- -
- 100%
- +
А мы раньше не встречались?
Странные события в жизни Александра Гринёва начали происходить в то время, когда никто ещё не называл его Александром – был он просто Сашенька и было ему всего четыре года. Когда это случилось в первый раз, на дворе стояло жаркое лето и большая часть харьковчан уехала отдыхать на моря или в близлежащие деревни к родственникам. Сашенька в этом году не поехал никуда, как, впрочем, и в прошлом: денег на отдых у его семьи не было и родственников в деревне сроду не имелось. По крайней мере, так они думали.
У его матери Ольги не было ни сестер, ни братьев. Родители её умерли несколько лет назад, их родственников она не знала: прошло уже не одно десятилетие, как все связи были утеряны. Отец Константин вырос в детдоме. Так что не к кому было ехать ни в это лето, ни в предыдущее.
А началось все довольно банально: на детской площадке один мальчик ударил другого металлическим ведёрком по голове. В принципе, ничего странного в этом не было – многим родителям приходилось сталкиваться с такой ситуацией. Но в этот раз все было несколько иначе. Один ребёнок разбил голову другому… и засмеялся. Как потом говорили очевидцы, смех был явно злобным. Когда мама пострадавшего схватила обидчика за руку, тот толкнул её с такой силой, что она упала в песочницу. После инцидента агрессивный малыш скрылся за домом. Все это немало удивило свидетелей, так как в этом мальчике они узнали Сашеньку Гринёва, который никогда прежде не отличался подобным поведением.
Мать пострадавшего ребенка поискала взглядом Сашеньку, который мог вернуться во двор с другой стороны дома, не нашла и стала искать его родителей. Но тех поблизости не оказалось. Тогда она пошла к ним домой, сама не понимая с какой целью. И действительно, если четырехлетний мальчик гуляет, кто-то из его родителей должен быть с ним, а, возможно, и оба! И все же Наталья подумала, что Сашенька гулял только с одним из них, а значит, дома можно найти второго и выяснить у него причину такого поведения сына.
Гринёвы жили во втором подъезде на третьем этаже. Наташа быстро нашла их квартиру и нажала на кнопку звонка. Из-за двери раздался женский голос:
– Кто там?
Наташа узнала голос Ольги и обрадовалась, так как решила, что две матери проще найдут общий язык в сложившейся ситуации.
– Оля, это Наташа, мама Коленьки. Открой, пожалуйста.
За дверями произошло какое-то движение, щелкнул замок, и в проеме появилась Ольга. В домашнем халате. Она молча смотрела на гостью. Их дети ходили в один сад, и матери довольно близко общались. Олю удивило лицо Наташи. Та смотрела вглубь их квартиры и явно была чем-то озадачена. Из гостиной выбежал Сашенька и быстро заговорил:
– Тетя Наташа, а Коля уже гуляет? Я сейчас мультик досмотрю и тоже выйду, пусть он не уходит, я ему новую машинку покажу – мне папа вчера принес. Ему понравится – такая же синяя, как он любит.
С этими словами Сашенька унесся в комнату, из которой только что прибежал. Оттуда доносились звуки из мультфильма Диснея и голос Кости. Он звал сына смотреть особенно интересный эпизод. Наташа смотрела сквозь Олю и ничего не могла понять. Родители Сашеньки, да и он сам, находятся дома и, судя по их внешнему виду, вряд ли они только что гуляли. Из ступора её вывел Олин голос:
– Наташ, что с тобой, ты как будто призрака увидела. – Оля засмеялась. – Это всего лишь мой сын, Саша. Что с тобой? Случилось что-то?
Наташа сконцентрировала взгляд на ней, но не смогла выдавить и слова. Удивлённая женщина пошла было к лифту, но вдруг резко обернулась и спросила:
– А Сашенька давно дома? – её глаза впились в Олино лицо в поисках правды.
– Что значит «давно»? – Оля удивилась. – Со вчерашнего дня. Мы ещё не выходили сегодня. Сейчас досмотрит мультик, доест кашу и пойдёт с Костей гулять. А что такое?
Наташа опять отвернулась к лифту и задумалась. С одной стороны, ей не хотелось выглядеть сумасшедшей: как объяснить, что мальчик, находящийся с утра дома, поранил её сына? Но ведь это видела не только она, но и другие родители на площадке! Возможно, Оля, уже зная о происшествии, решила выгородить своего ребенка… Но Наташу смутило абсолютно непринужденное поведение Сашеньки. Дети всегда более искренни, чем взрослые, им сложно притворяться. И все же она сказала:
– Моего Коленьку на площадке ударил по голове ведёрком другой мальчик. Только что… Ты об этом ничего ещё не слышала?
Оля не понимала, как именно она могла слышать о том, что произошло на площадке, ведь они были дома с самого утра. Но она решила, что Наташа сильно переживает за своего ребенка, и поэтому ответила спокойно, без издевки:
– Нет, не слышала. Как Коленька, с ним все в порядке?
– Было бы в порядке, если бы кое-кто лучше смотрел за своими детьми! – Наташа сверлила Олю глазами, а та все не могла понять причины таких слов и взглядов. Через пару секунд молчания Оля с изумлением уставилась на Наталью, так как догадка родилась в её голове.
– Ты что, считаешь, что это мой сын ударил твоего? – Оля даже хихикнула. – Ты думаешь, что говоришь? Сашенька с утра дома и на улицу ещё не выходил. Если бы ты была рядом, то видела бы…
– Да я и была рядом! И не только я! Все на площадке видели твоего сына, – Наташа нажала на кнопку вызова лифта. – Но если ты уверена, что это не он, то оставим этот разговор. Смотри за своим сыном внимательнее, а то ещё чего натворит.
С этими словами она зашла в лифт, и Оле пришлось кричать ей в спину:
– Да, я уверена! Я смотрю за ним и всегда знаю, где он!
Последние слова прозвучали уже перед закрывшимися дверями лифта. Оля какое-то время смотрела на них, потом зашла в квартиру и заглянула в комнату к сыну и мужу. Костя внимательно выслушал её рассказ и засмеялся:
– Вот же полоумных развелось! Наш Саша, который сидел дома, разбил голову её сыну? Может, это у нее с головой что-то не так? С ума люди посходили… «А то ещё чего натворит»? Вот придумала! Своего пусть воспитывает, а мы со своим сами справимся. Что там смотреть, все будет в порядке, это и так ясно.
Но жизнь готовила опровержение его словам…
* * *
Это произошло приблизительно через полгода после случая с Коленькой. Родители как раз собирались отмечать пятилетие сына, но праздник омрачило загадочное событие.
Сашенька немного приболел, и мама решила оставить его дома, чтобы к празднику подлечить. На дворе было солнечное морозное утро. Мать измерила ему температуру, и её подозрения оправдались: 37,6, а значит, надо оставаться дома. Вчера Сашенька долго гулял с отцом. Они строили снежный замок, кидали друг в друга снежками и катались с горы на санках. Так и не заметили, как пролетело четыре часа прогулки на морозе. Оля ещё вчера подумала, что сын может простудиться. Люди говорят, что мысль материальна… Так и получилось: Сашенька дома с температурой, а через неделю день его рождения. Оля в очередной раз приготовила теплый чай с малиной и села рядом с ребенком смотреть мультфильмы. В это время раздался телефонный звонок. Сын не хотел, чтобы она отходила от него, но Оля решила ответить, и как оказалось – не зря.
– Да, я вас слушаю, Светлана Петровна. – Звонила воспитательница из детского сада, которую Оля, естественно, забыла предупредить. – Извините, я не успела вам позвонить и… Что? Кого побили? Кто? Нет! Вы что, Сашенька с утра дома! Это не мог быть он! Я сейчас позвоню мужу, он приедет и со всем разберется!
Она положила трубку и заглянула в комнату: сын так же сидел на диване и смотрел мультик. Увидев мать, он заулыбался.
В растерянности Оля набрала Костин номер. Он ответил почти сразу.
– О, привет! А я о тебе как раз думал!
– Костя! – Оля от волнения путалась в словах. – Там что-то произошло в садике. Я точно не поняла, но надо, чтобы ты подъехал. Это как-то связано с Сашенькой.
– Так вы же дома остались. Или я не прав?
В голосе мужа послышалось не только удивление, но и страх, что явно не придало Оле уверенности.
– Костя, я не поняла толком, но Светлана Петровна почти плакала. Там что-то серьезное произошло. Кто-то побил мальчика из Сашенькиной группы. Говорят, что это был наш сын… Но он все утро был со мной!
Костя, не зная что и сказать, согласился наведаться в садик. Вызвав такси, он обдумывал, как успокоить жену. Единственным способом в его понимании было быстрое решение проблемы. Он рассчитывал, что сразу со всем разберется, но то, что его ожидало… Учитывая, что сын все утро был дома, Костя видел только успешый исход данного вопроса.
Такси быстро донесло его от места работы до здания детского сада, где мужчину уже поджидали разгневанные родители побитого мальчика.
– Что же вы так сына воспитываете? – кричала на него женщина, которую Костя мысленно определил в матери жертвы. – Нашего ребенка, скорее всего, придётся везти в больницу!
– Успокойтесь, пожалуйста, – Костя, хоть и начал нервничать, старался не показывать виду. – Давайте сначала поймем, что произошло и кто в этом виноват.
– В чем тут разбираться?! – вспылил мужчина, стоящий тут же. – Твой сын хотел убить моего! Кто его научил такому?
С этими словами мужчина двинулся к Косте, намереваясь силой получить ответ на свой вопрос. В это время появилась Светлана Петровна, которая решительно стала между ними.
– Прошу вас, не ссорьтесь! – сказала она, обращаясь сразу ко всем. – Все обошлось и это уже хорошо. Я думаю, что мы решим этот вопрос по мирному.
– А как же! Конечно, решим, – раздался сзади голос разгневанного отца. – Как только он выйдет, мы все сразу и решим.
Косте стало не по себе от этих слов, но он понимал, что вины за ними нет: их сын не мог сегодня ничего здесь натворить. Проходя по коридору детского сада следом за воспитательницей, он обратил внимание на мальчика, стоявшего в конце коридора. Тот сверлил Костю каким-то странным взглядом. Мужчина отвернулся, чуть не споткнувшись о ступеньки лестницы. Что-то дикое промелькнуло в голове, ему даже показалось, что он действительно видел сына, но через секунду, когда он снова посмотрел в ту сторону, там уже никого не было. Костя решил, что у него от волнения разыгралось воображение, и зашел в кабинет к заведующей.
Кабинет был не слишком просторным, но во всем чувствовался порядок. Это Косте очень понравилось, так как порядок в жизни он ценил. И люди, которые так же ценили порядок, вызывали у него только положительные эмоции.
За столом сидела довольно тучная женщина. Костя ещё не встречался с заведующей, но со слов жены знал о её полноте. На вид ей было не больше сорока лет, но Костя вспомнил, что недавно ей исполнилось пятьдесят, и поразился её внешнему виду. От этой женщины веяло какой-то непостижимой силой.
– Камилла Сергеевна, – обратилась к ней воспитательница, – пришел отец того мальчика.
– Хорошо, Света… Можете нас оставить.
Светлана Петровна покинула кабинет, кивнув перед выходом Косте. Он расценил этот жест как невысказанное: «Держитесь». Когда дверь за ней закрылась, заведующая поднялась из-за стола. Она окинула взглядом гостя своего царства и подошла к окну.
– Как я понимаю, вас зовут Константин? – Уловив кивок Кости, она продолжила: – Если можно, я так и буду к вам обращаться. Или даже… Костя. Знаете ли, не люблю я эти формальности. А вы, попрошу вас, называйте меня всё же Камиллой Сергеевной. Мне так приятнее.
Костя снова кивнул. Он терялся в обществе таких властных женщин, поэтому решил: если есть возможность промолчать, чтобы не наговорить чепухи, то он воспользуется ею. Хозяйка кабинета улыбнулась в ответ на его кивок и отвернулась к окну. Что она там рассматривала, Костя не видел, но почему-то был уверен, что его она видит насквозь.
– Костя, с чего бы мне начать… Понимаете, события, подобные тем, с которыми мы сегодня столкнулись, происходят в детских садах сплошь и рядом. Это же дети! Взрослые редко решают вопросы мирным путем, что уж говорить о детях, имеющих гораздо меньший словарный запас и меньше сдерживающих факторов. Они часто дерутся… У нас в саду тоже бывают подобные конфликты, но то, что произошло сегодня, не лезет ни в какие ворота. Вы не находите?
Костя сглотнул пересохшим ртом, тяжело вздохнул и ответил:
– Камилла Сергеевна, вы извините, но меня никто до сих пор не ввел в курс дела. Нам сообщили, что наш сын кого-то побил. Вот и все, что мне известно на данный момент. Объясните в конце концов, что здесь произошло такого? Что вызвало такую реакцию окружающих?
– Вам правда не рассказали? – она повернулась к собеседнику и окинула удивленным взглядом. – Что ж, тогда извините меня. Думаю, я должна ввести вас в курс дела.
Она обошла вокруг своего стола, поправила на нем какие-то бумаги, ещё раз посмотрела на Костю и снова вернулась к окну.
– Посмотрите туда, – она указывала рукой на улицу. – Вот на этой площадке все и произошло.
Костя подошел к ней и посмотрел в окно. Обычная площадка: маленькая беседка, качели, песочница… Ничего странного или удивительного он не заметил, поэтому просто стоял и смотрел в окно. И вдруг он понял, что площадка абсолютно пуста. Скорее всего, из-за того происшествия, о котором ему сейчас должны рассказать. Заведующая снова посмотрела на него и отошла к столу, чем очень порадовала Костю: её непосредственная близость доставляла ему мало удовольствия. Отодвинув стул, она мягко села и продолжила свой рассказ:
– Так вот, с утра Светлана Петровна, как всегда, повела группу, которую посещает ваш сын, на прогулку. Сначала, как я поняла, все было хорошо и ничего не предвещало каких бы то ни было происшествий. Причём воспитатель уверена, что с утра вашего сына в саду не было. Она говорит, что ваша жена его не приводила… Возможно, это и так… Но как же он тогда здесь появился? А он точно здесь был, его видели дети из группы и Светлана Петровна тоже! Странно, конечно, но она утверждает, что жены вашей не видела… Да… Ваш сын появился на площадке через десять минут после начала прогулки. Воспитатель спросила, кто его привел, а он ответил, что пришел сам, а потом засмеялся. Конечно, странно, но дети это подтвердили. Затем он сказал, что это шутка и мама уже ушла, так как сильно торопилась. Свете, конечно, надо было попробовать её догнать, но улица рядом с забором оказалась уже пустой. И вот, через полчаса после начала прогулки, двое мальчиков что-то не поделили. Как вы, наверное, догадались, одним из них был ваш сын. Как я потом выяснила, он хотел взять пасочку у другого мальчика, а тот не давал, ну они и подрались. Это, конечно, не так важно. Важно то, КАК все происходило.
Костя внимал каждому слову, но до сих пор не понял сути той проблемы, о которой ему все твердили. Камилла Сергеевна сделала небольшую паузу и налила воды в стакан. Она пододвинула его столбом стоявшему Косте и сказала:
– Мне кажется, вам хочется пить. Я права?
Костя благодарно кивнул и одним глотком осушил стакан. Заведующая продолжила:
– Ну, так вот, они подрались, как я и говорила, из-за пасочки. Воспитательница сначала не поняла, что происходит, так как они не дрались в привычном смысле этого слова… ну, как мы все себе это представляем. Она подумала, что они просто балуются, пока не услышала жуткий смех. Его издавал ваш сын! Тогда она заметила, что он прижал мальчика, по-моему, его зовут Петей, к дереву, и сильно придушил. Вы понимаете? Да, нам известны случаи, когда дети, играя, калечили друг друга. К сожалению, нам известны и такие случаи, когда они друг друга убивали, но это происходит случайно. Играя, они не понимают, что делают. Но ваш сын… Понимаете, он душил этого мальчика с целью убить! Он тряс его за горло и жутко смеялся. Если вы спросите меня, что значит «жутко смеялся», я не смогу ответить, так как не видела происходящего – все это со слов Светланы Петровны. Я увидела в окно только развязку и тут же выбежала на улицу. Света оттащила вашего сына от бедного мальчика, который в ужасе отбежал от них к другим детям. её поразила та сила, с которой он держал Петю, но она не сразу осознала это. Она подбежала к Пете и как раз расспрашивала его о случившемся, когда подошла я. Войдя в курс дела, я намеревалась поговорить с вашим сыном, но… Его там уже не было. Никто не заметил, когда и куда он ушел. Мы посчитали, что он испугался своего поступка и спрятался. Его искали, но не нашли. Будто бы кто-то видел его на территории садика и в самом здании, но… А затем Света позвонила вашей жене. Так вот, у меня к вам вопрос: что же это все-таки было?
Костя стоял разинув рот. Мысли кружились в голове, будто сумасшедшие птицы. Его сын? Как это возможно? Оля привела его в сад и ушла? Но ведь у сына температура… Она звонила из дома, оставшись вместе с Сашенькой, и они точно никуда не ходили. Или это не так? Он смотрел на заведующую, а в голове мельтешил белый снег, такой же, как за окном. Только в голове он кружил бешеными мыслями. На данный момент Костя не представлял, что ответить этой властной женщине.
– Камилла Сергеевна… А вы уверены…
– Да, Костя, – помогла ему заведующая, – все уверены, что это был ваш сын. Воспитательница видела его. Я сомневаюсь, что она могла спутать его с кем-то: всё-таки уже второй год вместе. Да и дети сказали, что это был он. И Петя подтвердил, что его душил именно ваш сын. Так что да, мы все в этом уверены.
– Поймите, мой сын не мог здесь находиться, так как все это время был дома. У него поднялась температура, и жена не пустила его в сад…
– Костя, мне кажется, вы не понимаете. Вашего сына видели здесь, его узнали, он говорил с воспитательницей. Будь мы в суде, у вас не было бы шансов. Вы это понимаете?
– Я понимаю… Но все же… Давайте я позвоню жене и все узнаю.
– Конечно, звоните, – и она неожиданно одарила его очаровательной улыбкой.
Костя трясущимися руками набрал номер на большом жёлтом аппарате, притаившемся в углу стола, и обрисовал жене всю ситуацию. В итоге, после недолгих пререканий, получил из трубки: «Ты ещё сумасшедшей меня назови! Мы все утро были дома!»
Он потухшим взглядом посмотрел на заведующую и выдавил:
– Я не верю, что это был мой сын. Я понимаю, что есть факты, но я не могу не верить жене…
– Костя, нам стоило огромных усилий уговорить Петиных родителей не вызывать милицию, а они явно имеют на это право. Теперь нам надо что-то решать. Причём решать именно с вами. И знаете, какая у меня проблема? Я не знаю, что делать! Может, вы мне подскажете?
– Камилла Сергеевна, вы поймите, я не знаю, что предложить. Моя жена утверждает, что сегодня не водила сына в сад, и я не могу ей не верить. Но также я не могу не верить и вам со Светланой Петровной, ведь все видели моего сына здесь. Что я могу ещё сказать?
– Я вас понимаю, Костя. Но от меня ждут решения, а у меня его нет. В отличие от вас, в данной ситуации я могу верить только своей сотруднице и нашим воспитанникам, как вы сами понимаете. Но я вам обещаю, что внимательно рассмотрю это дело и приму единственно верное решение. Собственно, как и всегда. Спасибо, что уделили мне время.
– И вам спасибо, – Костя, смущенный, покинул её кабинет. В коридоре за дверью он остановился. Где-то впереди его ждут разъяренные родители Пети, которого якобы душил его сын. Конечно, теперь Костя понимал их настроение, но что сказать им, по-прежнему не знал.
На ступеньках его встретила Светлана Петровна.
– О! А я вас ждала. Я поговорила с Петиными родителями и все уладила. Они уже ушли, так что вам не придётся обсуждать с ними случившееся. Извините, что так вышло.
– За что вы извиняетесь? – удивился Костя.
– Вы знаете… Я ведь там была и пропустила начало ссоры. Если бы я раньше все поняла, то вам не пришлось бы разбираться с этой проблемой. А так…
– Светлана Петровна, все хорошо. Хотя, что я говорю? Ничего не хорошо! Я запутался, извините. Я… наверное, пойду.
– Да, идите, конечно. До свидания!
* * *
Так закончилась дошкольная «социализация» Сашеньки. Камилла Сергеевна приняла, как и обещала, единственно верное решение, и его родителей попросили подыскать другой детский сад. Костя также принял решение и оставил сына дома. Теперь с ним занималась мать, у которой появился повод бросить надоевшую работу.
Костя никак не мог понять, что же произошло в тот день в детском саду. Он ещё помнил летнюю историю, когда его сына также обвиняли в том, чего он не мог сделать, и вот снова… В первый раз это могла быть случайность, но во второй… Он снова и снова заговаривал об этом с Олей, но всякий раз выходил из спора проигравшим. Жена приводила решительный аргумент: «Ты что, считаешь, что я сошла с ума?». Костя боялся этого вопроса, так как ответа на него он не знал.
Со временем, несмотря на мрачный осадок от случившегося, все позабылось, и семья Гринёвых зажила обычной жизнью. Длилось это около года, пока снова не произошло неприятное событие.
Однажды на рассвете июльского дня жильцов их дома, да и всего двора в целом, разбудил чудовищный рев сигнализации. Сначала заревела одна машина, затем вторая, третья – и так до тех пор, пока не завопили все пятнадцать. Именно столько их стояло с ночи во дворе. Естественно, хозяева сначала выглядывали в окна, а затем с матом выбегали на улицу. Здесь их ждала следующая картина: у некоторых машин были пробиты колеса, у других – разбиты стекла и поцарапаны бока. Ни одна машина не осталась без следов чьего-то вандализма. Острый камень, которым наносились царапины и выбивались стекла, валялся тут же.
Конечно, автовладельцев обуял справедливый гнев, который им хотелось выплеснуть на виновника происшедшего, но такового поблизости не нашлось. Да, когда владельцы автомобилей с шумом и криками появились во дворе, там никого уже не было. Даже бродячие коты, обильно населявшие территории всех соседних домов, отсутствовали напрочь, словно что-то сорвало их с места.
Сразу приняли решение вызвать милицию и пройтись по соседним дворам, так как кто-то и там мог проснуться от звуков сигнализации, а соответственно, заметить того, кто покидал двор. Милиция явилась через полчаса. В результате было разбужено ещё больше жильцов, так как сотрудники стали опрашивать всех, чьи окна выходили во двор. В этом смысле Гринёвым повезло: их окна выходили на другую сторону дома, так что шума было почти не слышно. Разве что Костя, все же услышав с улицы какие-то звуки, подошел к открытому на ночь окну и закрыл его, чтобы не проснулись домочадцы.
Тем временем милиция вместе с разгневанными владельцами поврежденных авто продолжала розыск виновника происшествия. В результате было выявлено одно очень интересное обстоятельство: никто даже мельком не видел варвара, покалечившего столько чужого имущества. Однако в соседнем дворе дворник видел маленького мальчика, который с камнем в руке подходил к одной из машин. Дворник, насторожившись, решил вмешаться. Его удивило, что ребёнок лет шести гуляет сам, причём так рано. Увидев у него в руке камень, он захотел его остановить, но получил в ответ:
– Иди своей дорогой, старик, тебя сюда никто не звал!
– Вы слышали? – возмущался Петрович, обращаясь к собравшимся вокруг него милиционерам и автовладельцам, – меня назвали стариком! Да мне только шестьдесят три! Какой же я старик? А? Ну, я вас спрашиваю?
– Петрович, успокойся, мы тебя стариком не считаем. Ты ещё молод и душой, и телом, и все мы это знаем. Да и бабы местные тоже знают! Рассказывай, что дальше было.
После этих слов, произнесенных Сергеем Макаровым, который сильно переживал по поводу своей испорченной «Тойоты», Петрович, немного подобравшись, продолжил:
– Ну, так я вот и говорю, что взял метлу покрепче и замахнулся, чтобы его припугнуть. А он как прыгнет в сторону! Прямо гепард какой-то! Вот, и камень свой в меня кинул, только не попал. По метле попал, а то мог и прибить: камень-то не маленький.
Все посмотрели на камень, лежавший тут же, и закивали, подтверждая слова Петровича. Тот, наслаждаясь вниманием собравшихся, рассказывал дальше:
– Потом он, наверное, все-таки испугался… в общем, развернулся и побежал. Я бы за ним не бежал, но мне обидно стало, что он в меня камень швырнул, да и обозвал к тому же. Ну, я и рванул следом, а он вон за тот дом побежал. Я – за угол, а его там нет, как под землю ушел. Смотрел я по сторонам ещё пару минут, но нигде никого. Спрятался он, скорее всего, но я так и не понял куда. Дай, думаю, перехитрю его, присел на минутку под куст, выглядываю, а его все нет. Вот я и думаю, испугался он и решил не вылезать из своего укрытия, или все же убежал куда-то?..
– Говорите, за тем домом? – один из милиционеров указал на соседний дом.
– Ага, за ним самым, – кивнул Петрович и посмотрел на второго сотрудника, который обращался к нему с вопросом:
– Как он выглядел? Вы говорите, что ему было на вид лет пять-шесть. Я правильно вас понял?
– Ну да! Где-то так и есть, но я не уверен. Знаете, как сейчас дети растут?
– Знаем-знаем. Причём не понаслышке. Одет он как был? Прическа? Цвет волос? Важны любые детали.