Гимны новому началу. Том первый

Название: Гимны новому началу. Том первый.

Автор(-ы): Виктор Карстен

Ссылка: https://author.today/work/334761

Глава 1. Гимн началу после конца.

Странное это чувство. Одновременно бросает и в жар, и в холод. Черт, все онемело. Все внутренности сжало, будто они опухли и стремились вырваться наружу. Приходится бороться за каждый глоток воздуха. А эти чертовы врачи все так и бегают вокруг. Приступ третий раз за неделю уже. Интересно, осталось ли на мне хоть одно живое место? Боже, как же страшно. Я не хочу умирать.

Сердце стучит все громче и громче, каждым своим ударом оно словно пытается разорвать ребра. Все нутро скручивается в приступах боли. Сначала робко и стеснительно, но вскоре смело и решительно, тьма заволокла зрения черной вуалью. Балансируя на краю черноты, я слышал, как верещало медицинское оборудование. Как переговаривались между собой врачи. Как их слова, лишенные всякого смысла, сливались в единый неразборчивый ком. Достигнув своего апогея, какофония звуков резко прекратилась, оставив меня в беззвучной темноте. Многочисленные руки дергали меня из стороны в сторону, жали и давили. Я пытался отбиваться, но силы стремительно покидали меня. И с каждым мгновением чернота пятнала кожу, оставаясь на ней липкими мазками. Просачивалась в плоть, стремилась к костям. Сначала она разъела правые руку и ногу. Затем левые. Чернота, подобно темному пламени, стремительно поглощала меня.

Вскоре боль ушла. Меня больше не было. Остались лишь разрозненные мысли, растворяющиеся в бескрайней темноте. Одна за одной, одна за одной. До тех пор, пока не вспыхнула и не исчезла последняя: «ну, вот и все».

Место без определенной формы. Без чувств. Лишь понимание – смерть. Моего физического воплощения больше не было, а вместе с ним отпали и физические ограничения. Вся жизнь была, словно на ладони. Каждый поступок. Каждая мысль. «Здесь» все это было мной. И это было нормой. До чего же мало. До чего же пусто. Оглядываясь назад, сколь же многого меня лишило это слабое, больное тело. Я почувствовал движение. Присутствие. Вопрос от чего-то. Отклик на желание. Согласен ли с подобным? Нет. Жажду ли большего? Да. Согласен ли на Таинство Возрождения? Но не там, где был. В другом «месте». Зыбком. Неважно. Не хочу умирать. Не хочу заканчиваться. Тогда жди.

Я не знаю, сколько прошло времени. Плато было похоже на сон. Но вскоре я почувствовал чей-то интерес.

– Выглядишь потерянно, – не слова, скорее мысли, обрётшие понятную форму. – И совсем молодо. В первый раз здесь?

Он был подобен мне. Столь же безликий, столь же бестелесный, но много более сложный. Старый, даже древний.

– Хм, судя по всему, говорить ты пока не научился. Я так понимаю, я первый, кого ты тут встретил?

Я пытаюсь придумать, как ответить. Кивнуть нечем, говорить тем более.

– Хм, ну, считай, что тебе повезло. Мне все равно делать нечего, пока жду перерождения. Это не сложно. Просто собери свои мысли в одно место и направь на поверхность. А потом дальше и дальше, пока не дотянешься ими до меня.

Я попробовал. И снова. И снова. А незнакомец иногда помогал советами. Иногда мешал, сбивая с толку. Иногда просто потешался.

– Кто… вы? – наконец получилось у меня выдавить.

– О, оформленный ответ. До этого ты общался просто какофонией эмоций и мыслей. Приемлемый прогресс, – незнакомец «улыбнулся». – Но не важно, кто я. Да и кто ты. Мне просто было скучно.

– Вы… тоже… умерли?

– Разумеется.

– Много… раз…?

– Да, не впервой, – в мыслях незнакомца проскользнула сложная смесь смеха, ностальгии и небольшой крупицы гнева. – И кое-кто совсем не торопится возвращать меня назад.

– Это… всегда… так… долго…?

– Как повезет. Мы с тобой немного различаемся. Так что извини, но тебе явно придется посидеть тут подольше.

– Это… был… Бог…?

– М? а, нет, конечно. Ну, в смысле, кто-то возможно его так и назовет, но это не так. Просто один из многочисленных отголосков Возрождения. Его, как я понимаю, привлекло твое желание вернуться. Это ты молодец. Многие из-за такой малости, как смерть, сразу опускают руки и сами же зовут к себе Забвение, хотя легко могут вернуться назад. Жалкое зрелище. Но ты все равно будь осторожен. Не падай духом, так сказать. А то, еще чего доброго, притянешь к себе отголосок Разрушения. Сам то он тебя, само собой, не отправит в Забвение, но…

Незнакомец резко переменился. Стал другим. Более далеким.

– О, кажется, все же раздуплились. Ну, спасибо за компанию, я пошел.

И он полностью исчез. Ушел куда-то. Я бы помахал бы ему на прощание, вот только было нечем. Да и не совсем понимаю, куда конкретно махать. Но не важно. Постаравшись сделаться как можно незаметнее, притянув все свои мысли поглубже внутрь, я «побрел» сквозь это что-то.

Следующий незнакомец был странным. Если прошлый был старый, твердый, гладкий и переливающийся, то этот был горячим, колышущимся и грохочущим. Его мысли хлестали подобно плетям, подобно реву, подобно скрежету по стеклу. Не обращая на меня внимания, он проплыл мимо, оставляя за собой след яда и пепла. Он был полностью и неисправимо безумным.

Потом я повстречал еще троих, ведущих меж собой беседу. Они представились, как Искатели, ответвление Прошедшего. Они искали забытое, то, что было и перестало. С ними было сложно общаться. Их мысли были окрашены каким-то знанием и пониманием чего-то, мне недоступного. Но знакомого. Привкус их мыслей был похож на тот, который был у самого первого создания, что я здесь встретил. Которого я принял за Бога. Который был его отголоском, если верить первому незнакомцу.

Но общаться с Искателями пришлось недолго. Я почувствовал, как что-то утягивает меня куда-то. Наружу. Вовнутрь. Не сюда. Искатели пожелали мне удачи. Спасибо им. Она мне явно понадобится.

Теперь я понял, почему младенцы плачут. Рождаться, это больно. Жить, это больно. Свет безжалостно жжёт глаза. Любой звук оглушает своей канонадой. Жар. Холод. После невесомости духа, оковы плоти удушают, голод сводит с ума, а чистые детские мозги едва удерживают то, кем я был когда-то. Идеи и воспоминания смешиваются воедино, порождая путаницу и жуткую головную боль. В то время я часто пребывал в спасительном беспамятстве, вспоминая себя лишь на краткие мгновения боли. Мгновения, что с каждым разом становились все длиннее.

И в один момент этот кошмар закончился. Многочисленные фрагменты пазла сложились в единый узор, что был многой. Это маленькое слабое тело все еще было непослушным, тяжелым, незнакомым. Но все же теперь полностью моим.

И, если верить детскому плачу и бессвязному бормотанию, я тут такой был не один. Через какое-то время в комнату вошла строгого вида старуха. Стройная и прямая как палка, с моей младенческой перспективы она казалась величественной и ужасной. Одетая в простое черное платье с высоким воротником, она ходила по комнате и заглядывала в колыбели, что-то говоря своим двум молодым помощницам на непонятном местном языке. Боже, его теперь же и учить придется. Какая прелесть.

Вскоре наступила моя очередь. Строгая старуха заглянула в мою колыбель и внимательно посмотрела мне в глаза. Не смотря на почтенный возраст, ее серые глаза смотрели твердо. Ее строгий взгляд буквально пригвоздил меня к кроватке. Хмыкнув, она с холодно-приветливой интонацией что-то сказала. В голове роилось множество мыслей, подозрений и тревоги. Неужели, она знает…

Не обращая внимания на мои страхи, старуха аккуратно прикоснулась к моему лбу. Жар растекся по моим мозгам, пробуждая все мои старые воспоминания. Стремительным калейдоскопом они пронеслись перед моими глазами. Кем я был. Хватит! Пожалуйста! Я не хочу снова проходить через это! И мое детское тело было со мной согласно. Не выдержав наплыва боли и эмоций, я заплакал, как самый настоящий младенец. Старуха же, разочарованно цокнув языком, что-то сказала одной из помощниц. Уже без какой бы то ни было приветливости. Молодая девушка кивнула и сделала несколько заметок в большом блокноте. Старуха же тем временем прикоснулась к моей левой щеке. Снова волна жара. Левая щека вспыхнула болью, после чего онемела, будто от укола анестетиком. Закончив со мной, старуха с помощницами молча пошла дальше. И всюду, где она ступала, плакали дети.

Вскоре меня перенесли в какую-то другую комнату. Просторная и светлая, в ней было несколько больших окон, что заливали ее светом. Хотя, справедливости ради, для меня сейчас все что угодно будет большим. Простая обстановка, около десяти кроваток, несколько горшков с комнатными цветами, да и все на этом. Стены и потолок комнаты были выкрашены в светлые цвета. Старые половицы скрипели при каждом шаге работниц. Прежде, чем меня переложили в новую кроватку, успел заметить своих соседей. Обычные младенцы, хоть и со слишком разумным взглядом. И у всех странный узор на левой щеке, похожий на татуировку. Один на всех, с небольшими отличиями в деталях. G-образная неровная спираль

И дни сменялись днями. Судя по всему, попал я в какой-то детский приют. В большинстве своем работники относились к нам безразлично и сугубо по деловому. Некоторые, разве что, смотрели с неприязнью. В те растянутые от безделья месяцы с нами разговорили. Много разговорили. Учили языку. Он оказался относительно простым, по крайней мере его разговорная часть. А дни все сменялись днями.

Так, за всеми этими разговорами прошел примерно год. Наши маленькие тела на удивление быстро окрепли, чтоб хоть как-то ходить и говорить. Никогда бы не подумал, что это так сложно. Переставлять маленькие слабые ножки. Топ-топ. А уж использовать рот для разговора мне вообще сначала показалась непосильной задачей. Но потихоньку, не спеша, мало по малому, нечленоразборные звуки все же начали складываться на хоть и косноязычные, но все же слова. Боже, насколько же «агукать» было проще. И почему только люди от этого отказались?

И все наши старания нас привели сюда. В классную комнату. На уроки. Честно говоря, я никогда не забуду это зрелище. Двадцать годовалых детей, сидящих за детскими столиками, с серьезными лицами слушали не менее серьезную пожилую леди в черном платье. И в глазах каждого горел совсем не детский интеллект.

– Доброе утро, «дети». И добро пожаловать, – сухой тон старой леди был лишен хоть каких-то проблесков эмоций, за исключением легкой тени скуки от уже приевшейся рутины. – Как некоторые из вас уже, возможно, догадались, вы находитесь в королевском приюте для Чужаков. Я здесь для того, чтоб обучить вас основным правилам нашего мира, дать вам необходимые умения, а так же оценить, как вы можете отплатить королевству свое рождение. Чтоб сразу расставить все по своим местам. Да, вы совершили преступление, украв плоть у верноподданного короны, хоть и не рожденного. И это преступление вы будете исправлять принудительным трудом. Вопросы?

– А сьто мы будем делть? – немного нечетко проговорила девочка.

– Подмастерьи, курьеры, различные помощники, трубочисты. Все то, что от вас будут требовать. Можете не переживать, никто от вас не будет просить того, что ваши детские тела не смогут сделать.

Немного помолчав, старая леди кивнула и продолжила:

– Чтож, продолжим. Перво-наперво, запомните мое имя: Присцилла Корвис. Всю свою жизнь я служила короне и, можете не сомневаться, я сделаю все для того, чтоб вы до последнего пенни погасить свой долг перед королевством.

Заложив руки за спину, Присцилла принялась медленно ходить из стороны в сторону:

– Итак, мир, ставший для вас новым домом, зовется Мардел. Наше королевство называется Альглан, мы на континенте Бролк, – остановившись, старая леди взяла стеклянный кувшин со стола и налила себе воды. – Считайте, что вам повезло. Альглан славится тем, что мы принимаем к себе всех перерожденных Чужаков, кто согласен жить по нашим законам. Мы уже давно поняли, что хоть далеко не все, но некоторые из вас несут в себе знания из иных, более продвинутых миров. Не все ваши технологии у нас реализуемы в прямом виде, но на основе познаний тех, кто пришел к нам до вас, мы уже смогли воссоздать многие чудеса технологий.

Один из детей поднял руку и, получив в ответ кивок от Присциллы, спросил:

– А что в других странах?

– Наше королевство по земле граничит с двумя странами. Неорской Демократической Республикой и королевством Трегл. В Республике вы будете лишены гражданских прав и, если вы не передадите им никакие значимые технологии, с вами будут обращаться как с гражданами второго сорта. Рабами, по сути. В Трегле же очень значимую роль играет культ Первопредка Альтхола. И с их точки зрения, вы украли святую плоть у ее истинного обладателя. Скорее всего, вас там просто убьют. В лучшем случае.

– Что такое Первопредок? – спросил все тот же любознательный «мальчик».

– Их с определенной точки зрения можно назвать богами, хоть это и не совсем верно. Да, их несколько. Альтхол, это Первопредок всей жизни. Именно от него произошли люди, звери, растения и все живое, что вы видите. Второй Первопредок, «Поток». От него произошли жидкие формы неживых одушевленных существ. Они почти бессмертные чудовища, в которых вы, при всем желании, не найдете ничего человеческого. В этой части света они почти не встречаются. Ну и последний, «Ложный Зодиак». Не знаю как в ваших старых мирах, но в нашем зодиакальный знак имеет большое значение. Он частично определяет как вашу судьбу, так и некоторые ваши личные особенности. Дети «Ложного Зодиака», это неживые имитаторы, что вмешиваются в течение людских судеб, сея вокруг себя хаос. Наибольшая проблема с ними в том, что внешне, внутри и по поведению они совершенно не отличаются от представителей своего вида. Обычно их находят либо по случайности, либо после того, как они уже причинили много вреда. Но подробнее об этом вы узнаете позже от последователей Альтхола, если захотите.

Присцилла прекратила расхаживать по кабинету и посмотрела прямо на своих учеников:

– Закончим же мы нашу обзорную часть темой, что касается вас непосредственно. Таинствами. Как и Первопредков, их три. Таинства Сотворения, Возрождения и Разрушения. Все, что вы будете делать в этом мире, будет приближать вас к ним. И иногда это происходит не самым очевидным образом. Возьмем, например, ваше перерождение здесь. Благодаря ему вы приблизились к Возрождению, так как вернулись из мертвых. С другой стороны, вы не дали появиться кому-то другому на свет, что приблизило вас к Разрушению. С третьей стороны, вы для этого мира что-то новое, что приблизило вас к Сотворению.

– И что выходит в итоге, ноль?

– Хм, не совсем. Эти три Таинства хоть и борются между собой, но все же не являются полностью антагонистичными. Именно на их пересечении и гармонии существует наш мир. Это с одной стороны. С другой же, чтоб познать истинную суть одного из Таинств, двумя другими придется пожертвовать. Будьте осторожны с теми, кто пошел по этому пути. Все они в той или иной степени безумны. Старайтесь придерживаться баланса как ради себя, так и ради окружающих. Всего существует семь ступеней постижения Таинства: Посвященный, Аколит, Ученик, Адепт, Мастер, Мудрец и Просвещенный. До уровня Ученика мы можете свободно совмещать Таинства между собой. Но если вы будете сильнее погружаться в одно из Таинств, то связь с остальными начнет ослабевать. Адепт в одном может стать только Аколитом в других. Мастер – только Посвященным. Мудрец же полностью отворачивается от иных Таинств, с головой уходя в свое. Ну а о Просвещенных мы ничего достоверного не знаем. О них известны только легенды неизвестной степени достоверности. Пока общий консенсус сходится на том, что седьмой ступени Таинства смертное существо достичь неспособно.

Вскоре после первого урока прошла церемония наречения. Ну, называть ее церемонией, пожалуй, будет излишне, но какая никакая атмосфера торжественности все же присутствовала. На ней нас спрашивали, как нас зовут. Кто-то выбирал новое имя, кто-то назывался старым. Я был из первых. Новому миру, новое имя. Так что приятно познакомиться, теперь меня зовут Робин. Всегда любил этого благородного разбойника. Увы, вторую часть пришлось пока оставить, так как по местным законам, у Чужаков не может быть фамилии. Ну, имя уже неплохо.

И насколько же непривычно смотреть в зеркало и видеть новое лицо. Светлые блондинистые волосы, неестественно насыщенные, почти ядовито зеленые глаза. Пухленькое детское личико. Интересно, каким я выросту?

Глава 2. Гимн повседневной рутине.

«Плато духов, или же просто Плато, это своеобразная начальная точка мироздания. Так же, Плато часто называют Нулевой Координатой представители тех продвинутых миров, что смогли обнаружить его присутствие. И хоть многое о нем все еще является предметом споров и спекуляций, точно можно сказать следующее: Плато является той точкой, в которую возвращается и из которой проистекает Архэ во все миры мироздания.

«Пути всяких Духов», Геледор Малдескар,1289 год по муардийскому календарю.

Первые годы были, пожалуй, самыми трудными. Всех нас терзали образы прошлого. Образы тех, кем мы были, кем могли бы стать. Всего того, чего мы лишились. Часто я просыпался посреди ночи, вырванным мерзкой хваткой кошмара из объятий Морфея.

– Снова кошмар? – шепотом спросил меня одной из таких ночей мой сосед.

– Да. Извини.

– Бывает. Мне и самому не спится. Все вижу, как умираю.

Через несколько минут сосед внезапно прошептал:

– Знаешь, если хочешь, всегда можешь выговориться. Должно помочь.

– Спасибо.

На глазах сами собой начали проступать слезы. Любит же это детское тело плакать, ей-Богу.

– Не стесняйся, – сказал мне сосед. – Это нормально, оплакивать мертвых.

– Но как-то это странно, себя оплакивать.

– Ты не себя оплакиваешь, – усмехнулся сосед. – Ты-то вот он, тут, живой. Ты оплакиваешь всех тех, кто остался там. Для нас они все равно, что мертвые.

Пожалуй, в его словах был свой смысл. Разумеется, мне грустно от того, что я больше не увижу своих родных. Но они, наконец, свободны. От меня, от моих недугов. Извини, незнакомец, но ты не прав. Я не оплакиваю их. Я просто напуган видениями прошлого и неизвестностью будущего. Ему я об этом, впрочем, решил не говорить. Вместо этого я сказал простое:

– Спасибо.

– Да не за что. Обращайся, если что. Меня Дрелгом нынче зовут.

– Робин.

– Вы можете там заткнуться уже? – раздался ей что злой шепот. – Спать не даете, имейте совесть.

Через пару месяцев, на первом утреннем занятии, Присцилла объявила:

– Чтож, «дети», пришла пора одного важного дела. Пришло время узнать ваши Знаки Зодиака. Сразу предвосхищая вопросы и скепсис от представителей «научных» миров, повторю. Да, в нашем мире Астрология это научная дисциплина. Да, в определенной степени, она способна, хоть и не точно, предсказать ваше будущее. Ну или в вашем случае, тот путь, который должна была идти ваша плоть, если бы она взращивала свою душу, а не была бы украдена вашей. На вопросы, как это работает, вам лучше ответит дипломированный астролог. Леди Неула, прошу вас.

В кабинет вошла высокая молодая женщина в простой темно-синей мантии. Ее длинные черные волосы были собраны в толстую косу, которую она перекинула через плечо. Приятная неожиданность. Я-то думал, что астрологом окажется еще одна старая ведьма. Второй приятной неожиданностью стали ее темно-синие глаза. Пожалуй, она была первым человеком, что посмотрела на нас с добротой. Освежающее новшество, от которого моя душа затрепетала. Мне даже стало немного стыдно от того, что я с таким скепсисом ко всему этому отнесся. Леди Неула же тем временем поклонилась нам и сказала:

– Здравствуйте, меня зовут Неула Врейт, и сегодня я раскрою ваши Зодиакальные Знаки. Скажу сразу, предсказания, что я вам сделаю, будут размытыми и туманными, но, тем не менее, верными, – астролог принялась нервно заламывать пальцы. – Ну а на счет того, как это работает, то тут все относительно просто. Наши небесные тела способны в определенной степени искажать потоки духовной энергии, влияя на формирование ребенка. Как материально, так и духовно. Вот.

Нервно взглянув на Присциллу, леди Врейт хлопнула в ладоши и сказала:

– Ну, у нас впереди еще много работы. Так как Зодиак, это довольно личное, работать мы с вами будем в индивидуальном порядке.

– В таком случае можете расположиться в моем кабинете, – сказала Присцилла. – Я уже подготовила для вас их личные дела.

Моя очередь наступила примерно через полтора часа. Подходя к двери кабинета Присциллы, я сильно нервничал. Не столько из-за Зодиака, сколько из-за неприятных воспоминаний. Бывал я тут до этого лишь однажды, но видит Бог, запомню это на всю вечность. Умеет же эта старая ведьма быть пугающей даже не повышая голоса. Особенно стыдно от того, что к нам тут вроде относятся как к взрослым, но отругали, как самого настоящего пацаненка. Но что было, то прошло, и надеюсь, что больше не повторится. Собравшись с духом, я вошел внутрь.

В нос сразу же ударил запах старой бумаги и пыли. Для взрослого кабинет был не очень большим, возможно даже немного тесноватым. Для меня же он был монументальным. Возвышающийся надо мной стол из темного дерева, заваленный нашими личными делами и различными принадлежностями для астрологии. Уходящие до самого далекого потолка книжные шкафы и картотеки, хранящие в себе вековую мудрость о тех, кто был до нас. Картины с прошлыми главами приюта, которые, как и Присцилла, смотрели на меня со суровой строгостью. Выискивая малейший проступок.

– Так, а ты у нас? – среди всей этой давящей атмосферы голос Неулы был подобен журчанию прохладного ручья.

– Робин.

Немного порывшись в тетрадях, астролог кивнула:

– Ага, вот он ты. Присаживайся пока, – пролистнув пару страниц, Врейт спросила. – Итак, какие у тебя планы на эту жизнь?

– А разве не вы мне это должны рассказать?

– Хех, все не совсем так просто. Ну, точнее я то расскажу. Какое будущее предполагалось для твоего сосуда. Но что именно ты хочешь? Мне просто интересно.

Немного подумав, я ответил:

– Попутешествовать. Наверное. Раньше, в прошлой жизни в смысле, я не смог посмотреть мир.

– Неплохая мечта. Надеюсь, у тебя получится.

Немного полистав личное дело и сверив его со своими записями, леди астролог пододвинула ко мне небольшую чашку с какой-то синеватой жидкостью:

– Дай свою руку. Не переживай, будет не больно.

Запереживав от такого только сильнее, я все же подчинился. Все, кто был тут до меня, вроде живыми ушли. Сильно сжав мой безымянный палец, одним уверенным движением она воткнула в него серебристую иглу. Как кровь на анализ. Меня всего передернуло, я чуть было не вырвался из ее хватки.

– Спокойнее, мне нужно всего несколько капель.

Моя кровь окрасило странное зелье в зеленоватый оттенок. Все еще удерживая меня, Неула второй рукой прикоснулась к чаше и прикрыла глаза. Жидкость пошла странной рабью, сама чаша запела низким, все нарастающим гулом. По поверхности зелья пошли цветные блики, сливающиеся в постоянно меняющийся узор. Пара мгновений, и все закончилось. Открыв глаза, леди астролог махнула рукой, и кровь отделилась от снова ставшей синей жидкости и вернулась мне в палец. Боль прошла так же стремительно, как и появилась.

– Это магия? – только и смог я спросить.

– Ну, и да и нет. Гадание по крови да, вершится с помощью магии. А возвращение крови обратно, это просто одно из проявлений Таинства Возрождения. Я просто вернула все так, как оно было изначально.

– Ага.

– Ну, если это тебе как-то поможет, один из твоих земляков, увидев это, сказал, что я понизила энтропию. Что бы это ни было.

– Ага.

– Ну да, я примерно так-же подумала. – улыбка Врейт была самим очарованием. Примерно полчаса мы просидели за неочемным разговором, после чего леди астролог заявила:

– Ну, пожалуй, готово. Итак, твой знак, это Ткач. Тебе было уготовано сплетать пути и узоры. Будь осторожен, ибо не все нити одинаково крепки в узлах. И когда одни нужно оставлять свободными, иные необходимо сплетать вместе. Будет такое время, когда тебе придется выбирать между нитью сердца и нитью долга. Не все очевидные пути правдивы, не все тонкие нити слабы. Будет такое время, когда сгустится тьма. Держись фонаря. Фонарь укажет путь среди теней. Но только если ты его проложишь.

– Звучит… запутанно и мрачновато. А чего-нибудь хорошего в будущем нету?

– Ну, как говорил мой учитель, «все предсказывают беду, чтоб быть к ней готовыми, а благо оставляют приятной неожиданностью». Раскрывай свой Зодиак только тем, кому веришь. Он путеводная звезда, которой могут воспользоваться твои недоброжелатели. Да и про потомков «Ложного Зодиака» не стоит забывать.