- -
- 100%
- +
– А, ну да! – Петрович стукнул себя по голове. – Точно, надо было с этого и начинать… Одет он был в спортивные штаны, вроде синие. И футболка синяя, дракон вроде на ней нарисован. Волосы очень светлые, короткие. Что еще? А, кеды на нем были, простые такие, ну знаете, черно-белые. И напоминал он мне кого-то… Где-то пацанёнок такой же живет в этом доме. У него ещё проблемы когда-то были, не то с садиком, не то со школой. Мне знакомая рассказывала… она уборщицей там работает.
– Петрович, какая нафиг школа? Ты же сам сказал, что ему пять или шесть лет?
Все засмеялись над замечанием Макарова, а Петрович, смущенный их смехом, выдал:
– Да кто их сейчас поймет-то! Растут как на дрожжах. Может, в садике было что-то, а может, и в школе. Не помню я уже.
– Да что там помнить! Это у Гринёвых в прошлом году у сына проблемы в саду были: он избил там кого-то. Говорят, очень сильно.
Милиционер, который намеревался было отправиться на поиски улик к дому, за которым скрылся мальчик, посмотрел на Макарова и спросил:
– Вы видели недавно этого паренька, сына Гринёвых?
– Ну, да, – ответил ему мужчина. – А что?
– По-вашему, он подходит под описание? Хоть немного похож?
– Конечно, похож! – вмешался в разговор мужчина, который стоял позади всех. – Я видел на нем футболку такую. Там дракон был желтый, и крылья у него назад загнуты. Петрович, такой был дракон?
– Ага! – Петрович снова засиял, – такой! Не пойму только, почему я внимание на этого дракона обратил? Но уверен, что картинка была именно такая.
– Хорошо, – обрадовался милиционер. – В таком случае, у меня остался один вопрос: кто знает, где живут Гринёвы?
* * *
– Да не мог это быть он! Вы поймите! Нет, ну вы сами-то пслышите, что говорите?
Оля ходила по комнате из угла в угол. Перед ней сидели и внимательно смотрели на нее два сотрудника милиции. Костя тоже был дома, так как не успел уйти на работу, застигнутый милицией на выходе из квартиры. Маленький Саша сидел здесь же. Оля хотела, чтобы он остался в другой комнате, но милиция настояла на его присутствии. Им было интересно понаблюдать за его реакцией на разговор, но на данный момент мальчик никак подозрительно себя не проявил.
Конечно, они заметили испуг и удивление в его глазах, но он вел себя так, как вел бы себя любой другой ребёнок в подобной ситуации: молча сидел и смотрел на родителей.
– Вы говорите, что его видел дворник из соседнего двора? – Оля металась по комнате.
– Да, его видел дворник. И даже говорил с ним. Если хотите, мы можем позвать его, он ждет внизу вместе с потерпевшими.
– Да этот дворник без бутылки утро не начинает! – Оля заводилась все сильнее. – Скажите спасибо, что он вам про чертей ничего не рассказывал. Вы спросите у него, может, это черти были?
– Оля, успокойся, – Костя взял жену, проходившую мимо него, за руку. – Они здесь именно для того, чтобы во всем разобраться. Дворник – известный любитель выпить, но он же видел кого-то! В любом случае это был не наш сын, потому что он находился здесь, с нами. Все решится, не переживай.
Милиционеры, прислушиваясь к их диалогу, каждый по отдельности поймали одну и ту же мысль: от дворника действительно разило алкоголем, но он и не обвинял никого конкретно. Он просто описал ребёнка, которого видел, и так уж совпало, что в нем узнали сына этой семейной пары. Мог ли дворник с пьяных глаз что-то напутать и связать увиденного им несколько дней назад мальчика с тем, что происходило сегодня? Вот именно это они и должны выяснить.
– Извините, – сказал один из милиционеров, – а вы уверены, что ваш сын утром был дома?
– Вы тоже извините, но у вас дети есть? – с вызовом спросила Оля и по его реакции поняла, что есть. – Это ребёнок, которому ещё нет шести лет! Где, по-вашему, он мог быть в такое время?
– Понимаете, – вмешался Костя, – даже если предположить, что он у нас ходит во сне и действительно вышел на улицу, то как он вернулся домой? Он ещё не умеет открывать двери ключами. Да и футболка эта со спортивными штанами, о которых вы говорите, помните? Так вот, можете попробовать поискать, но вы их не найдете. Дело в том, что мы их выбросили пару недель назад, так как Сашенька, играя во дворе, сильно запачкался. Они катались с горки, а её кто-то залил какой-то дрянью… В общем, отстирать так и не удалось, и мы их выбросили. Конечно, вы можете сказать, что я все это придумал, так как одежда – одно из доказательств вины моего сына, но подумайте сами, стал бы я врать, понимая, насколько легко это проверить?
Милиционеры переглянулись между собой, и один из них, вздохнув, закивал:
– Вы понимаете, я и сам не очень верю в эту историю… Ну, что это сделал ребёнок, будь то ваш или чей-то еще. Но поймите меня правильно: там внизу сидят почти двадцать человек, уверенных в том, что это был ваш сын. Вы это понимаете? Что мы должны им сказать? Что ваш сын – маленький ребёнок, который не умеет открывать дверь в квартиру? А что мы предъявим в качестве доказательства его невиновности? То, что в вашем доме не найдена футболка с драконом? Так? Вы это видите доказательством? Вам нечем прикрыть своего сына, на которого уже повесили случившееся. И это факт. Так же, как и та история, которая повторилась здесь, на детской площадке, и в детском саду. Все помнят ее, и это ещё больше убеждает людей в причастности к преступлению вашего сына. Итак, что вы можете предъявить более существенного?
– Детская площадка и садик… Да эти истории притянуты за уши! Кто-то якобы видел нашего сына, но и мы его видели в то же самое время. И знаете где? У нас дома! Так что все эти домыслы злопыхателей оставьте при себе.
Выпалив это, Оля села на стул у окна и сложила руки на груди. Костя, понимая, что им нечем крыть, так как никто кроме них не уверен в невиновности их сына, просто смотрел на незваных гостей, ожидая их реакции.
– Ну, притянуты или нет, это не вам решать, – сказал второй милиционер и посмотрел на Сашеньку. – А что вы нам можете сказать, молодой человек? Вы спали сегодня утром, когда все это произошло? Или все же гуляли во дворе?
Сашенька посмотрел на него, и по детским щекам полились слезы. Он понимал: происходит что-то такое, объяснения чему он ещё не знает, но чувствовал, что это что-то – очень плохое. В этот момент он впервые в жизни испытал сильное чувство страха, которое будет сопровождать его в подобных ситуациях ещё не раз. Полицейский смотрел на него как охотник на жертву, и Сашенька чувствовал это, ещё не понимая, что это значит. В итоге он поступил так, как, скорее всего, поступил бы любой другой ребёнок на его месте. Сквозь слезы мальчик прокричал: «Я ничего не делал!» – и выбежал из комнаты.
Следом побежала Оля, на ходу шепча проклятия в сторону «доблестной милиции». Сотрудники же, проводив их взглядом, уставились на Костю, ожидая ответа от него. А он молча стоял и смотрел на своих гостей, чувствуя себя так же, как когда-то в кабинете у заведующей детским садом. Ощущение дежавю накатило на него и не хотело отпускать. Он как бы провалился в тот день и в эти мгновения отчётливо вспомнил, что видел в коридоре сада мальчика, как две капли воды похожего на его сына. Вот, что он тогда заметил, но так и не осознал до конца! Тот мальчик был точной копией Сашеньки: те же волосы, тот же рост и та же одежда… Хотя, стоп! Одежда действительно была похожа на одежду сына, но на ту, которую они выбросили примерно за месяц до неприятного события. Странно, но сейчас менты опять рассказывают о мальчике в одежде его сына, которую тот не носит уже пару недель. Что это? Какая-то злая шутка или игра, правил которой он не знает?
Из круговорота мыслей его вырвали гости, которых явно заинтересовала его глубокая задумчивость.
– Извините, с вами все хорошо? Вы что-то вспомнили?
– Что? – Костя дернулся от неожиданности. – Я? Да! Или нет… Извините, но я не уверен… Понимаете, мне пришла в голову одна мысль, но её лучше не озвучивать, так как после этого есть риск отправиться в определенного рода больничку.
– Понятно, – ответил милиционер, которому ничего не было понятно. – Но все же нам бы хотелось получить ответ. Внизу ждут обозленные люди, и я уверен, что если к ним вывести вашего сына, то кое-кто из них опознает в нем преступника.
– Я пойду с вами и постараюсь все объяснить.
Костя пошел к двери, тем самым демонстрируя свою готовность решить вопрос с потерпевшими. Возможно, сотрудники органов правопорядка могли бы расспросить его ещё о чем-то, но на данный момент им было любопытно посмотреть на результат разговора на улице. А он состоялся и был довольно жарким.
Дворник Петрович теперь доказывал, что именно Сашеньку он видел у машин и никаких других объяснений не принимал. Милиционеры решили, что с ним уже поработали собравшиеся здесь ребята, но продолжили наблюдать за ситуацией. Они ожидали драки и готовились разнимать собравшихся, но драка так и не произошла. Костя принял для себя решение не обвинять Петровича в алкоголизме и связанных с ним ложных показаниях, поскольку так можно было ещё сильнее завести толпу, и даже вслух согласился с ним по некоторым пунктам. Конечно, собравшиеся требовали компенсации, но Костя все же стоял на своем: преступник – не его сын. Он утверждал, что его Сашенька в момент погрома находился дома. Так же в качестве довода он заявил, что никогда не слышал о детях, которые в такую рань гуляют без родителей, и призвал собравшихся здесь отцов опровергнуть его слова. Никто не смог этого сделать, и вскоре все сошлись на том, что это был какой-то беспризорник. Скорее всего, он нашел вещи, которые выбросили пару недель назад Гринёвы, и в этих одежках теперь разгуливает по району. Этим объяснили и то, что ему удалось быстро и легко скрыться, так как, скорее всего, он знает все местные пути отступления, которыми должен был пользоваться уже не один раз. Для всех остался непонятным только мотив. Что заставило этого мальца совершить такое? На этот вопрос никто вразумительного ответа не дал.
Костя попрощался с толпой потерпевших и милицией и пошел домой под предлогом, что ему надо успокоить сына и жену. Милиционеры составили протокол и уехали по своим делам. Автовладельцы же остались вздыхать возле своих покалеченных машин, оценивая причиненный ущерб.
Дома Костя не находил себе места: перед глазами стоял мальчик, который смотрел на него из коридора детского сада. Что это было? Видение? Призрак? А сегодня? Тот же мальчик, который душил ребёнка в детском саду, повредил пятнадцать машин? И снова подставил под удар их сына? Да и их самих тоже… Кто преследует их? А главное, зачем? Или это просто воображение, взбудораженное переутомлением на работе, играет с ним в странные игры?
Оля с Сашенькой были в соседней комнате и почему-то молчали. Костя сначала обрадовался этому, так как решил, что они успокоились и сейчас, вероятнее всего, отдыхают. Но тут его пронзила другая мысль: а что если, пока его не было дома, сюда пробрался этот «адский двойник»? Неужели это возможно? Хотя почему бы и нет? На ватных ногах Костя проследовал в соседнюю комнату и нашел там своих домочадцев. Они спали. Успокоившись, он вернулся в гостиную и тоже прилег отдохнуть. От переизбытка эмоций мужчина уснул почти моментально, и снился ему двойник его сына, который гнался за ним и Олей по территории детского сада, полностью заставленной искорёженными машинами.
Проснулся Костя от прикосновения жены весь в холодном поту. Как оказалось, спал он всего минут двадцать и так кричал во сне, что разбудил Олю.
Сидя на диване, он рассказывал ей о своих мыслях, затем рассказал сон. Костя ждал её реакции, но, когда та наступила, не мог её понять. Жена спокойно выслушала, странно улыбнулась, и сказала:
– Когда-то я думала, что после того случая в садике ты посчитаешь меня сумасшедшей. Да я и сама уже почти считала себя такой. И вот теперь я сижу и слушаю мужа… Знаешь, я теперь не понимаю, кто из нас более сумасшедший… Возможно, мне пришло время беспокоиться за тебя, как ты тогда беспокоился за меня.
– Оля, что ты такое говоришь? – Костя поднялся с дивана и подошел к жене. – Да, всё это может звучать очень странно, но я и не настаиваю на своей правоте. Это просто мысли, которые лезут ко мне в голову в сложившейся ситуации. Я и сам понимаю, что всё это звучит нереально. Да что там «звучит»! Это в принципе нереально, такого просто не может быть! Но я ищу и не нахожу объяснений случившемуся…
– Костя, знаешь, что меня больше всего пугает в этой ситуации? – Оля смотрела ему в глаза, и Костя понимал, что она сейчас расплачется.
– Не знаю. Говори.
– А если все это продолжится? Если что-то подобное будет происходить вновь и вновь? Если в следующий раз кто-то очень похожий на нашего сына убьет человека?.. Что тогда? В прошлый раз мы бросили сад и изменили уклад жизни. Что будет в следующий? Нам придётся бросать свой дом и друзей, придётся бежать?
Он не знал, что ответить. Мужчина думал только о том, что, хоть и сказал жене обратное, но всё равно верит в реальность всего этого бреда. Он верил, что кто-то, очень похожий на их сына, может однажды прийти к ним домой вместо Сашеньки. И что тогда делать? Но этот вопрос задавать Костя не стал, так как слезы жены уже смачивали его футболку, и усугублять ситуацию не хотелось.
* * *
Конечно, никакой двойник у них дома не появился, хотя Костя долго ожидал чего-то подобного. Прошло немного времени, и всё снова забылось. Семья зажила обычной жизнью, не переживая о том, что нечто ужасное снова может перевернуть их уклад с ног на голову. Но, к сожалению, неприятные события продолжали происходить, и Сашеньку ещё не раз обвиняли в том, чего мальчик, по его уверениям, не совершал.
Однажды кто-то побил окна в соседнем доме. Весь первый этаж, двадцать четыре окна были разбиты. Снова приезжала милиция, снова были разборки и снова решили, что Сашенька не мог такого сделать, тем более что в этот раз нашлись люди, которые видели его дома. Так уж получилось, что в этот вечер к ним в гости пришел Коля, тот самый, которого несколько лет назад Сашенька якобы ударил ведёрком по голове. Уже год они были неразлучными друзьями, что не очень радовало Колину маму. В тот вечер Коля снова был в гостях у своего друга, так что смог подтвердить внезапно нагрянувшей милиции, что преступление совершил не Саша.
Однако свидетельница опознала в юном хулигане сына Гринёвых. Женщина, окна которой были разбиты самыми первыми, успела заметить хулигана. Она не побоялась и вышла на улицу, чтобы посмотреть, кто же там развлекается. Но по причине преклонного возраста собиралась довольно долго, так что мальчишка успел разбить все окна первого этажа. Потом она ещё долго говорила, что если бы не артрит, то она успела бы спасти хоть чьи-то стёкла, но старость есть старость. Сашенька снова был обвинён и оправдан.
После этого к Гринёвым ещё не раз приходили жаловаться на их сына, но родителям всегда удавалось его выгородить. То его видели, когда он вытаптывал цветы, посаженные заботливой рукой бабы Маши. То узнавали в мальчике, обрисовавшем матерными словами подъезд дома. Были ситуации и посерьезнее: облитый масляной краской ребёнок, разбитые стекла в киосках, поломанные деревья, угрозы детям на площадках… Гринёвы пришли к выводу, что сюда, в их район, приезжает погостить к родственникам похожий на их сына ребёнок. Другого объяснения они не находили, так как поиски этого мальчика результатов не дали. Так было до того дня, пока в школе не произошел пожар. Стоит ли удивляться, что в пятом классе именно этой школы учился Саша Гринёв.
Это произошло майским днем, когда старшеклассники должны были готовиться к экзаменам, а учащиеся младших классов собирались на каникулы. За окном было тепло и солнечно, и никто не подозревал, что в одном из кабинетов школы сегодня будет значительно теплее, чем в остальных.
На перемене, как и в любой другой школе, дети занимались своими делами: играли, прыгали, толкались… Старшеклассники побежали за уголок курить и вдруг увидели, что из окна школы идёт дым.
– Наверное, кто-то курит прямо в школе! Во даёт! – засмеялся усыпанный угрями Жека. – Скорее всего, физрук!
Его шутка была принята с восторгом, и вся компания разразилась смехом. Они постояли ещё пару минут и увидели, как от здания школы кто-то быстрой походкой движется в их сторону. Присмотревшись, Жека, лидер компании, заявил:
– Всё нормально. Это из младших пацанёнок рулит. Может, удастся сбить с него денег на жвачку?
Друзья стали у него за спиной, предвкушая что-то интересное. Когда мальчик поравнялся с ними, Жека его окликнул:
– Эй, Блондин, иди сюда!
Мальчик посмотрел на него непонимающе: по всему было видно, что он не понял, кого зовут. Он огляделся по сторонам, затем, не обнаружив никого рядом с собой, спросил:
– Ты это мне?
– Тебе, конечно. Или ты ещё кого-то рядом видишь? Я сказал, сюда! Не заставляй меня к тебе подходить.
– Хорошо, я подойду.
В компании снова раздался смех. Ребята веселились, так как чувствовали, что их лидер сейчас уделает этого Блондина: такие ситуации всегда радовали друзей. Прозвище мальчик получил за очень светлые волосы, которые формой и цветом напоминали солому. Он подошел к ним и посмотрел на Жеку.
– Что хотел? Говори быстро, а то мне некогда.
Жека уставился на него круглыми от удивления глазами. Такой наглости он не ожидал. Его друзья посмеивались за спиной, и сейчас ему казалось, что над ним.
– Слышишь, мелкий, ты с кем так говоришь? Ты понимаешь, что после этих слов очень сильно попал? Хорошо будет, если я тебе только лицо разукрашу, а то ведь ещё и сломать чего-нибудь могу.
Возглас одобрения за спиной снова придал сил и уверенности. Жека подходил к мальчику ближе.
– Я всё понял, – сказал мальчик и улыбнулся, – но мне действительно некогда.
С этими словами он уже собрался сделать шаг назад, как вдруг крепкая рука схватила его за плечо.
– Э, нет! Никуда ты не пойдешь. Мы сейчас немного повеселимся!
Жека поднял руку, сжал пальцы в кулак и уже готов был ударить, когда услышал:
– Ну, хорошо, немного задержусь, но только ради веселья.
После этой фразы Жека ощутил страшную боль в области паха и вдруг понял, что Блондин ударил первым. Причём ударил быстро и очень хлёстко. Он с трудом посмотрел в глаза мальчишки и испугался: что-то было в них непривычное, не такое, как у всех людей. В этот момент Жека понял, что совершил ошибку, но было уже поздно: Блондин схватил его за волосы и рывком повалил на асфальт. Все смотрели на них как завороженные, так как подобного поворота событий никто не ожидал – все привыкли, что именно Жека вы- ходил победителем в таких ситуациях. Мальчик поднял на них свой тяжелый взгляд и сказал, обращаясь сразу ко всем:
– Ещё кто-нибудь хочет поговорить? Вопросы ко мне остались?
– Саня, все хорошо, успокойся. Женёк просто пошутил.
Блондин посмотрел на говорившего и улыбнулся. Остальные тоже заулыбались, так как решили, что всё уже закончилось. Но это было не так.
– Вот и хорошо, что он просто пошутил. Помниться, ты обещался мне поломать что-то… Это тоже была шутка?
– Да-да, я пошутил! – Жека оторвал голову от асфальта, на котором лежал. – Шутка это.
– Ну, хорошо. Я тоже пошучу немного.
И с этими словами бывшая жертва насмешки прыгнула на руку лежавшего перед ним мальчика. Хруст и крик раздались одновременно. Жека подскочил на месте и снова упал, придавленный к земле весом Блондина. Он потерял сознание от болевого шока. Все инстинктивно отступили на шаг назад и уставились на спятившего мальца. О нём давно ходила дурная слава, но ему все время удавалось избежать наказания за свои действия. Все молча смотрели на Сашу Гринёва, который, в свою очередь, смотрел на поверженного врага и улыбался. Затем, подняв голову, он широко усмехнулся, помахал всем рукой и зашагал в том же направлении, в котором шёл пятью минутами ранее. В это же время послышались первые сирены пожарных машин.
Родителей Саши вызвали к участковому на следующий день после пожара. Костя сразу понял, что его сына снова в чем-то обвинят, поэтому шел туда с тяжелым сердцем. Посещать участкового ему ещё ни разу не приходилось, так что, немного пропетляв по району, он опоздал к назначенному времени. Кабинет располагался на первом этаже девятиэтажного дома в нескольких сотнях метров от школы. На вид простая деревянная дверь, глазок (что удивило), коврик перед входом. В общем, можно было подумать, что ты оказался перед дверью обычной квартиры обычного дома, если бы не синяя табличка. Она сообщала каждому, что за этой дверью находится участковый милиционер данного района и что часы и дни его приема вряд ли совпадут с вашим свободным временем. Вот так и Костя, чтобы прийти сюда, снова отпросился с работы, что естественно, не порадовало его начальника.
Несмотря на наличие глазка, никто им даже не думал воспользоваться. Дверь просто открывалась поворотом ручки, так что любой желающий мог сюда попасть, если желание не покидало его перед встречей с хозяином кабинета. Внутри Костю встретил просторный коридор с несколькими стульями, явно предназначенными для посетителей. Рядом ещё одна дверь, с такой же табличкой и точно таким же ковриком, на котором по-английски было написано: «Добро пожаловать». Костя, посмотрев на него, подумал, действительно ли там так рады гостям? В любом случае размышлять времени не было, так как он уже опоздал, и растерянный отец просто постучал в дверь.
– Войдите, – раздался голос, приглашавший его в тот мир, в котором ему ещё ни разу не доводилось бывать.
Костя набрал полную грудь воздуха, выдохнул и вошел в кабинет. Перед ним сидел очень худой мужчина лет тридцати пяти. По выражению его лица Костя сделал вывод, что у человека что-то болит. А может, он с таким лицом по жизни ходит?
– Вы по какому делу?
Костя пошарил в кармане и извлек оттуда повестку. Участковый посмотрел на нее, прочитал, сверился с какими-то данными на компьютере и, заулыбавшись, произнес:
– Замечательно. Я вас уже заждался. Вы все время опаздываете или это неуважение к представителям органов правопорядка?
Что-то шевельнулось в сознании Кости, подсказывая, что нормального диалога не будет. С приезжавшей к ним милицией он находил общий язык и разговаривал спокойно, тут же явно придётся обороняться.
– Понимаете, я здесь никогда не был, хоть и живу в этом районе всю жизнь. Даже не представлял, что ваш кабинет находится здесь… Я два раза обошел дом в поисках табличек, но так и не увидел ничего, что могло бы мне помочь.
– То есть вы хотите сказать, что в вашем опоздании виноват я? Мне специально для вас нужно было вывесить указатели?
– Да нет же! Вы меня неправильно поняли… – начал оправдываться Костя, но был перебит:
– Разговоры в сторону. Вы и так меня задерживаете, так что давайте перейдем ближе к делу.
Костя решил не спорить. Все же от того, как они наладят связь, должно было многое зависеть.
– Извините, а как вас зовут?
– Да, я не представился… Капитан Петров Сергей Федорович, участковый по вашему району. Обращаться ко мне можете по имени-отчеству, ну или просто господин капитан. Вы, как я понимаю, Константин Викторович. К вам я именно так обращаться и буду, если вы, конечно, не против.
– Нет-нет, что вы, – закивал Костя, – конечно, я не против. Сергей Федорович, так что, собственно, произошло? В повестке не указана причина вызова, так что мы думали…
– Причина не указана, – перебил его участковый, – но там ясно написано, что вам необходимо явиться с сыном. Почему вы пришли без него?
– Мой сын сейчас не смог прийти: у него сильное отравление и он лежит дома. Доктор вчера приходил, сказал, что это вирус, что-то вроде кишечного гриппа, поэтому я не смог привести его с собой. А в чем, собственно, дело?
– Как интересно получается! У вас все происходит, прямо как у политиков, когда их арестовывают: бах, и сразу на больничную койку!
– Да что вы такое говорите! Мой сын заболел, у него врач был! И вообще…
– У политиков тоже врачи бывают, – снова перебил Костю участковый, – и что? Все равно дурят. Не опускайтесь до такого уровня… лучше всё признайте и давайте найдем решение вопроса.
– Сергей Федорович, я вас не понимаю. Какого вопроса? Может, вы наконец объясните мне, что все это значит?
– А что, ваш сын не рассказал, зачем его участковый вызвал? – ухмыльнулся капитан.
– Извините, но нет. Если вы не хотите верить в болезнь моего сына, я не буду вас убеждать, но все же хочу понять причину вызова.
– О, похоже, после оглашения причины вы с ещё большим рвением будете убеждать меня в болезни вашего сына. Но вам это не поможет, так как свидетелей и доказательств предостаточно. Итак, начнем?
– Давайте, мне всё интереснее, в чем же его обвиняют на этот раз.
Участковый посмотрел посетителю прямо в глаза и широко улыбнулся, показывая большие желтоватые зубы. Он посмотрел на экран ноутбука, что-то пролистнул на нем и, снова заулыбавшись, начал рассказывать: