Интеллектуальный труд в многомерной экономике

1.1. Информационно-экологическое общество как система[1]

Человеческая цивилизация в целом, хотя и неравномерно по разным странам, осуществляет переход от индустриальной стадии развития к следующей, более высокой стадии, называемой одними учеными постиндустриальной, другими – информационной, третьими – информационно-индустриальной. В последнее время все более широкое распространение получает термин: «общество, основанное на знаниях». Некоторые экономисты предлагают термин экогуманизм. К выбору этого термина соискателя подтолкнули следующие объективные факты: 1) основой перерастания общества в новое качество является информация в самом широком значении этого слова; 2) человеческая цивилизация сможет сохранить себя, если в фундамент своего развития положит экологию (не только природы, но и человека), то есть станет экологической. Соискателю представляется наиболее удачным термин информационно-экологическое общество (ИЭО).

Не имея возможности перечислить все имеющиеся исследования в области трансформации индустриального общества в общество принципиально нового качества, перечислим те из них, которые имеют более близкое отношение к нашей работе.[2]

На основе анализа и обобщения фундаментальных работ в области становления информационного общества, постиндустриального общества, общества, основанного на знаниях и т. п. выделим с позиций формирования и развития ценовых и оценочных отношений наиболее важные, характерные черты такого общества в процессе его становления.

Становление нового общества происходит по мере преобразования как производительных сил, так и системы экономических отношений, причем эти преобразования воздействуют друг на друга прямым образом, по принципу обратных и сетевых связей, что создает кумулятивный эффект ускоренного продвижения в направлении общества принципиально нового качества.

Информационно-экологическое общество кардинально меняет взаимоотношение между производством и потреблением, которое является предпосылкой образования ценности, стоимости и цены.

Развитие творческо-созидательного характера труда, нахождение в нем главного смысла жизнесуществования работника и члена общества нового типа, во многом способствует взаимопроникновение производства и потребления, чему соответствует смена общества потребления обществом творчески-созидательного труда, в котором главным видом потребления становится производительное потребление факторов производства. При этом производство развивается не ради его возможно большего возрастания (это характерно для общества потребления, а также и плановой экономики советского периода), а, прежде всего, с целью раскрытия творчески-созидательного потенциала человеческой индивидуальности.

Изменение жизненной мотивации (миссии) человеческой личности, в условиях решения проблемы комфортности физического жизнесуществования для всех членов общества без исключения, нейтрализует престижное потребительство, сводит до минимума погоню за роскошью, обладание которой не прибавляет к ее владельцам уважения в обществе.

Капитализм и социализм являются крайними полюсами индустриального общества. Информационно-экологическое общество вбирает в себя лучшие черты рыночно-капиталистического и планово-распределительного хозяйствования, нейтрализуя их минусы. Соответственно, система оценочных и ценовых отношений в таком обществе должна вбирать в себя наиболее эффективные элементы и блоки как рыночного, так и планового механизма оценок и ценообразования, добавляя к ним новые элементы и соединяя все это в единую динамичную систему.

Для целей нашего исследования важное значение имеет то, каким образом противоречивый процесс становления информационно-экологического общества (в дальнейшем, для сокращения мы будем иногда называть его просто экологическом обществом или экологической цивилизацией) оказывает влияние на процесс общественного воспроизводства, но для этого, предварительно, нужно очертить ряд аспектов последнего.

Процесс общественного воспроизводства в классической политической экономии, а также в ее марксистской модификации, рассматривался в качестве динамичной системы, объединяющей в единое целое как процесс производства в его качестве непрерывности, так и весь комплекс экономических отношений общества. При этом особое внимание Уделялось анализу схемы реализации совокупного общественного продукта, первоначальный вариант которой был разработан Ф. Кэне. Затем данная схема получила развитие и конкретизацию в «Капитале» К. Маркса. В.И. Ленин детализировал эту схему с учетом роста органического строения капитала (К. Маркс в своей схеме с целью упрощения исходил из неизменности органического строения капитала) в работе «По поводу так называемого вопроса о рынках», которая трактуется часто искаженно в качестве обоснования экономического закона преимущественного роста производства средств производства в ущерб росту производства предметов потребления, что якобы снижает жизненный уровень населения и является атрибутом тоталитарной системы хозяйства в форме социализма, просуществовавшего в СССР более 70 лет.

Несогласие с марксистской идеологией не может служить основанием для игнорирования тех действительно положительных научнообоснованных разработок, накопленных в марксистской модификации классической политической экономики. В частности, нельзя игнорировать и тем более искажать положительные достижения ленинской работы «По поводу так называемого вопроса о рынках».

Во-первых, в этой работе доказано, что развитие капитализма (применительно к нашему времени можно употребить более обобщенную формулировку, имея в виду всякое индустриальное развитие) создает свой внутренний рынок за счет взаимного потребления во всех отраслях хозяйства производимых средств производства. Это предполагает направление доли национального дохода, соответствующей росту органического строения капитала, на инвестиции в сферу производства. С позиций современности данный тезис имеет огромное значение и для анализа западной экономики, и для выработки стратегии экономического развития России. Из этого тезиса вытекает, что западная экономика в чисто экономическом плане (при абстрагировании от возможных экологических, демографических, политических катастроф) будет неуклонно развиваться до тех пор, пока обеспечивается должный уровень инвестиционной активности. При его снижении до критического порога возникает не только технологический застой, но и сама капиталистическая система хозяйства взрывается мощными кризисами перепроизводства (типа великой депрессии -20-30-х годов), если государство при этом не перераспределяет вопреки рынку существенную часть национального дохода в пользу основной массы населения для создания массового платежеспособного спроса (т. е. действуя вопреки рынку, но для сохранения его основы, следовательно, и его самого). Применительно к России, из рассматриваемого тезиса вытекает возможность ускоренного развития за счет внутренних источников роста.

Экономический закон преимущественного роста производства средств производства действует и в условиях ориентации экономики главным образом на повышение материального благосостояния населения, но в условиях роста органического строения капитала, когда в структуре совокупных затрат на производство растет доля затрат на средства производства, становящихся все более сложными и наукоемкими, а потому и дорожающими, и соответственно сокращается доля затрат на рабочую силу, численная потребность в которой уменьшается за счет передачи все большей части трудовых функций от человека к машине.

Даже при исключительной ориентации производства на потребительный рынок, для увеличения предметов потребления, при росте органического строения капитала, потребуется еще больший в сравнении с приростом предметов потребления рост производства в отраслях, изготавливающих средства производства для отраслей, производящих предметы потребления. В свою очередь, еще больший рост окажется необходимым в отраслях, изготавливающих средства производства для отраслей, поставляющих средства производства в отрасли, производящие предметы потребления.

Мы так много внимания уделили ленинской работе «По поводу так называемого вопроса о рынках» потому, что в ней, по нашему мнению, классическая политэкономия, в данном случае в ее марксистской модификации, достигла наиболее высокого уровня в анализе и построении схем реализации совокупного общественного продукта.

В дальнейшем многие аспекты теории расширенного воспроизводства и схемы реализации совокупного общественного продукта получили свою теоретическую и научно-прикладную конкретизацию, в частности, при разработке межотраслевых балансов народного хозяйства, методологии и методики народно-хозяйственного планирования, в том числе с применением экономико-математических методов, что, в особенности, выразилось и в теории оптимального планирования. Однако системное развитие теории расширенного воспроизводства и схемы реализации совокупного общественного продукта в качестве единого, цельного процесса непрерывно протекающего на протяжении многих лет, не получило заметного развития, в том числе по причине сковывания проявлений творческой экономической мысли марксистскими догмами и директивными установками в области экономической стратегии, определяемыми не на научной основе, а в качестве процесса дележа инвестиционных ресурсов государства между могущественными министерствами и ведомствами, а также союзными республиками и регионами.

Многие ценные научные разработки советского периода в области народнохозяйственного планирования, основанные на классической экономической теории расширенного воспроизводства и схемах реализации совокупного общественного продукта, были заимствованы на Западе и с успехом применены в процессе стратегического народнохозяйственного планирования.

Необходимо преодолеть предрассудок, будто народнохозяйственное планирование возможно только на базе доминирования государственной собственности и присуще только социалистической системе хозяйства советского типа. Если марксистские ортодоксы отрицали саму возможность народнохозяйственного планирования в капиталистических странах, мотивируя свою позицию утверждением его преимуществ перед рыночной стихией и несовместимости с капиталистической системой, то идеологи рыночного либерализма, в частности монетаристы, выступают против самого принципа народнохозяйственного планирования, явно уступающего, по их мнению, «невидимой руке рынка» в эффективности организации и управления процессом развития народного хозяйства. Как видим, крайности сходятся.

Все индустриально развитые страны Запада, в том числе и новоиндустриальные страны, широко применяли и применяют стратегическое народнохозяйственное планирование. При этом подобное планирование нельзя сводить только к его директивной форме, когда народнохозяйственный план, пытающийся объять необъятное, превращается в систему приказов производителям произвести конкретные виды продукции (в СССР более 28 млн. наименований, в связи с чем уже с 1965 г. по большинству видов продукции государственные плановые задания стали во все возрастающей мере утверждаться не в натуре, а в качестве объемных стоимостных показателей), причем по определенной цене, с обязательной поставкой этой продукции утверждаемому сверху кругу предприятий-потребителей, которые данную продукцию обязаны купить (даже если она им не нужна) на деньги, также выделяемые для них централизованным путем. Народнохозяйственное планирование может осуществляться весьма эффективно на основе обеспечения его реализации экономическими, рыночными рычагами, причем более эффективно, чем это делалось на директивной основе (по принципу «охота пуще неволи»).

В частности, Япония, прежде чем осуществить свое «экономическое чудо», выработала долгосрочную стратегию экономического развития, исходя из того, что при густоте се населения и крайней ограниченности природных ресурсов, ей необходимо было развить всего несколько отраслей промышленности, конкурентоспособных на мировом рынке, экспорт продукции которых обеспечил бы страну средствами, необходимыми для импорта энергоносителей, сырья, продовольствия. Данный стратегический народнохозяйственный план осуществлялся путем создания всевозможных льгот для отраслей, производящих приоритетную для страны продукцию. Поскольку эти льготы приносили повышенную прибыль, капиталы, следом за ними средства производства и рабочая сила, устремились в приоритетные для страны отрасли.

В западной теоретической экономической науке, по мере отхода от методологических принципов классической политической экономии, что означает прежде всего игнорирование двух уровней экономической реальности – сущностных процессов и экономических форм их проявления, имеет место изучение лишь последних на основе эмпирически устанавливаемых соотношений между макроэкономическими показателями и применения к ним математического аппарата, теория расширенного воспроизводства совокупного общественного продукта оказалась сведенной к макроэкономической схеме движения товарных и денежных потоков в их совокупной массе, без выделения товарных групп, структуры стоимости совокупного общественного продукта и др. Тем не менее, и западные теоретические разработки в определенной мере способствовали развитию теории воспроизводства совокупного общественного продукта, в частности путем включения в схему макроэкономического потока товаров и денег экспорта и импорта, учета влияния валютного курса на процесс воспроизводства.

По нашему мнению, теория воспроизводства совокупного общественного продукта и принципиальная схема его реализации нуждаются в дальнейшем развитии, прежде всего в качестве системной целостности, причем на основе продолжения прогрессивных традиций классической политической экономии, имея ввиду качественные изменения в экономике и обществе в целом, связанные с процессом его перехода к постиндустриальной стадии развития. При этом мы не ставим задачи разработать завершенную теорию воспроизводства совокупного общественного богатства на этапе перехода к постиндустриальной стадии развития общества. Наша задача скромна: внести посильный вклад в разработку такой теории.

Прежде всего, нам не следует ограничиваться воспроизводством совокупного общественного продукта и схемой его реализации в течение одного года, а нужно исходить из непрерывного процесса воспроизводства совокупного общественного богатства, включающего в себя не только производимые продукты и услуги, но также природу и человека.

Такой подход, по нашему убеждению, принципиально важен как в аспекте теории, так и практической деятельности. Более того, он имеет существенное значение и для решения проблемы выживаемости народов отдельных стран и всего человечества. Ведь исходя из распространенных экономических теорий воспроизводства совокупного общественного продукта общественное богатство отдельных стран и человечества будет представляться как возрастающее (в виде увеличения количества товаров и услуг и улучшения их качества, а также роста реальной покупательной способности совокупной денежной массы), в то время как в действительности совокупное общественное богатство в масштабе стран и планеты в целом убывает вследствие:

1) загрязнения природы производственными отходами, ставящего под угрозу саму перспективу существования человечества, ухудшающего его генофонд, подрывающего здоровье и жизненный тонус, вплоть до потери интереса к жизни и исчерпания возможностей для раскрытия творчески-созидательного потенциала человека в прорыве на новый уровень качества (рутинная работа, в том числе и высококвалифицированных специалистов, продолжающаяся по инерции некоторое время, не может быть отнесена к раскрытию творчески-созидательного потенциала человека);

2) исчерпания невозобновимых природных ресурсов,

3) превышения интенсивного потребления возобновимых природных ресурсов над их воспроизводством, в результате чего население страны и планеты лишается части природных богатств на очень долгое время, равное всему периоду продолжения курса на интенсивное расходование природных богатств без уравновешивания столь же интенсивным их воспроизводством, а также к тому времени, которое потребуется в будущем для восстановления потребленных природных ресурсов до уровня, обеспечивающего благоприятный для человека климат (в частности, достаточную площадь под лесными массивами для создания оптимальных условий жизнедеятельности с точки зрения укрепления здоровья);

4) отрицательного воздействия на человека и его генофонд по ряду направлений;

а) интоксикации человеческого организма техногенными выбросами и отрицательного воздействия на него всевозможных технологических явлений, шумов и т. и.;

б) лишения человека здоровой среды обитания и окружения его искусственной средой, губительно влияющей на него самого и его потомков (бетонные стены, использование асбеста при производстве стройматериалов, недостаток лесных массивов и зеленых насаждений и т. и.);

в) погружения человеческой психики в искусственный, технотронный мир, при его разрушительном воздействии на нервную систему, что в корне извращает и природу человека, и роль техники (в особенности информационной), когда не техника служит продолжением способностей человека и усиливающим их придатком, а человек превращается в психонервно-биологический придаток к машинно-компьютерным технологиям;

г) потребления вредных и даже губительных продуктов, часть которых засчитывается статистикой в качестве элементов совокупного общественного богатства (табак, табачные изделия, алкогольная продукция, потребляемая сверх разумной меры и низкого качества, наркотики, одно лишь только распространение которых на существенную часть населения, в особенности на подрастающее поколение, способно погубить всю человеческую цивилизацию превратив накопленное ею богатство в анти-богатство);

д) формирования отрицательной социально-психологической среды деформирующей человеческую, психику, приводящей к нарастанию совокупности малых и больших стрессов, способствующих затуханию творчески-созидательного потенциала человека, отупению его психики;

е) массового распространения не нужной для здорового, счастливого творчески-созидательного образа жизни информации (типа бытовых подробностей о всевозможных знаменитостях), в своей совокупности, создающей колоссальный социально-психологический массив информационного шума, в котором тонет действительно полезная для человека информация, в том числе жизненно-важная, при параллельное процессе запуска в общество целенаправленной дезинформации с целью порабощения психики человека и использования его в экономически? корыстных интересах влиятельных социальных слоев и групп манипулирующих средствами массовой информации (вся эта вредная для человека и общества информация учитывается статистикой в качестве части ВВП).

ж) нарастающей криминализации общества, от поколения к поколению в особенности государственных чиновников, включая самые высшие посты что содержит в себе реальную угрозу трансформации общественно политических систем западного и прозападного типа в криминальную тоталикратию, сохраняющую все внешние атрибуты западной демократии, от выборов и формальной свободы СМИ (при их монополизации криминальным капиталом и беспощадным и безнаказанным террором против любого действительно независимого и свободного журналиста) до разделения на три ветви власти и чисто формального провозглашения верховенства закона;

и) все большей переориентации активности человека от творчески-созидательной деятельности к конкурентной борьбе за увеличение своей доли в совокупном общественном богатстве, при постановке во главу угла вырастающих на его почве производных элементов (власти, денег, престижа);

к) потерей смыслового стержня жизнесуществования человеческой индивидуальности, при выборе жизненного пути на основе пассивного впитывания психикой внушаемых СМИ стереотипов поведения,

5) провоцированном стихийным в масштабе планеты развитием машинного производства природных катастроф и отрицательных изменений климата, сначала в локально-региональных, а затем в перспективе и глобальных масштабах;

6) ориентацией общественных систем многих стран (как следствие преимущественной ориентации наиболее влиятельных в обществе личностей не на творчески-созидательную деятельность, а на перераспределение в свою пользу власти, богатства, славы) на перераспределение мирового совокупного богатства в свою пользу, что обуславливает войны, явные и скрытые (последние выражаются в провоцировании разрухи и хаоса через подкуп и разложение властных структур, инфильтрацию СМИ, выращивание агентов влияния, финансирование революционных движений, нередко ввергающих страну в пучину гражданской войны);

7) формированием такой системы мировых экономических отношений, которая приводит к обогащению отдельных государств за счет ресурсов большинства стран планеты, причем таким образом, что в итоге функционирования этой системы уменьшается совокупное общественное богатство человечества и катастрофически нарастает планетарное антибогатство.

Возможно ли оценить в денежной форме все перечисленные выше семь элементов антибогатства той модели человеческой цивилизации, которая в конечном итоге, причем уже в обозримом будущем, приводит все человечество к катастрофе? Разумеется, полная и достаточно точная денежная оценка этих элементов невозможна, хотя бы потому, что далеко не все измеряется в деньгах. Нельзя оценить в деньгах жизнь всего человечества. К тому же, в случае его гибели все накопленные им богатства превращаются в никому ненужный хлам.

Жизнь даже одного единственного человека, будучи индивидуальной и неповторимой, бесценна. В то же время жизнь человека получает различные денежные оценки: в качестве страхования жизни; в виде цены всех материальных и духовных благ, потребляемых человеком на протяжении всей жизни для сохранения своего здоровья, приобретения квалификации, самообразования и саморазвития.

Видимо, по аналогии с оценкой жизни отдельного человека, можно частично, далеко не в полной мере, оценить в денежной форме ущерб от нарастания каждого из семи элементов анти-богатства, а также всей их совокупности.

При этом следует иметь в виду нижеследующее.

Во-первых, простой возврат к жизни в гармонии с природой невозможен, так как: технологии жизнеобеспечения человека далекого прошлого не способны создать достаточного количества даже самых элементарных средств существования для населения земного шара в его современной численности, многократно возросшей по сравнению с временами примитивных технологий; подобные примитивные технологии, связанные с вырубкой и выжиганием лесов под поля, истощением плодородия почв и т. п. несостоятельны с позиций экономичности, не приводили к глобальному экономическому коллапсу только по причине сравнительно малой численности населения Земли, соответственно их относительно малым распространением сравнении с масштабами биосферы планеты.

Во-вторых, человечеству на протяжении длительных промежутке! времени грозят различного типа природные катастрофы, для предотвращения которых (или смягчения их последствий) необходимо развитие мощнейшего научно-технического и технологического потенциала, за что приходится расплачиваться нанесением ущерба природе.

В-третьих, генерирование в человеческой психике на определенны? этапах развития (далеко не самых высоких) стремления к власти значительному личному богатству, престижу и славе являются необходимыми стимулами прогресса общества, науки, техники, технологии, в связи с чем эта устремления имеют и свою положительную сторону, но при условии и пребывания в определенных границах.

В-четвертых, все общественные системы в различных странах проходят путь длительного формирования и совершенствования, в связи с чем отрицательные стороны тех или иных общественных систем, конечно, допустимых рамках, являются неизбежными издержками исторического прогресса.

В-пятых, все ресурсы планеты распределены нерационально между народами в рамках государственных границ, как и сами народы в отношении природных ресурсов, но такое распределение явилось результатом длительного исторического процесса. Попытки перераспределить находящиеся собственности различных народов богатства выливаются в явные или скрытые войны, развязыванию которых надлежит всемерно противостоять. Поэтому нерациональную в масштабе планеты структуру распределения природных человеческих ресурсов следует признать как неизбежную потерю части совокупного общественного богатства человечества.