- -
- 100%
- +
Я вспомнил, что Женька собиралась сегодня в клуб.
С трудом я заполз в свою кровать, свернулся под пледом. Я собирался пойти с ними…
Блять…
Минуты проходили и превращались в часы, а я лежал в своем маленьком аду и думал о том, что будет дальше? Так страшно было потерять то, что у нас было налажено. Теплое общение. Ее доверие. Ее смех. Ее улыбки.
Шаги по лестнице. Стук в мою дверь.
– Егор, ты спишь? – Серега приоткрыл дверь. Слышно было его дыхание, когда он прислушивался к тишине в моей комнате.
Меньше всего сейчас мне хотелось общения с ним. Я притворился спящим. Моя дверь закрылась, но пару секунд спустя послышался щелчок Женькиной двери. Наступила тишина.
Зачем он туда пошел? Может, понес в ее комнату забытые вещи или карты? Проходили минуты, но его шагов по лестнице так и не послышалось. Я тихо встал со своей кровати. Аккуратно и бесшумно открыл свою дверь, в доме царила темнота. Тихо на цыпочках я двинулся к ее комнате. Сквозь маленькую щель между дверью и косяком я увидел, то что повергло меня в шок. Увиденное настолько вынесло меня из привычного восприятия, что казалось, что все это происходит не на самом деле. Не со мной. Это все сон. Хреновый, ужасный сон.
Твою мать! Нет! Не надо. Я хотел ослепнуть. Меня начало тошнить. Как развидеть увиденное? Я пожалел, что оказался тут.
Серега лежал в кровати мелкой. Его силуэт освещал включенный светильник. Одной рукой он прижимал Женькину футболку, в которой она ходила весь день, к лицу. Вторая рука двигалась вверх вниз в районе приспущенных штанов. Все его тело было напряжено, дыхание было шумным и сбивчивым. Таз двигался в такт руке. Раздавались тихие, хриплые стоны.
Какого хера?
Меня просто прибило шоком. Я просто стоял и смотрел на то, что мне хотелось бы навсегда стереть из своей памяти.
Его движения стали боле резкими и быстрыми. Послышался тихий, но очень долгий стон. Он несколько раз сильно дернулся. Его тело расслабилось. Рука, которая только что закончила движения поднялась и тоже вцепилась в Женькину футболку. Пара секунд тишины и послышались Серегины всхлипы. Он плакал. Не он не просто плакал, он рыдал. Молча, но сильно рыдал. Тело содрогалось от рыданий, которые тихо вбирала в себя ее футболка.
Не в силах на это смотреть, я бесшумно ушел в свою комнату. Медленно закрыл дверь и сполз по ней на пол. Еще оглушенный шоком и медленным осознанием того что я увидел, я пытался не впускать в свой мозг понимание. Понимание, что он ее любит. И любит давно. И любит сильно.
В этом доме живет столько боли. Столько молчания. Столько страхов и лжи, что все это плескалось через края. И я в центре всего этого, в самом эпицентре этой боли. Моя, Женькина, Серегина… Чтобы сделала Лена, если бы узнала? Чтобы сделала мелкая, если узнала? Чтобы сделал Серега, если узнал, что она его любит? Это какой-то адовый бред. Бред…
Перед глазами мелькали кадрами их ссоры, смех. То, как эти двое проводят вместе время. Их взаимопонимание. Его упреки. Крики. Чрезмерная забота. То, как он ее касался. То, как сегодня обнимал. Его поцелуи в Женькину макушку. Только сейчас все эти осколки собрались в одно большое битое зеркало, в котором отражалась Серегина любовь. И Женькина тоже.
Теперь я понимал все причины и следствия. Все было просто как дважды два.
Но от этого понимания стало только хуже.
Если я не смог сдержаться всего за два месяца, то как живет с этим Серега? Сколько в каждом упреке скрытого бессилия. Накопившейся боли. Желания. Сколько страха, что он ее потеряет.
А в голове всплыл разговор с Ленкой: «Она сказала, что как только стукнет 18 и она утрясет вопросы с опекой, уедет от нас на съемную квартиру и уже сейчас ищет варианты. Серега еще не знает. Что будет, не знаю, подумать страшно.» Что будет с ним, когда он поймет? Мелкая больше не будет рядом с ним.
Еще сильнее я понял, желание Женьки уехать из этого дома. Видимо связь на подсознательном уровне с Серегой ей орала: «Беги!». А его подавляемые чувства ломали ее мир и психику.
Я понял что устал. Этот день казался бесконечным. Утро казалось таким далеким, как будто прошла целая жизнь.
С трудом добравшись до кровати, я рухнул и заснул.
Мне снился сон. Яркий, живой. Моя комната. Кровать. И Женька верхом на мне. Все было как наяву. Ее запах, тяжесть тела, ее тепло. Легкий запах алкоголя. Бормотание. Движение рук по моей груди. Легкие поцелуи.
Твою мать…
Пусть это будет не сон. Пусть все это будет правдой. Я открою глаза и все это правда.
Я боялся пошевелиться, чтобы не спугнуть это наваждение. Мое тело горело, словно в огне. Ее прохладные руки под моей футболкой. То как она двигает бедрами, сидя на мне верхом. Разум горит.
Я отвечаю на поцелуи. Руки поднимаются и обхватывают ее гибкое тело. Я пытаюсь вжать ее в себя. Все такое реальное. Мне это мало. Я переворачиваю ее, припечатываю своим телом к кровати. Ее тихий стон у моего уха. Стадо мурашек мчится по всему моему телу.
Ее запах. Легкие горят. Кровь пульсирует в паху с бешеной силой. Мягкие губы, такие мягкие, в них столько нетерпения. Я почти рычу. Мой язык сталкивается с ее. Я почти задыхаюсь от того, как все реально. Стройные ноги обхватывают мои бедра. Еще сильнее заставляя вжаться в нее. Мои руки на ее теле. Какая она гибкая, стройная, жаркая.
Я так боюсь проснуться. Страх накатывает такой волной, и я понимаю, что это все не сон. Сука… это не сон. Она подо мной. Живая.
– Женька. – Хриплю я и от осознания всего этого, мое тело сносит с кровати. – Какого хрена? Ты как тут оказалась?
Вопросы горой сыплются на меня.
Она со стоном приподнимается на кровати. В комнате темно и только ее темный силуэт четко очерчен светом из окна. Она начинает хныкать и медленно ползти к краю кровати.
– Зачем ты ушел? Иди сюда. – Твою мать, она пьяная в хлам.
– Жень, не надо, прошу, давай ты пойдешь в свою комнату. – В моем голосе слышна мольба. Что я несу? Зачем я это говорю? Ведь все во мне, разум, инстинкты, каждая моя клеточка хочет продолжения. Все во мне орет, чтобы она осталась и продолжила.
И только маленькая кроха здравого разума твердит, что все это не правильно и если я продолжу, то развалю остатки того, что и так успел разрушить. Ведь она завтра проснется и поймет, что я лишь ошибка. А я не хотел становиться ее ошибкой. Я просто хотел быть рядом. Все это обрушивается на меня как ледяной душ.
А она, встав на пол у моей кровати, начинает стаскивать с себя платье. Я застонал от бессилия, меня окатила волна возбуждения. Вся жидкость в моем организме устремилась в область паха. Я закрыл глаза, чтобы они не видели ее стройное тело. Мне хотелось, чтобы этот долгий и ужасный день кончился, чтобы его вообще не было. Сделав шаг назад, я уперся спиной в стену. Ноги отказывались меня держать. Ситуация в край выходила из под моего контроля.
Блять… Блять… Блять… Мне хотелось орать.
Я вздрогнул, когда почувствовал ее прохладные руки на своей коже под футболкой.
– Женечка, солнышко, маленькая моя. Не надо. Я очень тебя прошу. Давай ты пойдешь в свою комнату. Я еле сдерживаюсь. – Ее влажные губы на моей шее. Воздух просто выбило из моей грудной клетки.
Из последних сил я попытался отодвинуть ее от себя, привести в чувство.
– Ты слышишь меня? Жень. Ты утром проклянешь и меня и себя.
Но она не слышала, ее руки обхватили мою руку, она взяла мой указательный палец в свой мягкий рот и начала медленно посасывать и облизывать со стоном.
Мозг перестал работать. Тормоза сорвало. Голос разума забыт.
Все что я делал, было как в тумане. Ее гибкое тело в моих руках. Пара шагов и мы снова в кровати. Ее губы. Ее запах, который обволакивал. Ее стоны, которые топили мой разум. Ее ноги на моих бедрах. Ее шелковистая кожа. Нижнее белье, которое мешало. Такая маленькая, но такая прекрасная грудь. Ее вкус. Мой мир разлетелся на тысячу атомов, и в центре этого хаоса была только она. Такая невыносимо нужная, такая невыносимо сладкая, такая невыносимо родная, но такая невыносимо не моя.
Она тихо постанывала, царапая мою спину своими маленькими ноготками. Я не мог насытиться ее губами. Так глубоко в ней. Не мог перестать сжимать ее грудь. Брюки рвала больная эрекция. Казалось, что еще немного, и я умру от этой боли.
Ее пальцы быстро стянули с меня футболку. Расстегнули ширинку. Я не помню, как оказался голым. С трудом я пытался стянуть с нее трусики.
– Егооор. Быстрее, я так больше не могу. – Ее стон в моем ухе.
Я провел рукой по ее мягкому плоскому животику и спустился ниже. Твою мать… она такая влажная. Очень нежно начал двигать пальцами по ее складкам. Ее ногти впились в мое предплечье, она захныкала. Бедра подались мне навстречу.
– Я не пальцы… твои хочу… а тебя… – слова обрывками и я сдаюсь.
Чуть приподнимаю ее бедра. Блять… Какая она узкая, горячая. Ее стон и мой. Мой разум на грани. Нечем дышать. Если она начнет двигаться прямо сейчас, то я все закончу, не успев начать. Она такая живая, но нереальная. Неужели это происходит наяву?
– Дай мне минуту, прошу. – Сквозь туман ощущений слышу свой хриплый голос.
Ее руки притягивают мою голову. Ее пальцы в моих волосах. Ее рот врывается в мой. Ее язык переплетается с моим. На миг мне показалось, что меня нет. Все, что я считал материальным, исчезло. Осталась только она. В самом эпицентре моих чувств, моих желаний, моего мира.
Я сам не понял когда начал двигаться. Все, что было до этого, не имело значения. Любой секс с другими, не вписывался в рамки того, что со мной происходило. Каждое движение рук, бедер, языка, каждое соприкосновение с ее телом сжимало меня до точки невозврата. Что-то огромное накрывало меня с головой, готовое снести все мое мироздание.
Влажные шлепки, стоны, звуки поцелуев, руки, губы, ее запах… Все мои инстинкты, рецепторы, чувства обострились. Движения стали жестче, быстрее. Как мне тебя мало. Как мало этого всего. Мне мало только секса. Я хочу тебя всю. Чтобы ты всегда была рядом. Чтобы ты не могла без меня дышать. И когда я это понял, меня смыло. Стерло разум. Вот она точка невозврата. Мира без нее не стало…
Она тихо уснула на моем плече. А я лежал с дырой в груди, в которой плескался страх и боль. Впервые за долгие годы, я понял, что плачу. Слезы катились по щекам. Секс не принес успокоения, скорее он просто разнес мой мир вдребезги.
Сука… Я не хочу быть пьяной ошибкой на одну ночь. Просто не хочу.
Очень осторожно я встал с кровати, натянул на себя одежду, завернул ее в плед и понес в ее комнату. Уложив на кровать, нашел в чистом белье футболку и трусики. Одел ее, как безвольную куклу. Укрыл одеялом.
Потом я долго стоял и смотрел как она спит. Начало светать. Словно в бреду я зашел в свою комнату, сгреб ее одежду в один ком и лег в обнимку с ним. С ее запахом. С мыслями о ней и том, что между нами произошло. Сон накрыл мой уставший разум. Снов не было, только спасительная тьма и тишина.
Женька
С первым пробуждением пришла боль. Голова была готова развалиться на части. Каждая клеточка тела стонала. Меня словно бегемотом прожевало. И было ощущение, что я выпила весь песок пустыни Сахары, в который регулярно гадили кошки.
Хотелось пить, но оторвать голову от подушки было не реально. С трудом я открыла глаза и солнечный луч ударил по моему мозгу кувалдой. Я застонала.
– Я хочу сдохнуть. – Мой голос звучал, как у 90 летней старухи.
Я лежала и пыталась осознать все события прошедшей ночи. Яркие картинки мелькали калейдоскопом в моем воспаленном сознании.
Очень много алкоголя.
В таких объемах я напилась впервые в жизни. Мне этого хотелось, мне это было нужно.
Вся прошлая неделя была одним сплошным скандалом. Все звёзды сошлись в одной точке: учеба, Миша, Серёга, Ленка… Серёга находил любой предлог для ссоры – моя работа, общение не с теми людьми, рассеянность, да я даже дышала не правильно. На днях началась ссора из-за телефона в руках за столом. Знаю, что это не прилично, но в этом доме все едят уткнувшись в телефон.
Лена На фоне всех скандалов начала злиться на меня. Мне высказали, что я нарочно провоцирую ссоры, чтобы привлечь внимание. А я наоборот стараюсь быть тише воды, ниже травы. Дома стараюсь вообще не появляться, а если дома то из своей комнаты не выходить.
Миша тоже не отставал от домашних. Я его понимаю, ему нужно внимание, любовь… То чего я ему дать не могу, как бы не старалась. Учеба и работа, дома стандартная бытовая рутина – урока, посуда, стирка, подработка. Все это выматывает и выделять ему время больше чем 2 раза в неделю я просто не могу ни морально, ни физически. Эти отношения угнетают, не принося никакой радости. Что делать с ними дальше, я не знаю.
По учебе завалы после новогодних праздников. Кучи докладов, презентаций, проектных работ. Подработка грозит меня снести лавиной в пучину бессонных ночей. Хоть тут спасет Егор, взял с меня часть моих работ. Казалось, что только он рад моему присутствию. За последнее время мы сдружились, что меня очень радует. И то что он знает, какие я испытываю чувства к Серёге, только облегчает общение с ним. Он поддерживает и с ним легко.
Как-то ночью я лежала и думала, каково было бы влюбиться в такого как он. Иметь нормальные подростковые отношения… Почему нельзя стереть чувства к человеку? Как в телефоне почистить фото, переписку, скинуть КЕШ и двигаться без груза чувств и болячек!
Мне так не хватает наших разговоров с Серёгой по душам, обсуждения фильмов и книг, игры в приставку, совместной готовки, не хватает его всего.
Я очень эгоистичный человек. Меня баловали всегда. Наши родители, Серегины, сам Серёга. Я получала столько заботы, тепла, внимания, любви, что это не могло повлиять на отношение к миру. Я знаю, что нужно меньше трясти красной тряпкой перед быком. Приходить раньше, ночевать дома, быть хорошей девочкой.
Но после того, как я узнала, что у них скоро будет ребенок, я поняла самое главное – мир не верится вокруг меня. Все скоро изменится. Я и сейчас со всем справляюсь сама, но совсем скоро всю свою заботу и любовь Он будет дарить малышу. Мне надо научиться жить без него, Серёге тоже. Но он не хочет этого осознавать. Возможно тут сыграла большую роль новость четыре года назад, что меня могут забрать в детский дом и он осознал, что только он может мне помочь, примерив на себя роль отца. Только мне от этого не легче. Тотальный контроль во всем.
Лена и Егор не знают насколько все сложно. Он каждую ночь приходит и проверяет сделала ли я домашнее задание, наводит порядок в моих вещах, пока я сплю. Несколько раз я притворялась спящей и чувствовала, как он садится рядом, укрывает одеялом и гладит мои волосы, как в детстве. Ведёт себя так, как будто ему страшно. И это так пугает и давит, душит. И мне хочется сбежать….
В этом доме никто знает, что на фоне стресса я перестаю нормально есть и спать. И у меня начинаются кровотечения из носа. Появляется сильная слабость и подавленность. Я стараюсь не приходить домой, отсыпаясь у Ленки, потому что она живёт одна и в ее квартире тихо.
Как не быть эгоистичной? Как поступать, чтобы Он не злился? Как себя вести, чтобы на меня не злилась Лена? Как вести себя с Мишей! Усталость наваливалась как снежный ком.
Мой день рождения отмечали дома, тихо, по семейному. Гости – крестная, мама Егора, Светка и нас четверо. Торт, небольшое застолье. Утром поздравили Лена с Серегой. Подарили духи, которые мне так нравились и золотую подвеску в форме четырехлистного клевера. Это было так мило. Наконец я могла их просто обнять, без криков, претензий и лишних слов. Светка подарила кигуруми в виде плюшевого медведя. Крестная и тетя Наташа деньги. Они точно лишними в моем кошельке не станут.
Было ощущение, что Егор меня игнорировал. Все утро провел а комнате, а потом помогал Серёге во дворе с шашлыками. И я решила, что надо наведаться в его комнату.
Он помог застегнуть цепочку, поздравил, подарил наушники. И все таки, как хорошо что у меня появился друг.
Тихий вечер с родными и близкими. Торт. И ни одного скандала… Прекрасная декорация к вечеру когда все началось разваливаться!
Было решено поиграть в карты. Я поднялась в комнату, карты лежали на столе. Но ведь кое-кто навёл порядок в моем личном пространстве. Найти их сама я не смогла, пришлось звать Серёгу.
– Зачем ты это делаешь? Зачем наводишь порядок? Это мои вещи, я сама могу убрать Я не маленькая!
Он стоит в дверях, облокотившись плечом к косяку. У меня заныло в груди. Как перестать любить этого человека? Как перестать хотеть того, кто никогда тебе не будет принадлежать?
– Тебя не бывает дома. Я скучаю. А когда навожу порядок в твоих вещах, это как с тобой поговорить. Успокаивает. Знаю, что это не правильно, но мне трудно привыкнуть что ты уже большая, что я тебе не нужен. – у него такой печальный голос, что в животе разливается боль.
Я начинаю плакать.
– Как это не нужен? Как ты можешь быть не нужным? Ты самый нужный для меня человек на планете! – мое эмоциональное состояние далёко от нормального, я реву по любому поводу.
Он подходит и очень нежно обнимает меня. Мне этого мало, хочется, вжаться в него, влезть к нему под кожу, я заводу руки ему за спину и сжимаю его рубашку в кулаки. Он обнимает крепче. Я слышу его тихий голос, дыхание на своих волосах
–– Ты же знаешь, как я тебя люблю? – Серегин голос.
– Угу. – шмыгаю носом. – Я тоже.
– Как я соскучился по тебе. По нашим нормальным разговорам, играм в приставку. Тебя совсем не бывает дома, а если ты дома, мы ругаемся.
– Я тоже скучаю, очень.
– Давай не будем больше ругаться.
Я тоже этого так хочу. Хочу приходить домой и видеть только твою улыбку, а не обиду, ссоры и злость.
Я чувствую, как он гладит меня по волосам, совсем как в детстве, когда я плакала, когда папа и мама оставляли меня у Орловых и уезжали с Леной в больницу. Чувствую те, же ласковые поцелуи в макушку, которые приносили покой и ощущение своей нужности, значимости.
И вдруг меня оглушает пустота, он выпускает меня из из своих объятий, забирая у меня свое и мое тепло. Проводит по мокрым щекам большими пальцами рук, снова, как в детстве. Ностальгия бушует во мне как море.
– Прости меня, я постараюсь себя контролировать. Ты столько лет была рядом со мной, каждый день, постоянно, что я потерялся. Потерялся от того, что ты выросла и больше так во мне не нуждаешься, как раньше. Это сбивает с толку. Я просто к этому не готов. Мне очень сложно перестроиться. – Его голос был хриплым от эмоций.
– Я знаю, я все понимаю. – Тихо шепчу я, стараясь не выдать своих эмоций.
– Просто разреши мне и дальше быть рядом с тобой, и тебе помогать. Мне нужно понимать, что мы с тобой по-прежнему одна семья.
– Хорошо. Я тоже буду стараться.
– Иди, умойся. – Хохочет Серега и его улыбка такая теплая . – Ты как поревешь, тебя разносит как китайца. – Весь макияж поплыл.
– Очень смешно. – бурчу я, шагая в ванную.
– Карты я нашел, жду внизу. – Крик летит мне в спину
– Угу.
Смотрю в зеркало. Гремлины… мать их. Я из семейства гремлинов. Опухшее лицо, красные пятна. Мне нельзя реветь, у меня аллергия на слезы. Кое-как привожу себя в порядок и спускаюсь вниз.
Серёга раскладывает карты на четверых, Светка наливает всем чай. Но четверного человека нет. Я вопросительно обвожу взглядом кухню и слышу голос Светки: – Он в туалете.
– А, ясно. – Сажусь за стол.
Светка продолжает вещать ранее начатую историю Серёге, о поисках кигуруми-плюшевый-твою-мать-медведь-где-тебя-купитть. О том что, мелкой вонючке, то есть мне, нужен был именно плюшевый, с мелким ворсом, коричневенький, мерзотненький такой… Светка смотрит на меня с шутливым гневом. Серёга ржёт.
– Но ты угодила! Он прекрасен! Он божественен! Я буду самым охрененным медведем в этом кигуруми!
Я встаю со стула, принимаю позу оратора и продолжаю нахваливать свою подругу и ее подарок.
– И да, духи и цепочка с подвеской тоже очешуительны. – я поворачиваюсь к Серёге, отвешивая поклон.
Надо мной ржут. Я люблю когда близкие мне люди смеются, это означает что мой мир стоит крепко и все в нем не плохо.
Егора до сих пор нет и я говорю, что иду за ним наверх.
Когда начинает рушиться твой мир, об этом никто не говорит. Что вот здесь и сейчас, произойдет хрень, которая запустит целую цепочку событий, к которой ты не готова. Никто! Нихрена! Тебе не скажет!
Я стучу в комнату Егора, зову, толкая дверь. Он стоит в самом центре, какой-то потерянный, измученный.
– Егор, ты там? – тихо отворилась дверь.
Свет выхватывает его фигуру из темноты. А он так странно на меня смотрит.
– Ты чего тут во тьме? Все в порядке? – меня напрягает, что он молчит и просто смотрит.
Тихо подхожу к нему, остановившись в полушаге от него, вглядываюсь. Почему он сейчас такой странный, тихий. Как будто он сейчас пытается переварить информацию, слишком сложную для его восприятия.
Я только хотела спросить, что с ним случилось, как он взрывает не мозг своим поступком. Его руки тянутся к моему лицу. Его рот впивается в мой. Меня прихлапывает шоком.
Я знаю Егора с детства, они часто приезжали к Орловым в гости. В нем всегда было столько показушности, что я старалась с ним не общаться. При виде меня он всегда делал такое лицо… Как будто я маленькая, плешивая собачонка. Такое липкое ощущение всегда было от общения с ним.
Когда он поселился в этом доме, то смотрел на меня примерно тем же взглядом. Я знала, что ему не особо нравлюсь, а когда вылила на него ушат дерьма, думала, что отношение ко мне вообще упало ниже плинтуса. Конечно, за последние пару месяцев мы сдружились, и он перестал смотреть на меня, как на злобное существо.
Но то, что происходило выбило меня из колеи. Наглухо. Я даже не поняла сколько времени прошло, я только поняла, что отвечаю на поцелуй не осознавая, что вообще происходит.
Какого хрена? Моя кукуха пела балладу о бреде и сиреневых гладиолусах.
С трудом я сфокусировала свое сознание на происходящем и оттолкнула Егора. Меня накрыло злостью. Ведь все было так хорошо, мне так был нужен друг. Зачем!?
– Зачем? Зачем ты это делаешь? – я ору ему это в лицо и ломанулась вниз, хлопнув дверью.
На лестнице я запаниковала. Если сейчас меня увидит в таком состоянии Серёга, он будет спрашивать. А там и до нового скандала не долго. Я поднимаю голову на верх, вжимаю шею в плечи в надежде, что Егор за мной не побежит.
Один. Два. Три. Четыре. Пять. Шесть. Семь. Восемь… Тишина, он остался в комнате. Фух. Меня накрывает волной облегчения. Перевожу дух, иду вниз. Колени дрожат.
Навстречу обеспокоенный Серёга.
– Все в порядке? Я слышал шум и ты кричала.
– А, там темно у него, упала. – Вру я. – он лег, у него голова разболелась. Просил извиниться.
Мне страшно, что он все таки решится спуститься вниз. Сердце ходит ходуном. Я отодвигаю событие на задворки памяти, чтобы потом найти логичное объяснение его поступку.
– Нигде не поранилась? Все хорошо?
– Да все норм, я ж неувязок. – я начинаю фальшиво хихикать.
– Неет. – Светка хихикает. – Не болит у него ничего!
Мне становится страшно, может она видела? Резко поворачиваю к ней голову.
– Это он меня испугался. Я к нему решила подкатить, напугала мальчика, вот он и сбежал. Такой милашка.
Я издаю булькающий звук от облегчения. Серёга смеётся, Ленка продолжает хихикать.
– Может ну эти карты ? Дайте просто чаю попьем. – понимаю , что настроения играть никакого.
Чай выпит. Мы со Светой двигаем в мою комнату, навести марафет перед клубом. Серёга упрашивает не идти. Но Светка встала своим 4м размером, как крепость, отстаивая мое право на отдых в движении.
– Да я с парнем буду, и обещаю вернуть ее живой и здоровой.
Наверху я оглядываюсь на комнату Егора. Дверь закрыта, под ней нет полоски света. Значит решил привести мысли в порядок. Или спит. Хотя… Я думаю, что ему есть над чем подумать.
Как теперь с ним общаться? Как себя вести! Вымораживает, что вообще ничего не делала для того чтобы эта вся хрень произошла. Я не липла к нему, не флиртовала. Игнорировала. Конечно за последние пару месяцев мы сблизились, но я не давала вообще никаких поводов. Тем более он знает, что я люблю Серёгу.
Ещё одной проблемой в этом доме стало больше. Ещё одним поводом больше, чтобы свалить отсюда.
Только не сегодня! Нафиг все мысли! Хотелось напиться в хлам! Сегодня мой день! Гулять!
Женька
Мы оказались в клубе около 11. У Светы здесь парень работает барменом. Я была тут пару раз, так что обстановка было привычной. Валера порадовал. В клубе акция, именинникам бутылка шампанского в подарок. С нее и начали. Все шло так хорошо, что забылся поцелуй с Егором и все казалось не таким хреновым. Пока я не увидела Мишу у барной стойки напротив.
Он вылизывал какую-то блондинку, да так так, что мне стало противно! Вот тебе и подарок на день рождения! Просто комбо за сегодняшний вечер! Страйк!