Дети проклятой звезды

Марк пихнул обезумевшую противницу ногой в посиневший от гематом живот, наконец освобождаясь от её натиска. В небесно-синих глазах загорелся опасный пожар голубого пламени. Бросившись на Владу, он размахивался острым кинжалом. Девушка, уклоняясь, чувствовала, как лезвие цепляет её руку, оставляя новый порез на предплечье. Сталь вновь заскрежетала о сталь, когда она парировала его удар, звон металла разнёсся по тесной кухне погребальным колоколом.

Марк был быстр и силён, представляя собой само воплощение смерти. Годы тренировок, вбитые в каждое движение, не могла скрыть ни одна пелена иллюзий. Она танцевала с ним на краю пропасти, и одно неверное отступление с ритма этого смертоносного вальса могло стоить ей жизни в ту же секунду. Влада знала — ему нужно лишь ранить её, лишив возможности шевелиться и бежать. Чужой разум не позволил бы ей так легко покинуть этот мир. Даже сквозь плотную стену могущественной силы она ощущала его всепоглощающий гнев, смешанный с пробивающейся застарелой и горькой обидой.

Он наносил удар за ударом, исполняя заученный до автоматизма смертоносный танец, и Влада успевала лишь парировать и уклоняться, превращая собственное тело в решето из порезов и синяков. Звон в ушах нарастал, заглушая остатки мыслей, и каждый вздох давался с трудом, продираясь сквозь раскалённую лаву, поселившуюся в лёгких. Ярость Марка обжигала незримыми ожогами, оставляя рубцы где-то глубже кожи, в самом нутре измотанного сознания.

Мир плыл перед глазами, превращаясь в размытое полотно боли и страха. Нога вновь подлетела с пола, и Марк, удобнее перехватив нож, с разворота врезал подошвой в онемевший от боли живот, отправляя девушку в короткий полёт через всю кухню. Тряпичной куклой она врезалась в стену, тело завалилось на грязную столешницу, захламлённую остатками еды. Голова дрогнула, разметав спутанные пряди волос по залитой чем-то липким поверхности. Мышцы содрогались в слабых судорогах, напоминая птицу с подбитым крылом, бьющуюся в агонии на земле. Задравшаяся футболка обнажила пугающее фиолетовое пятно, расползшееся по рёбрам и животу, впитывая в себя последствия жестоких ударов.

Марк сорвался с места, наваливаясь на хрупкую фигуру, приставляя острое лезвие к натянутой на горле плоти. Всего одно движение — и жизнь навсегда покинет эту упёртую тварь, вытекая густой алой струёй на грязный пол. Влада, не в силах успокоиться и позволить казни случиться, пробудила в душе второе дыхание. Сущность, запертая глубоко внутри, взревела.

С остервенением она впилась в руку Марка, удерживая спасительное расстояние между лезвием и собственной плотью. Дрожащие пальцы отчаянно цеплялись за чужую кожу, оставляя новые кровавые царапины. Марк пялился в потерянные глаза, содрогаясь всем телом от неконтролируемого желания прикончить самую ненавистную в мире тварь, но здравый смысл отдёргивал поводок, не позволяя совершить главную ошибку, пока важный вопрос висел без ответа, а его единственное решение тяжело дышало в стальной хватке парня.

— Где он? Где прячется этот монстр?! — Закричал Марк, капилляры в глазах воспалились, окрашивая белоснежные белки в алые краски.

— Тебе ли не знать? Вы же сами его и засадили туда! Или у тебя совсем башка поехала? — Влада нахмурилась, замечая в глазах парня неприкрытое подозрение.

— Хватит врать! Где он прячется?

— Подожди… Ты действительно не знаешь, где он… — Губы Влады искривились в неверящей улыбке, заставляя пыл парня потухнуть. В глазах появилось осознание своей ошибке. Захотелось отрезать собственный язык, но перед этим перерезать горло надоедливой твари, — он сбежал, — довольно выдохнула Влада.

Сердце забилось в безумном темпе, кровь яростно застучала в висках. Марк почувствовал, как силы покинули его. Ноги стали ватными, в горле пересохло. Он стоял, как парализованный, глядя на торжествующую Владу. Ладони вспотели, неловко удерживая холодную рукоять лезвия. В ушах зазвенело от накрывшей кухню тишины. Все посторонние звуки потеряли краски, перестав иметь хоть какое-то значение.

— Влад, — пропитанный детской обидой голос разразил душу, ударив по ушам Марка, заставляя тело онеметь в странном непривычном нетерпении, — круглого риса не было, я купил длинный. Сойдёт…

Фигура появилась в проходе, разгоняя стоявшую перед глазами пелену неконтролируемого гнева. Мирон оторвал взгляд от прозрачной упаковки, наполненной белыми зёрнами, медленно переводя его на сестру. Губы распахнулись в первобытном удивлении. Глаза застыли на теле девушки, неверяще переходя на силуэт, нависший над избитой сестрой. Сердце рухнуло куда-то в пятки.

Над Владой стоял он. Точнее, не он, но… Парню на секунду показалось, что он потерял сознание и провалился в какой-то безумный сон. Фигура, приковавшая его сестру к столу, была идентичной копией самого Мирона. Ноги, руки, нос, губы — всё в незнакомце было отражением самого парня. Марк нервно сглотнул, переводя взгляд на Мирона, окончательно выбивая воздух из лёгких. Те же необыкновенно синие глаза, присущие только ему одному.

— Какого чёрта… — прошептал парень, неосознанно отступая назад. Рис выпал из ослабших рук, с грохотом приземляясь на онемевшие пальцы ног.

— Мирон… — выдохнул Марк, неспособный оторвать взгляда от чужого лица.

Влада резко отвела нож от своего горла. Девушка дёрнула руку в сторону, хватая первую попавшуюся под руку пачку. Алые крупицы перца полетели в широко распахнутые глаза. Марк взвыл от боли, инстинктивно хватаясь за обожжённые глазницы, отрываясь от Влады. Получив такую необходимую свободу, она сорвалась с места, отлепляя тело от ровной поверхности.

Девушка выскочила из кухни, на ходу хватая запястье застывшего, как статуя, брата, второй рукой подцепляя связку ключей с тумбочки за спиной парня. Влада потащила тряпичную куклу, именуемую Мироном, к распахнутой двери спальни, грубо заталкивая тело в тёмную обитель парня. Девушка с грохотом закрыла комнату, проворачивая металлическую щеколду, нервно отступая назад, случайно натыкаясь на побелевшего брата.

— Какого чёрта… — еле шевеля губами, прошептал Мирон, — что здесь, блять, происходит? — Уже громче произнёс парень, резко поворачивая сестру лицом к себе.

— Я не понимаю, как он смог найти нас… — казалось, Влада совсем не слышала брата. Взгляд девушки неосознанно упал на шею парня, губы гневно сжались, — где твоё ожерелье?! — Взбешённо закричала она, жестоко вцепляясь пальцами в бедную ткань футболки, грубо оттягивая её.

— Я его в клубе потерял… Какой-то мудак его сорвал. При чём здесь вообще камень…

— Ты потерял защиту! — Завопила Влада, вцепляясь пальцами в светлые локоны, — о, чёрт, ты снял защиту. Вот как он пришёл сюда… Он почувствовал тебя… — как заведённая кукла шептала Влада.

— Кто он? Почему он выглядит как я? — Воскликнул Мирон, вскидывая руку на закрытую дверь. Будто услышав его слова, стены содрогнулись от мощного удара по ту сторону. Влада вскинула испуганный взгляд на дверь, неосознанно вцепляясь в запястье брата.

— Нужно валить отсюда. Он не должен добраться до тебя, — девушка направилась к окну, грубо дёргая застывшего камнем брата за собой, но Мирон резко вырвал свою руку из чужой хватки, встречаясь с удивлённым взглядом сестры.

— Кто он?

— Мирон, нужно уходить, пока он не добрался до тебя.

— Думаешь, он сможет выбить дверь, держащуюся на стали?

— Он может и не сможет, а вот его сила… — дверь вновь пошатнулась, заставляя девушку сглотнуть вязкий ком.

Влада подскочила к окну, распахивая его, наплевав на шторку, которую чуть не сорвала. Девушка вцепилась в подоконник, без страха перекидывая ноги по другую сторону комнаты. Мирон испуганно подбежал к окну, высовываясь наружу, вперившись взглядом в тело сестры, невесомо перескочившее на соседний подоконник этажом ниже. С каждой секундой в голове рождалось всё больше вопросов.

— Что ты творишь?

— Немедленно прыгай! — Закричала сестра, одной рукой удерживая шатающееся на ветру тело на дрожащем подоконнике соседей.

— Ты совсем? Не буду я прыгать! Четвёртый этаж — я же умру!

— Я сказала — прыгай! Ты сможешь.

— Я не смогу…

— Ты — нет, а вот твоё тело — да. Не ной и прыгай!

— Я не… — в горле пересохло, язык прилип к нёбу, лишая возможности возражать. Ноги мгновенно стали ватными, а колени предательски задрожали. Взгляд, невольно скользнувший вниз, зацепился за кажущуюся бесконечно далёкой землю.

— Выбирай, либо я, либо он! Кому ты доверяешь больше? — Влада протянула свободную руку, устремляя взор в глаза брата.

Мирон замер у окна, его взгляд в панике метался между лицом сестры и пропастью, разверзнувшейся под ногами. Ветер трепал тёмные волосы, донося обрывки уличного шума, казавшиеся сейчас оглушительным рёвом. Он закрыл глаза, ощущая, как холодный пот покрывает ладони. Парень оттолкнулся от подоконника.

Мгновение невесомости, и его захлестнул леденящий ужас. Ветер свистел в ушах, разгоняя мысли. Тело заполонило странное чувство непривычной лёгкости. Он перестал бороться, расслабляясь, отдаваясь внезапно проснувшейся уверенности. Под ногами проскочила далёкая земля. Руку опалила тёплая ладонь сестры, сжавшая каменные пальцы вокруг бледного запястья. Девушка притянула дрожащее тело, позволяя чужим ногам крепко встать на тонкий подоконник. Мирон уткнулся в её плечо, вдыхая запах мягких волос.

— Готов идти дальше? — Куда-то в макушку парня прошептала Влада, крепко удерживая их тела одной рукой.

— Что?

— Нам нужно сбежать, пока он не добрался до нас. Готов? — Мирон нервно облизнул губы, слабо кивая.

Следующий прыжок оказался легче. Ноги, уже почувствовавшие каплю свободы, не боялись отрываться от ровной поверхности, отпуская тело в полёт. Мирон ощущал, как его сердце пробивало рёбра, а здравый смысл орал во всё горло, но мышцы не слушали их, отдавшись какой-то неведомой никому силе, утягивая за собой и самого парня. Высота перестала иметь значение, будто внизу и не существовало земли, готовой принять кашу из костей и крови в свою обитель. Мирон позволил сестре вести его, отдавшись странному, первобытному инстинкту, берущему своё начало откуда-то из глубин сознания, давно закрытых для разума парня на тяжёлый замок.

Где-то позади послышался оглушительный хлопок. Стекло с пугающим треском вылетело из рамы, блестящим в закатном солнце дождём осыпаясь на траву. Из открытого окна повалил чёрный, ужасающий дым. Мирон боялся даже обернуться, продолжая следовать за девушкой, видя, как земля медленно приближается к ним, приветливо раскрывая руки. Стопы, скрытые лишь под тонкой тканью носков, коснулись земли, позволяя первому облегчённому выдоху слететь с губ.

Марк медленно выплыл из клубов дыма, выглядывая из разрушенного окна. Взгляд скользнул по пустующей улице, выхватывая из яркой зелёно-серой картины два единственных силуэта, стремительно убегающих от высокого здания. Парень тяжело вздохнул, медленно отходя назад, протягивая дистанцию между ним и раскрытым окном.

Марк расправил спину и втянул воздух, пропитавшийся горелым деревом, оседающий на языке горькой золой. Нога скользнула назад, прочерчивая подошвой по усыпанному стеклянной крошкой полу. Кулаки предупреждающе сжались. Тело сорвалось с места, резко вырываясь из цепких лап чёрного дыма, клубящегося под потолком разрушенной комнаты. Осыпавшиеся осколки стекла хрустели под тяжёлой подошвой, разлетаясь мелкими брызгами в стороны. Фигура перелетела через подоконник с особой лёгкостью, оттолкнувшись от края рамы и устремляясь в пустоту. Сильный поток ветра обжёг кожу, царапая обнажённые участки рук и шеи невидимыми когтями.

Время замедлилось, растягивая секунды в бесконечную череду застывших кадров. Мир превратился в размытое полотно, лишённое чётких деталей, где преобладали серые оттенки камня и глубокая синева предзакатного неба. Ветер свистел в ушах, обжигая лицо ледяными иглами, выбивая слёзы из уголков глаз. Желудок подступил к горлу, подкатывая тошнотворным комом, но усилием воли парень подавил рвотный спазм. В животе образовалась ледяная дыра, разрастающаяся с каждым метром свободного падения. Дыхание спёрло, застревая где-то между рёбрами. Сердце колотилось о грудную клетку, отсчитывая последние мгновения перед ударом о землю.

Марк подтянул колени к груди, с силой вжимая ободранную кожу предплечий к быстро бьющемуся сердцу, спрятанному за костяной клеткой. Тело врезалось в твёрдую землю, принимая удар на согнутые ноги и перекатываясь несколько раз по игривой траве, приминающейся под чужим весом. В глазах замелькали размытые очертания серого городского пейзажа. Мир превратился в хаотичное смешение оттенков, лишённое чётких форм и границ, и только боль возвращала связь с реальностью. Острая боль пронзила каждый нерв, вонзаясь тысячами игл в плоть, но постепенно отступила, растворяясь в разогретых мышцах.

Марк подскочил на слегка дрожащие ноги, ещё не восстановившие равновесие после падения. Взгляд принялся выискивать нужные силуэты среди клубов оседающей пыли. Знакомая фигура мелькнула среди размытых вспышек света, просачивающегося сквозь ветви деревьев, и быстро запрыгнула в распахнутую дверь машины. Серый дым повалил из выхлопной трубы, заволакивая просвет между домами плотной завесой.

Колёса раздражающе заскрипели, проворачиваясь на месте. Земля полетела в разные стороны. Парень дёрнулся к чёрной махине, уже срывающейся с места, но моментально остановился, осознав свою беспомощность. Лёгкие предательски горели, обдирая горло при каждом судорожном вдохе, а ноги ещё ныли после удара о землю, отказываясь подчиняться приказам мозга. Силуэт автомобиля скрылся за поворотом, обрезая тонкую нить, только-только протянувшуюся между душами, приковывая тело Марка к дрожащей земле невидимыми кандалами.

…

— Какого чёрта здесь происходит? Ты можешь мне объяснить? Кто это? Почему мы убегаем? — Когда неизвестный силуэт пропал за поворотом, вопросы вновь полились изо рта парня нескончаемым потоком. Сердце усиленно пыталось проломить рёбра. Только сейчас Мирон понял, насколько сильно дрожат его колени после прыжка.

— Прошу, Мирон, не истери, — устало выдохнула Влада, крепче сжимая пальцы на руле.

— Тогда объясни! Кто это и почему он так похож на меня? Откуда ты знаешь его? — Мирон почувствовал, как предательски защипали его глаза. Слабая дрожь переросла в настоящую лихорадку. Беспомощность и непонимание атаковали тело, превращая его в бесформенное желе.

— Мирон… — Влада закусила губу, неотрывно следя за дорогой. Дома стремительно пролетали мимо окна. Город незаметно кончался. Девушка тяжело вздохнула, вдавливая педаль в пол, — этот парень, он…

— Ну! — Не мог вытерпеть Мирон.

— Это Марк, и он твой брат-близнец.

— Что?! — Кажется, парень забыл, как разговаривать. Все претензии и вопросы покинули голову. В ушах стоял белый шум. Пазлы, мельтешащие по разуму, начали складываться в картину, но тут же разлетались по углам, находя новые пробелы.

— Я боялась этого. Боялась, что он найдёт тебя. Я не должна была позволить этому случиться… — глаза Влады наполнились слезами. Девушку трясло в лихорадке. Мирона затошнило от такого вида сестры.

— Куда мы едем? — Пустым голосом прошептал парень.

— Туда, где уровень концентрации психического воздействия на мозг завышен. Ты потерял защиту, и теперь нам надо как-то перебить его воздействие на тебя, чтобы он вновь не смог отследить твоё местоположение. Он совершил ошибку, кинув не ту карту, зато теперь я знаю, что нужно делать.

— О чём ты говоришь?

— Ты слишком много настрадался на сегодня. Я обещаю, что расскажу тебе всё, но… потом. Сейчас тебе нельзя переживать.

***

Марк ворвался в комнату, с ходу грубым движением скидывая всё со своего стола. Книги, бумаги, тетради и другая мелочь полетели на пол. Руки дрожали и болели в агонии. Внутри парня бушевал настоящий ураган. Гнев, как раскалённая лава, затопил всё его существо, выжигая остатки здравого смысла. Горькая и едкая, как полынь, ярость отравляла каждую мысль, лишая способности рассуждать. Сквозь пелену гнева пробивалась тонкая, болезненная нить отчаяния, заставляющая всё тело содрогаться в беспомощной лихорадке.

— Марк, где ты был? Ты пропустил тренировку, ещё и не отвечал на вызовы! — Знакомый голос долетел до парня через толщу воды. Марк резко обернулся к своей кровати, одаривая вскочившую фигуру злобным, нечитаемым взглядом. Но стоило ему зацепиться за беспокойство, пропитавшее чужие зелёные глаза, как гнев поутих, позволяя слабости показаться через занавес.

— Я… я… — Марк сглотнул, опуская пустой взгляд на свои непривычно бледные запястья.

— Где ты был? — Настойчивее повторил голос.

— Я ходил к нему, — бессильно прошептал Марк. Чужие губы шокировано распахнулись. Аккуратные на вид, но мозолистые от постоянных тренировок руки подхватили ослабшие запястья парня.

— Ты… нашёл его? — Слабый кивок послужил ответом.

— А потом снова потерял! — Воскликнул Марк, резко выдёргивая ладони из заботливой хватки, нервно отступая назад, — эта тварь увела его! Забрала, увезла в неизвестном направлении!

— И… ты не смог её поймать?

— Чёрт, я потратил слишком много сил, чтобы поддержать связь до самой его квартиры, я бы физически не смог угнаться за машиной. Эта тварь с ним, теперь, зная, что я могу чувствовать его без препятствий, она не позволит мне найти его.

— Тише, мы что-то придумаем… Я сообщу Регине о том, что ты нашёл его, она соберёт команды…

— Нет! — Внезапно испуганно закричал Марк, вцепляясь в чужое запястье мёртвой рукой, — Лидия, прошу, пока ничего и никому не говори. Я… я должен сначала сам найти его.

— Марк…

— Перед тем, как остальные узнают, что он рядом, я должен найти способ уберечь его. Я должен спасти своего брата.