- -
- 100%
- +
— Ну, драки — это одно, а чувства — другое. Тем более он так на тебя поглядывал в зеркало заднего вида.
— Ой, да ладно! Как по мне, так он больше на тебя смотрел. Думаю, сегодня ты произведешь фурор, подруга, — хитро улыбается Еся.
За разговором мы незаметно поднимаемся на шестой этаж. Выходим из лифта, звонко стуча каблуками по кафелю, и направляемся к квартире напротив.
На пороге нас встречает хозяин дома — Лев Яшин. Он любезно здоровается, осыпает комплиментами («Выглядите потрясающе!») и, даже разрешил не разуваться, провожает вглубь квартиры.
В зале находился сам эпицентр вечеринки: подсветка, приклеенная вдоль стен, переливалась разноцветными огнями, а музыка гремела так, что возле колонок закладывало уши. В центре комнаты девушки и парни двигались в такт, сливаясь с ритмом.
— Напитки и еда на кухне, тут можете оторваться. В остальном — делайте что хотите, главное в пределах разумного, — перекрикивал музыку Лев. — Отдыхайте, крошки.
— Спасибо! — лучезарно ответила подруга удаляющемуся Яшину и порядком тише добавила мне на ухо: — Терпеть не могу, когда меня называют «крошкой».
— Ну, мы ведь и правда крошки. Наверное, единственные десятиклассники здесь.
Мы стояли у стены, высматривая знакомые лица. Через минуту к нам подошел Стас, вернувшийся с кухни с бокалом какой-то непонятной жидкости.
— Привет, — протянул он и крепко поцеловал свою девушку в губы. — Давно здесь?
— Толькоприехали, — ответила подруга, слегка облизнув нижнюю губу.
— Как раз вовремя. Скоро начнутся активности.
— Какие активности? — насторожилась я.
— Скоро узнаешь, — хитро улыбнулся Стас, добавив интриги, и наклонился к уху подруги, что-то прошептав. Та залилась смехом.
— Лиз, я ненадолго отойду, ладно? — спросила Коновалова.
— Конечно.
— Я быстро, не скучай! — щебетала она и скрылась с Давыдовым в соседней комнате.
Ага, конечно. Кажется, кто-то недавно наставлял меня, как не стать молодой мамой. Не подскажете, кто это был?
— Скучаешь?
Голос неожиданно раздался прямо над моей головой, отчего я вздрогнула. Обернувшись, увидела ухмыляющегося Игоря с бокалом в руке.
— Боже, ты меня напугал! — выдохнула я, прижимая ладонь к груди.
Его взгляд задержался на моей руке, и я поспешно опустила ее, смутившись еще сильнее. Игорь рассмеялся хрипловатым голосом.
— Это же тебя весной мячом приложили? — вспомнил он.
— Да, меня, — смущенно подтвердила я, а парень сделал шаг ближе.
— У тебя тогда такое смешное лицо было, — усмехнулся он.
Боже, зачем он это сейчас вспомнил...
— С этим не поспоришь. Хотя нос потом три дня болел, — ответила я, натянуто улыбаясь, чтобы скрыть волнение.
— Ой, ну извини, мой напарник не рассчитал.
— Да ладно, ничего страшного, — хихикнула я. — Нос — не рука, огромный гипс не наложат. Мне как-то на физре так по среднему пальцу зарядили, что он выгнулся в другую сторону и сломался. Месяц ходила с гипсом и всем показывала факи. Мне тогда двенадцать было.
Господи, что я несу?!
Игорь расхохотался.
— Ты забавная.
Забавная.
— Ладно, еще увидимся, — бросил Зуев, напоследок одарив меня улыбкой.
Я смотрела, как он уходит, и вздохнула с облегчением, будто сбросила груз с плеч.
Лиза, ну и зачем ты ему про палец рассказала? Такими темпами ты в нем вообще всю охоту отобьешь — даже это платье не сможет привлечь его внимание.
Еся вернулась минут через десять — с размазанной помадой и слегка припухшими губами.
— Целовались? — только и спросила я.
— Ага, — довольно отзывается подруга, поправляя распущенные волосы. — Ты как? Никто не подходил?
— Подходил один человечек, так я ему сморозила про свой палец, который сломала в пятом классе.
— Да ладно? — удивленно округляет глаза Еська. — И это был Игорь?
— Угу, — киваю головой и от стыда начинаю рассматривать свой свежий маникюр.
— Ну, Елизавета, это будет труднее, чем я думала, — вздыхает Еська и касается моих кудрей, убирая за плечи.
— О чем ты? — хмурю брови.
— Да так... Скоро узнаешь. Пошли лучше на кухню, возьмем напитки.
Сколько бы я ни пыталась выудить у Коноваловой тайну, которую она упорно от меня скрывала, все было тщетно — она молчала как рыба, попивая слабоалкогольный коктейль. Мой выбор лично пал на обычную колу: не хотелось затуманивать разум — вдруг удастся еще раз поговорить с Игорем?
Вечеринка набирала обороты. Отпустив неловкую ситуацию, мы с Есенией пустились в пляс под новый ремикс. В ход шло все — от макушки до пят. Я старалась ни о чем не думать, полностью отдавшись танцу. В конце концов, я тоже закончила учебный год — правда, пока только десятый класс.
Где-то через час многие начали выдыхаться, и хозяин дома принял решение сыграть в знаменитую «бутылочку» на желания. Присаживаемся на пол в зале, образуя большой круг, и слушаем правила. У нас были бумажки с написанными желаниями (и придумали их, кстати, Лев и Стас), которые нужно было доставать из мешочка закрытыми глазами после того, как бутылочка укажет на человека. Участвовали почти все присутствующие, от чего становилось еще интереснее. Каких только желаний не было: от самых безобидных — «записать первого контакта в телефонную книгу как “Масик”» — до более серьезных — «поцеловать в губы человека напротив».
Поначалу мне выпадали глупости вроде «выставь свою последнюю фотку в соцсети на сутки» или «дотянись языком до локтя», что я благополучно сделала. И вот бутылочка снова указывает на меня. Я смело тянусь к мешочку, чтобы достать очередную бумажку — их оставалось уже не так много. Разворачиваю клочок и читаю вслух:
"Уединиться с человеком, который сидит через четырех участников по правую руку от тебя, и провести с ним двадцать минут в комнате, подтвердив чем занимались фотографией".
Я хихикнула, считая это очередной ерундой, и подняла глаза, начав отсчет... Тело мгновенно покрылось мурашками. На меня смотрели пара голубых глаз, в которых танцевали искорки.
— О, да тебе повезло, малая, — протянул заметно подвыпивший Лев. — Игорь, Лиза, моя комната в вашем распоряжении. Если что... — он звонко свистнул, — все необходимое найдете в верхнем ящике тумбочки, под блокнотом.
Глотаю вязкую слюну и вижу, как Игорь поднимается и подходит ко мне. Улыбка по-прежнему не сходит с его губ. Парень галантно протягивает руку, и я поддаюсь, вставая на дрожащих ногах. Не пойму: то ли они дрожат от того, что я долго сидела на коленях, то ли от того, что сейчас иду за руку с самим Игорем Зуевым.
Под ободряющие возгласы оставшихся игроков Лев проводил нас в свою комнату, закрыл за нами дверь и напоследок сообщил, что таймер уже запущен.
Мы включили свет. Я робко присела на край кровати, пока Игорь подошел к окну, задумчиво глядя в ночь.
Сердце бешено колотится в груди. Неужели мне действительно выпало такое задание? Наверняка это дурацкий план Еси и Стаса, чтобы нас свести.
Что за идиотская игра! Хотя... может, и не совсем идиотская?
— Неплохая комната у Яшина. Со вкусом, — осматривается Игорь, первым начиная разговор.
Просторное помещение вмещало широкую двуспальную кровать с одной стороны и письменный стол, массивный шкаф, книжные полки — с другой.
— Хотя... — Зуев замечает аккуратно расставленные фигурки Человека-Паука на одной из полок. Он берет одну в руки и усмехается: — Детский сад.
— Имеешь что-то против Человека-Паука? — решаюсь на первый вопрос с момента нашего появления здесь.
— Да нет. Просто считаю, что у взрослого парня не должно быть таких игрушек, — заключает он, возвращая фигурку на место.
— А какие тогда должны быть игрушки у парня, который закончил школу? — фыркаю я, не соглашаясь с ним. Ведь я сама, хоть и школьница, но до сих пор коллекционирую фигурки из вселенной "Леди Баг и Супер-Кота".
— Да хотя бы такие, — отвечает Зуев и достает из тумбочки (как раз там, где говорил Лев) упаковку контрацептивов.
Глаза у меня округляются при виде этой "игрушки", а ухмылка Игоря становится все шире и хитрее. По спине бегут мурашки, тело цепенеет.
— Не хочешь…
— Нет! — резко отвечаю я, отчего Игорь разражается смехом.
Да он пьян.
— Ладно, малышка, не буду тебя пугать, — спокойно говорит он, возвращая упаковку на место и закрывая ящик. Только тогда мое напряженное тело немного расслабляется.
— Тогда чем предлагаешь заняться? Не забывай про фото. Снимок, где мы играем с фигурками Человека-Паука их вряд ли впечатлит.
Игорь снова отходит на безопасное расстояние и облокачивается о стол, скрестив руки на груди. Белоснежная рубашка натягивается, обрисовывая рельеф его мускулистых рук.
— Может, просто посидим или поговорим? — мирно предлагаю я. — А фото сделаем каким-нибудь... забавным! Им же все равно, чем мы тут занимаемся.
— Да. Ты права, — задумывается парень. — Тогда давай поговорим, раз уж тебе так хочется.
Он опускает руки и пристально смотрит на меня, словно ожидая, что я начну первой.
— Эм... Поздравляю вашу команду с первым местом в области. Слышала, ты забил решающий гол. Молодец, — доброжелательно говорю я, натянуто улыбаясь. Колени все еще подрагивают и я кладу на них свои немного влажные ладони, чтобы их усмирить.
— Хм, спасибо, — отвечает Игорь и замолкает на несколько секунд. — Ладно, тогда продолжу я. Скажи честно — я тебе нравлюсь?
Мое сердце ухнуло в пятки.
— С чего ты взял? — нервно хихикаю.
— Да это же очевидно, малышка, — ухмыляется он. — У меня много поклонниц, но должен тебя огорчить... — Он делает паузу и медленно отталкивается от стола. — Меня не интересует общение дольше пары дней.
— А кто сказал, что я хочу общаться с тобой дольше?
— Хотя бы вот по этому.
В три больших шага он преодолевает комнату и нависает надо мной, от чего я взвизгивают.
Смотрю в его серо-голубые глаза, в которых отражается бушующий ураган. Парень медленно наклоняется ко мне, отчего я рефлекторно отстраняюсь. Заметив страх в моем взгляде, Игорь успокаивающе шепчет:
— Не бойся, мы просто сделаем фото и все, — таинственным голосом говорит парень, доставая телефон из заднего кармана джинс.
— Какое... фото? — мой голос предательски дрожит. Боже, на что я согласилась? Этот человек явно меня сейчас пугал и с каждой минутой мое доверие к нему исчезало все стремительнее и стремительнее.
— Вот такое.
Его пальцы мягко касаются моего подбородка, а телефон поднимается на уровень наших лиц.
— Ты ведь хочешь этого, правда? — продолжает шептать он, приближаясь к моим губам, но замирает в жалком сантиметре от них. — Закрой глаза и слегка приоткрой губки, чтобы кадр выглядел естественно.
Я подчиняюсь — и в следующее мгновение раздается щелчок. Кадр готов.
В голове проносятся сотни моментов, когда я представляла, как мы с Игорем целуемся, но эта ситуация не была похожа ни на одну, которую так отчаянно придумывал мой мозг перед сном. В данный момент он не выглядит тем Игорем Зуевым, которого я видела в школе, он пугал меня, но, черт, мне так хотелось прикоснуться к его губам. Наверняка они такие же нежные, как дольки очищенного мандарина.
Но этого не происходит. Игорь отдаляется от меня сразу же, показывая получившийся кадр. Открываю глаза и смотрю на экран смартфона — угол и наклон были настолько верными, что создавалось ощущение, будто мы и правда целуемся.
— Дело сделано, — бросает Зуев, убирая телефон в карман и снова подходит к окну, повернувшись ко мне спиной.
Я все еще сижу с приоткрытыми губами. Что это было? Он что, просто решил поиздеваться?
Чувствую неприятную горечь где-то внутри.
— Прости, малышка, но ты не в моем вкусе. Слишком… ванильная. Да и вообще еще девочка.
— С чего ты взял? — глухо отвечаю я.
Он поворачивается, как и я к нему, и наши взгляды встречаются.
— Хочешь доказательств? Можем повторить, — его ухмылка заставляет меня отвернуться.
Гад!
— Ты, конечно, симпатичная девчонка: и волосы огненные, и фигурка что надо, да и губы манящие. Но ты слишком сладкая. А я по сладкому так себе. Больше по остренькому фанатею. И ты могла бы стать такой, ну, если захочешь.
Гад!
— Ты наверняка из тех, кто верит в любовь, ведь так? — мнется с ноги на ногу парень. — А я вот нет, потому что ее по факту не существует. Я верю только в страсть. Обжигающую, от которой кровь кипит.
Гад! Какой же он гад!
— «Когда ум и страсть спорят в нежном теле — из десяти в девяти случаях страсть непременно превозможет» — Уильям Шекспир, — цитирует он классика.
Боже, сколько времени уже прошло? С каждой минутой находиться с ним в одной комнате становится невыносимее.
— И, ты знаешь, мне пока везло. Многие девчонки разделяли со мной эту теорию. А ты? Ты как считаешь?
— Безусловно, без страсти не бывает любви, — равнодушно отвечаю я.
Слышу хлипловатый смех Игоря, который еще полчаса назад казался мне самым прекрасным на свете, а теперь раздражал.
— Ну точно девочка. Прям девочка-девочка, — улюлюкает Зуев. — Ой, Лиза, ведь так тебя зовут, да? Взрослеть тебе надо. Снимай свои розовые очки. Тебе ведь семнадцать, верно? А ты пока еще не тронутая. Хочешь, дам совет? Парни в таком возрасте не любят таких как ты. Если будет стоять выбор между опытной девчонкой и тобой, то явно выбор падет на первый вариант. Даже такой образ тебя не спасет.
— Va te faire foutre. Espèce de merde ambulante! (Да пошел ты. Ходячий кусок дерьма! (франц.),— тихо произнесла я. Вот и пригодились уроки французского языка в школе, плюс знания парочки забавных выражений из пабликов в соцсетях.
— Что ты говоришь?
— Говорю, что премного тебе благодарна за такой дельный совет, — натягиваю улыбку и устремляю взгляд на него.
— Подожди, ты сейчас серьезно или что-то обидное про меня сморозила? — хмурит брови парень.
— Нет, что ты. Я предельно серьезна. Если запомнил, даже можешь перевести дома на досуге, если вспомнишь, — язвлю я и, набравшись смелости, поднимаюсь на ноги впервые с тех пор, как мы оказались вдвоем. — Тебе никогда не говорили, что ты похож на принца Чарминга из «Шрека»? — вспоминаю знаменитый мультфильм, который очень любила в детстве. — Ты так на него похож. Я надеюсь, ты не пользуешься гигиенической помадой со вкусом вишни?
— Вообще-то у парней тоже пересыхают губы, если ты не знала, — хмыкает Игорь, опираясь руками о подоконник.
Задумываюсь и невольно представляю, как мой папа — крепкий, коренастый мужчина с уже заметной лысиной — стоит у зеркала, вытянув губы уточкой, и мажет их гигиеничкой. Б-р-р-р!
— Тогда точно принц, — хмыкаю я, скрещиваю руки на груди и отставляю ногу вбок, принимая уверенную позу. Сейчас мне хотелось как следует дать отпор этому придурку за его обидные слова.
— Кто бы говорил. Если уж заговорили о мультике, то ты тогда похожа на Фиону.
Смотрю на свой образ и подмечаю: с моими рыжими волосами и изумрудным платьем я действительно походила на главную героиню. Надеюсь, он не настолько кретин, чтобы иметь меня в виду в образе огра.
— Хорошо, пусть я буду Фионой, но зато у меня будет счастливый конец, в отличие от некоторых.
— Ну да. Удачи найти своего Шрека. Смею напомнить, что и в человеческом виде, и в образе огра он выглядел ужасно. Как раз пара для тебя, — отвечает Зуев, растягиваясь в широкой, наглой, самодовольной улыбке.
— Ты знаешь, кажется, я ошиблась, когда говорила, что ты Чарминг… Ты вылитый Лорд Фаркуад, — констатирую я. — Ты, кстати, знал, что у него было маленькое достоинство, собственно, как и рост?
— Что?! — вопит Игорь и, отпрянув от подоконника, собирается пойти на меня в атаку, но его прерывают.
Дверь открывается, и входит порядком веселый Яшин с звенящим таймером в руке.
— Ну как вы тут, голубки? — игриво интересуется он, выключая звук на телефоне.
— Ах, Левушка, ты представляешь, — поворачиваюсь к парню всем телом, — твоя вещь для *свист*оказалась для Игоря совершенно большим, — театрально вздыхаю я.
Яшин заходится хохотом, а за спиной слышится тихое грязное ругательство. Устремляюсь к выходу из этой чертовой комнаты, даже не взглянув на реакцию Игоря, и бросаю ему напоследок:
— Зуев, желаю, чтобы тебя сожрала либо дракониха, либо на тебя свалилась какая-нибудь башня, желательно в несколько тонн — чтобы наверняка, — зло кидаю я.
Останавливаюсь на пороге и оборачиваюсь, все же устремив взгляд на потерянного Игоря. В его глазах разгоралась ярость.
— И да, если уж заговорили о цитатах великих людей, то вот тебе еще одна: «Чем страсть сильнее, тем печальней бывает у нее конец». Удачи, abruti! (Придурок! (франц.).
Разворачиваюсь и устремляюсь вдоль коридора, стуча каблуками по кафелю, и слышу в спину от Зуева:
— Ведьма!
Спасибо и на этом. А ведь мог придумать что-то обиднее. На моих губах появляется хищная полуулыбка. Все же я не ушла оттуда с позором, а он. Не стоило говорить в мой адрес такие вещи.
Захожу в зал — и тут же на меня устремляются десятки заинтересованных глаз.
— О-о-о, — тянет какой-то парень. — Вы уже? И как все прошло?
— Прекрасно, — кокетничаю я. — Он вам сам все расскажет. А мне сейчас нужна Есения.
Смотрю на подругу, которая сидела на коленях у своего парня. Она стремительно спрыгивает и смотрит на меня обеспокоенно.
Выходим на кухню, закрываем за собой дверь.
— Лиз, что-то случилось? — взволнованно спрашивает подруга.
— Да, я хочу уйти, — серьезно говорю я.
— Почему? Ведь еще никто не расходится.
— Ты можешь остаться, а я хочу уйти отсюда. Вызывай своего Юру, — зло бросаю я.
— Ей-ей-ей, Игнатова, ты чего? Можешь объяснить нормально, что там у вас произошло? — хватает меня за плечи подруга, слегка потряхивая.
— Дома, — спокойнее отвечаю я. — Все дома. А сейчас просто дай мне телефон, я позвоню твоему другу.
— Нет уж, одну я тебя не оставлю, — упрямится Еся и возвращается в зал за телефоном.
Через десять минут мы уже сидим в старенькой синей «Ладе». Благо Юра был неподалеку с друзьями и смог быстро нас забрать.
Удивительно, но пока мы стояли на улице в ожидании, Игорь даже не попытался меня найти. Хотя предчувствие подсказывало: просто так он это не оставит — захочет отомстить.
Наблюдаю из окна за мелькающими машинами, озаряющими встречные светом фар. В салоне тихо, лишь горит экран Есениного смартфона — наверняка она переписывается со Стасом. Все-таки ей пришлось сбежать со мной с той чертовой квартиры, толком ничего не объяснив парню. Я была благодарна ей за то, что не бросила меня одну.
Доезжаем до дома Коноваловой быстро. Юрий паркуется у подъезда, открывает нам двери, как истинный джентльмен, подает руку, провожает до квартиры и ждет за дверью, пока не слышит, как Еся щелкает замками.
— Умничка, дочка, — доносится из-за двери приглушенный голос Юры. — Если что — зовите. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, — отвечаем с подругой в унисон.
Снимаем надоевшие за вечер туфли и босоножки, облегченно вздыхая.
— И все же ты ему небезразлична, — констатирую я.
— П-ф, это просто жест заботливого друга, Игнатова, — отмахивается подруга. — Он так делает с первого класса, когда я оставалась одна, а родители были на работе. Иногда даже сидел со мной. Ты хочешь сказать, что семиклассник мог влюбиться в первоклашку? Ой, не смеши меня.
— И все же, — не унимаюсь я, аккуратно ставя босоножки на обувницу и проходя в спальню Еськи, по пути включаю свет.
Родители Коноваловой решили остаться ночевать у знакомых, о чем предупредили дочь еще на вечеринке. Есения, в свою очередь, спросила у них, могу ли я остаться у них ночевать, и они согласились — ведь по легенде я и правда должна была переночевать у подруги.
Это была не первая наша ночевка. Тетя Маша с дядей Сашей всегда были рады меня видеть и никогда не отказывали нам в наших задумках. Но такой ночевки — когда мы, как настоящие взрослые, оставались одни в квартире — у нас еще не было.
Еся догоняет меня со стаканом минералки, делает глоток и предлагает мне. Я отказываюсь.
— Ты все-таки расскажешь, что случилось? — ставит стакан на стол и усаживается на двухместную кровать подруга, жестом приглашая меня присоединиться.
Я следую ее примеру, устраиваюсь рядом и складываю руки на коленях.
— Я с Игорем чуть не поцеловалась, — тихо начинаю я.
— Да ну? — тянет подруга. — А почему «чуть»?
— А я для него оказалась слишком сладкая.
— В смысле?
— В прямом. Я витаю в облаках, а он соблазняет девушек на земле, — вздыхаю я.
— Чего-о? — не понимает подруга и мотает головой. — Стоп. Ты о чем вообще?
— Мы слишком разные. Он — принц Чарминг или лорд Фаркуад, а я — Фиона.
Еся звонко хохочет, и на моих губах появляется слабая улыбка.
— Ты? Фиона? Да не смеши. Ты больше похожа на Мериду из «Храбрая сердцем».
— Да, но только внешне. А так я лишь немного смогла отстоять свою честь.
Лежим с Есей на кровати все в тех же нарядах, и я по порядку рассказываю, что произошло в той злополучной комнате. Подруга периодически награждает Зуева не самыми цензурными эпитетами и жестикулирует, показывая, что бы она с ним сделала, окажись там вместе с нами. Я впервые за вечер искренне хохочу и благодарю Еську за поддержку.
Выговорившись и немного отпустив ситуацию, решаем наконец смыть с себя этот день. Первой в ванну идет подруга — она моется куда быстрее меня. Я следую за ней, прихватив розовое полотенце и светлую хлопковую пижаму, которую мне выделила Коновалова (благо, размеры у нас одинаковые).
Набираю в ладони гидрофильное масло и старательно смываю макияж. Кстати, сегодня он получился на славу — пожалуй, впервые я осталась собой довольна (в вопросах мейка я была к себе строга: либо делай идеально, либо не делай вообще).
Вытираю лицо полотенцем и изучаю свое отражение. Волосы собраны в пучок, чтобы не намокли во время душа, на лице — легкая усталость, которую выдают слегка покрасневшие глаза. Наношу уходовую косметику и выхожу из наполненной паром ванной обратно в Еськину комнату.
Останавливаюсь у входа, облокотившись о дверной косяк, и наблюдаю за подругой, которая расстилает нам кровать.
— А что, если я и правда Фиона? — задаю неожиданный вопрос.
— Что? — отзывается Еся, поворачиваясь ко мне.
— А что, если я и правда Фиона? Которая была в человеческом обличье, — повторяю я и опускаю глаза.
— С чего такие мысли во втором часу ночи? — хмыкает подруга, взбивая подушки.
— Да так… — пожимаю плечами. — Этот придурок заставил задуматься.
— Ой, я тебя умоляю! Было бы над чем загоняться, — уверяет Еся, доставая из антресоли еще один плед (в наших совместных ночевках вечными были, поначалу, битвы за одеяло).
— И к тому же у Фионы был счастливый финал с Шреком.
— Да, но только вспомни, какой он был.
— Ну, мне лично он нравился в детстве — в человеческом облике, — улыбается Еся. — Чем-то напоминал мою детсадовскую любовь.
Прыскаю со смеху от ее признания и плюхаюсь на кровать.
— Слушай… — тянет Еська. — А не хочешь молока с медом? А то жутко захотелось, пока стояла под душем. Лет сто уже не пила.
— Можно, — соглашаюсь я.
В следующую минуту мы уже стоим на освещенной кухне, разливаем пакетированное молоко по кружкам и по очереди греем его в микроволновке. Аромат теплого молока, смешанный с домашним медом (тот самый, что дедушка Есении сам делает в деревне), разносится по кухне, навевая воспоминания.
Помню, как мама в детстве готовила нам с Ксюшей этот напиток холодными зимними вечерами — после горячей ванны, когда мы напаривались до красноты.
Берем кружки и печенье с шоколадной крошкой, возвращаемся в комнату. Еся не нашла ничего лучше, как пересмотреть хотя бы первую часть «Шрека», ведь время уже было позднее.
Досматриваем уже вторую часть, громко хохоча над сценой, где Шрек с Ослом пьют волшебное зелье. Молоко и печенье давно уже находятся в наших желудках и постепенно нагоняют дремоту, и все же мы сдаемся, остановившись на моменте, когда главный герой вместе с верными друзьями и огромным пряником направлялись спасать Фиону.
Просыпаемся около полудня, когда тетя Маша с мужем уже вернулись домой.
Первым делом, как только протираю свои глаза, я тянусь за телефоном, чтобы глянуть, есть ли новые сообщения, ведь я его не брала в руки еще со вчерашнего вечера. Каналы, чаты… О, а это что еще такое?
00:11
ИГОРЬ ЗУЕВ: Не думай, что я забыл. Теперь моя очередь.
Глотаю вязкую слюну, скопившуюся после сна. Откуда он знает мой аккаунт? Ведь он даже не был вчера уверен, что меня зовут Лизой, а тут прям целую страничку мою нашел.
Показываю данное сообщение еще сонной Есе, на что она только машет рукой, мол, ничего он мне не сделает, кишка тонка. Но у меня данное сообщение не вызывало таких равнодушных чувств, как у подруги, а наоборот. Вдруг он и правда так обиделся на эту дурацкую шутку? Которую, между прочим, заслужил.