Воин-кабан

Глава 3. Логово

Минуло два дня. Уотан покинул лагерь уже на следующий день — ему здесь больше было нечего делать. На прощание шаман остановился возле Велтена, пристально посмотрел ему в глаза и обронил всего одну фразу:

— Ты занимаешься не тем.

И ушёл, даже не обернувшись. Велтен долго смотрел ему вслед, но так и не понял, что значили эти слова.

К тому времени лесорубы закончили с бревном. Оно лежало на земле у кольев — очищенное от коры, выровненное, готовое к тому, чтобы стать идолом. Оставалось только дождаться, когда его повезут в город.

Охотники, как обычно, ушли в лес с первыми лучами солнца. На этот раз прихватили телегу — на всякий случай, если попадётся крупная добыча. Вигберг разрешила, хоть и без особого желания.

Сама воительница-волчица тоже не сидела сложа руки. Собрав Белотура и Бриду, она отправилась прочёсывать окрестности — мало ли какие следы оставили разбойники. Перед выходом Вигберг строго взглянула на наёмницу:

— Очень тебя прошу: на этот раз не раздевайся.

Брида только усмехнулась в ответ.

В лагере остались лишь лесорубы да несколько караульных. Сигберт подошёл к бревну, окинул его довольным взглядом и процедил сквозь зубы:

— Что ж, с этим справились.

Велтен, сидевший неподалёку на чурбаке, поднял голову:

— Сигберт, когда в город повезём? Долго нам ещё тут торчать?

Голос его звучал ровно, но в глазах читалось раздражение — старший лесоруб умел выводить из себя одной лишь манерой разговаривать. Сигберт медленно повернулся к нему:

— Долго. — Он выдержал паузу и добавил: — А будешь задавать лишние вопросы — твою долю заберу.

Велтен промолчал, только сильнее сжал кулаки. Спорить с Сигбертом себе дороже. Но осадок остался.

Солнце уже клонилось к закату, когда из леса показались охотники. Телега, которую они утром увозили пустой, теперь была заполнена до отказа — груда пернатой дичи громоздилась поверх каких-то тюков, а в самом центре этого изобилия темнела аккуратная тушка косули.

Велтен, сидевший у костра, поднялся навстречу. Охотники гомонили, перебивая друг друга, и в этом шумном потоке то и дело звучало имя Герти. Кто-то хлопал девушку по плечу, кто-то восторженно размахивал руками, изображая, как всё произошло.

— Одной стрелой! — донеслось до Велтена. — Ты представляешь? Прямо в сердце!

— А она как развернётся, как прицелится — и готово!

— Я такого даже у бывалых охотников не видел!

Герти шла чуть поодаль, потупив взгляд, но на губах её играла едва заметная улыбка. Она явно гордилась собой, хотя виду старалась не подавать.

Вигберг, Брида и Белотур уже вернулись из своей вылазки и сидели у другого костра. Воительница-волчица, завидев приближающуюся телегу, поднялась и неторопливо подошла поближе. В глазах её светилась усмешка — но не злая, скорее одобрительная. Герти, заметив мать, отделилась от толпы охотников и направилась прямо к ней. Молча указала на тушу косули, вскинула подбородок. Во взгляде читалось: «Ну, что скажешь?» Вигберг окинула добычу оценивающим взглядом, потом перевела его на дочь.

— Что ж, — проговорила она спокойно, — сделаешь себе татуировку. Голову косули на руке. Заслужила.

Герти ничего не ответила, только улыбнулась — широко, довольно, совсем по-детски, хотя старалась выглядеть взрослой. Мать, качнув головой, отошла к своему костру.

Девушка постояла мгновение, а потом вдруг сорвалась с места и подбежала к Велтену. Остановилась напротив, запыхавшаяся, с горящими глазами.

— Завтра утром пойдём охотиться, — выпалила она и, не дожидаясь ответа, убежала к шалашам.

Велтен проводил её взглядом и невольно улыбнулся. Похоже, завтрашний день обещал быть интересным.

— —

Велтен выполз из шалаша. Утро встретило его неярким розоватым светом, пробивавшимся сквозь кроны сосен. Где-то неподалёку заливались лесные птицы, стрекотали, перекликались, создавая тот особый утренний гомон, от которого проснется кто угодно.

В лагере было тихо. Лишь воины, стоявшие в карауле, медленно обходили территорию, позёвывая и поглядывая на небо — скоро смена. Остальные ещё спали, укрывшись плащами и шкурами.

Велтен поднялся, потянулся, хрустнув суставами. Собрал длинные волосы в хвост, перетянул короткой верёвкой, подхватил топор и, стараясь не шуметь, направился к шалашу, где ночевала Герти.

Девушка появилась почти сразу — словно ждала его. Вылезла наружу, прижимая к груди лук, и, увидев лесоруба, широко улыбнулась. Поднялась, отряхнула колени и жестом поманила за собой. Караульные проводили их взглядами. Кто-то усмехнулся, кто-то понимающе покачал головой, но окликать не стали — не их дело.

— Будем охотиться на глухаря, — тихо проговорила Герти, когда они углубились в лес. — Сейчас самое время. Они токуют по утрам, их хорошо слышно. — Она покосилась на Велтена. — Справишься?

— Научусь, — так же тихо ответил он.

Они двинулись крадущимся шагом, стараясь ступать бесшумно. Герти двигалась легко, словно тень, — ноги сами находили, куда встать, чтобы не хрустнула ветка, не зашуршала листва. Велтен пыхтел следом, то и дело наступая на то, на что не стоило, и ловил на себе насмешливые взгляды девушки.

Поиски затянулись. Лес словно вымер — ни птицы, ни зверя. Только где-то вдалеке постукивал дятел да шуршала в кронах белка. Велтен уже начал думать, что они зря встали ни свет ни заря, когда Герти внезапно замерла и вскинула руку. Лесоруб застыл, боясь дышать. Девушка медленно, одними глазами, указала куда-то в сторону. Велтен присмотрелся и наконец увидел: на толстой ветке старой сосны сидел глухарь. Крупный, тёмный, с распущенным хвостом. Он замер в утренней дрёме, повернув голову в противоположную от людей сторону. Герти осторожно, стараясь не делать лишних движений, вытащила из колчана стрелу. Необычную — без железного наконечника, просто остро заточенное древко с густым оперением. Протянула её Велтену вместе с луком.

— Идёшь к тому дереву, — шепнула она, едва шевеля губами, и указала на соседний ствол, откуда было удобно целиться. — И стреляешь оттуда. Передвигайся только когда он поёт. Если замолчит — замри. Иначе услышит и улетит.

Глухарь затоковал. Звук был странный — щёлкающий, переливчатый, он разносился далеко вокруг. Велтен сделал первый шаг. Потом второй. Старался ступать мягко, перенося вес на пятку, как учил отец когда-то давно. Глаз не отрывал от птицы, но аккуратно следил, куда ставить ногу.

Песня глухаря то затихала, то разгоралась с новой силой. Велтен успел пройти больше половины пути, когда птица вдруг замолкла. Он замер, едва не наступив на сухую ветку. Сердце заколотилось где-то в горле.

Глухарь встрепенулся, переступил с лапы на лапу, повёл головой, словно прислушиваясь. Ещё мгновение — и он развернётся, увидит человека, улетит… Но птица, оценив обстановку, снова затоковала. Велтен выдохнул и быстро, пока звук заглушал шаги, преодолел оставшееся расстояние до укрытия. Притаился за стволом, прижался спиной к шершавой коре. Выровнял дыхание. Глухарь пел совсем рядом — самец, увлечённый брачными играми, не замечал опасности.

Велтен осторожно высунулся из-за дерева, поднял лук. Натянул тетиву — и тут же лук задел ветку растущего рядом куста. Раздался тихий шорох. Глухарь замолк. Велтен замер, проклиная себя. Сейчас птица сорвётся, и всё насмарку. Герти сзади, наверное, уже закатывает глаза…

Но глухарь, покрутив головой и не заметив угрозы, снова завёл свою песню. Велтен выдохнул, прицелился тщательнее и отпустил тетиву. Стрела мелькнула в воздухе — и токование оборвалось на полуслове. Глухарь сорвался с ветки, но не полетел — рухнул вниз, цепляясь за сучья, ломая мелкие ветки, и глухо ударился о землю.

— —

Велтен и Герти возвращались в лагерь не спеша, переговариваясь вполголоса. Лесоруб нёс глухаря, то и дело поглядывая на свою спутницу. Девушка заметно повеселела — удачная охота придала ей уверенности.

— К нам недавно Радульф заглядывал, — вспомнил Велтен. — Бард из Клана Филина. Слышала его песни?

— Слышала, — кивнула Герти. — Говорят, новую сочинил. Я бы послушала, если ещё раз приедет. Думаю…

Она осеклась на полуслове и резко повернула голову, глядя куда-то за спину Велтена. Лицо её мгновенно изменилось — стало собранным, напряжённым. Не говоря ни слова, она выхватила из колчана стрелу, наложила на тетиву и выстрелила. Стрела пронеслась в пяди от виска Велтена. Он даже не успел испугаться — только рефлекторно пригнулся, когда мимо просвистело оперение. Обернулся.

В десятке шагов позади них стоял мужик с дубиной. Стрела Герти торчала у него из груди. Он пошатнулся, сделал шаг, другой — и рухнул лицом в мох. Но за ним из-за деревьев выступили другие. Четверо, пятеро, больше — Велтен сбился со счёту. Оборванные, кто с ножом, кто с топором, двое с копьями. Разбойники. Здесь, в двух шагах от лагеря.

— Бежим! — крикнула Герти, дёрнув его за рукав.

Они рванули прочь, слыша за спиной тяжёлый топот и гортанные крики. Ветки хлестали по лицу, корни норовили подставить подножку, но они бежали, не разбирая дороги, туда, где между стволами уже виднелись очертания лагеря.

Кто-то из разбойников настигал. Велтен слышал дыхание, чувствовал спиной расстояние. Понял: не оторвётся. Резко развернулся, одновременно замахиваясь топором. Удар пришёлся точно в шею. Разбойник, занёсший уже нож для удара, захрипел, выронил оружие и осел на землю, зажимая рану руками. Кровь хлестала между пальцев, заливая корни сосен. Остальные на мгновение замешкались. Этого хватило, чтобы Велтен развернулся и побежал дальше.

Герти уже выскочила на открытое пространство перед лагерем.

— Враги! — закричала она что было сил.

В лагере зашевелились. Воины хватали оружие, лесорубы выскакивали из шалашей. Вигберг, уже с мечом в руке, выбежала навстречу.

— Не стрелять! — скомандовала она, увидев Велтена.

Велтен влетел в лагерь, едва не споткнувшись о колья, и тут же развернулся к лесу. Топор в его руках был весь в крови. Разбойники высыпали на опушку. Их оказалось не меньше двух десятков — кто с дубинами, кто с ножами, но попадались и те, у кого имелись щиты и лёгкие кожаные доспехи. Несколько человек держали луки.

— В строй! — рявкнула Вигберг.

Воины сомкнули щиты. Охотники — среди них Брунс и подоспевшая Герти — приготовили стрелы.

— Бей!

Тетивы звякнули разом. Несколько разбойников упали как подкошенные. Остальные с воплями бросились в атаку.

Вражеские лучники ответили. Стрелы застучали по щитам, одна впилась в бревно шалаша. Кто-то из лесорубов вскрикнул — стрела попала в ногу, он упал, отползая. Охотник, прятавшийся за шалашом, выскочил и, рискуя жизнью, оттащил раненого в укрытие.

Велтен бил топором, не думая, не считая. Перед глазами мелькали лица, руки, оружие. Он рубил, отбрасывал, снова рубил. Кто-то справа упал от удара Белотура, кто-то слева захрипел, напоровшись на копьё Бриды. Над ухом свистели стрелы — это Брунс и Герти работали с безопасного расстояния.

Сигберт сражался рядом с Велтеном — и, надо отдать ему должное, бился умело, сочетая удары топора и ножа.

Но всех переплюнула Вигберг. Она ворвалась в гущу врагов, словно сама смерть. Меч её пел, разрубая воздух и плоть. Разбойники падали один за другим, даже не успевая понять, что их убило. Кто-то сумел задеть её копьём — оставил кровавую борозду на боку, но Вигберг даже не заметила. Ответным ударом она снесла обидчику голову.

Оборонявшиеся понемногу теснили нападавших к лесу. Налётчики дрогнули. Кто-то побежал первым, за ним другие.

— За ними! — приказала Вигберг.

Воины рванули вперёд. Охотники били по убегающим из луков. Велтен, не помня себя от ярости, бросился за одним из разбойников, отделившись от строя. Тот, поняв, что не уйдёт, развернулся, выставив копьё. Велтен затормозил, перехватывая топор поудобнее. Разбойник ткнул копьём — Велтен отбил, шагнул вперёд. Противник отскочил, снова приготовился к удару.

Велтен обманул. Вместо атаки топором вдруг прыгнул вперёд и со всей силы врезал ногой разбойнику в грудь. Тот отшатнулся, потерял равновесие, и в следующее мгновение топор Велтена опустился ему на ключицу. Хруст, хрип — и разбойник осел на землю.

Велтен попытался выдернуть топор, но лезвие застряло между рёбер. Дёрнул раз, другой — бесполезно. И тут из-за дерева вышел ещё один. Бородатый, в куртке из бычьей шкуры, с огромным ножом в руке — клинок длиной в локоть. На лбу у него чернела вытатуированная руна Быка. Главарь.

Велтен отскочил, выхватывая нож. Главарь надвигался медленно, уверенный в победе. Велтен пятился, споткнулся о корень и упал на спину. Разбойник занёс оружие над ним, предвкушая лёгкую победу.

Левая рука Велтена нащупала камень. Тяжёлый, увесистый. Не думая, он швырнул его снизу вверх. Камень попал главарю точно в колено. Тот взвыл, выронил нож и рухнул наземь, схватившись за ушибленную ногу. Велтен вскочил, подбежал и со всей силы врезал ногой ему по голове. Главарь обмяк.

— Стой! — крикнул подоспевший Белотур. — Живым берём! Помоги, — бросил он Велтену.

Вместе они перевернули разбойника, заломили руки за спину и стянули их верёвкой. Бой стихал. Те разбойники, что пытались бежать, были перебиты охотниками. Раненых, по приказу Вигберг, добивали — лишь одного оставили в живых.

Воины собирали трофейное оружие, перевязывали раненых. Убитых, к счастью, не оказалось — только трое лесорубов получили ранения, но не смертельные. Вигберг обходила строй, осматривая людей, когда увидела Велтена и Белотура, волокущих связанного главаря. Они потом передали его в руки воинов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.