Когда заканчивается лето

Джулия Кертисс

Когда заканчивается

лето

PLAYLIST:

Fyex, Nito-Onna, El Cacto — Fade Away

INNA, Bob Taylor — Déjà Vu (Play & Win Radio Edit)

Deep House Lovers — How Deep Is Your Love

Audiogroove — Where Them Girls At

SEMY — Глаза

Billie Eilish — THE GREATEST

Kadebostany — Castle in the snow

Coldplay — Sparks

Kush Kush — Fight Back With Love Tonight

Sophie Lowe — Trust

Gracie Abrams — I miss you I’m sorry

Hayd — Faces

Selena Gomez — Lose You To Love Me

Billie Eilish — when the party's over

Lilly Wood & The Prick — Prayer In C

Папин Олимпос — Недосказанные слова

Badda Boo — Искренности

Минаева — На ощупь

Saint Vice — GOOD GIRL

Пролог

Лея

В архитектуре есть золотое правило — любое прочное здание начинается с безупречного фундамента. Мой личный фундамент с треском развалился на первом курсе, сразу после похорон отца. Все последующие месяцы превратились в отчаянную, изнуряющую попытку удержать расползающиеся стены. Никакого праздника, безумных студенческих тусовок и восторженных криков на финише сессии. Только ледяной налет в чашке с чаем, бессонные ночи над проектами и горы испорченной бумаги в мусорной корзине. Внешне все выглядело правильно, но внутри было пусто. Дни послушно копировали друг друга, превращаясь в тупое существование по замкнутому кругу. Творческие амбиции тонули в серости, и не было ни малейшего представления о том, что этот тупик прервется всего одним предложением от Хлои.

— Поехали со мной в Калифорнию? К океану. Помнишь, как мы каждое лето проводили семьями в нашем доме в Санта-Барбаре?

— Такое не забывается, — негромко отозвалась я, глядя на ворох вещей на полу.

— Этим летом родители планировали отдохнуть там вдвоем, — Хлоя весело фыркнула, подражая отцовскому тону. — Мол, дети выросли, им уже давно не до нас. Но уверена, они обрадуются, если мы снова соберемся вместе.

На душе впервые за долгие месяцы стало легко. Океан, солнце, теплый песок — именно то, что требовалось, чтобы склеить себя заново.

— Значит, едем?

— Именно! Лето, волны и никакой суеты. Можешь и маму с собой взять.

— Боюсь, не в этот раз. У нее вечная работа, — пришлось сдержать горечь, вспомнив холодок в ее голосе перед отъездом в очередную командировку. Оставить дочь одну на все каникулы в пустой квартире для нее давно стало нормой.

— Тогда устроим свое маленькое лето, — Хлоя ободряюще подмигнула. — Только ты, я и побережье.

— И мистер и миссис Уэст.

— И они, конечно. Куда же без них.

Предвкушение поездки отозвалось робким теплом в груди. Лето действительно обещало изменить все — разрушить стены, казавшиеся непреклонными, и вскрыть нарывы, которые так тщательно прятались за маской спокойствия. Ведь именно там, где безопаснее всего, обычно и зарождаются самые острые, разрушительные чувства. Когда солнце начнет тонуть в океане, а волны лениво разобьются о берег, возврата к прошлому уже не будет.

Настоящие перемены всегда приходят тогда, когда заканчивается лето.

Глава 1

Лея

Ветер перемен

Руки до боли сжимали лямки рюкзака. Сборы были окончены, но уехать просто так, не попрощавшись, не позволяла дурацкая совесть. Мобильный жег ладонь.

— Ну же, Лея. Нажми на кнопку.

Словно угадав мое намерение, телефон завибрировал сам, прерывая внутренний монолог.

— Лея? — мамин тон транслировал глухое безразличие. Вечная погоня за карьерой и бесконечные командировки давно выжгли в ней способность к нормальному материнскому теплу.

— Да, мам, привет. Как раз собиралась звонить, упаковывала последние вещи.

— Намерение провести каникулы у Уэстов все еще в силе?

Никаких теплых родительских объятий, пусть даже на расстоянии сотен километров. Только холодная констатация факта, подтверждающая мою абсолютную ненужность.

— Да, — ответила я чуть тверже, чем хотелось. — Не хочу оставаться одна. Тем более на все лето.

С мамой никогда не было близких отношений, всю жизнь я росла папиной дочкой. После его ухода между нами образовалась глухая пустота, которую она одержимо заполняла работой, а я... пыталась найти спасение в бесконечной учебе.

— После всего, что случилось, я просто боюсь потерять тебя, —произнесла она.

Эти слова заставили меня оцепенеть. Пальцы, сжимавшие лямку рюкзака, судорожно замерли. Никаких нежностей, заботы или теплых фраз от мамы обычно невозможно было дождаться — ее броня казалась непробиваемой. И этот внезапный, оголенный страх в ее голосе застал врасплох, выбивая почву из-под ног. Пришлось приложить титанические усилия, чтобы не выдать, насколько тяжело это слышать.

— Мам. Я знаю. Правда, — голос все-таки дрогнул, выдавая волнение. — Но я уже давно выросла. Мне девятнадцать. Способна сама за себя постоять и ответить за собственные решения. Все будет хорошо.

— Я понимаю, — ее тон стал заметно мягче. — Но просто будь осторожна, ладно?

Нужные фразы застряли в горле. Слишком свежа была память о том, какой сокрушительный удар нанесла маме кончина отца. Понятно, какими силами ей давалась эта стойкость, но порой не покидало чувство, что именно собственная дочь остается для нее самым уязвимым местом.

Пришлось сделать глубокий вдох, прогоняя нахлынувшие сомнения.

— Мне пора. Поговорим завтра, ладно? — тон выдавал внутреннее истощение.

— Хорошо, Лея, — мамин надломленный шепот царапал изнутри.

Вызов сбросился, но избавиться от гнетущего напряжения не удавалось.

— Господи, на улице сущий ад! Расплавиться можно! — Хлоя бесцеремонно распахнула дверь, щеголяя в одном полупрозрачном комплекте. — Мои вещи упакованы, и внизу, похоже, паркуется отец. Заметила из окна его внедорожник.

Слабая усмешка сама собой тронула губы. Способность подруги ураганом влетать в чужое личное пространство и мгновенно разгонять любые тучи всегда поражала.

— Ну что, капитан, рвем когти? — она весело потерла ладони.

— Рвем, — я подхватила рюкзак. — Пора оставить этот кошмар в прошлом.

— Вот это настрой! — Хлоя мертвой хваткой вцепилась в ладонь, увлекая в коридор.

— Уэст, ты планируешь щеголять в таком виде прямо на автостраде? — кивок пришелся на минималистичный комплект белья и розовую лавину кудрей, живущих какой-то своей, отдельной жизнью.

— Черт, вылетело из головы! Одна нога здесь, другая там, — виновница суматохи скрылась в спальне, запечатав за собой дверь хлестким хлопком.

Короткая усмешка сорвалась с губ. Взгляд инстинктивно скользнул по дисплею смартфона.

10:47.

Тайминг идеальный. Старт до одиннадцати гарантировал нам прибытие к океану ближе к вечеру. В мыслях уже рисовался этот маршрут — золотые сумерки, ветер в салоне, динамики на максимуме и абсолютная свобода.

В прихожей встретило старое зеркало с косым сколом в углу и полосами дешевой клейкой ленты. На плечах висел рюкзак, шорты из денима дополняла застиранная футболка с логотипом The Smiths, а блондинистые пряди были кое-как завязаны сверху. Образ невзрачной невидимки. Все как и всегда.

Тёплое майское солнце успело рассыпать по переносице веснушки, а радужка глаз отливала голубым. Чуть сощурившись, удалось поприветствовать саму себя робким движением губ. Пускай этот калифорнийский отдых — всего лишь попытка дезертировать из реальности. Иногда нужно сбежать из собственного плена, чтобы наконец выжить.

— Только попробуй уехать без меня! — закричала Хлоя из спальни.

— Ты в нижнем белье, Уэст. Меня дальше двора не выпустят, если не прихвачу виновницу суматохи.

— Иду, иду! Дай мне буквально мгновение и… пару блесток!

Рассмеявшись, пришлось покачать головой.

Дверь распахнулась, и подруга вылетела в коридор в коротких рваных шортах, майке с психоделическим принтом и солнцезащитных очках в форме сердечек.

— Ну как? Полная готовность к великому возвращению домой и, возможно, к первому задержанию симпатичным полицейским! — Она закружилась на месте, изображая подиумную походку, и задорно подмигнула.

— Сейчас мистер Уэст увидит этот розовый взрыв на голове, и устроит тебе домашний арест. По статье за чрезмерную эпатажность в семейной поездке.

— Между прочим, мои голубые волосы он обожал, — не моргнув глазом, парировала Хлоя, ловко поправляя очки на переносице. — Говорил, что его дочь — единственный луч света в корпоративной тьме. Немного странно прозвучало, но да ладно.

— Сомневаюсь, что луч света должен был однажды проблеваться в его туфли.

— Во-первых, мне тогда исполнилось всего двенадцать, — Хлоя оскорбленно округлила глаза. — Во-вторых, шампанское не должно быть настолько вкусным. И вообще, зачем ворошить былое? Прямо сейчас дурно станет.

Подруга драматично вскинула руки, апеллируя к небесам, и, перекинув через плечо огромную сумку, направилась к двери.

— Взглянула на твой психоделический принт и накатило, — бросила я ей вдогонку.

— Значит, надо срочно выбросить эту майку! Лишний триггер.

Стоило переступить порог, как солнце тут же обрушилось сверху с невероятной силой. Воздух дрожал над асфальтом, птицы лениво щебетали где-то в тени, а по щекам мгновенно побежали горячие капли. Хлоя шагала впереди с видом человека, точно знающего конечную цель, даже если представление о маршруте отсутствовало напрочь.

— Па-а-а-ап! — звонкий крик разрезал знойный воздух.

Хлоя стрелой пронеслась по асфальту и с разбега запрыгнула на отца, мгновенно превращаясь из взрослой студентки в капризную маленькую девочку. Розовое облако ее кудрей вспыхнуло под прямыми лучами, полностью скрывая мужчину из виду.

— Ох, дочка, ну и тяжелая ты! — картинно покряхтел мистер Уэст, хотя на лице проступила искренняя, любящая улыбка. — Или спина уже не та.

— Брось, — Хло звонко чмокнула его в загорелую скулу. — Ты в идеальной форме, прямо как солист крутой группы.

— Моя группа называется проектной организацией, — проворчал он, хотя в глазах плясали смешинки.

— Тем более! — подруга победно обернулась в мою сторону. — Профессия мечты, не иначе.

Я смотрела на них, и что-то потеплело внутри. Их семейная легкость была заразительна — в каждом взгляде, в каждом движении сквозило: «ты дома, и тебя любят».

— Лея, привет! Как ты? Все в порядке? Мне так жаль твоего…

— Пап, не надо. Не сейчас, — мягко вмешалась Хлоя, бросив на меня внимательный, чуть обеспокоенный взгляд.

— Все хорошо, Хлоя, — отозвалась я чуть тише, чем планировалось, а затем повернулась к мужчине. — Спасибо, мистер Уэст. Стараюсь возвращаться к привычному ритму, ну, не считая того, что ночами напролет сижу за планшетом, создавая новые эскизы.

— Новые чертежи? Ах да, Хлоя упоминала, — неловко ответил он, явно радуясь смене темы. — Покажешь на досуге?

— Да, конечно.

Отец подруги понимающе качнул головой, открывая багажник.

— Так чего мы ждем? Садитесь быстрее в салон.

— Пап, а ты ничего не заметил? — Хлоя широко улыбнулась и крутанулась на месте, чтобы продемонстрировать розовые пряди.

Он взглянул на дочь, и на лице мужчины невольно появилась ответная теплая улыбка.

— И снова бунтарские выходки! Сколько лет ты обещала вернуть нормальный цвет? — хмыкнул он. — Ну что ж, каникулы обещают быть колоритными. Поехали, девочки!

Шесть часов непрерывной езды по раскаленной трассе остались позади. Стоило съехать с оживленного хайвея на тенистую аллею, утопающую в пальмах и бугенвиллеях, как дорожная усталость отступила. Легкие обжег густой соленый бриз. Настоящий вкус свободы.

— Добро пожаловать домой, девочки, — улыбнулся мистер Уэст.

Впереди показался фасад с аккуратными светлыми ставнями и черепичной крышей, оживляя в памяти сотни июльских дней из детства. Обитель старых секретов и беззаботности.

Внедорожник плавно замер на плитах внутреннего двора под мерное журчание декоративного фонтана. Навстречу с оглушительным восторженным лаем уже несся Мартин. Огромный золотистый ретривер штурмовал колеса, неистово мотая хвостом. Стоило взяться за ручку, как мокрый кожаный нос уткнулся прямо в стекло, тщательно осматривая салон на наличие гостинцев или незнакомых гостей.

— Мартин! — завизжала Хлоя, выпрыгивая из машины так, будто не шесть часов сидела сложенной пополам, а только что проснулась в пятизвездочном отеле. — Мой пушистый комок хаоса, ты все еще помнишь меня? Не забыл за четыре месяца? Дай поцелую, мой сладкий мальчик.

Пес подпрыгнул, радостно зарычал в знак одобрения и чуть не сбил ее с ног. Я засмеялась, выходя следом. После месяцев тишины, одиночества и прохладных маминых «как дела» — это был как глоток воздуха, наполненного морем, цветами и детством.

Белая створка веранды отварилась, и во двор стремительно вышла мама Хлои. Элегантность этой женщины всегда вызывала у меня робкое восхищение. Высокая фигура, очаровательный хаос в светлых прядях и безупречные, сияющие зубы. Калифорнийское солнце выгодно подчеркивало ее загар, а свободная льняная рубашка надувалась от ветра, превращаясь в белоснежный парус.

— Мои девочки снова дома! — воскликнула она, раскинув руки. — Как же я по вам скучала! Хлоя, что опять с волосами? Ни дня без изменений!

— Искусство требует жертв, — с самым серьезным видом парировала Хлоя, закручивая на пальце розовый локон.

— Твое искусство однажды сведет меня с ума, — усмехнулась миссис Уэст, обняв нас обеих. — Лея, дорогая, ты такая красавица. Как ты выросла!

— Спасибо, — мягко улыбнувшись, ответила я.

— Я возьму вещи, а вы пока заходите в дом, — скомандовал Мистер Уэст, выходя из машины. — У нас еще остались арбузы, кстати. Охлажденные!

— Я в раю! — Смешно произнесла Хлоя и забежала в дом. — Лея, пойдем!

— Бегу.

Прохлада холла приняла в свои объятия, окутывая густым запахом нагретой солнцем древесины и апельсиновой цедры. Из глубины комнат доносился мерный гул кондиционера, в саду вяло щебетали птицы, а Хлоя уже устроила сольное выступление в самом центре гостиной.

— Все точно так же, как в детстве, — негромко произнесла я, обращаясь к пустоте.

Хозяйка следовала за мной, бережно удерживая поднос со льдом и стаканами.

— Это место ждёт вашего приезда весь год, — тепло улыбнулась женщина, опуская звенящую посуду на тумбочку. — Пускай вы выросли, память никуда не исчезла. В этих комнатах до сих пор живут две маленькие босоногие девчонки в мокрых купальниках, перемазанные шоколадным мороженым.

Взгляд скользнул по галерее рамок, украшавших светлые стены. Прошлое смотрело прямо на меня: дурацкие соломенные шляпы, объятия отца на фоне штормового прибоя и Мартин, едва умещавшийся на коленях у Кэма. Сердце болезненно пропустило удар.

— Здесь застыло само время, — негромко произнесла я, замирая у широкого остекления.

На заднем дворе лениво покачивался гамак, а массивный дуб у забора напоминал о дне, когда Хлоя устроила дурацкий эксперимент по выживанию на высоте и едва не сорвалась с ветки.

— Существуют незыблемые вещи, Лея, — миссис Уэст бережно коснулась моего плеча. — Главное — хранить веру в них.

Хлоя громко окликнула нас с кухни:

— Мам! А где нож для арбуза? Я сейчас все испорчу, клянусь!

Миссис Уэст лишь покачала головой, а я поспешила на этот задорный шум. Знакомый маршрут мимо рамок на стенах, мимо фарфоровой вазы у ступеней, мимо солнечных бликов на паркете. Но у самых дверей столового крыла мнимая уверенность рассыпалась в прах.

Перепонки обожгло чужое, ленивое бархатное звучание.

— Отойди, горе-кулинар. Хватит кромсать несчастную ягоду.

Воздух в лёгких мгновенно заледенел.

Нет, это не может быть он.

Глава 2

Лея

Закат между нами

— Кэм?! — Хлоя едва не выронила нож, онемев от неожиданности.

— Здорово, малявка, — его губы тронула ленивая усмешка, в которой сквозила искренняя братская нежность.

Ноги словно приросли к полу у самого входа. Ногти до крови въелись в ладони в судорожной попытке удержать лицо и не разрыдаться от хлынувших воспоминаний.

Кэмерон Уэст.

Мой личный запретный грех, моя безответная мания с подросткового возраста.

Светлые пряди небрежно спадали ему на лоб. Глубокие голубые глаза смотрели прямо на меня, храня историю, которую я так и не рискнула озвучить вслух.

— Привет, Лея.

Хло спасла ситуацию, ураганом налетев на Кэма. Комната взорвалась её восторженным визгом, она на ходу тараторила какую-то чепуху, возвращая в этот дом привычную летнюю беззаботность. Мое же собственное тело превратилось в ледяную статую. Воздух застрял в лёгких, лишая сил шевельнуть даже пальцем.

— Ты реальный, господи! — Уэст никак не выпускала его из захвата. — Готова прибить тебя прямо сейчас! Два года в полном неведении! Два чертовых года!

— Я тоже безумно скучал, малявка, — Кэм глухо выдохнул, пряча зажмуренные глаза. — Прости, я виноват перед тобой.

— Стой, — подруга резко разорвала дистанцию, упираясь ладонями в его грудь, сканируя погрустневшее лицо брата. — А что ты здесь делаешь? Что-то случилось?

Кэмерон вздохнул, потёр затылок и устало улыбнулся.

— Мы с Кэтрин развелись.

Хлоя замерла, но удивление длилось лишь миг, сменившись улыбкой во все зубы.

— Наконец-то, — негромко произнесла она. — Слишком долго ты плясал под ее дудку. Она же самая настоящая сучка!

— Хлоя! — миссис Уэст вошла на кухню, строго глядя на дочь. — Выбирай выражения!

— Ой, мам, перестань, — подруга резко перевела взгляд на меня. — Лея, ну скажи, тебе Кэт хоть когда-нибудь казалась хорошим человеком?

Оцепенение сковало тело, мешая собрать мысли в кучу. Внутри всё стремительно переворачивалось.

— Нет, — выдавила я наконец. — Никогда.

— Вот видите? Даже Лея, которая всегда верит людям, интуитивно понимает, какая Кэт на самом деле. Хорошо, что ты вырвался из этой ловушки, Кэм.

Кэмерон улыбнулся, но в его взгляде мелькнула какая-то усталость.

— Я рада, что ты вернулся, — добавила Хлоя уже гораздо мягче, обнимая его за талию. — Лето с тобой не будет скучным. По крайней мере, теперь ты сам себе хозяин и никто не станет контролировать каждый твой шаг.

На секунду Кэмерон замер, и его спина напряглась так сильно, будто Хлоя задела какую-то открытую рану. Он метнул на сестру резкий, полный скрытой паники взгляд, и та мгновенно прикусила язык.

«Конечно, — подумала я, поспешно отводя глаза к окну. — Ему неприятно. Наверное, Кэтрин до сих пор остается для него больной темой, и любые расспросы о неудавшемся браке вызывают у него только раздражение».

Парень шумно выдохнул, беря себя в руки, и шагнул к холодильнику.

— Я думаю, нам всем нужно немного расслабиться, — сказал он, открывая дверь и доставая бутылку холодной воды. Голос прозвучал непривычно глухо. — Дорога выматывает.

Хлоя всё ещё светилась радостью, а я чувствовала, как в груди просыпается давно забытое напряжение — то самое, что я пыталась спрятать за улыбками и молчанием. Его появление в доме снова ставило меня на грани между прошлым и настоящим, между воспоминаниями и реальностью.

— Лея, — тихо позвал Кэмерон, будто читая мои мысли. — Всё в порядке? Ты какая-то бледная.

Я быстро отвела взгляд, пытаясь скрыть, как сильно меня потрясло это неожиданное возвращение.

— Да, всё нормально. Просто устала после дороги.

Хлоя, не замечая чужого волнения, ухватила меня за руку и потянула в сторону лестницы.

— Пойдём, Лея, нужно разобрать вещи и бежать на океан!

Напоследок пришлось обернуться к Кэмерону, и губы сами собой дрогнули в робкой улыбке.

— Прости, твоя сестра невыносима.

Он усмехнулся, едва заметно качнув головой.

— Знаю.

В этом коротком обмене репликами крылось слишком многое. Прежняя легкость вернулась мгновенно, стирая два года вынужденной разлуки до уровня пары недель. И подсознание фиксировало это тонкое, неуловимое притяжение — контакт глаз, затянувшийся на долю секунды дольше, чем принято между старыми знакомыми.

Но прежде чем я успела подумать, что это вообще было, Хлоя потянула меня прочь:

— Все, хватит пялиться. Пошли достанем купальники.

Мы поднялись по знакомой скрипучей лестнице, воздух на втором этаже был теплым, с запахом ванили, старого дерева и соли, впитавшейся в стены за годы. Комната, которую мы всегда делили, осталась почти нетронутой — плетеные ковры, выгоревшие фотографии на стене, две кровати, покрытые легкими, выцветшими от солнца одеялами.

Хлоя сразу упала на одну из них.

— Ох, как же хорошо. Я клянусь, если бы могла, осталась бы навсегда в этом доме. Только представь — никакой учебы, никакой работы, только море, фрукты и случайные летние интрижки.

— Интрижки? — переспросила я, ставя рюкзак у стены и устраиваясь поудобнее.

Хлоя поднялась на локтях и прищурилась.

— А почему бы и нет? Каникулы — идеальное время для подобных безумств. Знаешь, по классическому сценарию: идешь босиком по пляжу, вся в белом, ветер играет с подолом платья, и тут появляется Он. Загадочный, нереально красивый, сошедший со страниц глянца. Внезапный порыв ветра срывает с твоей головы соломенную шляпу, она летит прямо к его ногам, и он ловит ее в самый последний момент. Вы встречаетесь взглядами, а потом бац — и вы уже целуетесь в волнах под луной.

— Ты явно пересмотрела дешевых ромкомов.

— Естественно. Но это не отменяет того, что мы обязаны хотя бы рискнуть.

— Рискнуть швырнуть в кого-то головной убор?

— Рискнуть снова поверить в калифорнийское волшебство.

— А если… я уже когда-то в это поверила? И всё пошло не по плану?

Хлоя прищурилась.

— Речь идет о моем брате?

Пришлось промолчать. Подруга всмотрелась в мое лицо внимательнее, но вдруг просто пожала плечами.

— Нет, Лея. Пожалуйста. Он тебе не пара. Ты же помнишь финал той истории?

— С чего ты решила, что я говорю о нем?

Хлоя скептически вскинула бровь, полностью копируя строгий материнский жест.

— Потому что я тебя знаю. Слишком хорошо, — она перевернулась на бок, подперев щеку ладонью. — Ты смотрела на него, будто призрака увидела.

В легких стало невыносимо тесно. В груди тяжелой волной поднялось все то, что так старательно пряталось в закоулках памяти: неотправленные сообщения, мимолетные взгляды, которые парень никогда не ловил, внезапный жар каждый раз, когда его пальцы случайно касались моей кожи. Прошлое всплыло целиком, оно никуда не исчезало.

— Он только приехал, Хлоя, — прошептала я. — Я не собираюсь ничего рушить. Не бойся.

Подруга едва заметно кивнула, глядя в потолок.

— Он разобьет тебе сердце, Лея.

Фраза повисла в воздухе, мгновенно делая атмосферу в комнате душной и тяжелой.

— Лея, — подруга повернулась и заглянула прямо в глаза. — Меньше всего хочется казаться злой, ревнивой или… ну, охраняющей территорию. Но ты мне давно как сестра родная. Пообещай, что не наступишь на те же грабли?

Она ведь даже не заставляла. Просто просила. Хлоя была единственной, кто видел меня насквозь. Она собирала меня по кускам, когда я впервые по глупости влюбилась в Кэма, и держала за руку в тот день, когда он объявил о женитьбе на другой.

— Пообещай мне, что не повторишь историю, — повторила она тише. — Пожалуйста, Лея. Я просто не хочу снова собирать тебя по кусочкам.

В горле мгновенно пересохло. Дать такое слово — значит предать собственные чувства, которые только что вспыхнули на кухне с новой силой. Пришлось судорожно сглотнуть и заставить себя повернуться к подруге.

— Обещаю.

Хлоя шумно выдохнула, словно до этого вообще не дышала, и расслабленно опустилась обратно на подушку.

— Хорошо. Потому что, каким бы классным он ни казался, — это всё-таки Кэмерон. Он всю жизнь обаятельный засранец. Даже когда был вонючим подростком с торчащими волосами и в кроссовках с нарисованными черепами.

— Я его таким не помню.

— Конечно, ты же не видела в нём изъянов. А вот я помню! — фыркнула Хлоя. — Всё детство с ним в одной ванной зубы чистила. Но это ничего не меняет. Ты дала слово.