- -
- 100%
- +
В течение жизни человек меняется. Ваши интересы, взгляды, мнения, восприятие самого себя сегодня и несколько месяцев назад – разные. Чем больше временной разрыв, тем это заметнее. Трансформация неизбежна, но, как правило, постепенна. А бывают события, которые делят жизнь на ДО и ПОСЛЕ. Из которых выходите вроде бы вы… но как бы уже и совсем не вы. Однажды такое случилось и со мной. Я благодарна за этот опыт Богу, Вселенной, судьбе, высшему разуму и всем прочим инстанциям, на которые люди обычно уповают, мечтая о чем-то.
Итак, это был октябрь две тысячи четвертого…
Глава 1, в которой все явное становится тайным и покрывается мраком
Автобус въехал в большие серые ворота, остановился и открыл двери. Волна подростков от десяти до шестнадцати хлынула на улицу.
Ура! Свежий воздух! Четыре часа в духотище – так себе досуг, но оно того стоило. Я огляделась по сторонам и не смогла сдержать улыбку. Даже трепет какой-то приятный внутри ощущался. «Изумрудный»… Как я по тебе скучала! В прошлый раз, когда я приехала сюда впервые, я еще не знала, что меня ждет. Но теперь все было иначе: предвкушение предстоящих трех недель, наполненных интересностями, буквально распирало изнутри.
Жизнь в «Изумрудном» бурлила круглый год: приезжая сюда, ребята не прерывали учебного процесса. Утром – школа, днем и вечером – кружки, секции и масса развлечений.
Я понятия не имела, что именно будет происходить в эту смену, но не сомневалась – будет здорово. Единственное, о чем я переживала, – сумею ли найти друзей. У меня всегда были с этим сложности. В школе я не отличалась популярностью. Да что там говорить, серая мышка – была самая подходящая для меня характеристика. При этом желание проявить себя кипело у меня внутри. Я старалась. В прошлом году, например, вступила в школьный актив. Никакого отбора не было: приходи – участвуй. Но и там я была все время где-то сбоку. С краю. Не при делах.
Ребята постоянно собирались вместе, о чем-то болтали, шутили, строили планы, ссорились и мирились. Я же приходила в кабинет актива и боялась открыть рот. Вставляла иногда какие-то реплики, но тут же начинала краснеть и заикаться, предполагая, что сморозила глупость. К сожалению или к счастью, но этих реплик, как правило, никто не замечал. При этом я продолжала идти к цели: принимала участие в концертах и других школьных мероприятиях. Всегда просила дать мне роль. Старалась помочь, взять на себя побольше задач. Гордилась, если удавалось быть полезной. Жутко боялась подвести ребят или вожатую. Была исполнительной, услужливой и готовой к работе. Это помогло мне немного влиться в коллектив, но я так и не смогла стать для ребят из актива своей.
Собственно, именно от школьного актива мне и досталась в прошлый раз путевка в «Изумрудный». За заслуги перед школой, если можно так сказать. Нас отправили вдвоем: меня и Гришу. Он был душой компании. Веселый, классный, в меру правильный и неправильный тоже в меру. Я же наблюдала со стороны: была вроде как со всеми, но не так, как мне бы хотелось. И всё равно эта поездка была очень крутой и запомнилась мне надолго. Наверное, за неимением лучшего.
Не прошло и минуты с момента нашего прибытия, как из административного здания стройным шагом вышли вожатые и направились к нам. Нас ожидало распределение по отрядам, потом медкомиссия, и только потом мы могли разойтись по корпусам.
Приветливая женщина в сером пальто вышла вперед и осмотрела толпу.
– Это у нас… Нижний Новгород, – она заглянула в свои записи и стала листать их в поисках нужного списка. – Я буду называть вас по очереди и говорить номер отряда, а вы проходите к своим вожатым, договорились?
Десятки голов согласно закивали.
Сначала шли малыши, потом ребята постарше, и наконец я услышала:
– Смирнова Дарья, тринадцатого декабря девяностого года рождения.
– Это я. – Мой голос прозвучал бодро.
А отчего мне было не радоваться? Впереди меня ждал двадцать один день в самом потрясном лагере области. Нет! В самом потрясном лагере на свете! Все было просто чудесно, и ничего не предвещало беды. Ничего, кроме одной маленькой детали…
Звали меня не Дарья. И фамилия моя была не Смирнова. Однако именно эти позывные были официально правдивыми на ближайшие три недели.
Год рождения, кстати, совпадал с реальным. Не дата, только год. Мне недавно исполнилось четырнадцать, и у меня уже имелся паспорт. Сейчас он был надежно спрятан между первым и вторым дном моей спортивной сумки, чтобы никто не смог увидеть фото и уличить меня в обмане. Если верить липовым документам, которые я крепко сжимала в руке, мне все еще было тринадцать. А в свидетельстве о рождении, как известно, фото нет…
* * *– Кать, ты идешь?
Я злобно зыркнула на Машу. Да, в этот раз я тоже приехала не одна. Маша была моей одноклассницей. Это в реальности. А по легенде – еще и моей двоюродной сестрой – сочинять так сочинять! Придумывать родство ближе было бы просто странно. Единственное, что нас объединяло, – это невысокий рост. На этом всё. Маша – розовощекая, голубоглазая, с длиннющей русой косой из абсолютно прямых волос. С формами. Такая вот прямо – как сказали бы любвеобильные представители ближнего зарубежья – пЭрсик! Я – ну… мягко говоря, не этот фрукт. Хрупкая, стройная, с серо-зелеными глазами и размером ноги, как у Золушки. Как выражался один мой знакомый, компактная, и со «взрывом на макаронной фабрике» вместо прически.
– Ну что ты на меня таращишься? Никто же не слышит!
– А вот мало ли.
– Сама, главное, не забудь. И не представься кому-нибудь Катей случайно.
Этого-то я и боялась.
– Иначе пойдут все твои махинации лесом. Зря, получается, старалась.
Да, кстати, про махинации. Причины их были весьма прозаичны. В лагерь должна была поехать та самая Даша Смирнова – совершенно незнакомая мне девочка, дочка маминой коллеги. Но у нее что-то там не получилось. И, да, можно было сдать билет, дарованный ей районной администрацией. Нашли бы какую-нибудь другую активистку. Но точно не меня. Поехать два раза за год, и оба бесплатно, нельзя. А мне очень хотелось. И вот я здесь. Я – Катя Даша с чужими документами в кармане.
– На медосмотр как на праздник надо идти, а не как на казнь, – подшутила надо мной Маша. – Или у тебя татуировка с именем на заднице, а я не знаю?
Мне было не смешно. Я плелась, еле переставляя ноги и шаркая ими по асфальту, как старая бабка.
– Тебе легко говорить. Ты все еще Маша.
– Не дрейфь! Уверена, будет весело!
– Да уж… – вздохнула я.
– Ну, ни пуха! – сказала Маша перед входом в медкабинет.
Вместо ответа я кивнула ей с максимально серьезным видом и открыла дверь в приключения.
* * *– Дышите.
Я глубоко вдохнула носом и выдохнула через рот, как паровоз. Потом еще раз.
– А сердце-то чего так колотится? Боишься, что ли? Я же вроде не стоматолог, – сказала худощавая пожилая женщина в белом халате, глядя на меня поверх очков.
Я только пожала плечами и глупо захихикала. Сердце у меня и правда стучало, как при пробежке.
– Повернись спиной.
Я еще раз про себя, как мантру, повторила имена и отчества своих лжеродителей, потом свою дату рождения и нашу с Машей выдуманную историю о родстве. Зачем-то и ее тоже.
– Проходите к невропатологу.
Каждый новый врач воспринимался мной как очередной уровень компьютерной игры. Один прошла, сохранилась, и так далее, не забывая, что ошибка будет стоить мне не отката на один level назад, а полной дисквалификации.
Последний, как водится, самый сложный: психиатр. Мастер вывода на чистую воду и профессиональный срыватель масок.
– Здравствуйте, – как можно спокойнее сказала я и присела на табурет напротив доктора.
– Здравствуйте…
– Дарья.
– А полностью?
– Смирнова Дарья Владимировна.
Мне казалось, что ширину моих ноздрей во время вдохов можно было разглядеть из космоса – так сильно я боялась разоблачения.
– Откуда приехала?
– Из Нижнего Новгорода.
Я постаралась придать своему голосу бодрости. Вроде как даже получилось.
– Первый раз в «Изумрудном»?
– Да.
Вот тут бы детектор лжи особенно громко запищал. Возможно, даже взорвался бы от перенапряжения.
– А чего ждешь от поездки?
В актерском мастерстве поупражняться приехала, ясно?
– Познакомиться с новыми друзьями, интересно провести время. Ну… повеселиться.
Доктор внимательно на меня посмотрела. В тот момент я, кажется, перестала дышать.
– Ну, иди знакомься, – с улыбкой сказала она и протянула мне документы.
И всё?!
Я пулей вылетела из кабинета. Получилось! Я ощущала такую легкость, будто не медкомиссию прошла, а последнюю контрольную в году на «пять» написала.
– Тут осмотр?
Этот вопрос вернул меня на землю. Какой-то парень кинул спортивную сумку возле меня и уже потянулся к двери, но я его остановила, взявшись за ручку первой.
– Ты бы, что ли, хоть замаскировался тогда. Парик там, юбка. А то твой шпионаж за раздетыми девчонками будет недолгим.
Парень уставился на меня и ничего не сказал. Я усмехнулась.
– Осмотр у мальчиков дальше по коридору.
Я продолжала улыбаться. Смотрела, как мой новый незнакомый взял с пола сумку, смерил меня взглядом и пошел, куда я его послала. Кстати, напоследок он тоже мне улыбнулся.
Прикольный пацан. И походка такая – вразвалочку, вальяжная – ну просто мальчиш-плохиш. Движения свободные и дерзкие, одет в серую олимпийку и джинсы. Надо к нему присмотреться.
Но еще интереснее этого парня было то, как повела себя с ним я. В обычной жизни на его вопрос я бы ответила что-то вроде: «Тут у девочек». И уж точно не позволила бы себе над ним посмеяться. А в этот раз я даже задумываться не стала. Просто сказала то, что думала.
Ну а что? Имею право. Да и ситуация располагает к экспериментам. Ведь на ближайшие двадцать один день я – совсем не я. А какая она, эта Даша? Это только мне решать! Даже если накосячу, недолго разгребать придется. Отличная мне выдалась возможность побыть сценаристом, режиссером и актером в одном лице, грех такую упускать. Ведь с фантазией-то у меня все в порядке, это со смелостью и коммуникабельностью не очень. А кто здесь об этом знает? Только Маша. Ну и ладно. У спектакля ведь должны быть зрители.
Вот и она, кстати. Тоже вышла из кабинета с медкартой в руках.
– Куда дальше?
– Пойду узнаю. Вон там вожатые стоят. Спрошу у них.
Я подошла к паре молодых женщин в одинаковых красных пионерских галстуках.
– Извините, а куда идти после медосмотра? И кому документы сдавать? – я показала стопку бумаг, которую держала в руке.
– Документы своим вожатым отдадите. У вас вот тут отряд указан, – она открыла первую страницу карты и показала, где смотреть. – Когда соберутся все, пойдете в корпус.
– Спасибо. А как найти своего вожатого?
– У вас Наташа. Вон она: высокая блондинка с короткой стрижкой.
– Спасибо, – ответила я и направилась обратно к Маше.
* * *Минут через тридцать хаотично слоняющиеся подростки уже стояли мало-мальски сформированными группами. Кто-то болтал, кто-то грыз семечки, кто-то бесцельно пинал сухие листья по асфальту. Вожатая пошла получать итоговые списки отрядов, а мы были вынуждены ждать ее возле административного корпуса. Неплохая возможность познакомиться.
Как ни странно, визитными карточками ребят здесь были не имена, а населенные пункты. Нижний Новгород, Дзержинск, Лысково, Шахунья, Выкса и еще множество городов и сел, о которых я даже и не знала.
Из Нижнего в нашем отряде было пятеро ребят: четыре девочки, включая нас с Машей, и один парень, Саша Сапожников. Естественно, мы сразу заговорили о том, кто в какой школе учится. Тут же подоспели вопросы из серии: «А ты знаешь Васю Иванова?» Знакомых «Вась» у нас не оказалось, что было мне только на руку.
Я, кстати, очень быстро вошла в роль: привыкла к новому имени и знакомилась направо и налево без малейших зазрений совести. Маша тоже держалась молодцом, подыгрывала на пять с плюсом. Горжусь! Настоящая сообщница.
* * *Как и в любом новом коллективе, здесь были те, чей образ сразу бросался в глаза, и те, кто сливался с общей массой. Интересно, к какой категории относилась я?
Кстати, парень в серой олимпийке из медблока оказался со мной в одном отряде. Круто! Мы точно еще продолжим начатый разговор. Еще была противная девица с неестественно оранжевыми волосами и красными губами. Она все время терлась около вожатых и поддакивала им, стараясь услужить. Подлиза. Я еще даже не знаю, как ее зовут, но уже недолюбливаю.
Было интересно наблюдать, как ребята, которые видят друг друга впервые, начинают делиться на компании. Те, кто похожи, притягиваются друг к другу на уровне интуиции, без презентации.
Вот две девочки. Обе высокие, крупного телосложения, но не полные. Симпатичные. У одной глаза такие большие, напоминают нарисованные, хотя она вроде даже не накрашена. Вторая же как Аленушка из русских сказок. А что в них похожего? Доброта и открытость взгляда. Скромность. Чтобы это понять, не нужны слова. Все читается на уровне позы и жестов. В общем, точно будут подружками.
Чуть поодаль другая «могучая кучка». Этакие загаражные задиры. И, заметьте, это не мальчишки. Три «красотки», иначе не назовешь. Сразу видно, что на понтах. Все три абсолютно разной внешности. Вообще нет сходства, но что-то незримое их объединяет. Короны, нещадно давящие на мозг, наверное. Взгляд нахальный, улыбка кривая, тон развязный, смех нарочито громкий. Местный блатняк, в общем.
Еще одна группа. Сразу видно – отличницы. И суть вовсе не в том, что на одной из них очки. Просто от них так и веет правильностью.
А вот парни собрались прямо очень разношерстные. Может, просто, конечно, скучковаться еще не успели. Но категорий я выделить не смогла.
Выделялся высокий крепкий парень с большими ушами. Тот самый из Нижнего. Такого вообще сложно было не заметить: современный богатырь в спортивном костюме и майке без рукавов. При всем своем сходстве с Валуевым он абсолютно не внушал страха, а напротив, выглядел вполне добродушно и располагал к общению.
Альфа-самец, конечно, был заметен сразу. Точнее, было ясно, что он сам себя таковым считает. И был это, само собой, парень в серой олимпийке. Краем уха услышала, что его зовут Женя Пархоменко. Он стоял недалеко от нас и откровенно клеил девчонок из другого отряда.
– Пошли сегодня гулять после отбоя, – предложил он, опустив руки в карманы.
– Иди. Кто тебе запрещает? – ответила высокая блондинка с пухлыми губками и снисходительно усмехнулась.
Женек заметно сник, но не сдался.
– А вас в какой корпус поселили?
– Да не знаем мы еще! – недовольно отмахнулась кукла Барби номер два. – Алин, пошли. Вон, вожатая уже вышла.
Женьку только и осталось, что проводить их взглядом. На его лице читалось что-то вроде: «Я проиграл сражение, но не войну». Сериал обещает быть интересным!
* * *Нашему отряду достался один из самых дальних корпусов. Дальше только озеро и лес, от которых нас отделял забор с несколькими потайными лазами. Номер отряда нам попался счастливый – тринадцатый. Мой любимый.
Запах свободы и приключений – вот что витало в воздухе. Скучным взрослым и прочим людям без фантазии могло бы показаться, что пахнет соснами, березами и свежей краской, покрывавшей лавочки. Но только не мне. Дух авантюризма просыпался и приятно щекотал мои нервы, не давал покоя, заставлял делать вдохи глубже и раскрывать глаза шире. Даже ветер, доносивший из столовой запах супа, будто намекал, что смена обещает быть удачной. Кайф!
* * *На подходе к корпусу я снова обратила внимание на Женю. Теперь объектом его внимания была какая-то девица из нашего отряда. Далеко пойдет, точно знает, что хочет. Она, кстати, не особо сопротивлялась, в отличие от предыдущей. Это была одна из крутышек. Надеюсь, мы с ней не окажемся в одной комнате. Не люблю таких. Не знаю, о чем с ними говорить. Ну не вдохновляет меня целыми днями обмениваться сплетнями.
Нашей с Машей соседкой оказалась девочка по имени Оля. Невысокая пышная брюнетка с копной волос почти по пояс. На медосмотре и общем сборе я ее не заметила. Одна из тех, кто не привлекает к себе внимания. То ли умышленно, то ли потому, что не умеет, не знаю.
Комната была небольшая. Три кровати вдоль трех стен. Три тумбочки, шкаф, дверь на выход и дверь в ванную. За ней душ и туалет. Вообще на нашем этаже было девять жилых комнат для ребят и одна вожатская. Шесть комнат по три человека и три – по два. Отряд у нас большой, поэтому пришлось занять еще две комнаты на втором этаже. Здорово, что девчонок и парней было почти поровну, но парней все же немножко больше. Так интереснее, что скрывать?
* * *Оля подготовилась к поездке на славу. Я с интересом наблюдала, как она доставала из сумки фен, кипятильник и маленький кассетный магнитофон. Что же будет дальше? Утюг? Швейная машинка? Походный рояль? Да, кстати, она сказала, что хочет попросить родителей привезти ей электрический чайник. Оля жила в ближайшем от лагеря крупном населенном пункте.
Я тоже стала разбирать вещи. Первым делом вытащила из сумки игрушечного Пятачка. Это был персонаж диснеевского мультика, тот, что в полосатом купальнике. Сантиметров пятнадцать в высоту, мягкий. Он попался мне в Happy Meal из Макдака и был чем-то вроде моего талисмана. Я возила ее с собой везде: к бабушке, к подружке, когда уходила с ночевкой, а теперь вот и в лагерь.
Я бережно положила Пятачка под подушку. С ним я чувствовала себя как дома.
* * *Лучшее место для знакомства с новыми людьми – это, конечно… очередь за матрасами. Не как за колбасой в Советском Союзе, конечно, но человек двадцать в коридоре толкалось.
– Кать.
Я напряглась. Застыла на месте.
– Я тут. – Девочка передо мной помахала кому-то рукой.
Фух. А я уж думала, всё, приплыли. Я даже усмехнулась сама себе. А точнее, собственной паранойе. Боковым зрением обратила внимание, что на меня пристально смотрит какой-то парень. Интересный. Не знаю пока, по каким параметрам. Как только я повернула голову в его сторону, он тут же отвел взгляд.
– Даш, твоя очередь. – Девочка по имени Катя щелкнула пальцами перед моим лицом и указала на гору матрасов, подушек и одеял.
Я глубоко вздохнула. Два раза стоять здесь мне совершенно не хотелось, поэтому я решила взять все сразу. Сорокакилограммовая я собиралась разом одолеть матрас, подушку и одеяло. Сначала скрутила матрас, взяла его под одну руку. Затем подушку. А одеяло куда, в зубы, что ли? Покосилась на очередь. Очередь на меня.
Ну уж нет. Это же не гантели. Донесу. Потянулась за одеялом – упала подушка. Смирилась, что не справлюсь. Ничего, зато еще с кем-нибудь познакомлюсь. Взяла подушку и одеяло и пошла в комнату.
Зашла, бросила свою поклажу на кровать и тут же развернулась, чтобы пойти обратно.
– Ой! – вскрикнула я от неожиданности.
Передо мной стоял тот самый интересный парень и держал в руках матрас.
– У тебя упало, – усмехнулся он.
Когда он стоял в коридоре поодаль от меня, я не заметила, насколько он высокий. Теперь мне пришлось задрать голову, чтобы встретиться с ним взглядом.
– Спасибо. Ты, наверное, из-за меня свою очередь пропустил.
– Не, я уже свое забрал.
– А чего тогда стоял?
– Так, просто, – он снова улыбнулся, будто его озарила идея. – А, тебе хотел помочь!
Я поймала себя на мысли, что, когда он улыбается, отвести от него взгляд совершенно невозможно.
Парень положил матрас и ушел.
– А…
Я хотела спросить, может, он и девчонкам тогда матрасы притащит, но не успела. Дверь захлопнулась прямо у меня перед носом.
* * *Пока девчонок не было, я успела заправить постель, пройтись по соседним комнатам, в очередной раз понаблюдать, как рыжая скачет на задних лапках вокруг вожатой и… еще раз наткнуться на того мальчика. Мне почему-то не хотелось называть его симпатичным. Мне вообще всегда казалось, что это слово как-то нехорошо характеризует парня, ведь Внешность неглавное. А вот интересный – это отлично ему подходило.
– Эх, девочки, я с таким парнем сегодня познакомилась… – я плюхнулась на кровать, закинула руки за голову и мечтательно уставилась в потолок.
– Из нашего отряда? – спросила Оля из ванной.
– Ага.
– Как его зовут? – спросила Маша, заплетая в косу свои длинные волосы.
– Понятия не имею.
– А как ты тогда с ним познакомилась, если даже не знаешь, как его зовут?
Я вздохнула.
– Да какая разница? Он классный. Матрас мне притащить помог.
– Очень романтично, – съязвила Оля.
– Качок, что ли? – Машин комментарий тоже прозвучал весьма саркастично.
– Да ну вас, – я вскочила с кровати. – Не буду вам больше ничего рассказывать! Какой еще качок? Нормальный он.
– Да ладно тебе, мы же шутим, – пожала плечами Маша. – А еще какие-то опознавательные признаки у него есть? Кроме того, что он классный и умеет таскать матрасы.
– Он высокий.
– Та-а-ак…
– И у него темные волосы.
– И…
– Так это тот, что ли, с большими ушами? Сапожников? – Оля наконец закончила расставлять километры баночек с кремами и шампунями по полочкам в ванной и вернулась в комнату.
– Нет, это не он.
Бесят. Обе.
– А-а-а, так это высокий такой!
– Ну да!
Не знаю, по каким странным критериям, но мы с Машей поняли друг друга.
– Я одна сейчас не понимаю, о ком вы говорите? – Оля встала посередине комнаты, уперев руки в бока.
– Из Лыскова который. Вы с ним вместе вроде в корпус шли.
– Серёжа?
– Ну вот мы и выяснили, как зовут твоего Аполлона, – развела руками Маша.
– Обычный. Ничего особенного. Нормальный, и всё.
Когда все вердикты были вынесены и суд завершен, мы продолжили разбирать вещи.
* * *Вечером было общее собрание. В основном на нем рассказывали, что в лагере делать нельзя. О том, что можно, упоминали мало. Мне сразу вспомнилась сцена из первого «Гарри Поттера», где Дамблдор говорил: «Ходить в Запретный лес строго запрещено!» Но я-то знала, где там дырки в заборе. Тем более, степень развязанности моих рук в этот раз куда выше, чем в прошлый: не свое же имя пачкаю. Поэтому слушать запреты было как-то даже немного смешно. От этой смены я уж точно возьму все.
Сказали, что завтра будем выбирать лидера отряда. Тем, кто собирается выдвинуть свою кандидатуру, рекомендовали подготовиться толкать речь. Я заметила, как рыжая выпрямила спину. Понятно теперь, чего она так за вожатой рьяно бегала – лидером хочет стать.
Еще рассказывали про традицию: каждый вечер выбирать дежурного на следующий день. Делается это так: дежурный сегодняшнего дня под песню про слоников в Африке передает желтый атласный галстук-платок кому-то другому, кто до этого еще не дежурил.
Первого дежурного выбрала вожатая методом научного тыка. Закрыла глаза, покрутилась и указала на первого попавшегося. Им оказался местный Валуев.
Перед сном девчонки болтали, а я думала о своем. Моей главной целью на смену было стать общительной. Я хотела дружить с такими, как тот парень из коридора на медосмотре – Женя. Да и вообще, дружить со всеми.
Глава 2. Одиннадцать против четырнадцати
За завтраком мы продолжили знакомство. С нами за одним столом оказались еще три девочки: Катя, Ира и Настя.
Катя – бойкая, шумная и очень улыбчивая. С красивыми каштановыми волосами чуть ниже плеч и густой прямой челкой, как у пони из парка. Настя – полная ее противоположность. Стеснительная, но тоже очень милая девочка. Высокая и стройная, с двумя русыми косичками и едва заметными веснушками на носу. Она говорила очень тихо, так что приходилось прислушиваться. Они с Катей жили в одной комнате и, кажется, отлично дополняли друг друга. С ними также жила Римма, но она предпочла нашей компании общество «крутых» девчонок и Женька. Вместо нее к нам подсела Ира, девочка с озорными кудряшками и звонким голоском. Прямоугольные очки на ее вздернутом носике смотрелись задорно и не придавали ей ни капли строгости. Она жила в одной комнате с фифами, но была совершенно на них не похожа. Легкая, воздушная хохотушка с хитрым взглядом, как у лисички. Одним словом, классная.
* * *От школы в лагере, конечно, одно название. На биологии, например, мы весь урок смотрели фильм про пищеварительную систему человека. Интересно, конечно, но контрольную после такого обучения я напишу на два, и то только за старания. Алгебру преподавали чуть лучше. Но, кажется, каждый первый «отмотал назад» пару тем, чтобы было попроще.
Вообще, если честно, первый день получился не особо веселым. По крайней мере до обеда. Смотреть, как рыжая (звали ее, кстати, Анжела) выслуживается перед учителями – так себе удовольствие. Строит из себя непонятно кого. Ну не верю я, что она вся такая правильная.