Дай мне согреться

Она поспешно закрыла дверь, оставив двух девушек в недоумении. Света со злостью повернулась к Веронике:

— Я, конечно, всё понимаю: ты — флегматик, и я тебя люблю и ценю такой, какая ты есть, но какого растения ты меня не поддержала!!? Почему я одна отдувалась перед Нинкой?

Её голос дрожал от обиды. Вероника понимала, что, по сути, сейчас наблюдает то, как гнев, который Света так и не успела вывалить на директора, просто поменял своё направление, найдя единственную доступную живую душу. По сути, Света злилась не на неё, а на саму ситуацию.

— Я не видела смысла спорить. Мы бы всё равно этим занялись. Вопрос был только в том, с конфликтом или без, — пожала плечами она.

— Теперь плакал наш день, — уже больше с обидой, чем со злостью, сказала Света.

— Боюсь, что тут лучше будет сказать, что плакала наша неделя, а то и две, — представив, как могла выглядеть стопка документов за последний год, поправила Вероника.

— Ты ведь понимаешь, как тебя хочется придушить сейчас, правда!?

Вероника не смогла сдержать ухмылку:

— Разрешаю, но только если очень нежно.

Она уже привыкла к эмоциональным вспышкам подруги. Это было и Светино проклятье, и её красота. Иными словами, изюминка.

— Кажется, я знаю, почему ушла Алёна, — все еще продолжала ворчать Света, — она предвидела эту ситуацию и решила смотаться до того, как всё это ляжет на её плечи.

— Её уже месяц нет. Она не могла знать настолько заранее.

— Она могла предвидеть. Она же сидела с этими документиками, считала всё. А то что-то както уж больно резко её не стало.

— Если бы она имела представление о том, что есть ошибка, то имела бы представление о том, откуда она пошла. Тогда можно было бы всё исправить в два счёта.

Вероника парировала Светины выпады на автомате, практически не вникая в их суть. Это всегда работало безотказно: не получив ответного заряда возмущения, Света начала быстро успокаиваться.

— И всё равно что-то тут нечисто с её неожиданным увольнением.

— Наверно, её сестра-близнец заставила её уволиться через телепатическую связь, — сделав невинное лицо, сказала Вероника.

— Смешно тебе? А если покусаю?

— Какая ты дикая. Думаю, Сергей оценит такие ролевые игры больше меня.

Сергей был Светиным мужем, с которым они были женаты уже пять лет.

— В ролевых играх нет сценариев с укусами — проворчала Света.

— Ну... э-э-э... «Маша и медведь», например. Сергей будет Машей, а ты — медведем.

Света прыснула от смеха и затихла. Обе девушки понимали, что Алёна действительно не могла знать заранее о такой ситуации, но Света была бы не Света, если бы не отреагировала так импульсивно.

— Ну ладно, в последний год было не так много клиентов, — вернулась к насущному Вероника.

— Это в последние полгода было мало клиентов, а в последний год их было очень много.

— Ладно, Свет, в любом случае это теперь ложится на нас. Давай просто сделаем всё возможное, чтобы быстрее справиться с этой задачей.

Веронике казалось вполне логичным то, что директор обратилась с этой просьбой именно к ним. Клиентов нет, и у них пока работы тоже нет. А эта работа не сложная, но нудная. Конечно, Нина сама заниматься этим не будет, а кому-нибудь делегирует. Логично, что им. И правда, глупо было обижаться на то, что на работе заставляют заниматься работой, а не только гонять чаи.

— Быстрее бы уже нашли нового бухгалтера, — завершила эту тему Света в своей манере.

Вероника не стала добавлять, что даже если бухгалтер найдётся уже завтра, то эту работу всё равно будут делать именно они. Нового человека ещё нужно погружать в специфику работы. Никто не доверит такую объёмную и ответственную работу в первый день новичку.

Дверь в их кабинет открылась, и зашла Нина Константиновна с огромной стопкой папок. Это просто удивительно, как она могла удерживать такую тяжесть и даже не согнуться.

— Красные — это наши отчёты, синие — это программные, — пояснила она, — ещё раз спасибо, девочки, что согласились взять это на себя.

Её голос был слегка сбитым, но других признаков того, что ей было тяжело, не было. Кто бы ожидал такую силищу от такой маленькой худенькой женщины.

«Наверно, она из тех, кто и гвоздь сам забьёт, и канализацию прочистит, и книжную полку поставит», — подумала Вероника, стараясь не смотреть на стопку бумаг на столе. Размер этой стопки вызывал отчаяние. Здесь не то что за неделю — за месяц невозможно проштудировать всё это. Должно быть, Света думала приблизительно о том же.

— Как будто у нас был выбор, — тихо сказала Света так, что её не услышала госпожа директор.

Вероника оценивающе смотрела на бесчисленные папки, продумывая, как разделить работу так, чтобы успеть к срокам. Пока что ответом было обнадёживающее «никак». Да, их было двое, и время было — неделя, но при всём желании это казалось невозможным. У них так много отделов, и за последний год действительно была очень плотная клиентская база.

— Я беру январь по таргетированной рекламе. Ты бери январь по контекстной. Давай начинать с самого начала.

— Может, продуктивнее будет начать с конца? – с надеждой спросила Света.

— К сожалению, у нас нет никакой информации о том, что ошибка будет ближе к концу поэтому давай просто начнем с начала, чтобы не путаться.

— Хорошо, – смиренно сказала Света.

Нина Константиновна оказалась права. Работа была не сложная, но очень муторная. Она требовала постоянной концентрации внимания. И уже через какое-то время Веронике требовалось прикладывать определенные усилия, чтобы сохранить фокус.

К её удивлению мрачные мысли одолевали ее одну. Не смотря на свою горячую реакцию вначале, Света не выглядела недовольной или усталой. Она все время улыбалась каким-то своим мыслям.

— Подай мне ту папку, – попросила Света, указываю куда-то за спину Вероники.

— Я это уже проверила — тут все чисто. Просто еще не положила в нужную стопку, — отозвалась та.

— Давай тогда какую-нибудь из непроверенных, — ответила Света.

Вероника удивилась тому, что Света работает быстрее её самой. Её подруга была типичным гуманитарием. Не зря она именно писала рекламные тексты, а не анализировала их и не составляла структуру. Работа с постоянной концентрацией внимания всегда давалась ей тяжело. А тут что-то странное.

Она потянулась к папке, и тут её взгляд соскользнул на несколько сине-серебристых цветочков, которых ещё вчера здесь точно не было.

«Я полдня отработала и не заметила, что в кабинете появились цветы», — удивилась она своей невнимательности. Обычно она замечала такие вещи.

— Свет, это твой мусор?

— Где? — тут же включилась Света.

Вероника указала на цветы, снова погрузившись в документы.

— Неееееееет.

— Как это нет? А что это тогда тут делает?

Света хитро прищурилась.

— Не знаю, заметила ли ты, но в этом кабинете помимо меня еще кое-кто работает.

Вероника фыркнула.

— Скажешь тоже. Зачем комуто дарить мне цветы? Наверно, Нина по ошибке принесла. Надо напомнить ей их забрать.

Света тут же начала очень энергично протестовать:

— Ты что, хочешь, чтобы у нас забрали эту красоту? Пускай у нас будут.

Вероника раздражённо вздохнула.

— Они только мешают. Место занимают. Теперь понятно почему у меня башка раскалывается с самого утра. Надо же, как я могла не заметить этот цветочный запах.

Света была искренне возмущена столь резким замечанием.

— Я иногда не понимаю: ты девушка или задница бабуина? Как можно не любить цветочки?

Вероника хотела ответить, но в этот момент к ним постучались.

— Можно? — спросил мужской голос.

Она подняла взгляд и увидела Пашу, веб-дизайнера. Паша был отличным пареньком. Ему было двадцать семь лет, как и Андрею, но выглядел он сильно моложе своего возраста. Он был довольно худым, с карими глазами, тёмными волосами и нелепыми очками с толстыми стёклами. Все знали, что ему нравится Вероника, но девушка умело игнорировала все его попытки ухаживать. Зато Катя, девочка с ресепшена, всегда провожала его долгим тоскливым взглядом. Про их треугольник шутили все, кому не лень, включая Нину. Кроме самого Паши, разумеется, который оставался в блаженном неведении.

— Разумеется, можно, — живо откликнулась Света.

Вероника заметила нездоровый блеск в её глазах, и подавила желание раздраженно закатить глаза. Свете не нравился Андрей, и она все пыталась свести Веронику с Пашей.

— Я могу поработать и в своем кабинете, — продолжила Света.

С этими словами она с готовностью взяла свою папку, чтобы оставить «голубков» наедине.

— Я... это... вообще-то к вам обеим. Нина сказала провести вам инструктаж по программному обеспечению, — заметно потупился мужчина.

Он оценивающе посмотрел на них, немного обескураженный «погодой в кабинете».

«А не он ли оставил цветы?» подозрительно посмотрела на него Вероника.

Парень действительно старался оказывать ей небольшие знаки внимания, так что цветы, видимо, действительно были ей... А, может, и Свете... А, может, и правда по ошибке.

«Что-то слишком много внимания каким-то растениям. Какая разница, для кого они. У меня работа горит» подумала она.

Мужчина тем временем подошел к Веронике, чтобы подключить её компьютер к корпоративному VPN для доступа к ресурсам. Она обратила внимание, что он даже стал чуть глубже дышать, но сделала вид, что не заметила этого.

Паша показал девушкам как работать с бухгалтерской программой. На всё это «удовольствие» ушло около получаса, и Вероника должна была признать, что действительно это было не так страшно. Паша умел объяснять просто и доходчиво, еще и умудрялся вставлять шутку-другую. Конечно, половина информации уже забылась, но самое важное и нужное для их отчетов она все-таки запомнила.

— Спасибо, Паш. Это было информативно, – поблагодарила она, чтобы дать знак, что пора и заканчивать.

— Рад стараться – сказал мужчина и немного покраснел, - я тебе принес... – он не договорил, но положил перед ней небольшую шоколадку.

— Спасибо, – без особой благодарности сказала она, – чуть попозже съем.

— Как ты насчет прогуляться сегодня вечером после работы? Сегодня будет довольно тепло. Ничего такого, ты не подумай, просто прогуляться, – он снова покраснел, на этот раз сильнее.

— Не уверена, что это хорошая идея, – ответила Вероника, – Андрей может волноваться если я задержусь.

Вероника с неудовольствием заметила, что Света в этот момент отошла чуть подальше и сделала вид, что очень сосредоточена на своем компьютере. При этом было видно, что ее глаза смотрят в одну точку.

— Я понял, – ответил Паша, — может, тебе как-то помочь?

— Мы ищем несостыковку в расчетах. Насколько я знаю, это немного не по твоей части, поэтому благодарю за предложение, но в данном случае я справлюсь сама, – ответила она задумчиво.

— Я понял, – ответил Паша и снова покраснел. Он неловко посмотрел на нее, затем на Свету, и неуверенно встал, чтобы выйти.

— Паш, это ты оставил цветы? - мимоходом спросила Вероника.

Павел рассеянно обвел кабинет глазами, пытаясь понять, о чем речь.

— Нееет, - сказал он.

Вероника подозрительно посмотрела на него, но в конце концов всё же успокоилась.

«Если это действительно сделал он, то какой смысл в том, чтобы отрицать? Разве мужчины не делают это для того, чтобы услышать, какие они классные, внимательные и самые лучшие?» — устало подумала она.

— Могу попробовать узнать, — сказал парень.

— Да не загоняйся. Мы уже забыли про них, — равнодушно откликнулась она.

— Хорошо.

Света терпеливо ждала, пока его шаги удалятся, чтобы затем накинуться на Веронику:

— Ника, ну ты чего? Он клёвый парень, и это же очевидно, что ты ему нравишься. Сделай уже этот шаг и узнаешь, что такое настоящее женское счастье!

— Будешь шоколадку? — вместо ответа спросила Вероника.

Разговор на эту тему происходил уже не впервые, и Света уже слышала все её аргументы. Повторять их не хотелось, да и работы было ещё много.

— Буду. Знал бы Паша, кого он на самом деле спонсирует, не старался бы так, — уже спокойнее буркнула Света, забирая шоколадку со стола.

Вероника безразлично пожала плечами. Паша казался пареньком, который просто любил маленькие приятности. Возможно, он делал бы их и для Светы. Кто знает. Какое-то время стояла тишина, нарушаемая только клацаньем калькулятора или клавиатуры. Девушка заметила, что снова отвлеклась на свои мысли, на этот раз уже об Андрее и о том, почему он вернулся поздно вчера. Устало вздохнув, она вернула своё внимание на маленькие циферки перед глазами. Неприятные вещи нужно делать в первую очередь, чтобы потом они не висели над душой.

Она мельком посмотрела на Свету и удовлетворённо заметила, что мысли о Паше и о том, как несправедливо Вероника обходится с его чувствами, уже не занимают красивую голову подруги. На её лице блуждала мечтательная улыбка. Веронике стало любопытно, о чём та думала, но спрашивать она не стала, чтобы не отвлекать от работы.

То и дело слышался весёлый голос Кати, приветствующей потенциальных клиентов. Сам офис стоял на видном месте у дороги, поэтому люди частенько заходили туда, но клиентами становились далеко не все. Нина Константиновна часто говорила, что в их нише и не должно быть подругому.

День пролетел совершенно незаметно. Час проходил за часом. К концу дня очень сильно болела шея.

Вечером к ним зашла директор, чтобы узнать о результатах. Едва уловимая тень беспокойства прошлась по её лицу, когда девушки сообщили, что ошибка не найдена. Но, нужно отдать ей должное, она никак это не прокомментировала.

После рабочей смены Вероника вышла вместе со Светой. Они всегда возвращались домой вместе. Ехать им в одном и том же направлении, но Свете — на пять остановок больше. Вероника села у окошка и невидящими глазами уставилась на меняющуюся местность. От усталости она впала в апатичное состояние. В голове был туман. Болтать особо не хотелось.

Многие люди жаловались на офисную жизнь, но Веронику всё устраивало. Именно к такой жизни она стремилась и не желала ничего другого. Стабильность являлась самой главной ценностью в её личном списке.

Она мимоходом скользнула взглядом по лицу подруги. Оно тоже было каким-то отрешённым, но совершенно не уставшим. Это немного удивило девушку. В конце концов, они обе отдали свой день нудной работе, но устала почему-то только она. В Светиных больших голубых глазах застыло какое-то возбуждение, какое иногда бывает у детишек, которые ждут встречи с Дедом Морозом. Веронике было очень любопытно, откуда Света берёт столько сил? В такие минуты Света напоминала ей другую давнюю подругу. Давняя боль словно только ждала своего часа, чтобы проявиться, и Вероника поспешила отвернуться, чтобы прервать непрошеные воспоминания.

Вернувшись к созерцанию местности за окном, она попутно вспоминала людей, связанных с этими местами. Например, в этом доме живёт странная старушка. Она всё время что-то бормотала себе под нос, когда шла мимо. А в этом продуктовом магазине работает крайне враждебно настроенная пожилая женщина. А вот здесь живёт дядя Боря — пьяница и тунеядец. У него есть своё жильё, но по каким-то своим причинам он вечно валяется на какой-нибудь лавочке. Свежий воздух любит, наверно.

Вероника не всегда жила в этом городе, но именно его она воспринимала как свой дом. Приблизительно восемь лет назад она приехала сюда, не имея ни гроша в кармане и не понимая, куда ей податься. С тех пор прошло уже много времени, и девушка очень гордилась тем, что у неё всё-таки получилось устроить свою жизнь. Во всяком случае, вопрос «А где моё место?» был для неё больше неактуален. Вскоре они доехали до нужной остановки.

— Пока, Свет, — сказала Вероника, — увидимся завтра.

— Пока, моя хорошая, — тепло улыбнулась ей Света.

Выйдя на улицу, Вероника зябко поёжилась. Перемена температуры воздуха после тёплого автобуса заставила её покрыться крупными мурашками. Дорога до дома занимала около десяти минут, поэтому опасность сильно замёрзнуть ей не грозила.

Решив взять быстрый темп, она с готовностью направилась в сторону дома. Но довольно скоро замедлила шаг. Её охватило крайне некомфортное ощущение, будто на неё медленно опустилось что-то невидимое, но при этом тяжёлое. Даже дышать стало заметно сложнее. Волосы на затылке мигом встали дыбом.

«На меня кто-то смотрит», — осознала она, нахмурившись.

Это чувство она бы не спутала ни с чем. Она неосознанно сжала кулаки и снова цепко оглядела пространство, готовая среагировать на малейшее движение, и наконец заметила неподвижную тёмную фигуру вдалеке. Расстояние между ними не позволяло определить мужчина это или женщина, не говоря уже о том, чтобы разглядеть лицо или детали одежды.

«Ерунда какая-то. Если я со своим идеальным зрением не вижу его, то как он может видеть меня с такого расстояния?», — воззвала она к своей разумности, и всё же всё в ней кричало о том, что этот тяжелый взгляд принадлежал именно этой фигуре.

В горле пересохло. Тело словно приросло к одному месту и отказывалось двигаться. Она чувствовала себя максимально некомфортно от возникшей ситуации. Как обычно, её страх автоматически перешел в гнев.

— Эй, чего уставился? — громко крикнула она, и тут же почувствовала себя глупо. С такого расстояния её никто не смог бы расслышать.

Вполне ожидаемо никакого ответа она не получила. Фигура всё так же стояла неподвижно, не делая никаких попыток подойти. И всё же, давящее ощущение этого взгляда стало словно еще тяжелее.

Вероника неуверенно сделала шаг вперед, не отрывая взгляда с темного пятна вдалеке. Затем второй. Через десять минут она уже была дома. Её руки слегка дрожали, когда она искала ключи. Ключ вставился со второй попытки, и девушка поспешно открыла дверь, чувствуя облегчение от того, что теперь она уже дома и мнимая или реальная опасность в любом случае миновала.

Глубоко вздохнув, она зашла в дом и тут же встретилась лицом к лицу с Андреем. Это удивило её, так как обычно он не особо реагировал на её приход. Девушка почувствовала, как в горле что-то начало прыгать от радости при мысли, что он соскучился и решил встретить её. Она взглянула на его лицо, и её радость пугливо обкакалась и стремительно убежала в неизвестном направлении. Лицо Андрея отчётливо говорило о том, что у неё проблемы.

«Только скалки не хватает, и будет выглядеть совсем как сварливая жена», — с тоской подумала она.

В его руке была ложка, но Андрей не дал ей особо много времени, чтобы пофантазировать о её предназначении, а прямо с порога поделился кусочком своего «солнечного» настроения:

— Это ты положила ложку в сахарницу? Я полез к сахарнице и просыпал весь сахар, потому что не заметил её! — он разошёлся не на шутку.

Вероника тоскливо перевела взгляд на ложку в его руке. Должно быть, это и была виновница этого скандала.

— Тебе тоже добрый вечер, — устало ответила она, прощаясь с мыслью о приятном спокойном вечере.

— Я не шучу, — Андрей чуть ли не кричал, — весь сахар теперь на полу.

— Я надеюсь, ты его убрал? — с досадой закатив глаза, спросила Вероника.

— Нет, я оставил это удовольствие тебе. Это из-за тебя случилось. Думать надо, где ты оставляешь вещи, и вообще, этот бардак мне надоел.

— И как же ты весь день прожил с сахаром на полу, бедненький? А вообще, мне нравится твоя логика. Ты что-то просыпаешь, а виновата я, а не то, что ты не удосужился просто посмотреть, что ты берёшь! Должно быть, тебе очень удобно так жить.

— А пыль? Почему везде пыль? — не унимался Андрей.

— Я бываю дома меньше тебя! Взял бы и протёр, а то как бытовой инвалид, — огрызнулась она.

— Я что, похож на женщину?

— А я подписывала с тобой договор, по которому я тебе и мойка, и кухарка бессрочно и без выплаты заработной платы? Предлагаю тебе составить для меня список, что я там тебе должна, а я составлю свой. Думаю, так мы сможем поговорить более предметно о наших ожиданиях.

— Отлично. Тогда слушай первое пожелание в моём списке! Прекрати оставлять предметы не на своих местах, не забывай закрывать все двери плотно. Опять дверь в комнату осталась приоткрытой.

— Отлично. А моё пожелание будет звучать куда более реалистично: смотри, куда ты идёшь и что ты видишь перед собой. Это удивительным образом помогает не опрокидывать предметы. Просто начни, и тебе понравится.

— С тобой невозможно разговаривать! — сквозь зубы процедил Андрей и ушёл в спальню, громко хлопнув дверью.

Вероника медленно закрыла глаза. Что-то липкое и холодное сдавило ей грудь и быстро распространялось по телу, забирая возможность двигаться и ясно думать. Подобные диалоги стали повторяться с завидной частотой в последнее время. Когда-то добрый и заботливый, в последнее время Андрей начал срываться на неё по каждой мелочи. То она дверь не закрыла в какой-то комнате, то она оставила где-то что-то. О том, что она готовит невкусно, можно было вообще не упоминать.

Раньше подобные ситуации расстраивали её, а сейчас на том месте, где раньше были грусть и боль, осталась только усталость с налётом чего-то горького, но давно забытого. Как бы цинично это ни прозвучало, но ссоры с Андреем стали частью её стабильности.

«Может, попросить у него прощения за то, что мои вещи не всегда на своих местах? Андрей тоже работает весь день. Конечно, он тоже устаёт, поэтому ему хотелось бы возвращаться туда, где комфортно, а я действительно довольно рассеянная и постоянно забываю свои вещи», — отрешённо подумала она.

Она и сама понимала, что было бы лучше следить за чистотой и порядком, но у неё не всегда получалось. Девушка напомнила себе, что ругаются все и у всех отношений случается кризис. А если оба работают и оба устают, то кризис неизбежен. Это в порядке вещей. Но, несмотря на то что её доводы звучали разумно, она не могла отделаться от мысли, что что-то в их отношениях с Андреем сломалось и, возможно, пути назад больше нет.

С этими невесёлыми мыслями она прошла на кухню. Сахар действительно был весь рассыпан на полу. Взяв половую тряпку, она аккуратно всё убрала. Тут больше криков было, чем работы. Приняв вечерний душ, она повалилась на диван и уснула, даже не успев снять халат.