- -
- 100%
- +
Пролог
2021 год
Лес окутала прохлада тихой майской ночи. Деревья-исполины упирались кронами в иссиня-чёрное небо. В молодой траве, пробившейся сквозь старый опад, сновали полёвки, в то время как ночные птицы наблюдали за ними, готовясь полакомиться. Неподалеку от болот лосиха вела детенышей к месту ночлега. Их длинные стройные ноги тонули в густом мхе, оставляя причудливые раздвоенные следы.
Свет от костра и запах дыма нарушали покой леса. Неподалёку, укрытые мохнатыми лапами елей, стояли две одноместные палатки. У огня сидели двое мужчин. Один курил, задумчиво смотря перед собой. Его напарник ел, со страхом озираясь по сторонам.
– Да что ты как загнанная дичь всё в кусты таращишься? – сказал тот, что курил. – Серег, ты меня уже раздражаешь.
– Лес этот какой-то странный, Гриш. Тебе не кажется, что за нами кто-то наблюдает?
– Мне кажется, что у тебя говно вместо мозгов, – сплюнул Гриша.
– Знаешь, что говорят про это место?
– И чего же?
Мужчина потушил окурок о землю и выкинул его в сторону. Он сполз с бревна и, облокотившись на него спиной, стал умиротворённо смотреть на огонь.
– Водится тут всякое…нечисть, – почти шёпотом сказал Серега.
Гриша удивленно посмотрел на товарища и разразился громким гоготом.
– Что водится? Нечисть? Лешие? Русалки? – заливался грудным смехом он, ударяя ладонью о землю.
– Я тебе серьезно говорю! – возмутился Серёга, поставив тарелку с похлёбкой на столик. – У тётки моей тут знакомая живёт. Она столько чертовщины про это место рассказывала.
– Брехня маразматичной бабки! – отмахнулся Гриша.
– Можешь мне не верить, но люди тут пропадают. Леший запутывает. Голосами человеческими зовёт, пока они не сходят с ума!
– Ладно, прекрати уже! – грозно сказал Гриша. – Люди пропадают, потому что это глухой лес. Если ты слабый, то лес тебя погубит. С ним шутки плохи, – мужчина пристально посмотрел напарнику в глаза, – и трусов лес убивает в первую очередь. Идика ты спать. Завтра трудный день. Медведя завалить – не простая задача. Ты нужен мне со свежей головой и без этого нытья про, мать его, всякую нечисть! Понял?
Ничего ему не ответив, Сергей вылил остатки растворимой похлебки в костёр и пошёл готовиться ко сну. Его терзал беспокойный морок. Казалось, будто целый рой комаров мерзко пищит над ухом. От назойливых укусов горело лицо. Что-то дёрнуло за ноги. Серега проснулся, забился в тугом коконе спальника и, с трудом расстегнув молнию, сел. К телу мерзко липла мокрая от пота майка. С ужасом он обнаружил, что вход в палатку открыт, а снаружи что-то шуршит. Мужчина прислушался, затаив дыхание. Он понимал, что это могут быть всего лишь мелкие ночные грызуны. Наверняка они прибежали на запах остатков еды. Вдруг раздался пронизывающий до мурашек рёв, заставивший Серёгу вздрогнуть. Страшный, глухой, откуда-то из самой чащи. Такого мужчина раньше никогда не слышал. Сергей взял тарелку и ложку. Выйдя из палатки, он начал греметь и кричать. Диких зверей такое обычно отпугивало, хотя он не был уверен, что издающая подобные звуки тварь может быть простым животным. Из палатки же выскочил напарник с ружьём и налобным фонариком.
– Что такое? – раздраженно спросил он, не будучи рад такому пробуждению.
– Где-то рёв слышал. Странный…, – ответил Сергей.
– Какой рёв? Зверь? Или машина? – процедил сквозь зубы Гриша, подумав, что местный лесничий, которому они дали взятку, всё-таки их сдал.
– Нет, не машина, – испуганно озирался по сторонам Серега.
– А что тогда?
Рёв раздался снова. Гриша нахмурился, снял ружьё с предохранителя и стал напряженно всматриваться в заросли подлеска.
– Серег, ты идика ружьё возьми, – подсказал он, остолбеневшему от страха товарищу.
Деревья вокруг лагеря зашелестели, хотя не было и намёка на ветер. Со всех сторон послышались щелчки, треск и утробное рычание. Нечто обвилось вокруг ноги Сергея, дёрнуло и он с криком рухнул на землю.
– Что тебя ноги не держат? – раздраженно спросил Гриша.
– Ме…меня дёрнуло что-то! – завопил напарник, нервно ища крестик за пазухой. – Богородица, диву радуйся, благодатная Мария…
Деревья шелестели всё громче. Они ухали и рокотали, словно живые. Отовсюду стал раздаваться шёпот.
– А ну выходи, падла! – заорал Гриша, судорожно размахивая дулом ружья из стороны в сторону.
К браконьерам потянулись ветви. Одна обвилась вокруг ноги Гриши, другие схватили Сергея за горло и подняли над землёй. В суете Гриша выстрелил наугад. Товарищ, кашляя шмякнулся на землю. Тут же оружие выдернуло из рук. Щёку Гриши обожгло хлёстким ударом ветви. По подбородку заструилась кровь.
– Мать богородица, спаси и сохрани! – лепетал Серега, стоя на коленях.
– Вставай! – Гриша взял его за шкирку и потянул за собой. – Валим отсюда! Валим на хрен!
До самого утра мужчины плутали по лесу. По всюду за ними следовали человеческие голоса, звериные вопли и неведомыми звуки. Одежда цеплялась за мелкие сучья и рвалась. То и дело попадались под ноги кочки и корни. Лица горели от постоянно впивающихся в них иголок молодых елей. Казалось, будто что-то специально водит их по кругу, заставляет блуждать и не хочет выпускать из леса. Гриша не знал, что быстрее сведёт его с ума голоса, раздающиеся со всех сторон, или молитвы напарника. Серёга знал всего лишь две и то не наизусть. Ближе к рассвету браконьеры наконец-то смогли дойти до места, где спрятали машину. Гриша гнал, не смотря на опасность такой экстремальной езды по бездорожью. Через двадцать минут они уже мчались по трассе. Спокойствие в душе не наступило, даже когда промелькнул дорожный знак с перечёркнутым названием посёлка Пропащино.
1
Солнечные лучи заливали класс. С улицы доносились крики детей, играющих на школьной спортивной площадке. Шелестели кроны деревьев, перебирая в ветвях лёгкий ветерок. Природа за окном бурлила, наполняла всё вокруг ароматами, наливалась соками, готовясь к взрыву жаркого, страстного лета. В школьных коридорах царила атмосфера безмятежности. Ученики грезили о приближающихся каникулах, когда можно будет забыть о контрольных, экзаменах и домашнем задании.
До конца урока оставались считанные минуты. Артур стоял у своей парты, переминаясь с ноги на ногу. Парень старался не смотреть на учительницу русского языка и литературы, которая отчитывала его перед всем классом. Он ощущал насмешливые взгляды сверстников и слышал их глумливый шёпот.
– Как ты будешь сдавать ЕГЭ в следующем году? Я для кого каждый урок расписываю все эти примеры для сочинений? – Анна Николаевна недовольно трясла его тетрадью, будто вот-вот готовясь запустить ей в нерадивого ученика. – Ну надо же додуматься до такого? Использовать в сочинении по литературе, – учительница подняла вверх указательный палец, – какого-то властелина кольца!
– Властелина колец, – робко поправил парень.
– Помолчи! – воскликнула Анна Николаевна.
Артур вжал голову в плечи, продолжая смиренно ждать окончание экзекуции. Он нервно подёргивал худощавыми плечами. Голова его совсем поникла. Светло-русые волосы упали на лоб, пряча бегающие в панике глаза.
– Дебил, – шепнул кто-то и кинул скомканный лист парню в макушку.
Всего лишь бумага, а ощущение было такое, словно его огрели по голове дубиной.
– Ну что ты молчишь? Поделись с нами, – продолжала учительница, будто не заметив хулиганской выходки одноклассников. – О чём ты думал, написав этот идиотизм? Или ты не думал?
– Может хватит? – раздался голос с соседней парты.
Сквозь жалюзи солнечный свет полосами падал на веснушчатое лицо Маргариты, подсвечивая полные негодования карие глаза.
– Чернова, если ты хочешь что-то сказать, то сначала надо поднять руку. И встань из-за парты, когда разговариваешь с учителем! – яростно запыхтела Анна Николаевна.
– Почему вы отчитываете его перед всем классом, если его сочинение просто не соответствует вашим стандартам? – невозмутимо продолжала дерзкая ученица.
– Нахалка! Опять срываешь мне урок?! Встань, я сказала!
– Встают с места, чтобы выказать уважение учителю, – девушка скрестила руки на груди и облокотилась на спинку стула, – но вы у меня такого чувства не вызываете.
Класс загудел, а кто-то даже присвистнул. Артур с щенячьей благодарностью посмотрел на свою спасительницу. Маргарита подмигнула ему и улыбнулась.
– Останься после урока, – сквозь зубы процедила Анна Николаевна.
Прозвенел звонок. Все, кроме Черновой, быстро покинули класс. Артур остался ждать её, сев на лавочку в коридоре. Анна Николаевна разрывалась гневными триадами около полу часа. После чего выгнала ученицу из класса с требованием привести родителей завтра в школу.
– Тебе бы постричься, – сказала девушка, подойдя к Артуру.
– Не обязательно было заступаться за меня, Мэгги, – он виновато посмотрел на подругу.
– Оброс ужасно.
Она потормошила его волосы. Волнистые пряди длинной чуть ниже ушей упали ему на глаза.
– Моё сочинение и правда было дурацким, – сказал парень, мотнув головой.
Артур встал с лавочки, и они направились к лестнице.
– Какая разница, – отмахнулась Мэгги. – Какого хрена она позорит тебя перед всем классом?
– Теперь русичка на тебя всех собак спустит. Ты и так у неё не в немилости.
– Да, пошла она в задницу! – воскликнула девушка.
Артур шикнул на неё и испуганно оглянулся по сторонам. Мэгги продолжала свой дерзкий пассаж, совсем не переживая о том, что это кто-то может услышать:
– Задолбала! Вечно цепляется ко всем, – ребята вышли на лестницу между этажами, где голос девушки приобрёл еще большую силу из-за гулкого эха. – Это её проблемы, что она одинокая, не состоявшаяся в жизни женщина. Пусть проявляет свой комплекс неполноценности дома с кошками.
Ребята быстро спускались по ступеням. В ушах Мэгги позвякивали причудливые сережки. На шее бренчали многочисленные подвески. Девушка вела рукой по периле, стуча по ней кольцами. Артур точно знал, что какие-то из украшений не просто бижутерия, а колдовские обереги. Хотя в таком многообразии было нелегко разобрать что есть что. Учителя не раз предъявляли девушке за её экстравагантный внешний вид, в том числе и за многочисленные аксессуары. Как-будто окрашенных на затылке в зеленый цвет волос было недостаточно, чтобы привлечь внимание.
– То, что отца позвала, – сказал Артур, открывая перед подругой дверь, – это скверно. Он хоть дома?
– Уже неделю ни слуху, ни духу, – вздохнула Мэгги.
– Ого, – протянул Артур. – Он всё ещё ходит на свои задания?
– Да. Хотя в последнее время стал совсем плох.
– Конечно, ты из него всю силу выкачиваешь.
– Вообще-то он мне сам её передаёт, – Мэгги пихнула Артура в бок. – Это долгий и трудный ритуал, – с важным видом сказала она.
У клумбы на школьном дворе стоял магнитофон, играющий легкую и нежную мелодию. Мимо него вальсировали выпускники. Репетиция к последнему звонку была в самом разгаре. Учительница, которой поручили ставить вальс, энергично хлопала и считала. Кто-то до сих пор наступал друг другу на ноги и путал движения. Кто-то был до ужаса непластичным, словно деревянная кукла. Лишь одна пара выделялась из всех. Они порхали над асфальтом так слаженно и степенно, будто занимались этим всю жизнь. Ребята не отводили друг от друга взгляда. Казалось, будто прямо сейчас не существует мира вокруг и не нет ни одной физической силы, кроме их взаимного притяжения. Стройная рыжеволосая девушка и высокий широкоплечий парень светились, словно звёзды, хоть и находились на пыльной школьной площадке в душный майский день.
Марк Рубцов и Лена Маркевич – самая красивая пара школы. Им завидовали все. У Лены всегда было много поклонников. Год от года она становилась только краше, а её скромность делала девушку ещё более желанной. Марк обладал не только атлетичным телосложением, но ещё и не погодам развитым здравомыслием. Он всегда защищал слабых. Был ответственным и вежливым. Многие девушки мечтали о нём и даже не отказались бы выйти за него замуж.
– Ты посмотри на них, – сказала Мэгги, – очаровательно.
– Да, Марк и Лена прекрасно смотрятся, – ответил Артур, завороженно смотря на них.
– Да я про ирисы, – фыркнула подруга. – Расцвели, глаз не оторвать. А это, – она кивком показала на танцующих ребят, – глупая традиция.
– Ну, почему сразу глупая? – вздохнул Артур.
– Я на это время тратить не собираюсь. Чего все так носятся с этим последним звонком, как сумасшедшие? И вообще разве у нас сняли ковидные ограничения на проведение массовых мероприятий?
– Бурчишь, как старая бабка. Ты что даже со мной не потанцуешь?
– Лучше не танцуй вместе со мной, – Мэгги привстала на носочки, с трудом закинув руку Артуру на шею, – будешь со мной поддерживать протест!
– Да ну тебя, – он выпутался из её захвата и сел на ступеньку. – Я бы потанцевал с какой-нибудь милой девушкой, – мечтательно вздохнул Артур.
– Боюсь, это невозможно, – Мэгги села рядом и начала собирать тёмные кудрявые волосы в короткий хвостик. Несколько ярко-зелёных прядей с затылка упали на шею, и девушка потёрла её, почувствовав щекотание. – Твой уровень общения с девушками просто на нуле. Ты ни с кем и не общаешься, кроме меня и Лены. Мне кажется, от прикосновения к особи противоположного пола у тебя может случиться паническая атака. Упадешь в обморок, опозоришь бедняжку.
– Чтоб ты знала, единственная причина, по которой я терплю твой абьюз и газлайтинг, это то, что ты готова часами обсуждать со мной география Средиземья, – буркнул парень.
– Ну, ладно, – улыбнулась Мэгги, – можно попробовать. Но обещай мне, что мы что-нибудь устроим!
– Что? – испуганно спросил Артур, увидев огонь идеи, загоревшийся в глазах подруги.
– Да что-нибудь смешное, чтобы эта школа надолго нас запомнила!
Учительница громко оповестила всех об окончании репетиции. Ученики стали постепенно разбредаться. Марк отошёл к одноклассникам обсудить что-то по поводу последнего звонка, а Лена направилась к Артуру и Мэгги.
– Почему я должна страдать из-за прихоти какой-то десятиклассницы? – раздался недовольный возглас.
– Я знала, что будут проблемы, но не знала, что такие, – сказала Лена, откинув за спину копну длинных кудрей.
– Что такое? – спросил Артур.
– Даша Алёхина, – удрученно вздохнула девушка. – Она же с Марком хотела танцевать, а он попросил, чтоб разрешили взять меня, потому что я его девушка. Теперь она ходит и со всеми ругается по этому поводу.
– Пусть тогда не танцует, если ей не нравится! – громко сказала Мэгги в надежде, что Даша её услышит.
– Я даже отсюда чувствую, как она мне спину взглядом прожигает, – закатила глаза Лена.
Артур и Мэгги выглянули из-за подруги, обнаружив, что Даша действительно злобно сверлит соперницу глазами.
– Да и фиг с ней. Её проблемы. Ты ни в чём не виновата, – Мэгги встала, отряхивая штаны, – в любом случае это всего лишь последний звонок.
Даша Алёхина и её подруги направились к крыльцу, не переставая с неприязнью смотреть на ребят. Поднимаясь по лестнице, они по очереди задели Лену плечом, в результате чего девушка чуть не упала.
– Ты в порядке? – спросил Артур, поймав её.
– Эй, ахренели! – воскликнула Мэгги, устремив гневный взгляд на обидчиц.
– Ой, случайно, – злобно ухмыльнулась Даша.
– Хочешь, случайно спущу тебя с этой лестницы? – угрожающе прошипела девушка.
– Мэгги, не надо, – попытался успокоить её Артур.
– Ты чё, детдомовская, страх потеряла? – Даша надменно посмотрела на неё сверху вниз.
Мэгги была обладательницей округлых форм и невысокого роста. Она часто ввязывалась в конфликты, но её габариты обычно едва ли устрашали противника.
– О, ты задела меня за живое! – театрально вздохнула Мэгги. – Валите отсюда, пока у меня не вырвало от вашего мерзкого вида.
Изображая рвотные позывы, она наклонилась в сторону ненавистной компании и начала пускать слюни. Лица девушек исказились от отвращения, и они поспешили удалиться прочь. Отойдя по дальше, свита Даши начала громко переговариваться и смеяться, периодически оборачиваясь.
– Смотрите, – сказала Мэгги, искривив рот в злорадной ухмылке.
Она пристально смотрела Даше Алёхиной в спину и двигала пальцами левой руки, будто разогревая, а затем щёлкнула ими. Даша споткнулась и проехалась подбородком по деревяному полу коридора. Подружки ахнули от неожиданности. Через пару мгновений раздался громкий рёв девушки. Все засуетились вокруг неё и, подняв с пола, потащили в медпункт.
– Мэгги! – завопил Артур и легонько хлопнул её по руке.
– Ой, случайно, – Мэгги скорчила гримасу, передразнивая Дашу. – Что? – вскинула брови она, увидев недовольные лица друзей. – Теперь она пойдет на последний звонок с разбитым подбородком. Фотки будут стрёмные. Надеюсь, это не заживёт и до выпускного. И до свадьбы. Чтобы она помнила, что зло всегда возвращается.
– Ты с ума сошла? – подбежал к ребятам Марк. – Ты нахрена это в школе делаешь?
– А что?
– это запрещено! – злобно прошипел он.
– Успокойся, – закатила глаза девушка. – Даша – стерва и она это заслужила, – пожала плечами Мэгги, не обращая внимания на раздражённое сопение Марка.
– Мэгги, я против таких методов, – нахмурилась Лена.
– Вот поэтому это делаю я, а не ты.
***
Антон смотрел вверх. В его зелёных глазах бликовало солнце. В волосах, ореолом раскинувшихся вокруг головы, запуталась пара лепестков. Парень фокусировал взгляд то на ветвях яблони, то на пятнах ярко-голубого неба. Он размеренно качался в гамаке, вдыхая аромат цветущих растений. Его рука скользнула на землю. Он поднял пальцами опавший лепесток. Парень начал всматриваться в сверкающую, чуть просвечивающую поверхность, ощущая его нежность и невесомость. Он будто пытался заглянуть в его суть, увидеть, что твориться на том уровне, который скрыт от всех остальных. Антон вздрогнул и чуть не перевернулся, когда обнаружил в нескольких метрах от себя человеческие фигуры.
– Давно вы тут стоите? – спросил он, недовольно посмотрев на ребят.
– Минут пять, – ответил Артур.
– А чего молчите? – Антон снял с руки резинку и собрал волосы в низкий хвост.
– Да, мы думали ты опять с деревьями разговариваешь, – ухмыльнулась Мэгги.
– Я созерцал, – сказал он и снова прошёлся взглядом по кроне яблони. – Зачем пожаловали?
– Я не хочу домой, он тоже, – ответила девушка, – решили вот припереться к тебе. Чаю попить.
– Ну, пойдемте, – Антон лениво поднялся с гамака и жестом пригласил ребят в дом.
Светлую кухню наполняли запахи дерева, душистых трав и смородины. Дверной проём украшала ажурная занавеска с узорами-оберегами. На бревенчатых стенах весели засушенные пучки диких лекарственных трав. Полки ломились от баночек с подписями и мешочков. Над потолком гирляндой раскинулись засушенные грибы. Пока Антон заваривал ребятам чай, они рассказывали ему обо всех происшествиях в школе. В ногах у него вились три кошки. Поставив перед Мэгги с Артуром чашки ароматного чая, он достал из ящика корм и насыпал домашним питомцам в миски.
– Как достал этот Марк, – возмущалась Мэгги. – Думает, если сын главы общины, то может отчитывать меня?
– Ну, по идее он имеет на это право, – улыбнулся Антон. – Хотя бы, потому что это его мнение.
– Мягко говоря, – фыркнула девушка, – мне на его мнение глубоко начхать. Ну, ладно. Фиг с ним. Ты лучше расскажи, что ты вчера в лесу учудил, – Мэгги заёрзала на стуле, пытливо уставившись на Антона.
– Прям уж учудил, – он сел напротив ребят, подперев кулаком подбородок. – Так, шугнул парочку браконьеров. Вы бы видели их лица, – парень расплылся в довольной улыбке.
– Вижу, тебе тоже досталось, – Артур обеспокоенно рассматривал ссадину на лбу друга.
– Это случайность.
– А Борис Романович знает? – парень подул на кружку и попытался отхлебнуть ароматного чая. Обжёгшись, он недовольно зашипел.
– Пока нет. Но обязательно узнает, и нравоучительной беседы мне не избежать.
– Я вообще не понимаю этого тупого правила, что нельзя применять к людям силу, – насупилась Мэгги.
– Техника безопасности, как известно, написана кровью. Правило не тупое. Но иногда не нарушать его просто не получается, – лукаво улыбнулся Антон.
– Как там в шараге? – спросил Артур предприняв ещё одну попытку сделать глоток.
– Да, нормально. Хотя с вами в школе было бы веселее, чем в лесном колледже. Зато контроля меньше. Скоро вот сессия, а я прогулял половину пар, потому что по лесу шатался.
– Надо было тоже после девятого уходить, – с досадой сказала Мэгги. – Это Дима заставил меня остаться в школе! Нахрена мне это? Вряд ли я буду поступать в универ. Если образование не связано с колдовством, то мне это не интересно.
Мэгги что-то шепнула и прикоснулась к кружке Артура. От чая перестал идти пар.
– Можно выиграть премию Гарри Гудини1, – улыбнулась она. – Представляете, как перевернулся бы мир всех учёных, если бы они узнали, что сверхъестественное реально?
– А ты сразу же стала бы подопытной в лаборатории, – буркнул Артур, наслаждаясь остуженным чаем. – Думаешь, люди оставили бы тебя в покое?
– Ну, я же ведьма. Я бы с лёгкостью сбежала. Или попросила бы русалок стереть им память.
– Мы уже сто раз это обсуждали, – вздохнул Антон, поглаживая кошку, что запрыгнула к нему на колени. – Ты же знаешь, что нельзя раскидываться силой направо и налево. Думаю, людям о ней лучше не знать. Как ни крути, а в конце концов всё это сводится к разработке очередного оружия. Они и без тебя прекрасно справляются. Мы не можем предсказать, как это повлияет на мир и какими последствиями обернётся для нас.
– Но я же не говорю о каких-то глобальных делах, – отмахнулась Мэгги. – Просто можно было бы активнее включать колдовство в жизнь. Она сразу бы стала легче! На ферме у Рубцовых коровки в добром здравии и дают качественный удой, потому что твой дед им помогает. Хотя с силой лешего вы бы вообще могли открыть свой бизнес. Выращивали бы огурцы или помидоры в гигантских теплицах.
– Да, – кивнул Антон, – но нам хватает и того, что мы можем обеспечить урожаем общину. Должен быть баланс. К тому же нельзя во всём полагаться на силу. Вдруг она просто исчезнет, – развёл руками он. – Мы видим лишь остатки прошлого величия, которое было когда-то доступно нашим предкам. Сила тухнет, нечисть вымирает.
– Какой ты зануда, – сморщилась Мэгги. – Из-за того, что ты живёшь с дедушкой ты и сам, как дед. Вы не понимаете, – вздохнула она. – Я чувствую, что именно это моё призвание, как у кого-то быть врачом или художником. Это моя судьба. А школьная канитель только отвлекает от реально важных вещей. Например, от изучения проклятий.
– Как бы ты нас всех когда-нибудь по ошибке не прокляла с таким энтузиазмом, – усмехнулся Антон.
У входа послышался шум. Все обернулись и увидели в дверном проёме медведя. Артур застыл, испуганно таращась на животное. В пасти зверя болтались бездыханные тушки зайцев.
– Только не клади на порог, – спокойно сказал Антон.
– Это Ясколка, – констатировала Мэгги, покосившись на ошарашенного Артура, – успокойся.
Медведица сошла с крыльца. Оставив добычу на траве, она сразу же скрылась в лесу.
– Что происходит? – удивился Артур.
– Я попросил её поохотится для нас с дедом.
– От неё пасёт зверем больше, чем от остальных оборотней, – нахмурившись сказала Мэгги.
– Да, у неё скоро совсем крыша потечёт, если продолжит в том же духе, – сказал Антон.
– Почему не скажешь Борису Романовичу? – нахмурился Артур. – Не думаешь, что будут неприятности, если скроешь от главы общины проблемы его племянницы?
– Он это и сам прекрасно знает. Мы с дедом пытались ей объяснить, но как об стену горох. Если она даже свою родню не слушает, то нас тем более не станет.
2
2011 год
Димитрий Чернов смотрел на свою новую подопечную, которая нахмурено уставилась на его дом. Выдохнув облачко пара, девочка зарылась веснушчатым носом в огромный колючий шарф, свисающий длинными концами почти до земли. Она сгорбилась пот тяжестью огромного зелёного рюкзака. Из-под шапки во все стороны торчали кудряшки, покрывшиеся инеем. Девочка молчала и стараясь лишний раз не смотреть на опекуна.
Маргарите Ивановой было семь лет. Диму забрали из детдома в этом же возрасте. Воспитатели увещевали, что девочка тихая, послушная и совсем не доставляет хлопот. Хотя Дима был молод и одинок, проблем с удочерением не возникло. Клан потомков Яги отлично справлялся с юридическими вопросами, благодаря связям, деньгами и колдовству. К особенно дотошным сотрудникам Дима мог применить свой особый дар убеждения. Но до этого не дошло. Кажется, все были только рады избавиться от девчонки.