На чаше весов. Следствие ведёт Рязанцева

– Ну да. А вам нет? Если б это были девочки, то и вопросов бы не было. Но мальчики… – Лена скривила губы. – Если только они не собирались их кому-то подарить. Например, какой-нибудь девочке.

– Возможно.

– Или матери. Мать-то нашли?

– Никого мы ещё не нашли. Никто о пропаже детей не заявлял.

– Надо опросить жителей близлежащего населённого пункта.

Пока Лена разглядывала фотографии, Махоркин незаметно спрятал кружку назад в тумбочку.

– Этим сейчас занимаются Ревин с Котовым. А вас мы ждём в понедельник.

– Александр Васильевич, ну какой понедельник? Дети погибли. Вы всерьёз думаете, что я теперь спокойно буду на диване лежать, просматривая сериалы? Всё, считайте, что я уже вышла.

– Если честно, я хотел вам поручить расследование. У вас уже есть некоторый опыт в подобных делах. Но до понедельника может и подождать.

– Не может. Всё. Я беру это дело. Прямо сейчас. – Лена сгребла снимки, сложила их в папку и, подхватив с вешалки пальто, двинулась к выходу.

– Вы куда? – окликнул её Махоркин.

– Как это куда? К себе.

***

Кабинет встретил свою хозяйку душным, или как когда-то говорила её бабушка, «спёртым» воздухом. В остальном всё было так же, как и до отъезда. Даже декабрист не успел засохнуть – пластинки стеблей цветка, несмотря на потрескавшуюся без воды почву в горшочке, оставались такими же мясистыми, как и раньше. Лена открыла окно, впуская мечущийся ветряной поток свежего воздуха.

Всё как и раньше – какое счастье. Повесив пальто на плечики, она села за стол и принялась внимательно изучать документы. Сначала прочла подробное описание места преступления, сверяя прочитанное с фотографиями, затем несколько раз перечитала показания свидетеля Ивана Солянки. Свидетеля ли? Какой-то странный рассказ. Надо бы по свежим следам связаться с другом, как там его? Курков, кажется.

Рязанцева достала мобильник и набрала телефон Олега Ревина. После третьего гудка в трубке послышалось радостное и громкое:

– Елена Аркадьевна!!! Вот это да! Не ожидал вас услышать. Как там Франция?