Левенхет: Чужаки и башни

- Хочешь уважения? Уезжай в Кров и готовь свою стряпню для малолетней девчонки на троне, а здесь будь добра уважай субординацию и поддерживай порядок. – он посмотрел на часы, висевшие на стене, стрелки показывали скорый заход солнца.

Дулпи при помощи своих телекинетических способностей поднял в воздух две сковородки и звонко постучал ими, привлекая всеобщее внимание. Двенадцать поваров и вся обслуга отвлеклись от своих работ, внимательно посмотрев на местного шефа.

- Заканчиваем с готовкой, - громко пробурчал Дулпи, - разносим блюда по временным расположениям ордена, приводим рабочие места в порядок и расходимся. – он снова сверкнул на Кэт недобрым взглядом, - Кроме тебя. После уборки остаёшься здесь на дежурство.

- Какое ещё дежурство? – из ушей девушки вот-вот должен был хлынуть пар, - При таком-то количестве стражи?

- Именно. Стражники любят солонинку также, как и наши невидимые воришки. А чтобы тебе не было скучно, здесь тебя будет ждать пять мешков картошки. Вычистишь всё так, чтобы ни миллиметра шкурки не осталось.

- Знаешь, что…

- Что-то не нравится – не смею задерживать. Выход знаешь где.

Дулпи ушёл, а Кэт с огромным усилием сдерживала в себе желание полоснуть ножом в трясущейся руке по его растопыренным ушам. Наверное, не стоит. В этом случае тоже придётся остаться и оттирать пол от крови.

***

Двадцать дней кропотливого труда принесли свои плоды в виде утомления и крайней сонливости. Оставшись на кухне одна одинёшенька, Кэт сделала открытие, что никакая стража не охраняет вход на кухню, благополучно отправившись спать в тёмные коморки, поэтому девушка в абсолютном одиночестве вынуждена сидеть на опустевшей кухне рядом с целой горой грязного картофеля. Она неплохо орудовала ножом, на одну картофелину уходило не больше двадцати секунд, но надолго её выдержки не хватило. Прошла только пара часов, работа была далека от завершения, но пальцы уже ныли от перенапряжения. Подушечки сильно разбухли от влаги, сморщились и отзывались болью при нажатии, на коже добавилось несколько порезов, а сон постоянно пытался прибрать её в свои объятия. По правде говоря, она уже не желала цепляться за эту работу. Конечно же, здесь очень щедро платят, гораздо больше, чем была её доля в семейном ресторанчике, но пострадавшие нервы не стоят стольких денег. Уже завтра она могла плюнуть в лицо напыщенному земельнику, бросить в него свой поварской фартук с колпаком и вернуться на поклон к отцу, которому в своё время пыталась доказать свою независимость и превосходство в поварском деле. Гордыня Кэт всегда играла с ней злые шутки, хоть и не такие злые как с Байросом. В отличие от многих служащих Тара ей есть куда возвращаться. Но она продолжала день за днём работать на этой кухне, терпеть переутомление и откровенные издёвки Дулпи. И почему же? Она не желала себе признаваться в том, что не хочет покидать это место, пока где-то здесь находится её непутёвый брат. Кэт всей душой желала узнать о его судьбе.

К середине ночи она окончательно дала слабину. Ни одной почищенной картошины больше не плюхнулось в таз с водой, вместо этого Кэт завалилась на немного оскудевшую гору овощей и, сомкнув глаза, наблюдала счастливый сон. Полностью погрузиться в него не получилось, так как из реальности до неё донеслись странные звуки громкого копошения, что и выдернуло её из сновидения. От недосыпа голова гудела, веки казались жутко тяжёлыми, в глазах всё плыло. Сначала она подумала, что это просто галлюцинации, но звуки продолжили содрогать её слух. Понадобилось около минуты, чтобы прийти в себя, и, наконец, понять, что звуки не выдумка, они действительно звучали где-то на кухне. Прислушавшись, она угадала что-то похожее на чавканье. Похоже, что Дулпи не врал, и на кухне действительно завёлся вор. Кэт схватила со стола сковородку и на цыпочках направилась к приоткрытой кладовой, откуда и доносился этот шум. И вот она рядом, судя по усилившемуся чавканью, девушка осталась незамеченной, но Кэт помнила тот факт, что дверь жутко скрипучая, а потому не удастся застигнуть вора врасплох и хорошенечко огреть сковородой по голове. Одного её крика будет достаточно, чтобы сюда явилась стража, но для начала она должна воочию увидеть лицо этого обжоры.

Быстро и с жутким скрипом раскрыв двери, она сразу же схватила светокамень, находившийся в железной подставке на стене слева от двери, и потрясла его. Белый свет озарил кладовую, девушка занесла скороду за голову, приготовившись к удару, но перед ней оказалось пусто. Длинные связки копчёных колбас, засоленные окорока и веники лавровых листьев свисали с потолков, полки были полны различного мяса, зачарованного упорядоченным волшебством для того, чтобы избежать разложения. И прямо перед ней лежал перевёрнутый ящик гуламанской соли с наполовину съеденной телячьей ногой. Также пострадала пара связок сочных колбас, остатки которых разбросаны по полу так, словно кто-то очень спешил всё съесть как можно скорее и убраться подальше от места преступления. В общем бардак тут устроен незначительный, но большая телячья нога, замаринованная в зачарованной гуламанской соли – это очень серьёзное дело. И всё это вновь повесят на Кэт, если она прямо сейчас не разоблачит наглеца. Он где-то здесь, из кладовой нет других выходов.

- Я знаю, что ты здесь? – грубым голосом произнесла она, - Лучше выходи сам, иначе огрею так, что мало не покажется.

В ответ прозвучало чьё-то сопение, словно воришка имел огромный влажный нос. Кэт бросила светокамень на середину кладовой, звук падения выдал местонахождение вора, так как от испуга он ударился спиной о нижнюю часть небольшого стеллажа, заставив его встряхнуться. Девушка приготовила скороду для удара, немного присела, чтобы увидеть вора, прячущегося под стеллажом, но вместо испуганных глаз увидела крупные звериные лапы. Он заскулил, Кэт поняла, что это не воришка из числа служащих башни, а просто голодное животное.

- Я тебя вижу, - сказала она, - выходи. Трогать не буду.

Подумать только, но животное восприняло её слова и потихоньку выбралось из-под стеллажа. Сначала показалась огромная непропорциональная телу голова с настолько широкой зубастой пастью, что туда запросто мог бы целиком поместиться один из висящих окороков. На коротких лапах создание вытолкнуло из тесного пространства своё тело, и перед Кэт предстал не просто какой-то зверь, а самый настоящий алькарский пёс из далёких северных земель материка. И так уж вышло, что они уже были знакомы.

- Погоди, - не поверила она своим глазам, - ты же тот самый. Ты был вместе с Байросом в Перии.

Похоже, что пёс тоже узнал Кэт, и с опущенной головой и кваканьем подполз к девушке ближе, не ощущая от неё опасности. Наоборот, он надеялся найти у неё спасение.

- Как там тебя звать? – она уселась на корточки и потрепала его за висящие щёки, - Такое неприятное имя… Подонок. Верно?

В ответ он открыл свою широкую пасть и громко задышал, издавая унылое кваканье.

- Так вот кто поедает наши запасы. Тебе не стыдно? Из-за тебя у меня большие проблемы… Эх, понимаю, ты просто голоден. Ну и где же твои хозяева?

Подонок снова опустил голову с жалобным кряхтеньем. Он как можно ближе прижался к Кэт, похоже, что ему сильно не хватает чьей-нибудь поддержки.

- Ну ладно-ладно, - погладила она его по большой голове, - прощаю. Просто пообещай мне больше не опустошать наши кладовые. Тем более таким варварским способом… Ну вот что теперь с тобой делать? Пойдём. Я отведу тебя в свою коморку. В ней не так просторно, как тебе хочется, но зато там безопасно и есть что погрызть. Пойдём, не заставляй меня тащить тебя за щёки.

Джакко

Шалебор

Дофи и Лафи

Майор Пиктор Броунс