СлуЧайный форс-мажор, или Дракон в комплект не входит

Глава 1. Чайный форс-мажор

— Этот чай точно сделает меня красавицей?

— Конечно! — Ведьма активно закивала.

— И что, надо пить прямо эту серо-коричневую бурду, когда от неё валит дым? Нельзя дать остыть? — уточнила я на всякий случай, опасливо приближаясь к булькающему котелку.

— Сама ты серо-коричневая бурда! — обиделась ведьма. — Это средство от всех внешних недостатков. Пропадут любые прыщи, неровности кожи, исчезнет лишний вес, если он есть, даже волосы станут идеальной текстуры. Но пить надо сейчас: если остынет, то не сработает.

Я прикусила губу, рассматривая сине-зелёные клубы дыма. Стать красавицей очень хотелось.

У меня в сумке лежал рабочий договор на ближайший месяц — помощь в восстановлении паркового хозяйства при драконьем замке. Вот не зря я училась на мастера Тихой Воды! Маменька с папенькой всё твердили, что подобное мастерство нынче никому не нужно — пруды и каменные сады заказывают лишь те, кому золото девать некуда, и лучше бы я выбрала что-то разумное. Но я как чувствовала!

Представляете, как мне повезло?! Обычную девушку с Большой Земли нанял на работу сам дракон! Это всего лишь на месяц, но мне выпал невероятный шанс сразить дракона своим очарованием! А дальше — красивая свадьба, шикарное платье невесты, умеющие летать радостные дети, огромный личный замок на Огненном Архипелаге, долголетие и богатство. Мечта, а не жизнь!

План был бы великолепен. Если бы не одно досадное обстоятельство.

Я как-то видела драконицу на рынке — случайно, краем глаза, но этого хватило. Изящная, высокая, с такими скулами, что хотелось немедленно написать о них стихи. Длинные тонкие руки, огромные глаза, носик-кнопка задран строго вверх, овал лица сердечком с острым подбородком, который, судя по всему, был создан специально для того, чтобы смотреть на таких, как я, свысока.

От последнего особенно хотелось плакать.

Я покосилась на настенное зеркало. Из него на меня глядела невысокая круглолицая человеческая девушка с носом, кончик которого был направлен строго вниз — будто тоже понимал ситуацию и заранее расстроился, — с чуть пухловатыми ножками и неинтересным цветом волос. Ноги, конечно, под юбкой не видны, но я же знаю, что они у меня толще, чем надо. Уф-ф-ф, с такой внешностью мне дракона не заполучить. Но вот если я была бы красоткой…

— Эй, как там тебя… Кири, кажется? Так ты травяной чай пить будешь или нет? Если что, деньги я не отдам, всё на ингредиенты ушло! — выдернула меня из размышлений старая ведьма.

Я присмотрелась к ней — она точно некогда была красивой. Наверное, и себе такой же чай в молодости варила или же родилась красавицей. И чего, спрашивается, за дракона тогда не вышла замуж, а кукует тут одна? Ой, ну и глупая ведьма, а я — умная. Я стану красивой и выйду замуж за богатого дракона. Всё, решено!

— Буду!

— Тогда садись в это кресло поудобней и откинься на спинку, — тут же закудахтала хозяйка.

Кресло оказалось неожиданно мягким. Старуха засуетилась у низкого лакового столика, позвякивая маленькими фарфоровыми пиалами. Движения у неё были точные, привычные, так работают те, кто делал одно и то же тысячу раз.

— Первый сорт, — приговаривала она, наливая из чана травянистое варево. — Подобное не каждому достанется. Мастер Тихой Воды, говоришь? Серьёзное у тебя образование, серьёзное. Сразу видно — человек с пониманием, с тонкостью и чутьём. Абы кому такое не сварила бы.

Лесть лилась так же плавно, как магический чай в пиалу.

Я взяла тёплый фарфор двумя руками — как учили, с уважением — и подумала: зачем она себя так нахваливает? Ближайшая ведьма отсюда минимум в неделе пути. Всё равно у меня не было выбора, к кому обращаться. Мысль задержалась в голове не дольше, чем на миг, и я выпила содержимое пиалы одним махом. Вкус оказался неожиданно приятным — что-то между хризантемовым напитком и летним дождём. Я даже немного расслабилась.

Ничего не происходило.

— И когда… — начала я и закашлялась.

И тут меня скрутило так, будто кто-то сжал желудок в кулак. Голова некстати тоже пронзительно зачесалась.

—О-о-ой! — вырвалось сквозь слёзы.

Красота требует жертв, но не таких же?! Когда уже отпустит? Пиала выпала из рук, я едва успела схватиться за подлокотник. Резь длилась не дольше нескольких ударов сердца, а потом всё прошло так же внезапно, как и началось. Я осторожно разжала пальцы на подлокотнике.

— Всё? — спросила, смахивая выступившие слёзы.

— Всё, — кивнула старуха, но мне показалось, что правая щека у неё подозрительно дёрнулась.

Так ведь бывает, что результат твоего труда столь прекрасен, что мышцы на лице спазмируются, верно?

— Сработало?

— Ага, — пискнула ведьма.

И голос становится тоньше от радости, что клиент доволен услугой. Да-да, именно так всё и бывает. Наверное, у меня теперь непривычный разрез глаз или чересчур острый подбородок, вот и всё. Ноги подняли и сами собой стремительно притянули к зеркалу.

Из мутного стекла таращилось странное существо с узнаваемым круглым лицом, внезапно откуда-то взявшимися ветвистыми оленьими рогами и мелкими сине-зелёными чешуйками, которые плотно покрывали кожу от запястий и исчезали под широкими рукавами. Я рванула ворот. То же самое. Пощупала щёку. То же, хоть и не в таком количестве, как на руке. Чешуя шла, судя по ощущениям, от макушки до самых пяток.

И кончик носа по-прежнему был направлен вниз, а не вверх.

Это было, кстати, как-то особенно обидно.

Я медленно повернулась.

— Что это?!

— Та-а-ак…. вы теперь такая красавица! — нервничая, произнесла ведьма.

Остатки из чана она, к слову, уже куда-то вылила, пока я рассматривала себя в зеркале.

— Красавица?! — шокированно повторила я. — С рогами? С чешуёй?

Понятия не имею, как мне удалось совладать с голосом и не дать петуха. Руки чесались повыдёргивать все патлы этой мошеннице! Хотя, если честно, я не была уверена, что у меня ещё есть руки — вероятно, их следовало бы называть плавниками. Терминология внезапно стала философским вопросом.

— Ну… в своём роде, — уточнила ведьма и на всякий случай сделала шажок назад, спрятавшись за широким столом.

Сообразительная, зараза.

— В каком именно роде?

— В… русалочье-оленьем.

Я уставилась на свои руки. Потом на неё. Потом снова на руки.

— Я заказывала острые скулы!

— Чешуя тоже очень красиво обрамляет лицо, — быстро ответила она.

— Нос кнопкой.

— Ваш нос очень… самобытный.

— Лицо сердечком!

— Подбородок у вас просто замечательный. — Ведьма нервно покосилась на дверь. — Очень… круглый. Круглые подбородки нынче в моде. Где-то точно в моде. Я читала.

Я медленно скрестила перед собой чешуйчатые руки.

— Вы вылили остатки.

— Я… убираю рабочее место. Порядок — основа мастерства.

— Вы вылили их, пока я смотрела в зеркало!

— Совпадение.

— Ведьма!

Пауза.

Старуха издала звук, похожий на тихий стон придавленной мыши, села на табурет и обхватила голову руками.

— Я перепутала ингредиент, — призналась она в пространство перед собой.

— Простите, что?!

— Случился форс-мажор. Для чая красоты нужна красивая ракушка. В раковинах оседает жемчужная пыль, которая и даёт эффект гладкой кожи.

Ведьма старательно прятала глаза за длинными тёмными космами.

— И-и-и? — Я поторопила мошенницу.

— Оказалось, что я положила в чан не ракушку, а крупную чешуйку. Сослепу не разглядела.

— Чешуйку, — повторила я, чувствуя, как внутри закипает гнев.

Да меня с такой внешностью ни один мужчина не полюбит! Не то что дракон!

— Очень красивую чешуйку, — добавила ведьма. — Крупную. С переливом… Она выглядела как ракушка.

— А рога?! — зачем-то спросила, хотя лично мне было очевидно, что всё-всё надо отменять.

Какая разница, почему у меня на голове теперь оленьи рога?

— Так вы цвет волос просили более насыщенный, древесно-коричневый. Я думала, что сосновую кору добавляю…

— Значит так, — я говорила медленно, тщательно выговаривая каждое слово, — вы сделали меня уродиной. Сейчас же всё исправьте, и мы притворимся, что этой встречи не было, и я не стану на вас писать никакие заявления в Императорский Надзор за Магическими Услугами или…

Заметно побледневшая ведьма, теребя подол бесформенного платья, бросила взгляд, от которого в желудке засосало. Взгляд человека, у которого есть новости, но он не уверен, что вы готовы их услышать.

— Простите, но я не могу ничего сделать с вашей внешностью, — произнесла она так тихо, что клянусь, комары — и те! — летают громче.

— Почему?

— Потому что эффект необратимый. Ну, знаете, когда кто-то хочет сделать себя краше, не предполагается, что потом он захочет себя изуродовать.

В висках загудело.

Очень долго до меня доходили слова пожилой женщины. Необратимый эффект.

Это означает, что я никогда не сравнюсь ни с одной красоткой-драконицей, а значит, не смогу стать женой дракона, не буду богатой леди, проживающей в своём собственном замке… Да какие там драконы! Никакой мужчина в мою сторону никогда не посмотрит! Даже оборотни — и те не вариант. Оборотни, конечно, народ широких взглядов и известной любвеобильности, но у них хотя бы есть нормальный человеческий облик. Временами. А у меня теперь что? Вот это вот всё — постоянно, в любую погоду, без выходных.

Мечты осыпались, как лепестки сакуры в безветренный день.

— И что, не существует вообще никакого способа снять это… — Я попыталась найти максимально приличные слова, но в голове крутились лишь нецензурные выражения. — Эту дрянь?!

— Вообще-то есть один способ… — робко сказала ведьма, а я напряглась всем телом.

— Да говорите уже!

Что это? Ну? Я согласна на всё! Даже если придётся отказаться от контракта и махнуть в Гномьи Болота, что ж…

— Чай магический, а магия, как известно, меняет не только облик, но и судьбу. Если кто-то проведёт с тобой ритуал Слияния Жизни, то чай перестанет действовать. Магия считает, что незачем менять то, что уже любимо. Зачем перекрашивать лотос, если он уже отражается в чужих глазах?

Сердце на секунду взлетело куда-то к потолку.

Ритуал Слияния Жизни — это не просто свадьба, а союз, заключённый перед самими богами, когда оба существа испытывают друг к другу глубокие истинные чувства. То есть даже если найти какого-нибудь простачка Ивэня в деревне и дать ему несколько монет ради ритуала, ничего не выйдет. Просто магия не сработает! Итого: чтобы избавиться от чешуи, мне нужно, чтобы кто-то захотел на мне жениться. Очевидно, что полюбить рогатое сине-зелёное чудовище будет затруднительно даже близорукому романтику…

Хотелось плакать, но я запретила себе это. Подобрала с пола сумку с договором, расправила плечи и вышла за дверь, громко хлопнув последней.

В носу подозрительно щипало. Я хотела всего-навсего стать чуть-чуть красивее, сравняться с идеальными драконицами, от великолепия которых захватывает дух, когда они двигаются. Первый раз в жизни обратилась к ведьме за услугой, несколько лет копила… И всё ради чего? Ради того, чтобы теперь выглядеть так?! Свадьба с драконом точно отменяется. Никакой красивый жених мне теперь не светит. Ни единого шанса…

Насколько ужасны последствия посещения ведьмы, я поняла лишь тогда, когда заявилась в родную деревню, чтобы собрать вещи, а соседский мальчик принялся кидаться палками с криками «нечисть!». Люди разбегались от меня, как от стихийного бедствия. Причём, что характерно, примерно с той же скоростью.

Маменька с папенькой встретили гробовым молчанием. Таким выразительным, что хоть в бамбуковую рамку вставляй. И молчали всё то время, что я перетряхивала сундуки и собирала вещи в походную сумку.

Вообще, я пошла к ведьме за чаем красоты накануне отъезда именно потому, что не знала, как долго эффект продержится, и хотела выгадать как можно больше времени, чтобы очаровать хозяина замка.

«Ну вот, выгадала. Молодец, Кири, так держать!» — саркастически хмыкнул внутренний голос.

На мгновение я даже всерьёз задумалась, а не отказаться ли от контракта, но решительно выкинула эту мысль из головы.

А чего теперь отказываться-то? За работу предлагают очень хорошую сумму, а все накопления уже превратились в оленьи рога и сине-зелёную чешую. В буквальном смысле. Деньги уплачены, результат налицо, претензии предъявлять бесполезно. Так что месяц отработаю на господина крылатого, получу жалование, а затем займусь поисками нормальной ведьмы, которая снимет с меня весь этот форс-мажор. Ей-то всё равно надо будет заплатить. Деньги теперь ох как нужны, а в то, что эффект необратимый, я верить отказываюсь. Некомпетентная ведьма попалась, наверняка всего и не знает.

Когда я вышла из комнаты с походной сумкой, лишь младшая сестра подбежала и обняла крепко-крепко.

— Мы тебя любим, Кири, какой бы ты ни была, — шепнула она.

Маменька с папенькой стояли с бледными лицами и смотрели на меня как на явление природы — непонятное, пугающее. Не того они ожидали от старшей дочери. Могу понять. Растишь дочь, всю жизнь впахиваешь на рисовых полях, вкладываешь душу, надеешься на внуков и достойную старость, а она — вот так.

Я поправила сумку на плече.

— Не переживайте, — сказала я как можно бодрее, — всё будет хорошо. Я заработаю деньги и решу проблему.

Никто мне не поверил, но родители слабо улыбнулись.

Времени оставалось впритык, чтобы добраться до Горячего Моря, откуда прекрасный дракон за несколько взмахов крыльев домчит меня на свой остров.

Глава 2. Лесная дева

Дорога заняла почти двое суток — но, вместо того чтобы идти напрямик через деревни, вкусно кушать, посещать базары и оставаться на ночь в тёплых домах на мягких футонах1[1], мне приходилось делать крюк через поля, рощи и овраги, разводить костры и ночевать под открытым небом.

В первой же деревне на главной улице меня встретили такими взглядами, что я предпочла отступить. Один дедушка у колодца трижды осенил себя защитной руной. Я вежливо поздоровалась. Он повторил действие в четвёртый раз.

В подлеске рога цеплялись за ветки. Сандалия промокла в луже, которую я не заметила, потому что смотрела, не шарахается ли кто-нибудь поблизости. В сумке что-то острое всю дорогу тыкало меня в бок — я так и не поняла что, но оно явно делало это намеренно. Как же всё это мешало!

Словом, к оговорённому месту я добралась уставшая, раздражённая, с мокрой сандалией и остатками того оптимизма, с которым выходила из родительского дома. Остатки были размером с коробочку для палочек благовоний.

На песчаном пляже близ Горячего Моря меня ждал высокий широкоплечий мужчина. Он прогуливался взад и вперёд размашистым шагом в лёгком нетерпении, то и дело поглядывая куда-то вдаль на линию берега. Его длинные рыжие волосы развевались на ветру и походили на яркие угли, а многочисленные синие пёрышки придавали причёске особый шарм. Мужчина показался мне в меру крупным, но без той грубой массивности, которая была у нашего одноглазого кузнеца. В нём чувствовалась скрытая сила, как в натянутом луке перед выстрелом. Движения плавные, уверенные, а лицо неожиданно приятное: чёткая линия челюсти, прямой нос, светлая кожа, на которой солнце оставляло золотистые блики.

Одним словом, мужчина был возмутительно красив. И это вызвало глухое раздражение. Ну знаете, как бывает, когда садишься на диету, а все вокруг начинают уплетать рисовые пирожки со сладкой фасолью и при этом выглядят так, будто питаются лунным светом и утренней росой. В общем, бесят!

А ещё как-то сразу возникла мысль, что это не мой работодатель-дракон, да и не дракон вовсе. Нам в школе на уроках показывали драконов, все они черноволосые и черноокие, одеваются исключительно в парадное кимоно… А этот почему-то рыжий, да и одежда на нём была качественная, но дорожная: хаори2[1]из плотного шёлка, свободная туника, перехваченная поясом, штаны для верховой езды и мягкие сапоги.

Может, просто оборотень? Лис там какой-нибудь или золотой фазан? Вон, не зря же у него столько перьев в причёске?

«Эх, тебя пригласили работать, Кири, а дракон в комплект не входит!» — одёрнула я себя.

Уставшая, с мокрой сандалией и расстроенными мыслями о том, что мой работодатель не захотел лично встретить сотрудницу, я подошла ближе.

— Стой, лесная дева! — Мужчина властно поднял руку в мою сторону, пока я раздумывала, корректно ли поздороваться «мир вашему дому» на песчаном пляжу.

Он хочет разговаривать на таком расстоянии? Ну ладно…

Я сложила руки перед грудью и поклонилась — не слишком низко. Так, чтобы сохранить достоинство и не уронить остатки самооценки. В конце концов, я редкий специалист в своей области, имею право и не на глубокие поклоны!

— Да будет крыша обители, в которой вы живёте, крепкой, а пруды — полными, — вежливо произнесла я. — Вы немного ошиблись в определении: я не лесная дева, я человек. Не покажете ли вы замок, над которым мне предстоит трудиться?

Мужчина мгновение на меня смотрел, а затем внезапно расхохотался. Вот прямо искренне, от души.

— Ого! — воскликнул он, вытирая уголок глаза. — Я, конечно, слышал, что нечисть нынче пошла наглая и изобретательная, но не представлял, что до такой степени. Нет, милая, я не приглашу тебя в свой дом. Всем известно: вы, мелкие демоны, только этого и ждёте — чтобы вас впустили, а потом хозяев жрёте. Иди своей дорогой, лесная дева, а не то я тебя отправлю в Нижний Мир, — и красноречиво положил руку на пояс, где я только сейчас углядела катану.

А мне знаете, как обидно в этот момент стало? Я же нормально, по-человечески поздоровалась! Ладно в деревне люди простые, но передо мной же помощник дракона! Образованный вообще-то должен быть и уметь отличать нечисть от разумных. Этому на первом курсе любого высшего магического заведения обучают. Нет, я понимала, что после двух суток дороги мой внешний вид можно описать словами «приключения начались, а гигиена закончилась», но чтобы сразу «мелкий демон»…

— Послушайте, — сказала я, стараясь говорить спокойно, хотя внутри уже начинал кипеть суп из обиды и усталости, — я повторяю: я человек. Вы ошиблись, у меня даже клыков нет. Вот, смотрите. — Для наглядности я открыла рот пошире. Как же всё это унизительно… — И ногти обычные, — продемонстрировала руку. Маникюр оставлял желать лучшего после двух дней пути, но это совершенно точно были не когти. — Мне назначена встреча в этом месте. Вы разве не от крылатого господина?

Лицо мужчины вытянулось.

Нет, правда вытянулось. Прямо на глазах. Так вытягиваются лица у людей, когда они внезапно понимают, что только что нахамили не случайному прохожему, а своему начальству или императорскому сборщику налогов. Приятно было смотреть на это. Чтобы закрепить эффект, я представилась:

— Мастер Тихой Воды, Кири из Кленовой Долины. Вот мой договор, — помахала свитком.

Реакция была мгновенной. Мужчина стремительно подошёл, выхватил свиток из моей руки, раскрыл, пробежался по нему взглядом.

Вся спесь с красавца слетела быстрее, чем одежда с ребёнка, которого внезапно позвали купаться в холодной реке. Он замер, моргнул, потом ещё раз, будто надеялся, что я исчезну, если достаточно интенсивно хлопать ресницами.

Я не исчезла.

— Мастер Тихой Воды… Кири-сан?! — потрясённо выдохнул этот рыжик.

Вот тут был м-м-м… тонкий момент. Не то чтобы я наврала в свитке жизненного пути, скорее, деликатно умолчала о том, что приставку «сан» к имени пока не заслужила. Строго говоря, «сан» получают после трёх успешных крупных проектов. У меня было два. Один из них — спорный.

— Просто Кири. Я пока нарабатываю клиентуру.

— Ох, я вас не узнал. В последнее время на Большой Земле расплодилось много нечисти, вот и подумал… Простите мою глупость. — Мужчина вдруг галантно поклонился в ответ. — Меня можете называть просто Рёллан.

Как долго я нарабатываю клиентуру и сколько на моём счету успешных проектов, он, судя по всему, решил не уточнять. Вместо этого посмотрел на рога — с таким искренним изумлением, что захотелось немедленно прикрыть их шляпой. Жаль, шляпы не было. С рогами шляпы вообще перестали быть актуальны.

— А это… — неопределённо обвёл рукой мой силуэт целиком, явно не зная, с чего начать. — Вы либо очень преданы своей работе с природой, либо у вас была очень интересная дорога сюда.

— Не совсем. Со мной случился форс-мажор, — уклончиво ответила я. — Займусь им после окончания контракта с крылатым господином. Не волнуйтесь, на качество моей работы не повлияет.

Ну не рассказывать же ему, что я хотела очаровать дракона, а в итоге стала внешне напоминать помесь больной русалки и оленя? Ведь точно побежит своему хозяину докладывать.

— Ваша чешуя… Она красиво переливается на свету, но вы уверены, что так стоит появляться перед людьми? Ведь даже я принял вас за нечисть издалека…

Да сколько ж можно говорить девушке, что она плохо выглядит?! Я сжала зубы и мстительно прошлась по красавчику взглядом с ног до головы.

— Мне так нравится. У вас тоже… тоже… — Я старательно пыталась выискать недостатки, но они, к сожалению, категорически отказывались находиться. Высокий, широкоплечий, с линией челюсти как у статуи из храма, носом, задранным строго вверх в отличие от моего, и крупными белыми зубами, которые он сейчас демонстрировал в сдержанной, но совершенно невыносимой улыбке. Волосы цвета охры падали на плечо. Янтарные глаза смотрели с вежливым ожиданием. — …Перья какие-то в причёске! Я же не говорю, что это странно, — нашлась я с ответом. — Я сейчас так выгляжу, на этом всё.

— О, я очень люблю перья и коллекционирую их!

Собеседник внезапно улыбнулся и тряхнул на зависть густой и яркой шевелюрой, демонстрируя, как много разноцветных украшений в ней.

— Перо — это символ свободы. Птица не знает границ между небом и землёй. Между прочим, в древних трактатах говорится: «Существо, украшающее себя тем, что любит, уже находится в гармонии с миром», — добавил он мягко.

О-о-о, да мы ещё и начитанные…

Чувствовать себя глупо рядом с шикарным мужчиной — это, конечно, неприятно. Но чувствовать себя глупо рядом с шикарным мужчиной, когда у тебя на голове оленьи рога, — это уже совсем другие ощущения. Это нефритовый уровень неловкости.

— А в ваших древних трактатах не говорится «не комментируй внешность девушки, если не хочешь умереть молодым»?

Да, недостойно срываться на провожатом, но накопленный стресс требовал выхода! А тут ещё меня так старательно расспрашивали, откуда у меня взялась чешуя. Я о ней не просила! Только о нормальном носе и подбородке. Но, вместо того чтобы оскорбиться, мужчина вновь рассмеялся:

— Справедливо.

— Скажите, а когда и как мы будем добираться до замка? — Я переступила с ноги на ногу и перевела тему.

Расспросы о моей внешности уже начинали действовать на нервы. Причём не на тонкие струны души, а на толстые канаты раздражения.

Ко всему, за всё то время, что мы беседовали, на пляже не появлялось никаких транспортных средств. Ни корабля на горизонте. Ни захудалой лодочки. Ни даже подозрительного бревна, на котором можно было бы героически уплыть в закат. Я, грешным делом, снова подумала: а вдруг всё же предо мной дракон? Он сейчас ка-а-ак обернётся… ка-а-ак подхватит меня… и понесёт на остров… ветер в волосах — ну, в рогах, закат над морем… Романтика!

Но вместо этого Рёллан поднёс пальцы ко рту и свистнул.

Звука я не услышала.

Вообще.

Я уже решила, что это какой-то странный мужской ритуал демонстрации доминирования — типа «смотри, я умею свистеть без звука», когда от ближайшего холма отделились две огромные тени. Тени росли. И росли. Десятую часть клепсидры3[1]спустя рядом с нами приземлились две птицы с размахом крыльев как небольшая пагода.

— Это кондоры. Их зовут Чан, — представил Рёллан левого, — и Со. Не бойтесь, они прирученные и не нападают на людей. Вы умеете летать на кондорах?

— Не-е-ет, — сипло ответила я, глядя в жёлтые глаза птахи. И на всякий случай даже шажочек назад сделала.

— Ничего страшного. Садитесь на Чана и хватайтесь за повод. Главное, не ёрзайте.

Не ёрзайте. Легко сказать.

Глава 3. Трусиха

Я всю жизнь мечтала о полёте.

В деревне у нас никто не летал: кондоры были ужасно дорогими. Тратить целое состояние на какую-то прихоть, когда нужна новая рикша для перевозки зерна, крыльцо в дом и зимняя одежда, — глупость несусветная. Я всё хотела скопить на кондора, но, когда заработала на своём первом устройстве сада, в голову пришла мысль отложить немного золотых, чтобы исправить внешность… Доисправлялась.

Ходили слухи, что где-то на севере эльфы изобрели вместительные воздушные шары, но отправляться неизвестно куда неизвестно на сколько — сомнительное занятие. Опять же, неизвестно, во сколько такое путешествие встанет.