Без права на смерть. Еще один шанс

Сквозь импровизированный фильтр вода стекала очень медленно. Ее часто небольшими порциями приходилось подливать в перевернутую крышкой вниз бутыль. Через некоторое время мне надоело держать ее рукой, ожидая очистки, и я, проковыряв с краю небольшое отверстие, просунул в него тонкую проволоку, сорванную с одной из гардин на кухне, а затем, соорудив петлю, подвесил за ручку одного из шкафчиков, расположенного вдоль стены над столом. Пользоваться таким образом фильтром получилось удобнее, хоть и приходилось теперь повыше задирать руки, чтобы плеснуть еще воды. Несколько раз я бегал переставлять кастрюли под бойлером. Надо признаться, что в каждой из следующих посудин жидкость оказывалась намного чище, что радовало. Чуть позже, когда наконец отфильтровалась первая порция воды, я плеснул небольшую ее часть из кастрюли в тарелку и приставил к морде пса. Тот не заставил себя долго ждать и кинулся жадно лакать долгожданную жидкость. Я же, несколько раз плеснув собаке добавки, поставил кастрюлю на газовую конфорку и зажег огонь. Не знаю почему, но я был уверен, что мне эту воду нежелательно употреблять, заранее не прокипятив. Неизвестно, что за микроскопические чудики за это время завелись в такой воде, и хорошо, если всего лишь придется остаток вечера провести в беготне до отхожего места, а ведь может быть и пострашнее какая-нибудь зараза. Нет уж! Лучше потерпеть немного и прокипятить от греха подальше, да заодно что-нибудь приготовить себе и пёсику.

Когда вода в кастрюле закипела, весело позвякивая накрытой крышкой, я немного убавил огонь на плите, надеясь подольше подержать при такой температуре, чтоб уж совсем не оставлять никакого шанса бактериям. Еще чуть позже, решив проверить, как там без моего участия булькает водичка, я, совершенно не подумав, схватил жестяную крышку и, шикнув от резкой обжигающей боли в пальцах, выронил ее из рук. Крышка упала на деревянный пол и громко загремела, отчего собака, уже мирно сидящая рядом, испуганно отпрянула подальше от меня.

– Тихо, пёська, тихо!.. – спокойным и ровным голосом пробормотал я, нагибаясь, но в этот момент услышал какой-то непонятный скрип и скрежет откуда-то сверху, словно кто-то ковырял штукатурку.

По коже пробежали мурашки, и я уставился на потолок, а пес недобро зарычал и, пригибаясь, словно ожидая подвоха, рванул из кухни. Я же, аккуратно подняв крышку, положил ее рядом на стол и тихими осторожными шагами направился следом за собакой. Войдя в прихожую, я увидел, как овчарка, быстро перебирая лапами, негромко заклацала когтями по дереву, поднимаясь по лестнице на второй этаж, при этом продолжая рычать. На какое-то время шум, доносившийся с верхнего этажа, прекратился, и, наверное, если бы не собака, то я мог подумать, что просто показалось, но вот поведение пса однозначно говорило: наверху кто-то есть.

Под ногами противно заскрипели деревянные ступеньки. Страх множеством игл пробежался по телу. Волосы на голове будто зашевелились, а руки задрожали так сильно, что я еле удерживал на весу автомат. Как я ни старался, но тихо ступать по обветшалой лестнице не получалось. Вес моего тела непременно заставлял натужно скрипеть ступеньки, и самое страшное было в том, что зловещие звуки со второго этажа снова заявили о себе. Я сразу же представил еще одного из огромных монстров, с которыми уже пришлось столкнуться у злополучного магазина. Насколько я понял, эти ублюдки, а по-другому их не назвать, умели подкрадываться к жертве почти незаметно. Нет, их тяжеленное огромное тело, конечно, могло выдать присутствие, но только, если монстр находился на не совсем прочном покрытии. Сейчас же я был совершенно не уверен, кто мог издавать подобный шум, но ожидал встречи именно с одним из подобных бугаев. Ладно. Отсиживаться и трястись от страха где-нибудь в ванной все равно не приведет к чему-то хорошему. Если уроду потребуется меня достать, то он с легкостью это сделает, а значит, нужно напасть первым.

Поднявшись на второй этаж, я уткнулся в закрытую деревянную дверь. На пороге, оскалив зубы, сидела собака, не отрывая взгляда от двери. Перехватив автомат одной рукой, так чтоб освободить левую руку, я плавно крутанул ручку на двери и медленно приоткрыл ее. В нос сразу же ударил запах разлагающейся плоти, но я старался перебороть себя и не отводить взгляда от открывшейся комнаты.

Пес с еще большим остервенением зарычал и рванул внутрь помещения. Я тоже не заставил себя долго ждать и шагнул следом. Первым, что открылось моему взгляду, была бильярдная. Да, наверное, так, потому что в центре совершенно немаленькой комнаты расположился бильярдный стол, а вдоль стен было расставлено несколько открытых шкафов и полок с инвентарем. Мельком оглядев помещение и поняв, что здесь опасности нет, я направился влево, к еще одной двери, перед которой уже находилась собака. Пугающие до глубины души звуки доносились из-за нее, и мое сердце буквально сжалось от страха. В какую-то долю секунды я понял, что если не ринусь в бой сейчас, то, наверное, потом уже и не смогу, слишком уж начало трясти меня от переизбытка адреналина. Задерживать ни себя, ни озлобленную собаку я не стал, а изо всех сил ударил ногой в дверь, держа автомат наготове. Хлипкая межкомнатная дверца резко распахнулась, а я, потрясенный тем, что увидел за ней, безвольно опустил автомат…

В центре небольшой комнаты болтался зомби. С помощью обвитого вокруг шеи провода электрического удлинителя, с одного конца которого свисал к груди ряд розеток, он был подвешен за крючок, предназначенный для крепления люстры к потолку. Под ним на полу валялся небольшого размера табурет. Уставившись своим леденящим взглядом на меня, мертвый мужчина, одетый в серую футболку и темно-синие трико, широко раскрыл рот и, вытянув обе руки в мою сторону, резко задергался, отчего железный крючок на потолке захрустел еще громче, рассыпая по полу кусочки штукатурки.

– Твою ж мать! – облегченно выдал я, обрадовавшись, что это все же не бронелобый бугай, хотя и данное зрелище вызывало холодные мурашки.

Поведение пса меня вообще загнало в тупик. После того как дверь распахнулась, собака зарычала еще громче и злобно оскалилась, глядя на мертвеца. Затем, медленно переступив порог, двинулась в комнату, тщательно принюхиваясь. Я же стоял на месте, наблюдая за происходящим. Сначала овчарка подошла к висящему мертвецу и, приподняв голову, обнюхала его болтающиеся ноги, фыркнула, встряхнув мордой, и двинулась дальше к стене, к которой была прижата неширокая кровать. Странным показалось именно то, что она не кинулась на зомби, а прошла мимо, хоть и не скрывала озлобленности. Закинув передние лапы на кроватку, собака жалобно заскулила. С того места, где я находился, было трудно разглядеть, что же находилось на кровати, и я тоже шагнул внутрь комнаты, оглядывая помещение. По всей видимости, это была детская комната, о чем говорили приятного бледно-розового цвета обои, яркие разноцветные шторы, множество полочек с пестрящими обложками книжек и неимоверное количество мягких игрушек и кукол, заботливо рассаженных тут и там по всей комнате. Позже мой взгляд скользнул по кровати, и я заметил под толщей накинутого сверху одеяла два бугорка. Догадаться было нетрудно, что там, и настроение у меня упало окончательно. Пёсик же, положив свою голову на край кровати, тихо подвывал, что больно ранило душу. Теперь для меня все стало на свои места. Скорее всего, эта собачка была питомцем этой семьи, поэтому-то она и оказалась рядом, когда я пришел в сознание. Неясно было только то, как она выжила в таком мире одна, но особенно размышлять на эту тему я не хотел, слишком уж горьким был момент. Сам же подходить к кровати я не стал, понимая, что не увижу под одеялом ничего доброго, о чем свидетельствовал тяжелый трупный запах в комнате. Да и мешать собачке оплакивать близких тоже не хотелось, поэтому я начал внимательно разглядывать болтающегося на проводе зомби. Трудно было судить о возрасте повешенного мужчины, слишком уж сильно сморщилось и исказилось его лицо, из чего я сделал вывод, что висел он тут довольно давно, но не разложился, а будто высох, что еще больше озадачило вопросом, что за зловещая сила заставляла мертвое тело шевелиться. Надо признать, что двигался он достаточно неуверенно, не так, как те, с кем я уже успел познакомиться на улицах, но все же довольно интенсивно. Также в голову пришла мысль о том, что находился зомбак здесь долгое время, скорее всего, без движения, а разбудила его, если можно так сказать, именно загремевшая при падении крышка от кастрюли. А это значило только одно, что впредь стоит вести себя потише, раз со слухом у мертвецов все в полном порядке. В какой-то момент я даже начал переживать, что крючок на потолке вот-вот не выдержит манипуляций его тела, и тогда мне придется стрелять, чего я совершенно не хотел, опасаясь привлечь к дому внимание. А еще я почему-то начал переживать, что если я попытаюсь применить оружие против этого зомби, то собака, наверное, до сих пор считающая его своим хозяином, кинется на его защиту. Вообще пока я стоял и наблюдал за мертвецом, в голове кружилась и путалась куча мыслей, например, я, почему-то был уверен, что повешенный и убил своих родных, затем сложил трупы на кровать и покончил с собой. Может, это и не так, да и теперь уже не узнать, что же на самом деле произошло в этом доме.