Аномалия системы

Глава 6 Матвей

— Можно я выступлю с речью вместе с тобой? Будет прикольно: два брата. Из грязи в князи. Одна семья и одна кровь.

Если бы можно было по щелчку оглохнуть, я бы сделал это прямо тогда. Навсегда, если бы получилось. Хотя бы чтобы не слышать его голос.

— Абсолютно нет, — сказал я своему младшему брату Максиму, не оставляя места для споров. — Мой бизнес — не сцена для твоих цирковых номеров. Уже достаточно того, что тебя знают как моего брата — того, кто вечно вляпывается в какую-то грязь. Я не позволю тебе запачкать то, что я построил, своей жадностью и своей мягкотелостью.

Макс открыл рот, поймал мой взгляд и тут же закрыл его. Умный.

— Хорошо, я понял. Но прийти-то могу?

Он развалился в кресле, как человек, которому всё равно. Но я знал его достаточно долго, чтобы видеть другое. Он всегда так садился, когда чувствовал себя маленьким. Делал себя шире, чем есть. Я никогда не указывал на это. Мне это было не нужно. Достаточно было одного взгляда — и тишина делала своё дело.

Жизнь - жестокая штука. Было у отца с матерью два сына. Один воспитывался у папы, а другой — у мамы. Папин сын — то есть я — вырос взрослым и самостоятельным. Ни к кому не бегает, сам берёт и решает свои проблемы. Мамин сын — ничего тяжелее своего телефона в руках не держал. Только проблемы и неприятности. Сырой, несамостоятельный. Прям сыночка-корзиночка. И самое мерзкое — я слишком поздно понял, что это тоже моя ноша.

— Что происходит с «Фортуной»? Почему уже целый год сплошные убытки? Где обещанная прибыль и тот самый эффект «челюсть на полу»?

— Эмм — мямлит Макс. — Так только год прошёл, я сейчас вхожу в ритм, и начнётся прибыль.

— Ритм?! — я хватаю его за плечо. — Убытки без учёта вложений. Я предупреждал: новый стрип-клуб — плохая идея. Их и так переизбыток. Чтобы выжить — нужно что-то уникальное, а не голые сиськи и маскарад.

— У нас теперь ещё массажисты

Я замер.

— Ты сознательно смешал закон и преступление под одной крышей?!

Я слишком хорошо знал, чем заканчиваются такие «мелочи». Одна ошибка — и начинает сыпаться всё.

— Ты понимаешь, что это уголовные риски? — продолжаю я. — Или рассчитываешь, что можешь опереться на меня и спрятаться? В понедельник ты закрываешь этот массажный бизнес. Полностью. И после этого ни одного шага без согласования. Тебе двадцать шесть лет, а рассуждаешь ты как десятилетний.

Я не могу больше смотреть на него. Столько идиотизма в одном человеке заразительно. Как, ну как у одних родителей мог появиться сын-идиот? Но виноват я. Потому что каждый раз, когда нужно было дать ему упасть, я подставлял плечо. А он так и не научился держаться на ногах.

Но мама

«Матвей, какой ты жестокий, как отец. Матвей, помоги Максиму, он же твой брат».

Всё, с меня хватит. Теперь пусть сам решает свои проблемы. Последний раз проверю историю с массажем — и всё.

— Матвей Владимирович, к вам Давид Владленович, — слышу голос секретаря.

— Пусть зайдёт, — отвечаю. - Иди Макс отсюда.

Макс вышел, и сразу за ним зашел Давид. Давид — мой друг ещё с армии. Вместе служили, вместе прошли горячие точки, вместе съели тонну дерьма одной ложкой. Но это в прошлом.

Сейчас мы — солидные, уважаемые люди. Я официально владелец сети клубов «Negligee» по всей стране, а Давид — начальник службы безопасности. На все мои попытки сделать его партнёром он идёт в отказ. Бизнес был не его. Точность — его. Порядок — его. Лояльность — его.

— Опять проблемы? — интересуется Давид.

— Есть сомнения? У него только они и могут быть. Максим умудрился открыть массажные комнаты внутри стрип-клуба, даже не подумав о прикрытии. Я искренне не понимаю, как он рассчитывал, что это останется незамеченным.

Злость сжала мою руку в кулак.

— Да ладно, — смеётся Давид. — Но не может же он до такой степени думать, что он бессмертный?

— Как видишь, — отвечаю я, — не только думает, но и действует. Я прикрываю лавочку благотворительности. Пусть сам дальше. Только, Давид, проследи, пожалуйста, чтобы эта массажная схема была закрыта навсегда. Сделай чисто и без суеты.

— Ок, сделаем.

— Отлично. Я устал как собака. Длительный перелёт выбил меня из колеи. Выступлю и уйду через час — отсыпаться.

— С сопровождением?

— Пас. Но себя не ограничивай ни в чём, — улыбаюсь, представляя крепкий сон в одиночестве.

Глава 7 Матвей

Поздравив гостей с днём рождения клуба, я направился в свою приватную ложу. Планировал пропустить пару стаканов виски и погрузиться в тишину. Давид зашёл следом.

— Ты был, мягко говоря, немногословен. У тебя лимит на слова? — сказал он с усмешкой

— Да меня вообще никто не слушал. И мне налей, — протянул я пустой бокал.

Сделав глоток Jack Daniels, я впервые за вечер расслабился и полностью погрузился в кресло.

Стук в дверь прервал моё редкое спокойствие. Я приподнял бровь и увидел охранника:

— Матвей Владимирович, тут посетитель. Говорит, зовут её Мина и утверждает, что вы её ждёте.

Я посмотрел на Давида — может быть, он в курсе происходящего. Он пожал плечами: «не мой цирк, не мои обезьяны».

Зная Мину, я сразу понял, что она не уйдёт, пока не сделает то, ради чего пришла. Давид был прав — связываться с ней было ошибкой. И словно он накликал, теперь я не мог от неё избавиться. Я уже не раз был с ней жёстким, но она всё равно возвращалась, как заноза под кожей. Она знала, что я не могу избавиться от её тела из-за её отца, и пользовалась этим с утомительной настойчивостью, бросаясь на закрытые двери и называя это стратегией.

Боже, как я ненавижу таких женщин — готовых унижаться ради собственных хотелок.

— Пусть войдет, — устало произнёс я.

Я повернул голову медленно, не вставая из кресла. Вместо ожидаемой Мины в кабинку вошла совершенно незнакомая девушка.

Рыжие волосы, светлая кожа, большие глаза — зелёные с золотом. Кожа чистая, почти фарфоровая, с едва заметным румянцем, который делал её ещё более настоящей. Черты лица тонкие, но не кукольные: аккуратный нос, чёткая линия скул, губы естественные, полные, слегка приоткрытые, словно она всё время собиралась что-то сказать, но не решалась.

Не очередная разукрашенная клубная кукла.

Фигура стройная и женственная, без той отчаянной демонстративности, которую я видел вокруг себя каждую ночь. Одежда простая, но подчёркивающая именно то, что нужно, без попытки кричать о себе. В её позе чувствовалась скованность, но не неуклюжесть — скорее осторожность человека, привыкшего быть сильным, но сейчас боящегося.

Красивая. Не той кричащей красотой, что заполняет мой клуб каждую ночь. Настоящей. И именно поэтому — подозрительной.

Я откинулся в кресле, не отводя от неё взгляда. Пусть почувствует вес моего внимания. Пусть поймёт, куда именно она пришла.

— Ты понимаешь, куда именно ты вошла? — спросил я тихо. Голос ровный, без эмоций.

Она кивает неуверенно, будто убеждает саму себя.

— Мне мне нужно поговорить с Вами, — голос слегка дрогнул, но она не отвела глаз.

Я усмехнулся уголком губ. Сколько раз я слышал эту фразу? Деньги. Связи. «Помогите». Все хотят что-то от меня.

— Со мной не разговаривают просто так. Особенно здесь.

Она сжала губы, но не сдвинулась с места. Стоит передо мной — красивая, растерянная, упрямая. И именно это заставляет меня внимательнее на неё посмотреть. Я всё ещё не подозреваю, зачем она пришла, о чём хочет говорить.

— Я меня зовут Алиса. Мы не знакомы с Вами, но я хочу — начала она, постоянно оглядываясь то на меня, то на Давида.

В этот момент дверь распахнулась снова.

— Крутое шоу, брат. Люди в очередь — раздался голос того, кого я сегодня совсем не хотел видеть.

Он замер на полуслове, увидев девушку. Его лицо мгновенно изменилось: скулы дёрнулись, глаза потемнели. Он её знал. И явно не ожидал увидеть здесь. Она смотрит на него — расширенные зрачки, бледность в один миг. Узнаёт. И страх в её взгляде становится другим — не абстрактным, а очень конкретным.

— Какого хера ты здесь?! — процедил Максим сквозь зубы.

Она замирает — на долю секунды кажется, что сейчас упадёт. Потом резко разворачивается и выбегает. Дверь хлопает за ней.

Максим смотрит на меня. Я — на него.

В воздухе повисло что-то тяжёлое.

Вот так поворот.

— Кто она? — спросил я спокойно.

Глава 8 Матвей

— Что она сказала? — идёт в наступление Максим, при этом я замечаю его нервозность и бегающий взгляд из стороны в сторону.

— Вопросы здесь задаю я, — сразу беру контроль над тоном и направляю разговор на себя. — Кто она?

— Алиса баба моя бывшая. Что она тебе уже успела наплести? — опять пытается перевести разговор.

— Максим. Ты не понял. Я спрашиваю — ты отвечаешь. Без пауз.

Он выдыхает, быстро-быстро:

— Алиса мы с ней познакомились в ресторане. Вернее, как познакомились Она меня как увидела — сразу начала вешаться на меня: «Я свободна всю ночь, одинока, некому согреть, скучаю, всё умею и могу». Ну и баба зачётная, вот я и решил позависать. Только ей нужен был не я, а мой кошелёк. Сначала разводила на бабки по-крупному: я ей квартиру снял, машину в аренду взял, кредитку дал. Ты думаешь, почему у меня деньги заканчивались? Эта сука выжимала меня досуха. А потом, когда я ей отказал в очередной хотелке, стала шантажировать — мол, найдёт побогаче. Я держать не стал. А теперь она, видишь, к тебе притащилась с предложениями.

— Подожди, — вмешивается Давид, — ты говоришь, она пришла сюда, чтобы подкатить к Матвею?

Макс кивнул слишком быстро, слишком охотно.

— Как только она узнала, что мой брат здесь — и что он щедрый, где надо... да. Она много чего умеет. На всё соглашается. Спереди, сзади...

Он ухмыльнулся.

— Мы даже втроём как-то были.

— Хватит, — резко сказал я.

Он говорил быстро, слишком быстро — будто боялся, что его перебьют. Но сейчас у меня не было ни сил, ни желания разбирать всё это.

И всё жеЕё взгляд говорил совсем о другом. Ни жадность, ни похоть — страх и решимость. Она выглядела как зверёк, который выходит из укрытия не из любопытства, а ради шанса выжить. Она пришла туда, где ей не по себе, потому что нужно, а не потому что хочется.

Но мысль не задержалась надолго. Я слишком устал, чтобы разбирать это сейчас. Уже несколько месяцев подряд сплю по три часа в день: открытия филиалов по стране, подготовка запуска нового проекта, который должен полностью поменять мой мир. В голове — шум, тело работает на автомате, а мозг ищет самый простой путь.

И если выбирать между сложной версией и примитивной — проще поверить Максу. Проще принять, что это ещё одна история без нюансов.

Да и зачем ему врать? Что, ему трахать некого?

Видать, я старею. Четвёртый десяток пошёл. Достаточно, чтобы понимать. И достаточно устал, чтобы не разбираться.

— Ты пришёл веселиться — вот и иди веселись. И не впутывай меня в свои проблемы с женщинами. Мне тебя одного более чем достаточно. Иди.

Дважды повторять не пришлось: он попрощался и ушёл в спешке. Я бы даже решил, что он торопился догнать эту лису.

Я смотрю ему вслед и чувствую, как закипает не злость — усталость.

— Отдыхай, Давид, я домой.

— Довезу?

— Борис ждёт. Пока.

— Отсыпайся, Матвей. Встретимся в понедельник.

Попрощавшись, я вышел через чёрный вход клуба и сел в машину, которая довезла меня до дома.

И, засыпая, я снова увидел её лицо. Рыжие волосы, светлые глаза с золотыми искрами, дрожащие пальцы на сумочке. И горькое, тяжёлое разочарование — что такая красота оказалась очередной иллюзией.

Я повторяю это про себя, как мантру. Чтобы уснуть. Чтобы не думать. Чтобы завтра всё было проще.

Глава 9 Алиса

Фак.

Фак.

Полный фак.

Как так можно — и именно в самый неподходящий момент?

Я до сих пор не понимала, как мне удалось собраться, развернуться и убежать. В ту секунду, когда я услышала этот голос — этот ненавистный, знакомый голос — я окончательно поняла, насколько всё плохо.

Может быть, мне стоило остаться и всё рассказать. Но кто меня будет слушать? Есть я — и есть младший брат. Очевидно, кому поверят в этой истории.

Так что выбора у меня не было. Единственное, что оставалось, — уйти. Вернее, убежать.

Алёна. Алёна, где ты?

Мне нужно было выбраться оттуда. Он точно пойдёт за мной. Эта мысль пришла мгновенно — стоило только вспомнить его сжатые кулаки и дёргающийся глаз, который чуть не вылез из орбит.

Мне нужно найти Алёну. С ней или без неё — но уехать отсюда как можно дальше.

К счастью, удача в ту ночь не оставила меня полностью. Я почти сразу заметила её. Алёна стояла у бара одна и пила воду.

— Я в полной заднице, — выдохнула я, как только подбежала к ней. — Нам нужно срочно отсюда уходить. Иначе я труп.

— Что? Я вообще не понимаю, о чём ты, — сказала Алёна, и это было справедливо.

— Объясню потом. Не здесь. Ты со мной или нет?

Она посмотрела на меня секунду, оценивая выражение моего лица.

— Пошли. Здесь всё равно скучно.

Мы почти синхронно хватаем вещи, быстро одеваемся и заказываем такси — подальше от клуба, чтобы не светиться у входа. Через пару минут уже выходим наружу и идём к точке посадки.

Такси приезжает быстро. Второй раз за вечер удача улыбается мне. Мы садимся и едем. По дороге я успеваю рассказать ей всё.

— Мда — выдыхает она. — Это ж надо было так выбить страйк по невезению. Прямо олимпийский уровень.

— Что теперь делать? — голос у меня предательски дрожит. — У меня был один шанс, и я его профукала.

— Не реви. Слезами не поможешь. Надо действовать, а не плакать. Будем думать что-нибудь ещё, — не очень уверенно говорит она.

Мы доезжаем до общежития, спокойно проходим вахту — с вахтёршей мы договорились заранее. В комнате всё происходит молча: душ, переодеться, лечь в кровать.

Тишина давит.

— Как он тебе? — вдруг спрашивает Алёна.

— Как обычно. Такой же козёл и мудак.

— Я не про него. Про Матвея.

— Матвея?

А ну да, Матвея. Фото не всё передаёт. Вживую он ещё более устрашающий. Смотрит на тебя так, будто лазером прожигает. Мне было жутко находиться рядом, и, наверное, из-за этого я и потеряла время. Нужно было сразу зайти и с порога всё вывалить. А я просто тянула время.

— Он секси?

— Я не думала об этом. Он сидел с кем-то. Не знаю, кто это был. Алёна, а ты бы что сделала на моём месте?

— Я бы сразу согласилась с Максимом, — зевая, отвечает она. — Но ты носишь свою девственность как священную реликвию.

— Я не девственница. У меня был секс.

— Ого, — искренне удивляется она. — А я думала, ты ещё с ней ходишь. Просто тебя ни разу ни с кем не видели.

— Я не фанат бессмысленных обменов слюной, — пожимаю плечами. — Учёба для меня всегда была важнее.

— И кто он?

— Никто. Парень из нашего дома.

Я не хотела продолжать этот разговор.

— Ладно, давай спать. Спасибо, что не бросила меня и вообще попыталась помочь.

Алёна что-то бурчит в ответ и довольно быстро засыпает.

Я лежу в кровати, уставившись в темноту, и понимаю, что сон сегодня не придёт. В комнате становится тихо, и в этой тишине его образ всплывает сам — без приглашения.

Я снова вижу его взгляд. Такой же чёткий, как тогда, в клубе. Будто он до сих пор направлен на меня — даже сквозь стены и расстояние. От этой мысли по коже пробегает холодок, и я плотнее кутаюсь в одеяло, хотя в комнате тепло. Я вспоминаю, как в тот момент сбилось дыхание. Как сердце билось неровно, слишком громко, будто могло выдать меня с головой. Тогда я списала это на страх. Сейчас понимаю — это был не только он.

Это было ощущение, что я столкнулась с чем-то сильнее себя. С человеком, который не спрашивает разрешения, чтобы занять место в твоих мыслях.

Я закрываю глаза, но становится только хуже. В темноте всплывают детали: жёсткая линия его лица, спокойствие, от которого становилось не по себе, уверенность человека, привыкшего решать судьбы, не повышая голоса. Я злюсь на себя за то, что думаю об этом. За то, что он остался со мной дольше, чем длилась сама встреча.

Где-то глубоко внутри поднимается тревога — тихая, настойчивая. Я понимаю: такие мужчины не проходят бесследно. Их не забывают просто потому, что хотят. Я переворачиваюсь на бок, закрываю глаза и шепчу себе, что это всего лишь воспоминание.

Но есть огромные сомнения.

Глава 10 Алиса

Ожидаемо, утром, когда я проснулась, чуда не свершилось, и реальность вновь обрушилась на меня. Уже воскресенье, а значит, у меня есть всего один день, чтобы придумать, как выпутаться из этой ситуации с наименьшими потерями.

Взяв телефон в руки, я была удивлена количеством пропущенных звонков. Их было около тридцати — с неизвестного номера, и несколько сообщений. Я открыла их, и по всему телу встали волосы дыбом.

Ты где? Бегом ответила на звонок.

Ты думала меня обхитрить? Меня??

Ты, шлюха, правда решила, что умнее?

Тебе конец.

Я дал тебе всё, а ты так сделала. Больше я не буду добрым. Где ты?

Прямо сейчас поедешь ко мне и отработаешь всё за мои потраченные нервы.

Где ты?

Ну я найду тебя всё равно. Ты влипла по самые уши.

Его старый номер я давно заблокировала. Значит, это один из новых.

Я положила телефон экраном вниз на матрас и уставилась в потолок. Алёна ещё спит, и, видимо, ей уже немного надоели мои «прибамбасы». Она и так уже сделала для меня больше, чем достаточно. Я не могла продолжать втягивать её в свои проблемы. А это значит, что я одна, и единственный, на кого могу положиться, — это я сама.

Снова взяв телефон в руки, я тут же заставила себя положить его обратно.

Лежать дальше было бессмысленно. Потолок ничего не собирался решать. С трёх ночи я уже сорок раз прокручивала в голове все возможные варианты развития событий и то, насколько плохо это могло обернуться.

В конце концов я встала. Сказала себе, что самое трудное — это просто подняться с кровати. Потом механически прошла через утреннюю рутину, пытаясь убедить себя, что всё будет в порядке.

Выходя из общей душевой, меня остановила Маша — знакомая по общежитию.

— Слушай, Алиса — начала она с явным интересом. — Вчера какой-то неадекват пытался вломиться в общагу. Его еле удержали. Орал, грозился устроить тут ад и спалить всё к чертям и всё время звал тебя.

— И что было дальше? — спрашиваю я, хотя ответ уже знаю.

— Ну, Анфиса Степановна сказала, что ты куда-то ушла и не пришла. Но, думаю, он сегодня вернётся. Он даже обещал вернуться, и если его не впустят, то исполнит свою угрозу.

— Поняла, спасибо.

—Подожди — ты не собираешься объяснить, что это было?

Сочувствия и помощи от неё и не пахло — чисто интерес и любопытство. Жажда сплетен. Поэтому я поспешила в комнату, на ходу придумывая план побега.

План сложился быстро: уйти. Желательно до вечера, а лучше — до ночи. Куда угодно, лишь бы подальше.

— Доброе утро, как спалось? — сонно зевая, подала голос Алёна.

— Нормально. Мне уйти надо срочно, в гости позвали.

— К кому?

— Ой, ты не знаешь. Это подруга моей тёти. Она давно меня звала, но я никак не могла найти время. А так как завтра моя жизнь изменится, я решила провести денёк в тишине. Думаю, останусь на ночь.

Я говорила уверенно. Нужно было, чтобы Алёна поверила. И чтобы, если что, она не пострадала. Я быстро собралась: высушила волосы, собрала их в хвост, натянула спортивные штаны и худи с капюшоном. В рюкзак сложила самое важное — ноутбук, документы, деньги, немного фотографий.

Собирая всё это, я поймала себя на мысли, что готовлюсь к конкретному бегству из страны. Ну а что — всё может быть. План «Ураган» провалился, и последствия не заставили себя ждать.

Я всё собрала и наметила маршрут до торгового центра. Там многолюдно, есть где поесть, посидеть и заняться чем-то. Все удобства — в одном месте.

— Ладно, Алён, — говорю я, застёгивая рюкзак. — Спасибо ещё раз за вчера. Может, что-нибудь привезти домашнего?

— Ой, нет, спасибо.

— Тогда пока.

Спускаясь с пятого этажа, я надела кепку, натянула капюшон и сгорбилась, стараясь выглядеть максимально неприметно. Лучше выходить с людьми — так проще затеряться.

К счастью, со второго этажа выходила группа студентов. Я поздоровалась, перебросилась парой дежурных фраз и вместе с ними прошла пункт охраны. Так же вышла из здания. Пройдя с ними метров сто, я отсоединилась и решила пройти чуть дальше — сесть на другой станции, чтобы наверняка не быть узнанной и пойманной. За всем этим маскарадом я так и не поняла, стоял ли кто-то у общежития, ожидая меня.

Я убеждала себя, что самого Максима там быть не могло. Сыночка-корзиночка раньше двенадцати дня просто не вставал.