Долгий путь или Инопланетяне на Земле

«Может быть, мы всё-таки успеем? Нападение врагов не может произойти раньше, чем завтра днём. Допустим, сегодня к вечеру, все их отряды соберутся на своей Центральной базе. Но ведь ночью они, в любом случае, в такой дальний путь не отправятся. Они могут двинутся не раньше завтрашнего утра, но мы находимся гораздо ближе к пещерам, чем наши враги-палеоантропы. Поэтому, если даже мы двинемся к пещерам одновременно, мы должны достигнуть их раньше, чем наши злобные враги». Вот такой своеобразный план составил Вождь-Чародей.

Пиршество на костях врагов продолжалось до глубокой темноты. Воины - неантропы никак не могли угомониться. Наконец голоса постепенно начали стихать, и уже во многих местах вокруг ритуального костра был слышен протяжный храп уснувших пьяных воинов. Постепенно голоса становились всё тише и тише и, как раз тогда, когда наступила полная темнота (костёр к тому времени совсем потух) в своеобразном лагере установилась относительная тишина (только протяжный храп нарушал её). Все воины, за исключением Вождя-Чародея, крепко заснули.

Воин-Чародей, естественно, не выпил ни грамма алкогольного напитка, ни съел даже малюсенького кусочка человеческого мяса. Поэтому он поел, достав из вещевых мешков обычную пищу. Он понимал, что ему предстоит не спать всю ночь, чтобы караулить лагерь. Поэтому ему, хотя бы частично, необходимо восстановить силы. Когда он тихонько пошёл по спящему лагерю, чтобы полностью затушить дым от костра, он постоянно натыкался на человеческие кости, в полнейшем беспорядке разбросанные по всему лагерю. От этого его начало немного мутить, но он смог пересилить себя.

Всю ночь он дежурил в лагере, не смыкая глаз ни на мгновение. Ему казалось, что сильнейший храп его спящих воинов слышен в ночной тишине на огромном расстоянии, и поэтому он был готов в любой момент к нападению ненавистных врагов, которые вполне могли проходить где-то поблизости. Но что он мог поделать? Ему оставалось надеяться на лучшее, а именно на то, что вблизи не будет проходить ни одного вражеского отряда. Он мысленно решил, что если враги всё-таки появятся, то всеми силами попытаться разбудить хотя бы часть своих воинов, которые хоть какой-то отпор смогут дать палеоантропам.

Но вот, наконец, забрезжил рассвет. Стояла летняя пора, поэтому светало рано. «А если враги, собравшиеся на Центральной базе, выступят в военный поход на пещеры с началом рассвета. Тогда мы не успеем прийти на помощь нашим товарищам и нашим семьям. Ну, значит, такова судьба неантропов. Быть побеждёнными разумными существами, которые стоят на более низкой ступени своего умственного развития. В этом есть и моя вина. Я совершенно не мог подумать, что воины, которые отправились со мной не только устроят пир на костях своих врагов, но ещё и напьются чуть ли не до потери сознания».

Вождь - Чародей глубоко задумался. Он прекрасно понимал, что сейчас ещё очень рано, его воины уснули поздно. Поэтому, они ещё до конца не протрезвели после буйной попойки, по крайней мере, большинство из них. Поэтому будить их сейчас всё равно бесполезно, потому что ничего путного из этого не выйдет. Они даже не сразу вспомнят, где именно находятся и каким образом именно здесь оказались. И кто только придумал эти проклятые увеселительные напитки. Голову ему за это оторвать надо».

Если бы метис знал, что пройдут тысячелетия, а так называемые увеселительные напитки будут не только продолжать активно употреблять разумные существа. С каждым столетием, с каждым тысячелетием алкогольных напитков будет производиться и употребляться всё больше и больше. Он ещё не понимал, что появление алкоголя, это не случайность. Вождь-Чародей ещё не мог осознать, что страсть к веселью заложена в самой психологической сути разумного существа. И чем это существо разумнее, тем страсть к веселью и развлечениям с немного помешанной головой становится для него всё сильнее и сильнее, и эта пагубная страсть погубит множество разумных существ, проживающих в совершенно разные исторические времена.

Наконец, Вождь-Чародей принял окончательное решение. Как только будет достаточно светло, всё-таки попытаться разбудить своих непутёвых воинов. Но он совершенно справедливо решил начать будить своих воинов с тех нескольких человек, на которых он вначале так надеялся, но которые не оправдали его надежд.

«Может хоть теперь, - с грустью подумал метис, - они мне смогут помочь. Ведь они пили гораздо меньше остальных и поэтому их мне будет гораздо легче разбудить. Они, в отличие от других, сразу вспомнят вчерашние события и все те обстоятельства, из-за которых мы оказались в этом месте. Им легче будет разбудить остальных воинов, чем мне».

Он подождал ещё некоторое время, а затем направился к спящим воинам. Он сразу подошёл к тому воину, с которым вчера разговаривал. Метис считал его умнее и сообразительнее большинства остальных неантропов из его нынешнего отряда. Но к разочарованию метиса, разбудить даже этого наиболее здравомыслящего воина оказалось очень нелёгкой задачей. Оказалось, что он тоже здорово «поддал» накануне, и долго что-то невнятное бурчал себе под нос, ничего не соображая и ничего не понимая.

Тогда Вождь-Чародей окончательно понял, что вся его команда будет спать, не просыпаясь, как минимум, до середины дня. А до этого срока будить их просто бесполезно. Тогда Чародей прислонился к дереву и сразу задремал, потому что ему вдруг стало всё происходящее вокруг него абсолютно безразличным. Он прекрасно понял, что на помощь своим товарищам, скрывающимся в пещерах, они теперь вряд ли успеют прийти. Тоска охватила этого метиса, который по своему уму и своим представлениям значительно перегонял то далёкое время. Через несколько минут Вождь-Чародей уже крепко спал.

Но получилось даже хуже, чем думал метис. Когда он открыл глаза, то вокруг стоял полумрак, то есть наступил, скорее всего, поздний вечер. Вождь быстро вскочил, протёр в полумраке глаза и сразу увидел, что большинство воинов уже проснулось. Они доедали остатки пищи. Тогда Чародей быстро вскочил и приказал (теперь он уже мог приказывать), чтобы проснувшиеся воины быстро разбудили всех тех, кто ещё спит и как можно быстрее построились в боевой порядок. Конечно, его приказание было выполнено довольно медленно. Прошло значительное время, прежде чем его воины выстроились на небольшой полянке, где вчера вечером происходил, поистине, грандиозный пир на костях побеждённых.

У метиса ещё оставалась слабая надежда на то, что палеоантропы ещё не напали на их пещеры, хотя ему мало верилось в это. Но маленькая надежда не покидала Чародея. Поэтому он принял решение вести свой выспавшийся отряд прямо ночью к пещерам. Конечно, в темноте было идти гораздо труднее и неудобнее, поэтому воины стали отговаривать Вождя, предлагая двинуться в путь к пещерам завтра на рассвете. Но в этот раз Вождь-Чародей настоял на своём, хотя стоило ему это немалого упорства. Он объяснил своим воинам – неантропам:

«Возможно, враги ещё не напали сегодня на наши пещеры. Но если они не сделали этого сегодня, то обязательно сделают беспощадное нападение на пещеры завтра. Поэтому мы обязательно должны опередить их, чтобы не позднее раннего утра подойти к пещерам и защитить наших товарищей. Иначе это будет с нашей стороны открытым предательством».

Воины поняли и почувствовали всем сердцем, что Вождь-Чародей совершенно прав. Действительно, в пещерах находятся их семьи: жёны, дети, у некоторых старики-родители. Поэтому они, в конце концов, согласились с Чародеем, хотя прекрасно понимали, насколько неудобно идти ночью. Впереди Вождь-Чародей поставил разведчиков, которые хорошо знали эти места и прекрасно ориентировались на местности. Он попросил их выбрать как можно более короткий путь к родным пещерам. Они ему обещали, что постараются вывести отряд к дому ещё до наступления рассвета.

Отряд двинулся в путь в тот момент, когда уже почти полностью стемнело. Разведчики вели отряд уверенно, умело обходя густые чащи или слишком заболоченные места. Неантропам повезло. Ночь оказалась достаточно светлая. Всё небо было усыпано звёздами, полная луна освещала им путь. Это значительно ускорило движение отряда. Постепенно, начали попадаться знакомые всем места, это говорило о том, что воины довольно быстро приближаются к пещерам.

Вождь-Чародей надеялся на чудо. Он надеялся, что их злобные враги – палеоантропы, по каким-нибудь причинам задержались на своей Центральной базе. Допустим, они ждали разгромленный неантропами отряд из ближайшей к пещерам военной базы. А может быть, какой-нибудь ещё отряд задержался в пути, или они долго собирались. Надежда не покидала Чародея, а надежда, как говорится, умирает последней.

Как и обещали разведчики, ещё до наступления рассвета, отряд приблизился к родным пещерам. И вот здесь Вождь-Чародей, глубоко вдохнув, почувствовал запах дыма. Страшная догадка, буквально, ослепила его душу и сердце. «Неужели, - с ужасом подумал он, - неужели мы устроили пир на костях своих врагов позавчера. А вчера наши враги, проклятые палеоантропы, разгромив неантропов, устроили точно такой же пир, только на костях побеждённых наших друзей и родственников?»

Постепенно многие стали ощущать запах дыма, который явно шёл со стороны их пещер, именно оттуда, куда они все теперь стремились. Самые умные воины постепенно догадывались именно о том, о чём со страхом подумал Вождь-Чародей. Метис сразу приказал, идущим впереди быстрым шагом разведчикам, резко сбавить ход, то есть продвигаться к пещерам гораздо медленнее. Отряд пошёл неторопливым шагом. Чем ближе подходили к своему родному дому, тем более грустными становились лица неантропов. Запах дыма всем ясно указывал на то, что совсем недавно около пещер полыхал огромный ритуальный костёр, а кто именно его зажёг и для чего, всем было понятно. Поэтому неантропы, подавленные страшным подозрением, шли молча.

Когда до пещер оставалось совсем небольшое расстояние, Вождь-Чародей приказал отряду остановиться и всем стоять молча. Рядом росла небольшая роща, и воины - неантропы укрылись в высокой, густой траве около этой рощи. Вождь выслал вперёд несколько разведчиков, которые должны были приблизиться к пещерам вплотную и посмотреть, что именно происходит около них. Разведчики не торопясь отправились к пещерам. Недалеко от пещер рос небольшой кустарник, окружённый высокой зелёной травой. Разведчики осторожно подползли к этому кустарнику и, спрятавшись в траве, начали медленно и аккуратно его раздвигать. Когда они его раздвинули, то увидели страшную картину.

Около почти потухшего костра точно также как вчерашней ночью они сами, спали вповалку пьяные палеоантропы. Несмотря на то, что рассвет только лишь забрезжил, спящие вблизи от кустарника враги были прекрасно видны разведчикам. Повсюду были разбросаны обглоданные человеческие кости. Со стороны пещер никаких звуков не раздавалось, то есть кроме громкого завывающего храпа, разведчики не услышали ничего. Палеоантропы настолько были уверены в разгроме всех ненавистных им врагов - неантропов, что даже не выставили часовых, чтобы они охраняли их лагерь во время повального сна.

Разведчики так же осторожно вернулись к затаившемуся отряду и доложили всё, что они увидели Вождю-Чародею. Многие воины заплакали, но Вождь-Чародей тут же приказал прекратить шум. «Переживайте молча. Не хватало ещё, чтобы и нас обнаружили наши заклятые враги».

Затем Вождь всё-таки поинтересовался у разведчиков: «А вы уверены, что неантропы, наши товарищи, абсолютно все погибли? Может быть, кому-то из них как-нибудь удалось спастись?»

На это один из разведчиков, самый опытный и самый сообразительный моментально возразил: «Если бы хотя бы кто-нибудь из наших товарищей остался в пещерах и не погиб, то палеоантропы не стали бы так беспечно дрыхнуть, даже не выставив никаких караулов. Видимо, они полностью уверены в своей Великой Победе и, устроив пир на костях наших товарищей и наших родственников, предались беспечному сну, полностью уверенные в том, что никто на них не нападёт».

«А что если нам напасть на них, пока они спят после изрядной попойки, - предложил другой разведчик, - если они так здорово пьянствовали, то, вполне вероятно, что уснули лишь под утро, то есть недавно, и сон их сейчас очень даже крепкий. Если мы всей своей силой навалимся неожиданно на них, мы можем уничтожить значительную их часть. Палеоантропы вряд ли смогут оказать нам эффективное сопротивление в таком состоянии. Может быть, всё-таки рискнём? Если даже мы погибнем, то, по крайней мере, хоть частично отомстим за гибель своих товарищей и родственников».

«Я в принципе согласен с этим довольно рискованным, но я считаю вполне реальным планом, - чуть подумав, ответил Вождь-Чародей, - но перед атакой мы должны кое - что выяснить. И эта задача разведчиков».

Все разведчики моментально подошли к своему командиру и приготовились внимательно его слушать. Метис им чётко объяснил задачу: «Во-первых, вы видели спящих врагов довольно неплохо только с одного края. Весь вражеский лагерь, вы, естественно, не обходили. Но, я, например, не могу полностью исключить того, что где-то находятся вражеские сторожевые посты. Вы разве уверены, что они не выставили никаких постов? Я в этом совершенно не уверен. Возможно, посты выставлены с других сторон спящего лагеря, и как только мы кинемся в яростную атаку на палеоантропов, часовые на постах сразу поднимут общую тревогу, разбудив множество наших злобных врагов».

«Мы поняли, - ответил за всех разведчиков самый активный и сообразительный, - я теперь тоже это не исключаю. Сейчас уже достаточно светло, и мы без труда можем обнаружить охрану вражеского лагеря, если, конечно, такая охрана имеется».

Затем Вождь-Чародей дал ещё ответственное задание разведчикам: «Как же мы будем нападать, если мы не имеем ни малейшего понятия о том, сколько палеоантропов находится в этом лагере? Может быть количество «много» к ним можно применить несколько раз, и тогда мы с ними справиться не сможем. Возможно, некоторая их часть во главе с командирами отбыла на Центральную базу, а может и не отбыла. Поэтому вы должны выяснить, какое количество наших заклятых врагов находится около пещер. Это, конечно, сделать очень трудно, но нужно постараться. Нас ведь не так много.

Напомним ещё раз, что в те далёкие времена разумные существа ещё не знали цифр, поэтому метис не мог сказать, что их количество насчитывает шестьдесят четыре неантропа. Из них несколько, как здесь уже говорилось, были легко ранены. Выходило, что их было много, но умнейший для своего времени Вождь-Чародей прекрасно понимал, что это их «много» очень относительно, потому что врагов может оказаться столько, что количество «много» можно будет применить к ним несколько раз.

Разведчики осторожно двинулись опять в сторону пещер, а остальные неантропы, ожидали их возвращения с огромным напряжением, мысленно готовясь к нападению на коварных и ненавистных им врагов. Кто-то присел, прислонившись к дереву, кто-то доедал жалкие остатки пищи. Вождь-Чародей тоже присел передохнуть, продолжая упорно размышлять над сложившейся ситуацией. Он пытался глубже анализировать создавшуюся обстановку и пытался строить самые разные предположения и делать из этих предположений выводы.

«Может зря я согласился на это нападение? Наших врагов может оказаться такое огромное количество, что мы просто не успеем охватить одним стремительным ударом их всех, и тогда наша авантюра может закончиться настоящей трагедией. Ну ладно, всё решим, когда вернуться разведчики, хотя я очень сильно переживаю за них. Если их обнаружат наши враги, то в бой придётся вступать немедленно. Поэтому, необходимо строго предупредить всех воинов, чтобы они постоянно находились в полной боевой готовности, так как сражение может начаться неожиданно».

И он тихонько обошёл всех воинов, строго и уверенно приказав им ни в коем случае не спать и не дремать, прислушиваться к малейшим звукам со стороны пещер и держать оружие – копья с заострёнными каменными наконечниками и тяжёлые деревянные дубины под рукой, чтобы в любую секунду быть готовыми атаковать неприятеля. Сам же он упорно продолжал размышлять, строя в голове различные предположения. В конце концов, Вождь-Чародей решил окончательно: «Всё будет зависеть от результатов разведки», и начал с нетерпением дожидаться возвращения разведчиков.

Разведчики появились не скоро. Прошло достаточно много времени, и наступил почти полдень. Вождь был очень рад, что разведчиков не обнаружили, но вот что именно им удалось выяснить? Старший группы – самый сообразительный неантроп, подошёл к метису с докладом о результатах их тщательной разведки. А разведка, действительно, была тщательная. Командир группы подробно доложил командиру отряда то, что им удалось выяснить и определить.

«Перед вылазкой мы разработали тщательный план нашей разведки. Мы действовали очень осторожно, учитывая все неожиданности. Мы, например, не исключали того, что в разных концах спящего вражеского лагеря вполне возможна охрана. Мы, соблюдая полнейшую тишину, выползли из кустов и поползли, прячась в густой высокой траве, стараясь не производить ни малейшего шороха. Когда мы приблизились к ближайшей группе спящих врагов, мы разделились. Каждый получил определённое задание для того, чтобы постараться обследовать по возможности весь, отведённый ему участок вражеского, ненавистного нам лагеря. И каждый осторожно направился в ту сторону лагеря, обследовать которую он должен был очень тщательно, и хотя бы примерно определить, много ли палеоантропов спит в этой части лагеря».

«Ну и что же вы выяснили? - В нетерпении перебил главного разведчика Вождь-Чародей. - Говори, пожалуйста, быстрее, а то я боюсь, что проклятые враги, устроившие кровавый пир на костях неантропов, начнут просыпаться, и мы просто не успеем на них напасть неожиданно».

Тогда к удивлению Чародея, главный разведчик проговорил: «Мы тщательно обследовали почти всю территорию лагеря. Никакой охраны мы не обнаружили. Но зато точно убедились в том, что палеоантропов по всему лагерю, который занимает значительный участок территории, такое огромное количество, что их всех невозможно охватить взглядом. Везде они спят вповалку, часто лежат прямо друг на друге, потому что им просто не хватило места на земле. То есть на огромной территории не осталось ни одного свободного участка. Всё кругом занято нашими спящими врагами. Мы даже не знаем, покинули ли их командиры или нет, но их действительно ОЧЕЕНЬ МНОГО!!!»

«Хорошо, - ответил, немного подумав, Вождь-Чародей, - вы, конечно, молодцы. А теперь скажи, как ты считаешь? Если взять наш отряд, который не слишком маленький и сравнить с количеством ненавистных нам врагов, то примерно, покажи на пальцах, сколько наших отрядов включает их огромный отряд? Ты можешь хотя бы приблизительно прикинуть, исходя из результатов вашей такой тщательной разведки?»

«Да, - ответил командир разведчиков. Все мои люди сразу подробно мне доложили о том, что, на какой бы участок вражеского лагеря они не проникали, абсолютно везде видели спящих врагов, проклятых палеоантропов. Везде, абсолютно везде. Ты спросил, сколько примерно наших отрядов включает их огромнейший отряд. Очень трудно ответить на поставленный тобой вопрос, потому что наших врагов там находится ВЕЛИКОЕ МНОЖЕСТВО. С нашим отрядом их количество сравнивать просто невозможно. Но если прикинуть приблизительно, показав на пальцах, и если взять каждый палец за количество неантропов в нашем отряде, то не хватит всех пальцев на руках и на ногах одного разумного существа. Может быть, нужно взять пальцы множества неантропов, может, даже половины нашего отряда, а, может быть и всего отряда, чтобы показать точное количество наших врагов».

«Неужели, действительно, их так много? - Немного удивлённый, спросил ещё раз Вождь-Чародей, - а если это так, то мы с нашим отрядом не сможем неожиданно охватить даже небольшую часть наших врагов – палеоантропов. Мы не сможем их победить, и у меня в этом теперь нет ни малейшего сомнения. Какие у тебя будут на это счёт соображения, командир разведчиков?»

«Я считаю, - решительно ответил главный разведчик, - что наше нападение на огромнейший отряд врагов, которые, как вы правильно заметили, скоро начнут просыпаться, абсолютно бессмысленно и даже глупо».

«Поясни свою мысль чуть подробнее, - попросил Вождь-Чародей своего помощника, - мы ведь все ещё совсем недавно собирались решительно напасть на ненавистного врага с благородной целью. Мы хотели им отомстить за своих погибших товарищей, не жалея для этого даже жизни».

«Дело в том, - так же уверенно сказал главный разведчик, - что наше так называемое неожиданное нападение принесёт врагу самый минимальный ущерб. Напав на спящих врагов, каждый из нас, в лучшем случае, успеет уничтожить двух – трёх палеоантропов. Мы наделаем столько шума, что подавляющее большинство остальных, ненавистных нам врагов, проснутся. Затем палеоантропы, навалившись на нас своей огромнейшей силой, без особого труда всех нас уничтожат. Мы все неизбежно погибнем, а для врагов те потери, которые у нас получится нанести им, будут настолько мизерными, что в течение нескольких лет, эти потери будут ими без труда восстановлены, а мы – неантропы перестанем существовать на этой планете».

«Постой, - неожиданно перебил главного разведчика метис, - ты, конечно, говоришь логично, и я с тобой, в принципе согласен. Но среди нас нет женщин. Если даже мы не ввяжемся в смертельную для нас схватку, и какой-то части наших воинов повезёт, и они вовремя скроются от своих врагов, уйдя как можно дальше от мест их проживания, всё равно, со временем мы состаримся и перемрём. Так что и в этом случае неантропов не останется на нашей многострадальной планете».

«А почему ты уверен в том, - перебил в свою очередь Вождя-Чародея командир разведчиков, - что нигде больше на планете не существует неантропов? Ведь наша планета не маленькая и не может быть, что мы единственные оставшиеся в живых представители данного вида. Я не сомневаюсь в том, что уйдя в другие места, мы обязательно найдём точно таких же неантропов, как и мы сами. Конечно, нам придётся нелегко. Мы, возможно, пройдём огромный путь по планете, прежде чем встретим себе подобных. Но я уверен, что мы их обязательно отыщем. А разве ты, Чародей, сомневаешься в этом?»

Вождь-Чародей на некоторое время крепко задумался, а затем произнёс: «Пожалуй ты прав, умный неантроп. Мы не имеем права ввязываться в авантюру. Наша смерть окажется бессмысленной и глупой. Мы в очередной раз повеселим своих жестоких врагов, которые с огромным удовольствием устроят очередной пир уже на наших костях. Мы не должны так необдуманно поступить и подставить свои головы под их беспощадные удары. Мы сделаем именно так, как предложил ты. Уйдём отсюда как можно дальше. Но сначала небольшая просьба. Пока у нас есть ещё немного времени, и наши враги пока не проснулись, попрошу вашу разведгруппу рискнуть ещё раз».

«Что мы должны сделать? Мы готовы выполнить любое приказание, - сразу уверенно ответил главный разведчик, - как я понимаю, ты хочешь оставить нас в качестве маленького отряда прикрытия. Мы должны подождать, пока проснуться наши враги, а затем быстро догнать вас и сообщить, что именно проклятые палеоантропы начали делать после того, как выспались? Не почувствовали ли они наше присутствие, не собираются ли преследовать нас? Я правильно понимаю?».

«Ты правильно понимаешь обстановку, - ответил Чародей, - именно это я и хотел попросить. Но я хочу усложнить вашу задачу. Мы все сейчас двинемся в путь. Понимаешь, у нас, фактически закончились все запасы еды и питья. Какой далёкий путь нам предстоит проделать, я не знаю. Пить мы можем и в озёрах, а вот еда нам необходима. Поэтому постарайтесь, если ещё не поздно, пробраться к противнику. Возможно, где-нибудь во вражеском лагере валяются горшки или мешочки с недоеденной едой. Эти обжоры палеоантропы всегда берут с собой в походы огромное количество еды. Это я точно знаю».

Вождь-Чародей приостановился, о чём-то с огромной печалью задумался, но затем, взяв себя в руки, продолжил уверенно говорить:

«Поэтому я не сомневаюсь, что вчера, во время попойки, они в основном ели мясо, а к своей еде притрагивались мало, поэтому у них, вне всякого сомнения, остались мешочки, в которых находится почти нетронутая еда. Наберите этих мешочков побольше. Это может спасти нас всех от страшной голодной смерти. Только убедительно прошу тебя, прикажи всем своим людям, чтобы были очень осторожны. Скорее всего, наши проклятые враги уже начинают просыпаться. Ты же понимаешь, если хоть один из вас попадётся, то не сдобровать не только вам, но и всему нашему отряду».

«Я всё понимаю, дорогой Вождь. Мы постараемся добыть для всего нашего отряда еду, а также постараемся незаметно выяснить, что планируют предпринять палеоантропы после того, как проснутся. Мы обязательно выясним, заметили ли наши заклятые враги хотя бы малейшие следы пребывания моего разведывательного отряда в их лагере и, если заметили, то собираются ли они преследовать наш отряд? А вам счастливого пути, надеюсь, что к вечеру мы нагоним вас, накормим, а, заодно, и сами поедим».