Пламя и пепел. Обещанные

ГЛАВА 9

Настоящее. Крепость Мёрзлого Клыка. Восточная башня

Куриный бульон. Уха на щучьих головах. Тушёная крольчатина с луком и морковью. Пресные лепёшки. Вонючий козий сыр.

Лави кормила его, как на убой, а Рей и не думал противиться. Голод жестоко терзал его: некролиты неделями лишали пленников пищи, чтобы те в конец обессилили и приняли ядовитое варево Драксуса, как избавление от мучений.

Теперь Рейнар ел за двоих. А то и за троих. Измученный организм восстанавливался и требовал всё больше топлива.

Первое время удержать ложку не хватало сил, однако Лавьен не брезговала – помогала: терпеливо поила и кормила его, как малого ребёнка.

– Спасибо. Вкусно, – поблагодарил Рей после очередного пищепринятия. – Сама готовила?

– Сегодня был черед Гар Зулума. – Лави отставила плошку, поднесла чашу к губам и дала напиться. – Я передам ему твои благодарности.

Рей кивнул.

– А кто поймал этих кроликов?

– Натрог. Мой телохранитель.

Рей нахмурился, напрягая память. Натрог…

Здоровенный урглам с кожей цвета увядающей болотной ряски. Клыкастая гора мускулов.

– Это он вынес меня из лагеря? – мелькнула догадка.

– Он.

– Тогда и ему моё почтение.

Лави криво улыбнулась.

– Передам непременно, ваше высочество.

– Уж будь любезна! – в тон ей отозвался Рейнар, и оба они рассмеялись.

– Гар Зулум говорит, тебе лучше. – Лавьен взбила подушку и сунула ему под спину.

– О, да, – подтвердил Рейнар. – Вчера с его помощью я почти дополз до нужника в закутке. Скоро начну отплясывать джигу.

– Не ёрничай!

– Я и не собирался. – Рей с обидой поглядел на ноги. – Надоело лежать бревном.

– Терпи. Натрог смастерил тебе костыли. Как только Гар Зулум даст добро…

– Ты отведёшь меня на допрос к Будгре, – закончил за неё Рейнар.

Лавьен и бровью не повела.

– Будгра – наш командир. Так или иначе, тебе придётся с ним встретиться. И уж лучше при этом стоять, пусть даже на костыли опираясь.

– Щадишь мою гордость? – Рей вскинул бровь. – Слабо верится.

Лавьен упёрлась рукой в изголовье, склонилась и смерила егонедобрым взглядом.

– Ещё одно слово, и я пришью вас к постели, ваше высочество.

На мгновение Рей растерялся. Не от шутливой угрозыповторить детскую выходку, нет.Взволновала близость Лавьен. А точнее –реакция тела на эту самую близость. Слишком уж неудачно глаза скользнули по вырезу скромного домашнего платья,цепанув ложбинку между грудей…

– Ты уже так делала, – хрипло проговорил он, усилием воли подавляя неуместный порыв.

– Делала, – кивнула полукровка. – И без труда сумею повторить. Только в этот раз ножниц у тебя под рукой не будет!

Она лукаво улыбнулась и выскользнула из опочивальни. Рейнар дождался, пока её шаги стихнут и перевернулся на бок. Зажмурился.

Позорище какое… Возжелать несостоявшуюся невесту – это одно. А боевую чародейку вражеской армии – совсем другое! Да ещё так внезапно и резко. Должно быть, он совсем одичал. Или лишился рассудка. В любом случае – плохи дела.

Прошлое. Северо-западный рубеж. Закатное поле

Рей нырнул под летящую секиру, отскочил и ударил с разворота. Урглам взвыл. Кровь фонтаном брызнула из вспоротой бочины. Здоровенная туша повалилась мешком.

– Айтон! – Он бросился к раненому товарищу. Упал на колени. – Айтон ты…

– Я умираю, Рей… – чуть слышно отозвался Айтон и закашлялся. На губах проступила кровавая пена.

– Нет! – воспротивился Рейнар. – Не смей! Я дотащу тебя. До лагеря полдня пути. Ты выживешь. Обязательно выживешь. Тебе помогут!

Айтон смежил веки.

– Не трать… – с трудом выдавил он. – Силы… попусту…

Рей скрежетнул зубами. Почти весьего отряд перебили. Деревню, которую они защищали, сожгли дотла. Им с Айтоном чудом удалось оторваться, прикрывая выживших, а теперь вот и он…

Короткого взгляда на раны оказалось достаточно, чтобы понять – не дотянет он ни до какого лагеря: урглам выпустил ему кишки, всадив кинжал в брюхо по самую рукоять, а меткая стрела пронзила лёгкое.

Рей сглотнул.

– Я похороню тебя, как подобает воину.

– Не трудись… – По мертвенно-бледному лицу Айтона скользнула тень улыбки.–Обещай, что выживешь и предупредишь гарнизон… о наступлении…

Он снова зашелся кашлем. Рей ухватил его за руку и сжал ладонь.

– Обещаю, – горячо выпалил он. Хотелось плакать. Но ведь мужчины не плачут, верно? Никогда не плачут. Даже если друг умирает на руках…

– Рей… – Голос Айтона дрогнул, и с губ сорвался последний вздох. Глаза остекленели.

Рейнар смежил товарищу веки и наскоро пробормотал молитву.

Над полем зарядил дождь. Серый, унылый, пронизывающий, он оплакивал Айтона и других павших, чьи тела распластались вокруг. Истерзанные, изрубленные тела. Сломанные копья. Пробитые шлемы. Истыканные стрелами щиты…

Дождь плакал за двоих, а Рейнар не проронил ни слезинки: настоящие мужчины не плачут…

Рей вскинул голову, подставляя лицо под холодные струи.

Их осталось четверо. Четверо из двадцати. Рей и трое чудом уцелевших желторотиков.

Они укрылись в остове сгоревшейхаты. Обугленные стены, несколько потолочных балок и глубокий подпол – отличный вариант, чтобы дождаться рассвета, а с ним – подкрепления.

– Мне страшно. – Самый юный рекрут зябко поёжился, кутаясь в изодранный алый плащ.

– Паладины не ведают страха… – пустым, лишённым эмоций голосом проговорил Рейнар.

Все мысли занимал Айтон.Стоило смежить веки, и перед глазами вставало залитое кровью поле и Айтон, хрипящий последние слова... Айтон, с которым они без устали день и ночь бились на тренировках, делили в походах тяготы, хлеб и эль, а после отбоя поверяли друг другу секреты.А теперь Айтон мёртв. И все остальные тоже. Их больше нет. Никого не осталось.

Рейнар зажмурился и стиснул кулак до хруста.Ургламы заплатят. Заплатят за всё!..

– Мы и не жили толком, – подхватил другой желторотик.–У меня даже того самого ни разу не было… Ну, с женщиной…

– И у меня! – поддакнул молодой в изодранном плаще.

– И у меня тоже… – тяжело вздохнув, откликнулся третий.

Рейнар не сдержался. Да как они могут!

– Мы дали клятву! – выпалил жёстко. – Или священный обет для вас – пустой звук?!

Все трое уставились с такой тоской, что сердце ёкнуло, и Рею сделалось неловко из-за резкости. Скорее всего, никто из них не доживёт до утра. Поэтому…

– Нашли, о чём жалеть! – заявил Рей с видом знатока. –Плотские утехи не так хороши, как о них болтают. А бахвалятся подобным только кретины, у которых, кроме баб, других подвигов не имеется. Вы – другое дело. О вас будут помнить веками. Песни слагать.

Юнец в изодранном плаще поник. Глубоко вздохнул и шумно выдохнул.

– Песни — это хорошо… – изрёк сокрушённо. – Но я бы лучше бабу разок поимел.

Бессолнечные земли. Святилище Сумрака

Неспящие совещались недолго.

– Тебя никто не хочет, человечка. – Слепая старейшина прожгла Лави невидящим взором.

Холодный сполох сумеречного пламени вырвался из провала, и голубоватое мерцание заполнило святилище, осветив исполинские каменные изваяния и недвижные фигуры мудрецов.

Ишидари хмурились. Все, как один.

– Ты ни на что не годна, – продолжила старейшина. Длинные седые волосы падали на тёмно-серое, испещрённое рунами лицо. – Никто из наставников не рискнёт с тобой связаться!

– Пустышка! – подхватили мудрецы. – Чужачка!

– Белая!

– Убирайся!

– Ступай, откуда пришла!

– Тебе здесь не место!

Лави стояла навытяжку, терпела и молчала. Она хорошо помнила, чему учила бабуля Ширайни: не отступать, пока не выскажутся все. Если никто не возьмётся обучать её, она будет изгнана. Но только после единогласного отказа, не раньше.

– Ты никому не нужна.

– Поди прочь! Прочь!

– Я возьму её. – Тёмная согбенная фигура выступила вперёд, тяжело опираясь на кривой посох.Истёртый плащ с глубоким капюшоном скрывал лик внезапного спасителя, но…

Грузная поступь, скованные движения, отсутствие даже крошечного намёка на грацию…

«Он не ишидари!» – запоздало сообразила Лавьен. Она едва не отпрянула, но сдержалась. Призвала на помощь всю стойкость, отпущенную Эльсом, и не дрогнула. Даже бровью не повела.

– Ишь, какая, – глухо и хрипло усмехнулся незнакомец.– Да, ты верно угадала. Я – урглам. Имя мне Улсадру. – Он стянул капюшон, обнажая уродливый лик. Низкий лоб, массивные надбровные дуги, широкий, чуть приплюснутый нос с большими ноздрями, заметно выступающая вперёд челюсть и здоровенные торчащие клыки. –Много зим назад я покинул родные пустоши и отправился в Бессолнечные земли, искать мудрости и знаний. Совет Неспящих хотел меня изгнать, но одна чародейка вступилась, и вот я здесь, в святилище подземного града. Равный среди равных, с правом голоса. И всё благодаря той, что когда-то поверила в меня. Её звали Ширайни Луум.

Лави вздрогнула.

– Что? – хмыкнул Улсадру. – Я противен тебе, человечка?

Лавьен заглянула в чёрные, глубоко посаженные глаза. Что она хотела там разглядеть? Пожарища, что полыхали сейчас на западных заставах? А может, отблески костра, на котором отец сжёг тело несчастной Ширайни? Лави не знала. Но чётко понимала – старый урглам её единственный шанс остаться. Другого не будет. Никогда.

Она опустилась на одно колено, как требовал обычай.

– Почту за честь принять твою мудрость, – проговорила, смиренно склонив голову.

Улсадру улыбнулся жуткой, но довольной улыбкой.

ГЛАВА 10

Настоящее. Крепость Мёрзлого Клыка. Чертог Отваги

Жарко пылал огонь. Били барабаны.

Будгра восседал на высоком, украшенном оленьими рогами и моржовыми бивнями, месте. Огромный, могучий, клыкастый. Неизменная секиракрасовалась рядом. В начищенном до зеркального блеска лезвии отражались рыжие сполохи. По правую и левую руку вождя расположились воеводы.Хмурые, настороженные, они сверлили недобрыми взглядами чужака, что осмелился предстать перед великим вождём горных ургламов.

Чужак опирался на палки…

– Надеюсь, у него хватит мозгов не выкинуть какой фортель, – шепнул Гар Зулум, и Бьёрг повела плечом.

– Если выкинет, его мозги пойдут на ужин, – сказала спокойно.

– И то верно! – бодро согласился смешенец. – Обожаю извилины! Особенно со сметанкой и лучком. М-м-м…

Бьёрг оставила гастрономические откровения знахаря без комментариев и воззрилась на Рейнара.

Лишь бы действительно чего не выкинул, а то с него станется!

Будгра вскинул лапищу, и барабаны стихли. Вождь рассматривал принца целую вечность, но наконец соблаговолил высказаться:

– Ты – враг, – прорычал на ломаном всеобщем.

Повисла пауза. Видимо, Рей ждал от Будгры каких-то ещё слов. Не дождался.

– Да, я враг, – заявил смело, прямо и без обиняков. Стоял он, опираясь на костыли, но голову держал высоко. Смотрел без страха.

Бьёрг ощутила нечто, похожее на гордость, и мысленно посмеялась над собой.Гордиться Рейнаром? Глупость несусветная! И всё же… Всё же, он – молодец.

– Кто тебя прислать?

– Никто.

Будгра прищурился. Казалось, вождь намеревается прожечь принца взглядом.

– Ты быть у Драксуса.

– Да.

– Много ночей.

– Да.

– Говори всё.

Бьёрг заметила, как на скулах Рейнара заходили желваки, а пальцы стиснули костыли так крепко, что аж костяшки побелели.

– Передовой отряд попал в окружение, – проговорил принц. – Мы стойко держались, но… некролитов оказалось слишком много. Я был ранен. Потерял сознание. Очнулся уже в лагере, в клетке для подопытных.

Рей замолчал. Понурился.

– Дальше! – потребовал Будгра.

Рей вскинул голову, обжигая собеседника взглядом.

– Тебе всё известно, вождь.

Будгра подался вперёд. Сощурился, гневно раздувая огромные ноздри.

– Я. Хочу. Слышать. Тебя!

Бьёрг глянула на принца и похолодела. Вот сейчас… Сейчас он выкинет фортель!

Однако обошлось без фортелей. Рей сдержался.

– Я сбежал, – голос его звучал хрипло и глухо. – Но вернулся. Меня скрутили и… – Рей едва заметно дёрнул плечом, – искалечили. В назидание другим. А потом – опоили.

– Ты сбежать, но вернуться, – проговорил Будгра. – Зачем?

Рей сглотнул, и кадык его дёрнулся.

– Вернулся спасти остальных.

– Спас? – издевательски вопросил вождь, и все ургламы в чертоге заржали, как кони.

Рейнар поник.

– Нет, – сказал бесцветно. – Не спас. Они стали кадаврами. А я теперь здесь. – Он покосился на толпу клыкастых здоровяков. – В плену.

– Ургламы не брать пленных, – со значением изрёк Будгра и подал знак Натрогу. Зелёный великан с почтением протянул вождю меч. Особой орденской ковки, с рубином в навершии. Будгра принял клинок, повертел, осматривая, и… швырнул к ногам принца. –Бейся за свободу.

Рейнар хмуро глянул исподлобья.

– Бейся или умри! – рявкнул Будгра.

Не сказав ни слова, Рей отпустил один костыль и, скривившись от боли, наклонился. Поднял меч и с видимым усилиемвзял наизготовку. Стоял принц некрепко: толкни – упадёт, но смотрел решительно.

– Я готов.

«Самоубийца!» – подумала Бьёрг и выступила вперёд.

– Нет! – выпалила громче, чем ожидала. – Человек – мой трофей.

Будгра перевёл на неё взгляд.

– А-а, Пепельная, – он перешёл на наречие ургламов. – Слыхал, ты превратила лагерь Драксуса в груду обугленных головешек. Славная работёнка! Свой трофей ты заслужила. Хочешь себе этого калеку?

– Да, – твёрдо заявила Бьёрг. – Хочу. И… готова за него драться.

Ургламы забухтели, переглядываясь. Ясное дело! Кто захочет связываться с чародейкой, способной спалить половину крепости мановением руки?

Никто.

Будгра фыркнул.

– Я не собираюсь гробить бойцов из-за двуногого таракана, – сказал он. –Забирай его, Пепельная. Он твой, – и, обращаясь уже к принцу, добавил на всеобщем: – Ты теперь её раб, – он указал на Бьёрг. – Она – твой госпожа. Делай, что велит. Иначе станешь ужин. Понял?

Рейнар кивнул, скользнул по Бьёрг мутным взглядом и… рухнул без чувств. Меча из руки он так и не выпустил.

Прошлое. Бессолнечные земли

Улсадру не знал жалости.

– Ещё! – гаркнул, ударив посохом, и Лави выпалила заклинание.

Синие сполохи зазмеились по стенам пещеры, взметнулись к сводам и… угасли.

Измученная, Лави не устояла на ногах – опустилась на четвереньки.

– Не могу! – прохрипела, давясь слезами. – Не хватает силы… Ай!

Улсадру приласкал её посохом. Приложил некрепко, но ощутимо.

– Не можешь – ступай прочь. А коли хочешь научиться – не скули!

– Но…

– Сперва черпай силу сумрака, а уж потом вливай свою, – наставлял Улсадру. – Упражняйся. А как закончишь, отправляйся в горы и раздобудь кайрана. Давно я не лакомился свежатинкой. – Поняла, приблуда?

– Не зови меня так! – возмутилась Лави, вскакивая.

– А как тебя звать?

– Моё имя Лавьен.

– Твоё имя – дерьмо. – Улсадру тяжело поднялся с валуна и побрёл, опираясь на посох. – Я дам тебе новое. Но сперва – раздобудь кайрана.

Лави раздобыла кайрана.Не с первого раза, конечно. С четвёртого. А через неделюизловилапару кроликов. После Улсадру возжелал полакомиться мерцающей форелью, и Лави едва не утонула, пытаясь выудить зловредную рыбину из горной реки.

Дни складывались в недели, недели – в месяцы, а месяцы – в годы.

Лави наловчиласьставить силки, свежевать добычу иразводить огонь без магии.А ещё – штопать и чистить одежду. Могла натаскать воды из источника, не чуралась грязной работы и перестала бояться летучих мышей, пауков и ездовых пещерных носорогов. Она собирала волосы и красила лицо, как ишидари, трижды в неделю посещала святилище и почитала Совет Неспящих. И хоть незрячая Старейшина по-прежнему брезгливо кривила губы, едва учуяв её присутствие, другие обитатели Подземного града постепенно приняли Лави, как свою, и даже брали в дозор.

Но самое главное – Лавьен удалось наконец приручить сумеречное пламя: Улсадру занимался с ней день и ночь и, в отличие от Ширайни Луум, предпочитал теории практику.

– Жги его! – орал старый урглам, и дерево пылало, точно факел. – Выжигай изнутри! Сильнее! А теперь развей! В пепел! В пепел!

Мокрая от испарины, Лавьен с глухим рычанием перенаправила энергию, и двухсотлетний дуб разлетелся в труху.

Лави покачнулась.

– Неплохо, – довольно пробасил Улсадру. – Возможно, из тебя выйдет толк, приблуда.

– Ты обещал мне имя, – напомнила Лави.

– Обещал, – кивнул Улсадру. – И дам его. Сразу после испытания.

– Испытания? – Лави вскинула брови.

– Да.

Лавьен хмуро уставилась на учителя.

– На прошлой неделе ты испытывал, сумею ли я вызвать камнепад, – сказала она. – Разве этого недостаточно?

Улсадру лишь криво ухмыльнулся в ответ. Тяжело опираясь на посох, он поковылялк скалам, где зиял чернотой разлом – вход в Подземный град. Лавьен поспешила за учителем.

– А экзамен по землетрясениямдва месяца назад? – выпалила на ходу.

– Не в счёт.

Лавьен выбежала вперёд и встала перед Улсадру, преграждая путь.

– А что тогда в счёт?

Старый урглам смерил её внимательным взглядом.

– На западных рубежах стоит гарнизон Алого Ордена, – начал он. – Я хочу, чтобы ты проникла туда и раздобыла прядь волос коменданта.

– Прядь? – Прищурилась Лави. – Не голову?

– Прядь, – повторил Улсадру. – И срезать её надо так, чтобы никто ничего не заметил.

Лавьен сморщила лоб, переваривая услышанное.

Прядь коменданта крепости… Зачем? Для чего?

Улсадру, похоже, умел читать мысли.

– Хочу убедиться, что ты – достойная дочь Сумрака, – изрёк он. –Ишидари способны сливаться с тенями. Проверим, сумеешь ли ты.

Прошлое. Западная застава. Гарнизон Алого Ордена

В густых кронах щебетали птицы.С залитого солнцемдвора доносился лязг тренировочных мечей, ругань, взрывы хохота. Гарнизон жил обычной жизнью: новобранцы упражнялись, опытные ратники травили байки, конюхи чистили лошадей, дозорные патрулировали стены, а комендант…Комендант решал унылые хозяйственные вопросы.

– Три мешка овса, пуд пшеницы, коза и воз репы, – отчитался фуражир, и Рей, вздохнув, сделал необходимые пометки на пожелтевшем листе исполинской приходной книги.

Какая ужасающая тоска! Бесконечные подсчёты да расчёты. Рей смутно догадывался, за что его сослали на задворки рубежной линии:тот самый бой на Закатном поле, когда ургламы положили отряд паладинов, а деревеньку сожгли дотла.Вот она, его путёвка в коменданты.И всё же Рей не роптал – приступил к новым обязанностям со всей ответственностью, ведь приказы надо выполнять, но…

Он был и оставался воином. Воином, а не хозяйственником!

– А солод? – Рей вопросительно глянул на фуражира. – Солод где?

– Солода нет, – сообщил тот. – Зато свечей в два раза больше, чем обычно.

– Предлагаешь варить из них эль? – Рейнар вскинул бровь. – Парни оценят. Что у нас по яйцам?

– По яйцам у нас… – Фуражир заскользил глазами по записям. – Та-а-ак… Ах, вот же они! Четыре десятка.

– А должно быть восемь.

– Должно, – охотно согласился фуражир. – Но есть четыре.

Рейнар, тихо матюгнувшись, отложил перо. Сцепил пальцы в замок и, подавшись вперёд, вперился взглядом в горе-поставщика.

– И где предлагаешь взять недостающие яйца?..–приступил он к разносу, но осёкся: снаружи завопили.

Яростные крики сопровождались отборной руганью и шумом борьбы.«Вторжение!» – мелькнула мысль. Рейнар отбросил приходную книгу иметнулся к окну.

Дозорные волокли по двору кого-то в тёмном плаще, а остальные почём-зря драли глотки, плевались и норовили пустить в ход кулаки.

– Какого Шемеса?.. – проговорил Рей и, подхватив ножны с орденским мечом, выскочил из комендантских покоев.

Солнце слепило. Рей приставил ко лбу ладонь козырьком, однако разглядеть, что к чему, это не помогло. Пришлось кликнуть дневального. Мальчишка тут же подлетел и вытянулся стрункой.

– Быстро и коротко, – потребовал Рей.

– Наши взяли лазутчицу! – радостно сообщил парень. – Темнокровку ишидари!

Рей скрежетнул зубами. Этого ещё не хватало! Если магистр узнает, что по крепости шляются тёмные – три шкуры спустит! И в ударный отряд больше никогда не направит!

Шемесово дерьмо!

– Почему не доложили?! – рявкнул он, и паренёк сжался.

– Так ведь… – растерянно пролепетал он, но Рейнар не стал слушать. Грубо оттеснил юнца и прошагал к толчее, пробираясь в самую гущу.

– А ну расступись!

– Вот! – Выпалил дозорный, грубо дёрнув добычу за химок. – Взяли гадину! Чудом засекли – пробиралась, что твоя тень. Если б кошка не зашипела, ни в жизть не заметили бы!

Рей нахмурился, а дозорный продолжил.

– Хотела чародейством жахнуть, паскудница. Не знала, видать, что орденская земля – заговорённая,толку здесь от колдовства – шиш да маленько. Хе-хе! Так-то!

Он пинком сбил пленницу с ног, а его напарник смачно харкнул на неё.

– И куда вы её тащили? – грозно вопросил Рей.

– Известно куда! – Дозорный кивнул на осину близ отхожих мест. – Вздёрнуть.

– Раздеть догола, излупить и вздёрнуть, – уточнил кто-то из толпы.

– Да!!! – дружно подхватили остальные, вскинув кулаки. – Вздёрнуть гадину!

– Без приказа? – набычился Рей. – Без моего ведома?!

Дозорный стушевался.

– Так это… Мы б доложились… Опосля…

Рейнар обжёг подчинённого гневным взглядом, шагнул вперёд и сорвал с лазутчицы капюшон. Пепельные волосы рассыпались по плечам,раскосые глаза блеснули янтарём, и предательское «Ты?!» застряло в горле костью.

Она. Это была она. Его наречённая…

Рей сглотнул.

– Я сам с ней разберусь, – выцедил хрипло.

– Но… – начал было дозорный.

– Сказал же – сам! – рявкнул Рей. – Ступайте. Осмотрите периметр. Проверьте каждый закуток. Каждую щель. За упущенных ишидари отвечать будете головой. Ясно?

– Так точно, – откликнулись бойцы заунывной разноголосицей и разбрелись.

Рейнар же подхватил лазутчицу под локоть, приволок наверх, без церемоний втолкнул в комендантские покои и запер дверь.

– Какого Шемеса ты творишь? – выпалил, нависая над знакомой незнакомкой. – Жить надоело?

ГЛАВА 11

Прошлое. Западная застава. Гарнизон Алого Ордена

Кошка. Это была кошка. Всё из-за неё!Мохнатаяпредательница принимала солнечные ванны и зашипела,едва Лави подобралась к окну башни.

Какое невезение. А ведь всё так хорошо начиналось!

Лавьен просочилась в лагерь в самый тёмный предрассветный час, невидимой тенью скользнула мимо задремавших дозорных, забралась на крышу и долго блуждала в поисках нужного окна. Двигалась беззвучно, как полагается благословлённой сумраком ишидари, и не сплоховала даже когда черепицы коснулись первые солнечные лучи: укрылась за козырьком, выждала удобный момент и…