование человеческой психологии.
История Афони – это история большой любви, любви матери к сыну, отца к сыну, но любви, которая так и не случилась. Жизненные обстоятельства сложились так, что Афанасию пришлось выживать собственными силами, и единственным способом адаптации для него стало обрастание защитной броней цинизма и высокомерия. Эта броня помогла ему справиться с глубокой болью, одиночеством и чувством оставленности. Внутренний мир Афони оказался наполнен зияющей пустотой и призраками прошлого, которые обитают на зыбкой грани между бытием и небытием, не давая ему обрести настоящее счастье и спокойствие.
Отношения Афони с Катей демонстрируют классический пример созависимости, где один партнер пытается "спасти" другого, жертвуя собственными интересами. Однако именно благодаря искренности и душевной чистоте Кати фильм поднимает важный вопрос о возможности личностных изменений, даже если они происходят поздно и через неидеальные формы отношений. Режиссер намеренно оставляет финал открытым, заставляя зрителя задуматься: сможет ли Афоня действительно преодолеть свою зависимость от алкоголя и безответственного образа жизни, а Катя – осознать необходимость заботы о себе, не растворяясь полностью в проблемах другого человека? Эта неоднозначность финала делает фильм особенно жизненным и правдивым.
Выход из созависимых отношений требует глубокой работы обеих сторон. Для Кати это означает отказ от роли "спасательницы" и установление здоровых границ. Афоне необходимо принять ответственность за свои действия и перестать проецировать свои слабости на окружающих. Современные терапевтические подходы, такие как Позитивная Динамическая Психотерапия, могут помочь в формировании новых, более здоровых паттернов поведения.
Терапевтическая работа с подобными случаями должна быть направлена не только на коррекцию текущего поведения, но и на восполнение пробелов раннего развития. Это длительный процесс, требующий создания безопасного пространства для проработки ранних травм и формирования способности к построению зрелых отношений. Фильм "Афоня" служит ценным материалом для понимания связи между травмой и поведением, подтверждая неразрывную связь между искусством и психологической наукой в изучении человеческого опыта.
Список используемой литературы:
1. Битти Мелоди Спасать или спасаться? Как избавиться от желания постоянно опекать других и начать думать о себе / Мелоди Битти; [пер.с англ. Э.Мельник]. – Москва: Эксмо, 2024. – 284 с. – ISNB 978-5-699-92832-3
2. Гантрип Гарри Шизоидные явления, объектные отношения и самость / Гарри Гантрип; [пер. с англ. Старовойтов В. В.]. – Москва: ИОИ, 2013. – 533, с. – ISBN 978-5-88230-251-0
3. Емельянова Е.В. Кризис в созависимых отношениях. Принципы и алгоритмы консультирования / Е.В.Емельянова. СПб; М: Речь, 2022. -320 с. ISBN 978-5-9268-3917-0
4. Зотова Юлия Все дело в папе. Работа с фигурой отца в психотерапии. Исследования, открытия, практики. 2-е издание, переработанное и дополненное / Юлия Зотова, Мария Летучева. – Москва: Издательство АСТ, 2024. -448 с. ISBN 978-5-17-158424-5
5. Коряков Я. И. Эволюция родительских образов в психоанализе / Я. И. Коряков // Психологический вестник Уральского государственного университета / Уральский государственный университет им. А. М. Горького, Институт по переподготовке и повышению квалификации преподавателей гуманитарных и социальных наук; Уральская ассоциация высшего гуманитарного и социально-политического образования. Том Выпуск 3. – Екатеринбург: Банк культурной информации, 2002. – С. 101-123. – EDN ROMJSW.
6. Норвуд Робин. Женщины, которые любят слишком сильно / Робин Норвуд. – Москва: Добрая кн., 2008. – 350 с.; 19 см; ISBN 978-5-98124-417-9.
7. Фромм Э. Бегство от свободы / Эрих Фромм; Пер. с англ. Г. Ф. Швейника; Общ. ред. и послесл. [с. 248-267] П. С. Гуревича. – Москва: Прогресс, 1990. – 269 с.; – ISBN 5-01-001914-0
8. Хорни К. Самоанализ / Карен Хорни; [пер. с англ. В.В. Старовойтова]. – Москва: КАНОН+, 2018. – 287 с. – ISBN 978-5-88373-513-3.
Стратегия работы с созависимыми в индивидуальной и групповой терапии
Андропова Людмила Олеговна,
кандидат психологических наук, доцент, специальный и клинический психолог, супервизор.
Не поджигайте себя, чтобы ваш партнер мог согреться!
Что является отличительной чертой здоровых отношений? Это то, что оба партнера дают друг другу эмоциональную поддержку и чувство удовлетворения или принадлежности. Но что происходит, когда один человек становится настолько зависимым от своего партнера, что его собственные потребности и личность отходят на второй план? Это то, что психологи называют «созависимостью».
Итак, в созависимых отношениях один человек чрезмерно зависит от другого, чтобы удовлетворить свои эмоциональные потребности. В результате созависимые отношения, как правило, односторонние, дисфункциональные и порой даже насильственные.
Конечно, в здоровых отношениях тоже будет определенная доля эмоциональной зависимости: это нормально, и мы называем это взаимозависимостью. Так в чем же разница?
Главное отличие в том, что в созависимых отношениях один человек обычно подавляет свои истинные чувства и желания, чтобы иметь возможность поставить потребности партнера на первое место. Это отличается от взаимозависимых отношений, где человек может сохранять собственное чувство собственного достоинства, одновременно осознавая, что партнер нужен и ценится. Кроме того, здоровые отношения являются взаимовыгодными, а не односторонними: они сбалансированы в той степени, в которой оба партнера поддерживают и полагаются друг на друга.
Тогда как в созависимых отношениях один человек обычно тратит огромное количество времени и энергии, пытаясь удовлетворить потребности своего партнера. В процессе такой партнер может стать объектом эксплуатации и в итоге почувствовать себя беспомощными и пойманными в ловушку.
Тогда становится понятным, что созависимые люди часто испытывают трудности с установлением границ, низкой самооценкой, проблемами покинутости, чрезмерной потребностью помогать другим и трудностями в отстаивании собственных эмоциональных потребностей. Также стоит отметить, что созависимые отношения не всегда являются романтическими или супружескими по своей природе; созависимость может также ощущаться в контексте дружбы или семейных уз.
Некоторые исследования показывают, что страдает от созависимости не менее одного из четырех человек. При этом с созависимостью связано огромное количество признаков и симптомов, что затрудняет точную оценку ее распространенности. Она также официально не признана медицинским состоянием отчасти из-за того, что расстройство не имеет четкого определения, что затрудняет отслеживание точной статистики.
Перечисленные качества, изучение жизненных ситуаций и сценариев клиентов, которых можно определить как созависимых позволили мне выработать стратегию психологической помощи. В фокусе клиенты, у которых устойчивые, длительные (более одного года) отношения с зависимым партнером, без непосредственной угрозы их жизни и здоровью. Карта стратегии представлена на рисунке 1.
Начинать работу с такими клиентами необходимо с их чувств. Как уже указывалось выше в созависимых отношениях один человек обычно подавляет свои истинные чувства и желания, чтобы иметь возможность поставить потребности партнера на первое место. А значит со временем или до этого он теряет связь со собой и своими чувствами. Поэтому первым этапом становится работа по научению определения своих чувств, их выражению словами, мимикой, языком тела и пр., далее мы перемещаемся на других и клиенту учится видеть сходство своих чувств с чувствами других людей, их различия. Важно работу с чувствами довести до принятия клиентом всех его чувств без разделения на хорошие и плохие.
Здесь же мы можем поработать с сильными чувствами, чтобы уменьшить их влияние на состояние клиента. На этом этапе можно использовать техники из разных школ и направлений, как домашние задания хорошо себя зарекомендовали самонаблюдения с занесением в дневник. Психологу важно уметь выдерживать и контейнировать чувства клиента, постепенно передавая эту функцию ему самому.
Рис. 1. Стратегия работы с созависимыми в индивидуальной и групповой терапии
Следующий шаг – снижение контроля. Источник потребности контролировать других у лиц с созависимость заключается в том, что всем людям необходимы любовь, безопасность и ощущение своей силы. Когда нам не дают то, чего мы хотим, мы пытаемся управлять другими и получать от них то, что нам нужно. Особенность контролирующего поведение созависимых заключается в том, что оно сопровождается таким чувством, будто ситуация вот-вот выйдет из-под контроля. И тогда их контроль становится навязчивым. Кроме того, такие клиенты обманывают себя, когда утверждают, что другие нуждаются в их контроле, на самом деле, это они нуждаются в таком поведении, чтобы чувствовать, что взаимоотношения идут надежно.
Контроль – это общая черта созависимости, результат взросления в семьях, где все было непредсказуемо, страшно, неконтролируемо. Поскольку контролирующее поведение подпитывается страхом, нам нужно точно понять, чего клиент боится, и определить, реалистично ли это:
1. Чего вы боитесь, если не сможете контролировать эту ситуацию или человека?
2. Вы катастрофизируете ситуацию или ожидаете худшего?
3. Каковы шансы, что это плохое событие действительно произойдет?
Часто клиент преувеличивает и то, насколько плохим будет результат, и то, насколько вероятно, что он произойдет. Но даже, если он реален, то надо принять, что иногда плохие вещи случаются, и мы мало что можем с этим поделать. Клиенту нужно принять, что он может контролировать только себя, потому что это освобождает его от стресса и ответственности.
Сохранение осознанности и наблюдение за тем, что происходит в данный момент, помогает клиенту не думать слишком много о прошлом или будущем. Сделать это можно с помощью формальной практики осознанности, например медитации, или просто используя все свои чувства, чтобы целенаправленно настроиться на настоящий момент.
Также важно напомнить клиенту, что контроль не работает. Можно обсудить с ним следующие вопросы:
1. Что находится под вашим контролем, а что нет?
2. Какие проблемы вызывает ваше контролирующее поведение?
3. Как еще можно справиться со своими страхами?
4. Как оставаться сосредоточенным на настоящем?
Когда мы прекращаем пытаться контролировать других людей, мы выбираем верить, что они могут принимать правильные решения; если они не могут, то это не наши проблемы, которые нужно решать. Принятие того, что мы не можем контролировать всех и вся, необходимо для нашего счастья, как и осознание того, что мы не должны нести ответственность за всех остальных и не должны обременять себя давлением всегда быть «правыми» и контролировать. Отстранение от проблем других людей не является равнодушием; позволение людям самим разбираться во всем – это акт любви и доверия.
И следующий этап работы как раз можно обозначить как отстранение и осознанность действий. Отстранение – это процесс эмоционального и часто физического дистанцирования от любимого человека. Отстранение с любовью означает создание здорового пространства для ваших отношений, поскольку вы возвращаете бразды правления, которые вы никогда не держали в руках, и снимаете с себя предполагаемую ответственность за их выбор. Это означает отказ подстраиваться под ситуацию или позволять им. Это осознание того, что вы не можете контролировать действия кого-то другого – вы можете контролировать только то, как вы на них реагируете.
Для клиента необходимо понять как много он уже сделал для того, чтобы разрешить проблемы своего близкого. Если проблему все же не удалось решить, то теперь следует учиться жить, несмотря на эту проблему или жить вместе с проблемой. Переключайте его внимание на то, что есть хорошего в жизни в настоящее время. Если в данный момент для клиента невозможно отстраниться с любовью, то можно временно практиковать отстранение в гневе. Необходимо лишь развивать и укреплять стремление к отстранению.
Такая дистанция поможет увидеть, что все, что делает клиент – это привычная реакция на партнера, которая не приводит к желаемому результату и воспроизводится автоматически. А следовательно, надо перейти к действиям от себя, в этих действиях важно ориентироваться не на зависимого партнера, а на то, чтобы привести себя в максимально комфортное состояние. Как инструктируют нас в самолетах: «Сначала кислородную маску надеваем на себя». То есть не делать ничего (не помогать другим), пока сам не ощутишь себя комфортно и безопасно.
Уже на этом этапе клиент с созависимость начинает ощущать себя как отдельного человека и можно переходить к работе по формированию и укреплению его границ, как внешних, так и внутренних:
• Внешние границы – это то, где мы сталкиваемся друг с другом (например, устанавливая границы вокруг нашего времени или того, как мы позволяем другим обращаться с нами). Типы внешних границ включают в себя: физическое пространство, сексуальное поведение, время, среда, конфиденциальность.
• Внутренние границы – это то, где мы сталкиваемся с собой способами, которые вызывают диссонанс между конкурирующими желаниями (например, желание взяться за новый проект, но понимание того, что у нас нет ресурсов для его завершения). Внутренние границы определяют мысли, чувства, физическое благополучие, духовность (ценности).
Теме границ сейчас посвящено много публикаций, разработаны техники и приемы, поэтому позволю себе не останавливаться подробнее на этом этапе.
Это будет первая остановка в нашей работе. Уточню, что она проходит нелинейно и на каждом этапе вы с клиентом будете возвращаться и к чувства, и к снижению контроля, отстранению, осознанным действиям и попыткам выстраивать границы. Не спешите побудьте в это столько, сколько клиенту нужно, обращайте внимание на любые, даже самые минимальные изменения у клиента. Но и долго на этом этапе не застревайте, без следующей части работы максимального эффекта в плане выстраивания границ достичь не получится. Потому что есть первопричина такого поведения, попадания в созависимоть и клиенту необходимо ее понять и осознать.
Следующий этап – работа с детскими травмами и переживаниями, с семейными отношениями клиента, с его родителями и другими членами семьи. Вся предыдущая работа позволит клиенту сепарироваться от родительской семьи. Именно поэтому я предлагаю сначала «укрепить» клиента, а только потом работать с родительской семьей.
Начинается эта работа с исследования семейной системы в целом. Методы и способы могут быть разными, главное психологу не торопиться с гипотезами и выводами, оставить все инстайты клиенту. И только поняв, как функционирует вся система фокусироваться на конкретных отношениях с ее членами. Простых отношений с родителями не бывает! Сказочных времен тоже! Но с того момента как мы стали совершеннолетними (дееспособными) мы можем менять свои сценарии, сложность в том, что детская травма обезоруживает нас, лишает доступа ко всем взрослым ресурсам и будучи объективно состоятельными в решении какой-то проблемы, субъективно мы ощущаем себя ребенком в том возрасте, в котором эта травма состоялась.
Часто в этот этап работы добавляется работа с горем и утратой. Она проходит по известным стадиям и на нее также надо выделить время.
Для этого этапа работы психологу необходимы знания по возрастной психологии, психологии семьи и по работе с психологическими травмами. Таже хочу заметить, что в работе с созависимыми я часто обнаруживаю травму первых отношений. Поэтому не жалейте времени на исследование истории клиента, соберите как можно больше материала перед тем, как формировать гипотезы и определять стратегию работы. Это долгий терапевтический этап, но предыдущая работа уже позволит клиенту лучше адаптироваться к ситуации и мотивирует его на дальнейшую работу.
Следующие несколько этапов будут направлены на создание и укрепление самости клиента. И это не только работа с самооценкой, запросы на которую сейчас самые популярные. Это выстраивание всей системы Я-концепции клиента от образа Я до утверждения и подтверждения себя.
Сформировав границы и отсепарировавшись от родительской семьи клиент заново строит систему представлений о себе. Поэтому начинать лучше с образа Я (когнитивного компонента), ответа на вопрос: «Какой Я?». В это описание входят все характеристики: внешние, социальные, способности, особенности характера и т.д.
Далее мы переходим к эмоционально-оценочному компоненту, который включает не только оценку, но и связанные с ней переживания. Этими переживаниями могут быть наполнены даже вроде бы «нейтральные» характеристики. Например, место проживания для кого-то предмет гордости, а для кого-то источник стыда, то же самое с возрастом, ростом, профессией. Я отметила это для того, чтобы подчеркнуть сложность и неоднородность формирования самооценки. Именно здесь клиент учится принимать себя, относится к себе с уважением и любовью.
От этого зависит успешное его проявление в социуме. Поведенческий компонент Я-концепции выражается в действиях, которые клиент предпринимает, чтобы проявить свои сильные черты и нивелировать слабые. При этом опираясь в свои внутренние ощущения, а не на внешнюю оценку.
Однако необходимо помнить, что Я-концепция, это не новое образование в системе личности клиента, у него она была и до работы с вами, но направленность ее была скорее негативная, а образ нереальный. Поэтому в процессе работы с психологом будет происходить скорее замещение ее составляющих.
Итогом этой работы будут реальные изменения в сценариях поведения клиента. В завершении работы важно поставить стратегические цели из нового состояния и продумать способы их реализации (от понимания желаний до нахождения ресурсов для реализации и принятие препятствий и невозможности тотально контролировать этот процесс).
Эту стратегию можно использовать не только в индивидуальной, но и в групповой работе с клиентами, состоящими в созависимых отношениях. Важно помнить, что темп работы у участников может быть неравномерным и не стремиться всех одновременно провести по этапам изменений. Терапевтические группы доказали свою эффективность в работе с зависимыми клиентами, по аналогии организованы и группы для созависмых.
Безусловно, все, о чем я написала, требует «технологического» оснащения, однако в каждом направлении психологии оно свое. Если вы работаете в эклектическом или интегральном подходах, то под каждого клиента или ситуацию, вы можете выбрать наиболее подходящие методы из разных школ. На мой взгляд важнее понимать общую стратегию работы и объяснять клиенту важность каждого этапа, чтобы снять напряжение от ожидания немедленного результата. Существует такой расчет ее длительности, она исчисляется из расчета один месяц терапии за каждый прожитый год клиента. При этом надо понимать, что формирование этого поведения началось не с момента появления зависимого партнера, а гораздо раньше с отношений с родителями. Почему так долго? Потому что это терапия не для решения конкретной проблемы человека (уйти от зависимого, прервать с ним отношения), а изменение его восприятия картины Мира и таких внутренних конструктов, как Я- концепция, восприятие другого и представлений о жизни.