Врата. Книга 1. Интервенция

– Не господа, а товарищи, – на автомате произнёс Вяземский.

– Товарищей у нас в девяносто первом отменили, – скривился хлыщ.

– А господ в семнадцатом расстреляли, – с ходу огрызнулся Сергей, а затем сменил тон на более вежливый. – Чем могу помочь?

– Никита, свободен, – неожиданно подал голос здоровяк. – Возвращайся к остальным.

– Но, Александр Сергеевич…

– Иди, я сказал.

Хлыщ потоптался на месте, но затем всё-таки ушёл, а мужчина тем временем шагнул вперёд и протянул руку.

– Холодов, Александр Сергеевич.

– Старший лейтенант Вяземский, – пожал Сергей протянутую руку. – Осуществляю оперативное командование контртеррористической операцией.

О, как красиво завернул… Даже самому понравилось.

– Можете что-нибудь рассказать, что здесь происходит?

Сергей иронично покосился на Эриксона, тот ухмыльнулся в ответ, пошарил по карманам и подбросил в воздух найденную монетку.

– Сначала позвольте спросить – а вы кто?

Филиппов крякнул и посмотрел на старлея как на идиота.

– Губернатор.

Опа…

Вяземский непроизвольно выпрямился. Вот в кои-то веки и аукнулось его извечное незнание мэров и губернаторов от слова совсем…

– Ситуация под контролем, – дежурно ответил старлей, но заметив недовольство на лице Холодова, решил добавить. – Противник блокирован силами армии, полиции и местного ополчения. Как только прибудет подкрепление, мы начнём операцию по его вытеснению и уничтожению…

– Общими фразами и я умею говорить… Вы мне лучше честно скажите, какая обстановка в действительности.

– Честно? – на секунду задумался Вяземский. – Кто нас атаковал – неизвестно, но, думаю, в течение сорока восьми часов город мы очистим.

– Я могу чем-нибудь помочь? – спросил губернатор.

– Обзванивайте всех, кто сейчас может помочь. Если есть выходы на нефтяников или у кого ещё есть хорошо вооружённая охрана – связывайтесь. Пускай хотя бы займут оборону, а не пытаются прорваться из города или что-нибудь…

– И наверх хорошо бы подать сигнал, – добавил Филиппов. – Мы своё начальство уже оповестили, но, если и вы подключитесь – лишним это не будет.

– Но это ещё чудо, что сотовая связь до сих пор держится, – вставил Эриксон. – В любой момент может не выдержать, так что лучше поторопиться…

– Ясно, – кивнул мэр. – В таком случае, рассчитываю на вас. А я пока, наверное, лучше вернусь к остальным…

– Да, будем весьма признательны, – ответил Сергей. – Спасибо за содействие. Так, а теперь возвращаемся к нашим средневековым баранам… Пока что мы действовали исключительно нахрапом, но так лучше больше не делать. Есть инфа, что у противника есть что-то посерьёзнее стрел и копий, но надо обобщить эти данные… Кто что может сказать? Филиппов?..

– Ну, по дежурке они ударили чем-то крупнокалиберным, это точно… – задумчиво потёр лоб лейтенант. – Артиллерия?.. Не, вряд ли, тогда при вашем появлении они всё бросили бы, а нихрена и нет… Гранатомёты?

– По окнам исполкома лупили каким-то дротиками, – вставил Эриксон. – Сантиметров десять, броник не берут, но руку протыкали на раз. И, это самое… Они вроде как изо льда были.

– Что за чушь? – поморщился Филиппов. – Какой ещё лёд?

– Ну, обыкновенный такой… Он ещё потом растаял.

– Бред.

– Да нет, не бред… – протянул Сергей – Наш БТР пытались поджечь каким-то огненным шаром, ещё молнией ударили. Огнешар броню не прожёг, но фару снёс и правый триплекс повредил. Молния проводку коротнула, ну и током внутри всех слегка тряхнуло. Но это внутри БТРа – вне брони пехоту такие штуки побьют однозначно. Да, ещё в самом начале вторжения, рыцари по городу били чем-то мощным – опять же огненные шары размером с бочку. Скорость полёта низкая, можно было отследить визуально. Рвались примерно с мощностью гаубичного снаряда. Ещё подстрелил противника – очень хорошо маскировался. Фильм «Хищник» помните? Почти так же. И бил он в ответку чем-то непонятным, но землю пропахало солидно – что-то невидимое, но по силе… Хрен даже с чем сравнить-то. Броню БТР может и не пробило бы, но человека пополам разрубило бы наверняка.

– Ну и как ты, мать его, объяснишь всю эту хренотень? – мрачно посмотрел на Вяземского Филиппов.

– Никак, – невозмутимо пожал тот плечами в ответ. – Просто учтём и примем во внимание.

– Это что? Это магия, что ли, получается? – озадаченно произнёс Эриксон. – Хрена себе…

– Может и магия, может ещё какой телекинез или технология вуду. Но тактику борьбы надо вырабатывать, иначе пока будем смеяться над копьями и стрелами, нас поджарят или нашинкуют.

– Хм… Ну, ладно. Значит, цель – отдельные люди? Как можно определить визуально?

– Тот, которого подстрелил я, был без оружия на виду. Одет в какой-то балахон. Или эта ночнушка по науке мантией зовётся?..

– Если этих самых магов много, то дело худо… – тоскливо произнёс Филиппов. – Это тогда будет минимум борьба на равных…

– Если б этих магов было много, то нам бы уже каюк пришёл, – возразил Эриксон. – А они видал, как действуют? Обычными солдатами воюют, значит колдунов у них немного – вроде как у нас не все поголовно пулемётчики, а только по одному на отделение.

– Звучит логично, – немного подумав, согласился Сергей. – Опять же прослеживается связь – магов использовали, когда что-то штурмовали. Штаб там или исполком… Нас, правда, по дороге огнешаром поджарили, но хрен знает, куда та банда направлялась…

– Значит, броня спасает? Это хорошо, это радует… Значит, в кои-то веки можно воевать из-под брони…

– Но лучше не рисковать – мало ли что у этих козлов есть в арсенале? Может, даже какое-нибудь особо сильное противотанковое колдунство… И да, у нас в БТР БК не резиновый, а когда снаряды закончатся, мы сможем в основном изображать только грозный бронесарай и подавлять психологически.

– А пулемёт?

– Там патроны ещё быстрее кончаются – скорострельность, что ты хочешь…

– Но всегда можно будет сделать, как на первых БТРах-шестидесятках. Посадить десант и пусть палят через амбразуры.

– Хорошо бы до такого не дошло… – вздохнул Вяземский. – Очень надеюсь, что уже к завтрашнему дню разберёмся с этой хренотенью…

В воздухе мелькнули сполохи огня, и несколько бутылок с зажигательной смесью разбились о стену щитов, перегораживающих улицу. Но, на удивление, расплескавшийся было по щитам огонь, неестественно быстро потух, не причинив легионерам существенного вреда.

Скопище солдат противника, кажущееся в вечерней темноте одним гигантским многоногим чудищем, медленно пятилось вверх по улице, стойко переживая обстрел и изредка огрызаясь в ответ стрелами.

Сергей высунулся из-за стоящей посреди улицы машины и сделал несколько одиночных выстрелов, целясь в мелькнувшего позади первого ряда щитов легионера с поперечным гребнем на шлеме. Судя по всему, это был какой-то командир, а командиров всегда нужно выбивать как можно скорее…

Рядом с разведчиком на асфальт приземлился Эриксон, переводя дыхание после перебежки. Выражение лица у ополченца было довольно мрачное.

– Чего такое? – поинтересовался Вяземский, тоже присаживаясь за машиной и меняя магазин.

– Да так… Ассоциации просто хреновые.

– Коктейли Молотова и строй щитов?..

– Ага.

…В наступление ходить Вяземский сегодня больше не планировал, но всё-таки пришлось. А всё из-за того, что обороняющие город силы оказались слишком уж разрознены и разношерстны.

Нет, ударившие с запада полицейские сделали всё как надо – выгребли из арсеналов оружие и боеприпасы, экипировались и начали наступать во фланг. А вот удар с востока ни с кем не был согласован и едва не вылился в катастрофу, когда студенческие отряды схлестнулись с легионерами.

Хотя, признаться, действовали студиозусы в лучших традициях уличных беспорядков. Возвели баррикады (больше похожие на кучи мусора), запалили покрышки и начали разливать в пустые пивные бутылки слитый из машин бензин и ломать брусчатку.

Однако двинувшиеся по трём улицам студенческие толпы натолкнулись на ожесточённое сопротивление и почти сразу же отступили. Так что пришлось срочно отправлять небольшие отряды на усиление этого задиристого, но не слишком умелого в военном плане стада.

Вяземский с Эриксоном остались на Ленина, а БТР Сергей отправил дальше на Гоголя, где обстановка складывалась куда хуже. Конечно, два автомата в качестве подкрепления – это даже не смешно, но против средневековых противников этого худо-бедно хватало…

– Будешь? – ополченец достал из кармана штанов мятую пачку сигарет.

– Вообще-то я броса… Как же я всегда не вовремя-то бросаю. Давай.

– На, держи… Эй!! – рявкнул Эриксон в сторону продолжающих ползучее наступление студентов. – Куда попёрлись?! А ну, стоять!..

– Дык они ж уходят… – произнёс один из них, одетый в спортивный костюм, бейсболку и замотавший лицо платком.

– Они и так уже достаточно отошли. Продвинемся ещё дальше, и по нам могут ударить их дружки с соседней улицы.

Нельзя сказать, что Сергей и Эриксон командовали этой толпой молодёжи. Скорее, студенты их просто слушались, как более опытных в военном деле людей. Но никаких попыток навести нормальную дисциплину они не делали – всё равно это было практически бесполезно. Тем более эта толпа при попытке организации явно станет лишь жутко аморфным подразделением, а пока они толпа – они сильны.

Эриксон достал небольшую бутылку минералки, они с Сергеем сделали по несколько глотков и продолжили перекур.

Молодёжь вокруг них деловито готовилась к следующей атаке. Парни тащили в качестве щитов оторванные двери и реквизированное с ближайшей стройки металлическое заграждение. Долбили брусчатку и кололи её, готовя метательные снаряды. А девчонки деловито разливали слитый из стоящих вокруг машин бензин в бутылки из-под пива, затыкая их тряпками.

Сергей никогда не думал, что среднестатистический житель Владимирска столь подкован в городской войне… Даже нет, не столько подкован в методах ведения уличного боя, сколько действительно готов применять эти знания на практике. Да, это всё была молодёжь – ещё глупая и горячая… Вот только эту же самую молодёжь сейчас называли совершенно бездуховным и изнеженным поколением, не способным ни на что.

Правда, в молодость Сергея их поколение называли точно так же. Хотя, если его поколение можно было назвать поколением Пепси, то этих ребят уже поколением айфонов.

Но чтобы вот так вот кидаться в драку мало быть просто глупым отморозком, и уж тем более нельзя думать лишь об айфонах, айпадах и прочей ай-фигне. Для этого надо иметь за душой хоть что-то…

Хотя бы злость, к примеру.

Наверное, это просто копилось очень долго – под влиянием телевидения и интернета, откуда все последние годы одним сплошным потоком шли новости о полыхающих революциях и войнах в соседних странах. Или о той грязи, что шла с вроде бы просвещённого Запада, которая изменила былое преклонение перед Европой и Америкой на холодное и гадливое презрение.

Народ не стал злобнее, но стал злее. Смутное ощущение, что война может быть совсем рядом, копилось долгие годы, и теперь дело за малым – враг лишь должен себя обозначить.

Жаль погибших сегодня. Но почти так же жаль и этих клоунов со щитами и копьями – врагов в России нынче бьют до тех пор, пока они не становятся друзьями…

Отдышались, перевели дух. Где-то неподалёку раздался грохот автоматической пушки БТРа.

– Пошли! – скомандовал Сергей, поднимаясь с асфальта. – Щиты держать! Не высовываться, если не хотите поймать стрелу в глаз! Сближаемся до пятидесяти метров, мы автоматами вскрываем строй, а вы метаете бутылки и камни!

– Бутылки бросать под ноги! – добавил Эриксон. – Щиты у них заколдованные! Вперёд! Наваляем уродам!

Толпа поддержала их нестройным, но радостным гулом.

Для молодёжи это было просто такое вот классное развлечение, а Вяземского и Неверова они воспринимали в качестве своеобразных заводил и массовиков-затейников.

Продвинулись вперёд, делая на один шаг пятящихся легионеров сразу два, а то и три. Сблизились.

Противник дал поверх щитов залп стрелами, которые с лязгом и треском продырявили корпуса и стёкла стоящих вокруг машин. Позади кто-то вскрикнул, поймав случайную стрелу – то ли раненый, то ли убитый.

– Давай!.. – крикнул Сергей, припадая на одно колено и беря на прицел строй щитов.

Они с Эриксоном открыли частый одиночный огонь, моментально пробив брешь в алой стене скутумов. Полдесятка легионеров рухнуло – автоматные пули шутя пробивали деревянные щиты и железные доспехи. На место выбывших вставали новые солдаты, но недостаточно быстро. И в следующий момент по отступающим хлестнул град из камней, а под их ногами расплескался жидкий огонь.

Легионеры пережили уже три таких пробоя, но в этот раз не выдержали. Единый строй рухнул, распавшись на несколько спешно отступающих групп.

К сожалению, тут сработал извечный рефлекс – убегающего догоняй, и толпа с рёвом рванула вперёд.

– Стоя-я-ять!.. – после секундного колебания, Вяземский разрядил остатки магазина в воздух. – Не бежать! Могут в засаду завести!

На самом деле он больше опасался того, что вошедшую в раж молодёжь в ближнем бою элементарно сомнут, но объяснять это было слишком долго.

Помог ему в деле убеждения выехавший из переулка справа БТР, который остановился аккурат перед студенческим ополчением.

– Командир! Юрьич на связь вышел, – оповестил высунувшийся из люка Олег. – Наши вошли в город – гонят уродов в лес на север.

– Отлично, – кивнул Сергей, перезаряжая автомат. Чёрт, а больше патронов ведь и нет…

– Я, наверное, с этими обормотами останусь, – подал голос Эриксон. – Сейчас зачистка начнётся, надо проследить, чтобы они нашим под горячую руку не попались или ещё чем противоправным не занялись.

– Добро. Тогда закрепитесь здесь и ждите подкрепление. И действительно, сделай что-нибудь с этой толпой, а то наши сгоряча ещё решает, что у нас тут Майдан начался…

– Не боись, – ухмыльнулся ополченец. – Не впервой.

– Тогда давай, – они обменялись рукопожатиями. – Ещё свидимся.

– Да, это точно – тут же такая веселуха началась… И как я в стороне-то останусь?

Вяземский залез внутрь БТР, а затем он двинулся по опустевшему проспекту Победы вверх, идя на соединение с основными силами.

– Почему они так медленно? – спросил Сергей. – И почему так тихо?

– Командир, ну ей-богу, у нас же тут не Багдад или Киев, чтобы из танков шмалять в городе…

– Тоже верно. Как справились?

– Там несколько сотен рыцарей было. Рассеяли их, и они укрылись где-то в старой промзоне. Я туда решил не соваться – ополченцев выставил и приказал дожидаться подкрепления. Пускай их из этих руин кто-нибудь другой выкуривает.

– Хорошо, – кивнул старлей. – Патроны есть? У меня последний магазин остался.

– Держи, командир, но он початый и больше нет.

– И на том спасибо…

Следующие полчаса они потратили на блуждание по переулкам, продвигаясь к северной части города. Накатывающиеся с востока раскаты пулемётных очередей и грохотание пушек начали звучать всё ближе и ближе.

– Дозор, это Доктор. Как слышишь меня, приём? – ожила рация, когда БТР осторожно продвигался через двор между многоэтажками, выходя к площади с левого фланга.

– Доктор, я Дозор. Слышу тебя хорошо, – ответил Вяземский.

– Докладывай обстановку, Дозор.

– С запада наступают менты, противник отходит с боями. На юге и юго-востоке враг рассеян и укрылся в старой промзоне. Провожу рекогносцировку в районе площади Славы. Противника пока не наблюдаю, но отходил он на север – в сторону лесопарка.

– Понял тебя, Дозор. Наступаем с востока. Вышли на линию Есенина-Емельянова. Выдвигайся на соединение.

– Принято, Доктор.

– До связи.

– До связи.

БТР двигался медленно, старательно объезжая брошенные на дороге машины и то и дело водя из стороны в сторону тонким хоботком автоматической пушки.

– Что-то ни одного урода не видать… – произнёс Олег, всматриваясь в ночной прицел.

Сергей поверил ему на слово, потому что сейчас он мог следить за окружающей обстановкой только с помощью простых перископов, через которые в темноте не было видно почти что нихрена.

Громады многоэтажек вокруг возвышались чёрными рукотворными скалами, на которых не было видно не огонька. Не работало и уличное освещение – наверное, в ходе боёв повредили окрестные подстанции, вот свет в этих микрорайонах и повырубало. Шли почти вслепую – не включая фар, благо что ночные прицелы были относительно новыми и худо-бедно работали…

– Сто метров, – произнёс Олег. – Вижу противника. Драпает в лес. Преследуем?

Ну да, наибольшие потери противник несёт не при проигранной битве как таковой, а при паническом бегстве…

– А что, есть чем? – резонно поинтересовался старлей. – Снарядов у нас сколько осталось?

– Десятка два… Зато лента к ПКТ почти целая.

– Ну, с таким мы напреследуем… – хмыкнул Сергей. – Нет, двигаем на площадь, останавливаемся и наблюдаем. Мы ж разведка, а не десантно-штурмовые части.

Прошли по Горького к самой площади Победы, откуда сегодня Вяземский начал свой путь…

Тут было на удивление пусто, хотя старлей планировал встретить здесь отступивших легионеров… Получается они отступили дальше – в лес? С одной стороны – разумно, потому как на открытом месте они чудовищно уязвимы для нашего оружия… С другой стороны римской пехоте в лесу делать нечего. Строя там не сколотить, а вся средневековая тактика эффективна только до тех пор, пока существует строй. Настолько впали в панику после боёв? Вряд ли. Противник попался хоть и жутко отсталый технически, но не из робкого десятка. Чтобы стоять под огнём автоматов надо иметь ту ещё выдержку…

Или там у них в лесу какой-то базовый лагерь, точка фазового перехода или как её там?.. Надо выяснить. Непременно надо это выяснить…

БТР вывернул на площадь и начал описывать широкую дугу, объезжая забитый брошенными машинами центр… И тут из леса ударило полдесятка небольших огненных шаров. БТР слегка тряхнуло, когда несколько снарядов разорвалось на броне. Новый залп, разрывы огненных шаров, и несколько машин вокруг охватывает пламя.

Грохочет башенное орудие, полосуя лес последними оставшимися в лентах снарядами.

Неожиданно огонь вокруг бронемашины с рёвом словно бы стекается в одно место, а затем взрывается расширяющимся кольцом огня, которое на излёте зацепляет колёса БТРа. В воздухе тут же появляется смрадная вонь горелой резины.

– Из машины! – заорал Вяземский, хватая автомат и бросаясь к двери десантного отсека.

Сергей выбежал первым и сразу же присел около носовой части БТРа, укрываясь за бронёй и выставляя ствол «калаша» в сторону леса. Следом появляется мехвод, последним из подбитой машины вылезает Олег.

И почти сразу же где-то в нескольких сотнях метрах раздался грохот пушечных выстрелов, и на опушке леса распустились несколько взрывов. Ниже по улице из-за стоящих зданий сначала показался свет фар, а затем по обочине дороги начали выдвигаться танки, поворачивая башни в сторону леса. Один, другой… Следом показались и несколько силуэтов поменьше – кажется, БМП.

Танки остановились и выпустили снаряды, целясь по лесу. Новые взрывы прогремели уже где-то дальше – внутри лесного массива.

Ну, наконец-то…

Пользуясь тем, что подошедшее подкрепление било аккурат по тому месту, откуда вёлся обстрел, разведчики вернулись к БТР и быстро осмотрели его. Три из четырёх колёс по левому борту были сожжены до железок, но других повреждений видно не было, да и огонь уже утих. Бронемашина была целой, но двигаться не могла – печально, печально…

Бронетехника двинулась вверх, так что Вяземский решил дождаться подхода подкрепления.

И задача-максимум сейчас была – чтобы в темноте их случайно не обстреляли по ошибке. Это Сергей знал, что стрелять нужно лишь по тем, кто носит доспехи и прочее холодное оружие. А вот знают ли это танкисты, которые явно только недавно вошли в город? Без шуток – вопрос жизни и смерти…

Гусеницы с грохотом и лязгом крошили асфальт, рёв танковых движков был всё ближе и ближе. Мазнул ослепительный свет фар, отчего Сергей невольно закрыл глаза рукой, и небольшая колонна бронетехники встала.

– Не двигаться! – проорал кто-то, прячась за поднятым люком на башне. – Кто такие?!

Вот что значит настоящий командный голос… Орать – это не прихоть, а суровая необходимость. Рёв танкового двигателя интеллигентным шёпотом не перекрыть.

– Поляков, ты?! – рявкнул старлей в ответ. – Это Вяземский из разведки!

Двигатель танка замолчал, из-за люка осторожно высунулась голова в шлемофоне.

– Князь, ты что ли?! – видимо уже по привычке проорал танкист. – Ты как здесь оказался?

– Да стреляли!.. Кравченко с вами не связывался? Мы тут местность разведывали – он в курсе.

– А!.. Так это вы? Поня-я-ятно… Что с БТРом?

– Колёса спалили. Хорошо вы вовремя уродов отогнали – они сейчас все в лес бегут.

– А мы за ними! Давай к нам на броню, Князь! Сейчас мы этим консервным дадим просраться!

Вот кто бы про консервных-то говорил, а?..

– Не пойдёт! – ответил Сергей. – У них лучники есть – могут и подстрелить на броне. За тобой ведь БМП-шки? Мы лучше под бронёй пойдём.

– Добро!.. Гасанов! Гасанов, падлюка!..

– Да слышу я! – донеслось от первой БМП. – Вяземский, давай к нам. В тесноте, да не в обиде.

Спустя пару минут разведчики уже трамбовались в узкий десантный отсек бронемашины. БМП-3 в отличие от «двойки» отнюдь не радовала удобством посадки, но что уж тут поделать…

Внутри БМП сидели нахохлившиеся срочники, экипированные по самое не могу – из-за спин даже рукояти пехотных лопаток торчали. Вид у них у всех был слегка ошалевший, но далеко не испуганный – хрен ли, не новобранцы, весь год уже почти отслужили, так что ко многому привычны…

– Чего скажешь, разведка? – как только бронемашина вновь тронулась с места, проорал со своего места командир БМП. – С кем дерёмся? Японцы, американцы?

– Римляне!

– Ты «Астерикса и Обеликса» что ли вспомнил? – хохотнул танкист. – Ладно, хрен с ними – пусть будут римляне!

– Хорош ржать, Гасан. Патронов лучше подкинь – мы почти всё расстреляли.

– Серьёзно? – танкист прекратил дурачиться. – Ясно… Так, десант, значит быстро скинулись по магазину разведчикам. Но чтоб магазины мне потом вернули!

– Ты обалдел? – ухмыльнулся Вяземский. – Война, батенька! Сейчас под неё что угодно списать можно будет.

– Твоя правда, разведка!..

Снаружи вновь послышались раскаты танковых выстрелов, БМП чувствительно тряхнуло раз, другой, а затем уже трясло, не переставая.

– Гасан, что за хрень? – крикнул Сергей, перекрывая рёв двигателя бронемашины. – Не дрова везёшь!

– Но по дровам едем! Входим в лес! Танки проложат путь, а мы следом!

Лесопарк этот старлей знал неплохо – деревья тут и правда были молодые, тонкие, что тяжёлым Т-72 сносятся не тяжелее, чем кустарник. Но всё-таки ночью? Лезть бронетехникой в лес? Разве что против того врага, у кого в арсенале нет ничего страшнее стрел и копий…

Но что насчёт вражеских колдунов? Есть ли у них в арсенале что-то действительно мощное, способное пробить пару сантиметров брони?..

С завыванием провернулась башня БМП, загрохотала автоматическая пушка. Эхом откликнулись курсовые пулемёты.

– Вперёд! Давай вперёд! – азартно орал танкист. – Уроды! Уроды вокруг! Десант, к бойницам! Бить по любой тени!

Солдаты с руганью начали доставать оружие, торопливо запихивая автоматные стволы в специальные бойницы, снимая оружие с предохранителя и передёргивая затворы. В следующий момент внутренности БМП наполнились грохотом выстрелов и пороховым дымом.

Учитывая, что разведчики были «бонусным десантом» бойницы им, естественно, не досталось, но затем старлей вспомнил о резервной – самой неудобной бойнице в одном из кормовых люков.

Сергей нырнул в узкий проход, кое-как с шипением и руганью прополз наощупь в темноте, ища бойницу…

Что хорошо в «трёшке» – амбразуры в ней самые удобные, что только встречались на российской бронетехнике. Вместо крошечного окошка бронестекла для прицеливания и наблюдения, через которое обычное нихрена нельзя разглядеть – удобная штуковина с прицельной меткой. Немного приноровиться, и…

БМП тряхнуло так, что Вяземский едва не прикусил язык и недобрым словом помянул управляющего машиной механика-вредителя. На мгновение у Сергея возникло ощущение, будто бы он проваливается куда-то вниз, но в следующий миг наваждение исчезло.

Бронемашина закрутилась на месте, по её броне что-то застучало. Где-то поблизости послышался то ли выстрел, то ли взрыв… Громыхнуло главное орудие «трёшки», выплёвывая 100-миллиметровый осколочно-фугасный снаряд в невидимого старлею врага.

В прицельной панораме замелькали какие-то смутные силуэты, едва различимые в царящей вокруг темноте, но стрелять Сергей не стал. Патронов было не так много, чтобы тратить их зазря…