Академия магического права. Брюнетка в бою

Я невольно вздрогнула, но тут же взяла себя в руки. Этот мужчина – хищник, а перед хищником нельзя показывать свою слабость!

Глубоко вздохнув, я встала и вышла из‑за стола. Меня сопровождал голос судьи Тунгорма:

– Сначала необходимо воспроизвести формулу заклинания стабилизации портала. Тот, кто хочет успешно переместиться из пункта А в пункт Б, должен помнить ее в любых обстоятельствах. Готовы нам ее написать, Кара?

От мягкой, протяжной интонации, с которой Роберт произнес мое имя, я едва не застонала.

«Будто поцелуй на расстоянии», – констатировало закипающее сознание.

Я коротко кивнула и подошла к большому настенному визариуму. Подхватила тонкий стержень проводника энергии и, используя магию резерва, принялась быстро наносить символы на экран.

– Прекрасно, студентка Торн.

Раздавшийся рядом бархатный голос неслышно подошедшего почти вплотную Роберта, заставил дернуться. И, как следствие, один из заключительных символов был изображен криво.

– Не могли бы вы… – тихо прошипела я, – судья Тунгорм…

– Помочь? Конечно, Кара, – перебил Роберт и мгновенно подхватил мою руку, удерживающую проводник. – Вести линию в этом символе надо мягче, нежнее.

Стоял он при этом вплотную, так, что дыхание щекотало мою шею. Голос судьи Тунгорма звучал провокационно, обволакивая словно патокой. Так же выглядели и действия Роберта, когда он, накрыв мою кисть своей рукой, принялся выводить треклятый символ.

Ощущая, как запылали щеки, я с трудом подавила желание его оттолкнуть. Но устраивать дополнительное шоу, не хотелось. И без того даже оборачиваться к однокурсникам было стыдно после того урока каллиграфии, который мы с Робертом всем продемонстрировали.

– Вот так, студентка Торн…

Довольный голос судьи Тунгорма прервал грохот захлопнувшейся двери.

Мы с Робертом, который все еще удерживал мою руку, синхронно обернулись.

На пороге стоял Себастьян Брок.

От ледяного бешенства, разгоравшегося в глазах Яна, я вздрогнула. Даже отступить от Роберта попыталась, но тот не позволил, сильнее сжав мое запястье.

– Судья Тунгорм? – из уст Яна это прозвучало как ругательство. – Удивлен. Разве этот спецкурс ведет не судья Атальгрин?

– Именно так, ваша честь, – столь же «радостно» поприветствовал начальника Роберт. – Но у судьи Атальгрина, гм, неотложные дела. Я его заменяю.

– Удивительно, что у вас на это нашлось время в столь плотном графике.

– Всего лишь грамотное планирование, ваша честь, – твердо ответил Роберт. – Я всегда нахожу время для того, что мне действительно важно.

– Не сомневаюсь, – с той же интонацией парировал Себастьян. – Главное, чтобы это «важно» не мешало вашим прямым обязанностям. Так, значит, у Атальгрина появились дела? Какие же?

– Увы, я не в курсе, – на лице Роберта отразилось столь показное сожаление, что я без труда поняла: врет. Все он знает, но докладываться Верховному судье не собирается.

Как же хотелось в этот момент позорно развернуться и сбежать из аудитории!

По счастью, продолжать пикировку Себастьян не стал и быстро вышел, вновь хлопнув многострадальной дверью. Роберт же, как ни в чем не бывало, промурлыкал:

– Ну что ж, продолжим.

И по промелькнувшей на губах мужчины торжествующей улыбке стало ясно, что исходом этой стычки он более чем удовлетворен.

Я с опаской огляделась, ожидая вновь увидеть в глазах однокурсников укор, а то и ненависть. Но обошлось: те выглядели спокойными и лишь слегка любопытными. Со мной диалог никак не связали, похоже, списав все на вопросы субординации. Только Ники, которая была в курсе истинного положения дел, бросила на меня сочувственный взгляд.

И сочувствовать было чему! Ведь мы с Робертом вернулись к вычерчиванию формул. И если первую, стабилизирующую, я знала, то последующие, направленные на расчет координат и вычисление затрат энергии на перенос были новыми. Диктовал их Роберт быстро, словно нарочно выбрав такой темп, чтобы я при записи в визариум постоянно ошибалась. А исправляли мы их, разумеется, рука об руку.

Когда дело, наконец, дошло до перемещения, и мне вручили ненастроенный танириум, я едва ли не вслух вознесла Создателю благодарственную молитву. И, быстро воссоздав процесс настройки, раздавила сферу с такой силой, словно сжимала шею наследника Тунгормов.

Перемещение прошло успешно: спустя минуту я оказалась в коридоре. И кто бы знал, как не хотелось после этого возвращаться в аудиторию! Успокаивало лишь осознание того, что все закончилось, и теперь Роберту придется переключиться на другую «жертву».

Ага, не тут‑то было!

Нет, Роберт, конечно, переключился, но меня при этом в покое не оставил. Он постоянно сравнивал следующих студентов со мной, ставил меня в пример, и вообще…

Под конец занятия я все‑таки удостоилась ревнивых взглядов девушек с судейского и всерьез задумалась об изобретении заклинания невидимости. Или хотя бы не столь броской одежды.

К примеру, старый вариант формы защитников, если вспомнить, всем хорош! Серый мышиный чехольчик, в котором затеряться среди людей и не привлекать к себе внимания – раз плюнуть. Интересно, остался ли у хозяйственников хоть один комплектик?

Когда, наконец, прозвенел звонок, возвещавший окончание занятия, я подпрыгнула с места как ужаленная. И, быстро подхватив вещи, со скоростью пульсара вылетела из аудитории с единственной мыслью: только бы не окликнул!

Повезло – задерживать меня не стали. Я облегченно вздохнула и на всякий случай отошла от двери подальше, попутно высматривая Ники.

Волчица появилась довольно скоро. И, подходя, с улыбкой полюбопытствовала:

– Ты в детстве, случайно, не любила сентиментальные романы о поединках в честь прекрасных дам?

– Ты о чем? – не поняла я, разворачиваясь к порталу.

– О Роберте и Верховном судье, о чем же еще, – следующая за мной подруга фыркнула. – Это закончится дракой, помяни мое слово.

– Только не это! – Я застонала. – Можно подумать, мне мало того, что вся республика ставки делает на то, кому я достанусь!

– Кажется, скоро будут ставки на то, кто из кандидатов в женихи доживет до помолвки. Причем я, пожалуй, поставлю на Себастьяна Брока. Надеюсь, тебе не слишком дорого красивое лицо наследника Тунгормов? Хотя шрамы, говорят, мужчину украшают…

Мой ответный рык сделал бы честь любому оборотню. Вот только Ники не впечатлилась.

– Из‑за тебя сражаются лучшие мужчины в республике, а ты недовольна, – продолжала подтрунивать она.

– У кого‑то сегодня слишком хорошее настроение, – пробурчала я, открывая дверь своей комнаты и пропуская вперед волчицу.

Хотелось наконец‑то спокойно поболтать с ней и Лил до того момента, как меня опять уведут в орден на ночевку. Вот только едва мы вошли и увидели сидящую на кровати Лилиан, все мысли о нескольких часах веселого времяпрепровождения из головы вылетели прочь.

Подруга была бледна, а глядящие на нас широко распахнутые голубые глаза казались размером с пол‑лица.

– Лили, что случилось? – Мы с Ники одновременно кинулись к ней. – Ты здорова? Что‑то дома произошло?

– Нет, – словно через силу выдавила из себя Лил. – Просто Джер… он… он…

– Бросил? – Ники мгновенно нахмурилась.

– Да я его!.. – Я была готова лично прибить Джеральда, о котором думала, что он точно не поведет себя, как его старший брат.

– Нет. – Лил отчаянно замотала головой. – Не бросил.

– Тогда что? Что‑то у Щита произошло? Ранен? Или…

– Нет! Он просто… просто, в общем… вот.

Она протянула правую руку, на безымянном пальце которой сияло кольцо из аландорского металла с большим камнем «Слезы Праведника», традиционно украшавшим обручальные кольца.

Мы с Ники плюхнулись на кровать рядом с подругой, не в силах вымолвить ни слова.

– Джеральд Тунгорм сделал тебе предложение? – все еще не веря в происходящее, выдохнула Ники. – Невероятно! О, Создатель, любовь точно существует, вот сейчас я в это поверила!

Я же просто обняла подругу, чувствуя облегчение и невероятную радость за ее судьбу. Ведь даже несмотря на то, каким чудесным человеком была Лил, я осознавала разницу в статусе жениха и невесты.

– Джеральду повезло, лучшей невесты он не мог себе найти! – поздравила я.

– Спасибо, – всхлипнула та и улыбнулась. – Это так… неожиданно и вообще. У меня просто нет слов!

– Семья Джеральда в курсе?

– Да, все родственники уже знают и не против, – с явным облегчением ответила Лилиан, видимо, вспомнив, как на нее отреагировал альфа Дантерри.

– Это замечательно, что семья Тунгормов тебя приняла, – с какой‑то едва уловимой грустью в голосе заметила Ники.

Я ее понимала. К сожалению, у волчицы стать официальной невестой и женой возможности не было. Но через мгновение Ники уже радовалась вместе с нами.

Наше веселье прервал осторожный стук в дверь, а затем на пороге появился улыбающийся Нетти с бутылкой «Ситрийского маота».

– Пришел поздравить невесту и будущую родственницу! – пропел парень. – Лапушка, поверь, я очень рад, что ты станешь одной из нас.

У немного успокоившейся Лил на глаза снова навернулись слезы.

– Ой, ну вот только этого не надо! – тоже зашмыгал носом Нетти. – А то у меня подводка нестойкая, сейчас все потечет.

Впрочем, его подводке, как и моей туши, этим вечером все‑таки не повезло, ибо после вина сдерживать эмоции оказалось куда сложнее.

– Ты следующая, Кара, – провозгласил Нетти, поднимая очередной бокал. – Роберт бы и на выстрел пульсара не подошел к академии, не говоря уже о том, чтобы преподавать, если бы не ты.

– Не приведи Создатель! – Я испуганно замотала головой. – Хотя я рада, что твой брат здесь. При таком количестве млеющих от него девушек, про меня он скоро забудет.

Вот только ни девчонки, ни Нетти этой надежды не разделили.

– Не уверена, Кара, – произнесла Лил. – Роберт весьма серьезно настроен.

– Брат никогда не отказывается от намеченной цели, – добавил Нетти. – А сейчас он твердо решил жениться.

– Да кто же против. – Я поморщилась. – Пусть женится на здоровье, только поменяет невесту.

– Это вряд ли. Тебя сложно заменить, Великолепная Кара! – хихикнула Ники.

– Так, хватит! Не желаю сегодня слышать еще об одном Тунгорме, – притворно строго заявила я. – Хватит с меня его младшего братца, которому, видимо, досталось все семейное ехидство, и среднего брата, который вознамерился украсть одну из моих подруг.

– Кстати, когда свадьба? – спросила Ники у улыбающейся Лил.

– Думаю, летом, – ответила та. – А помолвку отметим, когда у Джеральда появится чуть больше времени. Сейчас все судьи буквально ночуют на работе.

– Летняя свадьба – это чудесно. Наденешь красивое кружевное платье. Кстати, начинать шить его можно уже сейчас. – Я подошла к предстоящему торжеству с практичной точки зрения.

Подруга рассмеялась.

– Ой, Кара, ты верна себе!

– На самом деле, птичка моя, она права. Знаешь, как непросто сшить именно то самое платье? – поддержал меня Нетти.

– Тебе виднее, – подколола парня волчица. – Думаю, для тебя это вообще архисложно – найти то самое платье.

– Бери пример с подруги, – не остался в долгу Нетти. – Хороший характер – лучшее приданое для девушки. Будешь язвить, никакое платье не спасет.

Вот так, по‑доброму подкалывая друг друга, мы просидели до самого ужина. Жаль, что появившийся в академии Годард успел меня перехватить до него, решив проконтролировать режим питания. Да еще и выговор сделал за выпитое натощак вино.

«Интересно, сколько раз в день он перезванивается с няней?» – с легким раздражением подумала я. В том, что они перезваниваются, я теперь уже не сомневалась.

И словно мало было преисполнившегося родительскими чувствами Годарда, как навестить меня пришел папа. В итоге лекцию о вреде алкоголя мне прочитали повторно, запретив пить в принципе. Дескать, организму надо восстановиться, а я тут его дополнительно травлю.

Примирил нас только вкусный ужин, спокойная обстановка и разговоры на отвлеченные темы. Я не пыталась узнать, почему Ян стал нежелательной персоной и куда так часто пропадал родитель. А папа, в свою очередь, не читал мне нотации по поводу Верховного судьи и, слава Создателю, не вспоминал про Роберта Тунгорма. Видимо, сказывалось пожелание доктора Мервуда оградить меня от всяких волнений.

Впервые за эти дни я ощутила умиротворение. И после ужина, проводив отца, наконец‑то села за курсовую, которую подзапустила из‑за всех переживаний и волнений. Хаоситы хаоситами, но срок сдачи работы никто не отменял.