- -
- 100%
- +
Учили меня битве братья, не забывая раздавать хороших пинков при неудаче. Это меня никак не коробило, наоборот, придавало больше сил и усердия к тренировкам. После того, как я опробовала разные виды оружия в действии, мне подошел больше узкий родовой эльфийский клинок с односторонним лезвием и длинной в две третьи моего роста. По всей длине его стали золотистым оттиском нанесена гравировка с заклинаниями. Имя ему давала я – "Плеть". Все эльфийские клинки легки на вес, и удобны в маневренности. Идеальный баланс позволяет вращать им как перочинным ножиком, быстро и без травм.
И теперь мне требуется усердная практика. А как я могу добиться усердия? Правильно! Нужно позвать старших выскочек на «арену».
– Шиана, собирайся, мы идем на плац, – заявила я решительно, ввалившись в комнату к своей «кошке», стаскивая с нее одеяло.
– Киона! Ты с ума сошла? Еще темно. Который час? – буркнула она, прижав уши и обвив хвостом ноги.
– Пять утра. Ну, вставай, рыжая бестия! Нам надо размяться. Тиллинель и Риолан тоже придут, но через час.
– Как ты сказала? – тут же вскочила она. – Лини там будет?
– Так ты не спала что ли?
– Спала. С чего ты взяла?! – покраснела Шиа.
– А чего так быстро вскочила? – ехидно сощурилась я.
– А то ты не знаешь.
Зооморфа заносилась по комнате, надевая обтягивающие брючки с прорезью для своего длинного изящного хвоста, блузу с рукавом три четверти, перчатки с отверстиями для пальцев, и мягкие сапожки с каблучком. Не камеристка, а богиня войны. Грациозна, и прекрасна. А как возьмет два кинжала, да метательные ножи на пояс, так сравнение девяносто процентов и десять процентов индивидуальности, в виде мягких широких ушек и хвоста. Ах, да! Еще аквамариновые глаза, рыжие локоны, когти и клычки, проявляющиеся по желанию хозяйки.
И держу пари, старшему брату она запала в душу. Впрочем, это взаимно. Но, увы, не поощрительно по национальному уровню. Но это им не мешает встречаться тайком то здесь, то там. Одними из таких мест были: парк, беседка у океана в нескольких днях пути отсюда, и, тссс… большой секрет – моя комната.
Я же в это время либо проводила время с пользой в библиотеке, либо носилась как угорелая от представителей фанклуба любителей грудастых дев, коих тут в дефиците. И если при Шиане, как моей защитнице и помощнице, да и просто, как постороннем лице, мужчины держали себя в рамках, то при ее отсутствии все упорно пытались составить компанию моему одиночеству. За что я получала дополнительную порцию презрения и зависти у фрейлин и не только. Казалось бы, с чего завидовать? Мне еще восемнадцати нет!
Но сейчас не об этом, а о мечах. И сегодня я планирую отложить свой эльфийский клинок и заняться боем человеческим узким мечом, более тяжелым, гравированным, но тоже от неплохого мастера. И все же, нагрузка на руку больше, динамика тела пострадает.
Деваться некуда, иначе весь мир прознает, что эльфийская знать носится по подземельям соседней страны. А сидеть в лесном государстве, где на тебя шипят со всех углов, отнюдь не весело. И спасибо отцу, что брал меня регулярно за границу. Да и атласы на всех языках я изучила еще в двенадцать. Так что, монстры ждут своих героев… героинь.
Я была одета в ту же форму, что Ши, но за место присущего ей рыже-белого фасона, на мне был искристо белый, который подчеркивал синеву моих глаз и смоль волос. Собрав волосы в пучок, из которого выбивался длинный вьющийся локон, открыв тем самым заостренные ушки, и поправив челку, я покинула комнату вслед за зооморфой.
Коридоры были пустынны, весь дворец спал. А ходить мы уже давно могли, как и все эльфы, бесшумно. Потому-то мы и не ожидали напороться лоб в лоб, а точнее лоб в грудь и лоб в «солнышко» с моими братьями. Ну, да-а-а. Малявка я! Знаю! Это вам не два метра, широкие плечи, изумрудные глаза и белые длинные локоны, которыми обладают эти наследные красавцы. У Лини проколото правое ухо, дважды, на нем красуются два маленьких золотых колечка. У Риолана – левое, с одним.
– Ши? Не думал, что ты встанешь так рано, – улыбнулся Тиллинель моей камеристке. А может уже даже своей? Кто знает.
– Принц Тиллинель, д-доброе утро, – взволнованно произнесла Шиана, низко склонившись.
Старший брат коснулся кончиками пальцев ее подбородка, поднял смущенное лицо вверх и заглянул в сияющие глаза. Мгновенье спустя они слились в самозабвенном поцелуе, который весьма некстати начал набирать обороты, вводя меня в неловкое положение.
– Это уж слишком открыто, – предупреждающе шикнула я, немного завидуя.
Я, как и все девочки, тоже мечтаю получить поцелуй от прекрасного принца… Прекрасного душой! Нынче большинство смазливых парней обладает прогнившей сердцевиной. И это я говорю не просто так, сказывается опыт общения.
– Так и говори, публичное домогательство, только вот кто кого домогается, не совсем понятно, – бесцеремонно подправил Риолан. – Лин, закругляйтесь. У стен есть глаза и уши.
Пара с сожалением оторвалась друг от друга и разошлась на шаг, от греха подальше.
– Пока вы не сорвали мне тренировку, поступим так: сначала я спарингую с Лини, потом с Ри. Идет?
– Договорились, – протянул старший брат, и шутливо нахмурившись, добавил: – Ри, не покалечь мне дам!
– Боюсь, боюсь, – иронично развел руками тот.
Пока собирались, толкались, целовались, полигон осветили первые лучи солнца. Занятие началось с растяжек и бросания партнеров через корпус. Задачей являлось идеальное приземление на конечности. После рукопашная, а уж потом спарринг на холодном оружии. Тиллинель был быстр и беспощаден. Приземляться на ноги при его резких бросках было неимоверно сложно. А еще тяжелее перебросить через себя восьмидесяти килограммовую тушу. Ну, справились и ладно. Но вот отразить удары громадного дяди мелкой мне стоило нехилых синяков на предплечьях, заработанных благодаря блокам. Захваты, уловки, маневры.
– А! Так не честно, Я сейчас скончаюсь, – обессилено взвыла я минут через сорок, присаживаясь рядом со слегка помятой Ши. – По нашим весовым категориям я им сильно уступаю.
– Помочь? – заботливо спросила та.
– Да! – восторжествовала я радостно, надеясь как минимум на массирование плечевого пояса.
– Просто нарисуй себе картинку монстра, что ждет тебя в храме Занны. А это может быть кто угодно. И тут ты ему говоришь: «Так нечестно, ты тяжелее!», и он бежит от тебя в страхе.
– Спасибо, – ответила я хмуро. – Помогла.
– Всегда пожалуйста, – хлопнула она меня по плечу и пошла на спарринг с возлюбленным.
Риолан уже ждал меня со своим мечом, длинной в половину своего роста. Везет ему. У меня сейчас такой же, только… мне он в три четверти укладывается. В глазах среднего брата мелькнуло удивление.
– Это что за зубочистка? Где твой фамильный меч?
– На месте. А это моя новая нагрузка. И без вас мне не справиться с ней.
– Дай сюда, – протянул брат руку.
Как и ожидалось, он осмотрел его на предмет абсолютно всего, и перевел на меня подозрительный взгляд.
– Колись.
– С чего ты взял… – но закончить мне не дали.
– Не отпирайся, я тебя знаю. Что задумала? – не унимался хитрец.
– Ладно. Только никому, – обессилено опустила я плечи. – Храм Занны.
– Сдурела?! – возмутился он, огляделся, и тише добавил. – Ты свихнулась! Ты посмотри на себя. Где ХРАМ и где ТЫ?! Да тебя сожрут на первой же версте.
– А ты для чего тут стоишь? Дрессируй давай, – зло рыкнула я, обижаясь на презрение брата.
– Остынь и забудь. Отец прибьет нас… и тебя. Воскресит и прибьет. А потом еще раз воскресит и снова прибьет. И даже не посмотрит на то, что некромантия у эльфов не практикуется, – уже более спокойно констатировал он.
– Ри, мне нужна эта работа.
– Зачем? Тебе плохо здесь живется?
На какое-то мгновение брат умолк, а затем в его изумрудных глазах мелькнуло понимание. Он досадливо провел рукой по лицу, и вновь посмотрел на меня с отеческой заботой.
– Киона, дурочка. Надеюсь, ты знаешь, на что идешь.
– Не сомневайся. Выручка с дела мне нужна для самостоятельной жизни, вдали от интриг, насмешек и желающих сорвать куш с эльфийской империи, женившись на «черной принцессе» с приличным размером бюстгальтера!
Пока говорили, мы не заметили, как переместились к ограде. Ри прислонился боком, поставив наши мечи позади себя. Я же приземлилась на корточки и стала разглядывать землю перед собой.
– Отец нас порвет, – выдал братишка, старше меня на каких-то несколько сотен лет.
– Я думаю, он все примет, со временем. Ну и вдобавок, это не значит, что получив славу в какой-нибудь гильдии, я не вернусь сюда погостить и утереть нос этим курицам, особенно тем гадинам, что отрезали мои волосы в тринадцать лет.
– Ты же знаешь, это в прошлом, они теперь лишены магии и работают на кухне, – мягко пытался закрыть тему Ри.
– Но это не значит, что они мертвы. При всей моей жизнефилии, этим тварям я желаю страшной смерти. Ибо лишение врожденного источника магии принесло мне массу боли.
– Эх, хвостик. Это тяжело вспоминать даже мне. Сколько сил тогда у нас ушло на твое восстановление. Порой меня до чертиков бесит эта наша врожденная неотразимость…
– А еще и титул с империей в приданном, – добавила я.
– Если б не все это, вы бы с нашей матерью так не страдали. От баб нет отбоя, даже если им заранее известно, что шансов у них нет. И все эти пакости лишь из-за того, что отец любит нас больше, чем кого-либо из них.
– Да, – печально подвела итог я, проглотив горькие напрашивающиеся слезы.
Вспоминание прошлого напомнило мне интенсивность той боли, что мне пришлось испытать. Мои волосы такие же живые, как сердце. И эту тайну никто не должен знать. Даже те гадюки думают, что их участь это не более, чем каприз «черного высочества».
– Киона, ты должна всегда помнить о том, что ярость – злое чувство. Оно подводит того, кто сдается ее напору. Отрекись от нее и жизнь предстанет пред тобой в новых красках. Пошли, козявка! Хватит сопли развозить, – преувеличено бодро произнес брат, похлопывая меня по плечу. – А то эти горе-шифровальщики уже почти перешли к процессу прилюдного соития из-за накала страстей, а мы еще за твою зубочистку не брались.
– Гравирока-то хоть сойдет? – шмыгнув напоследок носом, уточнила я.
– Сойдет. Но до родового клинка ему далеко. Ну, что? Поехали?
Мы встали в боевую стойку, и пару секунд стояли как статуи, возведенные самим себе. Но затем, брат сорвался с места, чертя мечом вслед за собой на песке тонкую линию. Мгновение, и он резким взмахом отправляет его в полет, норовя разрубить меня пополам снизу вверх и по диагонали. Мой блок вышел несколько медленнее, чем это было бы с привычным мне клинком, имя которому «Плеть». И все же, отразить нападение удалось, и даже ответить встречным ударом сверху, обхватив рукоять двумя руками. Но Ри легко прикрылся своим мечом, придержав лезвие с другого конца свободной ладонью, он норовил ударить меня пинком в открытый торс, но промахнулся. Я уже отклонилась вправо, и, крутанувшись вокруг своей оси, нанесла горизонтальный удар со спины. Но и тут ждала неудача: брат завел клинок через плечо за спину, и снова ударил с ноги, совершив мини-торнадо, чтобы не убить ненароком. Честно говоря, поставить блок левой рукой оказалось весьма больно, но это не помешало мне перехватить его за стопу, и заломить конечность так, чтобы противник упал на землю спиной. И острие моего меча моментально заняло позицию у его горла.
– Так просто? – усмехнулась я, радуясь той силе и реакции, что подарили мне эльфийские гены.
– Р-р-р!!!
Риолан взревел, как раненый зверь, вскочив на ноги одним прыжком, и уже через несколько секунд начался новый раунд. Вот теперь пошла свистопляска мечей. Бились мы долго. В момент, когда наше оружие скрестилось, брат сделал-таки лестное замечание:
– А ты выросла! Как это мы прозевали?
Я лишь пожала плечами и бой продолжился.
Глава 4
Айрилет
Беспорядочные, сменяющие друг друга кошмары и жар, охватывающий тело, покинули меня совершенно внезапно. Я проснулся и первым делом схватил за горло чужака, которого почувствовал рядом с собой.
Мое тонкое обоняние распознало в нем мужчину, не стиравшего свою одежду, как минимум, месяц. Если бы противный въедливый запах не щекотал ноздри, я бы просто уловил чужое присутствие.
– Господин Айрилет! – сразу воскликнула Май. – Отпустите его. Все в порядке. Это целитель.
Наконец, я снова открыл глаза и обернулся к дряхлому деду, который уже начал хрипеть, пытаясь высвободиться из моей жесткой хватки. Я разжал кисть, и мужчина рухнул на пол, заходясь долгим кашлем.
Я без каких-либо затруднений сел в постели, и обнаружил, что по пояс раздет. Рубашка и жилет из бесценной шкуры вендиго аккуратно висят на спинке стула у столика, а в основании кровати сидит зооморфа и смотрит на меня глазами, полными ужаса. Уши плотно прижаты к голове, моська по прежнему чумазая.
– Умойся, – кинул я ей с раздражением.
В тот же миг приспешница подорвалась к умывальнику с водой и начала приводить себя в порядок. Пожилой целитель поднялся с колен, опираясь о стену и смотря на меня взглядом, полным возмущения. На мгновение он обратил внимание на стул с дорогой вещицей и снова уставился на меня, но уже с иным ходом мыслей, что не укрылось в его взгляде.
– За причинение мне вреда, я требую удвоить плату за мои услуги! – выдавил он из себя, окончательно выпрямившись и задрав нос.
"Плату? – я перевел взгляд на Май, которая того и гляди грохнется в обморок от страха. – Так, ясно. С ней я потом поговорю".
– Ты уже получил свой гонорар? – мой полурычащий тембр и тяжелый взгляд вызвали в нем дрожь.
– Да.
– Проваливай!
– Но…
– Пока я не вырвал тебе глотку своими руками, – перебил я его и оскалился.
Хоть я и не помню, кто я и как выгляжу, но эффект был однозначно впечатляющий. Дряхлый пройдоха сначала оторопел от моего заявления, затем попятился, и мгновенно скрылся за дверью. На долю секунды я обозрел коридор, и осознал, что находимся мы на каком-то постоялом дворе.
Как только в комнате стихло, я перевел взгляд на приспешницу и велел:
– Говори.
– Господин, прошу простить меня, – грохнулась она на колени передо мной. – Вы потеряли сознание, были тяжело ранены и ограблены. А за проживание и целителя нужно платить. Я… я нашла одного из ваших обидчиков и… убила его.
– Убила? – изумился я.
Но странно другое, ее откровение не вызвало у меня и грамма отвращения, словно это было нормой для меня.
– Да. Простите, что действовала без приказа… Вам становилось хуже, и я вернула ваш кошелек, но человек успел растратить часть ваших денег. Я… воспользовалась остатками.
Милое светлое личико искренне отражало эмоции, а большие желтые глаза были полны слез.
– Май, – окликнул я ее, протянув ладонь и поглаживая макушку, меж сереньких ушей. – Все в порядке. Но нам теперь надо покинуть это место. Где мы находимся?
Зооморфа оживилась, ее хвост снова счастливо заметался из стороны в сторону, от осознания, что с последнего нашего разговора я не изменился.
– Трактир "Соль Барей". На северной стороне города Муссона.
– А Муссон где находится?
– В Штольме, человеческой империи.
– Это крупный город?
– Достаточно большой, он довольно близко расположен к Международной Магичекой Академии.
Ничего не помню. Я поднялся, подошел к зеркалу, разминая мышцы рук, и уставился на свое отражение.
Ну, что я могу сказать. Почему тролль назвал меня уродом – я не понял. Золотистые короткие волосы, густые брови, черные, как ночь, глаза, широкие скулы и массивная челюсть. Нос прямой, шрамов нет, щетины, на удивление, тоже. Уши широкие, почти как у людей, но с острым уголком на раковине. Может, моим предком когда-то был эльф? Правда больше ничего эльфийского во мне нет. Телосложение под стать крупному человеку. Широкий разворот плеч, крепкий торс – что не так-то? Глаза?
На шее заприметил кулон. Или амулет? Я тут же его снял и рассмотрел. Он имел треугольную ажурную форму. Словно был собран из пяти треугольных контуров, разных по размеру. В целом он небольшой: ни камней, ни гравировки. Гипотенуза была значительно больше двух других сторон. Присмотревшись повнимательней, я сообразил, что сделан он из адаманта.
Май, заметив мой интерес к этой вещице, сразу поспешила пояснить.
– Господин, он был на вас еще до того, как вы стали моим хозяином. Вы никогда его не снимали. Более того, вы…
И тут меня снова охватила волна боли, и я был вынужден остановить приспешницу.
– Не говори ничего!!! – взревел я, заставив ее сжаться в комок.
Как только я снова пришел в себя, оглядел ее и извинился. Видимо, впервые, потому что ее серый хвост снова стал тарабанить по полу.
– Май, у нас новая цель: вернуть мне память.
Похоже, эта новость не сильно ее обрадовала.
– А пока, надо найти новое пристанище и работу, чтобы было, на что жить первое время.
– Но, вы ведь никогда не работали!
– Значит, будем делать то, что у нас получается лучше всего. Ты говорила, что я причинял боль. Подозреваю, с работой наемника я справлюсь.
– Господин, у вас нет ваших кинжалов.
– А где они?
– Рассыпались прахом в том трактире, где вас оглушили и ограбили. И я… сначала было подумала, что вы погибли. Ведь оружие было волшебное.
Все больше и больше передо мной встает вопросов, и не одного внятного ответа. Я тот, кого считают уродом в этом мире, без памяти, с равнодушием к чужой смерти и способностью причинять окружающим боль. Ничего не остается, кроме как попробовать себя в качестве наемника.
Надевая непострадавшую рубашку, расправляя брюки и осматривая жилет, я спросил:
– Май. Откуда у меня шкура вендиго?
– Вы сами ее добыли, господин. Просто, это создание перешло вам дорогу во время нашего путешествия.
Какого путешествия и куда, я уточнять не стал, остерегаясь очередного звона в голове.
Покинув постоялый двор, сопровождаемые кучей изумленных взглядов, мы направились к ближайшему столбу объявлений. Улицы грязные, людишки мерзкие, их липкий взгляд так и шарил по каждому прохожему, примечая на нем все до мелочей. Похоже, с порядком здесь у человеческой гвардии большие проблемы.
Наше внимание привлек голос глашатая, созывающего любопытный народ с соседней улицы. Поманив Май, мы тоже подошли, не покидая тени домов.
– Внимание! Всем внимание! В связи с участившимися набегами иномирной нечисти на восточные селения, Магистерией было велено организовать отборочный тур для сбора сильнейших добровольцев, желающих отправиться в рейд к месту прорыва. Участникам похода, после зачистки Храма Занны, будет вручен крупный гонорар, заранее указанный в договоре, составленном советником императора Ритсторма Третьего. Отбор произойдет вскоре на намеченном полигоне к северу от Муссона. Вся информация будет указана на соответствующих листовках у столбов объявлений!
– А почему маги сами не идут туда? – выкрикнул кто-то из толпы.
– Практически все магистры сейчас участвуют в ликвидации крупнейшего прорыва, свершившегося в Гномьих горах. Судьба людей в ваших руках. Искренне просим всех, кто владеет магией, оружием и целительством явиться на отбор!
После этого толпа начала рассасываться.
– А вот и работа, – отметил про себя Айрилет, разглядывая листовку. – "Обмундирование и дорожный паек выдается за счет академии". Осталось найти подходящее оружие.
– Где мы его возьмем, господин? – пискнула Май, выглядывая из под моей руки.
– Нам надо как-то прожить до даты отбора. Снять комнату в другой харчевне, оплачивать еду. Думаю, вот это объявление подойдет, – сорвал я бумажку пониже и положил во внутренний карман темного жилета. – Но сначала… нужно раздать долги.
Пояснять приспешнице свои намерения не пришлось, она просто везде шла за мной следом, не задавая лишних вопросов, ожидая моей команды в любой момент.
– Значит, именно здесь мои карманы обчистили?
Мы стояли перед трактиром "Дубовый щит", и решили восстановить некоторые недавние события в памяти, на мой страх и риск.
– Да. Когда вам стало плохо, подавальщик подорвался к вам, подумав, что вы пьяны. Я, как обычно, ждала снаружи и увидела только, как два посетителя вас вытащили из заведения и отволокли в переулок. О том, что грабитель именно подавальщик, я узнала по запаху на вашей одежде, пока вы лежали без сознания, а потом… подкараулила его и… без приказа…
– Я понял, – снова погладил я малышку помощницу меж ушей, по макушке. – И не осуждаю тебя. Ты спасла мне жизнь.
– Это мой долг! – улыбнулась, наконец, Май, довольно сощурив желтые глазки.
– Осталось только сломать пару ребер одному троллю, и оборвать руки его товарищу. Заодно узнать, кто же тот хозяин, что остался недовольный. Пошли со мной.
Дверь в таверну распахнулась со звучным скрипом, привлекая всеобщее внимание. За одним из столиков компания небритых личностей заметно напряглась.
"Узнали. С них и начнем", – ухмыльнулся я недобро, и, держа руки в карманах брюк, неспеша направился в их сторону, чеканя каждый шаг. Стук невысокого каблука моих сапог отдавался гулким звуком, разбавляя воцарившуюся тишину. Одного взгляда на трактирщика было достаточно, чтобы быть понятым правильно.
– Тиберий, сыграй Милюру, чего зад просиживаешь! – рыкнул хозяин на щуплого мужичка со старой флейтой, и рюмкой, которая так и не дошла до рта при появлении новых посетителей.
В то же время, в трапезном зале снова поднялся пьяный гомон и заиграла веселая мелодия. Я подошел к компании с хамскими рожами, насквозь провонявшейся брагой и потом, и замер, подавляя их своей агрессивной аурой. Поначалу мужики подобрались, собираясь дать отпор и показать, кто тут главный, но быстро стухли. Что заставило их трухнуть точно не знаю, но всплеск какой-то силы внутри себя я ощутил.
– Где? – спросил я просто и без церемоний.
– Не пришли еще, – поспешно ответили местные воры и убийцы.
– Подождем, – обойдя местных завсегдатаев полукругом, я пристроился на стул во главе стола, откинувшись на крепкую спинку.
Пораженные таким хамством "соседи" долго не сводили с меня и моей приспешницы взглядов, пока дверь не скрипнула снова. Внутрь заведения ввалилась жизнерадостная компания и стала всех приветствовать. Это был тролль и человек, чьи голоса я узнал сразу.
– Болин, рома! Отметим удачный улов.
– Подадут, – ответил трактирщик невозмутимо, ни выдав и грамма эмоций.
Два товарища направились к столу, где восседал я в хозяйской позе и метал глазами молнии. Во мне кипел гнев. И вот из-за этих дохляков я так страдал от боли?! Не может этого быть. Я уверен, что способен безжалостно перерезать пол зала. Что же со мной произошло?
Белокурый человек, и серокожий тролль добрались до самого стола, что-то бурно обсуждая. Меня они заметили не сразу. Но, как только я попал в поле их зрения, застыли. Отступать им уже было некуда, гордость не позволит дать драпу в "своем" городе от чужака.
– Какого дьявола ты тут забыл?! – взревел тролль, клацнув массивной челюстью.
Я медленно поднялся, наклонился вперед, и одним рывком потянул его на себя, затаскивая на крепкий стол. Мужики сразу повыскакивали со своих мест, роняя лавки, а мой первый обидчик уже был грубо уложен на лопатки передо мной:
– Что вы со мной сделали? – спросил я спокойно и вкрадчиво.
– Проваливай, урод! Хозяин не даст тебе покоя!
Я извлек из-за его пояса нож столь стремительно, что всего за долю секунды, острие резко вонзилось вплотную к серому лицу.
– Следующий удар будет в глаз, – произнес я с той же невозмутимостью.
Человек, явившийся с ним, сорвался с места, в направлении к двери. Маленькая зооморфа извлекла свой нож и запустила вслед беглецу, засадив его глубоко в плечо. Наемник вскрикнул, рухнул на пол и стал корчиться от охватившей его боли.
– Грог, – позвал я, не отрывая от него глаз. – Я все еще жду ответа, что, обычно, не в моих правилах.
– Чтоб ты сдох, тварь!!! – услышал я его мнение.
В тоже мгновение, второй нож вонзился ему в левый глаз, ровно настолько, чтобы не убить, но сделать калекой. Рев поднялся страшный, понятливые постояльцы даже не обернулись, а музыка продолжала развлекать завсегдатаев.
– Ничего! Ты просто вырубился! – затараторил Грог. – К тебе подобрался подавальщик и стал тормошить. Мы ему пинка дали, решили тебя грабануть! Сначала, для верности, намяли бока, а потом полезли в карманы. Они уже были пусты. Костюм заговоренный, насильно не снимался. После этого бросили тебя на улице. Все!
Не врет. Но, что же тогда произошло?
– Что было до этого?
– Ничего, ты ел обычную еду! Посетители: кто ушел, кто завалился пьяный прямо в зале. Потом ты обхватил руками голову и упал мордой в тарелку, а твое оружие ярко вспыхнуло и исчезло!