Сердце под Лезвием

Глава 5

Киона Адэала

Мы сидели вместе с Ши в моей комнате. Она в более привычном ей сарафане, я в кружевной белой сорочке. Утро нового дня мы встречали в кровати с завтраком на подносе и огромной книгой магии в руках. Нас интересовали заклинания иллюзий и мороков.

– Так, нашла. Резерва моего должно хватить. Если что, потом колдовать будешь ты. Так что учим заклинания и теорию вместе. И да, если понадобится, то обедать будем здесь, – рассуждала я, между делом прихватывая булочку и запивая ее чаем.

Шиана задумчиво выковыривала изюм из выпечки, взвешивая все «за» и «против».

– Нет, Киона. На обед мы пойдем. Иначе нас начнут искать и интересоваться причинами нашего отсутствия. Вот тут-то и всплывет учебник магии третьего курса на штольмском языке и соответственно вопрос, а откуда он у нас? А посвящать всех в то, как я по потолку проскочила мимо Хаиваэля в запретный отдел, я не хочу, – нахмурилась она.

– Ну да. Огребем по первое число. Ладно, сходим и сразу сюда. Итак, начнем: «Иллюзии – это искаженное восприятие действительности, основанное на обмане основных чувств. Второе название иллюзий – миражи. Мороки – это воздействие на сознание человека, с искажением его восприятия действительности. Это не создание иллюзорных предметов, которых на самом деле не существует.

Различают быстрый и глубокий мороки. Быстрый морок – под воздействие попадают только личности, находящиеся непосредственно вблизи мага. Радиус воздействия зависит от уровня его сил. Глубокий морок – действие заклинания направлено на самого мага и фактически происходит один из видов превращения. Недостаток: большое количество энергии. Значительный минус: запрещено использовать магам, не получившим должного образования. Данное заклинание не дипломированными специалистами зачастую используется в корыстных целях и является наказуемым».

– Смотри, тут что-то написано, – ткнула пальцем в поля Ши.

– Ну-ка, «для получения осязаемости морока, возможно сочетание его с заклинанием «Воздушный щит», – я закончила перевод раздела и пометки.

– Очень полезное замечание. В общем, иными словами, мороки создаются как отдельно, например, для отвлечения внимания, так и поверх мага, маскируя его облик. С чего начнем? – с предвкушением веселья уточнила Шиана, уже собрав приличную горку изюма.

Я посмотрела на изувеченные булочки, на полную крошек постель и взвыла:

– Хватит издеваться над хлебом и моей кроватью. Иначе перестилать будешь ты! А, нет! Заставлю учить тебя бытовую магию, – и уже более спокойно продолжила. – Давай выучим все три, начиная с иллюзий до обеда, потом быстрый и глубокий морок по мере сил. И да, будем учить до упора, чтобы создавать их в рекордные сроки, – настоятельно погрозила я пальцем и откинулась на подушки, собираясь с мыслями, устремив задумчивый взгляд в потолок, вернее в балдахин кровати темно синего цвета.

Кровать большая, белье белоснежное, подушки мягкие, все как я люблю. Комната выполнена в подобном сине-белом стиле, и от этого она выглядит строго, но все же уютно. Белые стены, ярко синяя обивка двух кресел, что стоят у мраморного камина с тлеющими углями, сине-черный мягкий ковер на полу, по которому я обожаю ходить босиком, «меркуриновый» зеркальный столик и такой же шкаф с комодом. «Меркурин» сделал мне отец с братьями с помощью магии из великого почившего дуба и меркуринового красителя, который весьма кстати изобрела я, само собой, случайно. И теперь синяя мебель красовалась не только в моей комнате. Стены украшали посеребренные подсвечники, которые я уже свободно зажигала и гасила щелчком пальцев по желанию, не используя заклинания. Вот до такого же итога я планирую выучить новые заклинания для адепта третьекурсника. С ума сойти, да?

– Приплыли, – вздохнула Ши. – У меня нет такого резерва, как у тебя. Я же всего лишь зооморфное создание.

И, будто в подтверждение своих слов, ушки и хвост кисы передернуло легкой дрожью. Если бы их не было, то приспешница ничем бы не отличалась от остальной прислуги. Рыжая копна волос редко когда была заплетена.

– Ну давай хотя бы так, чтобы вообще могла наложить морок или просто поддержать мой, уже существующий, пока я буду на вылазке в человеческих землях. А пойти туда я просто обязана, что бы понять, как существовать в чужой стране, вести себя, ничем не привлекая окружающих, записаться и уточнить место сбора рейда.

– Я буду стараться, ты же знаешь, – грустно улыбнулась киса.

– Я знаю, – я села, приобняла подругу, слугу, и просто родную мне девушку за плечи и перевела тему. – Давай к иллюзиям приступим. Начнем с малого, например, с мышки.

– Ты издеваеш-ш-шся?! – зашипела обиженно Шиа.

– Нет-нет, – взмахнула я руками, в примиряющем жесте. – Таким образом, мы проверим качество изображения и твою реакцию, вернее инстинкты. Насколько то или иное заклинание реально, и как оно тобой воспринимается. Поехали.

Учебник открыли на необходимом нам заклинании и начали зубрить формулу из рун. Я попутно расшифровывала каждую для Ши, отрабатывая с ней первичный магический жест. Мало кто может похвастать в моем возрасте знанием рунического языка, изложения на нем заклинаний и пророчеств. Можно сказать единицы. Полезный дар.

– Итак, практика, – заявила я спустя полчаса, потирая руки в предвкушении. – Вроде ничего лишнего обронить не должны, дворец Эрилинтэйла возможно устоит.

Шиана лишь хихикнула. Подруга всегда поддерживала меня в экспериментах. Произнеся формулу, и издав тот самый активационный пасс руками, я добавила в заклинание слово «мышь» и вот уже перед нами первый неудачный эксперимент.

Почему неудачный? Да потому, что перед нами было изображение мыши, размером мне в пояс.

– Э-э-э… Наверное, я что-то с векторами силы напутала, – проронила я ошарашено и обернулась к Ши.

У кисы волосы встали дыбом, а рот широко разинут. Неужели иллюзия воздействует на инстинкты? Но нет, подруга, мгновение спустя, уже катались по кровати, хватаясь за живот и громко хохоча.

– Мышь с большой буквы! Гроза кошек, – всхлипывала она.

– Ну прекрати. Ты сама сначала попробуй, а потом смейся.

– Ладно, ладно, – сказала она отдышавшись. – Сначала, я просто шокировалась, а когда принюхалась, уловила только запах твоей магии. Давай развеивай и заново.

Второй раз вышел правильно. Ши одобрительно кивнула и принялась повторять. Ее мышка была обычных размеров, но кривая, косая, с поломанным хвостом, и каталась от смеха по кровати уже мы обе. Позже я не выдержала и простонала шутливо:

– Мне ее жалко! Ей же больно.

– Не больно, это иллюзия. Все, теперь получилось, – гордо вздернула подбородок зооморфа, держа меня за руку и подпитываясь энергией.

В этот момент окно распахнулось, явив нам бумажного журавлика. Я подхватила его и распознала в нем магию императора, причем, только потому, что его аурой весь дворец окутан, ошибиться в отправителе просто невозможно.

– Это от отца, – сказала я, развернув записку.

– Читай, – подсела подруга.

Пару секунд спустя мы с кисой сидели с ошарашенными выражениями на лицах, не в состоянии какое-то время произнести ни слова.

– К-какого черта его опять сюда занесло!? – произнесла я обреченно, разорвав трясущимися руками записку в мелкие клочья и поджарив листочки в огненном шаре, чуть не спалив полкровати.

Я вскочила, пометалась по комнате и досадливо ударила кулаком по стене с огромной силой. Шиана вздрогнула. Руку до плеча охватила острая боль, говоря о том, что я перестаралась. Вернувшись на кровать к Ши, стала залечивать здоровой ушибленную. Зооморфа просто молчала, не зная, что сказать.

– Ши, сегодня учим заклинания, просим Тиллинеля и Риолана создать морок меня и подпитать его источником эльфиской магии. Пусть он слоняется по замку. На тебя его накладывать не будем. Теперь для тебя это слишком опасно. Как только я освою мороки, сразу уйду отсюда. По крайней мере, за время моего отсутствия, этот гад уберется восвояси.

– А если за сегодня не успеем выучить? – взволновалась подруга.

– Значит, пойду, когда выучу. И тебя я одну не оставлю. Просто иногда попадайся на глаза рядом с моей копией, и будь подле Тиллинеля. Я точно знаю, обман просекут, и огребем мы по уши. Но я буду уже далеко, и в чужом образе. Итак, после обеда переходим сразу же к практике, что выручит меня на этот раз.

К обеду я оделась в максимально закрывающее все мои прелести платье с кучей подъюбников. Воротник под горло, рукава до середины кисти, юбка в пол, начинающаяся от груди, и главное, цвет – черный. Пусть этот кретин знает, что для меня его приезд – траур.

Собрав волосы в пучок под сетку, что я с рождения никогда не делала, надев сверху платиновый обруч с сапфиром, обязательный аксессуар, что надевается при встрече почетных гостей, я направилась в обеденный зал.

Как и положено, сначала за столом собрались все члены королевской семьи, и представители двора, а уж потом зашли гости. Двери распахнулись, и дворецкий громко всех оповестил о прибытии послов.

– Герцог Тревор Эгенский со свитой.

У меня прошел неприятный холодок по всему телу, когда в зал вошел, простите, примат величиной с доисторический шкаф. Не сказать, что герцог урод, нет. Но его эгоистичное, избалованное поведение не единожды загоняло меня в неловкое положение, пару раз Тревор чуть не лишил меня невинности силой. Самое паршивое, что все члены королевской власти не имеют права наносить друг другу вред по причине соблюдения шаткого договора о мире между империями. И если с нашей стороны договор чтили, то герцог Эгентский активно его нарушал, причем, весьма подло, применяя магию, да так, что, доказать что-то практически невозможно.

В четырнадцать лет меня спасло своевременное явление отца в жилой коридор, куда выходили двери всей нашей семьи. В пятнадцать спас брат, которого привела Шиана. В шестнадцать – мачеха (дайте Боги ей здоровья)! Что спасет теперь, я точно не знала, ибо этот… не джентльмен, пользуясь магией, лишал меня возможности бежать, отрезая все возможные пути к бегству. Но на данный момент я уже не та девчонка, что раньше, и хоть немного, но колдовать умею. По крайней мере, я так думаю, и очень надеюсь, что братья одобрят мою идею с мороком. Правда, придется раскрыть им секрет о «воздушном щите», чтобы сделать его качественней.

Сейчас серые глаза блондина отыскали меня в толпе присутствующих, и наглая ухмылка заняла позицию на его смазливой физиономии. Тревор, ученик третьего курса международной академии магии, посол и племянник человеческого короля, Ритсторма третьего, прошествовал к столу и устремился, как и положено почетному гостю, в сторону правящей элиты, устраиваясь ровненько напротив меня.

– Грррр… – каюсь, вырвалось не произвольно.

Шиана толкнула меня под столом, призывая тем самым держать себя в руках. Но мой гневный рык не остался незамеченным.

– И я рад встрече, дорогая, – произнес слащавым голосом этот подлец.

К несчастью, его услышали только мы с братьями. Фрейлины, все как одна, блистательные и грациозные, видя, что красавец герцог смотрит жадно на «черную, во всех смыслах, принцессу», приняли надменный и недовольный вид. Вот и еще один повод для нелюбви у местного женского общества. «Да заберите вы его себе с потрохами!» – хотелось кричать мне.

После приветствий начался деловой и не очень разговор между мужчинами.

– Чем обязаны Вашему визиту? – спросил император Алистриэль у герцога.

– Как и каждый год, я приехал, чтобы продлить торговые отношения между нашими гильдиями, за пересмотром договора и приходом к наиболее выгодным для каждой из сторон условиям, – ровно выдал он бесстрастным тоном.

– Что ж, я так понимаю, вы задержитесь у нас примерно на неделю? – уточнил отец, переведя на меня сочувствующий взгляд.

– Если не больше, ваше величество, – перевел стрелки в свою пользу посол и мельком подмигнул недовольной мне.

Папа, как никто, понимает, насколько негативно я отношусь к его визитам. Но мое мнение не должно как-то влиять на внешнюю политику, поскольку я не прямая наследница империи.

– Понятно. Расскажите о новостях в вашей стране, – продолжил император, помогая своей златовласой супруге Эливиэль подлить вина.

Тут мы с кисой навострили уши, это была важная информация для меня лично.

– Новости скверные. Несмотря на всевозможные меры, предпринятые нами, гильдиями и академией для обеспечения безопасности всех рас, мы не справляемся. Слишком захлестывают на данный момент бандитские стычки, как на дорогах, так и в крупных городах. Приходили доносы на некоторых сельских представителей власти, с обвинениями в чтении межрасового неравенства, попросту говоря, процветания рабства и жестокого обращения с зооморфами. Более жесткого, чем дозволено законом.

На этом месте он прервался, обернувшись на Шиану, и презрительно смерив ее взглядом. Тиллинель весь напрягся, не оценив внимания Тревора к возлюбленной.

– А у вас, как я смотрю, зооморфы в почете, – обратился он больше ко мне, нежели к императору, но ответил отец.

– Да, причем, весьма в высоком, и грубое обращение с ними в эльфийской империи, при всех предрассудках, не позволительно.

– Так же появились слухи о магах наемниках, которые помогают в некоторых аферах нарушителям закона. Ну и многое другое, – продолжил он, как ни в чем не бывало. – Представители других рас, имеющие определенные полномочия и документы, например, диплом выпускника академии магии, или грамоту представителя знати, помогают нам по мере возможности. У них, по мировому договору, имеется право вершить правосудие. И все же, проблем слишком много и источник их неясен. Одно известие о том, что в некоторых местах все чаще встречают прорвавшуюся нечисть, многого стоит.

«Как же, не ясен», – пронеслось в моей голове. – «Огромные налоги и низкое финансирование гильдий и гвардии приводит к их халатности. И, попросту говоря, элементарное закрытие глаз на все это. А еще и коррупция».

– Это действительно скверные новости. С вашего позволения герцог, я разошлю своим дворянам, наиболее часто выезжающим за пределы страны, предостерегающие письма, а так же ваше разрешение на помощь местным гражданам в случае необходимости, – подвел итог владыка.

– Мы с его величеством, Ритстормом Третьим, были бы очень вам признательны, – склонил голову в благодарности Тревор, но на лице его не отразилось ни одной эмоции.

Люди! Бездушные чудовища, как и орки, тролли и даже гномы.

Так или иначе, обед подошел к концу. Император Алистриэль и его супруга поднялись, означая тем самым, что трапеза окончена. Я, пока братья не успели уйти, толкнула локтем Тиллинеля и взглядом намекнула ему придержать Риолана. Герцог Тревор, на мгновенье остановившись в дверях на выходе из обеденного зала, обернулся, многообещающе оскалился и исчез за косяком.

– Проклятье, – только и вымолвила я, как только в столовой нас осталось четверо.

Шиана и Лини сразу кинулись в объятья друг друга.

– Сестренка, крепись. Мы с тебя глаз не сведем, – подбодрил меня Риолан.

– Если только, как в прошлый раз, дамы из его свиты вас не окружат своими декольте и юбками так, что вы и вдохнуть не сможете, не то, что пройти, – нервно начала я. – Но сейчас я хочу вас кое о чем попросить и… посодействовать в одном не простом вопросе.

Я снова занервничала, прислонилась спиной к стене, и накрутила на палец выбившийся темный локон.

– Ты снова что-то задумала, что ни в какие ворота не лезет, я прав? – вздернул бровь Риолан, подпирая рядом рукой стену.

– Несомненно. Мне нужно чтобы вы помогли мне пересечь границу Эрилинтэйла незамеченной и держали мой морок в пределах видимости отца и герцога, – выдала я на одном дыхании.

У братцев отвисли челюсти. Первым не выдержал Лини.

– Ты с ума сошла! – На этой неделе я получила сие замечание уже в третий раз. – Ты же слышала, что там творится.

– Мне все равно. Какие-то мелкие бандиты меня не остановят. В передряги и перепалки я лезть не собираюсь, буду держаться стороной. Это я вам обещаю. Выбираться отсюда и пребывать я буду практически все время в мужском обличье. Сегодня я займусь этим заклинанием.

– Это очень сложно, – начал Риолан.

– Мы уже научились с Ши делать иллюзии, – перебила я.

И киса для демонстрации тут же сотворила уже испробованную нами мышь, а я рискнула и сделала второго Риолана. Но, естественно, копия была, как картинка, неживой.

– Мы не можем подвергать вас с Ши опасности, – Тиллинель только крепче прижал к себе мою подругу.

– Шиана остается с тобой, братик. Во-первых, ей надо иногда быть на виду со «мной», остальное время она будет с тобой, – ткнула я пальцем в старшенького. – И все равно, что подумают про вас придворные. В любом случае не ошибутся. В случае, если у меня будет болевой шок или просто какое-то там ранение, ты поможешь ей пережить этот момент, и не позволишь тянуть мою боль на сколько это возможно. Ну, так как?

Я смотрела на переглянувшихся братьев, и замерла в ожидании. Кажется, прошла минута… или пять?

– Хорошо. Сегодня вечером мы придем тайным ходом и научим тебя глубокому мороку, – кивнул Тиллинель.

– Ох, и огребем мы… – протянул Риолан, растрепав мне волосы ладонью на макушке, как воробью.

Шиана благодарно поцеловала моего брата, и тот, казалось, за подобную награду был готов сделать все. Эх, аж завидно, а мне еще только семнадцать.

Дойдя до спального коридора, мы все вместе в него заглянули и вздохнули с облегчением. Он был пуст. Договорившись о встрече после ужина, который я и Шиана могли благополучно пропустить (все-таки не прямая наследница и ладно), мы с подругой направились каждая в свою комнату, благо они находились по соседству.

Не успела я открыть дверь, как меня бесцеремонно схватили за кисть и втащили внутрь. В голове забилась паническая мысль: «Только не в моей комнате!»

Герцог с нескрываемым удовольствием наблюдал, как я в первом порыве испуга пытаюсь освободиться из его стального захвата. Второй рукой он притиснул меня к себе, схватив за интимную часть пониже спины, и прижал к той же двери, через которую втащил.

– Я скучал по твоим прелестям. И дня не проходило, чтобы я не думал о них, – после этого он накрыл мой рот в преотвратнейшем поцелуе. Настойчивом и жестком, не дающем мне издать ни звука.

Я пыталась использовать невинное женское оружие, ударить коленом в пах по его обтянутому серым полотном достоинству. Но, видимо это был даже не десятый, сотый опыт по овладению женщиной силой. Попытка моя провалилась с крахом. Что уж говорить о тех подъюбниках, которые в данной ситуации только мешают.

Тем временем, Тревор уже распустил мои волосы и намотал их на свою кисть. А вот и шанс позвать на помощь. Если бы он только знал о том, какую роль в моей жизни играют черные длинные локоны. Я дернулась головой в сторону изо всех сил, охнув от боли и укусив нахала до крови. Теперь осталось ждать.

Молодой герцог не собирался сдаваться, он быстро сменил нашу траекторию к кровати, держа меня на поводу.

– Ох, принцеска, холодная и не покорная. Как же я этого ждал!

Чего он ждал, догадаться было несложно. Но сбыться и на этот раз его ожиданиям не дали. В комнату ворвались оба брата без стука, и первым же делом Лини въехал кулаком по роже моему обидчику. Тот, не ожидавший столь скорой подмоги, упал на кровать, утянув меня за волосы за собой. Риолан помог мне выбраться, попутно спросив о моем самочувствии. Как только Тревора увел Тиллинель, заломив обе руки за спину, дабы избежать сопротивления как магического, так и физического, в комнату забежала взволнованная Ши со слезами на глазах.

– Киона, я бросилась к Лини сразу, как почувствовала твою боль. Откуда у тебя кровь на лице? – спросила она, побледнев.

– Шиана, успокойся, Это не моя кровь.

Я отошла быстро, один паникер это беда, а две паникерши – катастрофа. Пришлось взять себя в руки, чтобы успокоить мою служку. Мы сидели с Ши в обнимку, а Риолан стоял снаружи, поджидая брата.

Когда Лини вернулся, новости были не радушными. Тревора не выгонят. После заключения всех положенных договоров в течение недели, не больше, его выставят, с запретом посещать нашу столицу. Королю Ритсторну Третьему уже отправлен вестник с описанием случившегося и просьбой подобрать нового посла на будущий год. А насчет той ситуации с нападением на меня: оно произошло в спальне, в которую по всем правилам Тревор не мог зайти без приглашения. И в случившемся по закону виновата я сама. Так как свидетелей, что он уже был на момент прихода мной в комнату, нет. Да и, как нагло успел заметить герцог, военный конфликт никому не нужен. Ибо человеческой расе дай повод подраться, она тут же пойдет войной на кого угодно.

Люди – с-с-волочи! Может и не все, но мне пока что попадаются только такие!

Угораздило же меня родиться внебрачной дочерью. Вроде и не последнее лицо при императоре, но и не наследница, а таких по штольмским понятиям не жаль.

Глава 6

Айрилет

Мы решили сходить по объявлению, что прихватили до похода в трактир. Старый алхимик искал добровольца, готового отправиться в Степной Дол, чуть восточнее Муссона, и добыть склянку яда Зулуса. Что это за зверь и с чем его едят, мы с Май не знали, потому решили разобраться с этим на месте.

Нашли мы нужный дом только к вечеру. Алхимик проживал на окраине, как раз с необходимой нам стороны. Дверь двухэтажного деревянного здания открыла пухлая женщина в замызганном цветными пятнами переднике.

– Чего надо? – спросила она бесцеремонно, вытирая о передник ладони.

Я, честно говоря, оторопел. Внутреннее эго просто кричало мне о том, что к такому обращению я не привык. Зато зооморфа не растерялась и выпалила на одном дыхании:

– Мы пришли по объявлению. В нем сказано, что вы ищите охотника.

– Ищем. Проходите. Кира вас примет.

"Разве алхимик не мужчина?"

Видимо, Май задалась тем же вопросом, потому что тоже была удивлена именем. Пройдя на второй этаж, мы остановились у одной из крепких дверей, в которую женщина звучно постучалась.

– Кира, старая развалина! Подъем! Пятый раз уже глотку надрываю! К тебе охотники пришли, – после этого она развернулась и пошла обратно, оставив нас в оторопелом состоянии.

– Наконец-то! – раздался довольно бодрый голос.

Послышались поспешные шаги, звон стекла, грохот, мат, после которого, добравшийся-таки до двери алхимик отворил дверь. Перед нами предстал дед, облаченный в ночную длинную сорочку, наполовину обмотанный одеялом.

– Простите! Я сейчас же вас приму. Только переоденусь. Я днем сплю, а ночью работаю.

Алхимик по имени Кира скрылся за дверью, быстро привел себя в порядок и сопроводил нас в рабочий кабинет. Оказался он простым человеком, без каких либо магических способностей, но очень увлеченным.

– Вот контракт и флакон, – протянул он нам бумагу, перо и стеклянный сосуд. – Думал, не дождусь.

– Желающих так мало?

– С недавних пор – да. В связи с участившимися набегами незнакомой нечисти многие стараются беречь свои драгоценные жизни. А у меня запас яда кончается.

– Зачем вам так много? – спросил я с подозрением, смерив объем пузырька.

– При взаимодействии с травяной настойкой он дает прямо противоположный эффект, иначе говоря, противоядие. Сенокосцы, обычные охотники, и простые любители природы довольно часто не замечают гнезд Зуруса и тревожат их, получая ранения в качестве расплаты. Хорошо, что действует яд медленно. Но, как видите, сейчас самый сезон, когда это насекомое защищает свое незрелое потомство, и заказов противоядия становится все больше. Я уже цену удвоил, а добровольцы все не шли, – вздохнул дед, но его волнение и недомолвку выдало подрагивание рук и век, хаотичные движения, метания по кабинету.