Битва за престол

Но все-таки хуже было осознание того, что ее снова переместили. Теперь уже за пределы квартиры, хотя и возможно, все еще в черте высотки. А еще она обнаружила себя накрепко привязанной к стулу. Железному, перекошенному и помятому. И стоял этот стул у стены - как могла понять девушка, извернувшись, насколько позволяли ей пластиковые стяжки на руках и ногах. Увиденное ей совсем не нравилось…

Стена была со следами множественных попаданий разнокалиберных пуль. Грубо намалеванные мишени предлагали подумать, что это тир, но соседствовавшие рядом с ними темные подозрительные потеки заставляли в этом сомневаться.

Ася отвернулась, не в силах смотреть на такое. Помещение, где она очнулась, представляло из себя бетонный куб со множеством выходов со всех сторон, кирпично-недостроенных перегородок, резко контрастирующих своей краснотой со всеобщей серостью, путаницей проводов и кабелей на полу, тянущиеся к производственным светильникам с одной стороны и куда-то за ближайшие стены и перегородки с другой. Сухой сквозняк, поддувающий откуда-то сбоку, подсказывал девушке, что она, возможно, на первом этаже высотки. Или в подвале ее.

Правда рассматривать долго этот антураж, она не смогла. Пришел Мишель. Ася дернулась на своем стуле, посмотрела на него с ненавистью. Тот и бровью не повел. Стуча по полу ненавистной тростью, он подтащил к стулу девушки еще один, на этот деревянный и по виду кажущийся старше самого мужчины, сел на него неуклюже.

- Твой рот так и останется завязанным – сообщил вожак боевиков – Тебе больше сказать нам нечего, а к чему крики и оскорбления? А так, мы сейчас посидим тут, подождем, пока все подготовят.

Ася снова дернулась. Это всё на что она была способна.

- Знаешь, где мы находимся? – риторически спросил Мишель – Этот город мы прозвали «Раскопками», потому что в этом регионе проводилось много археологических изысканий и были найдены всякие древние кости. А вот своего названия этот город так и не получил, представляешь? Построить его построили, по документам он как-то значился. Рабочее, так сказать, название. А потом все пошло наперекосяк. Это, знаешь, как с Ордосом во Внутренней Монголии. Но если в итоге тот город все же вернули к жизни, то этот так и остался призраком. Но там понятно - запасы природных ископаемых были огромными, а здесь? Здесь была только идея.

Клауд стукнул тростью об пол, отчего девушка невольно вздрогнула.

- Так и в нашем случае, - продолжил Голицын. - Не то, чтобы была такая уж необходимость казни, но идея непримиримой борьбы должна быть визуализирована.

Ася несогласно промычала сквозь платок.

- Ну, конечно, ты не согласна, - Мишель снова постучал по полу тростью. - Но разве ОДН церемонился, когда решил встать во главе всего мира? Разве спрашивал? Так и здесь. Нужно заявить о себе как можно громче, посеять хаос, заставить людей понять, что ОДН не защитит их. А уж дальше будет видно. Слабые забьются в темные углы, предпочитая и дальше думать, что за них все сделают и страшных террористов переловит Корпус, а сильные... будем надеяться, они задумаются.

Ася пожевала платок, который больно врезался в уголки губ.

- Ну да, они могут прийти за нами, конечно. Но мы будем их ждать. И Корпус будем ждать тоже. Чтобы ударить по ним и показать снова - ОДН - ничто! И так далее, повторяя раз за разом, если понадобится, пока все это не поймут. Ты послужишь первым доказательством.

Пока Голицын произносил свою тираду, в помещение вошли ещё несколько человек. Ася узнала Лео и его китайского приятеля.

- Товарищ Янь изъявил желание присутствовать – сказал Лео – У тебя всё готово, Сяо У?

Он обращался к какой-то молодой китаянке, подключавшей камеры. Будто Асю собирались фотографировать.

- Подключились к сети через маску, если ты об этом – сказала девушка с явным северо-китайским акцентом – Пару часов не смогут отследить точку входа. Но, думаю, за это время мы управимся со всем этим. Осталось только пустить запись. Будет и прямой эфир, и пленка.

Лео и Янь Цзинь, до этого переговаривающиеся тихо между собой, прервали беседу. Они встали с другой стороны камеры, оставив Асю наедине со стеной. Она снова завозилась и замычала. Шансов у неё не было.

- Последнего слова не будет, - произнес деловито Мишель. - так что скоро все закончится.

Девушке очень хотелось бы проклясть его за такие слова и в целом, но оставалось только возиться на стуле и мычать. Так что она просто поникла - какой толк в бесполезном трепыхании? Это уже не было затянувшейся шуткой, тут все по-настоящему. Она подумала о матери. Пожалела, что их последний разговор был не самым приятным. Как и действия, впрочем. С обеих сторон, если на то пошло...

Но все сожаления улетучились быстро, когда ее палачи перестали медлить.

Сяо У встала у камеры, Лео - рядом с ней, у прикрепленного к ней микрофона. Китайский товарищ взирал на всё действо со спокойствием восточного мудреца.

- Запись пошла, - сообщила девица, приникнув к видоискателю.

Ася дернулась в последний раз, просто из упрямства, но понимая, что уже ничего не поменять, а Мишель заговорил:

- Объединенные демократические нации пришли в мир, когда он находился на грани. Нуждался в новом порядке и определенности. Но что же случилось? Порядок и определенность были принесены людям, но какой ценой? В какой-то момент история пошла другим путем. И теперь есть только один порядок, тот, который устанавливает ОДН. Справедливо ли это? Оправданно? Я так не считаю. И есть много людей, которые так не считают.

Ася яростно помотала головой - что же, теперь очередная пафосная и претенциозная речь?! Да убейте меня сразу, чтобы этого не слышать! Я уже согласна!

- ОДН забыла, что мир слишком велик. ОДН прокляла традиции. Вы думаете, что он у вас в руках и теперь можно расслабиться. Вы все контролируете... Нет! Этому не бывать. Вы стали тем, против кого боролись... Но боролись ли? А может, просто хотели встать на его место? Вот, кстати, еще один вопрос для думающих людей. Тех, кто остался, не прибившись к стаду. А мы же... Мы покажем, что есть и другие силы в этом мире, которые готовы выступить против вас. Вы увидите!

Произнося свою речь, Мишель не показывался на камеру, и теперь, махнув рукой в сторону Аси, зрители могли заметить только этот жест.

- Зрителей уже сотня миллионов, - сообщила как бы между прочим Сяо У. - И прибавляется.

Ася поморщилась невольно: статьи ее были не так интересны, а вот казнь...

- Перед вами Анастасия Покровская, дочь президента Великоруссии Натальи Покровской. Ее страна на пороге полного поглощения ОДН. Пара-тройка новых законов, и уже у руля государства встанет ОДН, без всяких местных президентов. Страны не станет, только название. Президент предала свой народ. И вот что мы будем делать с предателями. Раз за разом, пока вы, люди, не поймете!

После чего он выхватил из-под куртки револьвер - заметила, как тот блеснул в лучах фонарей, и потому не успела испугаться, отвлекшись невольно.

А потом грянул выстрел, ее толкнуло в сторону.

И темнота.

А потом – свет! Ася проморгалась, пытаясь понять, что произошло. Да в нее же стреляли! Но она... жива?! Она прислушалась к своим ощущениям - ранений не чувствуется, а вот свет фонарей ее прямо-таки слепит. Она попыталась отвернуться, но поняла, что не выйдет. Тем более, что она лежала на боку, все еще привязанная к стулу.

Она замычала сквозь ткань кляпа, требуя объяснений.

Кто-то подошел - Лео, и одним махом вернул стул с девушкой в вертикально положение.

- Все закончилось, выдохни, - достаточно доброжелательно сказал он. - Посмотрев на девушку, откинув волосы ей ото лба, он отошел назад.

- Не снимай кляп, а то орать будет! – весело сказал Янь Цзинь – Ей сначала следует объяснить –

Лео снял девушке кляп. Она уже открыла рот, чтобы изрыгнуть на него все проклятия, которые она знает и на всех языках, но пилот бесцеремонно его закрыл надавив на подбородок ладонью.

- Заткнись – посоветовал он.

Стоявшая у камеры Сяо У театрально хлопнула в ладоши. Лео обернулся.

- Как я думала, доступ нам отрезали – заявила девица – Но не кипишуйте. Все ушло в сеть, теперь все там. Что-то заблочат, конечно, но все видео не перехватят. Оно засветилось, и далее если все провайдеры его снесут, оно уйдет глубже, и его оттуда будут распространять. Но нам придется смотреть либо в записи, либо...

- Кому надо, тот видел – жестко сказал Мишель.

Ася перестала их слушать. Что же это, и впрямь большая злая штука?! Она поверить не могла! Сначала в казнь, потом - что все обошлось. Наверняка какой-то подвох, не иначе. Она посмотрела на Лео. Тот понял ее немой вопрос.

- Я все объясню, но чуть позже. Посиди пока, выдохни.

Посидишь тут, как на иголках! Девушка и Лео пристукнула бы с огромным удовольствием, за то, что участвовал и не предупредил...

Правда, и сидеть пришлось Асе недолго. Очень скоро «палачи» закончили разбираться с тем, насколько хорошо удалось распространить запись, после чего стали убирать за собой. Лео вернулся к девушке и стал ее освобождать от пут.

- Я бы не рекомендовал, - заметил Янь Цзинь – После всего, что она пережила по вашей вине она пожалуй прибьет тут всех нас. Позови парней, пусть вместе со стулом отнесут обратно в квартиру. И уже там развяжешь, если так уж хочешь торопиться с этим.

- Она в норме – сказал Лео – Я её знаю. Всегда похожа на собаку, которую хотят спустить с цепи, но как только её база любопытства будет заполнена, то она становится совсем ручной.

- Тонкое замечание моих привычек – Ася с радостью осознала, что может говорить – Что за херня тут происходит?

- Для начала мы должны извиниться – сказал Мишель – Знаю это было жестко, но мы не были уверенны, что ты добровольно согласишься.

Ася разрывалась между желанием разнести здесь всё и навалять этим самодовольным… и желанием узнать наконец для чего её сюда притащили… Как и всегда, любопытство оказалось сильнее.

- Конечно не согласилась бы! – фыркнула девушка – разыграть собственную казнь. Это что за псих придумал такое?

Янь Цзинь добродушно улыбнулся.

- Этот псих я – сказал он – Извини, но у нас не было иного выбора. Ты нужна нам, но нужно тебе было показать, что делает с людьми ОДН.

Ася всплеснула руками.

- О я понимаю, что вы испытали множественные оргазмы пустив мою… «казнь» в инет, но каким образом это что-то докажет мне?

- Как ты думаешь, как отнеслись в мире ОДН к твоей казни? – спросил Лео. Он поставил перед девушкой тарелку супа, хлеб и стакан компота.

- Уверенна, что вас уже ищут по всему миру – заявила девушка накидываясь на хлеб

- Ага – кивнул Мишель – А самообман река в Египте. Движением пальца смахнул изображение с экрана смартфона на ближайшую стену. За окном было сумрачно, так видно было неплохо, зернисто, но приемлемо.

То что увидела девушка заставила её забыть про еду. Всю ее поглотило происходящее в записи. То была простая нарезка реакций на ее мнимую казнь. И надо отметить, везде на территории ОДН Праздник Мира продолжался. Моменты, когда на экранах на улицах городов прерывалась реклама, или на каких-то интерактивных панелях сменялась картинка и показывался манифест Скрытого пути, ни у кого не вызывали какого-то интереса. Никто не снимал на камеры смартов, никто не реагировал по-нормальному на демонстрацию ужасов. По-человечески. Может, подумали, что это шутка? Но все было очень убедительно, уж она-то знает! А может, слишком быстро трансляцию оборвали?..

Девушка никак не могла понять, почему весь мир никак не отреагировал на ее казнь. Это же какое преступление и чрезвычайное событие! Такого не случалось десятилетие, нигде в мире! Той его части, которая контролируется ОДН, поправила тут же девушка себя. Но все-таки!

- А может запись показали не полностью? – вырвалось у неё.

Но это было не так. Запись просмотрело несколько сотен миллионов по всему миру. И до сих пор смотрят на ресурсах, которые не такие расторопные. Или которые не подчиняются ОДН.

Просто никто не среагировал. Никто.

А потом Ася увидела собственную мать. Как раз в момент ее очередного выступления. Рядом как всегда стоит Александра. Словно тень. Маман что-то опять говорила. Хотя, ясно что: все ту же свою пафосную речь о мире и справедливости толкала. И вот, за ее спиной, на огромных экранах пропали кадры, где всякие счастливые люди обнимались и делали вместе разные полезные для мира и справедливости вещи, и вместо них показали бетонное помещение, Анастасию, привязанную к стулу у стены, помятую и окровавленную - девушка вспомнила про рану на лбу и потрогала ее. Там был пластырь. Кто успел его налепить? - а потом речь Голицына и внезапный, категоричный выстрел. Он был один-единственный, и казался при этом гораздо весомее и существеннее, чем если бы ее расстреливал отряд. При звуке выстрела девушка невольно вздрогнула.

Наталья Покровская посмотрела на экран, на притихшую толпу перед ней, сказала что-то своим людям и кадры сменились. Сделали все оперативно - именно кадры сменили, и только, не были отправлены люди на ее поиски, проверить, что такое с ней могло случиться, что она, дочь президента, оказалась на стуле перед расстрельной стеной! Нет - как ничего и не произошло, вернулись счастливые видео со справедливыми делами. Сама же президент, помолчав лишь секунды, начала говорить о важности дела мира во всем мире.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.