- -
- 100%
- +
Глава 1
Нортумбрия, королевство северных англов, 850 год.
В чистом голубом небе занялся нежный рассвет. Ясное солнце с радостью и благодатью озарило своими теплыми лучами сначала вершины невысоких гор, потом пушистые кроны деревьев в густом лесу, озолотило поля и без того светлой пшеницы, и, наконец, добралось и до небольшой деревушки на двадцать шесть домов, в которых уже начали просыпаться мирные жители, готовясь к новому, полному забот дню.
Горласто запели петухи, им ответили громким блеянием овцы, которых уже вел на пастбище местный пастух, добрый старик Иоханн, всю свою жизнь только этим и занимающийся. Звонким заливистым лаем их провожали местные собаки.
Под этот привычный утренний шум Эсса и проснулась, сладко потягиваясь на своей лавке. На ее лице цвела радостная улыбка. Ей очень хотелось полежать еще хоть немного, чтобы сохранить в памяти приятный сон, в котором незнакомец подарил ей колечко, но старший брат, Алан, ворчанием поторопил ее. Мечтательно вздохнув, она села, свесив ноги с кровати.
Он прав, пора вставать и приниматься за работу. Лето подходит к концу, и все жители их маленькой деревушки заняты делом с утра до вечера, так что нет времени разлеживаться. Кто в полях собирает удачный урожай, кто ходит в лес по грибы да ягоды, да что говорить, все заняты подготовкой запасов к зиме. Вот и ей надо поспешить и приготовить домочадцам плотный завтрак, чтобы им на весь день сил хватило.
Эсса подошла к стоящему в углу столу и умылась прохладной водой в глубокой глиняной чаше, продолжая вспоминать сон, который сулил ей скорую встречу с суженым. И когда они уже встретятся? Ей в начале лета исполнилось уже девятнадцать лет, а любимого все нет и нет. Хотя и в их деревне, и в соседних, есть из кого выбирать, но все они не трогали ее сердце. Она все ждала, сама не зная чего.
Умывшись, одевшись и заплетя толстую рыжую косу, она затопила очаг, и, поставив кипятить воду, вышла из дому, чтобы набрать яиц для завтрака. Идя в маленький курятник у дома, она подняла лицо навстречу ласковому солнцу и счастливо вздохнула. Отчего-то ее сердце замирало, словно предвкушая, что в скором времени что-то случится, что в корне поменяет всю ее жизнь. И от этого хотелось радостно смеяться и петь.
Накормив куриц и собрав их свежие дары в подол, Эсса поспешила в дом, на ходу потрепав за уши старого пса, что боком привалился к скамье у двери. Тот довольно вздохнул и пару раз вильнул пушистым хвостом, зная, что скоро его сытно накормят.
Спустя некоторое время стол был накрыт, и Эсса позвала завтракать своего деда и брата. Те оба собирались сегодня идти на поля, поэтому и уплетали все как будто за двоих, ведь силы им сегодня понадобятся. Пока ели, она все думала, что бы сегодня приготовить на обед, чтобы отнести его им, но ее мысли прервали странные приглушенные крики снаружи.
Алан встал, и тихо ворча себе под нос, вышел из дома, чтобы узнать, что такого стряслось с утра пораньше. Заметив, что он уже все съел, осталась лишь малая краюха хлеба, Эсса принялась убирать со стола, но так и замерла с тарелками в руках, когда в дом вернулся брат.
– Викинги! – крикнул он, ворвавшись в дом и захлопнув за собой дверь.
Сердце камнем упало вниз. Она, не веря, смотрела как он, схватив лук и стрелы, снова выбежал из дома.
– Бежала бы ты в лес, деточка, – устало вздохнул дедушка, продолжая спокойно есть кашу.
– А ты? – только сейчас она сделала вдох и поставила тарелки обратно на стол, заметив, как сильно задрожали ее руки от подступившего страха.
– А я уже свое отжил, – он медленно отпил молока и поставил пустую кружку на стол.
Эсса посмотрела на его тонкие морщинистые пальцы. А на улице становилось все суматошнее, видимо только проснувшиеся жители, так толком и не поняв, что случилось, крича и причитая, убегали сами не зная куда. И от их криков и мольбы о помощи все внутри переворачивалось и сжималось в тугой узел страха и паники.
– Беги! – вдруг грозно крикнул дед, заставив ее вздрогнуть, и привстал, ударив по столу кулаком. – А ну живо!
Эсса только всхлипнула и, подобрав подол простого блио вместе с нижней рубахой, опрометью бросилась к двери, но не успела ее открыть, как та сама отворилась, и она со всего маху налетела на огромного мужика. Тот только хмыкнул и толкнул ее обратно в дом. Зашел внутрь как хозяин и закрыл дверь, прищурившись в полумраке, он оглядывал, что здесь и как.
От его немереной силы, она отлетела назад и упала на спину, разом выдохнув из себя весь воздух. Переведя дыхание, Эсса приподнялась на ушибленных локтях и, открыв глаза тут же их зажмурила, потому что то, что она увидела, лучше бы не видеть никому.
Огромный бородатый викинг вонзил свой меч в грудь ее деда, который отчаянно кинулся к ней на выручку, и его острие вышло у него из-за спины, пронзив его насквозь, и окрасилось в ярко алый цвет, пуская капли родной крови на деревянный пол.
Не веря в случившееся, она замотала головой, слыша последний предсмертный хрип ее дедушки, а когда его тело с глухим стуком упало на пол, открыла глаза. Викинг стряхнул кровь с меча и убрал его в ножны, не сводя с нее своего пристального взгляда. Растянув губы в зловещей улыбке, и продолжая блуждать по ней своими масляными глазами, он шагнул к Эссе.
Всхлипнув, она стала отползать от него в угол, но он в два шага настиг ее, и больно схватив за волосы своей огромной пятерней, потащил к столу. Она только и успела что схватиться руками за его широкое запястье, да бесполезно загребать ногами по полу.
Подтащив девушку к столу, викинг одним махом скинул всю посуду и оставшуюся снедь со стола, да и закинул ее на него вниз животом. Сквозь гул в ушах, она слышала, как разбились в дребезги тарелки и кружки, разлетевшись мелкими осколками по всей комнате.
Эсса, всхлипывая, попыталась сопротивляться, но он с силой придавил ее к столу, обхватив сзади за шею. Но кое-что она все же успела заметить. На лавке возле стола остался лежать небольшой нож, и пока воин задирал ее юбки, она успела схватить его.
Викинг грубо раздвинул ей ноги коленом и завозился с завязками на своих штанах, а Эсса замерла, удобнее перехватив клинок.
– Вот так, – сказал он, склонившись к ее уху.
И в тот момент, когда она ощутила, как что-то твердое упирается ей между ног, Эсса резко закинула руку назад, пытаясь достать его ножом. Острое лезвие достигло цели, и викинг замер, хмыкнув, а потом ей на спину полилась теплая жидкость.
Он отпустил ее и отступил на шаг, а она верткой рыбкой отскочила от стола и посмотрела на него тяжело дыша. Воин стоял, держась за горло и с какой-то обидой в глазах смотрел на нее. Из-под пальцев на его грудь обильно стекала кровь, и ей вторили ее слезы. Эсса поняла, что убила его.
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем он тяжело рухнул на пол. И только после этого она начала снова слышать ужасающий шум на улице. И ощущать запах дыма. Подняв взгляд наверх, Эсса заметила, что горит крыша ее родного дома. Надо выбираться отсюда, и как можно скорее.
Быстро взглянув на тело деда и всхлипнув, она подбежала к двери, но ее вновь опередили. Ударившись носом о каменную грудь еще одного викинга, она одной рукой оттолкнулась от него, а вторую, в которой все еще был зажат нож, вскинула к его лицу. Но он оказался быстрее.
Больно сжав ее запястье стальной хваткой, он легко вырвал клинок из ее руки и, не отпуская Эссу, вошел в дом. Пока он хмуро смотрел на того воина, которого она убила, девушка свободной рукой колотила по его плечу, но все было как об стенку город. Похоже он даже не замечал ее отчаянного сопротивления.
Викинг выругался сквозь зубы и грубо поволок ее из дома. Она едва поспевала за его широкими шагами, и постоянно путалась в юбках. Воин потащил ее к телеге, на ходу что-то крикнув своим товарищам. Она споткнулась, и прежде чем он с силой дернул ее вверх, Эсса успела заметить, что зацепилась за чью-то руку. Переведя взгляд к лицу тела на земле, она застыла, как и навечно застыли такие любимые и родные черты лица ее брата.
Алан недвижно лежал на грязной земле в своей собственной лужи крови и пустыми глазами смотрел в небо.
Эсса перестала что-либо понимать, только горечь утраты застилала ее разум. Вот так в один миг она потеряла всех своих родных. Викингу пришлось волоком тащить ее до телеги, потому что она уже просто не могла двигаться сама.
Он легко поднял ее на руки и скинул на твердый деревянный пол, рядом с другими ее односельчанами. Взяв веревку, он проворно и туго обвязал ей руки за спиной, а потом усадил так, чтобы она уперлась о борт телеги. Викинг больно обхватил ее подбородок двумя пальцами и заставил поднять к себе лицо.
От его пронзительного ледяного взгляда, все внутри Эссы сжалось в тугой комок, и она затаила дыхание. Викинг долго со злостью и ненавистью смотрел ей прямо в глаза, и она подумала, что вот сейчас он ее ударит, но воин лишь грубо отпустил ее, заставив дернуться головой в бок, и ушел.
Только когда он отошел от нее, Эсса снова вспомнила каково это – дышать. Делая глубокие вдохи, она посмотрела на то, что еще осталось от ее деревни. Буквально за каких-то пол часа все здесь кардинально изменилось. Не осталось ничего, что с такой любовью сегодня утром осветило солнце.
Почти все дома и постройки горели, застилая черным густым дымом голубое небо. По улице бегали перепуганные куры, на земле то тут, то там валялись мертвые люди и собаки. Кто-то плакал и стонал.
Эсса посмотрела на брата. Он лежал на спине раскинув руки и ноги, а рядом валялись лук и стрелы, вывалившиеся из колчана. Похоже он толком и не успел ничего сделать, как один из налетчиков убил его.
Он был еще так молод, всего лишь на год младше нее. И теперь у Эссы не осталось никого и ничего. Только горький дым, что витал повсюду, забрался в ее опустошенное сердце, и поселился в нем навсегда.
Глава 2
Льёт стоял на носу драккара широко расставив ноги, и, прищурившись от яркого утреннего солнца, смотрел вперед на бескрайнее море и пустой горизонт. Где-то там его дом, но до него еще было много дней плыть. Он только надеялся, что они успеют прибыть до наступления холодов, потому что уж очень они задержались на чужих землях.
За спиной закричали, и он повернул голову налево. Их нагонял другой драккар и скоро он присоединится к ним, чтобы уже вместе плыть в родные края. На том корабле всем заправлял хороший друг его отца, Вебьёрн Лютый медведь. Хороший воин и с Льётом они тоже дружили, но в этом походе он уже порядком его достал. Тот словно неугомонная кормилица постоянно бегал за ним, как за малым сопливым дитем. А все отец.
Бёдвар Могучий был категорически против, чтобы его сын этим летом шел в набег к далеким берегам чужой, но богатой страны. Хотя еще зимой он с другими ярлами планировал поход, но к весне конунг запретил, подозревая, что соседи могут напасть на них за нанесенную обиду, и тогда ему понадобятся все воины и их корабли.
Льёт сомневался, что нападение будет, он помнил по прошлогоднему пиру в честь праздника летнего солнцестояния Лита, как дочь их конунга поглядывала на среднего сына соседнего конунга, и тот отвечал ей тем же. Скорее всего договорятся полюбовно, и быть веселой свадьбе, а не кровавой бойне. Поэтому-то его побратим Дьярви и смог уговорить его на это долгое путешествие.
Как же отец разъярился тогда, Льёт до сих пор передергивал плечами вспоминая, и даже его мать не могла утихомирить Бёдвара. Но тот быстро понял, что сын уже все решил и его не отговорить, кричи – не кричи, поэтому снарядил ему в няньки своего верного друга. Как будто это был его первый поход и за ним нужен присмотр. Тогда уже злился Льет, а отец лишь хитро улыбался в усы.
Постояв еще немного на носу, и убедившись, что ветер дует в нужную им сторону и не изменит направление, Льёт дал команду сушить весла и опускать парус. То ли чужая земля прогоняла налетчиков, то ли сами боги были благосклонны к викингам, но этот сильный ветер был им только на руку. Видно понравился морскому богу Ньорду тот черный петух, которого они пожертвовали ему, утопив в холодных темных волнах.
Помогая товарищам спускать парус, он невольно вспомнил свой первый поход под началом отца, десять зим уже минуло с тех пор. Тогда он вернулся без единых ран, видно сами боги берегли его и благословили. После, из всех битв, в которых он участвовал, ему удавалось выходить либо невредимым, либо с незначительными царапинами. Вот и в этом набеге они снова уберегли его, но не побратима.
Льёт посмотрел на тело Дьярви, лежавшее плотно укутанное и привязанное к лавке почти у самой кормы. А потом перевел взгляд на девку, которая его убила, и его снова обуял гнев. Сколько битв они прошли вместе, два бесстрашных воина, о которых скальды слагали песни, а погиб он от рук маленькой ведьмы. Он стиснул зубы и кулаки.
Не встретятся он с ним на пышных пирах Вальхаллы, потому что побратим пал не в славном бою, а под юбкой рыжей твари. Как Льёт ей прям там шею не свернул, он до сих пор понять не мог. Уберегли ее боги, видимо у них на нее другие планы.
На самом деле, он не так уж и сильно стремился в этот поход, но друг сумел уговорить его, прельстившись теми богатствами, что они найдут на чужой земле. Дьярви хотел одарить свою жену Грид подарками за то, что она, наконец, подарила ему сына. На что только не пойдешь ради любимой женщины и семьи. Льёт же поехал за славой.
И все шло просто прекрасно, драккары быстро домчали их до берегов Нортумбрии, там они успели разорить три монастыря и одно богатое имение, поживившись такими вещами, которых и в глаза раньше не видели. Теперь их корабли грузно просели, увозя с собой много золота, серебра, шкур, диковинных тканей и много еще всего. И почти всех воинов.
Уже собираясь обратно домой, они решили напасть на ближайшие деревни, чтобы набрать в дорогу еды, да и нескольких рабов, которые в хозяйстве всегда пригодятся. Но вот что могло пойти не так? Там же только простые крестьяне, которые кроме вил ничего в руках и не держали. А вот как оно вышло. Теперь Льёту придется привезти в дом побратима не только те сокровища, которые он добыл, но и тело его самого. И как он в глаза посмотрит Грид? Что ей скажет?
Он подсел к своему другу Эйнару и заговорил с ним, чтобы отвлечься от тяжких дум. Но все же бросил взгляд на рыжую. Что делать с ней? Руки так и чесались прибить ее да скинуть за борт, чтоб глаза не мозолила, да не бередила рану от потери побратима. Сделав глубокий вдох, чтобы унять разгоревшийся гнев, Льёт сосредоточился на том, что говорил его друг, и больше в ее сторону не смотрел.
Но прошло три дня в пути, а его гнев все не утихал, а только распалялся все сильнее и сильнее. Товарищи уже с опаской и удивлением косились на него. То он кричит без видимого повода, рычит на всех, то ни минуты спокойно не сидит, и другим не дает, находя дело для всех на корабле.
Вот и сейчас, когда солнце почти достигло горизонта, окрашивая небо и воду в пурпурные цвета, Льёт вместе со всеми сидел на веслах и остервенело греб в сторону дома. Он прекрасно слышал, как ворчат друзья за спиной, которые не совсем понимали для чего это нужно, когда ветер и так рвет их парус в сторону дома.
Продолжая с силой опускать весло в воду, он краем глаза смотрел, как Эйнар подсел к нему на лавку, отослав соседа отдыхать.
– Может, ты найдешь другой способ справиться с горем? – проворчал друг, хватаясь за весло и подстраиваясь под его ритм.
– А чем этот плох? – рыкнул Льёт. – Зато быстрее доберемся до дома.
– Это-то верно. Но только ты уже всех нас порядком загонял.
– Не бабы, справитесь.
– Кстати о бабе, – вставил вовремя Эйнар. – Может, ты будешь срывать свою злость на ней, а не на нас, тем более раз она и виновата.
Льёт лишь бросил на него грозный взгляд. Но спустя несколько секунд все же ответил:
– Боюсь, я просто ей шею сверну.
– Да уж, – пропыхтел его друг. – Это для нее будет слишком просто. Но есть ведь и другой способ снять напряжение. А баба, как раз, для этого дела и создана.
Викинг резко перестал грести и посмотрел на соседа.
– Льёт, – Эйнар вздохнул под его грозным взглядом. – Еще хоть один день такой изнурительной спешки и начнется бунт. Мы успеем доплыть до холодов и без этого. Не загоняй зря ни себя, ни нас.
Снова посмотрев на друга, он кивнул и дал команду сушить весла. Все радостно вздохнули и с облегчением заулыбались, кидая на Эйнара взгляды благодарности. Льёт встал и размял затекшее разогретое тело. Друг прав, надо с этим что-то делать, а то его неусмиренный гнев не доведет до добра.
Повернувшись к корме, где сидели пленники, мужчины с одной стороны борта, а женщины с другой, он решительно направился туда, пока не передумал. Эйнар предложил хороший вариант, может и правда уйдет навязчивое желание свернуть ей шею.
Викинг остановился возле них и задержал взгляд на одном крепком парне. Тот был тяжело ранен, и лично он думал, что пленник не выживет, но они все же взяли его с собой. Так сильно он впечатлил их своей отвагой и силой. Из него выйдет отличный воин, если конечно останется жить. Но весь его бледный и слабый вид говорил о другом. Видимо будет еще одно подношение Ньорду.
Он перевел взгляд на рыжую. Та, сжавшись в комок, с подтянутыми к груди коленями, исподлобья следила за ним. Недолго думая, Льёт наклонился, и схватив ее за руку, дернул вверх, поднимая на ноги. В этот момент, с другой стороны, на него кинулся мальчишка, в попытке защитить девушку. Викинг даже мысленно похвалил того за отвагу, хоть и глупую. Пацан был такой маленький и щуплый, что у него просто не было и шанса. Льёт слегка, чтобы ненароком не прибить, ткнул ему кулаком в грязную морду. Тот свалился как подкошенный.
Когда пацан упал, рыжая перестала дергаться и замерла, круглыми глазами смотря на упавшего паренька, к которому сразу же подсел маленький мальчик. Хмыкнув, Льёт потащил ее за собой на нос корабля, где под навесом были укрыты некоторые припасы.
Девушка продолжала сопротивляться и костерить его на своем языке, который он прекрасно понимал. Другие викинги с облегчением смотрели им в след, зная, что благодаря ей их предводитель скоро успокоится, и они мирно доплывут до дома. Дотащив девушку до навеса, он отодвинул весящую тряпку и затащил ее внутрь.
Быстро подмяв девушку под себя и раздвинув ноги, чтобы не вздумала пинаться, Льёт завел ей руки над головой, одной ладонью легко обхватив два ее тонких запястья. И пока она отчаянно билась под ним и вертела бедрами, распаляя его желание все сильнее, он второй рукой стал задирать ее платье. Обнажив девушку для себя, он невольно залюбовался ее пышной грудью, что колыхалась прямо перед его носом.
Вообще фигурка у нее была что надо. Большая высокая грудь, крутые бедра, тонкая талия. Тут у любого мужчины в штанах случится пожар. Льёт положил свободную руку на одну грудь и сжал, с удовольствием отметив, что она не помещается в его огромную ладонь.
Вдруг рыжая вздрогнула и замерла, с шумом выдохнув. Только сейчас он посмотрел ей в лицо, и вновь поразился зелени ее красивых глаз. Она, удивленно расширив их, смотрела прямо на него. Казалось, что ее взгляд проникает в самую душу. Через секунду, Льёт заметил, как в них начала скапливаться влага, а потом двумя ручейками потекла по ее вискам.
Она молчала. Слезы просто текли нескончаемым потоком, и Льёт почувствовал, что вместе с ними покидает и пожирающий его несколько дней гнев. Постепенно утихала и боль, становясь терпимее. Он вздохнул и опустил лоб ей на плечо.
«Да чтоб эту рыжую!..»
Резко поднявшись, Льёт вылез из-под навеса и глубоко вдохнул соленый морской воздух. Солнце последним лучом, огненным как ее волосы, коснулось его лица, и утонуло в глубоких водах, потушивших не только светило, но и гнев викинга. Ему стало легче.
Заглянув под навес, он сказал ей, чтоб возвращалась к пленникам, а сам направился к своей лавке. И, наконец, за последние несколько дней Льёт смог спокойно и крепко поспать.
Глава 3
Когда викинг отпустил ее, и вылез из-под навеса, Эсса моментально опустила юбки вниз и отползла в угол. Ее забила крупная дрожь. Трясущимися руками она стерла слезы с лица, и замерла в ожидании. Продолжит он или нет?
Но воин лишь заглянул и велел ей возвращаться к своим, и снова пропал. Эсса не стала медлить и ждать, когда он передумает. Выбравшись наружу, она заметила, что солнце уже село и поспешила на корму. Как можно дальше от него. Ее бесили взгляды мужчин, которыми они ее провожали. Она чувствовала себя еще более грязной, чем была.
Усевшись на свое место, Эсса посмотрела на Регину, но та еще не пришла в себя. Вот же отчаянная! Никто из парней не кинулся ее защищать, а маленькая женщина хоть попыталась. Правда это оказалось бесполезно. И теперь у нее на лице будет огромный синяк, но под слоем грязи, в которой она была измазана с головы до ног, этого никто не заметит, как и то, что она женщина, а не парень, за которого ее викинги и приняли.
Эсса плохо помнила, как их везли к кораблю, полностью погрузившись в горе. Только когда их рассадили на корме, она обратила внимание на тех, кого викинги похитили вместе с ней. Всего их было девять человек. Три парня, один из них был тяжело ранен, пять девушек и мальчик, сын старосты. Но викинги думали, что парней четверо, из-за Регины.
Ей повезло, если можно так сказать, что она была одета в свою обычную мужскую одежду, в которой ходила на охоту, да еще и грязь скрывала ото всех ее девичью красоту. И где она успела так измазаться? Но по крайней мере ей не грозит быть использованной этими дикарями. Не то что им.
Три дня плавания были спокойными, их никто не трогал, и подруги с облегчением вздыхали. Вот только Эсса все время сидела как на иголках, потому что постоянно ловила на себе уничтожающий взгляд рыжего великана, который ее пленил. Казалось, что вот именно сейчас он подойдет, да и бросит ее за борт, на радость морским тварям. Но каждый раз обходилось, и это только добавляло ей еще больше тревог. Что он сделает с ней?
Эсса поняла, что тот воин, которого она убила, был важен для него. Может это был его друг? Или брат? И теперь она не знала, какая судьба ее ждет. Вечный плен? Или страшная смерть? Еще немного и она сама у него спросит, иначе от неведения просто сойдет с ума.
И в тот момент, когда она об этом подумала, викинг подошел к ним. Он что ее мысли прочитал? Сердце камнем упало вниз, когда он перевел свои ледяные глаза на нее. Еще до того, как он схватил ее, Эсса поняла, что вот и настал для нее час расплаты.
Она знала, что сопротивляться бесполезно, но все равно вырывалась как могла, когда он тащил ее на нос корабля. И потом, оказавшись под ним, она дергалась изо всех сил, пытаясь скинуть его огромную тушу с себя. Но куда там. Гора и то поддалась бы быстрее.
И тут произошло то, чего она никак не ожидала. Нет, не того что он схватил ее за грудь. А своей реакции на это прикосновение. Ей понравилось! Даже очень!
Словно молния пронзила Эссу от его горячей ладони, и приятными мириадами искр проскочила сквозь нее, разжигая огонь внизу живота. Соски больно затвердели, словно ожидая, что он приласкает и их. Она вздрогнула, и он посмотрел ей в глаза. Но на этот раз в них не было льда, а только пожирающий огонь желания.
Эсса сама не поняла, как начала плакать, да еще так тихо. Слезы просто полились из глаз, и она ничего не смогла с этим поделать. Как же так? Почему ненавистный викинг пробуждает в ней такие сильные чувства?
Он долго смотрел ей в глаза и постепенно его огонь погас, и она даже заметила толику тепла в его взгляде. Когда он прижался лбом ей в плечо, у нее даже возникло желание обнять его. Это еще что за бред? Хорошо, что он ушел и оставил ее в покое.
С тех пор он больше не подходил к пленникам, и даже почти не смотрел в ее сторону. И никто из викингов ее не трогал, в отличие от других девушек.
Эмилию и Оливию забирали за все путешествие несколько раз разные воины, а вот Уиллоу брал только один мужчина. Он даже подрался за нее в первый раз, а потом долго говорил с их вожаком, тем рыжим великаном. За все время пути она поняла, что его зовут Льёт.
Время шло. Их скудно кормили, так что они постоянно были голодны. В слабый ветер или штиль парней сажали на весла, чтобы воины могли отдохнуть. Регина тоже гребла вместе со всеми, и Эссе страшно было даже представить, как ей тяжело. Все пленники помогали сохранить ее тайну.
В середине пути их настиг шторм. Вот где Эсса действительно подумала, что ей конец. Сильный ветер валил с ног, из-за густой пелены дождя не было ничего толком видно. Казалось, что огромные волны поднимали их к самим небесам, разрываемым всполохами молний и жуткий гром закладывал уши, каждый раз заставляя вздрагивать от ужаса.