Дай мне согреться

Ситуация с деньгами вызвало новую волну раздражения, воспалив ее и без того неспокойный после вчерашней ссоры разум. Она не могла бы объяснить, на что злилась больше: на то, что ей приходилось экономить каждую копейку из-за сильно уменьшившихся доходов, из-за ссоры с Андреем, или из-за того, что безответственно отнеслась к своему питанию, не приготовив что-нибудь накануне. Проанализировав свои чувства, она поняла, что больше всего склоняется к последнему варианту.

Выйдя на улицу, девушка поежилась от холода. Со вчерашнего дня теплее не стало, и это было еще одним пунктом, который напрочь вылетел из ее сознания. Несколько мгновений она в нерешительности стояла, решая, стоит ли вернуться за теплой одеждой, но часы показали, что она если она не пойдет прямо сейчас, то безвозвратно опоздает. Сверившись со своей внутренней системой приоритетов, она устало вздохнула и поспешила на работу. На глазах моментально появились слезы от сильного холодного ветра, и мир стал казаться немного размытым. Она обхватила себя руками в тщетной попытке согреться, а также старалась не поднимать взгляд, чтобы защитить глаза от пронизывающего ветра. Через какое-то время довольно интенсивного движения она действительно начала потихоньку согреваться. Погода больше не казалась некомфортной. Скорее наоборот, свежий ветер бодрил. Настроение понемногу улучшилось, но, к сожалению, ненадолго.

В какой-то момент словно холодные потоки без проса вторглись в ее тонкое восприятие, проникая в ее тело и ее сердце, от чего хотелось закрыться, убежать, спрятаться, защититься.

"Почему у меня всё время ощущение будто кто-то прям пялится мне в спину?" подумала она, не понимая это в ней взыграла паранойя или интуиция. Девушка опасливо осмотрелась вокруг. Слезы от холодного ветра мешали уловить полную картину, и все же она была уверена, что сейчас на улице она была одна. Удары испуганного сердца стали как будто в несколько раз громче и сильнее, мешая ей дышать и туманя сознание.

Вероника растерянно оглянулась, надеясь увидеть хоть кого-нибудь на улице, к кому можно бы было обратиться за помощью если на нее нападут, и почти столкнулась нос к носу со светловолосым мужчиной лет 30.

- Я вас не задела? – спросила Вероника.

Мужчина не ответил. Вместо он сурово посмотрел на нее. Ей почему-то показалось, что он что-то от нее ждет, и это порядком озадачило ее. Она вроде бы извинилась. Что еще надо-то?

- Что-то не так? – еще спросила она, разглядывая незнакомца.

Голос против ее воли почему-то стал хриплым. Незнакомец так и не ответил. Вероника была бы очень благодарна, если бы он прекратил пялиться на нее. Помимо нее наверняка можно было найти кучу всего интересного. «Наверно, ряженый какой-то. Слава Богу, хоть не буйный» подумала она.

- Ну, я пойду. Вы... извините, если что, - промямлила она, отходя от странного типа. Не смотря на поведение, он не то чтобы пугал ее. Особой угрозы она не чувствовала от него. Больше смущал. И от этого смущения очень хотелось убежать как можно скорее. Мужчина не проявил никаких намерений последовать за ней, и это немного успокоило ее.

Уже отойдя к остановке она не сдержалась, и кинула последний взгляд на странного мужчину. Он остался стоять на том же месте, но при этом не прекращал буравить ее взглядом...

***

- Слава Богу, ты здесь! – вместо приветствия прямо с порога сказала ей Света – наша Нинка тебя потеряла. Все нервные.

Вероника внимательно посмотрела на недовольное лицо своей подруги. Странно было видеть Свету такой. Ни ответа, ни привета, как-то сразу к делу. «Должно быть, Нина уже успела прижать Свету к стенке тяжестью морального долга» подумала она. Само сообщение не сильно напугало её. За время работы она уже привыкла к постоянному стрессу и работе в режиме многозадачности. Сегодня она даже испытала облегчение от того, что останется совсем мало времени на то, чтобы подумать о своих тревогах.

Но облегчение быстро ушло, как только она увидела огромную стопку папок для проверки. Их ждал еще один день в компании калькулятора.

Она уныло взяла свою стопку и приступила к работе. Настроение было отвратительным, и хотелось как можно быстрее покончить с неприятной работой. Мельком она заметила, что цветы остались на прежнем месте. Значит, Нина их не забирала.

"Может, она не в курсе? Надо бы рассказать" устало подумала девушка, но мысль тут же была вытеснена рабочими вопросами.

Дверь открылась и в кабинет заглянула госпожа директор. Увидев, что работа идет полным ходом, и Вероника наконец-то на рабочем месте, она удовлетворенно кивнула и сказала:

- Девочки, рассчитываю на вашу ответственность.

Вероника ничего не ответила. Она тоже бы предпочла рассчитывать на чью-нибудь ответственность, а не напрягать свою шею, выискивая эфемерную ошибку. Нина Константиновна закрыла дверь. Света какое-то время разглядывала её, а потом спросила:

- Что с тобой сегодня?

Вероника подняла на нее взгляд. Света выглядела какой-то усталой.

- Не выспалась, – угрюмо сказала девушка, убрав рыжеватую прядь за ухо, чтобы не мешала.

- Бывает, – откликнулась Света. Ее голос звучал как-то отрешенно.

Вероника удивилась тому, как выглядела и звучала она сегодня. В ней будто что-то потухло. А ведь еще вчера Света буквально бурлила жизнью, и даже когда они возвращались домой после тяжелого дня...

...- Ты слушаешь? – выдернул из ее мыслей раздраженный голос Светы.

- А? – откликнулась Вероника.

- Где ты витаешь? Тут что-то непонятное с актом. Данные отличаются от данных в системе, – нетерпеливо пояснила Света.

Вероника рассеянно посмотрела на бумаги перед Светой. В груди зарождалась надежда, что ошибка вот-вот найдется.

- Ааа... Нет, здесь все в порядке. Эта кампания была запущена уже после нашей. Она отражается в документе, но для нас она уже не имеет значения. Видишь номер? А наша заканчивается на 8612.

Света начала с силой забивать номер в их систему учета, чтобы проверить информацию от Вероники. Было ощущение, будто она ставила перед собой задачу сломать клавиатуру.

«Да что с ней такое?» в шоке подумала Вероника. Кажется, сложный вечер сложился е только у нее одной. У нее промелькнуло желание спросить у Светы, в чем причина ее настроения, но в последний момент решила не делать этого.

Так они проработали несколько часов.

Во второй половине дня Светино состояние заметно смягчилось. В ее движениях не было былой резкости. Она отложила свою папку и размяла шею.

- Какая нудная у нас сейчас работа, – сказала она зевая.

- И не говори, – устало согласилась Вероника, – у тебя все сошлось?

- Ага, – все также зевая ответила Света, – а у тебя?

- И у меня, – обреченно сказала Вероника, – давай на перерыв, что ли?

- Ага, самое время.

Их время обеда уже давно прошло, но они на это не обратили внимания. В компании было свое расписание перерывов, но также было негласное правило не уходить на перерыв пока не будет логически завершена какая-то часть работы. Поэтому, как правило, они уходили на перерыв позже. Когда-то в компании работала девочка Настя, которую такой порядок вещей сильно задевал, и она, тыкая пальчиком в Трудовой кодекс, подходила ко всем и каждому и агитировала бороться за свои права, но особого отклика на свои усилия она так и не получила. Никто просто не понимал, с кем им бороться. С Ниной, требуя у нее свое законное время обеда? Так она и не запрещала никак уходить на обед вовремя. Да и само слово «бороться» было каким-то чужим. Зачем бороться, если можно договариваться? Настя надолго не задержалась, а ее усилия привели к совершенно обратному эффекту, утвердив еще больше негласный порядок отдыха.

Вероника осталась в кабинете, пока Света убежала на обед . Желудок напомнил о себе утробным урчанием, и девушка вспомнила про два яйца, которые успела закинуть сегодня. Она открыла сумку, но тут же сморщилась от отвращения. Яйца были раздавлены всмятку. Должно быть, она была не очень осторожной когда спешила на работу сегодня. «Что за невезение. И правда беда не приходит одна» подумала девушка. Она двумя пальцами вытащила раздавленные яйца из сумки, порадовавшись тому, что догадалась взять двойной пакетик. По хорошему надо было положить яйца в контейнер, но она не рассчитывала, что пакетика может оказаться недостаточно. Теперь ей оставалось только наблюдать за тем, как единственная возможность выстроить какие-то отношения со своим желудком покоилась на дне мусорного ведра.

Девушка с пустым выражением лица смотрела на ведро, перебирая свои варианты. Покупать еду в кафе сейчас она точно не сможет. Просить у Светы – не вариант. Света вернется в концу обеда и, разумеется, без еды. Сообщения во время обеда она никогда не читает. Вероника устало вздохнула. Конечно, она раньше тоже бывало голодала, но по столь глупой причине она голодала все-таки впервые.

«Сама виновата. Надо было подумать об этом с вечера» подумала девушка, с тоской готовясь к тому, что остаток дня станет раза в два тяжелее.

Через 20 минут вернулась Света с сырниками с клубничным джемом.

Вероника почувствовала облегчение. Легкая Светина энергия часто помогала ей забыть ее проблемы. Сейчас ей это было очень нужно.

- Ты же знаешь, что много сладкого – вредно для здоровья? – осторожно спросила Вероника.

- Жизнь – вообще вредная штука. И конец у нее одинаковый как для тех, кто питался правильной пищей, так и для тех, кто питался вредной пищей. А если не видно разницы, то какой смысл отказывать себе в том, что ты любишь? – лениво ответила Света, явно не заметив слабую дрожь в голосе подруги.

- Знаешь, Свет, мне кажется, что смысл все-таки есть. Немного по разному живут те, кто питается правильной пищей и те, кто объедается сладким, – попыталась убедить подругу Вероника, чувствуя как обычная перепалка со Светой успокаивает ее.

- Я живу счастливой жизнью потому что не запрещаю себе то, что мне нравится. А какой жизнью живешь ты, любительница правильного питания? Кстати, где твоя правильная еда?

- Я уже поела, – соврала Вероника.

Света с большой жадностью набросилась на свои сырники. Клубничный джем обильно капал на тарелку. Вероника в который раз задавала себе вопрос «как можно все время есть только сладкое?». Как бы ты не любил что-то, иногда ведь хочется что-то еще. Она рассеянно поправила выбившуюся рыжеватую прядь. Ответ на ее вопрос определенно был вне сферы ее понимания. «Света – это и есть самое большое паранормальное в моей жизни» с улыбкой подумала она, а затем добавила... «И слава Богу».. Она отчаянно надеялась, чтобы живот не начал булькать прямо сейчас, но тот вел себя смирно.

- Шушай, – сказала Светка с набитым ртом, – а ти вриш в шиинь поси селти?

- Что? – рассеянно переспросила Вероника, все еще пребывающая в своих мыслях.

Света сделала титаническое усилие, чтобы проглотить все содержимое своего рта и повторила:

- А ты веришь в жизнь после смерти?

Вероника подозрительно уставилась на нее. Ей совершенно не понравился этот вопрос. Почему Света продолжает спрашивать про всякие потусторонние вещи?

- Ты боишься, что после смерти черти будут заставлять тебя есть зеленые овощи? – приподняв одну бровь, спросила она.

- Да нет, я серьезно спрашиваю. Интересно, что там за гранью.

- Ну и мыслишки у тебя, Свет. Мне 23, тебе 25. Не рановато ли ты думаешь о смерти? – вопрос одновременно удивлял и смущал.

- О смерти никогда не рано думать, дочь моя, – назидательно ответила Света, подняв указательный палец, что напомнило Веронике умного кролика из Винни Пуха, – memento mori.

- Кого морить? – не поняла Вероника.

- Это латынь. «Помни о смерти» переводится, двоечница, - с удовольствием пояснила Света.

- Оооо, научи меня жизни, великий сенсей. Хочу прикоснуться к твоей великой мудрости, – многозначительно ответила Вероника, краем сознания понимая, что это, скорее всего, единственная фраза по латыни, которую знала эта «отличница».

- Правильно мыслишь. Ты уже на пути к духовному прозрению... А если серьезно, что ты думаешь о том, что ждет нас после смерти?

Повисла небольшая пауза, и Вероника заметила, что Света даже перестала жевать в ожидании ответа. Ей одновременно польстило и встревожило такое внимание к её мнению в этой теме.

- Знаешь, чтобы я там ни думала, это не даст тебе никакого ответа на твой вопрос, потому что я не могу знать. И никто не может. А те, кто знают, уже ничего не скажут. Не вижу смысла задаваться этим вопросом – решила уклониться от ответа Вероника.

- Я понимаю это, и все же мне интересно твое мнение, – настояла на своем Света.

- Я христианка. Христиане верят в бессмертную душу, - осторожно ответила Вероника. Такой ответ казался ей самой максимально нейтральным, не способным вызвать интерес. Ей хотелось быстрее закрыть эту тему. Разговор со Светой начал ее напрягать.

- Ну, а что случается с бессмертной душой после смерти? – не унималась Света.

- Кто был хороший, тот отправляется в рай, а плохой - в ад. Еще есть чистилище...

- И ты веришь в это?

- Если честно, я не знаю, – ответила смущенная Вероника, – я мало думала об этом, мне бы про жизнь узнать, а не о смерти думать.

- А я думала, – глядя вдаль, сказала Света – мне кажется, что никто не умирает по-настоящему. Мы просто преобразуемся в нечто иное. Понимаешь?

- Нет. Мертвые мертвы. И так и должно быть, - хмуро ответила Вероника, борясь с внезапно нахлынувшей раздражительностью.

Света уловила настроение подруги, и решила не продолжать эту тему. На этом их разговор плавно затух.

Вероника задумчиво смотрела вдаль. Ее серые глаза как-будто заволокло дымкой, что придавало ее деликатным чертам лица какой-то кукольный вид. Можно было бы подумать, что она обдумывала Светины слова, но на самом деле она вспоминала сегодняшнее утро. Что-то было жуткое в этом странном ощущении будто ей сверлили затылок взглядом. Что-то до ужаса негармоничное и неправильное. Что-то ледяное, мощное...разрушающее... Это не оставляло девушку в покое.

"Надо взять выходной себе и отдохнуть нормально, и тогда перестанет казаться всякая дрянь..." успокоила себя она, но её мысли уже нашли новую цель.

Этот странный мужчина... Что ему было надо? Девушке не требовалось много времени, чтобы понять – она никогда не видела его раньше. Она не любила людей и очень ревностно относилась к тому, с кем знакомится. Всех ее знакомых можно было пересчитать по пальцам. Она не могла просто забыть. И все же, он на нее пялился так, словно узнавал... А она... Она... Она вспомнила то странное смущение. Тот мужчина не был ни красивым, ни интересным, ни знакомым, и вообще никак не выделялся среди толпы. И все же, что-то внутри нее как будто завибрировало от пытливого взгляда голубых глаз.

"Это не смущение. Мне просто было неприятно повышенное внимание, и все" решила она. Мысли становились туманными. Голод определенно не способствовал ясной голове... Они постоянно прыгали с одной темы на другой, все больше и больше путаясь, пока не переместились на Свету. Жизнь после смерти... Почему Свету могли заинтересовать такие мысли? Она с любопытством посмотрела на подругу, которая выглядела совершенно обычно. Ровно такой, какой она ее запомнила за 2,5 года их дружбы. Вероника решила, что совершенно необязательно, что эти вопросы что-то значат. В конце концов, в некоторых случаях вера в волшебство – это показатель детской наивности, пережиток того времени, когда ты проживаешь видение мира как нечто, что случается с тобой, а не как нечто, на что ты напрямую влияешь своими поступками. Обычно вера в волшебство уходит когда человек сполна знакомится с таким понятием как «ответственность за свою жизнь». И туда ей и дорога.

Девушек отвлек стук в дверь.

- Эй, красотки, как насчет компании в лице неподражаемого меня? – послышался преувеличенно бодрый голос Паши.

Вероника поспешно отвернулась, чтобы он не смог увидеть выражение неудовольствия на ее лице. Им еще столько всего делать. Его неподражаемая компания будет их очень отвлекать. И почему он не понимает намеки? Почему он не погуляет с Катей? Это же очевидно, что она очень ждет.

- Мы только рады, – ответила за них обеих Света.

- Вообще-то, у нас работа. Паш, как насчет того, чтобы пообщаться как-нибудь в другой раз? – стараясь держать голос как можно ровнее, спросила Вероника.

- А если я скажу, что у меня для вас сюрприз? Думаю, тебе понравится. Ты же вроде как забыла свой обед.

С этими словами он втащил в кабинет огромную ароматную пиццу. От чудесного запаха у девушки начала моментально выделяться слюна. Все мысли покинули ее голову кроме одной о том, что она просто зверски голодна.

Но откуда он мог узнать, что она забыла свой обед? Даже Света не знала об этом. Девушке было неприятно от мысли, что Паша мог следить за ней и видеть, как она выбросила два яйца, которые принесла с утра.

- Откуда ты знаешь про обед? - подозрительно спросила она.

Паша выглядел совершенно растерянным.

- Так ты же сама мне написала сегодня.

- В смысле написала? Зачем мне писать тебе? У меня и номера то твоего нет.

Паша выглядел искренне растерянным.

- Я подумал, что ты взяла его у Светы...Сейчас...

Парень начал судорожно рыться в телефоне. Пицца при этом опасно пошатнулась. Света тут же поймала ее, и, приняв деловой вид, обратилась в друзьям:

- Так, ребят, давайте вы выясните ваши отношения чуть позже. Вероника, скажи прямо. Ты пиццу будешь?

Вероника в нерешительности застыла. Она понимала, что надо бы отказаться. Но эта пицца оказалась настолько к месту, что у нее не хватало на отказ моральных сил. Уловив ее нерешительность, Света взяла коробку и внесла в кабинет:

- Ребят, располагайтесь. Я поставлю чай. Паш, ты просто чудо, что купил нам ее. Теперь мы можем мило посидеть и пообщаться.

- Что за пицца-то хоть? – сдалась Вероника.

- Это пицца «Три сыра». Моя любимая. Надеюсь, вы оцените, – начал тараторить Паша, явно переживая, что Вероника передумает принимать его помощь.

- Паша, ты просто волшебник. Присаживайся к нам – с удовольствием сказала Света, которую явно не мучили никакие внутренние сомнения.

На секунду Вероника представила лицо Нины, если бы она увидела их сейчас в кабинете с горячей пиццей, но потрясающий аромат смел последние сомнения.

- Только давайте не здесь, - нерешительно сказала она.

- В кафе со своей едой нельзя... - нахмурилась Света.

- Ну так мы купим и их еду. Делов то - пожал плечами Паша.

- Но мы же уже поели, - вставила свой последний аргумент Света.

- Разом больше, разом меньше, - пожал плечами Паша.

Света завистливо посмотрела на коллегу. Как и Вероника, Павел обладал просто поразительным метаболизмом, способным справляться с непомерными нагрузками переваривания пищи, при этом оставляя своего владельца где-то в диапазоне между страшным дистрофиком и просто тощим.

Возражений не последовало, и ребята начали неловко продвигаться в сторону кафе. Вероника понимала, что и кафе было не лучшим вариантом, так как денег у нее не было, и ее запросто могли выгнать оттуда. Но все же этот вариант был куда более приемлемым, чем попасть под горячую руку Нины. Когда нужно, у этой женщины бывал просто огненный темперамент, и все прекрасно знали, как она относится к тому, что офисные столы использовались не по назначению.

- Ты где заказал такую? – спросила девушка Пашу, просто чтобы занять неловкую паузу, пока они искали свободный столик

- Тут есть небольшая пиццерия неподалеку. Называется «Катерина». Курьеры доставляют пиццу в течение всего 10 минут. Очень удобно, – с готовностью пояснил Паша, сияя своими карими глазами в сторону Вероники.

Вероника оценила иронию. Сейчас из-за пиццерии «Катерина» будет грустить уже живая Катерина, которую в упор не замечает их любитель пиццы. Девушка начала более внимательным взглядом разглядывать его, и с удивлением отметила, что он чем-то очень похож на Андрея. У него тоже были карие глаза с теплым взглядом, который ей когда-то так полюбился в Андрее, и волосы были похожего оттенка. Хотя Андрей, наверно, все-таки чуть потемнее, но вот разница в телосложении была очень большая. Андрей был крепкий и мускулистый, а Паша худой, если не сказать тощий. И еще он носил очки, как всякий уважающий себя айтишник. Ну, в смысле вебдизайнер. Его движения были быстрыми и точными, а взгляд очень внимательным. Сейчас, рассматривая Пашу, Вероника не могла в точности понять, что именно Катя в нем нашла. Парень как парень. Да, симпатичный. Да, умный. Да, жизнерадостный. Но при всем при этом какой-то нецепляющий. Она забывала о нем в ту же секунду, как он прекращал говорить.

Наконец-то нужный столик был найден, и друзья разместились там, стараясь не привлекать лишнего внимания.

- Чем ты занимаешься сейчас? – спросила Пашу Света, завязывая разговор.

Паша внимательно ее оглядел, задержав взгляд на ее зоне декольте. Сегодня наряд Светы был особенно откровеннен.

- Заказов вообще ноль. Нинка попросила меня создать дизайн для портфолио, чем я сейчас и занимаюсь в свое удовольствие. Замечали, что хобби от работы отличает только наличие дедлайна? Если у тебя есть все необходимое тебе время, и тебе не надо никуда торопиться, то твоя работа начинает открываться для тебя с очень приятной стороны.

Хвастаться свободным днем, когда они шеи свои не разгибают, было очень необдуманно с его стороны. Вероника с опаской посмотрела на Свету, помня ее вчерашнее выступление по поводу работы, на которую они не подписывались. Но Света вела себя на удивление смирно.

- Круто. Покажешь образцы? – спросила она Пашу.

- Да без проблем. Только они еще сырые. Думаю, только завтра закончу, – с удовольствием пояснил Паша.

- А мы с Вероникой тут посажены на цепь директором-тираном, – весело смеясь, сказала Света.

Паша тоже засмеялся, и в уголках его глаз появились симпатичные мелкие морщинки. Он явно не осознавал, что Света почти не шутит. Вероника покраснела от смущения. Ей было неловко, что они вели такие разговоры за спиной у Нины. Она взяла самый большой кусок пиццы, чтобы иметь официальное разрешение ничего не говорить, и не казаться грубой. Пицца на вкус оказалась еще лучше, чем на запах. Вероника уже давно не ела чего-то настолько вкусного. Желудок одобрительно заурчал.

Света продолжала непринужденно беседовать с Пашей, и у Вероники возникла мысль, что они очень хорошо ладят. Пожалуй, даже слишком хорошо для людей, которые время от времени пересекаются на работе. Возможно ли такое, чтобы они были друзьями или знакомыми вне их компании? В конце концов Паша только что сказал, что у Светы можно найти его номер. Вероника ненадолго задумалась о том, а что вообще она знала о своих друзьях. Она дружила со Светой с самого начала своей работы в "Процветании", да и Паша все время был здесь, но при этом она знала о них только общеизвестную информацию. Девушка никогда не стремилась узнать о своих друзьях все поднаготную, руководствуясь правилом, что если она не будет сувать свой нос в чужие дела, то и другие будут относиться к ней так же. В общем-то, это действительно хорошо работало.

- Вероника?

Вероника подняла глаза, и увидела, что Паша вопросительно смотрит на нее, ожидая ответа.

- Прости, я не услышала вопрос. О чем ты спрашивал?

- Спросил, что все ли с тобой в порядке. Ты выглядишь очень потерянной – охотно пояснил Паша.

Она так и не успела ничего ответить, так как в этот момент над ними горой нафисла буфетчица.

- И кого я тут вижу? Что-то не помню, чтобы эта пицца входила в наше меню. У меня тут, кстати очередь из клиентов, которым не хватает столиков. Прошу по-хорошему...

Почувствовав опасные вибрации, Паша тут же встал, и перебил начинающую закипать женщину:

- Мы как раз собирались сделать заказ. Свет, Ника, идете?

- Я сегодня пас, - сжалась под грозным видом буфетчицы Вероника.

- Я куплю себе кофеек, - жизнерадостно откликнулась Света.

Почувствовав, что основная часть заказа снова легла на его кошелек, Паша обреченно вздохнул. На мгновение Веронике даже стало жаль его. Если бы они остались в кабинете, пареньку бы не пришлось сталкиваться с такими проблемами, но нервировать Нину было себе дороже.

- Я уже иду, - доложил мужчина, глядя в недоверчивые глаза буфетчицы.

- Ник, тогда подождешь нас здесь? - мягко спросила Света, кинув взгляд на притихшую девушку.

- Конечно.

Вероника отвернулась к окну, чтобы скрыть стыд за свое финансовое состояние. Вроде бы друзья работали в одной компании, но при этом только у нее было ощущение, что они проходят через кризис. Ее всегда удивляло то, как некоторые люди умудряются делать накопления даже при минимальных зарплатах, в то время как другие умудрялись едва сводить концы с концами, даже получая приличную сумму в месяц. В такие моменты у нее было явное ощущение, что в ней есть какой-то дефект. Стараясь отвлечься от невеселых мыслей, девушка взяла огромный кусок пиццы.